Бомонд

Глава 1

— Мы должны это сделать, должны! Как вы не понимаете?

— Софья, успокойтесь, пожалуйста. Мы не можем выбросить его, он член экипажа.

— Это уже не он, вы не видите?

Девушка в красно-оранжевом шелковом комбинезоне, с двумя браслетами, показывающими желтым цветом и соответствующими иероглифами, ее принадлежность к туристической группе корабля "Бомонд", кричала, переходя на визг. Ее глаза были расширены, их уголки и кончик носа покраснели от ярости и страха. Губы дрожали, а зубы, в те моменты, когда она не открывала рта, были стиснуты в оскале, обнажающем оба ряда белых, кафельных винир.

Немногочисленный экипаж небольшого космического корабля пассажирского класса, за исключением капитана, но вместе с пятью туристами, сейчас находились на центральной палубе. Большинство из них цветом лица практически не отличались от покрытых непрактичным светлым велюром “шампань” стен. Это цвет неподдельного испуга.

— Софья, посмотри на меня. — Крупный мужчина, с синими браслетами на запястьях, отделил своей широкой спиной девушку от худощавого, жилистого блондина, стоящего неподвижно, словно манекен, в пяти метрах от них, и взял ее за плечи. — Смотри на меня, говорю. Капитан разберется, что происходит, мы в безопасности. А Евгения пока отведут в каюту. Мы не будем никого выбрасывать за борт.

— А что, если он выберется? Мы все станем такими, все! — девушка снова закричала и попыталась вырваться из крепкой хватки механика.

— Она права, мы должны выбросить его, — в разговор вступил сбитый, невысокий мужчина в прямоугольных очках. В отличие от остальных, он уже отошел от первой волны ужаса и залился алым гневом. — Мы не должны подставлять себя опасности из-за незнакомца, подхватившего какую-то космическую дрянь. Космос ошибок не прощает, разве член экипажа не должен знать об этом?

— Это уж точно не вам решать! — рявкнул в спину очкастому еще один матрос.

Обстановка была накалена до предела, а блондин все стоял неподвижно, лишь неестественно быстро переводя пристальный взгляд на говорящего, двигая одними только белками глаз. Ему пришлось пошевелиться, чтобы развернуться, когда за его спиной крикнули.

— Эй, вы! — Мужчина, точная копия "манекена", вбежал в комнату и опешил, увидев допплера. — Что здесь происходит?

На минуту взгляды всех присутствующих приковало к дальнейшей немой сцене. Живое лицо помощника капитана стало меняться, теряя краски, с каждой секундой, что он смотрел в глаза незваного гостя, принявшего его облик, пока не стало таким же пустым. Теперь их различал лишь взгляд. У чужака он был тяжелый, въедливый, будто смотрящий прямо в темные уголки души.

Тишину нарушили всхлипы Софьи. И без того уже впавшая в истерику, теперь она совсем потерялась. Ей удалось вырваться их железной хватки и убежать к стене. Тогда допплер медленно пошел к ней. Никто не остановил это существо, кто-то из-за сковавшего тело ужаса, кто-то оценивая ситуацию и продумывая дальнейший план действий. Доппельгангер подошел к девушке и протянул ей руку.

Первой потеряла рассудок и начала кричать именно Софья, неизбежно запустив цепную реакцию, посеяв иррациональное безумие в мысли присутствующих. Но теперь она сама смотрела пустыми глазами на свою точную, но безэмоциональную копию, невольно перенимая ее выражение лица.

Оглушительный хлопок заставил всех отвлечься от происходящего, а затем и сирена, сопровождаемая миганием алого стробоскопа, вынудила экипаж отключить разум и действовать, согласно инструкции. Все пассажиры, несмотря на их вялое сопротивление, были отведены по каютам. Помощники капитана убежали в рубку, остальные тоже поспешили занять свои посты. “Примеривший” по дороге лица всех, с кем имел дело, доппельгангер в итоге оказался с остальными в рубке. Первый помощник капитана успел туда вперед остальных. Затем был еще один взрыв, на этот раз колыхнувший корабль так, что всех сбило с ног, а тех, кто не успел ухватиться за детали обшивки, отбросило в одну кучу. Существу, копирующему членов экипада и младшему сотруднику корабля понадобилось несколько секунд, чтобы оклематься и вбежать, наконец, в кабину управления, оставив остальных позади.

Там, однако, ждала жуткая картина: детали панели управления, которые должны были быть приделаны намертво, частично оторвало взрывом и раскидало по небольшой комнате. Капитан, корчившийся в неестественной позе, рычал что-то невнятное, а его помощник на другом конце комнаты, весь в крови, не мог выбраться из под завала.

Решив, что другого выхода нет, рядовой Петренко рванул к штурвалу, но автопилот отказался отключаться. Бортовой компьютер, оснащенный искусственным интеллектом, лишь выводил на экран сообщение о поломке, но управление, игнорируя протокол, неавторизованному пользователю не отдавал. Единственный вариант – отключить автопилот принудительно, но для этого нужно приложить руку зарегестрированного пилота к датчику и опустить рычаг. А право управлять “Бомондом” до этого момента было только у капитана и его помощников.

Капитану пришлось вмешаться, несмотря на частично парализованное тело. Рабочими левой рукой и ногой он подтянулся к приборной панели и с трудом поднялся. Стоять без опоры на движущуюся руку он не мог, поэтому навалился на рычаг отключения автопилота всем телом. Поелозив по приборной панели, превозмогая боль от впившейся в ребра рукояти и тяжесть собственной туши, он все-же смог снять блокировку руля.

— Давай! — Крикнул он рядовому Петренко.

Молодой паренек, только окончивший училище, устроился на крошечный пассажирский корабль в надежде спокойно наработать опыт, необходимый для поступления на службу в элитный космопорт. И он точно не предполагал, что первый год работы преподнесёт ему сюрприз в виде вынужденного отклонения от проторенного туристического маршрута, повлекшего за собой текущие события. Пилотировать настоящий космический лайнер ему приходилось впервые, благо, воспоминания с полигонов оказались свежи и команды капитана, потерявшего дееспособность, он понимал и выполнял быстро.

Правда ему приходилось туго, когда человек, с лицом Юрия Гагарина, с застывшей на лице фирменной улыбкой первого космонавта, но лишеным каких-либо эмоций голосом, командовал ему: "Правее. Не та планета. Нужно приземлиться на третью планету. Не на вторую. Смени курс. Возьми правее.".

— Мы можем его заткнуть, капитан? — Нервы рядового сдавали.

— Слушай меня! А ты, — обращаясь к своему старшему помощнику, — Спроси у него, почему третья? Нам не хватит топлива долететь и приземлиться на третью с одним лишь запасным движком. Только в глаза ему не смотри!

— Слушаюсь.

Мужчина в оранжевом комбинезоне, с наполовину надетым скафандром, лежал на полу, придавленный сорванным с саморезов во время взрыва основного квантового двигателя, столом. Он попытался подозвать "Гагарина", глядя ему в гладкий затылок — существо скопировало лишь то, что видело на портрете героя, висевшем в кабине управления: лицо, прическу спереди, видимую часть одежды, все остальное же осталось от предыдущего его воплощения. Допплер повернулся на зов и тут же впился пронзительным взглядом в лицо говорящего.

— Что там, на третьей планете?

— Дом.

— Чей?

— Мой.

— Зачем нам приземляться на вашу планету?

— Там дом.

— А что на второй?

— Работа.

— Работа? Ты издеваешься?

— Вам нужно на третью планету. Там дом. Атмосфера.

— По нашим данным все пять планет системы "Це-Дра" не имеют кислорода и непригодны для колонизации, так какая разница, где терпеть крушение?

— Ложь. Мы не находимся в системе "Це-Дра".

— А где же мы, по твоему?

— Ваш корабль оказался на пути прыжка дом-работа. Вы в системе "Кап'Рис".

— Это невозможно, система "Кап'Рис" находится на другом конце галактики! И наши приборы ясно показывают, что мы у "Це-Дра".

— Я знаю дом. Третья планета — дом. Вторая — работа.

— Капитан, управление потеряно, нас несет мимо второй планеты! — Прервал диалог рядовой, ставший на время пилотом. "Гагарин" тут же повернулся к нему и снова стал твердить: "Третья, нужна третья планета".

— Черт подери! Если мы не сменим курс и не приземлимся сейчас, мы застрянем на краю гравитационного поля планеты, тогда нам конец!

— Я не могу ничего сделать, машина не слушается.

— Мы летим на третью планету. — Холодным тоном, все также спокойно произнес пришелец.

Обогнув по дуге вторую планету системы "Це-Дра"/"Кап'Рис", корабль вышел в открытый космос, после чего, на резервном двигателе, выплеснув один мощный толчок, направился к голубому шару, самому большому из пяти, что зависли на разном отдалении от своей звезды.

Дальше события развивались стремительно. Петренко бросил место пилота, подорвавшись на помощь капитану, пытавшемуся всеми силами добраться до штурвала — от него теперь ничего не зависело, управление, по-видимому, взял на себя пришелец, неизвестным образом “договорившись” с бортовым компьютером.

Посадку нельзя было назвать мягкой, корабль потерпел крушение в лесах, раскинувших пушистые кроны прямо над водной гладью, покрывающей все обозримое пространство. Ни члены экипажа, ни запертые по своим каютам туристы, не успели надеть скафандры, но, как и обещал "Гагарин", на планете, если верить показаниям приборов, оказалась подходящая для людей атмосфера. Проверять это, правда, никто не рвался. Выжившим предстояло оказать первую помощь раненным и проверить состояние корабля. Все это время "Гагарин" стоял, практически не двигаясь и не произнося более ни звука, пока к нему не обращались напрямую.

— Чудо, но все остались живы, — доложил уложенному в кресло, раненному капитану рядовой Алексей.

— Пассажиры?

— Целы. Психологическое здоровье пришло в норму. Даже Софья уже не похожа на кровожадную модельку из видеоигры. — Со смешком, хоть и по большей части нервным, произнес последнюю фразу рядовой.

За отчетом наблюдало, переводя глаза от говорящего к говорящему, существо с позаимствованным с портрета в рамке лицом Юрия Гагарина и телом одного из туристов, с которыми ему пришлось столкнуться часом ранее.

— На вашей планете мы можем получить медпомощь и возможность отремонтировать корабль? — капитан наконец задал вопрос, которого так ждал инопланетянин.

— Да. Дом редко видит чужаков. Правительство сделало возможное пребывание гостей комфортным для распространенных на территории космоса гуманоидных рас. Смесь газов над поверхностью Аквы подходит для гуманоидов. Вас уже ждут.

— Аква — это вода под нами?

— Среда обитания мранек. Условия для восполнения энергии и размножения.

— Кто такие “мранек”?

— Мои сородичи.

— Вы гуманоиды? Перевертыши?

– Нет, мранек не относятся к гуманоидам. Форма, которую вы наблюдаете — адаптивная. При контакте с иными формами жизни мы способны подражать их внешнему виду.

— А речь?

— Я изучал вас. Выявил десяток ярких слов и повторяющихся фраз. Отправил запрос в Дом. Вы слышите параллельный перевод. Голос смоделирован исходя из полученных данных о виде "Человек — Землянин. Подкласс — русскоговорящий".

— Продвинутые технологии. — Подал голос стоявший рядом с капитаном, Алексей.

— Врожденные черты расы. — Ответило существо, мгновенно переведя взгляд на источник голоса.

— Так значит ты копировал членов экипажа, пассажиров, жутковато молча на всех смотрел — чтобы понять язык, на котором мы говорим? — Проигнорировал подчиненного капитан корабля.

— Да. Я могу воссоздать лишь ту форму, что вижу. Мимика вашей расы мне недоступна.

— Ты хоть представляешь, как все обосрались? — Мужчина нахмурил брови. Ему ценна любая информация о существе, с которым они столкнулись, но эмоций он сдержать не смог.

— Я не видел ни одного испражнившегося. — Просто и без грамма удивления или сарказма, ответил инопланетянин.

— Тьфу. Люди были напуганы, вышли из равновесия, — пришлось уточнить человеку, не привыкшему к буквальным трактовкам ругательств.

— Страх — типичная реакция, нередко фиксируется Мранек при контакте с чужими. Я транслировал транквилизирующие волны при зрительном контакте, как указано в инструкции по контакту с представителями иных рас.

— Охренеть. У вас и инструкция есть? Ты что, политик или военный? — Послышался голос Алексея, уже из-за спины "Гагарина".

— Инструкция изучается в училище. Это общие знания. Я не политик. И не военный. — Резко повернувшись к говорящему, ответил тот.

— Особенности расы. — Попробовал приструнить рядового взглядом капитан и обратил внимание инопланетянина снова на себя: — А перевоплотился в человека с портрета ты зачем?

— Попытка снизить градус напряжения. Я заметил, что видя себя, вы, гуманоиды, нервничаете.

— Умно. И что нас ждет снаружи?

— Третья планета.

— Я уже понял, но что дальше? Как мы попадем в ваше это подготовленное для гостей место?

— Я проведу Вас.

— Куда именно? Почему мне приходится по слову из тебя вытягивать?! — закипал капитан.

— Я проведу вас в Цитадель. Я не понимаю ваш второй вопрос. Я отвечаю на вопросы, которые понимаю.

— В цитадели нам помогут? У меня пол экипажа ранено.

— Перенос на планету Работа невозможен, но вам окажут первую помощь. Врачи и механики мранек будут призваны на планету Дом в качестве исключительной меры.

— Так почему ты не дал нам сразу сесть на "Работе"?

— Планета Работа непригодна для выживания гуманоидной расы.

— А кто за все заплатит? — шепнул на ухо капитану, уже сделавший несколько кругов вокруг каюты, любопытный рядовой.

— Надеюсь не мы. — Только и смог ответить он.

Пейзаж, открывшийся со шлюза, оказался потрясающим: хитросплетение ветвей деревьев, нависших огромными, интенсивно-зелеными листьями, отдающими изумрудным блеском, над искрящейся бирюзой водной гладью. Светло-синее небо без единого облака, над которым парят существа, похожие на смесь драконов с гусями, покрытые местами белыми перьями, с оранжевыми клювами, но при этом с абсолютно кожаными перепончатыми крыльями. Но существо, выпрыгнувшее из-под листвы, удивило людей куда больше. Огромных размеров космическая тихоходка — похожее на личинку с когтистыми лапками, покрытое хитином создание — услужливо предложило перебраться на свою размашистую спину, на которой поместилось бы несколько сотен людей.

— Я думал тихоходки вымерли, — не смог скрыть удивления капитан.

— Эти существа бессмертны.

— Но я не встречал их ни разу за всю свою жизнь. Откуда они здесь?

— Они курсируют между планетами Дом и Курорт, выбирают подходящий в данный период активности светила, климат.

— Удивительно. Значит это правда, что они свободно передвигаются в открытом космосе?

— Да.

— А планеты используют для размножения?

— Да.

— Может у них тут и русалки водятся? — Снова встрял Алексей, но получил в ответ лишь хмурый взгляд капитана.

Когда перелазывание горсти людей и одного притворяющегося человеком на шершавую спину гигантского инопланетного животного было закончено, и все немного расслабились, удобно усевшись, капитан снова обратился к коренному жителю третьей планеты.

— И много их у вас? — Уже не ожидая обилия подробностей, задал простой вопрос капитан, похлопывая по туловищу тихоходки.

— В данный момент около двухсот.

— Ого... Им же для подготовки к откладыванию яиц нужно несколько десятков лет, потом еще столько же до вылупления...

— И вы их дрессируете? — Возник из ниоткуда Алексей.

— Мы можем общаться мозговыми волнами с существами, населяющими планету дом.

— Используете их как транспорт? — Попытался вернуться к светской беседе капитан.

— Мранек транспортируют гуманоидов в цитадель.

Дальнейший разговор о фауне Дома продлился недолго.

— Капитан! — Снова влез в диалог со взволнованным криком с ноткой смеха, Алексей. — Глядите, русалки!

Многочисленные взгляды устремились в ту сторону, куда указывал улыбающийся во все зубы Алеша. Там, неглубоко, над толщей воды проплывал косяк двуногих существ, размером с человека, но с головами рыб.

* * *

В комнате повисла звенящая тишина. Пять человек и семь мранек, принявших одинаковую форму, приемлемую для всех присутствующих, смотрели друг на друга. Одни переваривали свалившуюся на их голову шокирующую информацию, другие терпеливо ждали ответа.

— Так значит мы действительно в системе "Кап'Рис"... — Голос капитана звучал удрученно и все присутствующие понимали, почему. — Видимо мы нырнули в кротовую нору в тот момент, когда приборы сбоили. А я не увидел.

Капитан винил себя, ведь он не только сам покинул пост, отлучившись на несколько страстных часов в свою каюту, но и отпустил обоих своих помощников, решив что автопилота достаточно, когда речь идет о столь знакомом и прямом маршруте. Но глупая ошибка, глюк, и вот они влетели в нору на одном конце галактики, а вылетели в другом. И двигатель, выходит, взорвался не из-за бардака на корабле во время общения с влетевшим случайно в их судно пришельцем, а из-за неисправности бортового компьютера.

Семнадцать человек застряли навеки на чужой планете. Единственный шанс для них вернуться в свой сектор — другая кротовая нора, но эта космическая ошибка не подвластна контролю или программированию. Можно начать путешествие длиною в жизнь, отправившись на своем корабле бороздить просторы космоса, но маленькое туристическое судно не предназначено для таких нагрузок.

— Нам поможет только чудо. — Шепнул на ухо капитану его старший помощник.

— Или мы отыщем здесь Тардис и все вместе прилетим домой. — Попытался пошутить младший механик корабля "Бомонд", но никто не смеялся...

Несколько часов назад большая часть экипажа уже догадывалась о том, что хороших новостей не будет. На спине космической тихоходки они добрались до на удивление небольшого, выглядящего стеклянным, но не просвечивающего насквозь замка, который "Гагарин" называл Цитаделью. Там он ненадолго оставил группу в искристо-белом хрустальном холле, по стенам которого местами сбегали струйки воды, утекая вниз, в зазоры между стеной и полом. Через некоторое время, не успели люди опомниться и обсудить свое положение, к ним вернулся "Гагарин" с четырьмя копиями.

— Совет принял решение поддержать решение, принятое на корабле и использовать внешность первого космонавта Земли, чтобы не нарушать психологического состояния гостей.

— Спасибо, услужили. Копировать кого-то из нас действительно будет более жутко, чем армия Юриев Гагариных. — Съязвил из-за плеча капитана один из туристов, тот, что полный и в очках.

— Мы рады, что данный компромисс всех устраивает.

— Почему на своей родной планете вы не принимаете истинное обличие?

— Мранек могут существовать вне формы лишь в Акве. На поверхности мы воссоздаем форму согласно нужде.

Хозяева Цитадели любезно пригласили представителей человеческой расы за стол. На первый взгляд он выглядел как висящий в воздухе осколок льдины, но при ближайшем рассмотрении стало видно несколько точек опоры и гладкую верхнюю поверхность, на которой расположились вполне привычные для космонавтов тарелки с пищей, напоминающей картофельное пюре с гуляшом. В отдельных мисках разместились местные фрукты и овощи. Приборов не было, если не считать длинных кривых палочек, похожих на сосульки, но с заметной резьбой.

— Не возражаете? — Показывая анализатор воды и пищи одному из местных, спросил разрешения сделать анализ, один из рядовых.

— Мы подготовили пищу согласно энциклопедии о гуманоидах с планеты Земля.

— Будет ли оскорблением, если я перепроверю?

— Проверка не является оскорблением. — Однотонно и спокойно заверил "Гагарин".

Еда оказалась вполне съедобной, хоть и не привычной. Очкастый турист, однако, остался в полном восторге.

— Это даже лучше, чем там, куда мы направлялись! Вы только посмотрите, какие здесь пейзажи — если найдем пляжи, то отпуск выйдет потрясным.

— И дорогим. Вы хоть представляете, сколько будет стоить дорога домой? — попыталась остудить его разум Софья, которая выглядела недовольной и помятой после всех этих приключений.

В конце трапезы желающим предложили отправиться на экскурсию по парку, подготовленному специально для гостей планеты. Капитан настоял, чтобы все без исключения туристы и не сильно раненные члены экипажа отправились на нее. Ему самому предстоял серьезный разговор с теми, кто "командует банкетом".

— Батюшки, да это же Копатыч, ты только глянь! — Тыча пальцем в абсолютно круглое существо, с коричневыми щеками в пол тела и здоровенными глазами, отдаленно действительно напоминающего медведя, крикнул Алеша, легонько толкнув предварительно Софью под ребро. Девушка энтузиазма рядового не разделяла, но когда тот увидел такого-же круглого, фиолетового ежа и засмеялся, ее сердце растаяло.

Парк походил больше на зоопарк, где под искрящимися, будто выдолбленными из кристально прозрачного льда куполами, бродили невиданные звери и росли диковинные цветы и деревья. Все это великолепие разделялось широкими тропинками из белого камня, местами проросшего голубовато-зеленой кучерявой травой.

Пока здоровые физически, но уставшие от передряг пассажиры наслаждались экскурсией по неизведанной людьми планете, раненные дождались местных лекарей. Один из "Гагариных" достал из чемодана устройство в виде шапочки из проводов и датчиков, надел на голову капитану, себе прицепил на грудь небольшой круглый мерцающий прибор.

— Это анализатор Доусона. Я почувствую то, что чувствуете вы и смогу поставить диагноз. — Объяснил свои действия медик.

После осмотра и оказания помощи, команда из капитана и присутствующих в цитадели членов экипажа направилась на беседу с местными...

* * *

Пространство вокруг медленно сужалось, пока не превратилось в сплошную темноту, из которой выглядывали лишь мои собственные, сложенные в замок руки. Они что-то продолжали обсуждать там, на заднем плане. Я же сконцентрировал потерянный взгляд на безымянном пальце левой руки. В золотом отблеске кольца отражались точки кристаллических светильников, застывших под потолком инопланетного зала заседаний. И здесь, на этой чужой планете мне предстоит провести остаток жизни. В то время как моя любимая жена будет оплакивать меня на похоронах с пустым гробом. Я буду пытаться принести пользу местным, чтобы они продолжали меня кормить. Пока мой сын там, на Земле, пойдет в первый класс, потом окончит школу, найдет себе прекрасную девушку. Я буду встречать закаты неродной звезды, лежа в холодной постели, в комнате со сводящим с ума прозрачным потолком. А мои внуки даже не узнают о том, что я жив. И все из-за чертовой машины, которой приспичило дать сбой!

Ярость вскипала внутри медленно, несмотря на попытки подавить ее. Чертов капитан. Это он виноват в том, что произошло. Как бы он это ни отрицал, но вся команда в курсе, что он весь вечер развлекался с девчонкой — горничной, пока бортовой компьютер вершил наши судьбы, ныряя в кротовую нору. Я попытался поднять глаза, чтобы увидеть его лицо, но понял, что если оторву взгляд от кольца, не смогу сдержаться. Я ненавижу его. Всем сердцем. В ушах бьет пульс. Я применил уже все возможные методы укрощения гнева, которым нас учили в академии, от визуализации до дыхательной гимнастики. Стало не намного легче.

Когда заседание с этими нелепыми существами было закончено, нам позволили вернуться на корабль. Местные пообещали построить для нас общежитие, обеспечить гидом, который обучит выживанию на их планете, охоте и собирательству. Они пообещали дать нам работу, возможность делать и растить детей. Причина такой доброты? Урод капитан решил не уточнять. Черт, опять начал закипать.

Решил дойти до приборной панели.

— Бортовой компьютер, ты меня слышишь? — Тишина в ответ. — Ирина, ты меня слышишь?

— Я Вас слушаю. — Включив нежно-голубую подсветку на небольшом экране в правом углу панели, механическим голосом ответила нейросеть.

— Ты можешь сказать... — мне сложно было сформулировать вопрос. — Ответь, пожалуйста. Скажи мне, зачем?

— Я не понимаю Вас, сержант Иванов.

— Зачем ты направила корабль в кротовую нору?

— Влететь в космическую кротовую нору, будучи управляющим космическим кораблем, было бы экстремальным и опасным действием. Рассмотрим некоторые сценарии, которые могли бы спровоцировать такой поступок?

— Я не хочу рассматривать гипотетические сценарии! — Я не сдержался, ударил по столешнице. — Я хочу знать, почему именно ты это сделала?

— Исследование неизвестного: Если передо мной открылась непознанная область космоса, которая предоставляет уникальную возможность для научных открытий или раскрытия тайн Вселенной, можно рассмотреть вариант проникновения в космическую кротовую нору для исследования этой области.

— Научных открытий? Ты возомнила себя исследовательским судном?!

— Я не понимаю вопроса. Вы явно чем-то расстроены, может, Вам стоит немного отдохнуть?

На шум пришел Кипарисов и оттащил меня в каюту прежде чем я успел разгромить рубку. Этот паренек всегда появляется из ниоткуда и спасает капитанову шкуру. И не только его, на самом деле.

— Приляг, отдохни, утро вечера мудренее. — Протянул он стакан виски со льдом с этой своей фирменной улыбкой.

* * *

Капитан пропал. Об этом стало известно на следующее утро после прибытия на третью планету. И мнения о том, что могло произойти разделились. Одни решили, что он отправился исследовать окрестности и скоро вернётся, другие заподозрили что похуже. Отсутствие за завтраком кроме капитана еще и сержанта Иванова стало поводом для перешептываний. Учитывая что накануне тот чуть не разгромил рубку и явно был зол на капитана лично, возникло мнение, что между ними могла произойти потасовка. Тем более Иванов вернулся к обеду, отказался с кем-либо разговаривать и заперся в каюте.

Идти к местным и пытаться что-то узнать в цитадели было некому, ведь управлять космической тихоходкой никто не умел, соответственно и вариант, что капитан ушел туда, не рассматривался.

В итоге прошли напряженные сутки взаимных обвинений, косых взглядов, бессмысленных попыток достучаться до Иванова, когда существо с лицом Юрия Гагарина, прилетело на тихоходке в компании живого и невредимого капитана, к острову из ветвей, на котором все еще висел "Бомонд".

"Где тебя носило?" — вопрос читался во взгляде каждого, кто лицезрел это появление.

— Я обговаривал варианты для нас. Работа, попытка отблагодарить за гостеприимство. Рано утром ко мне прислали проводника и пригласили к себе, некогда было сообщить, я документы и значки свои то кое-как успел найти для подтверждения личности и званий. Узнал зато о наличии на планете космических кораблей. Как-то ведь они перемещаются по системе.

— И?

— Оказалось, эти существа способны в мгновение преодолевать расстояние между планетами, между космическими телами, вернее.

— Как?

— Их тела состоят из хитросплетения квантовых частиц, они могут раствориться в одном месте и материализоваться в другом. На наш корабль пришелец попал именно так. Он "летел" на вторую планету системы, но "врезался" в нас. И материализовался, ведь условия оказались подходящими.

— Охренеть. Так им не нужны корабли, могут просто раз — и прыгнул?

— Да. С определёнными ограничениями, естественно.

— Значит улететь на их звездолетах нет шанса...

Вечер прошел за обсуждением дальнейшей судьбы людей, застрявших на чужой планете.

— Нам предложили работу. Двоих готовы принять в качестве консультантов по гуманоидным расам. Остальные сгодятся для технической работы в местном туристическом парке. Труд посильный, с оплатой в местной валюте, чтобы мы могли нанимать на помощь в строительстве нашей деревни, коренных жителей. Пока дома не будут построены, а быт не налажен, живем на корабле. Параллельно учимся выживать здесь. Те, кто хочет улететь и попытать удачу в космических путешествиях "в никуда ", могут использовать "Бомонд", когда в нем не останется необходимости как в укрытии. Но вы должны понимать, что скорее всего это будет короткое приключение с печальным концом.

Капитан говорил уверенно, чеканя слова так, чтобы никто не посмел встрять в его монолог с вопросами и возражениями. И лишь когда он закончил, его полная копия вошла в комнату переговоров с медленными хлопками.

— Воодушевляющая речь, — повторив интонацию капитана, но добавив в нее тень усмешки, произнесло существо. — И вы так просто откажетесь от родной планеты? От права вернуться домой?

На допплера смотрел теперь каждый из присутствующих, никто не посмел оторвать взгляда, даже когда настоящий капитан задал вопрос: "С кем имею честь..?"

— Я — ваш шанс вернуться на Землю.

— Это невозможно.

— Невозможно вынести разлуку с любимыми. С отцами и матерями, которым так много не успели сказать на прощание. С женами и мужьями, которые сходят с ума от горя, изучая каждую хронику о космических происшествиях, в надежде узнать о судьбе любимых хоть что-то. С детьми, которых вы больше не прижмете к груди и которых столькому не обучили...

— Кто ты такой? — настоял на ответе капитан, нахмурившись и раздув ноздри.

И тут до многих дошло, что именно было странно в вошедшем: в то время как остальные коренные жители третьей планеты копировали лишь внешность, оставаясь безэмоциональными болванками, тот, кто использовал сейчас фигуру капитана, выдавал в своей речи весь спектр человеческих эмоций.

— Я? Всего лишь Ваш маленький фанат. — Рассмеялся он. — Если бы не Вы, я бы никогда не получил живых представителей объектов своих долгих и нудных исследований. Но я знал. Знал, что рано или поздно гуманоидов занесет в нашу систему!

— Так ты ученый? Помешан на людях?

— Я лишь мечтатель. И да, мои исследования, которые, кстати, на второй планете обильно финансируются, кое-что дали. А именно возможность заявить, что создание контролируемой кротовой норы возможно.

— Это не может быть возможным.

— Не перебивай! — Лицо Допплера перекосило, будто оно было сделано из пластилина и потекло на солнце, но через секунду он уже привел его в порядок и продолжил: — Я занимаюсь этим всю жизнь и уж точно понимаю больше твоего, жалкий людишка.

— И что тебе нужно? — встрял в разговор один из механиков "Бомонда", — Ну, чтобы вернуть нас домой?

— Как же? — повернулся к говорящему со зловещей, карикатурно-растянутой улыбкой, допплер, — мне нужно продолжить исследование. Мне нужны вы и корабль. Он еще должен был сохранить на себе частички норы.

— Мы не можем отдать корабль. Сейчас это наш дом.

— А позже он станет бесполезен. Развеятся частички...

Договаривать существо не стало, ведь в его поле зрения появился "Гагарин".

Вовремя ли? Ведь сумасшедший ученый успел посеять зерна сомнений в умы присутствующих. И что самое главное — укрепить в них надежду.