«Атлантис». Миссия STS-136

Глава 1

США, Флорида, мыс Канаверал

Стартовая площадка Космического центра им. Д. Кеннеди

12 октября 2012 г.

13:20. Редкие облака на высоте 3500 футов. Переменная облачность на 8200 футов.Южный ветер со скоростью 4 узла, с порывами до 6 узлов. Температура воздуха 84 градуса по Фаренгейту.

Сегодня очень ответственный день. После официального объявления о завершении программы Space Shuttle «Атлантис» снова выходит на орбиту. На этот раз полёт, в самом деле, будет последним. После возращения на Землю миссия STS-136 отправится в архив под грифом «совершенно секретно», а шаттл «Атлантис» будет выставлен в Комическом центре им. Д. Кеннеди во Флориде. Об этом полёте забудут, как только в СМИ раздуют историю о выводе нового спутника на орбиту.

Кэпком Роберт Кэлли и руководитель полёта Алекс Митчелл уже на своих местах. Пора приступать к запуску.

— Погодные условия идеальные для старта. Что скажешь, Алекс? Похоже, мы с тобой волнуемся больше, чем Флойд со своей командой.

— Как обычно. Куда нам до них. Эти ребята и не такое видели.

Кэлли смотрит в монитор. Митчелл за его спиной.

Взгляд касается электронного табло, которое видно с любой точки центра управления полётом.

Обратный отсчёт.

Кажется, цифры меняются с невероятной скоростью. Секунды складываются в минуты и уплывают в прошлое.

Расчётное окно для запуска «Атлантиса» с 14:30:25 по 14:40:25. Ширина окна – 10 минут. Точное время старта: 14:35:25 по Гринвичу.

Привычный взгляд на часы, а затем на нескончаемый поток информации на мониторе.

«10:10 — Закачка жидкого кислорода и водорода во внешний топливный бак шаттла «Атлантис» закончена».

«Подготовка к старту идёт по плану», — зафиксировано в мыслях.

«12:30 — Астронавты «Атлантиса» облачены в скафандры и размещены в астровэне».

Ещё один важный пункт перед запуском – никого не забыть.

«Через пятьдесят минут они доставлены на стартовую площадку», — принято.

«13:11 — Командир шаттла Л. Флойд на борту «Атлантиса». За ним следует пилот Д. Роксет, затем специалисты полёта А. Лукас, С. Таннер, Н. Такаши, Т. Коннор.

13:18 — Принято предварительное решение о старте в 14:35:25».

Привычные переговоры с экипажем и с техническим обслуживанием шаттла. Едва слышится шуршание техники. Настолько слабое, что мозг воспринимает его, как само собой разумеющееся. Бесконечные запросы на погодные условия, тестирования и выявление неисправностей. После старта будет не до них.

«Последние проверки систем шаттла перед стартом», — это важно.

Время бежит катастрофически быстро.

На табло уже 13:25.

Запрос поправки на погодные условия.

«Редкие облака на высоте 3600 футов. Зона переменной облачности сместилась на высоту 8150 футов. Южный ветер со скоростью 4,3 узла, с порывами до 6 узлов. Температура воздуха 84,6 градуса по Фаренгейту».

14:20:20

Пятнадцатиминутная готовность. Привычные фразы. Привычные настолько, что если разбудить ночью, то отлетят от зубов. Технические данные бортовых систем шаттла. Всё в норме. Отклонений нет.

14:33:15

— Это Хьюстон. «Атлантис», слышите нас?

— Хьюстон, слышим вас отлично.

— Как настроение?

Пауза:

— Приподнятое. Готовы к выполнению миссии.

— Последний вопрос, — такой, чтобы немного разрядить возросшее напряжение. — Уверены, что хотите лететь?

— Хьюстон, вы сейчас пошутили? У нас всё хорошо. Полны надежд и веры в лучшее.

— Держитесь ребята. При взлёте будет трясти.

— Даже не знаю, что сказать.

Кэлли сосредоточенно смотрит на последние данные перед стартом.

— Доложите о готовности к старту.

— Датчик контакт-лифт активирован. Время отрыва от стартовой площадки зафиксировано.

В центре управления полётом повышенная готовность. Напряжение висит в воздухе. Кажется, что его можно потрогать.

— Сброс обтекателей.

— Есть, сброс обтекателей.

— Начать подачу компонентов топлива в двигатели.

— Подача топлива активирована.

— Сэр, запись пошла.

— Хьюстон, «Атлантис» на связи. Включаю зажигание.

По аналогии с автомобилем. На шаттле используется более сложная и совершенная система.

У этих астронавтов свои шуточки.

— Информация о стартовом комплексе. Вам стоит взглянуть.

— «Атлантис», у вас чуть больше минуты до старта.

Предварительная, промежуточная, главная стадии пройдены.

От твердотопливных ракетных ускорителей отходят съёмные обтекатели. Это видно на мониторах.

До старта 40 секунд.

Подъём.

— Ключ на старт, — это команда или мысли? Впрочем, сейчас неважно.

Ключ запуска переведён на автоматический режим.

— «Атлантис», удачного полёта.

— Спасибо, Хьюстон. Вашими молитвами…

Нервный смешок в эфире.

14:35:25

Вибрация становится почти ощутимой. Из сопл ракетных двигателей твердотопливных ускорителей вырываются дым и пламя. На секунду шаттл зависает над стартовой площадкой. Пламя разгорается. Оно готово выжечь всё вокруг, вместе с центром управления полётом.

«Атлантис» уходит в небо.

Очень быстро вместо него остается только светящееся пятно.

Скорость времени увеличивается вместе со скоростью шаттла. Невозможно отследить закономерности феномена или обосновать научно. Новая информация поступает каждую секунду. Хочется рвать на волосы на голове от напряжения.

«Ну же, «Атлантис», вы уже две минуты в полёте! Хотя бы одна положительная новость!»

14:37:38

– Хьюстон, это «Атлантис». Как слышите нас?

— Как будто сидите рядом, командир. Что у вас новенького?

— Отстрелены твердотопливные ускорители.

«Хорошая новость!»

В небе расплывается облако дыма.

На мониторах видно, как астронавты щурятся от скользнувших по шаттлу солнечных лучей. Но, кажется, все спокойны. Паники на ближайшую неделю не предвидится.

14:39:05

— Обновлённые данные полёта на главный экран.

— Высота 56 миль, расстояние от стартовой площадки 124 мили. Скорость 4300 миль/час.

— «Атлантис», это Хьюстон. Вы приближаетесь к точке невозврата. После её прохождения аварийная посадка на мысе Канаверал будет невозможна.

— Хьюстон, полёт проходит в штатном режиме. В ближайшее время возвращаться не планируем.

14:39:34

Точка невозврата пройдена.

— Хьюстон, это «Атлантис». Высота полёта 64 мили, расстояние от стартовой площадки 220 миль. Скорость 5600 миль/час.

— Отличная новость. Держите нас в курсе событий.

— Непременно поделимся самым интересным.

14:42:11

— Хьюстон, скорость 12400 миль/час. Готовимся к выключению двигателей и отстрелу внешнего топливного бака.

Всё выверено до секунды. Они делали это сотни раз до старта. На тренажёрах. Всё будет хорошо.

Только избавимся от этой «бочки с горючим».

14:46:08

– Хьюстон, внешний топливный бак отделён. Двигатели шаттла выключены.

По центру управления проносится облегчённый выдох, а следом раздаются аплодисменты и радостные возгласы.

14:46:29

— Хьюстон. Мы вышли на орбиту. Апогей 145 миль, перигей 39 миль, наклонение 50,8 градусов. Вы не представляете, какой отсюда вид на Землю!

— «Атлантис», скорректируйте курс.

— Вас поняли. Корректируем согласно заданным параметрам.

Тишина в эфире. Предательская тишина.

14:47:16

— Хьюстон, курс скорректирован. Параметры орбиты: апогей 150 миль, перигей 101 миля. Приступаем к открытию грузового отсека и разворачиванию антенны Ku диапазона.

Глава 2

На орбите Земли

Космическое пространство. Недосягаемое. Неизведанное. Загадочное. Наполненное тайнами. Пугающее. Манящее. Бесконечная пустота с мириадами звёзд и планет. Возможности. Эволюция. Истина.

Что там? За поясом Койпера? За пределами видимости излучения в наблюдаемой Вселенной? Другие миры? Гипотетическая Ось Зла? Ничего? Бесконечные вопросы. И ни одного ответа.

Невероятная тишина. Звенящая. Как в горах на рассвете. Когда природа только начинает просыпаться.

Второй день полёта. Время тянется медленно. Бортовые системы работают в автоматическом режиме по стандартным алгоритмам.

Никаких отклонений. Никаких происшествий.

Приближаемся к телескопу «Хаббл». Он в тридцати градусах левее шаттла. Сканирование закончено. Видимых повреждений нет.

Телескоп планировали вывести на орбиту ещё в октябре 1986 г. Внешний топливный бак «Челленджера» взорвался на семьдесят третьей секунде полёта. Январская катастрофа изменила осенние планы. «Хаббл» остался на Земле. Миссию завершил «Дискавэри». STS-31. В апреле 1990 г. Лорен Шрайвер вывел телескоп на расчётную орбиту. И мир увидел потрясающие снимки космоса.

Что у нас по плану на ближайшие два дня? Выход в открытый космос. Замена гироскопа, датчиков наведения, обновление COSTAR, ремонт блока форматирования данных, блока контррефлектора. Последнее техническое обслуживание. Дальше – полнейшая неизвестность.

Взгляд тянется к бело-зелёно-голубому шару, чуть приплюснутому на полюсе. С орбиты она кажется такой хрупкой и… маленькой. Земля. Песчинка в необъятной Вселенной. А это что за белое пятно? Хм… Циклон над Северной Атлантикой. Закручивается в тугую спираль. Даже с орбиты выглядит неприятно. Движется прямо на восточное побережье. Довольно быстро. Лишь бы с юга ничего не прилетело. Иначе посадка будет жёсткой. Но только через четыре дня. После замены оборудования нужно провести его отладку.

На приборной панели что-то мигает. Множество индикаторов, тумблеров, переключателей... Связь.

— «Атлантис», это Хьюстон. У вас всё в порядке?

— Доброе утро, Хьюстон… — во Флориде раннее утро. 05:46. – Вам не спится?

Лёгкая улыбка в уголках губ.

— «Атлантис», это Хьюстон. Ответьте.

— Хьюстон, «Атлантис» на связи. Как слышите?

— Говорит Хьюстон, «Атлантис» ответьте. У вас что-то со связью? Или у нас?

— «Атлантис» на связи. Хьюстон, слышите нас?

— «Атлантис», вас неслышно! Ответьте!

— Возможны помехи. Приближаемся к телескопу «Хаббл». Полёт нормальный.

Пауза. Шум. И далёкий голос.

— Отлично! Сегодня определённо удачный день. Почему не отвечали? У вас проблемы со связью?

— Помехи. Хм... «Хаббл» в зоне видимости. Системы функционируют в штатном режиме.

— Как настроение, «Атлантис»?

— Самое лучшее. Разрешите перейти к запланированному выполнению программы.

— Разрешаю. Переходите к отработке программы испытаний.

— Подтверждаю начало испытаний. 05:52 по североамериканскому восточному времени. Запускаю первый этап, — пауза в минуту. — Загрузка пошла.

— «Атлантис»?.. Вы опять пропали...

Паникёры. Что могло случиться в Хьюстоне? Циклон? Помехи? Кто-то глушит связь?

Глаза поднимаются к обзорному окну. Иллюминатору. Земля на месте. Хм… А иначе бы Хьюстон сейчас не разговаривал. Так, цель – «Хаббл». В зоне видимости. Переключение тумблеров связи. Сигнал пошёл. С большим запозданием. Странно. Очень странно. Амплитуда не такая, как обычно.

Программа испытаний. Основная цель миссии STS-136. Её проходили на Земле в Космическом центре им. Д. Кеннеди во время подготовки к полёту. Отработали несколько вариантов. Ничего не должно произойти. Всё выверено до секунды.

А в кабине заметно потемнело.

Тень? В космосе? Вы шутите?

О, БОГИ! ЧТО ЭТО?!

— Хьюстон! Вы видите это?!

— «Атлантис», проверьте связь! Вас неслышно! Что у вас происходит?

— Сами ничего не понимаем. Вы слышите нас?

— Вас неслышно!

С сомнением:

— Ну, хотя бы видно?

— «Атлантис», это Хьюстон. Ответьте!

Пыльцы мелькают над панелью управления. Есть контакт!

— Вызываю Хьюстон. Приём.

— «Атлантис», что у вас происходит? Почему возникли проблемы со связью?

— Не имею ни малейшего понятия. Что-то блокирует связь.

— Проверьте приёмо-передающий блок.

Несколько коротких команд уходят в бортовой компьютер.

— Сигнал устойчивый. Идёт с приличным опозданием.

— Хм… Вы пропали с экранов. Всё хорошо?

— Да. Системы работают в штатном режиме.

— Уверены? Телеметрия пошла! Ого! Вы где вообще? – пауза на три секунды. — Дайте мне отклонения от заданного курса. Отследите незапланированный манёвр. Что это? Нет!.. «Хаббл» я вижу! Правее! Да, что это, чёрт побери, такое?! Обломки спутника? Часть солнечной батареи?! Откуда?! «Атлантис», что вы видите?

— Вероятно, то же, что и вы.

— Не понимаю.

— Мы пока…

Системы словно взбесились! Что это?! Столько звуков! А ведь несколько минут назад была торжественная тишина!

Так. Спокойно. Не паниковать.

Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.

Инструкция по внештатным ситуациям. Параграф 246.

— Хьюстон, у нас проблемы.

— «Атлантис», повторите, пожалуйста.

— У нас проблемы!

— Докладывайте!

— Двигатели ориентации отключились от систем. Вспомогательная силовая установка показывает... Да она вот-вот откажет! Уровень радиации… в пределах допустимой нормы. Конденсаторы радиосистем… Система орбитального маневрирования… Инерциальный комплекс…

— Механические повреждения корпуса?

— Нет. Не знаю. Системы вырубаются одна за другой. Шлюзовая камера… Теплорегулировка скатилась в красную зону! Температура ползёт вверх!

— «Атлантис»! «Атлантис»! Вас неслышно! Да, дайте же мне изображение! Звук! Всё, что угодно! – пауза. Незнакомые тревожные голоса. Эфир наполнен ими, — Найдите их! Орбита не такая большая, чтобы потерять целый шаттл!

Глава 3

Гигантский диск медленно вращался в пятнадцати секундах от телескопа «Хаббл». Он казался нереальным и пугающим. Словно прибыл из другой Вселенной. На его гранях с определённой периодичностью вспыхивали статические разряды. На широких пластинах из неизвестного металла виднелись абсолютно незнакомые символы, расположенные в четыре ряда. Между ними мерцало чужое солнце. Символы двигались независимо друг от друга. Диск не проявлял признаков агрессии. Не испускал радиоволн. Из его шлюзов, больше похожих на прорези, не вылетали космические аппараты. Не было даже намёка на то, что в нём есть что-то живое. Он просто маячил мрачным пятном, заслонив собой Землю.

Командир шаттла Лиланд «Ли» Флойд уже пятнадцать минут рассматривал объект. Его губы сомкнулись в тонкую линию. Лицо не выражало никаких эмоций. Он просто изучал.

«Как будто готовлюсь к бою», — пронеслось в его мыслях.

Ещё шесть лет назад Флойд служил в ВКС США на авиабазе «Петерсон» в Колорадо-Спрингс. И это после Массачусетского университета технологий и степени бакалавра в области аэронавтики, а затем Вашингтонского университета и получения степени магистра в той же области! Ему пророчили блестящую карьеру в программе Space Shuttle. Всё изменил случай. Флойд провалил собеседование в NASA и отправился в ВКС. Он был на хорошем счету, пока не поменялся командный состав. Флойд перевёлся на авиабазу «Эдвардз» в Калифорнии и продолжил службу в качестве командира эскадрильи истребителей и испытателя технических и вычислительных систем. Получив заслуженное звание коммандера, Флойд был отобран в группу астронавтов NASA в качестве пилота шаттла. Началась длительная подготовка к воплощению мечты — полёту в космос. Это было похуже армейской муштры и высшего пилотажа на запредельных высотах. Гораздо сложнее и без обещаний. Он выдержал обучение и получил доступ к «Атлантису». Улыбка не сползала с лица до ночи, когда были назначены день и время старта. Этот полёт был первым для Флойда. А звание коммандера прижилось в экипаже.

Специалист полёта, Альба Лукас, высокая женщина с пронзительными голубыми глазами и рыжеватыми волосами, застыла чуть позади командира шаттла. Лукас шла к цели всю свою жизнь. Она получила две учёных степени по физике и бакалавра электротехники в Миссурийском университете Науки и Технологий. Лукас участвовала в подготовке миссий NASA и запуске шаттлов «Индевор» и «Дискавэри». На «Атлантис» она попала в качестве специалиста по полезной нагрузке.

Она прищурилась, точно также рассматривая неопознанный объект.

Флойд и Лукас переглянулись только один раз, и снова приклеились к иллюминатору.

Неулыбчивый Стивен Таннер из Сан-Франциско всё это время молча парил чуть правее командира и не проявлял признаков жизни. Бледнокожий, со светлыми водянистыми глазами и редкими светлыми волосами. Обычно Таннер пугал всех своим видом. Некоторые считали его привидением. Но он был реален. Выдвигал самые неправдоподобные теории, которые зачастую оборачивались правильными. Это была одна из причин, по которой Таннера зачислили в экипаж «Атлантиса». Вторая заключалась в том, что он был хорошим инженером и пилотом. Имелась и третья причина – шаттл «Индевор» и первый полёт Таннера на орбиту два года назад. Стивен начал службу командиром группы в системе раннего предупреждения ракетного нападения в ВВС США на авиабазе в Пембира Коунти, в Северной Каролине. Позднее он получил степень магистра в области производственный инженерии в Хьюстонском университете и оттуда попал в Космический центр им. Кеннеди, где отвечал за контроль и эксплуатацию механических систем шаттлов. Позже Таннера отобрали в группу подготовки астронавтов.

Норитакэ Такаши, японец, появился на «Атлантисе» случайно. Изначально к полёту готовили другого специалиста. К сожалению, тот неудачно упал и сломал ногу. Билет в космос достался японцу. Норитакэ получил своё образование и нашёл мечту в Токийском университете, где стал бакалавром, а пару лет спустя магистром наук по аэрокосмическому машиностроению. Затем была работа в Национальном агентстве по использованию космоса, в Колорадском университете в лаборатории по изучению гидродинамики в условиях невесомости. И наконец, его приняли в группу подготовки к полёту в программе Space Shuttle. После прохождения обучения Такаши была присвоена квалификация специалиста полёта транспортных систем.

Тайлер Коннор, темноволосый американец, попал в группу подготовки к полёту прямиком из университета Хьюстона «Клефр Лэйк», где изучал физику. До этого были получены степени бакалавра в области машиностроения университета в Техасе и в Технологическом институте военно-воздушных сил США. В Космическом центре им. Д. Кеннеди Коннор участвовал в проекте Space Shuttle. Однако судьба повернула таким образом, что пришлось перевестись на военно-воздушную базу «Эдвардз». Он налетал более 1000 часов на 20 разных типах самолётов и снова вернулся в NASA. Последние шесть лет Коннор занимался только тем, что отличался умом и сообразительностью. Естественно дорожка привела его прямиком на «Атлантис». К тому же его готовили к работе с «Хабблом».

Пилот Джей Роксет оторвался от панели управления и поддался всеобщему созерцанию объекта.

Роксет давно знал Флойда и называл его не иначе, как «кэп». Они познакомились на авиабазе «Эдвардз». Частный Эмбри-Риддл университет аэронавтики не принесли удовлетворения юному амбициозному Роксету. Он отправился в университет штата Флорида за степенью магистра в области аэронавтики, а уже после в его биографии появились авиабаза «Эдвардз», военно-воздушная база в Южной Каролине, база «Иглин» во Флориде, и снова «Эдвардз». Роксет знал о самолётах всё и считался отличным пилотом. Он не задавал лишних вопросов, быстро соображал и точно выполнял приказы. Вслед за Флойдом Роксет отправился в Космический центр им. Д. Кеннеди. Когда было получено назначение на «Атлантис», он почувствовал себя вполне счастливым человеком.

Лукас нервно взглянула на коммандера.

— Нет никаких мыслей, — она пожала плечами. – За всю свою карьеру в NASA ни разу не видела ничего подобного. Это не наша разработка. Не могу определить тип металла. Напоминает таллий. Такой же серебристо-белый цвет с серо-голубым оттенком. Для более точной экспертизы нужен образец. А у тебя есть теории, коммандер?

— Абсолютно никаких, — точно такой же знак, выражающий недоумение. — Стивен, может, ты что-то скажешь?

Флойд коротко взглянул на парящего рядом Таннера.

— Пока ничего утешительного не вижу, — было ответом. — Символы мне не знакомы. Впрочем, я не лингвист. Объект... Соглашусь с Альбой насчёт не нашей разработки.Хотя… — затянувшаяся пауза. — Нет. Мне неизвестно его происхождение. Могу предположить, что это космический корабль.

— Забитый врагами, — хмыкнул со своего места Роксет. Он сложил указательные пальцы вместе и изобразил выстрел. – Покажите мне их, кэп. И я тотчас открою огонь. Разнесём эту химеру на атомы.

— Успеется, — остановил поток мыслей Флойд, покосившись на пилота. Ничего противоестественного тот не делал. Даже не пытался. Коммандер не удержался от колкости, припоминая авиабазу «Эдвардз». – И как, позволь спросить, ты собрался стрелять? У нас нет пушек. Вряд ли пальцы, сложенные пистолетом, нанесут ощутимый урон объекту. К тому же, у них могут быть мирные намерения. А может, они терпят бедствие. Кстати, Роксет, где спектральный анализ?

Пилот вернулся к показаниям компьютера.

— Готов, кэп.

Коммандер подплыл к своей консоли. Он переключил несколько тумблеров и вывел на монитор полученную информацию.

— Что там? – Лукас оттолкнулась от стены и подрейфовала к Флойду.

— Ничего, — тот покачал головой. — Нейтральная зона. Никаких аномалий и прочих прелестей.

Таннер прищурился. Это означало, что его посетила мысль. Результат появился через минуту.

— Закономерность последовательности довольно странная. Диаграммы, которые я вижу, не соответствуют действительности. Просто не могут соответствовать. Меня беспокоит протяжённая область с ориентацией спроектированной структуры, — он очертил указательным пальцем небольшую область вокруг объекта. – Он явно прибыл сюда не с Земли. Я вижу тёплые и холодные области флуктуации излучений. И они расположены случайным образом.

— Их здесь вообще не должно быть, — заметил Флойд. – А это что? Холодные поля проецируются на тёмные и выходят за границы…

— Аккреции, Ли, — Таннер подтвердил его догадки.

— Потрясающе! – Лукас запустила руки в волосы.

— Оценим вероятности, — коммандер отправил запрос в бортовой компьютер.

Информация появилась уже через две минуты. Она оказалась не такой радостной, как ожидалось.

— Изменение магнитных полей и масс двух соседних тел, — Таннер вытащил на монитор реконструкцию возможных событий.

— Хочешь сказать, они могут притянуться друг к другу, как хорошие магниты?

— Предполагаю что-то подобное.

— Так это магнит, который кто-то забыл на орбите Земли!

Все посмотрели на Роксета. Пилот сделал вид, что ничего не говорил.

— Не понимаю, — забеспокоился Такаши. – Объект не регистрируется системами. То есть, его здесь нет.

— Как же нет. Вот он. Перед нами, — ответил коммандер. – Но на спектрах его действительно не существует.

— Групповая галлюцинация? – предположила Лукас.

— Кэп, если есть объект, следовательно, должны иметься аномалии, — заметил Роксет, снова впиваясь взглядом в диск. Мысль быстро покинула его. – Кто-нибудь объясните мне суть происходящего. Я пилот, а не астрофизик.

Раздался дружный хмык.

— Объект нейтрализовал все поля, — терпеливо объяснил Коннор. Он взглянул на Флойда, как всегда, немного с подозрением, словно проверял его. Впрочем, Тайлер на всех так смотрел. – Ли, мы можем воспользоваться манипулятором и отщипнуть кусочек обшивки? Сделаем анализ и, хотя бы поймём, откуда он. Приблизительно. И может быть.

— Видимо, на куске будет написано «сделано в…», — проворчал Роксет. – Идейка так себе. Ключевое слово — инструкции.

— Он прав, — Флойду ничего не оставалось, как только согласиться. — Нарушим протоколы безопасности. Нам следует сообщить о нём в NASA и отправить им изображение. Вполне может быть, он только и ждёт, когда его ковырнут. А потом шарахнет, мало не покажется.

Коннор попытался возразить:

— Диск выглядит мёртвым.

— Протоколы безопасности, — строго повторил коммандер. — Уберём шаттл подальше от него.

Он впихнулся в кресло и зафиксировав себя ремнями, принялся за дело.

Повисло молчание.

Коммандер набрал несколько команд на выдвижном пульте. Гигабайты информации побежали по дисплею. В левое ухо сопел тот самый Коннор, внимательно изучая и оценивая.

Раздался неприятный дребезжащий звук. Моментально нелестно высказались Лукас и Такаши. Альба поморщилась и пообещала себе выяснить причину скрежета.

— Не понимаю… — на лице Флойда промелькнуло недоумение. – Шаттл не слушается команд. Не могу запустить двигатели ориентации. Роксет, займись делом. Выясни, что случилось. И уведи «Атлантис» подальше от диска. Пусть между нами будет «Хаббл».

— Есть, кэп.

К всеобщей неожиданности активировался блок бортовых манипуляторов. И Флойд понял, что сейчас кому-то сильно наподдаст.

— Тайлер, почему я тебя не вижу?

Он обернулся. Коннор уже сидел на своём месте и так же недоумённо пялился на монитор.

— Ли, я ничего не делал. Клянусь тебе, — он даже поднял руки, демонстрируя свою непричастность к происходящему.

— Кто активировал манипулятор?

Вопрос остался без ответа.

«Ладно, выясню сам».

Коммандер запросил информацию по последним действиям.

Никто не заходил в системы блока манипуляторов.

— Кэп, — Роксет взглянул на Флойда. — Может это делают в NASA? Они же могут дистанционно управлять шаттлом. Да и связь как-то странно оборвалась.

— Геомагнитные возмущения, — бросил Ли. – Физику надо было учить, а не гонять на «Рапторе» над Персидским заливом.

Пилот в очередной раз заткнулся.

На дисплее появилась схема шлюзового канала, в котором находилось оборудование для работ в открытом космосе.

На «Атлантисе» имелось два основных манипулятора и резервный. В рутинной работе использовался только один. На конце каждого имелся захват, напоминающий клешню, которым проводилось удерживание и перемещение груза. Манипуляторы были оснащены шестью вращательными степенями подвижности, и двумя транспортными. Последняя была нужна для закрепления груза в грузовом отсеке шаттла.

Ли вывел на дисплей изображение с двух телекамер, вращающихся в двух плоскостях. Вспыхнул луч прожектора. Шарнирно-стержневая система из прочного углепластика, приспособленная для работы в условиях резких перепадов температур, казалась надёжной. Но не в этот раз.

— Отключить манипуляторы, — приказал Флойд.

Таннер застучал по клавишам панели управления.

— Ли, боюсь, это невозможно. Я не могу это сделать.

— Причина?

— Система не заблокирована, но мои коды доступа больше не действуют. Кто-то перехватил управление.

— Аварийная остановка программы. Тайлер, вызови NASA. И сделай так, чтобы нам ответили.

Коммандер попытался отключить систему бортовых манипуляторов. И безуспешно.

— Перехожу на ручное управление, — предупредил он.

Ожила консоль портативной телесистемы. Флойд опустил руку на джойстик.

— Аккуратней, — взмолилась Лукас, опасаясь непредвиденных ситуаций и проблем с шаттлом.

Ли закусил нижнюю губу от напряжения. Повисшая тишина настораживала его, но не пугала. Точно такое же ощущение было во время испытаний новых систем пилотирования ещё на авиабазе «Петерсон».

Шаттл начал маневрирование. И через несколько минут снова замер.

Манипулятор медленно потянулся к диску. До прикосновения оставалось всего несколько дюймов.

Коннор отчаянно пытался наладить связь с центром управления полётом. Флойд и Роксет — взломать системы, которые неожиданно заблокировались извне.

Все замерли. Затаили дыхание.

Клешня манипулятора раскрылась и скользнула к конусу, возвышающемуся над поверхностью.

Символы на диске угрожающе вспыхнули. Первый ряд пластин из неизвестного металла приподнялся, обнажив переливающиеся тонкие трубопроводы под ними.

Лукас и Таннер отпрянули от иллюминатора. Роксет глубоко вдохнул воздух, а затем, на всякий случай, скрестил пальцы, почувствовав всеобщую нервозность.

Флойд выждал почти полминуты, прежде чем выдать тревожное:

— Мы больше не управляем шаттлом.

Манипулятор коснулся ажурного кончика конуса.

Внутри диска что-то засияло. Сгустки энергии вырвались на его поверхность и растеклись электрическими разрядами.

А затем последовала яркая вспышка. Настолько мощная, что ослепила на несколько секунд.

Командный отсек заполнился неестественным светом.

Клешня манипулятора моментально оплавилась.

Молния, вырвавшаяся из объекта, перескочила на устройство и побежала к шаттлу.

Глава 4

Свет медленно рассеивался, оставляя цветные круги перед глазами.

Больше всего Флойд боялся, что долбануло чем-то термоядерным. В непозволительной близости от объекта это могло быть чревато последствиями. Судя по яркости, заряд мог оказаться приличным. Оставалось только отсчитывать секунды до прекращения пляски цветов, а после подсчитывать нанесённый ущерб: тяжесть ожогов, оплавление обшивки шаттла, возгорания, погибшие. Последнее откровенно не радовало.

Коммандер успел досчитать до восьми. Он с трудом разлепил глаза. Руки уже тянулись к консоли. Собственные повреждения сейчас его волновали меньше всего.

За спиной приходил в себя экипаж «Атлантиса».

Таннер опасливо осматривался, мало понимая, что могло произойти и что вызвало сияние. Лукас как следует приложилась плечом о стену и теперь потирала место ушиба. Она казалась растрёпанной и возмущённой. Коннор помогал Такаши, который отмахивался от него, всякий раз норовя врезать. Только Роксет выглядел спокойным.

— Все живы?

— Кэп, что это было?

— Чтобы я знал.

— Выгорание водорода в недрах звезды, — предположил Коннор.

Коммандер хмыкнул.

— Гелиевая вспышка? Солнце явно не дотягивает до красного гиганта. Оно пока жёлтый карлик.

На секунду повисло молчание.

— Так, а этот карлик не сколлапсировал случайно? – подал голос неутомимый Роксет.

— Не знаю. Сейчас посмотрю, — Флойд бросил опасливый взгляд на космическое пространство. Из его груди вырвался тяжёлый вздох. – Земля на месте. Солнце, похоже, тоже. Вон как освещает североамериканский континент.

— Но?

— Объект пропал.

— То есть?! – Лукас и Таннер столкнулись лбами перед иллюминатором. – Действительно.

— Улетел? – пилот не мог поверить в такое простое событие. – Серьёзно? Перепугался нас и улетел? Да, ладно вам, кэп! Не верю.

— Я тоже. Но его действительно не видно.

— А «Хаббл»?

— Что «Хаббл»?

— Может, нас засосало в какую-нибудь чёрную дыру?

Флойд покачал головой.

— Роксет, над Персидским заливом тебе мерещились медальки за отвагу. Напомнить, где ты оказался?

— Не надо, кэп. У меня нет проблем с памятью, а воспоминания не мучают.

— «Хаббл» на месте. Только… — коммандер замолк. – Так, мы сдвинулись с места на несколько градусов и отлетели назад. По нам точно чем-то долбанули. Неизвестно кто. Или у нас неожиданно заработали двигатели ориентации? Ничего не желаешь сказать, Роксет?

— Никак нет, сэр! – отчеканил пилот. – Медальку хочется.

— Будет тебе медалька, если «Хаббл» починим.

— Так я не инженер.

— Да?! А кто втихушку модифицировал двигатели на «Рапторе»?

— Мне за это попало. Я оглох на одно ухо от ваших криков, — смутился Роксет. – И на второе от воплей полковника Хелберта. По сути, я инвалид.

— Закончили дискуссию.

— Н-да, ребята. Весёленькая у вас была жизнь, — фыркнула Лукас. – Как только к «Атлантису» подпустили? Это немного посерьёзней «Раптора». Займусь сканированием пространства.

Флойд кивнул.

Коннор занял своё место вслед за Альбой. Эти двое знали своё дело.

— Нет, коммандер, двигатели не отвечают на запросы системы.

Роксет многозначительно хмыкнул.

— Доверь работу профессионалу, Тайлер, — пилот занялся привычными проверками. – Я конечно не компьютерный гений, но кое-что могу. Итак… кэп, запрос ушёл.

— И?

— Ничего. Продолжу сканирование повреждений. Могу по-быстрому сгонять в двигательный отсек, посмотреть что к чему. Может, проводок какой-нибудь отошёл. Я пошевелю…

— Сиди и не дёргайся, — устало посоветовал Флойд. – На взлёте надо было проводки шевелить. Теперь уже поздно. Тайлер, Стивен, мне нужны показания всех повреждений. Альба, займись подготовкой к разгрузке оборудования. Так или иначе, мы завершим миссию и проведём отладку систем телескопа.

— Есть, сэр, — привычно-заученно отозвалась Лукас.

— Ли?!

Тревожный голос Такаши заставил всех вздрогнуть. Он таращился на пространство, не смея оторваться от иллюминатора. Флойд не успел сказать ни слова.

Шаттл ощутимо содрогнулся.

Пространство вокруг «Атлантиса» озарилось световой вспышкой. Ударная волна накрыла через пару секунд. Огненные всплески лизали обшивку шаттла и супер-прочные стёкла. Его куда-то потащило. Каверна, образовавшаяся из-за светового давления, мгновенно схлопнулась. По внешней стороне корпуса протащило что-то гигантское. Было ощущение, что оно вспарывает обшивку. В стекло ударил громоздкий оплавленный обломок. В ушах застучали молоты. Температура в командном отсеке стремительно поползла вверх. Следом заискрились панели управления. Тонкие струйки дыма потянулись к потолку и растеклись по плоскости. Затем всё наполнилось звуками. Пищали датчики аварийных оповещений. Спустя долю секунды заверещала сирена. Крики экипажа тонули в её рёве.

Системы останавливались одна за другой, перезагружались, запускались с серьёзными ошибками. Некоторые переходили на аварийный режим работы. Стандартные алгоритмы отключались. И это было похуже, чем вначале. Мониторы пестрели предупреждениями. Их было столько, что хотелось только одного — проснуться. Но всё происходило наяву. Затем появились данные больше напоминающие каракули неразумного существа.

Флойд, скрепя зубами от невозможных перегрузок, дотянулся до консоли и отправил один единственный запрос на предмет повреждений, надеясь, что шаттл не разваливается.

Послышался громкий хлопок. Где-то что-то взорвалось. Усилилась неприятная вибрация. По шаттлу прошёлся жуткий скрип. Казалось, звук идёт с внешней стороны. Как будто кто-то отдирает обшивку.

Отсек начало заволакивать едким дымом.

Сначала была пульсирующая боль в голове, охватившая каждого. Затем присоединились стук в висках и головокружение. Кого-то уже выворачивало. Это стало понятно по характерным звукам. Глаза болели и слезились.

Флойду с трудом удалось не заорать. Он неопределённо взмахнул руками, как будто пытался отогнать назойливых мушек от лица. Они роились и норовили укусить. Память выдавала совершенно неожиданные картинки из прошлого. На мгновение коммандеру показалось, что он сидит в своём испытательном образце «Локхид-Мартин» F35-М, по прозвищу «Молния». Раздражение накатило горячей волной. Послышались голоса. Кто-то отдавал бредовые команды.

А чуть позже всё стало заволакивать туманом. Захотелось прилечь. Дышать становилось тяжелее. Каждый вдох отдавался болью в груди. Сердце стучало со скоростью шаттла при отрыве от стартовой площадки.

Взвизгнула Лукас.

Прямо на неё обрушилась мигающая датчиками панель. Альба завалилась на спину. Таннер с трудом повернул голову. Он был ближе всех к ней и первым пришёл в себя после удара. Стивен выбрался из кресла, оттолкнулся ногами и поплыл к Лукас. Он неумело подхватил её и попытался подтащить к выходу в коридор. Металлическая створа автоматически отрезала их от спасения. А на панели мигал индикатор блокировки.

— Да, что б тебя! – в сердцах выдохнул Таннер.

Альба справилась с начинающейся паникой. Она потёрла виски и пространно покрутила головой. Было плохо видно, что происходит.

— К такому нас точно не готовили, — чуть смущённо пробормотала она.

Следовало найти командира шаттла. Но, как назло, дым стал настолько густым, что казалось, его можно было потрогать и непременно наткнуться на что-то твёрдое. И никаких голосов.

— Забудь о них, — приказал Таннер. — Вскроем створу, перейдём в шлюз и наденем скафандры, если ещё не очень поздно. Хотелось бы понять, где наш командир. И к чему готовиться.

— Если выжил, это будет чудом.

Жуткий удар прилетел из недр коридора. Створа прогнулась внутрь, как будто кто-то ударил по ней кулаком. Лукас и Таннер попытались отлететь назад. Шаттл снова вздрогнул. Со всех сторон посыпалось оборудование.

Раздался первый крик.

Таннер потерял Лукас из виду. Она уплыла в сторону и растворилась в дыму. Стивен отпрянул от створы. Он отлетел, как ему показалось, вглубь отсека буквально на фут с небольшим. Ноги зацепились за что-то мягкое. И Стивен впечатался в стену. Таннер опустил взгляд.

Прямо под ним корчился Такаши. В нескольких дюймах от палубы. Правая половина его груди была окрашена кровью. Яркие красные капли парили над ней. Кисть правой руки расплющилась. Теперь это были жалкие останки человеческих пальцев, болтающихся только на тонкой коже. Японец поверхностно и часто дышал.

Рядом спланировал Коннор. Он бегло осмотрел Такаши. Таннер упёрся взглядом в разрастающееся пятно.

Повреждения, если не напугали обоих, то уж точно впечатлили. Сквозь разодранную грудную клетку проглядывали сломанные рёбра. Такаши захлёбывался. Коннор пытался оказать ему помощь, слабо представляя, как это сделать в таких условиях. Под рукой абсолютно ничего не было. Невесомость ужасно мешала.

Таннер коротко кивнул.

— Надо было надеть скафандры гораздо раньше, — пробормотал ошарашенный Стивен, плохо соображая, что делать.

Тайлер только взглянул на него.

— Протоколы безопасности не сработали! – донёсся откуда-то со стороны голос Лукас. – Но я же лично проверяла эти чёртовы системы!

Оглушающий скрежет заставил всех замолкнуть. Удары сыпались на шаттл, как набат колокола. Равномерно и с определённой периодичностью.

Такаши захрипел. Его глаза закатывались. На губах образовалась густая пена. Тело выгнулось дугой. А через минуту японец затих.

Коннор покачал головой. Он махнул рукой, указывая в сторону выхода.

Таннер оттолкнулся от палубы и подлетел на полфута вверх. На него рухнуло что-то огромное. Несколько секунд Стивен не чувствовал ничего кроме пульсирующей боли. Перед глазами стремительно темнело. Затем он потерял сознание.

Коннор вознамерился отыскать Лукас, Флойда и Роксета. А для этого надо было добраться до пульта управления шаттлом.

Но куда бы он ни двигался, постоянно натыкался на что-то. Сначала на кресло. Одно единственное. Второе парило рядом, выломанное из креплений. Дальше был скомканный монитор. На нём ещё светилась информация. Короткого взгляда хватило, чтобы понять — они действительно влипли. Надпись гласила о глобальной системной ошибке.

Коннор продолжил поиск. Следующей находкой оказалась Лукас. Она распласталась по иллюминатору. Сквозь её тело просвечивался край Земли.

«Странно… Странно… — билось в мыслях. – Альба растворяется… Что это? Неисправность шаттла? Отравление продуктами горения? Ядерный удар? Нападение? Или что-то похуже?»

Что хуже, предположить не получилось. Коннор впечатался в оплавленный кусок стены.

— Эй! – крикнул он. – Меня кто-нибудь слышит?

Ответом была предательская тишина.

— Ли!? Коммандер?!

Опять никто не ответил.

И Коннор почувствовал, как накатывает удушающая паника. Ему показалось, что в задымлённом отсеке что-то движется. Огромное и ужасно неуклюжее. Тайлер сглотнул. Он попытался нащупать пистолет в кобуре на поясе. А когда понял, что он не на авиабазе, из горла вырвалось ругательство.

По шаттлу прошла судорога. Затем он замер. Воцарилась тишина.

Две минуты Коннор молчал, вслушиваясь и делая свои нерадостные выводы.

В голову пришла старая песенка про «Стартрек», спетая Warp 11:

— And the dream was dead. And a red alert started wailing in my head. And I realized I had written the saddest song ever writer about Star Trek…*

(*И мечта была мертва. И в голове завыла тревога. И я понял, что написал самую грустную песню о «Звездном пути»…)

Глава 5

Флойд не помнил, какие приказы отдавал. Но отсутствие паники подсказало, что правильные. Коммандер кое-как выбрался из кресла, в которое его вдавило в прямом смысле слова. Он окинул командный отсек беглым взглядом. Надежда, что хоть кто-то выжил, обрадовала его. Но только на несколько секунд. В густом дыму было плохо видно происходящее. Кажется, он смог узнать силуэт Коннора, склонившийся над кем-то или чем-то. Таннер и Лукас промелькнули мимо него и словно растворились. Никаких голосов. Полное молчание. Только глухие удары по всему шаттлу и скрежет металла.

Флойд с трудом выпутался из змеящихся ремней и оттолкнулся от панели управления, перед этим успев запустить программу жизнеобеспечения. Теперь оставалось только ждать и как-то выбираться из задымлённого отсека. Он схватился за спинку кресла и бросил тело к переходному шлюзу.

«Добраться до скафандра!» — стучало в голове сотнями маленьких молоточков.

Он чуть не впечатался лицом в металлическую пластину, отрезавшую отсек от коридора. Вмятина на ней заинтересовала его и одновременно напугала. Видимо, в коридоре что-то оторвалось и ударило по металлу, выгнув внутрь, или на шаттле кто-то неожиданным образом завёлся. Теперь бегает и крушит всё подряд.

Неприятный скрип оказался очень показательным. Звук сподвигнул Флойда на действия. Как и ожидалось, электронику вырубило. Автомат не сработал. Створа неподвижно застыла между командным отсеком и коридором. Значит, придётся действовать вручную.

Коммандер изо всех сил вцепился в покорёженный затвор и попытался повернуть. Он не смог. Его заклинило. Рука Флойда сорвалась и взорвалась болью. Тёмно-синий рукав лётной куртки окрасился багровым цветом. Откуда только взялся этот высунувшийся обломок. Странным оказалось то, что некто уже пытался взломать створу, но лишь расковырял её.

Мимо глаз пролетели несколько мелких бурых капель. Флойд скосил взгляд на руку. На месте пореза появилась кровь.

А затвор был безвозвратно деформирован при ударе извне. Флойд выругался.

Шаттл издал протяжный стон. Ломался прочный металл. Дым разъедал глаза и слизистую оболочку носа. Коммандер закрыл лицо рукавом и сделал ещё одну попытку освободиться.

К этому времени начал рассеиваться плотный дым. Теперь это была просто завеса со специфическим запахом горелой проводки и пластика.

— Кэп!

— Почему ты здесь?! – рявкнул Флойд, резко оборачиваясь.

Действие отразилось болью в области шеи, а капли крови размазались по лицу.

— Вы ранены что ли?

Сверху свалился Роксет.

— Нет! Чихнул неудачно! – коммандер смягчился и повторил вопрос. – Почему ты здесь?

— Выйти в переходной отсек невозможно! Что-то основательно деформировало корпус! Мне с трудом удалось выпихнуть Таннера и Коннора в коридор перед очередным изломом! Кажется, Тайлера порядком приложило головой! Что с остальными, не знаю!

— Знать здесь нечего! В шлюз! Это приказ, пилот! Если есть выжившие, они знают, что делать! Без скафандров мы всё равно не справимся!

— А почему мы не надели их раньше?!

Закономерный вопрос. Флойд едва не зарычал.

— Потому что это часть программы! Потому что мы подписались на риск! Потому что протоколы безопасности не сработали, как надо! В шлюз!

— Есть, кэп! – Роксет только собрался заняться затвором, как снова послышался неприятный треск. Пилот моментально развернулся. Его глаза округлились от неподдельного страха. – Стекло!!!

Флойд проследил взгляд Роксета и похолодел. По надёжным многослойным защитным стёклами, вставленным в литиевую обойму, бежали длинные трещины. Они разветвлялись, подобно ветвям деревьев.

— Да что это такое?!?!

Флойд среагировал первым. Он лихорадочно вцепился в ручку затвора. Роксет навалился с другой стороны. И она наконец-то повернулась. Створа слегка приоткрылась и опять застыла. Или застряла. Коммандер и пилот с трудом протиснулись в образовавшуюся щель. Роксет припомнил всех святых, когда чуть не застрял, зацепившись за неожиданно острую грань выломанного куска металла. Тирада закончилась воспоминание о коте, способным пролезть в любую дыру.

Как под прессом, начал деформироваться командный отсек. Стены выгибались внутрь. Скрежет металла глухим стоном метался по «Атлантису». Эхом слышались приглушённые человеческие голоса.

Флойд и Роксет отчаянно работали руками и ногами, отталкиваясь от стен и пытаясь успеть до того, как корпус разломится и их вытянет в космическое пространство. Позади них рушились перегородки шаттла. Из потолка извивающимися змеями вывалились разорванные фидеры. Коммандер и пилот выдали дружное ругательство, отметив, как ощутимо подскочил уровень адреналина в крови.

Что-то случилось.

И Роксет с высоты в три с половиной фута полетел на пол. Невесомость странным образом исчезала. На пилота навалилась жуткая тяжесть. На мгновение показалось, что сейчас начнут ломаться кости и расплющиваться внутренние органы, а через минуту тело превратится в блин. Через пять секунд стало легче. Ощущение тяжести частично пропало, но воспарить, как до происшествия, больше не получалось.

Флойд необъяснимым образом умудрился подцепить его за шиворот и поставить на ноги. Роксет подлетел вверх. На этом всё.

Где-то впереди раздался крик отчаяния.

— Не знаю, что случилось. Но передвигаться придётся по старинке.

Коммандер и пилот спружинили, едва касаясь ногами палубы, ускорились и чуть не лишились жизни. Стены вдавило внутрь с такой силой, что оба были вынуждены затормозить.

— Чёрт побери этот объект!!! – вызверился Флойд, предчувствуя, какие разборы полёта его ожидают на Земле.

Он не сообщил в NASA о произошедшем. Просто не успел. Всё произошло слишком быстро. Но ведь руководитель полётов тоже что-то увидел! И, кажется, удивился не меньше самого Флойда!

Следом нагрянула мысль, что встреча с инопланетным кораблём была запланирована! Всё равно, Ли проигнорировал инструкции безопасности на борту шаттла. А ведь их всех готовили к нестандартным ситуациям, когда Космический Центр недоступен и спросить совета не у кого!

Флойд с чувством грохнул кулаками по образовавшейся преграде и резко развернулся к Роксету.

— Вот что, здесь мы не пройдём, — быстро произнёс он. – Меняем направление. Выбираемся в жилой отсек.

Пилот только кивнул.

Обоих окатило искрами от сорванной со стены панели. Из отверстия повалил дым. Он слепил глаза. По щекам коммандера и пилота уже лились целые потоки слёз. Першило в горле. Дыхание прерывалось. Иногда возникало ощущение, что воздух насыщен мельчайшими металлическими частицами, которые оставляли микрораны на поверхности кожи и слизистых оболочках.

Флойд переполз через конусообразный выгнутый кусок стены. Только он собрался продолжить путь, как на него дыхнуло жаром. Следом прилетел протуберанец пламени. Коммандер с криком полетел на палубу, весьма ощутимо приложился плечом. Тело подскочило вверх, но только для того, чтобы рухнуть. Стены снова начали вгибаться внутрь.

— Шаттл разрушается! – бросил Роксет, подпрыгивая к коммандеру.

— Знаю. И нам не сбежать, — констатировал Флойд. – Попробуем выжить. Нужны скафандры!

— Есть, кэп!

Пилот предпринял попытку побежать. Хоть как-нибудь. Однако ноги не слушались. Они словно налились свинцом.

В это время Флойд корчился около стены. Он задыхался и отчаянно молился о спасении, в которое слабо верил.

Роксет едва увернулся от пламени.

Замкнуло систему вентиляции, и теперь под потолком полыхал огонь. Пилот чертыхнулся. Он упал на колени и, перебирая руками и цепляясь за всё возможное, пополз к цели. Его накрыло тонкой струйкой пены. Она выплёвывалась из открывшейся панели.

«Пожаротушения у нас больше нет!» — пришло в голову.

С другой стороны сдавленного коридора кто-то завизжал. Резкому пронзительному визгу вторили крики животного ужаса и отчаяния.

Роксет стиснул зубы. Он сделал последний рывок. Стена вспучилась прямо перед ним, обнажив острый скол. Пилот грохнулся на палубу. Правая нога взорвалась резкой болью. Было чудом, что Роксет не заорал, а только издал протяжный стон, достойный конкурировать с шаттлом. Он не сдался и пополз дальше.

Боль отозвалась с новой силой. Пилот взглянул на ногу и заскрипел зубами. Из голени правой ноги торчал острый кусок металла. В памяти моментально ожили занятия по оказанию первой медицинской помощи в нештатных ситуациях. Роксет покрутил головой, ища подобие жгута. До аптечки было не добраться. Она хранилась в жилом отсеке. Осколок придавливал ногу к палубе. Складывалось ощущение, что огромный магнит держит его и тянет сквозь металл куда-то вниз. Роксет сцепил зубы и рванул осколок. Из раны выпорхнула кровь. Руки на секунду сжались в кулаки. Стараясь не думать о самом плохом, пилот наскоро стянул разорванную ткань чуть выше раны.

— Добраться до кэпа… добраться до кэпа … добраться до кэпа … — прошептал он.

Пилот сделал рывок.

Шаттл скрипнул. С потолка что-то сорвалось и рухнуло на голову Роксета. Перед глазами зароились красные мушки. А через секунду он вырубился.

Глава 6

Сознание медленно возвращалось. Сначала Роксет чувствовал вязкую темноту. Затем привкус крови во рту. Ужасно болела грудь. Нога разрывалась на части. Не хватало воздуха. Раскалывалась голова. Пилот кое-как разлепил глаза.

Его окутывал мрак. Только приборы подсвечивались неярким голубым светом.

Роксет дёрнулся. Раненая нога отозвалась резкой болью, и он застонал.

— Очнулся?

— Кто здесь?! – пилот не сразу узнал тревожный голос.

Он дёрнулся поближе к стене, шаря руками и пытаясь подцепить что-нибудь в качестве средства самозащиты. Попадались только личные вещи команды. Поэтому Роксет просто закусил до крови губу.

— Роксет…

В тусклой подсветке поднялась тень. Она шагнула к пилоту и наклонилась. Только теперь он понял, кто это. Бледный Флойд, с длинным шрамом на щеке, вызвал глупую улыбку, которая тут же сменилась гримасой. Коммандер сокрушённо покачал головой.

— Ты… весь в крови.

— Так в вашей же, — выдавил Роксет. И смутился. – Слегка задело. Где мы, кэп? Где невесомость? Что случилось?

Он понадеялся встать. Новый всплеск боли отправил его назад.

— Не двигайся, — коммандер ещё раз осмотрел его ногу. – Рана не очень глубокая. Удалось остановить кровь. Мы в жилом секторе. Невесомости нет примерно на семьдесят процентов. Условия меняются каждые пять-десять минут. Если не сдохнем раньше времени, то ощутим на себе что такое недостаточность давления для поддержания жидкого состояния вещества. Сначала со слизистых испарится вода…

— Кэп, я знаю, что такое декомпрессия, — перебил его пилот.

И Флойд заткнулся, прекратив миротворческие разглагольствования.

«Кого я учу! Роксет знает больше меня…»

— Не знаю, как долго мы протянем при такой нагрузке. Хм… Вспомни неудачное катапультирование из модифицированного экспериментального «Раптора». Может, станет легче.

Роксету захотелось сдохнуть от стыда. В не таком уж далёком прошлом он действительно крайне неудачно покинул свой «Раптор» и получил многочисленные ушибы и перелом, а следом гауптвахту за несоблюдение инструкций.

Голос коммандера вернул его к действительности:

— Сильно болит?

— Терпимо, — хмуро буркнул пилот.

— Принесу ещё обезболивающего, — Флойд невесело усмехнулся. – Придётся экономить. Аптечка почти уничтожена.

Ли пошаркал в темноту. Роксет почувствовал, как нарастает паника.

— Где Таннер, Коннор… и остальные?

Он понимал, что должен разговаривать, чтобы не сдохнуть хотя бы от страха.

Флойд на мгновение остановился.

— Таннер… — из его груди вырвался протяжный вздох. – Не знаю. Что с Коннором тоже неизвестно. Надеюсь, им удалось добраться до шлюза и надеть скафандры до того, как сработала аварийная система автоматической блокировки. Я успел немного осмотреть соседний отсек. Там целое озеро крови. Никого больше не видел. Дыма столько, что я сам еле добрался до этого места. Хорошо хоть тебя удалось вытащить. Но радует то, что каким-то образом сработало пожаротушение. Так что, мы не сгорим.

— Отлично. Подыхать будем медленно и ощутимо. Что с… шаттлом?

— Не знаю. Но, кажется, его больше нет. Здесь относительно безопасно. Уровень кислорода катастрофически падает. У нас осталось не больше пары часов.

— А потом?..

— Тебе не понравится.

— А всё же?

— Мы задохнёмся.

Роксет нашёл в себе силы подползти к стене. Он облокотился на неё и вдохнул воздух с примесью горелой проводки. Пилот коротко взглянул на ногу. Захотелось заскулить. Ситуация была аховая. Кровотечение почти остановилось. Крови стало намного меньше. А может, просто показалось, потому что он явно ощущал тугую повязку. Впрочем, темнота была не лучшим союзником.

«Я пилот, — напомнил себе Роксет. – Хороший. Знаю, что делать... Думать и слушаться кэпа».

— Надо… послать сигнал.

— Пошлём, — бросил Флойд, что-то выковыривая из недр темноты. – Только подлечу тебя немного и отдеру заклинившую дверь.

Он отогнул пластиковую крышку на контейнере с надписью, наполовину покрытой тонкой корочкой льда. В нём лежали четыре шприца и несколько спиртовых стерильных салфеток.

Один шприц оказался раздавленным. Флойд поднёс второй, наполненный прозрачной жидкостью, к глазам. А вот надпись прочитать не смог. Не хватало света. Коммандер подошёл к приборной панели. Буквы наполовину запотели от тёплого дыхания. Флойд провёл пальцем по надписи. Обнажилось название препарата. Наполовину. «Морфина гидрохл…»

«То, что нужно».

Коммандер вернулся к Роксету. Тот скользнул взглядом по шприцу.

— Обезболивающее, — проинформировал Флойд.

— Колите, кэп.

Пилот закрыл глаза, приготовившись к новому витку боли. Ли ловко всадил иглу в бедро. Роксет дёрнулся, но скорее по привычке. Он терпеть не мог лечебные процедуры.

Использованный шприц был отброшен в сторону. Коммандер смахнул пот с лица и уселся рядом с пилотом. Он запустил руки в тёмные волосы. Начал подкатывать страх. Захотелось завыть от охватившей его безысходности. Роксет казался более стойким. Он сжал губы в тонкую линию и молчал. Это придало уверенности Флойду. Коммандер взял себя в руки.

— Надо выбираться отсюда, — произнёс он глухо.

— Как? – Роксет упёрся затылком в холодную стену. Ему стало немного легче. Боль отступила. И хотелось немедленно заняться спасением ситуации. – Что вы мне вкололи, кэп?

— Морфин, — отозвался Флойд. – Не волнуйся. В неведомую зверушку не превратишься. Кстати, забыл спросить, у тебя аллергия есть?

— Узнаю через пять минут, — хмыкнул пилот. – В медицинской карте ничего не написано об этом.

Ответ понравился коммандеру. Чувство юмора возвращалось.

— Хорошо, что можешь острить, — похвалил он, опустив руку на плечо Роксета. – Это означает, что лекарство подействовало.

Пилот прислушался к своим ощущениям и отметил, что боль, в самом деле, притихла. Осталась только неприятная пульсация в области раны. В горле запершило, и Роксет кашлянул.

— Вот что, Роксет, — начал Флойд, как-то странно посмотрев на пилота. – Там, — он кивнул в сторону двери. – Творится такой ад, что сказать страшно. Я с трудом отыскал в дыму жилой отсек. Горело всё, что могло. Корпус деформировался на глазах. Не уверен, что командный отсек ещё существует, но надежда осталась. А значит, шансов у нас немного. На «Атлантисе» есть автономная система аварийного оповещения. Она должна была сработать. Но проверить не помешает.

Под потолком что-то предательски хрустнуло. Оба вздрогнули и переглянулись. В глазах промелькнул первобытный страх. Мысли в головах закрутились со второй космической скоростью. Нелепо подыхать не входило в планы коммандера и пилота.

— Искать нас никто не будет, — продолжил Флойд. — Во-первых, близость неопознанного объекта перепугает кого угодно. Во-вторых, Хьюстон далеко отсюда. В-третьих, идея подремонтировать «Хаббл» отпала сама собой. Не уверен, что телескоп ещё существует. В-четвёртых, сидеть, сложа руки, не по-нашему. Я попробую пробраться в командный отсек и отправить сигнал бедствия вручную. А теперь соберись и… поспи что ли. Я сбегаю и посмотрю, что к чему.

— Я с вами, кэп! – забеспокоился Роксет.

— Ты ранен.

— Уже нет.

— Передвигаться будет сложно. Мы потеряли привычную невесомость. Она то появляется, то исчезает. Ума не приложу, почему нас до сих пор не раздавило. Видимо, объект не даёт нам сдохнуть, генерируя почти земные условия. Мы зачем-то нужны им.

— Значит, представлю, что я на Земле.

Пилот тряхнул головой и упрямо поднялся с пола. Боль отразилась на бледном лице. Флойд опередил его и первым подскочил к двери. Он потыкал кнопки на навесном пульте, подтверждая свои опасения. Ничего не работало. Тогда Ли навалился плечом на металлическую пластину. Сдвинуть её было сложно. Но, кажется, конструкция не сильно деформировалась. Поэтому через пару минут образовалась неширокая щель. Флойд осторожно высунул голову в коридор.

— Что там? – с опаской спросил Роксет.

Коммандер всмотрелся в темноту. Где-то вдалеке что-то искрилось. Имелись намёки на искривления стен. Кроме этого всё было оплавлено, что-то больше, что-то меньше. Флойд повернул голову в другую сторону. Взгляд наткнулся на огромный обломок внутренней обшивки. Он перегородил путь к шлюзу. И за ней что-то или кто-то скрёбся.

— Эй! – крикнул Флойд, надеясь, что его услышат.

Звук прекратился. А потом возобновился снова. Коммандер затаил дыхание, пытаясь сообразить, что его вызывает. На ум пришло только трение каких-то деталей шаттла. Рядом Роксет поморщился от боли, пронзившей ногу. Однако на этот раз она была не такой сильной.

— Утечки воздуха пока нет, — отметил он, высовываясь вслед за коммандером. Через секунду взгляд уткнулся в темноту коридора. – Целостность обшивки не нарушена. Хотя покорёжило нас основательно. Я быстренько сгоняю в отсек жизнеобеспечения. Налажу подачу кислорода. Выиграем несколько часов. Думаю, за это время нас кто-нибудь найдёт. Что скажете, кэп?

Флойд не ответил. Он вытащил себя в коридор. Пришлось пригнуться. Над головой болталась сорванная с креплений панель неизвестно чего. Она сильно пострадала от огня.

Решительно настроенный Роксет появился рядом. В руках он сжимал медицинский скальпель из контейнера с инструментами.

— Только без паники.

Коммандер осторожно двинулся вперёд.

Его поражала тишина. Не было слышно ни одного звука. Это пугало похлеще скрипа металла. Не представлялось возможным понять, что ждёт в коридоре.

Флойд и Роксет подлезли под клубок выпавших кабелей. Дальше тускнела внутренняя обшивка. Стены выгнулись внутрь, что говорило об очень сильном ударе извне. Мигали лампы аварийного освещения. Каждую секунду казалось, что ещё один шаг, и из темноты что-нибудь выпрыгнет. Непременно клыкастое и оголодавшее. Но нет. Обошлось.

Спустя некоторое время, которое показалось обоим вечностью, коммандер и пилот остановились перед разорванной створой. Из широкой щели сочилось мертвенно-белое сияние.

Но поразило их не это. А идеальная тишина. На секунду показалось, что слышен шорох пресловутого космического ветра за бортом. И тем отчётливей донёсся характерный шум где-то за потолочными панелями. Словно кто-то пробирался по вентиляционным шахтам.

Флойд и Роксет переглянулись. Накатила волна страха. Такая, что перехватило дыхание.

— Кэп? Это то, о чём я думаю? – осторожно поинтересовался пилот.

Коммандер выждал пять секунд.

— Там что-то есть, — взгляд метнулся к потолку. – Передвигается мелкими шажками. Или ползёт. Смотрел фильм «Чужие»?

— Ну?

— Что ну? Вот именно такой заразы нам не хватало для остроты ощущений.

— Значит, мы должны ликвидировать шаттл. Так получается?

— Не знаю, что у тебя получается. Но если заметил, шаттл и без нас благополучно ликвидировался.

Пилот заставил себя успокоиться. Получилось плохо. Было большое желание выхватить автомат и пристрелить кого-нибудь. Коммандер выглядел более сдержанным. На лице отражались только признаки злобы и упрямства.

— Я иду первым, — решил он.

Роксет не стал спорить.

Флойд осторожно заглянул в щель.

Глава 7

Командный отсек выглядел мёртвым. Не мигали индикаторы оповещений. Не было слышно привычного гула. Вибрация сошла на нет. На мониторах не высвечивалась информация. Стены взбугрились от деформации корпуса, но не лопнули. Фронтальные иллюминаторы напоминали паутину. Множество трещин расползлись по всей поверхности, мешая обзору. Дыма уже не было. Остались только вонь от сгоревшей проводки и пластика и навязчивый запах пожара на борту. Около стены застыло окровавленное тело Такаши с вывернутыми наружу рёбрами. Неподалёку лежала Лукас. Её пустые глаза смотрели в потолок. Присмотревшись получше, Флойд понял, что они выжжены неизвестным веществом. Остальные исчезли. Это могло означать, что кому-то удалось спастись. И вокруг парили обломки. Теперь уже было невозможно понять, чем они являлись до катастрофы.

Коммандер и пилот дружно сглотнули.

— Займусь делом.

Флойд с опаской уселся в своё кресло. Он набрал несколько команд на консоли управления, слабо надеясь на удачу. Но в этот раз действительно повезло. Дисплей ожил.

Роксет взял на себя самое сложное. Он, как смог, вытащил мёртвые тела из отсека, а затем вернулся и подкрался к коммандеру. Пальцы Флойда замелькали над консолью. Через минуту он произнёс:

— Кажется, автоматическая система оповещений в экстренных ситуациях сработала. Я отправил ещё одно послание. Передатчик, ко всеобщей радости, не пострадал. Сигнал ушёл. Если вернётся или пропадёт, значит, я ошибся в своих оценках.

Как ни странно, он скрестил пальцы.

— Это не поможет, — буркнул пилот. – Лучше помолитесь. Поговаривают, боги живут где-то здесь.

— Однобокие какие-то боги, — буркнул Флойд. – Проверь систему бортовых измерений.

Пилот забрался в кресло. Он реанимировал свою панель и принялся за дело. Это отвлекло от неприятных событий.

Системы соображали туго. Они почти не работали. Информация появлялась невыносимо медленно и крошечными порциями.

Пилот нахмурился, оценивая нанесённый ущерб.

— Двигателей ориентации больше нет, — он высказался о самом важном. – Да и вообще никаких. Их системы не отвечают. Если NASA закрыло программу Spaсe Shuttle, надежда только на другие страны.

— Навигационная система?

— Отключена. Но есть хорошая новость. Даже целых две. Мы с вами живы. И бортовой компьютер работает, — Роксет подумал и добавил. – Пока. Что дальше, не знаю.

Флойд нервно провёл рукой по волосам.

— Какие мысли?

Пилот взглянул на него.

— Понять, где мы.

— Отлично. Рад, что ты не бьёшься в истерике.

Роксет не стал возражать, признав, что коммандер заставил его отвлечься от трагедии.

Взгляды обоих упёрлись в трещины. За ними царила темнота.

— Не вижу диск, — пробормотал Роксет, пытаясь найти чужой объект.

— Нас могло отбросить, — объяснил Флойд, перебирая в уме всё, чему научился ещё в ВКС, а затем в NASA.

Роксет издал протяжный стон в надежде, что поможет. Он облокотился на консоль управления и замер горбатой горгульей.

— Представить не мог, что так влипнем, — почти прошептал пилот.

Коммандер откинулся на спинку кресла. Сейчас он силился рассмотреть хоть что-нибудь за паутиной на стёклах. Мешало сияние Солнца или чего-то ещё. Оно слепило. Флойд замотал головой, почувствовав, что начинают болеть глаза. Он зажмурился на секунду. Рядом вздохнул Роксет.

— Ты собирался наладить подачу кислорода, — напомнил коммандер.

Пилот суетливо попытался подняться.

— Да, кэп.

Сияние ослабло, а затем и вовсе прекратилось. Флойд и Роксет снова приклеились к пространству за трещинами. Они вцепились в подлокотники кресел с такой силой, что побелели пальцы.

Перед ними парил огромный оплавленный обломок.

Пилот сглотнул. Размеры бедствия поразили его.

«Если оторвало от нас, значит, возможна разгерметизация», — понял он.

Обломок повернулся. Сквозь дыры просочился свет.

Что-то пискнуло. Флойд дёрнулся и упёрся взглядом в слабый сигнал на индикаторной панели. Он переключил несколько тумблеров. И на его лице проскользнуло отчаяние.

— Слабый сигнал, — глухо бросил коммандер. Он подтянул к себе переговорное устройство. – Хьюстон, это «Атлантис», приём, — произнёс он. – Вы слышите нас?

Ответом были далёкие незнакомые голоса. Они прерывались помехами и быстро затихли.

— Хьюстон, это «Атлантис»! — коммандер чудом не заорал от охватившей его обиды. – Пожалуйста, ответьте! Говорит командир шаттла Лиланд Флойд!

— «Атлантис», Хьюстон на связи. Что у вас случилось?

Флойд едва не подпрыгнул на месте. Пилот перегнулся через подлокотник и вперил взгляд в кривую связи на мониторе.

— Внештатная ситуация. Нападение и захват шаттла. Системы…

— «Атлантис», вас неслышно. Что за ситуация?

— Да, чтоб вас! – в сердцах бросил Флойд, когда связь оборвалась.

Роксет тяжело вздохнул.

— Сигнал пропал, — констатировал Ли. – Теперь остаётся только ждать и надеяться на чудо. Давай, парень. Выбрался с мостика и отправился налаживать жизнеобеспечение. Это недалеко. Я в тебя верю. Ты справишься.

— Есть, кэп!

Роксет даже умудрился отдать честь. Уйти он не успел.

Отсек озарился неестественным сиянием. Оно сочилось из-под трещин. Флойд и Роксет переглянулись.

В пространстве промелькнула тень.

Через минуту в иллюминаторе появились несколько жёлтых огоньков. Они медленно приближались к «Атлантису».

Флойд закусил губу от напряжения, когда объект остановился. Он не мог оторвать от него взгляда. Незнакомец имел каплевидную форму. Неизвестный металл переливался оттенками синего и голубого. Позади тянулись гибкие щупальца. От него исходил какой-то импульс, заставивший остановиться.

Ни коммандер, ни пилот не могли сдвинуться с места. Их ноги словно приковали к палубе недлинными цепями. Вдоль позвоночников прокатился холодок, а тела покрылись мурашками. Становилось откровенно не по себе.

Щупальца объекта скрутились в металлические жгуты. А затем от него отделились несколько мелких аппаратов. Они встали по периметру и замерли.

Их глаза-индикаторы загорелись недобрыми красными огоньками. Щупальца расправились и образовали нечто, похожее на лучи. Они медленно развернулись к «Атлантису». По краям лучей забегали жёлтые блики.

Небольшая капсула из переливающегося металла выплыла из центра диска. Она зависла чуть позади объектов. В её затемнённой кабине можно было разглядеть неясную тень.

На панели управления шаттлом вспыхнул индикатор навигационной системы. Оба бросились к своим консолям.

Роксет в недоумении уставился на монитор, по которому бежала информация. Его глаза стали похожи на хороший грецкий орех.

— Они… сканируют нас… — не поверил он.

— Я… не понимаю… — Флойд заметно напрягся.

— Кэп, похоже они подключились через… бортовой компьютер.

— Что?! – коммандер до боли в глазах всматривался в объект с щупальцами и капсулу. – Откуда они узнали…

— Наш код доступа? Мне неизвестно, но…

«Атлантис» вздрогнул.

— Кэп, да, это какой-то бардак! Нам приказано следовать за ними!

— Кем приказано? — Флойд бегал глазами по неожиданно ожившим системам, вообще ничего не понимая.

— Ими! — Роксет быстро перещёлкнул несколько тумблеров. — «Атлантис» начал движение! Ваш приказ?

— Остановить двигатели! Пушки к бою!

— Есть! — рука пилота потянулась к консоли, с которой осуществлялось управление орудиями. Спустя секунду он понял иронию. – Кэп, пушки остались на «Рапторе».

Флойд думал ровно две секунды. Неутешительный вердикт появился сам собой.

— Твою ж мать! Попробуй запустить форсированные двигатели!

— Как?! Системы не слушаются!

— Открой заглушку воздухозаборника обтекателя!

— Уже! Не помогло! Переключаюсь на имитацию орбитального маневрирования! – руки Роксета взметнулись над панелью. — Кэп! Я больше не управляю шаттлом! Доступы окончательно отрезало!

«Атлантис» дёрнулся.

Флойд всё моментально понял.

Чужой аппарат активировал мощные невидимые захваты, а шаттл послушно позволил зацепить себя.

На консоли мигнул один единственный индикатор. Зелёный. Он означал связь. Ли щёлкнул нужным тумблером.

Сначала были помехи и потрескивание. Ничего нового или удивительного.

Голос заскрипел неожиданно, чем ввёл Флойда в состояние близкое к лёгкой панике.

— Кэп?

Роксет не выдержал и, услышав звук, подался вперёд. Он не успел ничего спросить. Флойд жестом приказал заткнуться.

Скрип говорящего пробирал до костей. Голос смахивал на человеческий, но в то же время складывалось впечатление, что он принадлежит машине.

Переговорная гарнитура была быстро прицеплена на ухо.

— Коммандер Флойд, космический шаттл «Атлантис», США, — холодно представился Ли.

Ответ невозможно было разобрать. С ними общались явно не на принятых международных языках.

Активировались системы коммуникации. Уцелевшее оборудование ожило. Освещение мигнуло и потухло. Отсек погрузился в липкую темноту, которая казалась зловещей.

Взгляды Флойда и Роксета потянулись к треснувшему иллюминатору.

Гигантский диск всё ещё вращался перед шаттлом. Символы на его поверхности двигались гораздо медленнее, чем это было перед нападением. Чужое солнце потускнело. Пластины вернулись на место.

Роксет предпринял ещё одну попытку запустить бортовые системы. Ли, как сумел, показал, что нужно включить запись видеокамер. Пилот понял намерения.

— Назовите себя, — настойчиво потребовал Флойд, слабо веря в простое везение.

Видимо, ответ прозвучал почти вежливо.

Руки пилота зависли над сенсорной панелью. Он в недоумении взглянул на Флойда. Тот пожал плечами.

— Чего вы хотите от нас? — связь оборвалась. Ли почти минуту сидел без движения, пока не вернулась способность говорить. – Роксет, мои познания чужих миров не пополнились… Это какой-то день сурка.

— Хм… — пилот издал истеричный смешок. – Нет, кэп. Полёт сурка. Так правильней.

— Без разницы. Не понимаю, что это. И не понимаю, чего они хотят. Поговорить не получилось. Но это явно был контакт с внеземной цивилизацией! Есть информация с коммуникационных преобразователей?

— Никак нет, сэр! – по-военному отозвался Роксет. – В наших базах вряд ли найдётся скрипт, способный расшифровать их язык. Кэп, раз уж мы здесь зависли…

Объекты с щупальцами оживились. Они начали разворачиваться к диску.

Шаттл медленно поплыл за ними.

— Роксет, отключить автоматику, — скомандовал Флойд. – Заблокировать все системы.

— Но, кэп…

— Отставить разговоры! – рявкнул Ли. — Мы имеем дело с внеземным разумом. Нас тащат на их корабль. Чёрт знает какие у них намерения!

Роксет деактивировал все доступные ему системы. То же самое сделал Флойд.

— Ручное управления у меня, кэп. Попробую отправить сигнал бедствия.

— Нет! – Ли взглянул на удивлённого пилота. – Неизвестно, могут ли они дистанционно управлять полностью заблокированными системами. Может, сигнал бедствия откроет им каналы. Мы в любом случае не скроемся от этого… колеса обозрения.

— Последуем за ними?

— Да. Не думаю, что они будут вскрывать заблокированный шаттл.

Роксет предательски хмыкнул.

— Они срежут шлюзовые створы и вытащат нас, как шпроты из банки, — бросил он.

— Не выйдет. Ты ещё не понял, что мы нужны им живыми? Ведь стрелять они не стали. А если решат выковырнуть нас из шаттла, то получат только трупы. Потому что у нас будет время убить себя.

— Не очень хорошая перспектива. Вряд ли я смогу самоубиться.

— Другой пока нет. Посмотрим, что можно придумать, когда поймём, что им от нас надо.

По отсеку прокатился тяжёлый вздох и замер где-то под командирской панелью. Роксет заметно приуныл. А Флойд достаточно жёстко смотрел вперёд и пытался понять, что делать дальше.

Глава 8

Флойд и Роксет всё чувствовали и понимали, но ничего не могли изменить. Ощущения обострились до допустимого предела, способного не свести с ума. Оставалось только молча взирать на происходящее и размышлять о бедственном положении.

Место, куда их притащили, напоминало огромную платформу, погружённую в полумрак. Гигантские рёбра конструкции уходили вверх и вниз, образовывая ангар. Где-то в его глубине периодически вспыхивали огни, напоминающие свечение криптона на спектре поглощения газа. Иногда казалось, что по корпусу барабанит дождь. Что-то извивалось в темноте. Неясное и явно большое. Пару раз перед иллюминаторами промелькнула тварь, напоминающая гофрированную трубу с острыми зубьями на месте предполагаемой головы. Она молча уплыла в недра ангара. Радовало, что никто не пытался напасть или вытащить коммандера и пилота из шаттла. Только легче от этого не становилось.

"Атлантис" замер примерно в сорока футах над платформой. Его ничто не держало, кроме охранников.

Вокруг крутились объекты с щупальцами. Флойд назвал их беспилотниками-разведчиками. Они изучали шаттл и что-то высматривали. Отключенные бортовые системы оказались не по зубам противнику. Или никто пока не решил их запустить. У Флойда была и другая версия — разумные существа до них ещё не добрались.

Разведчики пытались сканировать «Атлантис». Оставалось только гадать, насколько сильны их системы обнаружения. Пугала очевидная цель противника. Им зачем-то понадобились Флойд с Роксетом. Оба быстро уверовали в то, что не для разговора по душам.

В командном отсеке тускло горело аварийное освещение. Красное. Оно разливалось кровавым отблесками по панелям управления, оборудованию, стенам, палубе.

Коммандер уже больше часа сидел в кресле, пока разведчики обнюхивали «Атлантис». Потом он начал постукивать пальцами по консоли, пытаясь хоть что-нибудь придумать. Когда они растворились в темноте, коммандер встрепенулся.

— Роксет, что по системам? Удалось выцарапать какую-нибудь информацию без ущерба для здоровья?

— Нет, кэп, — отозвался пилот. – Если вас интересует, сможем ли мы улететь, ответ тоже отрицательный. Разведчики не выпустят. Или затащат назад, или собьют на развороте. Что-то мне подсказывает, что у них в отличие от нас всё в порядке с пушками.

Флойд подавил вздох.

— Что выдаёт внешнее сканирование?

Роксет взглянул на информационный монитор и почти безразлично сообщил:

— Наблюдается засилье живности.

— Серьёзно? И кто здесь обитает? – Ли попытался скрыть изумление. Он вытащил информацию на свой монитор. Его внимание привлекли данные от атмосферных датчиков. – Хм… Бортовые системы показывают, что в их корабле низкий уровень кислорода. Недостаточный для человека. Интересно, где они прячут оборудование?

— Пока нас тащили, я не заметил ничего похожего на кислородные станции. Если они и есть, то точно не в этом месте.

— Знать бы ещё, как оно называется.

— Колесо обозрения. Вы сами сказали.

Флойд уткнулся в иллюминатор. Он пытался что-то рассмотреть. Роксет откинулся на спинку и по привычке закинул ноги на консоль. Пилот знал, что коммандер не любит подобных вещей, но полученная рана разболелась с новой силой. Да и повязка давно пропиталась кровью. Он выдавил из себя подобие улыбки, пытаясь скрыть собственное состояние. Вымученная гримаса вызвала у коммандера только усмешку.

— Хорошие идеи не помешают, — бросил Роксет.

Ли неопределённо пожал плечами.

— Сходить за обезболивающим?

— Было бы неплохо. Я тут подумал…

Флойд выбрался из кресла. Он несколько секунд смотрел на пилота. Как будто принимал важное решение.

— Говори.

— Мы можем провести разведку.

Коммандер изобразил укор.

— Каким же образом? Нас же за порог не выпустят. Вернее, выпустят, но что сделают?

— Послушайте сначала, — невозмутимо продолжил Роксет. — На нас напали кибернетические организмы. Или какие-то роботы.

— Беспилотники-разведчики.

— Пусть так. Могу просканировать на движение. Но что-то мне подсказывает, что на периметре тихо. Все ушли.

— Куда?

— На подзарядку. Ну, нет у них бесперебойного вечного двигателя.

— Ты забыл о системах обнаружения на их корабле.

— А если это не корабль?

— Тогда что?

— Лаборатория. Кунсткамера. Космический зоопарк, в конце концов. Мы сами видели наличие живых организмов при спектральном сканировании. Их много. К тому же, кто-то сидел в капсуле, когда нас конвоировали сюда.

Коммандер наклонился над пилотом.

— Моё мнение, мы на инопланетном корабле. И то, что ещё живы, дело времени. Присмотрись повнимательней к обстановке и оцени наши возможности. Я скоро вернусь.

Флойд оттолкнулся ногами от панели управления и полетел к выходу из отсека.

Роксет остался наедине со своими мыслями.

«Ну, и что это такое? – взгляд коснулся периметра за иллюминатором. – Никаких научных обоснований. Никаких идей. Лаборатория? Супер-оружие? Инопланетный корабль? Изобретение сумасшедших учёных? Боги?»

Пилот покачал головой.

Решение далось с трудом. Он щёлкнул по тумблеру. Мощные лучи двух носовых прожекторов разрезали вязкую темноту.

И через несколько секунд перед шаттлом выпрыгнул разведчик.

Роксет переместился к иллюминатору и впился в него взглядом. Краем глаза он заметил, что беспилотники поднимаются откуда-то снизу по правильной спирали. Вскоре периметр представлял собой зону со множеством сине-серебряных корпусов с красными глазами-детекторами.

Тем временем Флойд пробирался в жилой отсек. Разрушения расстраивали его. Покорёженные стены вызывали смертельную скуку с небольшой ноткой гордости. Конструкция «Атлантиса» оказалась прочной. Шаттл не удалось разорвать в клочья. Однако этот плюс перекрывался многочисленными минусами.

«Безумие», — пронеслось в мыслях Флойда.

Он взглянул на бортовые показания систем жизнедеятельности. Уровень радиации потихоньку увеличивался. А вот с кислородом была беда. Стрелка колебалась в пределах допустимых границ, но сползала к тому показателю, когда нагнетатели должны были отключиться.

«Всё-таки система повреждена».

Вывод не обрадовал.

«Сколько у нас осталось? Час? Два? Десять? Или несколько минут?»

Запаса смеси, пригодной для дыхания, на «Атлантисе» должно было хватить на весь полёт. А это примерно неделя плюс несколько часов посадки.

«Надо выбираться отсюда».

На ум пришла мысль о скафандрах.

«Лишь бы переходной шлюз уцелел».

Надежды почти не было. Идти сейчас в шлюз показалось полнейшим безумием. И Флойд оставил свои желания далеко за дверью решений. Он ухватился за скобу.

Внизу зиял раскрытый переход на среднюю палубу. Оттуда можно было попасть в отсеки полезной нагрузки и оборудования. Дальше, неизвестность.

Флойд пролетел над переходом и взял чуть левее.

«Невесомость сохранена. Это значит, что системы пока работают. Стабилизация давления в процессе – 100 кПа. Ещё чуть-чуть и будет, как на уровне моря».

Глаза потянулись к створе, прикрывающей вход в жилой отсек.

Коммандер утопил тумблер открытия в панели. Мысль о том, что на шаттле не положено личное оружие, появилась из глубины сознания очень некстати. Он не был готов встретиться нос к носу с внеземной формой жизни безоружным. Флойд наскоро огляделся. Тащить за собой обломок чего-либо показалось глупым. Но ещё большей глупостью, на его взгляд, мог оказаться рукопашный бой.

«С какой-нибудь шестилапой тварью с кислотой вместо крови…»

Он отругал себя за непроизвольный страх.

Спустя десять секунд коммандер проскользнул в небольшое помещение. Взгляду предстала нерадостная картина. Возникло ощущение, что кто-то рылся в личных вещах экипажа. Всё, что было упаковано в специальные шкафы-контейнеры, парило по отсеку. Ли даже не возмутился. Он замер, прислушиваясь и принюхиваясь. Посторонних запахов не ощущалось. Впрочем, как и лишнего движения.

Он устало махнул рукой и направился к аптечке.

Щёлкнул коммуникатор внутренней связи.

— Кэп?

Флойд вздрогнул от неожиданности. Он быстро выругался, а рука снова потянулась к несуществующему пистолету.

— Роксет! Чтоб тебя!.. Я в жилом отсеке.

— Печенье прихватите. Жрать охота.

— А в сон не тянет?

— Я ещё не настолько очумел от приключений.

— Ладно, будет тебе печенье.

— Хотел сказать, разведку провести не выйдет.

— Что так? Тебе скинули письмецо и попросили не дрыгаться без надобности?

Роксет усмехнулся.

— Нет. Смотрю в иллюминатор и поражаюсь. Ангар в самом деле гигантский. Угадайте, кого я вижу?

— Только не говори, что бога.

— Если бы… Разведчики. Их чертовски много. Они не отключились, как я думал. Налетели со всех сторон. Прекрасно себя чувствуют и наблюдают. Так что, беру свои слова обратно.

— Какие же?

— Касательно диска. Согласен с вами. Версия —«корабль» более убедительная, кэп. Уровень радиации слегка повысился.

— Мне об этом известно. Сможешь оценить наличие дыхательной смеси на «Атлантисе»?

— Пытаюсь. Жду отчет по повреждениям баков системы топливных элементов. Накрылись восьмой и третий молекулярные фильтры диоксида углерода. В общем, жизнедеятельность открытого типа под небольшой угрозой. Надежда на кондиционирование.

Флойд вздохнул. Он посмотрел на систему регулировки, которую всегда и во всех случаях подстраивал под себя, а потом терпел ворчание теплолюбивого Таннера.

— Температура падает. Что показывают термоиндикаторы в командном отсеке?

Повисла пауза на пять секунд.

— Кэп, примерно 62,0 по Фаренгейту. Было 71,6.

«Время есть».

Флойд пытался успокоить сам себя. Его система показывала 59.

— Никогда не любил холод, — проворчал коммандер. – Роксет, ты как? Ещё не сошёл с ума от новостей?

— Я сошёл с ума в тот день, когда потащился за вами в NASA, — усмехнулся пилот. – Внешняя коммуникация сдохла.

— Ну, это не самое страшное. Всегда можно послать сигнал в ручном режиме. Только что это даст? Мы даже не знаем, что с Ku диапазоном. Может, он уже давно свернулся.

— В ручном режиме, говорите? Хм… антенну не вижу. Кэп, такой сигнал будет идти до Земли лет двадцать. Проще бросить в космос бутылку с письмом. Больше надежды, что кто-нибудь подберёт.

— Я подумаю об этом, когда вернусь, — пообещал Флойд.

Ли схватил аптечку и повернул назад.

Глава 9

Коммандер задумался. Ободряющих мыслей не имелось. «Атлантис» не мог продолжать полёт, не мог зайти в атмосферу Земли, не мог запросить аварийную посадку в случае предполагаемой удачи. Даже отправить сигнал бедствия не представлялось возможным.

Для нормальной работы шаттла требовался один компьютер. Но учитывая ошибки программирования, их было целых пять. Четыре работали с программным обеспечением основного электронного оборудования и проверяли расчёты четыреста раз в секунду.Отличающиеся результаты выверялись, а ошибки сводились к нулю. Пятый — выполнял резервную программу полёта и при необходимости пилотировал «Атлантис». Сейчас этим занимался выживший экипаж. Компьютеры отправили в резерв, оставив только один.

Оборудование пришлось заблокировать.

Кое-как работала система жизнеобеспечения. Температура застыла на отметке 58 градусов. Наблюдалась тенденция к снижению. Тёплые вещи, забранные из жилого отсека, пригодились. Только холод всё равно не отступил. Единственным положительным моментом был тот факт, что процентовка кислорода и азота пока ещё выдавалась нормальными порциями.

Разведчики тщательно охраняли пленников, не предпринимая никаких действий. Командующий кораблём так и не появился. С «Атлантисом» не пытались связаться. Пилотов не собирались убивать. Научными экспериментами тоже не грозились. Никто так и не удосужился поинтересоваться шаттлом. Как будто про него просто забыли.

Попахивало бредом. Причём вполне натуральным.

Нечто похожее Флойд испытывал только один раз в жизни, когда в увольнении ещё на авиабазе «Петерсон» вместе с таким же молодым придурком, как он сам, глотнул диэтиламид d-лизергиновой кислоты — ЛСД. Ощущения были незабываемые. Окружающий мир изменился до неузнаваемости. Чувства, обоняние, осязание — всё обострилось до предела. Красочные картинки, выдаваемые сознанием, долго всплывали в памяти. За некоторые эпизоды было откровенно стыдно.

«Но флаг на Южном Полюсе в районе экватора мы водрузили».

Хруст оказался настолько громким, что Флойд нервно передёрнул плечами. Он резко обернулся.

— Орешки. Случайно нашёл в кармане, — проинформировал Роксет, протягивая коммандеру вскрытый пакетик. – В NASA решили, что нам захочется пива. Только забыли его положить.

Коммандер покачал головой.

— Зубы не сломай, — посоветовал он, облокачиваясь на панель управления.

— Добрый вы, кэп.

— Это моя слабость.

— Какие у нас планы?

— Я думаю.

— Ага. Понял. Заткнуться, — прокомментировал Роксет. – А всё же?

— Разведка не кажется мне глупостью.

Фраза вогнала пилота в состояние близкое к панике. Лезть в логово заведомо неизвестного врага не хотелось. Заметив, что Роксет готов взорваться из-за несогласия с предложением, Ли продолжил:

— Кислорода в нужном количестве у них на корабле нет. Давление не то, которое нам требуется, чтобы благополучно существовать. Здесь живут какие-то организмы.

— Которые так и не показались.

— Верно. Поэтому мы не знаем, с чем может столкнуться. На охране стоят разведчики. Они реагируют на движение. Есть мысль, что здесь находится что-то ценное. И мы зачем-то нужны в живом виде. Ты останешься на шаттле, а я сбегаю, прозондирую обстановку.

— С чего это вы? – возразил Роксет.

Орешек выпал изо рта и завис перед лицом. Пилот щёлкнул по нему пальцем, отправив в неуправляемый полёт.

— Потому что ты ранен.

— Хм, интересно, а для кого инструкции писали? Экипаж прикрывает командира.

— Так это если командир в здравом уме. А у нас тут с тобой полный бардак. К тому же меня не покидает ощущение, что я под ЛСД. Не спорь. Следи лучше за периметром. Вдруг они бомбу притащат. В этом случае ты запустишь манипулятор и шмякнешь их по башке.

— Есть, сэр.

Роксет запихнул пакетик с орешками в нагрудный карман лётной формы и придвинулся к панели управления.

А коммандер приблизился к иллюминатору. Появилась ассоциация с пустой бочкой. Иногда вспыхивали глаза разведчиков. Они быстро тухли. И ничего не происходило.

«Каким должен быть командир этого корабля, чтобы вот так бесцеремонно хватать ничего не подозревающих американцев и держать их в неведении?» – спросил себя Флойд.

Тонко пискнул датчик на коммуникационной панели. Коммандер вздрогнул, а пилот едва слышно чертыхнулся. Ли только покачал головой и заодно показал кулак. Роксет всё понял. Он уткнулся в сенсорный монитор.

— Пришли данные по ближайшему будущему, кэп. У нас четыре часа. Я не смогу вручную восстановить системы терморегулировки и баков. Могу только попытаться. Но, если честно, нужен Таннер с его мозгом.

«Системы должны поддерживать атмосферное давление на уровне моря. 20% кислорода, 80% азота. Температура 71,6 по Фаренгейту. А кислород поступает из системы топливных элементов. Ну, почему я не инженер?»

Коммандер чуть не взвыл от размышлений и подтвердил собственные опасения — медлить нельзя.

Флойд покинул отсек без раздумий. Под недоумённый взгляд Роксета.

Он решительно отталкивался руками от стены и летел в шлюзовую камеру. Коммандер соскользнул на среднюю палубу, оттуда по коридору добрался до места назначения за рекордные десять минут.

В шлюзе царил беспорядок. Откуда-то появились металлические контейнеры. Как будто, кто-то строил баррикаду. Всё, что не было закреплено, парило по отсеку, мешая двигаться. Один скафандр расплющился под тяжестью искривлённого баллона. Шлем лопнул. Рукава застыли серыми хоботами, тянущимися вверх.

«А. Лукас», — гласила надпись на левой половине груди, чуть выше сердца.

Появилось стойкое желание, как следует выругаться. Не было больше Альбы. В памяти остались только славные моменты, связанные с ней.

Глаза скользнули по стене. Внутренняя обшивка не пострадала. Стекло на информационном табло лопнуло. За множественными трещинами не было видно показаний температуры, состава воздуха и давления. Это всё, что сейчас интересовало коммандера.

Флойд обречённо вздохнул. И так было понятно, что в шлюзе гораздо холоднее. Он взглянул на люк, отделяющий от космического пространства. Мощная створа покрылась инеем. Разница температур пугала.

Коммандер спохватился и подтянулся к стойке.

Вот он. Улучшенный продукт ILC Dover, Collins Aerospace и NASA. Независимый антропоморфный скафандр, обеспечивающий защиту, мобильность, жизнеобеспечение и связь при выходе в открытый космос на околоземной орбите.

Рабочее давление — 29,6 кПа.

Вес страховочного фала – 122 фунта

Общий вес скафандра – 275 фунтов.

«Тяжеловат. И мне нужно как-то залезть в эту махину».

Флойд почесал подбородок. Из груди вырвался вполне ожидаемый вздох. В тренировочном центре NASA Ли с трудом справлялся без посторонней помощи, а сейчас приходилось действовать в одиночку. Роксет был нужен в командном отсеке.

В голове закрутились мысли, вбитые во время подготовок к полёту.

Первичное жизнеобеспечение – 480 минут.

Резервное жизнеобеспечение – 30 минут.

«Так, со временем всё понятно. Сдохну позже Роксета на четыре с половиной часа, если не повезёт выбраться и наладить подачу воздуха, пригодного для дыхания».

Флойд принялся за дело.

Громоздкий скафандр никак не хотел сниматься с креплений. Электропривод заело. Пришлось повозиться, прежде чем он оказался перед Флойдом. А через пару секунд его повернуло горизонтально.

Коммандер спружинил с палубы и направился к скафандру.

Это было похоже на полёт во сне. Оттолкнуться и ничего не делать, только лететь. Ощущать лёгкость и захлёстывающее удовольствие.

Самым трудным оказалось впихнуться в оболочки ног. Быстро не получилось. Не было никакой точки опоры. Флойд подавил начинающееся раздражение и крепко стиснул зубы. Опыт надевания скафандра у Ли имелся, поэтому со второй попытки он впихнулся в костюм ILC Dover. Холодный прочный материал заиндевел. Стал почти деревянным. Ли защёлкнул крепления шлема. Через воздушные шланги из баллона, прицепленного на спине, начал закачиваться воздух.

Оставалось сделать самую малость — закрепить страховочный фал и сделать первый шаг.

Как же он это ненавидел! Ли не считал себя особо смелым. Достаточно того, что так думала его команда. Для них он оставался лидером. Вожаком, который всегда впереди. А значит, страх неуместен.

— Роксет, — позвал Флойд, проверяя информационную систему EVAIS.

В наушниках шлема раздался сдавленный смешок.

— Простите, кэп. На связи.

— Я готов к выходу. Включаю камеру.

— Изображение пошло! Ого! Какой бардак! На шаттле завелись еноты?

— Похоже на то.

Флойд глубоко вдохнул и поплыл к панели управления шлюзовой камерой.

Это вызвало массу неудобств. Скафандр сковывал движения. Невесомость стала почти врагом.

Ли неуклюжим движением поддел крышку панели. Указательный палец перчатки вжался в тумблер открытия.

Взвизгнула автоматическая сирена. Над створой сработал красный индикатор. Он пульсировал, предупреждая об опасности. Выход в основной шлюз заблокировался, лишив Флойда возможности отступить.

Массивный люк медленно вкатился внутрь. Коммандера дёрнуло наружу. Он едва успел схватиться за скобу, хотя страховочный фал уже был закреплён. Несколько секунд тело безвольно болталось. Ли сжал зубы и держался изо всех сил, боясь, что руки разожмутся, и его просто вышвырнет из шаттла. Пытка закончилась неожиданно быстро. Затем ослабли силы, вытягивающие наружу. И Ли выдохнул.

Он оттолкнулся от борта и заскользил вверх.

Ощущение было незабываемым. «Атлантис» казался таким надёжным по сравнению с темнотой и тварями, прячущихся в ней.

Ли дёрнул фал, проверяя на прочность. Накатило удовлетворение. Дальше было проще, но страшнее. Путь казался далёким и неудобным. Невесомость с отсутствием опоры настораживали. Коммандер и раньше проделывал подобное, на тренажёрах. Поэтому попытка запаниковать была безжалостно подавлена. Он сдержал порыв повернуть назад и устремился вдоль корпуса шаттла.

Воспарив над «Атлантисом», Флойд смог оценить размеры бедствия. Побитый корпус, расколотые плитки термозащиты, повреждения внешней аппаратуры. Отсек с манипулятором оплавился. Но створы плотно закрылись. Утечек никаких веществ не наблюдалось.

Ли зацепился за киль. Какой же он оказался огромный! Аэродинамическая поверхность вертикального оперения обеспечивала устойчивость и управление шаттлом по каналу курса. Лонжероны, нервюр и панели обшивки не пострадали от удара инопланетного корабля. К радости Флойда, электронный блок и антенну, защищённую прозрачным обтекателем, тоже не снесло.

— Кэп, как дела в открытом космосе?

Истеричный смешок выдал Роксета с головой. Парень явно видел всё, что передавала камера.

— В разведке, — отозвался Ли, решив не реагировать на подколки. – Врага не видно. Без моего приказа в бой не вступать.

— Есть, сэр!

— Вижу нечто… похожее на… атмосферу.

Тонкая белёсая полоса простиралась высоко вверху. Сложно было разобрать, что за ней. Видимость заканчивалась точно за гранью.

— Попробую сползти к грузовому отсеку и оценить перспективы.

Флойд аккуратно направился вниз.

— Кэп, радары показывают активное движение прямо по курсу. Летят снизу. Можете разобраться, что там?

— Не уверен. Осторожничаю.

— Несколько целей.

Коммандер прижался к поверхности и замер осматриваясь.

Складывалось ощущение, что он видит перед собой дно пересохшего моря. Кое-где из стен выглядывали посадочные полосы. Как они держались, оставалось неясным. Ли внимательно рассматривал каждый дюйм, стараясь запомнить, как можно больше. Он заметил контуры челнока, похожего на «Атлантис». А может, показалось. Объект находился очень далеко в темноте.

— Кэп, их восемь.

— Понял. Полное молчание.

Повисла тишина, которая нарушалась только шорохом статических помех.

Через минуту послышались незнакомые звуки. И прямо перед коммандером выпрыгнули два разведчика. Они замерли, а Флойд внимательно всмотрелся в них.

Да. Ошибки не было. Разведчики с щупальцами. И они пытались прочитать его. В голове образовалось что-то вязкое и неприятное. Глаза-детекторы кибернетических аппаратов мигнули. Щупальца начали расправляться и поворачиваться в сторону коммандера. Они уже тянулись к нему. А Флойд, как назло, оцепенел. Он хотел двигаться, но не мог. Такое уже было.

— Кэп, — беспокойный голос Роксета разрушил планы разведчиков. – Навигационные системы выдают координаты, которые я не вводил.

— Вырубай компьютер! – приказал Ли. – И отвлеки их от меня.

Спустя четыре секунды яркий свет прорезал темноту. Разведчики потеряли всякий интерес к коммандеру, рванув к лучам.

Флойд замер. Крик застрял в горле, а глаза отказывались верить.

Количество разведчиков в полосах света зашкаливало. Они были повсюду. В клубящейся темноте их переливающиеся сине-голубые спинки походили на рыбу в реке. Ниже платформы открывались входы в тоннели. Везде царила тьма. Ни одного проблеска. Ни одного шороха. Ни одной здравой мысли.

Когда прожекторы «Атлантиса», отключились, Флойд ещё несколько минут наблюдал пляшущие разноцветные круги перед глазами.

— Кэп…

Голос Роксета вернул его к действительности.

— Не знаю, что здесь происходит, — растерянно признался коммандер. – Такое же ощущение, как во время секретной разведывательной операции на севере Ирака.

— А что там было?

— Тебе крупно повезло в жизни, Роксет. Ты не отсчитывал минуты до смерти, смотря на разворачивающиеся пушки. По тебе не стреляли с земли из ПЗРК. Ты не видел, как трассер проходит в роковых двух футах от истребителя. Тебе не приходилось только сжимать кулаки в бессильной ярости, зная, что ты ничего не можешь изменить!

— Какова была цель?

Флойд не хотел отвечать.

— Это в прошлом. Просто… я уже сказал. Ощущения похожие. Посмотрю, что под «Атлантисом».

Коммандер опустился насколько это было возможно. Он медленно плыл между шаттлом и платформой.

Пришлось изменить частоту канала связи, надеясь, что кибернетические разведчики не услышат их. Идея принадлежала Роксету. Пилот не ошибся. Противник действительно никак не среагировал на его появление в эфире. Важным было другое — услышит ли коммандер.

— Говорит Роксет. Кэп, как слышите меня?

Ответ пришёл не сразу, а через несколько долгих секунд.

— Слышу достаточно хорошо. И очень этому рад!

— У нас большие повреждения снизу?

Флойд с усилием перевернулся на спину и впился взглядом в днище «Атлантиса».

«FRCI-12. Алюмо-боросиликатное волокно, добавленное в плитки из чистого кремнезема. Они более прочные, чем предшественницы. Более долговечные. Более устойчивые к растрескиванию и снижению веса. Но ведь пострадали! Некоторые обломало… Люк с носовым шасси деформирован… Хм… Мы не сядем на Земле. Сгорим в атмосфере».

— Вердикт неутешительный, Роксет. Что тебя ещё интересует?

— Есть возможность починить «Атлантис»?

— Конечно. Только у нас нет запасных плиток защиты и супер-клея. Есть идея воспользоваться молотком и гвоздями. Но их у нас тоже нет.

— Всё настолько плохо?

— Как есть. Прости, парень.

— Ладно, что там по периметру?

Ли принял вертикальное положение. Он коснулся шаттла рукой. Вжавшись в корпус, коммандер уставился перед собой, а затем вниз. Прямо под «Атлантисом» зиял еле видный проход. Пустой и тёмный. Вход в него не охранялся.

— Вижу тоннель.

— Я тоже.

— Информационных табличек нет, — Ли немного подумал. – Вот что, Роксет, я доберусь до него.

— Вы рискуете.

— Ты тоже. Ещё неизвестно, где безопасней. Здесь или на «Атлантисе». Будь наготове. Как только дам команду, врубай двигатели и убирайся отсюда.

— Я вас не брошу, кэп.

— Спиши меня на боевые потери. Такое случается.

— В бою. У нас мирная миссия.

— Им это скажи.

— Длины страховочного фала не хватит.

— Значит, буду предельно осторожен.

После этой фразы Флойд заткнулся. Роксет проворчал что-то труднопереводимое в ответ.

Коммандер оттолкнулся от шаттла и полетел к тоннелю. Он бросил последний короткий взгляд на удаляющийся «Атлантис».

Тоннель представлял собой полуразрушенный или полусобранный коридор. Складывалось ощущение, что некогда здесь или что-то взорвалось, или шёл ожесточённый бой с применением внеземного оружия.

— Никого нет… — пробормотал Флойд. – Похоже, этот тоннель не имеет ценности для них.

— Я бы не стал так говорить. Кэп, к вам гости!

Коммандер среагировал мгновенно. Он потянулся к стене. Невесомость опять сыграла злую шутку, заставив его беспомощно барахтаться. Флойд на пару секунд активировал реактивный ранец. Тело изменило направление. Когда в поле видимости опустились два разведчика, коммандер неловко дёрнулся. Перчатка чиркнула по стене. Затем к ней приложился скафандр. С неприятным раздражающим звуком.

Ли замер, приготовившись к возможной атаке.

Разведчики стремительно рванули вглубь конструкции, слово не заметили его. Коммандер не поверил в такую удачу. Он проследил за противником.

И неожиданно что-то громыхнуло. Как будто взорвался баллон с горючим газом. Из шахты тоннеля повалил дым, сквозь который прорывались языки пламени. По стенам пошли многочисленные трещины.

Флойд активно заработал руками, пытаясь выбраться.

— Кэп! Что там случилось?

— Не знаю! Взрыв!

— Вы…

Голос потонул в помехах.

Флойд слишком поздно заметил крупные обломки, вырвавшиеся из шахты. Они проскрежетали по стенам и врезались в коммандера. Следом прилетел оборванный фал. Перед глазами Ли промелькнула серая, подкрашенная жёлтым, поверхность. Мгновенная боль заполнила всё тело. Навалилась тяжесть, несоизмеримая с возможной. Взгляд потянулся вверх. «Атлантис» быстро таял в сумраке. Его светлое пятно тускнело.

А потом коммандер вырубился.

Глава 10

Время… Процесс… Условие возможности изменения...

«…Что-то пошло не так… Они прилетели с неба. Массированная воздушная бомбардировка. Противник обрушился всей мощью на лагерь в горах, смешивая его с камнями. Модифицированные CBU. Кассетные бомбы с топливно-воздушным взрывчатым веществом.Разлетаются каркасы модулей. До основания. Зажигательные боеприпасы. Многочисленные пожары. Остатки лагеря тонут в огне и дыму. Только добраться до F35-М…»

Постепенно пламя осело.

«…Они назвали это «кобра»… Хм… Я справлюсь… Высота достаточная для выполнения фигуры. Стабильность на углах атаки. Сверхманевренность модифицированного испытательного «Локхид-Мартина» F35-M… Девяносто градусов. Перпендикулярно поверхности земли. Отклонение на сто двадцать. И свободное падение. От скорости и перегрузок закладывает уши. Ощущения полной потери ориентации. Я справлюсь…»

Тоннель начал очищаться от примесей. Они сворачивались и исчезали.

«…Надо же, какая ирония. Говорят, сладкое может набить оскомину. Ошибочка вышла. Сегодняшняя речь Таннера набила её через пять минут после начала. Я всё понимаю, новые горизонты, полёты в космос, достижения… Но, друг мой, не пора ли заканчивать? Я всё понял о нерушимости веры в светлое будущее, о важности миссии. Космос — наше всё. А если ты не завершишь свою пламенную речь, у меня не будет времени отдохнуть. Хочется выспаться перед завтрашним стартом. Видишь ли, «Атлантис» не очень-то похож на мой испытательный «Локхид». Одними рефлексами не обойдёшься… Тьфу… Только флагом не начинай махать. Да, я испытываю определённую гордость за свою страну, но терпеть не могу пафоса. Стивен, всё. Заканчивай…»

В космосе только время летело быстро, а все остальные процессы сильно растягивались.

Сознание медленно возвращалось к коммандеру Флойду. Глаза с трудом сфокусировались на светлом пятне перчаток. Ли попытался пошевелить пальцами. К счастью, они двигались. Он облокотился локтями на гладкую металлическую поверхность и заставил себя принять вертикальное положение. Начался тщательный осмотр скафандра. Флойд с удовлетворением отметил, что нет никаких разрывов и повреждений. Системы функционировали в нормальном режиме. Осталось только понять, где он и как отсюда выбраться. Огорчало отсутствие страховочного фала. Он парил примерно в десяти футах от него. Рука скользнула к шлему.

— Роксет?

Ответом была тишина.

«Ребёнком мечтал о контакте с внеземными цивилизациями. Расстраивался, сидя ночью у открытого окна, когда они не прилетали. А сейчас радости, хоть отбавляй, только контактировать уже не хочется», — пронеслось в мыслях коммандера.

Он взглянул на информационный дисплей.

Уровень радиации заметно повысился. Низкая температура его не напугала, а вот давление расстроило.

Флойд поморщился. Последнее он уже ощутил. Тело налилось свинцом. Двигаться стало гораздо сложнее. Или сказывались последствия неполадок в недрах корабля. К тому же, появилось вполне понятное беспокойство за «Атлантис».

«Ладно, Роксет — умненький мальчик. Придумает, что делать».

Флойд почти удовлетворился мыслью.

Ли последний раз взглянул наверх. Видимо, платформу всё же повредило, тем самым отрезав путь к возвращению. Выход оказался закрытым. Стены тоннеля не имели зазубрин или скоб. Флойд прекрасно понимал, что не сможет подняться самостоятельно, даже если предположить, что появится возможность вылезти. Неожиданно навалившаяся сила тяжести придавливала. Исчезнувший противник настораживал. Ли уже был готов активировать реактивный ранец, как взгляд выцепил ход. В его глубине что-то мигало.

Ощущения обострились до допустимого предела, способного не свести с ума. А следующий шаг дался через силу.

Перед глазами очень коротко промелькнула тягучая переливающаяся субстанция. Казалось, она состоит из миллиона острых тончайших игл. И все они одновременно впились в тело. Боль оказалась настолько ощутимой, что хотелось заорать. Горло сдавило. Дыхание перешибло, словно из лёгких выкачали весь воздух. В ушах появились болевые ощущения и следом неприятный противный звон. Скафандр неожиданно стал тесным. Он сдавливал и душил. Иногда проскальзывало ощущение, как от медицинских банок. Что-то вытягивало участки кожи наружу.

Всё закончилось одномоментно.

Ход преобразился в коридор. Неизвестный металл поблёскивал в свете нескончаемой белой лампы, похожей на люминесцентную, которая раздражала и откровенно бесила. Свет резал глаза. Он был похож на тот, который коммандер видел в командном отсеке шаттла.

Наконец бесконечная лампа потухла. Несколько минут Флойд плыл в полной темноте. Вязкой и какой-то неживой. Иногда в ней что-то двигалось.

Справа появилось большое помещение, отгороженное от коридора всё той же переливающейся субстанцией. Коммандер приблизился к перегородке и чуть не задохнулся от переизбытка эмоций.

Флойда сковало на месте, как сильнейшим морозом, заставив впиться взглядом в помещение. То, что он увидел, ему совсем не понравилось.

По периметру замерли беспилотники. Но они были неподвижны. А вход не охранялся.

К аппаратам тянулись гибкие шланги. Коммандер проследил, откуда они выходят. И ему стало плохо. Над потолком висело что-то гигантское. В его полупрозрачной гондоле скорчились существа, не похожие ни на одно известное. Их тела изгибались судорогой. Мелькали дёргающиеся руки-лапы-хвосты-или-как-это-у-них-называется. Они издавали хрипящие звуки.

Около дальней стены за пультом стояла худая вытянутая тварь с необычайно длинными конечностями, как будто созданная из сгустков энергии. Она пульсировала. Цвета менялись от бледно-жёлтого до интенсивно-красного. Её голова была низко опущена. Чётко угадывались два позвоночника.

Невидимые детекторы уловили движение.

Флойд заметил, как из угла вынырнул аппарат с глазом-детектором и полетел к переливающейся стене. Ли среагировал моментально. Он быстро отпрянул в сторону, отлетел в темноту и замер.

Беспилотник неслышно проскользнул мимо него.

«Ага, реагируете на движение», — понял Флойд.

Когда аппарат скрылся из виду, коммандер осторожно продолжил свой путь.

Коридор раздваивался. Первый рукав был наглухо запечатан металлической пластиной, а проход во второй оказался свободным. Флойд не раздумывал долго и не тешил себя иллюзиями на счастливое избавление. Он просто повернул влево.

Его полёт продолжался около пяти минут. Позади оставались заблокированные двери, больше похожие на гигантские люки с непонятными обозначениями. И никаких панелей управления ими. Живности тоже не наблюдалось.

Длинный коридор казался нескончаемым. Он уводил далеко вперёд. От другого сектора его отрезала плотная пульсирующая заслонка, за которой могло быть что угодно. По сторонам находились помещения-камеры-боксы — более точного названия придумать было невозможно. Они, напичканные неизвестной, явно медицинской, аппаратурой, волновали. Возникало такое же ощущение, как перед дверью стоматологического кабинета. В каждом помещении парило подобие армейской койки, накрытой полупрозрачной сферой. Некоторые имели многочисленные трещины. Попадались бурые пятна, очень похожие на кровь. Над сферами склонялись массивные сканеры. Именно такое сравнение пришло коммандеру на ум. Плазменные, едва различимые, решётки на широких окнах подтверждали теорию об экспериментах над живыми организмами.

Флойд, сам того не замечая, сжал руки в кулаки. Хотелось изловить негодяев и как следует врезать всем сразу. Следующей мыслью было немедленно вернуться на «Атлантис». Он с трудом подавил её.

Ли покрутил головой, пытаясь избавиться от наваждения. Глаза упёрлись в проём — открытую дверь. Он понял это только потому, что гибкая субстанция отсутствовала.

«Видимо, судьбе угодно, чтобы я заглянул внутрь», — решил для себя коммандер.

Он просочился в помещение.

Темноту разрывали повторяющиеся яркие световые вспышки, выдаваемые крутящейся под высоким потолком белой лампой.

«Хм… Стробоскоп? Да они большие оригиналы…»

Флойд невольно фыркнул, но тут же заткнулся. Он осмотрелся.

Сначала накатила тошнота, следом потемнение в глазах. Коммандер отшатнулся, а затем поспешно отлетел к стене, со всей силы вжавшись в неё.

На узком, зависевшем над полом, столе из неизвестного металла лежало мёртвое существо. Его некогда живая кожа высохла и стала похожа на пергамент. Множество острых костей выступало над телом. Грудную клетку оставили раскрытой. Из всех конечностей к какому-то аппарату, напоминающим ступень ракеты-носителя, тянулись гибкие блестящие прозрачные шланги, в которых застыло нечто, уже ставшее неприятными хлопьями. Над ним склонилось дезактивированное устройство, оснащённое манипуляторами. Замерло с длинными иглами прямо в двух органах существа. Флойд взглянул на треугольник лица погибшего такой страшной смертью. Его искажала гримаса ужаса. Маленький рот застыл в безмолвном крике, ощетинившись мелкими серыми треугольными зубами. Наросты на голове вспучились. Ближе к шее открылись щели, смахивающие на жаберные. На полу и стенах неприятными кляксами расплескались белёсые подтёки.

Коммандер решительно вывалился из помещения. Он с большим трудом подавил рвотный позыв. Ли облокотился на стену и попытался глубоко дышать. Воздуха отчаянно не хватало.

«Отставить панику, — достаточно жёстко приказал себе Флойд. – Я в экспериментальном отсеке инопланетной лаборатории… Какими же зверьми надо быть, чтобы так мучить живых существ!»

Справедливость не восторжествовала, и никто не ответил на вопрос.

Ли с трудом отпихнулся от стены и двинулся подальше от жуткого места.

Коридор изгибался полукругом, приобретая светлые тона. На гладких стенах кто-то начертил схемы цепей и узлов механизмов. Они вызывали неприятные ощущения. Ужас. Пахло смертью и болью.

Коммандер старался быстрее убраться из лабораторного отсека. А он, судя по всему, не имел конца. К тому же за ним могли наблюдать. Повсюду были натыканы крохотные средства слежения. Почти как видеокамеры, только вкраплённые в стены в определённых местах. Он видел их расширяющиеся и сужающиеся «зрачки».

Мелькающие мимо картинки не отличались разнообразием. Камеры-боксы. Металлические койки. Сферы. Неизвестные приборы. Массивные неземные агрегаты. Сканеры. Застывшие следы, вероятно, биологических жидкостей.

«Зрачки» смотрели по сторонам, пока Флойд не воткнулся в вязкую стену. Он рванул вперёд, пытаясь скорее избавиться от сотни жалящих игл.

В следующем секторе царил привычный полумрак. Сквозь маленькие прорези в высоченной сфере просачивался тусклый естественный свет. Освещения было недостаточно. Вызывало сомнения его происхождение.

Коммандер по привычке пошарился по стенам. Ничего похожего на включатель ламп не обнаружилось. Зато ж где-то в глубине сектора послышался гул. По периметру прошлась вибрация. И всё стихло.

Когда он привык к полумраку, взгляд выцепил парящий над поверхностью объект, вызвавший приступ паники. Флойд резко сделал шаг назад.

Беспилотник-разведчик.

Он имел округлую форму. На сине-серебристом металлическом корпусе перемигивались индикаторы. Тускло горел глаз-детектор. За объектом нервно трепыхались длинные гибкие фаланги щупалец. Казалось, его отключили или он уснул. Потому что беспилотник никак не отреагировал на Флойда.

Звук мелких шаркающих шагов заставил коммандера затаить дыхание. Он метнулся к выходу. Как назло, стена изменила плотность, и на её месте образовалась вполне твёрдая поверхность. Наскоро оглядевшись, Флойд заметил огромные агрегаты, напоминающие конденсаторы. Спрятаться за одним из них показалось вполне реальным. Втиснувшись в узкое пространство между стеной и агрегатом, он затаился.

Шаги тоже затихли.

Время полетело с невероятной скоростью. Тишина и бездействие раздражали. Неопределённость бесила.

Коммандер пересилил страх и высунулся наружу.

Противник — переливающаяся энергетическая тварь — колдовал рядом с разведчиком. Флойд в растерянности рассматривал её. Длинная. Очень худая. Непропорциональные конечности. Четырёхпалая. Подобие чешуи с короткими острыми шипами по всему телу. Указательный палец выделялся непомерной длиной. Им можно было бы выковырнуть жертву из шаттла, например.

Тварь провела вдоль корпуса беспилотника портативным прибором, похожим на дистанционный пульт для телевизора. Удостоверившись, что всё в порядке, она активировала стабилизатор энергии.

Разведчик вздрогнул и как будто снялся со стапелей. Затем аппарат шустро устремился к укрытию Флойда.

Ли забился в щель, насколько это было возможно. Он даже прикрыл шлем руками.

По полу рядом с ним ударил яркий луч прожектора. Разведчик искал его.

Бездушная машина зависла над агрегатами.

Шаркающая тварь что-то пробулькала. В её голосе было полное безразличие к происходящему. Слышались холодные металлические нотки.

Ледяные щупальца разведчика начали изучать стену. Затем одно из них упало на Флойда. Ли напрягся, но не выдал себя ни единым движением, хотя хотелось смахнуть омерзительную конечность, а ещё лучше отстрелить.

Щупальце скользнуло по шлему и потянулось дальше. К руке. Затем оно молниеносно обвило запястье Флойда и выдернуло его из-за агрегата.

Коммандер взметнулся вверх. Ноги дёрнулись. Боль от хватки сковала все эмоции разом. Он извернулся, как сумел, и двинул мыском ботинка по корпусу беспилотника, не причинив никакого вреда. Щупальца изогнулись и нацелились на Флойда. На их концах горели красные точки — лазерные прицелы, которые тут же отразились на скафандре мишенями.

Ли моментально принял решение, которое впоследствии оказалось правильным. Он оттолкнулся от разведчика и подлетел вверх. Далее был кувырок назад. Щупальце сильно дёрнуло зажатую руку, чудом не оторвав. Боль оказалась весьма ощутимой. Коммандер ударил по глазу-детектору. Видимо, попал в какой-то важный центр. Беспилотник ослабил хватку.

Полёт до пола окончательно вывел Флойда из себя.

Переливающаяся тварь шустро подскочила к нему. В её руках-лапах мигнул неизвестный прибор. На плоской морде горели десятки мелких красных глазок. Они расходились спиралью от центра. Флойд бросился на противника. Он сбил тварь с ног. Прибор отлетел в сторону. Послышались первые свистящие выстрелы. Разведчик восстановился крайне быстро и теперь защищал своего хозяина.

Следующий удар оказался решающим. Тварь полетела в одну сторону, а Флойд в другую. Он успел зацепить прибор. Перетыкав все кнопки, Ли врезался в стену. Неприятный хруст застыл в районе шеи. Он очутился на ледяном полу. Тварь исчезла, а разведчик деактивировался. Не выпуская чудесное устройство из рук, Флойд кинулся к выходу. Внезапно отвердевшая стена больше не пугала его, а вот беспилотник и тварь — даже очень.

Наверно, коммандер побил собственный рекорд по передвижению в космическом пространстве. Он летел наугад, не разбирая дороги, не реагируя на камеры. Целью было спрятаться, затаиться и хорошенько подумать.

Вскоре такая возможность предоставилась.

Флойд впихнулся в узкий тёмный бокс. Забившись между двумя невысокими полустенами, он позволил себе выдохнуть. Щёлкнув по коммуникационному передатчику, Ли позвал:

— Роксет?

На этот раз ответ не заставил ждать.

— Кэп? Вы где?

— В лаборатории. Они тут опыты ставят на живых организмах. Предполагаю, что на разумных. Не знаю, что изучают, но, похоже, никто не выживает. Надо сваливать отсюда. Ты ведь видел передачу с камер?

— Только контуры. Темновато. А стробоскоп сильно ограничил видимость. Вы зашли на местную дискотеку?

— Вроде того. Что с «Атлантисом»?

— В открытом космосе.

— Что?! – не поверил Флойд.

Роксет быстро разъяснил:

— После происшествия в тоннеле началось движение. Разведчики рванули по щелям. Они полетели, ну, и я вместе с ними. По пути в их шлюз мы никуда не сворачивали. Я логически рассудил, что выход где-то в начале. Угадал. В общем, «Хаббл» справа. Диск слева. «Атлантис» примерно посередине. Какие мысли, кэп? Как мне забрать вас?

— Пока никак, — буркнул коммандер. – Держись до последнего, Роксет. У меня ненормальное желание устроить диверсию и прикрыть контору. Я скоро прилечу.

— Как, хотелось бы понять?

— На реактивных ранцах. Если повезёт… Сколько воздуха осталось на «Атлантисе»?

— На пару часов. Не больше. Собираюсь покопаться с жизнеобеспечением.

— Забери баллоны со скафандров. Выиграешь ещё примерно сорок часов. Прорвёмся, Роксет.

— Есть, кэп. По диверсии. Поделитесь мыслями?

— Ага, — Флойд уверенно кивнул. – Я позаимствовал у местных приборчик, останавливающий беспилотники. Не думаю, что все, но чем чёрт не шутит. Чтобы прекратить их бурную деятельность, нужно уничтожить ядро корабля.

— Ядро? А оно там есть?

— Не придирайся к словам. Ядро, реактор, центральный компьютер. Без разницы.

— А если ядро сдетонирует? Необратимые реакции, сдвиг магнитных полей, гравитационные ловушки, чёрная дыра, в конце концов…

Коммандер заткнулся. Об этом он не подумал.

— Рванёт, мало не покажется. Это точно. Есть что предложить?

Роксет злорадно усмехнулся.

— Разрушайте ядро, кэп. Я не в том настроении, чтобы философствовать. И уж точно не миротворец. Не против, чтобы твари сдохли.

Глава 11

Флойд передвигался мелкими рывками. Притяжение то давило, то отступало, что порядком выбешивало. Обстановка не менялась. Всё те же металлические стены, пульсирующие двери и непонятные символы. Разведчики не появлялись. Как будто им запретили курсировать по лабораторному сектору. Хозяева тоже предпочитали скрываться. Раздражали поналяпанные везде камеры слежения. Они едва заметными кляксами растекались по стенам, передвигались, когда Флойд выходил в освещённый квадрант, и быстро теряли его, стоило только вернуться в тень.

«Совершенная инопланетная технология! Хм…»

Миновав первый ярус, коммандер остановился перед обтекаемой платформой. За ней начинался пологий подъём. Ощущалась слабая вибрация. Иногда слышались тихие удары. Как будто раскачивался маятник и бился обо что-то мягкое. Флойд мысленно чертыхнулся, прежде чем перескочить через препятствие.

Новый сектор не показался таким унылым. Во всяком случае, здесь не было дверей. Только камеры-боксы с плазменными решётками. Широкий коридор хорошо освещался.

Во Флойда впились сотни, а может, и тысячи следящих элементов. Он, как мог, вжался в стену и тихонечко заскользил дальше.

Сектор разделялся полупрозрачными жидкими окнами. Они имели толстые рамы, но вместо привычных стёкол были заполнены белёсым веществом, похожим на обыкновенный речной туман ранним утром.

Два пролёта не ознаменовались приключениями. Никакая нечисть не выпрыгнула. Никто не попытался напасть и непременно убить. Но появились более широкие боксы, забитые, видимо, дорогостоящей аппаратурой. Ничего земного не наблюдалось. Даже отдалённо. Какие-то сложные аппараты, массивные нагнетатели, конусообразные баллоны с геоглифами, смахивающими на те, которые запечатлены в пустыне Наска. Их Флойд видел лично с приличной высоты. И долго недоумевал над удачной шуткой, предполагая самый простой вариант решения задачки. Правда, у учёных имелась своя версия на сей счёт. Окна или экраны боксов затемнялись рыхлой молочно-серой завесой. Разглядеть, что за ними скрывается, было сложно. Только поблёскивали корпуса инопланетной техники.

Коммандер попытался представить себе место, где всё это производилось. По его мнению, гигантские заводы-фабрики должны были занимать целые кварталы, а стартовая площадка для корабля-лаборатории по ожиданиям превышала привычные размеры.

В мыслях Флойда образовалась картинка. Ли замедлил свой полёт, а затем и вовсе остановился. Он видел детали. И они поражали.

«Красивейшую планету окружали чужие звёзды. Она вращалась в центре прекрасной неправильной галактики. Шарик, слегка вытянутый по экватору и чуть приплюснутый на полюсах, был покрыт изумрудными лесами. Его пронизывали прожилки фиолетовых рек. Насыщенные синие пятна омывали берега крупных материков. В центрах суши размещались правильные квадраты городов».

Флойд замотал головой, выбивая наваждение.

«Устал, — решил он. – Галлюцинации. Что с воздухом?»

Взгляд упёрся в дисплей EVAIS. Нет. Смеси, поддерживающей нормальное функционирование лёгких, оставалось ещё на час пятьдесят как минимум. Показатели жизнедеятельности тоже не сильно отклонились от нормы.

Видение с завидным упорством вернулось в сознание Флойда.

«Космическая катастрофа, произошедшая тысячи лет назад, уничтожила всю красоту неизвестной планеты. Столкновение с крупным астероидом унесло миллиарды жизней. Метеоритные дожди разрушили всё до основания. Гигантские цунами смыли руины. Обитатели системы не смогли восстановить свою планету после удара. Она осталась безжизненным куском камня.

Со временем о ней забыли».

Коммандер попытался потереть виски. Перчатки упёрлись в шлем. Осталось только хмыкнуть и пожалеть, что не может дышать гадостью, присутствующей на корабле.

Несколько глухих ударов привлекли его внимание. Они были похожи на бьющиеся в такт многочисленные сердца. Ли медленно повернул голову, пытаясь найти источник звука. Перед глазами было только затянутое дымкой окно.

Игра с разумом продолжилась.

«О планете вспомнили, когда началась война. Тяжёлые, угрожающего вида корабли прорезали пространство. Их орудия наводились на цели и били без промаха. В месиве обломков и выброшенных в открытый космос существ было легко затеряться. Флот из пяти кораблей опустился на планету. Её превратили в гигантскую лабораторию по разработке новейшего оружия. Инопланетные учёные не жалели сил, создавая универсальные боевые машины. Создания были напрочь лишены какого-либо сострадания, но обладали мощным интеллектом, который постоянно развивался. Они учились и познавали тактики ведения орбитальных и пространственных боёв. Годами оттачивали своё мастерство. Их готовили для массированных атак и захватов галактик. Но машины не оправдали надежд. И проект пришлось закрыть».

Звук ударов повторился. Где-то на задворках сознания Флойда приоткрылась крохотная дверца. Он снова начал осматриваться. Глаза упёрлись в единственный освещённый бокс. Буквально в двух футах впереди.

Сквозь молочную завесу проступал силуэт существа.

Коммандер двинулся к нему, словно его тянуло магнитом, хотя некоторый страх присутствовал.

Существо покорно ждало. Оно упёрлось громадными ручищами на стекло и, не отрываясь, следило за Флойдом.

Через минуту и сам Ли с интересом и опаской пялился на него. Накатило ощущение нереальности происходящего. В голове стучала давящая пустота. Ноги стали ватными. Сердце выдало сбой. Коммандер судорожно глотнул воздух. Опять не обнаружив пистолет, Флойд мысленно выругался. Ли подумал о прочности стекла и плазменной защите. Следующей мыслью было, как далеко он успеет убежать, если существо вырвется наружу.

— Кэп…

— Роксет, не до тебя сейчас. Ты его видишь?

— Вижу. И недоумеваю. Это… кто?

— Не знаю. Имечко не спрашивал.

Пилот что-то ответил. К сожалению, уровень сигнала скатился к логическому нулю, прервав сеанс связи. Флойд заворчал. Глаза потянулись к существу, а наблюдать за ним он решил от противоположной стены.

Оно было просто огромным. Серокожим. С двумя рядами круглых почти оранжевых глаз. Чёрные крупные зрачки неподвижно что-то высматривали. В их центрах белели крохотные точки. Голова существа имела правильную овальную форму. Маленький, безгубый рот. Щель. Нос, вплавленный в лицо. Руки заканчивались шестью вполне человеческими пальцами, соединёнными между собой розоватыми узорчатыми перепонками. Более большие перепонки, больше похожие на крылья, тянулись по всей длине конечностей и врастали в тело. При этом оно было облачено в светлую оболочку, которая противно переливалась, но уже скромными серо-белыми цветами.

Видение нахлынуло с новой интенсивностью.

«Лабораторию остановили. Все блоки заморозили. И великий проект прекратил своё существование. Долгое время машины были грудой бессмысленного металла, пока в лаборатории не появился новый обитатель. Учёный, когда-то работавший здесь. Такое же существо, как в боксе. Он обошёл помещения. Внимательно всё осмотрел. Смахнул каменную радиоактивную крошку с оборудования. И принялся за работу».

Существо обнажило длинные ушки, которые тут же ввернулись в голову. Как антенны.

Оно в упор посмотрело на коммандера. До Флойда начало доходить, что таким образом существо пытается общаться с ним. А возникающие видения — его способ что-то рассказать. Это казалось невероятным.

— Ты говоришь со мной, — прошептал он.

Ответ прилетел через секунду. В виде новой картинки.

«Он уже почти два месяца не выходил из лаборатории. Осунулся и похудел. Вокруг его глаз залегли сизые тени. Некогда роскошная шевелюра свисала неухоженными клоками на спину. Спецооболочка была заляпана какими-то веществами. На рукаве зияла приличная дыра, прожжённая кислотой или чем-то ещё. Левая рука была сильно поцарапана острым предметом. Он стащил большие очки, защищающие все четыре глаза, а затем бросил взгляд на голографический монитор, развернувшийся над квадратным блоком. Что-то озадачивало в увиденном. В руках появилась пластиковая шкала. Потом он рванул к двери. А когда растворил её, замер в изумлении. Промелькнула яркая золотая дуга. Его отбросило к дальней стене. На груди быстро растекалось большое пурпурное пятно. Из раны толчками выплёскивалась вязкая жидкость. Тонкая струйка побежала изо рта на подбородок. Над ним нависла серая тень. Она безразлично разглядывала только что убитого. Затем тень зацепила его щупальцем за ногу и поволокла к выходу, оставляя тёмно-пурпурный след на мягком покрытии пола».

Флойд ощутил, как существо вздохнуло. Оно продолжило вещать на своей частоте. Как будто совсем не оставалось времени, а надо было много сказать. Ли приготовился слушать и вникать.

«Воспоминания достаточно быстро покидали его. Он становился киберорганизмом. Машиной. Судьба сыграла с ним злую шутку. Причём дважды. Сначала они сожгли лабораторию, а его попытались растворить в активном веществе. На теле сохранились следы ожогов. Его вместе с остальными свалили в яму за лабораторией и залили новой порцией растворителя. А он выжил. Обожжённый и еле живой выполз из ямы. Сверху давила радиация. Воздуха почти не осталось. Кругом дымились развалины. Это был первый раз. Во второй раз шутка заключалась в том, что он нашёл в себе силы выжить на этой планете и вернуться в лабораторию. Ему удалось восстановить кое-какое оборудование. Подвальные помещения не пострадали. Здесь было всё, что помогало жить долгое время. Он запустил процессоры. И через пару месяцев появился на свет первый кибернетический организм. Он назвал его Рху-ур-нтэл. Каплевидный объект с щупальцами-детекторами. Объект быстро обучался. Затем начал создавать подобные себе организмы. А в один прекрасный день переплюнул даже своего создателя. Рху-ур-нтэл научился дополнять машину энергией и разумом живых существ. Учёный стал не нужен. Его убили. А позже он увидел свет с нейропроцессором в голове. Многое потеряло свой смысл. Не надо было есть и пить, справлять естественные потребности, прятаться от радиации. Теперь окружающий мир виделся в виде шестеричных кодов и приказов главного процессора, который разошёлся не на шутку. Рху-ур-нтэл-ы собирали с орбиты планеты зазевавшихся бедолаг и делали из них машины для убийств. А после они отправились путешествовать по галактикам».

— Рху-ур-нтэл, — Флойд скопировал звуки голоса в голове. И поинтересовался, поражённый догадкой. — Ты был тем учёным?

Существо не ответило. Только виновато уткнулось лицом в перегородку, отделяющую его от коридора. Оно сожалело, испытывало страх перед будущим.

Коммандер пересилил неприязнь и приблизился к стеклу.

— Что было дальше?

Оно не стало вредничать, решив выложить всю правду.

«Он очнулся от вынужденной перезагрузки. Отсоединился от центрального процессора. Мутным взглядом посмотрел на устройство, висящее на мощных цепях под потолком пробитого метеоритами ангара. В его сознании промелькнуло что-то забытое. Активировались цепи памяти. Учёный неожиданно вспомнил, что сам работал над этим творением. Тогда оно не казалось ему чудовищным. Гигантское устройство со множеством протоколов. От процессора отходили гибкие шланги, через которые боевые машины должны были питаться живой энергией, памятью, сознанием. Учёный взглянул на большую гондолу. Туда помещались существа, ещё живые, но смертельно напуганные. Сквозь пелену времени он увидел скорченное золотистое непропорциональное существо, к которому тянулись металлические щупальца. Сначала жертва испытала ни с чем несравнимый ужас. Потом щупальца-шланги впились в тело в нужных точках: основание черепа, конечности, грудина. Через тонкие иглы вспрыснулось вещество, повышающее чувствительность. Существо начало биться в истерике, выделяя активные вещества. Это было необходимо, чтобы турбина генератора преобразователя заработала и передала генетическую память Рху-ур-нтэл-у. Он уже ждал».

Флойд не заметил, как подлетел беспилотник. Не такой, как снаружи. Размером с кулак. Каплевидный. С единственным датчиком вместо глаза.

Серое существо отпрыгнуло в центр бокса и поспешило спрятаться, зная, чем может закончиться его общение со случайно забежавшим в лабораторный сектор чужаком.

А у коммандера появилось навязчивое желание двинуть по противнику кулаком. Он знал, что нельзя. Только поэтому притворился статуей.

Электронный глаз-детектор внимательно посмотрел на коммандера. Ли услышал ментальный приказ. Он развернулся и, как под гипнозом, заскользил вперёд. Беспилотник проводил его молчаливым вполне ощутимым взглядом и вернулся на своё охранное место в незаметной сфере под потолком.

Существо бросилось к окну. Оно шарахнуло с такой силой, что Флойд невольно вернулся в собственное сознание. Голова отдалась тупой ноющей болью. Как будто на неё надели ведро и, как следует, ударили по нему, как минимум, шпалой.

Ли с трудом нашёл нужный бокс. Он как будто впервые видел этот сектор.

По стеклу стекала мутная полужидкая масса. Существо не замечало её. Оно вляпалось рукой в след и попыталось разглядеть коммандера по ту сторону преграды. Глаза были замутнены. На обтягивающей оболочке отчётливо виднелись разрезы, из которых источалась неприятная вязкая пурпурная жидкость.

— Хм… тебе требуется медицинская помощь, — Флойд сказал то, что первое пришло в голову.

В мыслях образовался хаос из неизвестных слов. Картинок больше не было. А существо явно пыталось что-то втолковать. Рот искривлялся в разных направлениях. Подрагивали уши. Здоровенные когти скребли по прочному стеклу. Перепонки то расправлялись, то складывались.

Флойду стало не по себе.

— Это та самая лаборатория? – промелькнула догадка. — Что я должен сделать?

Видение выскочило неожиданно.

«Здоровенный чешуйчатый птеро-ящер приказал закрыть разработки. Согнал всех в одно помещение».

Существо почти билось в конвульсиях. Флойд ни черта не понимал, но очень старался выцедить хоть какую-то нужную для себя информацию.

«Всех свалили в ров, как какой-нибудь скот. И залили удушающим веществом. Его завалило телами. Он почти задохнулся. Когда корабли палачей улетели, он выбрался. И довёл разработки до конца».

— Так… они захватчики…

Нос существа пропахал по стеклу. Кажется, оно кивнуло.

— Тогда почему ты ввязался в это дело?

«Птеро-ящер долго беседовал с ним, обещая убить семью. Пришлось согласиться. Он не сдержал слова. Убил. Пустил на переработку. Как разумное топливо для Рху-ур-нтэл-ов. Объекты № Нтар-Ирн, Нтар-Ашр, Нтар-Квиу…»

Флойд вздохнул. Было невыносимо ощущать всё это. Гнусная мысль не заставила ждать.

«Так по-человечески…»

Выходило, что другая цивилизация ничем не отличалась от Земной. Кто-то на кого-то нападал, преследовал собственные интересы, врал, предавал, бросался обещаниями, убивал ради достижения цели, по трупам шёл к могуществу.

В мысли вкатились схемы, карты, сложные системы, аппараты. Ли был готов поклясться, что никогда в жизни не видел ничего подобного. Особенно поражал топографический план с движущейся красной точкой. Она куда-то вела. А коммандер запоминал каждый поворот.

Он каким-то образом понял, что Рху-ур-нтэл-ы — модифицированные боевые машины. Неуязвимые. Их невозможно остановить. Только уничтожить центральный процессор — ядро.

Из открывшихся плоскостей в боксе повалил белёсый туман.

Существо скрылось в нём и больше не показалось.

Когда туман рассеялся, Ли несколько минут смотрел на распростёртое в центре обездвиженное тело.

В душе поднималась самая настоящая злость.

Глава 12

Коммандер Флойд продвигался по тускло освещённому коридору, стараясь избегать пульсирующих стен и аккуратно вписываться в повороты.

Он летел на вибрацию. По его мнению, именно там было ядро. Во всяком случае, по такому маршруту вёл курсор на мысленном плане.

«Если не ядро… чёрт с ним. Разгерметизацию я им всё равно устрою», — решил для себя Ли.

Если сказать, что коммандеру было страшно, значит, не сказать ничего. Его сковало льдом. Флойд боялся лишний раз вдохнуть отфильтрованный системой воздух.

Вибрация усилилась. Это означало, что он на правильном пути. Что-то должно было сегодня взорваться.

«Точно не я!»

Сектор развернулась перед ним неожиданно. Буквально в паре шагов впереди. Это было огромное помещение, уходящее глубоко вниз. Никаких стен. Никаких преград. Всё доступно и открыто.

Флойд осторожно заглянул внутрь.

В недрах сектора тускло блеснули корпуса разведчиков. А секундой позже загорелись их глаза-детекторы. Рху-ур-нтэл-ы бесшумно выскользнули навстречу потенциальному носителю уникального для них топлива.

Коммандер невольно отступил назад. Шестое чувство подсказало, что там его уже ждут. Ли медленно обернулся.

Беспилотники окружили его. Но не нападали. Ждали? Размышляли? Готовились? Всё казалось каким-то странным сном.

Рху-ур-нтэл-ы явно замешкались в оценке собственных действий. Складывалось ощущение, что некоторых из них осматриваются.

Флойду это не понравилось. В голове пролетела запоздалая мысль:

«Или Роксет вернулся, или существо вылезло из бокса. Помощника мне только и не хватало…»

И неожиданно противник начал расступаться, словно почувствовал прибытие более важного участника действий.

«Как люди…» — хмыкнул Флойд.

Усмешка тут же сползла с его лица.

Из глубины сектора по спирали поднимался новый аппарат. Обтекаемый, металлический, капсульный. Иной. У него не было щупалец. Но имелось кое-что другое. Особый разум. Он разговаривал с остальными. Аппарат просто застыл на месте и передавал нужные сигналы. Рху-ур-нтэл-ы внимательно слушали.

Флойду показалось, что кто-то непременно кивнёт. Он и сам ощущал этот обмен информацией. Она текла сквозь него, как потоки заряженных частиц, сгенерированные ускорителем. Как тормозное фотонное излучение. Воздействовала, как ионизирующая радиация на биологический объект. Коммандеру очень хотел понять, о чём идёт речь. Он сконцентрировался и неожиданно для себя услышал негромкие звуки, похожие на скрипящий старческий человеческий голос.

Ничего общего с кинематографическими инопланетянами.

«Н-да… Эти точно пришли не с миром.»

Спустя минуту беспилотники начали разлетаться в разных направлениях.

«Координатор?! – не поверил Флойд. — Да они тут уже целую империю выстроили!»

По телу побежали мурашки. Стало просто невыносимо жутко. Захотелось немедленно убраться подальше от этого места, а ещё лучше вернуться на «Атлантис» и уничтожить инопланетную заразу, взорвав шаттл внутри вражеского корабля. Сейчас коммандер был согласен с тем, что радикальный метод решения проблемы был бы наиболее эффективным. И его уже не волновали изменения в магнитных полях и гравитации других объектов.

Координатор прочирикала ещё несколько фраз, а затем коротко стрельнул глазом-детектором по коммандеру и углубился в сектор. Оставшиеся Рху-ур-нтэл-ы выстроились правильным эскортом и рванули вперёд. Они достаточно быстро исчезли из поля зрения.

Несколько минут для Флойда прошли в неравной борьбе с координатором или кем-то ещё. Он не хотел делать последний шаг, а ослушаться ментального приказа не смог.

Тело сорвалось вниз в неожиданно раскрывшуюся пропасть.

Коммандер летел в неизвестность. В мыслях крутились яркие воспоминания. Первый сознательный день рождения. Щенок хаски, сбивший с ног. Выпускной бал в университете. Полёт в Персидском заливе. Награда за отвагу. Дочка, смотрящая на него широко раскрытыми глазёнками. Роксет и его бразильская проститутка в модуле. Переезд во Флориду. Приказ о переводе в NASA. «Атлантис» на стартовой площадке Космического центра на мысе Канаверал. Земля…

Флойд едва не пропустил вязкую субстанцию входа. Одного короткого взгляда оказалось достаточно, чтобы понять, он на правильном пути. Виртуальный красный курсор застыл мёртвой точкой. В тело впились привычные иглы перехода. Продравшись сквозь них, Ли оказался в узком секторе. Он с трудом сумел развернуться, пытаясь оценить обстановку, а спустя минуту почувствовал, что начинает превращаться в ледяную статую.

Прямо на него смотрел своим единственным немигающим глазом-детектором Рху-ур-нтэл. Машина внимательно изучала объект. Коммандер был готов поклясться, что противник уже додумался, как вытащить его из скафандра и лишить жизни прямо здесь, не сходя с места. Он был нужен для получения его памяти, а значит тайн, навыков, технологий и ещё бог весть чего.

«Без боя не сдамся», — твёрдо решил Флойд.

Появившийся координатор двинулся к нему, как подводная лодка к эскадре. Он направил детектор-сканер, вытянувшийся из корпуса, на коммандера. Тот перестал дышать. Только сердце гулко билось о рёбра и тело прошибала неприятная дрожь.

Аппарат двинулся в обход. Пару раз он чиркнул по скафандру, чем чуть не довел Ли до паники. После осмотра координатор потерял всякий интерес к неподвижному объекту и умчался в коридор.

Флойд подождал ещё немного, а затем заскользил за ним. К центру вибрации.

Шаг за шагом. Рывок за рывком. Поворот за поворотом.

Ровный гул раздражал и настораживал. Волны, исходящие от неизвестного источника, плавно растекались по большому сектору.

Коммандер выплыл в цилиндрическое помещение. И увидел его.

Вращающаяся чуть вытянутая сфера произвела странное впечатление. Страха не было, лишь любопытство. Нервозность исчезла, оставив умиротворение. Только в мыслях крутилась красная лампа тревоги. Флойд впился взглядом в объект.

Прозрачная оболочка, пронизанная сосудами, наполненными розоватой жидкостью, пульсировала. Именно она выдавала волны вибрации, расплёскивая их вокруг себя. Внутри сферы сплетались извитые трубки, заполненные какими-то веществами. Для себя Флойд отметил незабываемый неоновый и аргоновый цвета, какими они становятся в колбах под действием электричества. Тёмная жидкая на вид субстанция перетекала между трубками. В ней перекатывались пузырьки, как мушки в застывшем янтаре. Видимо, она служила своеобразным охладителем для системы. В сфере мерцали золотистые вкрапления. Иногда проскальзывали тени, похожие на тварь, с которой не так давно Ли умудрился подраться. Перед глазами промелькнул разрушенный неизвестный мир. Он быстро растаял, оставив лишь воспоминания. Пульсирующие сгустки поднимались и опускали с определённой периодичностью. Как капли воздуха, выдыхаемые аквалангистом.

Флойд почувствовал, что перехватывает дыхание.

Ядро конструкции, двигатель, процессор, основной элемент — длинный стержень, завёрнутый в энергетическую оболочку, раскручивался, создавая магнитные поля, необходимые для жизни на борту инопланетного корабля и обеспечения Рху-ур-нтэл-ов всем необходимым.

И сектор вибрировал. Но что-то поглощало колебания. Они сходили на нет около округлых стен с защитным покрытием из белого раскалённого металла. По периметру рядом с конусообразными преобразователями, имитирующими зарядные станции, замерли Рху-ур-нтэл-ы. В них впивались устройства, передающие необходимую энергию и чужие знания, похожие на кабель-мачты на стартовой площадке.

Ли так устал, что не испытал восхищения. Остался безразличным. Он только злорадно усмехнулся. Ноги слишком шустро понесли его к ближайшему беспилотнику. Рука вцепилась в гибкую конструкцию. Ли со всей силы дёрнул на себя. Выяснилось, что кабель-мачта почти живая. Она представляла собой извивающаяся конечность, которая ощутимо билась в сжатых пальцах.

Беспилотник вздрогнул, неуверенно дёрнулся и замер. Глаз-детектор медленно затух. Щупальца обвисли дохлыми змеями. Они проскрежетали по полу и откатились к конусу.

Коммандер шагнул ко второму разведчику, неожиданно поверив в удачу.

Сверху спрыгнул координатор. Панели в боках его корпуса угрожающе растворились. Он ощетинился скрытыми до этого момента щупальцами. Они нацелились на Флойда. И на кончике каждого образовался источник вероятного огня.

— Хитрая, зараза, — сквозь зубы процедил Ли. – Ну, ничего. И не таких обламывали.

Он молниеносно бросился на пол и поднырнул под замерший серебристый округлый аппарат неизвестного назначения. Шесть тонких лучей проскользнули над ним.

Пяти секунд хватило, чтобы забиться поглубже. Кусок кабель-мачты, зажатый в руке, оказался полезным. Только координатор сунулся за Флойдом, как получил хорошим зарядом по щупальцам. Его повело в сторону. Он столкнулся с разведчиком. Оба закружились к сфере. Беспилотник коснулся золотистой субстанции и моментально вспыхнул. Как факел. Оплавленные осколки забарабанили по полу. Они быстро догорали и превращались в невзрачные капли.

Координатор обладал явным разумом и умудрялся уходить из-под многочисленных ударов. Даже попытался залететь сбоку и выковырнуть Флойда.

— Да, что б тебя! – в сердцах выпалил коммандер, отбрыкиваясь ногой.

Щупальце подоспевшего Рху-ур-нтэл-а беспощадно вцепилось в ботинок. Флойд всадил в него ещё искрящуюся кабель-мачту. Следующий удар был по корпусу. К сожалению, он не принёс видимого результата.

Координатор окатил коммандера ударной волной.

Мощнейшей.

Флойда вывернуло из укрытия и отшвырнуло на несколько футов в сторону. Он сильно приложился шлемом обо что-то. В голове загудело. Возникло ощущение, что все мысли, вместе с мозгом, вылетели. Над ним проползла паутина искрящихся сгустков. От очередного выпада координатора удалось увернуться. Но пришлось врезаться в новое препятствие. На Флойда посыпались осколки чёрной крошки. Ли непонятно каким образом сориентировался. Он, смешно подпрыгивая над полом, на четвереньках пополз подальше от бомбардировки. И нос к носу столкнулся с вездесущим координатором. Машина прижалась к поверхности и поджидала беспокойного пленника. Коммандер подскочил на ноги и чуть не врезался головой в нависшую панель со множеством непонятных приборов. Флойд огляделся, очень надеясь, что всё происходящее игра уставшего мозга.

По периметру уже застыли Рху-ур-нтэл-ы. Они только ждали приказа начать атаку.

Щупальца навелись на коммандера.

Тело прошибла нервная дрожь. Флойд вздрогнул. В мыслях зазвучал голос полковника Хадсона с авиабазы «Петерсон».

«…Этот день знаменует конец идеологии противника. Мы свергаем режим, который потворствует восстановлению преступной коалиции. В этой операции не будет пленных. Живи свободным или умри...»

Глава 13

«За родину! За Хьюстон! – Флойд нервно усмехнулся. – Тьфу! Опять эти патриотические мысли… Хм… За себя любимого! Живым не дамся!»

Коммандер плохо соображал, что делает. Он всадил единственное оружие в то, что, по его мнению, могло быть трансформатором. Агрегат к великому разочарованию не вспыхнул и не задымился.

«Но должен же был!!!»

Флойд подёргал кабель-мачту, но попытка вернуть оружие оказалась тщетной. Она застряла. Тогда он стащил с пояса устройство, отобранное у переливающейся твари. Коммандер всеми пальцами вдавил кнопки в пульт. Не один раз.

Видимо, что-то сработало. Хлопок возвестил о спровоцированной неполадке.

Несколько секунд, и горящий комок с дёргающимися конечностями рухнул на пол. Прямо перед ним. Ли успел отлететь в сторону.

Противник перегруппировался, оттолкнулся от невидимых опор и подпрыгнул вверх.

Пушки координатора смогли выплюнуть только хилый дымок. Он тут же завалился в сторону. За ним отправились Рху-ур-нтэл-ы. А следом вся эта братия сконцентрировалась вокруг Флойда. И он кое-что понял.

Координатор знал, что отключается. Его разум просчитал, что осталось не так много времени для того, чтобы обезвредить разбушевавшееся неопознанное существо в хрупкой защитной оболочке. Которое, к тому же, узнало расположение ядра центрального процессора «Нтэл» на их корабле. Но оно, смелое и сообразительное, было нужно для совершенствования уникального оружия. Живым! Он неуклюже пополз к станции. Рху-ур-нтэл встретился на пути не в лучшую минуту жизни координатора. И был отправлен к сфере резким кинетическим ударом.

Сектор окатило искрами расплавленного металла. Большой протуберанец, вырвавшийся из ядра, прокатился примерно посередине периметра, оплавил стену и растаял.

Пылающие комки беспилотников повалились, как яблоки осенью. Изнутри их выжирал огонь.

Повинуясь интуиции, Флойд в последнюю секунду избежал столкновения с несущимся на него вполне живым Рху-ур-нтэл-ом. Аппарат отчаянно пытался затормозить на последних дюймах и не успел. Он впечатался в стену, а затем грудой трепыхающегося металла рухнул вниз.

Коммандер не понял, откуда взялись силы. В ход пошло всё, что подвернулось под руку. Выдранные кабели, какие-то приборы, штука, очень похожая на переносную подстанцию. Он методично добивал врага.

Тот дёрнулся несколько раз. Красный глаз-детектор потух. Щупальца сделали несколько конвульсивных движений и замерли. Флойду показалось мало того, что беспилотник сдох. Он опустил на него громоздкую подстанцию. Спустя секунду, из-под неё вытекло нечто чёрное и явно неорганическое.

Ли выпрямился и огляделся.

Координатор вращался вокруг сферы. Рху-ур-нтэл-ы странным образом затаились чуть выше.

— Как же надоело! То они здесь, то там! Как барышни! – вызверился Флойд, окончательно теряя терпение.

Он подхватил раздавленный ценный пульт, валявшийся около правой ноги, и отправил его к стержню.

Вспыхнули сотни индикаторов на невидимой защитной стене, когда он приблизился к сфере. Координатор резко развернулся и сбил пульт коротким ударом. При этом его щупальце случайно прорезало оболочку.

Ударная волна невероятной мощности прокатилась по сектору, сметая всё на своём пути. Рху-ур-нтэл-ы сгрудились в кучу вместе с коммандером.

Они защищали его. Ли чуть не задохнулся от переизбытка эмоций. Он кое-как выполз из неожиданного окружения. За ним потянулись щупальца. Коммандер отпихнул парочку, а от остальных банально сбежал.

Координатор окончательно потерял ориентацию.

Он беспомощно свалился на Флойда, паля по всему, что движется. Иногда под огонь попадали дёргающиеся зарядные станции. Они вспыхивали голубым пламенем.

Коммандер рванул в сторону, а координатор накренился к скоплению беспилотников.

Новая волна от ядра выбила остатки разума. Причём у всех.

Ли покатился к стене.

Рху-ур-нтэл-ы лихорадило, бросая то вверх, то вниз, то в стороны. Между ними мелькал координатор. Видимо, он перезагрузился и сконцентрировался, а после вспомнил, что должен командовать парадом, потому что танцы беспилотников приобрели некую стройность.

Сфера раскололась на восемь частей и раскрылась подобно цветку. Во Флойда полетели раскалённые волны плазмы. Коммандер вскрикнул, отпрянув подальше от центра сектора. Его настиг координатор. Боль пронзила ногу. Подскочили показатели жизнедеятельности. На дисплее отобразилась угроза нарушения целостности скафандра.

Последовал труднопереводимый фольклор.

Коммандер чудом увернулся от очередной порции вражеского огня. Заряды ушли в сферу. По стержню пробежала молния. Но вращение не остановилось. Оно стало более интенсивным.

Вездесущие Рху-ур-нтэл-ы ожили. Слетелись, как грифы на падаль.

И Флойд понял: «Это конец».

Его трясло от ярости и возмущения. Что дальше, он не мог даже предположить. Надо было чем-то ответить. Но кроме рук и крутящегося позади объекта ничего не было.

Стержень выплеснул порцию энергии, значительно повысив температуру. Флойд бросил короткий взгляд на дыру в первой оболочке скафандра. Он не придумал ничего лучше, как зажать её рукой. На время. Инстинктивно.

Количество беспилотников начало увеличиваться. Они лезли со всех сторон, заставляя коммандера пятиться к центру.

Сфера мерцала. Она колебалась, схлопываясь и раскрываясь. Из недр устройства вылетали вполне ощутимые волны.

Флойда потащило прямо к стержню. Он схватился руками за щупальца неудачно приблизившегося Рху-ур-нтэл-а. Тот рванул вверх. Флойд перекувыркнулся через голову и отлетел на ярус, с которого прибыл. Машина по инерции рухнула прямо в раскрытую сферу.

Снизу взметнулась взрывная волна, несущая плазму, обломки оборудования и беспилотники. Следом появился столп металлического пламени, который пожирал всё на своём пути. Его языки закручивались в воронки, затягивая машины. Уцелевшие забеспокоились и, казалось, растерялись, словно неожиданно забыли, что надо делать. Рху-ур-нтэл-ы прекратили преследование, перестали уворачиваться от огня, стали вялыми и неповоротливыми. Их корпуса лопались, разбрызгиваясь серебристыми каплями. В центре хаоса погибал координатор, интеллект которого как будто отключился. Он даже не пытался скрыться, хотя возможность была.

Флойда выбросило в уже знакомый ангар. Он замахал руками, пытаясь зацепиться за платформу. Перчатки постоянно соскальзывали. Коммандер, как сумел, оттолкнулся, и скорректировал полёт реактивными струями. Ноги на секунду коснулись твёрдой поверхности и спружинили вверх. Флойд наклонился вперёд, избегая падения в глубину ангара.

Первое, что коммандер сделал, так это поискал взглядом «Атлантис». Шаттла в самом деле не было.

Вокруг него воспарили Рху-ур-нтэл-ы. Они были готовы схватить его, но медлили. Или ждали приказа.

Ангар озарился неестественным сиянием. Флойд понял, что не готов к реальной мучительной смерти в качестве топлива для инопланетных монстров.

«Твари… оценили мои умственные способности? Ну, давайте! Попробуйте поймать!»

Но глаза-детекторы аппаратов потускнели. Щупальца несколько раз дёрнулись и остались парить в безвоздушном пространстве безжизненными гибкими шлангами. Рху-ур-нтэл-ы ещё несколько секунд висели, а затем посыпались глубоко вниз, подчиняясь гравитации. Они вспыхивали яркими шарами, сгорая в собственном огне.

Флойда потащило в шлюзовый тоннель. Сила была такой, что коммандеру оставалось только корректировать полёт реактивными струями.

Коммандер понимал, что рассчитывать на удачу больше не приходится. Оставалось лишь надеяться, что где-то там его подцепит Роксет и хотя бы заберёт на борт. В противном случае ему грозила смерть. От Рху-ур-нтэл-ов. От взрыва инопланетного корабля. От чего угодно.

Дисплей озарился красным светом. Воздушная смесь катастрофически испарялась.

«От отсутствия воздуха», — нерадостный вывод напросился сам собой.

Радиационный фон давно зашкалил. Температура окружающей среды приближалась к критическим -146 градусам по Фаренгейту и продолжала стремительно скатываться в более глубокий минус. Самым страшным оставалось давление. Оно усиливалось. Отпускало. И снова усиливалось. Пульсировало. Флойд чувствовал, как трещит скафандр. Он уже почти ощущал ломающиеся кости, рвущиеся органы. В голове шумело. Виски пульсировали болью. Первые капли крови брызнули на защитное стекло.

Коммандер сделал глубокий вдох. Воздуха почти не осталось. Он, как рыба, выброшенная на берег, только открывал и закрывал рот.

Перед глазами зароились разноцветные мушки. Они танцевали что-то фееричное и неправдоподобное, сильно жаля угасающее сознание.

Из небытия выплыл координатор с небольшим отрядом Рху-ур-нтэл-ов.

Сильный удар по затылку вырубил коммандера. Безжизненным куском его затянуло в прорезь закрывающегося шлюза и вышвырнуло в открытый космос.

* * *

Великий шутник галактики — время. Оно играло по своим правилам. Непригодным для жизни.

Череда событий сменялась по невыясненным алгоритмам. Стройность системы дала ощутимый сбой.

— Кэп! Кэп!Я…

Голос Роксета промелькнул неожиданно громко и затих.

Парить в пространстве оказалось не так страшно. Особенно, когда вообще ничего не чувствуешь и не видишь.

Кожу обдало жаром. Что-то цепкое коснулось скафандра, присосалось и потянуло за собой. Дюйм за дюймом. Минута за минутой.

Скрежет.

Темнота сменилась светом.

Опять темнота и снова свет.

Какие-то тени над лицом. Их слишком много. И они все одинаковые.

Остатки сознания оповестили, что его снова куда-то тащат. Надо было вывернуться и довести дело до конца. Только сил не хватало.

Что-то отстегнуло шлем.

«Всё! Поймали! Нашли подопытную зверушку! Буду думать исключительно о бразильской проститутке и пряниках! Фиг вам, а не технологии!»

В нос ударил резкий запах, способный пробудить мёртвого.

Флойд трепыхнулся. Он решительно дёрнул рукой, желая отодвинуть вредителя. Кажется, заехал по лицу.

Ругательство.

И философский вопрос:

— Вы как, кэп?

Коммандер потянулся к источнику голоса. Взгляд с трудом сфокусировался на бледном Роксете. На кончике его носа застыла толстая капля крови. Она сорвалась и подлетела к потолку. Пилот растёр новую каплю рукавом и шмыгнул носом. Для приличия.

Флойд глупо улыбнулся.

— Жив. Где я?

— На «Атлантисе».

— И… — Ли окатил пилота удивлённым взглядом.

— Не знаю, что вы там натворили. Видимость была так себе, но полыхнуло прилично. А потом вас вышвырнуло из диска. Я уж думал, всё. Улетите в другую галактику и ищи вас потом всем миром. Подцепил манипулятором и… вот вы здесь.

— Он развалился?

— Кто?

— Что! Колесо обозрения…

— Нет. Всё ещё маячит перед иллюминаторами.

— Горит?

— Уже нет. А может, и горит. Внутри. Пожар в условиях космоса в принципе невозможен.

Флойд многозначительно хмыкнул.

— Неубиваемый сукин сын.

Глава 14

«Атлантис».

Три уровня отсека экипажа.

Лётная палуба. Отсюда происходит управление полётом. Десять иллюминаторов. Шесть — для коммандера и пилота. Два верхних — для наблюдений. Два задних — из них видно грузовой отсек.

На средней палубе остались шкафы, кухня, система переработки отходов, спальные места, основание шлюзовой камеры. Самое время отдохнуть. Но об этом лучше забыть. Пока не будут устранены проблемы в системе жизнеобеспечения.

Она под средней палубой.

Отсек полезного груза забит лабораторными модулями. Совсем небольшими. До 15 футов в диаметре. Они не пригодились. Оборудование для ремонта «Хаббла» готово к использованию. Там же — манипуляторы.

Флойд подавил тяжёлый вздох.

Он перещёлкнул тумблеры на консоли. О повреждениях коммандер знать не хотел. Роксет кратко и доступно обрисовал нерадостную ситуацию. После чего выкатил на монитор подробный отчёт и отправился на среднюю палубу. Выходило, что сами они не справятся. Нужен, по крайней мере, один инженер. Стивен Таннер или Тайлер Коннор. Альба Лукас – специалист полёта так и не воспользовалась своими знаниями. Сейчас они очень помогли бы. Норитакэ Такаши мог покопаться с топливными системами.

Только никого не было. Окоченевшие тела тщательно упаковали в специальные спальные мешки и оставили в отсеке полезного груза.

При мысли о телах коммандер поёжился. Холод незаметно подкрадывался и пронизывал. Он достаточно утеплился после невероятного возвращения на «Атлантис». Но всё равно было холодно.

Флойд вытащил информацию о двигателях. Слабая надежда вернуться на Землю грела душу. Ли понимал, что это было бы подобно чуду. А вера в чудеса не так давно погибла. Вместе с экипажем.

Три основных двигателя задействовали при выводе шаттла на орбиту. Два низконапорных и два высоконапорных турбонасосных агрегата, камера сгорания с соплом. Электронная система управления.

Они остались неповреждёнными при нападении, хотя сам отсек выглядел удручающе.

Принцип действия двигателей Флойд знал наизусть. Не один час провёл в учебной комнате Космического центра и в шаттле.

Посредством сгорания водорода коэффициент полезного действия достигал 98 процентов. Блоки управления регулировали температуру и число оборотов турбины. При определённой ситуации они могли отключить систему.

Вспомогательные двигатели работали на гидразине и азотном тетроксиде. Флойд называл их маневровыми. Сложной для него всегда оставалась система ориентации. А это, как ни крутись, тридцать восемь основных двигателей. В носовом блоке и в двух хвостовых. Они выдавали 3,8 килоньютонов. Верньерные двигатели ориентации способствовали точной регулировке положения шаттла в космическом пространстве. «Атлантис» поворачивался относительно тангажа, крена и рысканья.

Флойд запустил программу разворота. Солнце беспощадно слепило, скрывая Землю и инопланетный корабль.

Двигатели системы орбитального маневрирования в хвостовой части «Атлантиса» выдали вибрацию, но сработали. Коммандер с удовлетворением отметил, что шаттл послушно меняет положение.

Перед иллюминатором выплыл диск. Он закрывал Землю. Маячил серым пятном. Символы на его плоскостях двигались в хаотичных направлениях. Было непохоже, что он собирается напасть или пальнуть по шаттлу. Скорее, корабль планировал убраться подальше от недружелюбной галактики. Или коммандер повредил что-то важное.

«Так вы сами виноваты, — усмехнулся он. – Устроили лабораторию по производству боевых машин. Будь у нас пушки… Ваши ошмётки летали бы уже по всей орбите».

Лицо Флойда озарило подобие улыбки, когда он представил, сколько времени Рху-ур-нтэл-ам понадобится на ремонт.

«А может они вообще бросят этот корабль и постоят новый. Мозг имеется. Только мыслят военными стандартами. Ребята, разочарую вас. Это тупиковый путь».

— Кэп, я тут подумал…

Коммандер обернулся. Роксет протянул ему пластиковый стаканчик, накрытый белой крышкой. Запоздало Ли учуял аромат кофе. Он забрал напиток.

— А что насчёт еды?

— Будет позже. Мы поворачиваем?

— Да. Солнце светит слишком ярко. А я не хочу упускать из виду колесо обозрения.

— Ага, — Роксет устало кивнул. – Судя по манёвру, двигатели ориентирования не пострадали.

— Ты удивишься. Они в неплохой форме.

— Хорошо, — пилот забрался на своё место. – Пришли последние данные от системы электропитания, — он немного помолчал, изучая информацию. – Кажется, трюм задело. Или сильно покорёжило. Топливные элементы работают с перебоями. Вижу возможность наладить подачу кислорода.

Флойд качнул головой и пожал плечами.

— Кислород не бесконечен.

— У нас запас на две недели.

— Был.

— Если прогоним через резервные системы баки топливных элементов, возможно, они заработают.

— А если не найдём способ связаться с Хьюстоном, остатки кислорода закончатся быстрей, чем хотелось бы.

— Ну, хорошо, кэп, а что вы предлагаете? Сидеть и философствовать? Таннера нет. Никто не поможет. Найдём схему и займёмся делом.

— Роксет, — Ли внимательно посмотрел на него. – Мы не сможем наладить подачу кислорода. Элементы отрегулируем. А дальше-то что? Блок электропитания нужен для приводов поворота двигателей при посадке и аэродинамического управления при входе в атмосферу. Про торможение не забудь.

Роксет подумал.

— Расколотые плитки термозащиты не выдержат температуры. Мы сгорим. О посадке можно забыть, кэп, — он замолк, чтобы через минуту продолжить. – Надежда на NASA. И на то, что найдётся корабль, способный забрать нас отсюда. Много вы знаете стран, владеющими челноками типа Space Shuttle? Или… можем пристыковаться к МКС. Где они, кстати?

Флойд запросил данные. Система ответила не так быстро, как хотелось бы.

— Перигей 252 мили, апогей — 260. Наклонение… Так… 49 градусов.

— Далековато. А орбитальная скорость?

— Не вижу… примерно 4 мили в секунду. Периоды обращения не совпадают. 92 минуты и 46 секунд у МКС. И 120 минут у «Атлантиса». Диск, — Флойд кивнул на корабль в пространстве. – Он раскручивает нас.

Роксет чертыхнулся.

— Ладно, думаю, наиболее актуальный вопрос — жизнеобеспечение. С кислородом разобрались. По моим подсчётам нормально дышать мы сможем ещё полчаса. А потом — только в скафандрах. Это часов сорок. Один раз мы переоденемся. Второй – банально не успеем. Задохнёмся. Даже в центре подготовки к полётам процесс занимал у меня десять минут. С помощником. В одиночку — все двадцать.

— Я знаю, как быстро запихнуться в скафандр.

— Что? За пять секунд сможете?

Флойд немного подумал.

— Значит, снимем баллоны и перетащим их сюда.

— Сюда?

— Да, Роксет, — коммандер запнулся. Осознание реальности навалилось тяжёлым грузом на плечи. «А ведь у парня есть имя…» — Джей. Хочу провести последние часы своей жизни здесь. В командном отсеке. Как командир шаттла.

— Я с вами, кэп, — упрямо кивнул Роксет. – Как пилот шаттла. Продолжим, — он уставился в монитор. — Система кондиционирования и обеспечения… Вот почему они выбрали открытый тип? А?

— Потому что полёты шаттлов непродолжительные. Мы не МКС. Системы замкнутого цикла слишком сложные и тяжёлые. Меня больше волнует терморегулировка.

В ответ на это Роксет выдохнул облачко пара.

— Около 26 градусов. Печальная новость. Температура падает.

— EVAIS не сможет поддерживать тепло в скафандре долгое время. Придётся утепляться по старинке. Заберём все нужные вещи из жилого отсека.

— Согласен.

— Джей, — коммандер взглянул на пилота. – Попробуем связаться с Хьюстоном, пока есть возможность. А потом с МКС.

Роксет послушно кивнул. Взгляд пространно скользнул по иллюминатору.

Диск медленно разворачивался. Он стоял почти ребром к шаттлу.

— Кэп… Колесо обозрения начало манёвр.

— Да, неужели?!

Коммандер подался вперёд. Глаза вперились в инопланетный объект.

Корабль двигался. Медленно. Неуклюже. Но всё-таки маневрировал. Из многочисленных сопл, скрытых в его корпусе, вырвались тонкие, почти прозрачные, язычки плазмы.

— Так хочется пальнуть по нему, — честно признался Роксет, чувствуя, что корабль спасается бегством. – Для скорости.

— Хм…

Диск замерцал, заливая пространство вокруг себя неестественным сиянием.

Пришлось зажмуриться. На несколько секунд.

«Атлантис» покачнулся. Шаттл куда-то потащило. Развернуло. А затем он дёрнулся и остановился. Флойд и Роксет дружно выругались, когда чуть не клюнули носами в панели управления.

— Где эта тварь?

Взгляды обоих приклеились к иллюминаторам.

Диск с неизвестными символами исчез. Улетел. Растворился. Даже следа не осталось. Как будто его никогда не было на Земной орбите. И всё произошедшее показалось злой шуткой.

— Не понимаю… — процедил Роксет, которого начал прошибать озноб.

Толи от переутомления, толи от раны на ноге, толи от злости.

— Вот, чтоб его… Сукин сын! – выпалил Флойд. – Свалил! Как трус удрал с поля боя! Ни за что бы не взял его в свой отряд!

— Отличный расклад! Ублюдок инопланетный! Нагадил и самоустранился! Кэп… — требовательный взгляд заставил коммандера сжать руки в кулаки. Драться он не полез. Выдохнул и кивнул, позволяя высказать очередную версию произошедшего. – Что-то я начинаю паниковать. Всё как-то нереально. Может… — не верилось в такое простое завершение страданий. — Стараниями Кубрика мы всё это время сидели в бункере на дне Тихого океана и делали вид, что в космосе? Ну, глотнули азота, вот и привиделось…

— Не знаю, чьими стараниями и… — голос осёкся. – Но точно где-то сидели. Джей, не разочаровывай меня. Я только что уверовал в инопланетян и в миссию «Мир во всём космосе». Надо было трофей прихватить с собой. На память!

— А нет мысли, что мы избранные и нам доверили контакт с чужой цивилизацией? Знали ведь, сволочи, что здесь творится!

— Они-то точно сволочи! А ты в каком месте избранный? И почему для контакта надо было уничтожить весь экипаж вместе с шаттлом.

— Вполне вероятно, они живы!

— Ага. Охотно верю! Сейчас выпрыгнут со средней палубы с криком «с днём рожденья!» и начнут дарить подарки.

— Зачем же тогда Хьюстон заикался о программе испытаний?

— Чтобы ты об этом спросил. И к твоему сведению, они имели в виду «Хаббл».

Роксет шумно выдохнул. Он бросил на Флойда короткий взгляд, в котором надежда сменилась безразличием и усталостью.

— Кэп?

— Ну?

— Самый последний вопрос.

— Не отвлекай меня своими безумными идеями во имя NASA.

…Безумными идеями во имя NASA…

— Вот что. Сгоняй в жилой отсек. Притащи что-нибудь поесть. А я займусь Хьюстоном.

Глава 15

Для работ пришлось упаковаться в скафандры. Так было безопасней и надёжней. Флойд и Роксет спустились в отсек полезной нагрузки и оттуда повернули в отсек оборудования №1.

Они зависли над силовой установкой.

Вот она. Система жизнеобеспечения и терморегулирования. Стандартная двухгазовая. Кислород в жидком виде в двух баках кислородно-водородных топливных элементов. Азот в газообразном виде в шести баллонах.

— Так, нужны патроны с гидроокисью лития. Представляешь, где это можно взять? – подал голос коммандер.

— Ага.

Роксет потянулся в нужном направлении.

Патроны были нужны для удаления углекислого газа и дезодорации. Из них газовая смесь поступала в системы теплообмена, и они обеспечивали заданные параметры температуры и влажности на борту.

— Кэп?

Флойд резко выпрямился и ударился головой о нависшую конструкцию.

— Твою ж мать, Джей! Что?

— У нас же есть запасной баллон. Его хватит на наполнение герметизированного командного отсека после одной полной разгерметизации или на поддержание ресурсов жизнеобеспечения в течение 165 минут.

Коммандер покачал головой.

— Тебе что больше нравится? Герметизированный отсек или полная разгерметизация?

— Ни то, ни другое.

— Тогда не мешай работать. Кстати, займись-ка регулировкой температурного режима внутренних отсеков.

Роксет попытался почесать в затылке. Перчатка упёрлась в шлем. Пилот что-то проворчал и склонился над консолью.

Поддержание температуры обеспечивалось пассивными и активными элементами системы терморегулирования. К ним же относились теплоизоляция, термонагреватели, испаритель аммиака и радиационные экраны.

Роксет отщёлкнул двухстворчатую крышку, под которой были установлены створки радиационной поверхности системы терморегулирования. Оборудование вызвало смертную скуку, смешанную с недоумением. Он несколько минут пялился на серебристые блоки.

— Так у нас плитки FRCI-12 оторвало, — сумничал пилот.

— Снаружи. И не все, — возразил коммандер. — Не отвлекайся. А то не управимся к ужину.

— Почему бы не продуть систему газом?

— Как? С помощью наземного оборудования? Его не загрузили перед стартом. Видишь ли, агрегаты негабаритные. «Атлантис» разорвало бы, — отозвался Флойд. – Или чего похуже.

Роксет склонился над оборудованием. Из его груди вырвался шумный вздох. Он перещёлкнул тумблер на панели управления и покосился на показания.

— Нарушены элементы электросети.

— Они под полом, — подсказал коммандер. – Просканируй и определи, где обрыв. Справишься?

— Легко. Я же инженер с некоторого времени. Со степенью магистра в области аэронавтики и другими полезными личными качествами, — пилот задумался, пытаясь сообразить с чего начать. — Отключён механизм удержания для сохранения полезной нагрузки.

— Так включи его.

— Как?! Ай!

— Что?

Роксет тёр шлем, явно пытаясь добраться до головы. Флойд нервно усмехнулся.

— Вам смешно?

— Нет. Как можно! – коммандер подавил порыв рассмеяться над растерянным пилотом. – Почему мне иногда кажется, что тебе слегка за двадцать?

— Потому что мне давно за тридцать, кэп. А вы старше меня лет так на…

— Закончили дискуссию. Проверь систему и запусти автоматическую регулировку.

— Э…

— Из командного отсека. Всё. Пошёл. Я здесь без тебя разберусь. Иначе полёт сурка превратится в полёт повышенного травматизма.

Роксет послушно кивнул, прежде чем отправиться на привычное рабочее место.

Пилот вывалился на среднюю палубу. Схватившись на длинный поручень, он подтащил тело вверх. Оттолкнулся ногами от стены и отправился в полёт. Ужасно хотелось включить реактивный ранец. Но представив, сколько интересных слов услышит от Флойда, он передумал.

Полётная палуба уже не казалась разгромленной. Какой-никакой порядок общими усилиями навести удалось.

«Уф… — Роксет впихнулся в проём между креслом и консолью. Скафандр конечно же мешал. Но жить хотелось. А кислород был только в баллонах за спиной. – Что от меня требуется… — он кое-как набрал команду, в перчатках это оказалось сложновато, и отослал в бортовой компьютер. – Ага… Загрузка пошла… циферки побежали…»

— Кэп, — позвал он через пару минут. – Первые данные.

— И?

— Я их уже видел.

— Значит, они не первые.

— По системам, — предупредил Роксет.

— Давай.

— Итак, инерциальные измерительные блоки в порядке. Повреждений нет. Бортовая строированная микроволновая сканирующая система обеспечения посадки…

— Она нам не пригодится.

— Кто знает. А вдруг починим шаттл?

— Ага. И наклеим плитки защиты силой мысли. Отключи её и перекинь питание на что-нибудь более нужное, — бросил Флойд. – Дальше.

Роксет замолк, изучая показания.

— Блоки скоростных гироскопов работают по заданным алгоритмам. Без изменений. Хоть что-то не пострадало.

— Действительно. Радионавигационная система?

— В стандартном режиме. Ориентирование не отключено. Блоки акселерометров... Дьявол побери это NASA!

— Что?

— Осталось только два.

— Отлично. То, что нужно. Как-нибудь обойдёмся без третьего. Что по радиовысотомерам?

— Без изменений. Не так уж сильно нас покорёжило, кэп.

— Так и думал. Больше паники было.

— Запаникуешь тут. Ого!

— Выкладывай.

— А все датчики воздушных параметров отрегулированы и вполне себе прилично работают. Нагнетают воздух, — Роксет посмотрел на диаграммы, высветившиеся на мониторе.

— Это наша заслуга. Не зря вспомнили теорию и применили на практике. Минут через сорок, если ничего не отключится, сможем дышать без скафандров.

— Как вам удалось запустить топливные элементы? — Флойд фыркнул в ответ, а пилот продолжил. — Блоки управления рулём направления немного разбалансированы. Запускаю процесс сканирования и отладки. Чем ещё вас удивить?

— Командными авиагоризонтами. Проверять, так всё.

— Не вижу данных по ним. Получил информацию по индикаторам положения поверхностей управления, высотомеров и приёмоответчиков.

— Надеюсь, ничего серьёзного.

— Абсолютно. Сбиты настройки одного указателя угла атаки и числа М.

— Второй работает?

— Как швейцарские часы.

— Большего не надо.

— Вертикальная скорость… вообще, всё идеально. Сбросились параметры аэродинамического тормоза.

— Наладим. Это я умею. Джей, я зачем послал тебя в командный отсек? Чтобы ты мне про навигацию рассказывал? Сейчас не это главное.

— Ну, вы же сами начали задавать вопросы. К тому же навигация выскочила первой строкой.

— Переключи электросеть на бак элементов питания.

— Есть, сэр.

Палец ткнулся в нужный комплекс тумблеров. На мониторе появился уровень загрузки, а затем активировались системы автоматической настройки.

Роксет провисел около своей консоли минут двадцать. Всё это время глаза не отрывались от монитора. То, что он видел, откровенно нравилось.

А потом в командный отсек прилетел Флойд. Он присвистнул, отметив, что «Атлантис» реагирует на системы.

— Чем чёрт не шутит, Джей, запускаем радиолокатор Ku диапазона. Попытаемся сблизиться с «Хабблом» для начала, а позже подумаем об МКС.

Пилот кивнул.

Система слежения и связи, которая до этого находилась в ограниченном режиме работы, оживилась. Полетели уведомления от датчиков и устройств.

Флойд впился в монитор, заваленный данными.

Ku диапазон разворачивался, несмотря на потерю основной антенны. Оборудование для обеспечения связи со спутниками сработало. Затем запустились звёздные датчики и доплеровские выделители. Программно-временной комплекс подстраивался под требования бортовых систем.

Оба, и Флойд, и Роксет, облегчённо выдохнули, когда активировались усилители ЛБВ S диапазона.

— Запуск канала связи с Землёй, — скомандовал коммандер.

Пилот с тревогой утопил тумблер в панели управления.

Ничего не произошло.

— Не понимаю… Мы же как-то общались здесь, на «Атлантисе». Почему диапазон не открывается? Что-то изменилось? Нужны другие волны? Или в NASA от нас уже открестились?

— Не говори глупостей. Шаттл важен для них. Так же, как и миссия, — его лицо озарилось широкой улыбкой. – Смотри. Кривая связи…

Лёгкий кивок головы заставил Роксета сдвинуться с места. В глазах пилота вспыхнула пробудившаяся надежда.

Системы шаттла восстанавливались после удара и всех повреждений. Они действительно работали, чего не скажешь о некотором оборудовании. О блоках передачи команд на двигатели основной силовой установки, например. Аварийная сигнализация барахлила. Регуляторы мощности напрочь вырубило. Синхронизирующее устройство выдавало перебои.

— Хьюстон, говорит командир Флойд, шаттл «Атлантис». Приём.

Тишина в ответ и привычное потрескивание пространства.

Флойд облизнул губы.

— Ладно. Попробую ещё раз чуть позже. Роксет, данные по двигателям?

— Кэп, двигатели орбитального маневрирования в активном состоянии. Реактивная система управления в режиме ожидания.

— Отлично! Запускаем корректирующие двигатели и летим поближе к МКС. Координаты в пространстве?

— Пять секунд, сэр!

Эпилог

Если смотреть на Землю из космоса, приходит желание сделать её лучше для всех обитателей.

Рассвет. Над планетой, где небо сливается с горизонтом… Радуга… Предвестница утра. Тихого спокойного утра.

Горизонт необыкновенно красивый. Переход от светлой поверхности Земли к совсем чёрному небу плавный. На нём видны звёзды. Такие яркие и далёкие. Чужие и свои, родные. Знакомые с детства. Они вверху и внизу.

Солнце… Ровный диск. Без лучей. Без ореола. Слепит.

Луну не видно. Она где-то там… Рядом. Как истина.

Дух захватывает от открывшейся красоты…

Завораживающий мир с высоты орбиты в 356,56 миль.

Апогей – 148 миль

Перигей – 100 миль

Наклонение – 50,4 градусов.

Период вращения – 116 минут.

Температура на борту чуть выше 62 по Фаренгейту.

Давление – 101,3 кПа. На уровне моря.

Воздух…

Тяжёлый вздох. Сколько сил и нервов потрачено, чтобы заставить элементы топливной системы работать. Но оно того стоило! Можно дышать без скафандров. Запасов хватит до конца полёта.

До конца полёта…

А за многослойными стёклами в литиевой обойме — «Хаббл». Автоматическая обсерватория на орбите Земли.

После сотни попыток связи Космический центр им. Д. Кеннеди не отвечает. Нужный диапазон так и не развернулся.

Хорошая новость. Переговоры с МКС записаны на диск бортового компьютера.

— Говорит командир Флойд. Шаттл «Атлантис». Вызываю МКС.

Ответ через минуту длиной в целую жизнь.

— Хм… «Атлантис»?!?! МКС на связи. Говорит командир Сунита Уильям. Признаюсь, странно слышать ваши позывные. Нас не предупреждали о миссии. Всё в порядке?

— Честно?

— Можете соврать.

— У нас проблемы.

Спокойный уверенный голос.

— Почему-то так и подумала. Юрий, запеленгуй их! Что у вас?

— Отказ К диапазона. Сидим на Ku. Пришлось отключить некоторые модули. Шаттл деформирован при столкновении с…

Пауза. Предательская пауза.

— При столкновении с чем? «Атлантис», вас неслышно. Вы пропали.

— Надеюсь, не с радаров, — неприличный хмык и снова строгий голос. — Простите, командир. Шаттл деформирован… — слова не шли. Совсем. – Мы кое-как восстановили теплорегулировку и жизнеобеспечение. Если ничего не отвалится, продержимся ещё часов восемь. Нужен инженер, а его у нас, к сожалению, нет.

Вздох.

— Странная история. Согласитесь?

— Соглашусь.

—Расскажете?

— Позже. Запрашиваю аварийную стыковку с МКС.

— Что говорит Хьюстон?

—Не отвечает. К диапазон… чтоб его.

— Вы сказали, шаттл деформирован. Сможете сесть на Земле?

— Нет. Сильно повреждены плитки защиты FRCI. Сгорим в атмосфере.

— Экипаж? — Уильям взволнована, но не напугана.

— Только я, Лиланд Флойд, и Джей Роксет. Командир и пилот. Остальные… Погибли. Потом объясню. Дадите разрешение на стыковку? У нас очень мало времени.

— Я нашёл их!..

Пауза. Голос командира.

— Спасибо, Юрий… А… далековато вы от нас.

— Знаю. Ещё и вращение слишком быстрое.

— Не проблема. Сможете подойти к МКС на маневровых?

— Думаю, да. В автоматическом режиме. У нас стыковочный модуль повреждён.

— Ясно. Придумаем, что-нибудь. Будьте аккуратней. Здесь оборудование на миллиарды долларов. Не зацепите случайно.

— Как можно. С некоторого времени мы виртуозы орбитального пилотирования.

— Оставайтесь на связи, «Атлантис», — ободряющий голос. И тихий щелчок. Скорее ощутимый, чем слышимый. – Командир Сунита Уильям, МКС. Вызываю Хьюстон…

Связь оборвалась. Система коммуникации…

Взгляд на Роксета. Парень не скис. Не сдался. Только очень устал. Падает лицом в консоль. Выглядит, как чудовище.

Ничего. Мы выберемся.

Вспышка надежды.

МКС примет нас.

Запуск двигателей. Ориентирование пошло. Маневровые включены.

Сознание выдаёт невероятное.

Чужие миры... Радиовсплески квазаров... Пульсары… Магеллановы облака... Туманность Андромеды... Звёздное скопление в созвездии Девы... Вспышки сверхновых… Гравитационная сингулярность… Вселенная...

Холодный космос полон загадок.

Хм…

Сожаление. Безысходность. Чувство утраты.

«Атлантис»…

Маленькая песчинка в бесконечности.

«Атлантис» невозможно вернуть. Он умер во времени.

А мы…

Мы трассируем в вечности…

Знакомый мотив. Star Trek Enterprise…

— It's been a long road. Getting from there to here. It's been a long time, but my time is finally near…