Борец с контрабандой

Глава 1

Я встретил Серегу на Большом астероиде, куда прилетел на продуктовую базу. Сосед – с универсальной электронной отверткой в руке – копался во внутренностях челнока.

– Что, не фурычит? – спросил я, а сам жизнерадостно подумал:

«Кажись, гидравлический привод сдох. Как хорошо, что у меня новый».

Расстроенный сосед ответил вялой руганью – обращенной не ко мне, естественно, а к сдохшему приводу.

«Надо помочь, – решил я. – В прошлом году Серега мне с обезболивающим пособил, когда спину прихватило. Придется выручить».

И сказал, сделав свойское и участливое лицо:

– Давай доволоку до дома.

Серегин астероид располагался поблизости от моего, так что услуга ничего не стоила. Как, впрочем, и обезболивающее. С какого бока ни погляди, обычная соседская взаимовыручка.

Я подогнал челнок, и совместными усилиями мы прицепили к нему Серегин обездвиженный аппарат.

«Пара часов задержки, не больше», – прикинул я.

Взлетели с натужным ревом двигателей, но благополучно и своевременно добрались до цели.

Приземлившись на площадку перед жилым блоком, расцепили челноки. Я развернулся, чтобы лететь домой, но повеселевший Серега удержал.

– Куда? Это дело нужно отметить.

«Почему бы и нет? – решил я. – Если угощают...».

Устроились на застекленной веранде – считай, под звездным небом. Хотя звездным его можно было назвать условно: почти весь обзор занимали движущиеся астероиды. Звезды лишь изредка проглядывали в свободное пространство между ними.

Соседская жена Анюта по-быстрому накрыла стол и исчезла, отговорившись неотложными делами.

«Вышколенная, – подумал я. – Наверное, в молодости была ничего».

Так что полдничать уселись вдвоем. В качестве гвоздя программы Серега притащил бутылку лунянки – страшный в наших краях дефицит.

«И не жалко? – подумал я. – Она же бешеных денег стоит».

Выпили по первой и закусили.

– Хороша! – счастливо выдохнул я. – Где достал?

– У Жаботеева.

– Который на Гигантском астероиде сидит?

Судя по размеру астероида, этот мужик являлся одним из самых зажиточных обитателей Третьего Жилищного Пояса.

– Он самый... Потихоньку приторговывает.

«Вот черт!» – подумал я и уточнил, невольно оглядываясь, не видит ли кто. – То есть твоя лунянка контрабандная?

– Угу, – ответил Серега. – Так дешевле.

– Ой, смотри, связываться с контрабандой себе дороже, – предупредил я, облизываясь.

И думал при этом то же самое.

– Что контрабанда?! Я сам, если хочешь знать, всю жизнь контрабандистов ловил.

«Во заливает!» – удивился я и спросил:

– Да ну?

Серега, сколько я его знал, всегда пребывал на пенсии, а кем работал раньше, не знаю – не интересовался. Может и ловил контрабандистов, конечно.

– Точно так. Служил в Налоговой гвардии.

Я представил бойцов в черной форме, гоняющих нарушителей закона по всей Галактике. Быстроходный гвардейский катер настигает подозрительный глайдер, приказывает остановиться. Контрабандисты не реагируют: разворачивают солнечные паруса и пытаются скрыться. А когда не удается, открывают огонь на поражение.

Представил, устыдился и подумал:

«Боже мой! Вот так живешь и не знаешь, что рядом с тобой настоящий герой».

– Сначала, – заметив интерес, продолжил сосед, – в Институте Транспарентности работал, пока платить не перестали.

«Да он еще и ученый! – поразился я. – Институт Транспарентности, подумать только! И какой скромный: хоть бы раз заикнулся...».

– Вспомни, какая в те времена в Солнечной системе была разруха... – напомнил Серега.

Верно, разруха стояла знатная.

– Долго мыкался, а потом приятеля встретил. Он говорит: «Мотай к нам, в Налоговую гвардию! У нас зарплата хорошая».

«Хорошая зарплата, чего говорить... – мысленно поддакнул я. – Военным всегда знатно платили».

– Прикинул и согласился.

«Чего не согласиться, если платят от пуза?».

Пора было сказать – что-то одобрительное, – и я спросил:

– А не страшно было в налоговые гвардейцы записываться? В них ведь постреливают. Контрабандисты, инопланетяне, извращенцы всякие.

– А то, – признался Серега, опрокидывая стопку.

Мы сурово помолчали.

– У тебя, небось, и боевые ранения? – подольстился я, из уважения.

– Нет, за ранения не приплачивают, – понурился сосед.

Он явно сожалел, что не приплачивают.

– А чего так? Везло сильно, что не подстрелили?

– Я следаком работал, в планетарном офисе. Ко мне всякую шваль доставляли в упакованном виде, я на них протоколы оформлял.

«Во как? Следаком?» – подумал я.

– Таких, как Жаботеев, сотнями присаживал за милую душу, – с надрывом высказался Серега.

«Да ты, оказывается, опасный человек!».

– Меня лучшим следаком Космической гвардии признавали. Значок где-то валяется, могу поискать.

– Не надо, я верю, – вырвалось у меня прежде, чем я успел что-либо подумать.

Сосед затуманился: кажется, окидывал запотевшим взором боевое прошлое и гордился им.

– Дослужил до сорока пяти и думаю: а на хрена надо? Контрабандисты, неплательщики арендной платы, начальство...

«Ужас», – согласился я про себя.

– Плюнул и ушел на пенсию. В Налоговой гвардии пенсия с сорока пяти, так что выслужил.

«Мне бы так!» – позавидовал я и спросил:

– И как сейчас? Доволен?

– Сейчас? А сам не видишь? – Серега тоскливо уставился в беззвездное небо и разлил по стопкам остатки контрабандной лунянки. – Занимаюсь домашним хозяйством на старости лет. На этой каменной лысине.

«Да ладно, стандартный же астероид», – не согласился я.

– А у Жаботеева астероид в четырнадцать раз больше. Ты представляешь, в четырнадцать!

В словах, вырвавшихся из самого Серегиного нутра, сквозило неприкрытое сожаление.

«В самом деле в четырнадцать?».

Я прикинул размеры Гигантского астероида и засомневался:

«Да нет, не может быть. Раз в десять, по-моему, – в крайнем случае, в одиннадцать».

– А кто он, контрабандист поганый Жаботеев, и кто я, заслуженный гвардеец?! – с пьяной горечью вопросил сосед. – Кто, я тебя спрашиваю?!

«А и в самом деле?», – подумалось мне.

На крик выбежала Анюта и принялась успокаивать мужа. А я распрощался и полетел в родную халупу, на свое домашнее – меньше даже, чем у Сереги, – небесное тело. Мне до него было еще часа полтора добираться.