Любовь и смерть в Ляояне

Анна ФурманЛюбовь и смерть в Ляояне— Смотри, какую вещицу раздобыл! — Семёныч залез в карман и извлёк оттуда монету. Повертел в чахлом вечернем свете — она была серебряной и чуть толще обычной — и, поставив на ребро, крутанул.— Диво, и правда диво! — восхитился Иван Ильич. Монета с минуту вращалась, как детский волчок, а после замерла, не падая: ни тебе орёл, ни решка.— Да ты погляди, как сделано!Иван Ильич подцепил монету непослушными пальцами, разглядывая иероглиф с одной стороны и цветущую сакуру с другой.— Где ты взял такую?..— А это товарищ давний, Марв, прислал мне из самой Англии, — Семёныч горделиво вскинул голову. — Лавка там есть одна, где этой всячины — завались. А хозяйка в ней — японка.Иван Ильич порывисто вздохнул. Что-то в его лице изменилось, будто злые тени легли на лоб и щёки: подбородок мелко задрожал, а в уголках глаз собрались редкие старческие слёзы.— А ведь верно……