Когда взойдёт солнце

Глава 1

Юля Горшкина

Когда взойдёт солнце

Кинешма

Река Ветка рокатала, и ее гул разносился по безлюдному пляжу. Костя молча смотрел на волны цвета индиго, сверкающие в лучах восходящего солнца. Белокрылые чайки плаксиво визжали, ловко спикируя на покатую крышу здания мануфактурной фабрики.

Несмотря на солнечные лучи, было зябко и неуютно. С реки дул прохладный ветер. Достав сигарету, Костя с удовольствием затянулся, проталкивая дым вовнутрь легких. Он ждал ее. Наташа идти не торопилась. Может опять проспала или решила пропустить первую пару, но парень все равно терпеливо ждал, задумчиво смотря на перекатывание волн.

Ее фигуру он заметил еще издалека: одетая в короткую мини юбку и черные чулки, поверх черная толстовка и распущенные рыжие волосы, наспех зачесанные назад.

— Туська, — закричал он, помахав ей рукой.

Наташа, заметив Костю, ускорила шаг, спотыкаясь и чертыхаясь. Туфли лодочки на высоком каблуке были не самым лучшим выбором для прогулки по песочному пляжу.

— Я думал ты не придешь, первая пара у Платоши, — сказал Костя, улыбающейся подруге.

— Пора браться за ум, — рассмеялась Наташа, парадируя тон их руководителя Платона Геннадьевича.

— Ты так не замерзнешь? — участливо поинтересовался Костя, указав на ее ноги, обтянутые тонкой сеткой капрона.

— Не нравится? — игриво спросила Наташа, кокетливо вздернув бровь.

Наташка прекрасно знала, что она безумно нравится Косте, еще с детского сада. Парень даже в технологический колледж на факультет правоведение пошел из-за нее, лишь бы быть ближе к девушке.

— Ты королева! — искренне ответил Костя, взяв подругу под руку, хотя хотелось на руки, дабы ей не пришлось барахтаться туфлями по песку.

— Да скажешь тоже, — засмеялась она, прижимаясь к Косте, — Пойдем шустрее, а то на маршрутку не успеем.

Костя удивился. Чтобы Наташка так торопилась в колледж за эти годы, это что то новенькое.

На удивление, маршрутка приехала быстро и как всегда битком набитая народом, пропустив Нату вперед, Костя оплатил проезд. Молодые люди стояли так близко друг к другу, что Костя смог ощутить аромат парфюма Наташи. Что-то приторно сладкое. Взглянул на ее профиль: аккуратный чуть вздернутый носик, пухлые яркие губы. Наташка улыбалась, думая о чем том то своем. Косте стало жутко интересно, о чем она думала? Почему такая загадочная?

Толпа сзади напирала, недовольно толкаясь локтями и сумками. Костя старался отгородить Наташу, встав позади нее, ему не хотелось, чтоб девушка могла, как то пострадать в такой давке. Наташа что-то печатала в телефоне, не замечая никого вокруг.

Колледж встретил ребят звонким гулом голосов студентов и запахом тушенной капусты, которую как всегда подавали в столовке. Наташа семенила рядом на каблуках, старательно высматривая кого-то в толпе народа.

— Тусь, ты чего? Потеряла кого то? — Косте стало любопытно, кого искал взгляд Наташки в толпе разношерстных студентов.

Наташка не слышала вопросов друга, потеряв к нему всякий интерес. Муса появился из-за угла и Наташка была готова растечься лужицей к его ногам. Высокий парень с яркой восточной внешностью: черные как смоль густые волосы, прямой нос, темно-карие глаза цвета арабской ночи цепко смотрящие на собеседника, Муса прибыл в их края совсем недавно, но уже подмял под свои правила половину колледжа, а девчоночьи сердца заставил таить как чернеющие сугробы пронизанные лучами яркого мартовского солнца. Муса сразу выделил для себя Наташку Белуцкую, чья персона выделялась на фоне остальных девчонок их колледжа.

Стройная девица с пышной грудью и огненными рыжими длинными волосами сразили его наповал в первый день учебы в колледже. И даже небольшие веснушки на ее молочной коже не портили впечатления о ней. Светло-бирюзовые миндалевидной формы глаза горели на ее лице, словно вызов окружающему миру. «Да я королева!» — кричали они парням, что невольно оборачивались ей вслед.

Их притяжение было взаимным, но Муса по жизни слыл игроком. В раннем детстве залпом проглотив книгу Лермонтова «Герой нашего времени», а в более сознательном возрасте «Декамерон» и «9 с половиной недель», у юноши сложилось впечатление, что он знает о женщинах все. Методами Печорина он действовал и по сей день, поэтому исправно делал вид, что не замечает томные, манящие взгляды красивой однокурсницы.

— Муса, привет, — помахала ему Наташка, игриво улыбнувшись. «Красивая, зараза!» — мелькнула мысль.

— Привет, — сдержанно ответил Муса, смотря, как недалеко от Наташки поодаль стоит Костик: тощий как жердь, парень еще только готовился превратиться из юноши во взрослого мужчину. — Я смотрю без сторожевого пса ты не ходишь, — небрежно указав в сторону Константина, лениво поинтересовался Муса, наслаждаясь реакцией Наташи, что густо покраснела до корней волос.

— Че ты сказал? — ощетинился Костик, готовый вмазать наглому сокурснику по лицу. Не смотря на отсутствие мышечной массы, Константин занимался единоборствами, неплохо владея некоторыми приемами, тверд усвоив одно простое правило жизни: «Большой шкаф громче падает».

— Натали, ну уйми своего пса, он так громко тявкает, что уши закладывает, — продолжал измываться над Костиком Муса, в ожидании действий дружка Наташи.

— Костя, прошу не надо! — предостерегающе шикнула Наташка, положив теплую ладонь на грудь Константина, и гнев, клокотавший в его теле разом смолк. Одно ее прикосновение делало его спокойным, и он готов был есть из рук Наташки лишь бы она просто прикасалась так ласково как она коснулась его сейчас. — Мне с Мусой надо поговорить, — продолжила она, радуясь, что Муса говорит с ней так долго и прямо смотрит в глаза. Костя с неохотой отошел от Наташки, бросив угрозы в глаза сопернику, хотя знал, что Муса уже победил Костю. Достаточно, посмотреть, с каким жаром смотрит на него его любимая подружка, и все становится на свои места. Он проигравший.

— О чем хотела поговорить? — лениво отозвался Муса, хотя почувствовал тепло и возбуждение. Весь сентябрь он держался на морально-волевых, корча из себя равнодушие по отношению к рыжей красавице.

— Завтра собираемся в кафешке «Волжанка», ты придешь? — затаив дыхание спросила Наташка, чувствуя ноты бергамота в парфюме Мусы.

— Возможно, — уклончиво ответил Муса, а в его голове уже выстраивался четкий план на девчонку и ее шикарное тело.

— Буду ждать, — радуясь, как маленькая девочка воздушному шарику, ответила Наташа, впервые за долгий месяц, почувствовав себя царицей.

* * *

В салоне пятнашки громко качал трек 50 cent Candy Shop. Тонированные стекла запотели от выдыхаемого воздуха и тихих стонов Наташки. Муса дорвался до желаемого тела, небрежно сжимая полную грудь девчонки. Это было так просто, встретиться с ней в кафе «Волжанка», сделать ей пару комплиментов, купить банку

— Детка, — шептал он ей на ухо, запуская руки в хлопковые трусики, нащупывая пальцами скользкие складочки.

— Муса, я… — замешкалась Наташа, отстраняясь от его губ.

— В чем дело? — в его голосе стальные ноты, не сулившие ничего хорошего.

— Я девственница, — захлебываясь удушливой волной стыда, выдала из себя Наташка два слова. Муса выгнул бровь, уставившись на нее в немом вопросе: «Мол, и что из этого?». — Мне страшно, — призналась в своих страхах девушка, дрожа всем телом, и боясь, что желанный роман закончится прямо сейчас, так и толком не начавшись.

— Детка, тебе 18 лет, я не думаю, что ты хочешь ходить синим чулком среди подружек, гордо кичась какой-то плевой.

— Муса, я люблю тебя! — сорвалось с алых губ Наташки, а по белоснежной коже скатилась слеза. Муса недовольно закурил, открыв окно, впуская в душный автомобиль холодный осенний воздух. — Муса, я прошу немного времени, — жалобно заныла Наташка. Боясь не сколько боли от дефлорации, а реакции ее бабки Вали, набожной женщины с грозным взглядом, воспитывающую сиротку Наташу с 13 лет.

Раздосадованный таким поворотом событий Муса, вышел из авто, пересев за руль на переднее сидение, включая зажигание. Остаток дороги он холодно молчал, а Наташа обтекала на заднем сидении, коря себя за трусость.

Глава 2

Костя шел по разодранному линолеуму коридора колледжа, и доски под его ногами недовольно скрипели. Он услышал девчачьи крики, поспешив посмотреть, что происходит у аудитории.

Наташка сидела верхом, припечатывая своим худосочным телом, лежавшую на полу Ирину Кузнецову с другой группы. Ее рыжие волосы разлетались при каждом ударе, когда она отвешивала оплеухи ладонью по испуганному лицу Ирины. Парни громко хохотали рядом, окружив кружком дерущихся девчонок, глумясь и снимая все на камеру. Муса стоял недалеко, не вмешиваясь и наслаждаясь подпрыгиванием красивых сисек Наташки.

Костя ринулся к девчонкам, оттаскивая разъяренную Наташку от Ирки.

— Ты не смеешь больше приближаться к моему парню, — орала как резанная Наташа, пытаясь высвободиться из крепкого захвата рук Кости. Словно взбесившаяся кошка, Наташка царапалась, продолжая извергать проклятия в сторону соперницы.

Платоша подоспел как нельзя кстати, и все трое включая Костика, они оказались в деканате в кабинете директора. Отделавшись строгим выговором, Наташка хотела только одного скорее отыскать Мусу, и сказать ему о своем решении. Что с этого дня, ее тело и душа полностью принадлежит арабскому мачо местного разлива.

— Наташ, — поймал ее Костя на пороге выхода из колледжа.

— Костя, некогда, — раздраженно передернув плечами, ответила другу Наташа, ища на стоянке пятнашку Мусы.

— Наташ, неужели из-за этого урода ты подралась? Он же самовлюбленный нарцисс! — воскликнул Костя, поймав раздраженную подругу за запястье.

— Я люблю его, — громко ответила Наташа, что Костя отшатнулся.

— Он просто смотрел, как вы деретесь, не пытаясь тебя успокоить, — продолжал приводить обоснованные факты парень, сплетая свои пальцы с холодными пальцами подруги.

— Это не твое дело, — грубо ответила Наташа, выдирая руку из руки Константина. Она впервые внимательно посмотрела на Костю, который сгорал от любви к ней и все его чувства читались на его лице, красной строкой будто говоря: «Ты нужна мне. Давай будем вместе. Я так тебя люблю»

— Костик, ты классный парень, но я не люблю тебя и никогда не полюблю, — мягко попыталась сказать Наташа, пытаясь вразумить друга. — Ты не нужен мне, — повторила она, видя, как бордовые круги стыда расходятся по его лицу. Как он борется со слезами. Боясь, показать слабость, Костя отвернулся неспешно плетясь в строну остановки, она не окликнула его и он со страхом понимал, что теряет часть своего сердца.

* * *

Муса неспешно расстегнул крючочки на простом лифчике Наташи, захватывая губами вершины ее острых сосков.

Она приползла к нему сама, оборвав его телефон смс и звонками, а он мягко по-отечески напомнил глупышке, что именно он диктует правила игры, а ей следует подчиняться.

— Детка, — зашептал он ей в ухо, снимая с нее трусики, невинный вид ее розовой промежности сводил парня с ума. Его член уже колом стоял, готовый войти в желанную дырочку прямо сейчас. Не тратя время на прелюдии, Муса приставил багровую головку к входу лона, которое все так же было сухим. Ужас накрывал Наташку с головой, и она барахталась в нем, задыхаясь. Резкий толчок в ее тело, и она закричала не своим голосом от остроты боли, пронзившее ее промежность. Муса продолжал двигаться, закатывая глаза от удовольствия. Заднее сидение автомобиля было слишком тесным, в нос ударил запах дыма сигарет, насквозь прокуренного салона, аромат туалетной воды с нотами бергомата вперемешку с потом исходили от Мусы. Жадно двигаясь, он растягивал узкую дырочку, не заботясь о чувствах Наташи. Соитие длилось ровно минуту, а Наташе казалось вечность. Чертыхнувшись, Муса выстрелил в вагину девчонки упругой струей, сетуя про себя, что так облажался. Посмотрев на свой ствол, густо усеянный прожилками крови, он брезгливо поморщился, перегнувшись через сидение, ища в бардачке влажные салфетки.

— На вот, — кинул он упаковку Наташке, затянувшись сигаретой. Наташа поджала ноги, трясущимися руками доставая салфетку. — Наташ, ну чего копаешься? — нетерпеливо пробасил Муса, выхватывая салфетку из ее рук, вытирая свой член от липкой спермы и кровянистых выделений Наташки.

— Ты меня любишь? — внезапно задала вопрос Наташа, зыркая на Мусу своими колдовскими зелеными глазами.

— А то, — заверил ее парень, натягивая трусы вместе со спортивными штанами на ягодицы.

Наташа улыбнулась впервые за все время, пока сидела в его автомобиле, мечтая, как они скоро поженятся. И когда Муса, высадил ее недалеко от ее дома и просто помахал рукой, Наташа счастливо улыбалась, не замечая как «Печорин» уже потерял всякий интерес к ее персоне.

Глава 3

Валентина Петровна, горячо молилась у красного угла, пока ее внучка Наташа сгибалась над фаянсовым другом, сдерживая рвотные позывы. Ее первый раз с Мусой стал роковым для девушки, а узнав о ее беременности, Муса включил холод, твердо ответив, что это ее ребенок, и Муса уже не уверен, что он действительно его отец.

«Хочешь подсунуть мне нагулянного спиногрыза?» — гневно звучали его слова.

Канал «Спас» был включен на полную мощность, и звуки вечерней службы, разносились по всей квартире. «Не выносимо» — думала девушка, нажав на кнопку смыва и быстро сполоснув руки под холодной водой. Бабка начала кланяться в пол и ее губы беззвучно шептали молитву. Надев косуху и сапоги, Наташка выскользнула из квартиры не в силах вынести свалившуюся на нее

— Ты же бросила курить, — Костя встал рядом с подругой, забирая сигарету из холодных пальцев Наташки.

— Ты чего тут? Я думал ты больше, и знать меня не хочешь, — удивилась Наташа, посмотрев внимательно на Костю. Его глаза внимательно смотрели на рябь, расходящуюся по воде, смакуя аромат ее губ, оставшейся на фильтре сигареты. Так сладко.

— Твои слова всегда остры и язвительны, но то говорила не ты, а твое страдание, — философски отметил Константин, посмотрев в ее глаза прямым и открытым взглядом.

— Холодно уже, — зябко поежившись от пронизывающего ноябрьского ветра, ответила девушка.

— Пойдешь в гости? — предложил Костя, снимая с себя теплую куртку, укрывая озябшие плечи подруги, которая куталась в тонкую кожаную косуху.

— А родители?

— На дачу уехали, — пожал плечами Костя, так и не убрав руку с ее плеча.

Костя деловито доставал из холодильника варенье и баночку меда. Пузатый красный чайник королем возвышался на газовой плите, громко пыхтя. Наташе впервые за последний месяц стало тепло и спокойно. Костя поставил перед девушкой оранжевую чашку с заварочным пакетиком, ярлычок которого сиротливо свисал вниз.

Наташа положила озябшую ладонь на руку Кости, заставив того широко расширить глаза, рука замерла в воздухе. Наташа встал со стула, обняв друга за шею, попросив:

— Поцелуй меня.

Костя не понимающе, уставился на девушку, не понимая мотивов подруги. Наташа действовала на эмоциях, первой прикоснувшись к горячим губам Кости. Он ответил на ее порыв, впуская язык в ее рот, жадно целуя Наташу, чувствуя подступившее возбуждение. Сладострастие растекалось по его венам, и он снова и снова захватывал ее губы в плены, наслаждаясь открытостью девушки. Наташа потянулся к ремню на джинсах парня, расстегивая бляшку, освобождая толстый член Кости от ненужной одежды.

Оторвавшись от ее вишневых губ, Костя спросил:

— Ты, правда, хочешь этого? — растерянно спросил парень, понимая, что обязан задать девушки этот вопрос.

Наташа хотела одного, стереть обидные слова Мусы в пыль, сказанные им в пылу расставания: «Ты в сексе просто бревно, мне жаль твоего следующего парня…»

Вместо ответа она снова припала к губам Кости, а парень решил не теряться, оплетая ее бедра руками, терзая ее губы нежными поцелуями. Он опасался причинить ей боль, делая все ласково и с любовью, заставив Наташу опешить. Муса всегда грубый в интимных утехах, разительно отличался от трепета и нежности, с которым обращался с ее телом Костя. Его поцелуи словно крылья мотылька ласкали ее тонкую шею, ключицы, вершинки острых сосков. Костя, опьяненный ароматом ее тела, покрывал поцелуями ложбинку между грудей, спускаясь ниже к плоскому животику.

— Костя, — застонала Наташа, теряясь в непонятных ощущениях, накрывшие ее. Такая не досягаемая для нее нежность пронзили ее тело, когда он внезапно оторвавшись от ее сладкого тела сказал:

— У меня нет презервативов, — заставив лицо девушки вытянуться от удивления.

— Это уже не имеет значения, — Наташа горько улыбнулась, вспоминая как недавно обнимала унитаз в приступе рвоты, после того как в ее животе поселился ребенок Мусы.

Костя несмело продолжил процесс, едва дыша, и наслаждаясь ее руками, взявшие его вздыбленный член у основания. Плавно ведя рукой по его стволу вверх-, он задыхался от откровенных прикосновений ее руки. А она чувствовала свою власть над ним, лицезрев, как меняется цвет радужки его глаз, как хрипло и часто он дышит, как пытается обуздать свои желания в попытке довести ее до конца, поэтому аккуратно убирает ее руку. Направив конец к заветной расщелине, изливающейся водопадом в ожидание, когда мощный орган заполнит ее пустоту. Неспешно вошел во внутрь розовой сердцевинки девушки, двигаясь плавно, ощущая, как стеночки лона приветливо сомкнулись вокруг ствола. «Неужели, секс может быть таким приятным?» — пронеслось в голове Наташки, плотнее прижимаясь к паху Кости.

Костя хотел, чтоб удовольствие и нега, пронзившие их юные тела, длилась как можно дольше, но это был его первый раз с девушкой. Поэтому он едва успел достать член из лона Наташи, и теплые капли упали на линолеум, оставляя липкий след.

Ему было стыдно за свой первый раз, Наташа так и не испытала оргазм, он прижал ее к телу, коснувшись невесомо губами ее влажных губ.

— Прости, — шептал он ей, снова возбуждаясь. Громко засвистел чайник, гневно возмущаясь о том, что о его скромной персоне забыли.

Наташа отстранилась от Кости, наклонившись, подняла с пола, разбросанные вещи. Костя отошел в сторону, выключив чайник, чертыхаясь про себя, что все испортил. Наташа никак не могла отойти от предоргазменного состояния, оплетающее ее тело сладкой негой. Они молча одевались, не проронив не слова. Каждые со своими мыслями наедине.

Сев друг напротив друга, словно борцы на ринге, они сканировали свои ощущения после свершившегося действия на маленькой, но такой уютной кухне. Костя встал у окна, приоткрыв форточку.

— Давай поженимся, — внезапно прервал молчание Костя, выпуская серые колечки дыма в форточку, растворяющихся в прохладе осеннего воздуха.

— Костя, ты шутишь? — Наташу затрясло, ее тело покрывали мурашки.

— Серьезно. Я давно люблю тебя! — признался парень, не решившись посмотреть на Наташу.

— Я беременна от Мусы, — признается она, и ее щеки орошались соленой влагой.

Костя резко повернулся к Наташке, скрестившись с ее потерянным взглядом. В нем читалась боль.

— Я буду растить ребенка как своего, — твердо ответил Константин, выкидывая окурок в форточку, плотно прикрыв.

— И что дальше? Бросим учебу? Будем жить у твоих родителей, перебиваясь с копейки на копейку? — с горячностью в голосе ответила на признание Кости Наташка.

— Мы справимся, я устроюсь на работу. Вы с ребенком ни в чем не будете нуждаться, — заверил ее Костя, захотев обнять Наташу, прижавшись к ее губам. Но она жестом показала отказ.

— Не будь ребенком. Это не та жизнь, о которой я мечтала. Ты не сможешь дать мне тут уровень жизни, который мне нужны, — ее слова-плети нещадно лупили Костино сердце, заставляя его кровоточить.

— Наташ, послушай, — пытался достучаться Костя до подруги, но она не внимала его мольбам быть услышанным, отгородившись от парня бронебойной стеной.

Она встала со стула, пошла в прихожку, натягивая сапоги и косуху.

— Не уходи, — просил он, все еще чувствуя ее вкус губ, дурманящий, ставший ему за минуты таким родным. Она обернулась всего лишь на секунду, видя, как в его глазах мелькнули слезы, а затем вышла за порог квартиры и

Глава 4

Несколько лет спустя

— Вот так, сучка, — хрипел Егор, ниже наклоняя голову жены к паху. Из глаз Наташи потекли слезы, она до сих пор не могла полностью заглотить толстый ствол мужа, из-за чего Егор недовольно заставлял ее делать это снова и снова, словно в наказание. — Еще, даааа… — протянул Егор, с удовольствием выстреливая женушке в горле, отчего то начала задыхаться, стараясь не упустить ни капли его семени, боясь разгневать мужа.

— Глотай, — потребовал он, наблюдая за тем как Наташка, раскорячалась на коленях, отклячив свой аппетитный зад, глотает терпкую жидкость. — И все таки ты опять замарала пол, — недовольно цыкнул Егор, схватив в кулак длинные рыжие волосы супруги. — Что же мне с тобой делать? В глазах Егора плескалась жестокость, крепкие руки сталью держали ее волосы, вызывая приступы острой боли в зоне затылка.

— Прошу, — жалобно замолила Наташа, готовая сделать все, что угодно, лишь бы не то, что он делает с ней всегда: заставит вытереть весь пол спальни ее волосами, наслаждаясь ее унижением.

Резкий сигнал мобильника, вывел Егора из созерцания жалкого вида жены. Идя к прикроватной тумбочке за мобильником, он тащил ее за волосы, жестом показывая, чтобы та не издавала ни единого звука. Наташа мужественно терпела пытку, стараясь не разбудить 7 летнего сына Антошку своими громкими криками.

— Как задержали? — в не себя орал от ярости Егор, усиливая хватку, и Наташка чувствовала, что вот-вот грохнется от слепящий боли в обморок. — Пришли Иванова к нему, если он сядет, нам пизда, вся схема полетит разом, доносился откуда-то издалека голос Егора, в глазах начинало темнеть.

Будто Господь услышал молитвы женщины, и Егор отпустил рыжие волосы жены, оттолкнув ее обнаженное тело от себя. Закрывшись в ванной Егор, что-то орал в трубку невидимому собеседнику, а Наташа давила рыдания, вытирая слезы, градом катящиеся по ее лицу.

С Егором Шмелевым, они познакомились в кафе, где Наташка работала в попытках прокормить своего годовалого сына. Шмелев сразу приметил хорошенькую официантку себе, сказав ей, что ей не место в таком гадюшнике. Он приезжал в кафе ежедневно. Всегда гладко выбритый, с цветами и подарками. Их первый секс случился в номере люкс, самой шикарной гостинице их города, и Наташка заплакала от счастья, когда почувствовала, что ее любят и о ней заботятся. Их красивые отношения развивались слишком стремительно, так что уже через 2 недели она жила в квартире Егора, перевезя свои скромные пожитки и годовалого Антошку. Цветочки начались, когда Егор приложил Наташу виском к углу кухонного стола, ведь мужчине показалось, что она заигрывала с соседом по лестничной клетке.

Ягодки созрели позже, когда ловушка захлопнулась, заключив молодую девушку веригой беспомощности. И жесткий секс во все отверстия, щедро приправленные тумаками по ногам или ребрам — стали частым спонсором их «счастливой» супружеской жизни. Егор оказался не только кухонным бойцом, держащий в страхе жену и Антошку, а еще и главой банды, окутавший липкой паутиной страха их провинциальный городок.

Через три года после замужества, умирает единственный родной ей человек- бабушка, и девушка с ужасом подумала, что теперь ей некуда пойти за помощью, оставшись один на один с врагом, засыпающем в их супружеской постели — ее мужем. Роскошная жизнь, которой девушка бредила в юности — оказалась цианистым калием в реальности, медленно убивая последние нервные клетки, круша ее волю и самоуважение к себе.

Егор вышел разъяренный из ванной комнаты, увидев причесанную, одетую в черный пеньюар жену с приклеенной пластмассовой улыбкой на губах.

— Уезжаю на неделю, смотри не натвори глупостей, — угрожающе зашипел муж, жадно целуя губы Наташи, засасывая и кусая их властным поцелуем.

Так он говорил «Ты только моя!», это железное правило было ей усвоено еще в первый раз, когда она валялась на твердом полу, голова гудела, а волосы стали липкими от стекающей крови. Плач Антошки, его тоненький голосок «Мама» — до сих пор стояли в ее ушах. Поэтому последующие расправы она переносила молча.

Сейчас у Наташи будет недельная передышка, а значит самая светлая полоса станет взлетной перед тем как муженек снова не укажет ей место, с жестокостью подрезав крылья, и тогда снова настанет непроглядная тьма.

* * *

Наташа бездумно брела по торговому центру, до времени окончания занятий в секции Антошки, осталось еще 2 часа. Еще несколько лет назад Наташка только и могла мечтать, как она гуляет по торговому центру, скупая сотни красивых шмоток из различных коллекций.

Сегодня ей стали чужды все эти вычурные тряпки, она хотела только покоя. Чтобы Егор отпустил ее, она умоляла его об этом много раз, а муж наслаждался ее рыданиями, глядя как она ползает перед ним на коленях, приговаривая: «Кому ты еще нужна кроме меня? Твое место рядом со мной».

О побеге в Москву Наташа думала неоднократно, но как это сделать, когда не ни поддержки, мать одиночка с ребенком на руках, без единой копейки в кармане. Все траты строго отслеживались мужем.

Егор не дурак, прекрасно понимал, дрессируя Наташу не только физическими методами, но и экономическими. Наташа из весёлой активной, самой популярной девушки их колледжа, постепенно угасала, превратившись в человека что покорно покоряется судьбе, утратив свою автономность и самоуважение. Все чувства были подавлены, а личные границы стерты в пыль.

В торговом центре было душно, и Наташа присела за столик в кафе на фудкорте, чтобы заказать минеральной воды без газа.

Официантка лениво подошла к Наташе, протянув ей меню в ламинированной обложке. Поблагодарив официантку, Наташа смотрела на людей, думая какая у них жизнь? Счастливы ли они? А может так же прячутся за пластмассовыми улыбками, пряча в глубинах своей души боль и ужас? Мимо прошла парочка, молодой парень нежно приобнимал свою спутницу за талию, она смотрела на него влюбленным глазами, что Наташа невольно залюбовалась ими, заряжаясь энергии любви, исходящей от них двоих.

— Наташка, — окликнул ее чей-то голос, и Наташа увидела, красивую брюнетку, подходящую к ее столику.

— Вика? — не поверя своим глазам, вымолвила Наташа.

— Ой, какая ты стильная и модная, — защебетала Вика, внимательно рассматривая красивую однокурсницу. — Ты стала еще краше.

— Ты тоже очень красивая, — дружелюбно ответила Вике Наташа, радуясь возможности общения с кем-то кроме ее 7 летнего сына.

— Сегодня, кстати, с ребатями с нашего колледжа в ресторане встречаемся, как раз будут несколько человек с нашего потока, — Вика поправила рукой стильное каре, а

Наташа очень хотела пойти, но боялась, что Егор узнает о вылазках жены, которая нечасто выходила куда-либо, занимаясь только домом и сыном. Сегодня Егор уехал, и у Наташи появился шанс подглядеть за счастьем другим, хотя бы с краешка, причисляя себя к общему веселью.

— Мне пора идти, — вздохнула Наташа, расстраиваясь, что время за разговорами с Викой так быстро пролетело.

— Давай обменяемся телефонами, чтобы не потерять друг друга, и Наташа согласилась, понимая, как она скучает по своей свободной жизни, ставшей для нее такой недоступной.

Глава 5

Костя в пол уха слушал, мурлыкающий голос его девушки, в красках, описывающих как она скучает и ждет его. Мужчина приехал в родной город, навестить своих родителей. Отец Кости сильно сдал после очередного инсульта, и Костя хотел увидеть старика, бросив все дела в Иваново.

Приглашение от его однокурсника Толяна пришлось как нельзя кстати. Костя весь день, помогал матери с делами по дому, в котором чувствовалась нехватка мужской руки.

Подходя к ресторану «Мирная пристань», размещенная на дебаркадере набережной реки Волги, Костя носом втянул речной воздух, уловив ноты цветущей липы. Бросив «Пока» Арине, он отключил телефон, войдя в помещение ресторана, где уже собрались знакомые лица. Время стерло беззаботность с их лиц, это были уже не те юные люди, беззаботно прожигающие свою жизнь, на их лицах уже отражалась тень пережитых событий и жизненных перипетий.

— Ооо, Костян пришел, — радосто закричал Толик, вставая из-за стола, дружественно хлопая бывшего сокурсника по плечу. — Или к тебе обращаться Константин Андреевич? Ты все таки теперь важная шишка — областной судья.

Костя улыбнулся товарищу, присев за стол. Виски приятно расслаблял, и Костя подумал, что хорошо, что он сорвался в провинцию. Здесь время текло медленнее, а люди никуда не торопились. Когда к их столику, подошла рыжая девушка, Костя подумал, что у него начались галлюцинации. Он выпил всего 50 грамм, и не чувствовал себя пьяным, а видение никуда не исчезало.

Зеленые глаза Наташи смотрели прямо на него. Она не ожидала увидеть его. Он видел, как Вика усаживает Наташу рядом с собой, наливая ей шампанского в фужер. Наташа стала еще красивее, будто время не властно над ней. Его сердце часто забилось, как в тот день, когда он впервые поцеловал ее. Он больше всего хотел узнать у нее, счастлива ли она? Он пытался прочитать ответ в ее колдовских глазах, но они не выражали ничего кроме обычной дружелюбности.

После того как она ушла из его жизни, бросив колледж, он мечтал, что пойдет на вышку, достигнет успехов и приедет к ней, бросив все блага к ее ногам, а потом он узнал, что Наташа вышла замуж и по словам их общих знакомых гармонично живет со своим мужем. Он оставил глупую надежду, похоронил ее, как и свою любовь к ней. Но сердце ехидно посмеивалось над ним, усиленно качая кровь по телу, стуча бешенным ритмом.

— Наташ, — он поймал ее руку, когда она выходила на пристань. Наташа обернулась, скрестившись с карими глазами Кости.

Однокурсник так изменился за эти годы: набрал мышечную массу, сменил подростковую прическу на стильную, белая рубашка так четко очерчивала мышцы на его руке. Холеный, уверенный в себе. Наташа опешила от мужественности, исходящая от Кости. Тестостерон, чувствовался в каждом его взгляде и жесте. Даже то, как он прикоснулся к ее запястью. Трепет пронесся по телу Наташи, она облизнула губы. Чувствуя, поднявшиеся со дна забытое ощущения сексуальности.

— Костя, я рада видеть тебя, — ответила Наташа, облизав пухлые губы. Такая невинная реакция ее тела, заставила Костю почувствовать запретное желание к чужой жене.

— И я тебя, Наташ. Ты очень красивая, — искренне подарил комплимент Костя, понимая, что пялится на Наташу непозволительно долго. Он поймал себя на мысли, что он хочет вновь почувствовать вкус ее губ. Он закурил, чтобы занять свои руки. — Как твои дела?

— Хорошо, — лаконично ответила Наташа, ее дремавшее до этого тело, растерзанное мужем тираном, горячо откликалось на ласковые взгляды, посылаемые Костей. И Наташа поежилась, страшась странных реакций своего тела. Им не удалось долго поговорить, Толик присоединился к Косте и Наташе, вспоминая веселый байки из их прошлого. Он смотрел поверх головы Толяна, и думал, как же несправедлива судьба. Она забрала у него Наташку, любовь всей его жизни. А может он сам испугался трудностей, оставив свою любимую в родном городке, не пытавшись бороться за ее любовь? ***

Остаток недели до приезда Егора мог бы пройти абсолютно спокойно, если бы она вновь не столкнулась с Костей на набережной. Она с улыбкой на губах смотрела, как ее сын катается на самокате, весело смеясь.

Костя увидел ее силуэт еще издалека. Длинные волосы казались огненными в ослепляющих лучах июньского солнца. Она повернула голову, заметив его и вспыхнула, густо покраснев. Она боялась своей реакции на Костю, надеясь, что он скоро уедет из города, и они больше не встретятся. Глядя на его лицо, она вспоминала тот роковой вечер, когда Костя предложил ей выйти за него замуж и ее унизительные едкие слова, эхом откликались в ее голове.

Она резко встала с одной целью позвать Антошку и бежать от прошлого как можно дальше.

— Наташ, привет, — сказал Костя улыбнувшись. Сегодня мужчина был одет в простую белую футболку и джинсы и казался совсем мальчишкой, с лучистыми ореховыми глазами, внимательно изучавшие ее.

— Привет, — шершавый комок в горле стал удушающим, Наташа отвернула лицо, сделав вид, что лицезреет что-то интересное на набережной.

— Ты избегаешь меня? — внезапно догадался Костя.

— Нет, тебе показалось, — быстро проговорила Наташка, не в силах сдвинуться с места.

— Может, присядем, — предложил Костя, указывая на резную лавку. Ему хотелось пообщаться с ней, слушать ее голос.

Наташа покорно села рядом с Костей, затаив дыхание.

— Как твоя семейная жизнь? — спросил парень, внимательно посмотрев на правую руку Наташи, на которой светилось обручальное кольцо.

— Нормально, — проследив за его взглядом, ответила Наташа.

— А ты женат? — спросила Наташа в ответ.

— Не женат. Твой сын? — Костя указал рукой на Антошку, который весело закричал: «Мам, смотри, как я могу», показывая трюки на самокате.

— Да, — подтвердила Наташа, улыбаясь, глядя на сына. Антон был похож на Мусу. Такой же черноволосый с глазами крепко заваренного черного чая.

— Ловкий парень, — отметил Костя.

— А у тебя есть дети?

— Детей нет, семьи нет, только сплошная работа, — кратко описал свою жизнь Костя.

— Здорово, тебе повезло, — грусть в голосе Наташи слышалась слишком отчетливо. Константин, удивленный ответом,

— Почему ты так считаешь? Мне кажется, это ты счастливый человек. Семья, муж, ребенок, обеспеченная жизнь. Все о чем ты мечтала…

Наташа сама не понимала, как смогла сказать такие странные слова Косте. Она любила своего ребенка, но она была заточена в клетку, как и Антошка, который терпел дурное настроение отчима. Если бы только они могли уехать, спрятаться, где Егор не сможет найти их. «Может попросить помощи у Кости?» — мелькнула спасительная мысль. Но, она тут же отмела ее в дальний угол сознания, Костя за эти годы стал ей совсем чужим человеком, наверняка, как и она ему.

— Я имела в виду, что классно, что ты так преуспел в карьере. Твое упорство восхищает, и я уверена, ты еще встретишь достойную женщину в своей жизни.

«А если я уже давно ее встретил?» — про себя подумал Костя, но вслух сказал: — Может по мороженому?

— Я тороплюсь, — спешно ответила Наташа, вставая с лавки, отряхивая длинный атласный сарафан рукой.

— Давай обменяемся номерами? Я в городе еще неделю буду, отцу стало совсем худо. Врачи не дают никаких прогнозов, — печально изрек Костя.

— Мне очень жаль, — все, что могла ответить Наташа, — Кость извини меня за те колкие слова. Тогда… — слова застряли у нее в горле, но девушка чувствовала острую потребность — покаяться за совершенное в прошлом.

Ее внезапная честность ошеломила мужчину. Он силился забыть тот первый раз с Наташей, ставшей последним. А теперь она ворошит старые угли.

Он встал со скамейки, взяв ее за руку. Несмотря на июньский зной ее руки, отдавали льдом. Она ощутила его силу и потянулась вперед.

— Я простил тебя давно, — вложив всю искренность в такие простые слова, он легонько сжал ее руку. Словно магнитом его тянуло поцеловать такую родную, но одновременно чужую женщину. Он отпустил ее руку, сжав их в кулаки, так чтобы ногти впились в ладонь. Это действие немного отрезвило его.

Наташа кивнула головой, интуитивно считав его желания. Их нещадно тянуло друг к другу, но они давно обитали на разных полюсах.

Вымолвив «пока», задыхающимся от волнения голосом, Наташа окликнула Антошку. А он долго смотрел ей вслед, глядя как развивается край ее цветастого сарафана, обнажая изящные ступни и щиколотки, нежно ласкаемые речным ветерком.

Глава 6

Ураган событий подхватил Наташу сразу же после приезда Егора. Как только муж переступил порог дома, она сразу шестым чувством почувствовала беду. Как загнанный в угол раненный зверь, Наташа старалась сделаться невидимкой, опасаясь, что муж узнает о встрече с сокурсниками.

Но Егора занимали совсем другие мысли. Часть их банды сработала слишком небрежно. И теперь его лучшие парни сидели за решеткой, дожидаясь суда. Гора хлопот свалилась на плечи Егора, и он страшно устал.

— Наташка, — громко позвал он жену. Что что, но рыжая девица радовала его глаз. Настоящий трофей. Егора сразу сразили ее ведьмовские зеленые глаза и стройная фигура с красивыми сочными выпуклостями в нужных местах.

Рыжая встретила его в сексуальном халате. Прозрачная ткань почти не скрывала ее прелестей — все, как и любил Егор. Только неестественная клоунская улыбка внезапно взбесила Егора, так что он произнес:

— Хватит лыбиться, иди ко мне, — жестко притянул Наташу за талию, он целовал ее так, будто хотел сожрать. Уже готовый на пошлые действия член упирался ей прямо в промежность.

— Ты просто ведьма! — рыкнул Егор, оставляя засосы на чувствительной коже шее девушки.

Треск рвущейся ткани халата, оглушил Наташу.

— В следующий раз, встречай меня сразу обнаженной, — потребовал муж посмеиваясь. — А теперь встала раком и хорошенько отполировала своими блядскими губешками мой член.

Удобно рассевшись на кожаном диване, Егор наслаждался, как девчонка умелыми руками расстёгивает бляшку на ремне, спуская джинсы и боксеры. Крепко держав девчонку за рыжие волосы, он дернул ее голову вниз, и пухлые алые губы плотно сомкнулись на его стволе. Контролируя глубину проникновения, он с умиротворением наблюдал, как по подбородку Наташки стекает вязкая слюна. Ее красивое лицо радовало его взор, и он опьяненный ее красивыми грудями, подпрыгивающие в такт ее движениям головой и ловкому минету, искусно сделанному ей, быстро кончает, изливая в ее ротик все до последней капли. Наташа исправно глотает семя. И Егор доброжелательно улыбается, радуясь, что дрессировка прекрасно работает.

— Продолжай, пока член не встанет, — скомандовал Егор, и Наташа едва передохнув вновь начала усердно работать ротиком. Тщательно вылизывая яички. Затем «шелковый водоворот головки», техника от которой пенис Егора мгновенно каменел. Ее острый язычок плавно вырисовывал круги по крупной лиловой головке, спиралью закручиваясь у преддверия уздечки, а потом вновь поднимаясь к концу члена. Тяжело дыша, Егор остановил умелые действия жены, устанавливая ее тело в удобную позу догги стайл. Звонко шлепает по белоснежным ягодицам, резко вставил член в промежность. Двигается жестко, крепко фиксируя бедра.

— Блядь, — орал Егор, сжимая пятерней упругие половинки попки Наташки. Финишировал он так же быстро, списав все на долгое воздержание и ворох проблем, накрывших их банду. — Все отбой, зайка, — похлопав ее по щеке, сказал Егор, любуясь ее растерянным видом.

Сегодня ее муж стал слишком мягким, «зайка», прозвище, которым он часто называл ее в самом начале их отношением, казалось давно похороненным в беззаботным прошлом. Сердце, пойманной птичкой, сжалось в тревожном ожидании дурного. И ее женское чутье, вновь не подвело ее.

* * *

Обед стоял на красиво сервированном столе, истончая аппетитные ароматы наваристого борща и воздушного картофельного пюре с гуляшом. Наташа готовила так же виртуозно, как и делала минеты. Егор зашел на светлую кухню, за окном весело щебетали птицы, но взгляд Егора и его густые брови недовольно сдвинутые к переносице, ясно говорили, сейчас будет бойня. Первый удар пришелся Наташе прямо по предплечью, оставляя кровоподтеки, затем ногой по животу, и Наташа, зажав рот руками, смотрела на мучителя непонимающими глазами. Он наклонился к ее лицу так близко, что она почувствовала спертый запах его дыхания. Поднеся смартфон к ее глазам, она с ужасом увидела фотографию, где они с Костей стояли на причале кафе «Мирная пристань». Снимок был сделан со спины, но на нем отчетливо читался интерес друг к другу. Снимок можно даже назвать красивым: изящная девушка в нежно-бордовом платье, доходящее до середины бедра, густые волосы, уложенные в воздушную прическу и мужчину, тепло улыбающийся ей в ответ, а яркий закат на заднем фоне только добавлял выразительности снимку.

— Узнаешь? — яростно прошипел Егор, жестко сжимая волосы Наташи.

— Егор, прости, я случайно встретила однокурсницу

— А это кто? — ткнув пальцев в экран, заорал Егор.

— Тоже однокурсник, — ревела Наташа.

— Вот стерва! — Егор громко ударил по столу, так что тарелки на столе звонко задребезжали, и капли борща, разноцветной кляксой украсили белоснежную скатерть. — Я знал, что ты- блядливая тварь, но настолько. Я хорошенько проучу тебя, так что ты не то, что ходить, ты даже смотреть побоишься на мужиков.

Вытащив кожаный ремень из брюк, Егор с яростью ударил Наташу по ягодице. От боли женщина взвизгнула, пытаясь прикрыть себя руками. Слава Богу, Антошка был в летнем лагере, и не видел жутких сцен, происходящих с его матерью. Свист ремня, рассекающий воздух, гулом стоял в ее ушах. Она громко всхлипывала, умоляя о пощаде. И карающая рука палача зависла в воздухе, кинув ремень к ее растерзанному телу, он жестко заговорил.

— Я прощу тебя, но ты должна завоевать прощение.

Наташа лежала молча, ягодицы и бедра пекло от резкой боли.

— Твой сокурсник совсем не простой человек, и это нам на руку. Поэтому твоя задача наладить контакт с придурком, и заставить плясать его под нашу дудку.

— Мы с Костей всего лишь знакомые, — вымолвила Наташа, пытаясь подняться с пола, ее тело кричало от унижения и адской боли.

— Харе, вату катать. Я навел справки, дурик был влюблен в тебя. Поэтому сделай милость, не коси под дуру. Поедешь к нему и подставишь ему все свои дырки, что он пожелает. Вотрешься к нему в доверие, а дальше дело за мной.

— Егор, но как? — ошеломлено, спросила Наташа, обнимая себя руками.

— Слушай, поскуда! Не надо блеять перед мной как загнанная овца, ты позволяешь пихать члены в свои дырки, нагуляла ребенка от хрен пойми кого, а теперь строишь из себя святую невинность? — закипал Егор. — Быстро встала, привела себя в порядок, разогрела мне пожрать и марш звонить своему ублюдку. Через неделю он должен жрать у тебя из рук, а иначе я раскрашу твою красивую мордашку, так что не один мужик во всем мире больше не посмотрит на тебя.

Меньше всего Наташу волновало ее лицо, она боялась за сына. Антошка — ее ахиллесова пята, ее слабое место и если раздразнить Егора, он не упустит возможности ударить по самому уязвимому. Забрав самое дорогое, что есть в ее жизни.

Глава 7

Он не ожидал, что Наташа найдет его номер телефона и позвонит ему. Над предлогом встречи, Наташа долго ломала голову. А сейчас с тревогой в груди сидела перед ним в кафе, чувствуя себя шлюхой.

Костя рассказывал ей что-то, оперируя юридическими терминами. А Наташа думала, остались ли чувства у Кости? Сможет ли она переступить через барьеры совести и подставить своего бывшего лучшего друга?

— Наташ, я могу подсказать, как составить исковое заявление, если хочешь? — предложил Костя, но замер, увидев ее манящие глаза.

— Я хочу Кость, — положив свою ладонь на его руку, ответила Наташа. Он в удивлении посмотрел на нее, но руку не убрал.

— Чего ты хочешь? — задал он двусмысленный вопрос, смотря на ее розовые пухлые губы.

— Тебя, — перегнувшись через разделяющий их столик, выдохнув, ответила она ему в губы, едва прикоснувшись к ним. А затем так же изящно села на свое место, заставив зрачки Кости расшириться от возбуждения. Хотел ли он ее? Безумно, но его терзал вопрос, почему она так поступает, если счастлива в браке? Или она врет, и муж давно опостылел Наташе.

По дороге до гостиницы между ними искрило. Наташа на миг забыла, что она совершает эти действия по наводке Егора, скрывая от самой себя, что она также сильно желает этого представительного мужчину.

Огни «Мирной пристани» горели ярким светом, волны громко плескались, разбиваясь о крутой берег. Он вел ее за руку, оплетая своими пальцами ее горячие пальчики. Его губы мягко накрыли ее уста, как только за ними закрылась дверь номера. Его язык нежно переплетается с ее языком. Он понимает, что снова пропал. Она расстегнула голубую рубашку на его груди, гладя руками его мускулистое тело. Его ошпарило словно кипятком от ее желанных прикосновений. Он углубил их поцелуй, она застонала ему в рот, удивленная то, как откликается ее душа, как раскрывается ее сексуальность. Поцелуй из нежного перерастает в страстный. Он трахает ее ротик своим языком, не давая не секунды передышки.

Теплые пальцы ведут по шее, осторожно снимая шелковый шарфик. Наташа не сразу осознала, что он оторвался от ее губ и внимательно смотрит на бордово-красные засосы и синяки на ее шее и ключицах. Она была слишком распаленная желанием, окотившим ее с головой, чтобы вспомнить об увечьях — фиолетово-бордовыми мазками, расцветающими на ее бледной коже, оставленные тираном мужем.

Костя аккуратно прикоснулся к ее шее. Ярость на его лице хорошо читалась. И Наташа невольно отпрянула назад, спиной, прилипнув к двери, опасаясь удара. Ее тело выдрессированное тумаками и жестоким обращением, реагировало быстрее хозяйки, стараясь во время сгруппироваться и защитить ее.

— Кто это сделал с тобой? — ноздри Кости трепетали от подступающего гнева. Возбуждение мигом схлынуло.

— Костя, я упала, — блеяла Наташа, силясь придумать подходящие факты, но мозг, затуманенный кортизолом, по-партизански молчал.

Костя посмотрел на испуганное лицо бывшей лучшей подруги, и увидел в нем жуткий страх. Он отступил на шаг назад. Вся его злость мгновенно испарилась. Он понял, что напугал Наташу, своей реакцией. В его голове четко выстроилась логическая цепочка фактов: Наташу периодически избивают. Все тело кричало об этом. Ее жесты и мимика выдавали ее страхи с головой, как бы она не старалась их скрыть.

— Прости, Наташ, — потерев переносицу, вымолвил Костя, присев на аккуратно застеленную пледом кровать. Бледная Наташа лишь устало кивнув головой. Уж если кто и должен просить прощение, то точно не Костя.

— Сядь, пожалуйста, — терпеливо попросил Костя, стараясь не давить на Наташу. Она покорно подошла к кровати, сев рядом с Костей. Привыкшая как собака, исполнять все прихоти людей. От его боевой подруги не осталось и следа, лишь блеклая оболочка.

— Наташ, твой муж тебя избивает!? — утвердительно-вопросительно сказал он, развернувшись к ней всем корпусом. Наташа прятала глаза, опустив их вниз. Ей хотелось бы все- все рассказать Косте, без утайки. А потом броситься в его объятия, умоляя о защите и покровительстве. Но на кону стояла не только ее жизнь, но и сохранность ее сына.

— Нет, нет, — подбородок Наташи дрожал, а слова звучали жалко и неубедительно.

— Расскажи мне и

План в его голове выстраивался четкий как швейцарские часы.

— Костя, ты не знаешь что говоришь. Мой муж… он — страшный человек, — захлебываясь слезами, говорила Наташа, уткнувшись в грудь Косте.

— Разберемся, — отрезал Костя, и ярость снова пустила ядовитые корни в его тело.

— Костя, не надо вмешиваться, — попросила Наташа. Костя крепко обнял ее, поцеловав в макушку. Ему отчаянно хотелось курить. Осторожно высвободившись из объятий Наташи, он встал с кровати. В голове гудело. Он вышел на палубу. Сумерки уже тронули небо, и чайки молчаливо кружили над Волгой, изредка перекрикиваясь друг с другом. Руки дрожали, пока он пытался поджечь сигарету. Жалкий вид Наташи вызвал в нем необъясненные чувства: жалость вперемешку с сожалением. Первая затяжка принесла мнимое облегчение. Он не сразу услышал, как Наташа подошла к нему, роясь глубоко в своих мыслях.

Он опять играл роль спасателя, как в тот день, когда он готов был принять Наташу с ее еще не рождённым ребенком от подонка Мусы. История повторяется. А Наташа все так же отказывается от его помощи, рискуя быть растерзанной собственным мужем.

— Можно? — тихо спросила Наташа, указав на тлеющую сигарету в руке Кости. Костя молча кивнул, продолжая созерцать блики, уходящего на ночевку солнца, играющие на поверхности серо-зеленой глади Волги.

Наташа с наслаждением затянулась, чувствуя себя чуточку счастливее. Егор быстро выбил вредную привычку из девушки, лепя из нее идеальную жену.

— Наташ, подумай над моим предложением, — разрушив тишину, сказал Костя. Наташа кивнула головой. Он плавно развернул ее к себе, пальцами взяв за подбородок. — Ты сильнее, чем кажешься, не покоряйся так просто судьбе. Не смиряйся с ролью неудачницы, прошу тебя, — Костя поцеловал ее, и в его поцелуе сквозила невидимая сила, заряжая Наташу. Надежда на новую жизнь задребезжала в ее сердце.

Глава 8

Они проговорили несколько часов к ряду, и Наташа с ужасом обнаружила, что часы показывали 21:00. Переполошившись, она начала хаотично двигаться по номеру. Понимая, что несмотря на отмашку, «щедро» предоставленную Егором ради «дела», она может не слабо схлопотать. Ей было так хорошо и спокойно в разговорах с Костей, будто и не существовало между ними временной пропасти.

Она осторожно, крадучись, зашла в дом. Тишина, казалась, неприветливой и страшной. Антон был в лагере, но где же Егор? Может, опять дела?

Безмолвие, казалось, ей одновременно приятным и страшным. Наташа прошла в кухню, с опаской зажгла свет, сполоснула руки под краном, думая о Косте, об их непростом разговоре. Въевшиеся, ей под кожу слова бывшего друга сверлили в мозгу, будоража.

«Ты же понимаешь, что ты не только подвергаешь риску свою жизнь. Но и делаешь не выносимой жизнь сына». Наташа пыталась возразить, уверяя, что она хорошая мать, и старается защитить Антона, принимая весь удар на себя, зная как утихомирить Егора. Костя как будто пытался вызвать в ней чувство вины. Но Наташа понимала, что обстановка в их доме не здоровая, и надо брать сына в охапку и строить новую жизнь. Но как? Беспомощность и бессилие плотно сковали Наташу стальными цепями, и было страшно поверить, что выход рядом. Что в их с сыном жизнях появился человек, готовый протянуть им руку помощи.

Костя долго не мог уснуть, слушая, как дождь барабанит по стеклам. В нем проснулось, что то непонятное, как будто кто-то невидимый вел его к чему то новому и неизвестному. В эту ночь все переменилось, и косые капли дождя стали невольными свидетелями тех перемен. До встречи с Наташей его жизнь была проста и понятна как таблица умножения, сейчас же таблица превратилась в логарифмическое уравнение, где понимаешь правила, но рискуешь неправильно решить задачу. Слаженная карьера, большой круг знакомых, трех комнатная квартира в центре области, недавние отношения с его девушкой Ариной — все сейчас стало неважным и пустым. Поцеловав Наташу, он словно вернулся в начало пути, с твердыми намерениями спасти подругу из лап тирана. Он спрашивал себя, любит ли он Наташу или это его альтруизм решил поднять «голову» и бросить все силы на спасения дорогого человека из прошлого. Со всеми вопросами ему предстояло разобраться утром, а пока ночь продолжал укрывать его тенями воспоминаний.

Протяжная трель мобильного телефона показалась Косте оглушительной. Всю ночь он просыпался от кошмаров. Спина была липкой от пота. За окном все так же стояла хмурая и неприветливая погода. Мелкий дождь плотно облепил оконное стекло.

— Слушаю, — гаркнул он в трубку, поморщившись от громкого голоса знакомого. Илья Борисов — майор полиции, в красках рассказал о том что, муж Наташи оказался непростым человеком. А бандюганом, распространяющего запретные вещества по их городку. Подсаживает молодых и юных на наркоту. Кровь в жилах Кости превращалась в раскаленную лаву. Отключив телефон, он начал спешно собираться. Он сегодня должен был уехать в область, но теперь поездка откладывалась. Засадить Шмелева и спасти бывшую подругу для Кости стало делом чести. Как Наташка вообще могла так влипнуть? В голове Кости не укладывалось, что его первая любовь оказалась в такой щепетильной ситуации. Борисов хотел использовать Наташу в своих целях, чтоб та выдала все схемы мужа. Костя решил, сначала сам все аккуратно выяснить у девушки, уверенный в невиновности Наташи.

Арина волоком тащила чемодан, набитый различными дизайнерскими тряпками и разнообразной косметикой. Ей было досадно переться в такое убогое место. Провинциальные городки навевали на девушку скуку и чувство серой безнадеги. Мимо Арины заплетающейся походкой прошел неприятного вида мужчина, его засаленная рубашка и заляпанные грязью шорты вызвали в Арине брезгливость. Девушка, дочка богатого отца — бизнесмена абсолютно не приспособленная к простой жизни, была глубоко возмущена, когда плюгавый мужик непотребного вида, попросил ее прикурить. Нахмурив свой хорошенький носик, Арина махнула изящной рукой в сторону, будто избавляясь от морока нищеты, начавшего преследовать ее как только она приехала в провинциальный городок. Все что она хотела, это скорее забрать Костю из этого убого места и уговорить жениха уехать в Москву. Именно там кипела настоящая жизнь, а не ее пародия. Так считала

Ступеньки показались Арине не подъемными, чемодан, казался набитый камнями, а не красивыми предметами ее гардероба. Кремовая мини юбка плотно липла к ногам и бедрам. Арина еще раз решила набрать Костю, но слышала лишь тоскливые гудки. Смачно выругавшись, Арина с яростью толкнула ногой чемодан, взгромоздившись на него сверху, принялась покорно ждать своего суженного, проклиная захудалый городок и его недотеп обитателей.

* * *

Костя жарко целовал ее лодыжки, лаская пальцами босые ступни Наташи. Он хотел расспросить ее о Шмеле, и его махинациях. Но попал в плен колдовских зеленых глаз Наташки и снова пропал. Наташа смотрела с нежностью на Костю, положив ему руки на крепкие плечи. Она наслаждалась той лаской и негой, что одаривал ее бывший друг.

— Наташка, — он с жадностью припал к ее губам, целуя их с таким трепетом. У Наташи кружилась голова. Все казалось нереалистичным. Ее встреча с Костей для нее награда за ее мучения. Не торопясь, Костя освобождает ее грудь от сарафана, поочередно лаская соски губами. Наташа выгибается навстречу, ведомая нежностью его рук.

— Я хочу поласкать тебя, — шепчет он ей в ушко, стягивая с нее кружевные белые трусики. Щеки Наташи розовеют его голодного взгляда. От похоти, что плотно облепила щупальцами гостиничный номер «Мирной пристани».

Его губы, что прикоснулись к ее нижним губкам. Наташа ахнула, пытаясь сжать бедра. Егор говорил, что куни делают только лохи, а он уважаемый человек.

— Прошу отпусти свои чувства на волю, — прохрипел Костя, широко разводя ножки Наташи в сторону.

Проворный язычок начинает свое движение в области клитора, кружа и посасывая заветную горошину. Затем вниз к заветной расщелине. Наташа бедрами стремится навстречу, открываясь навстречу чувственным ощущениям. Костя чувствует, как член каменеет, требуя войти в заветную лощину. Глаза Наташи закатились от пронзившего оргазма. Девушка не знала, что ее тело такое отзывчивое и чувствительное.

Костя осторожно укладывает ножки девушки себе на плечи, аккуратно пристраивая крупную головку к мокрому от смазки лону. Наташа нетерпеливо двигает бедрами, пытаясь ускорить процесс. Ее тело оголодало в ожидание хорошего качественного секса. Мошонка Кости уже становится каменной по мере того как член прокладывает себе дорожку в мягкой и гладкой пещерке влагалища Наташи. Его неторопливые движения внезапно становятся быстрыми, и он таранит киску подруги резкими толчками. Наташа в экстазе кричит, но не от боли и ужаса как с мужем, а от надвигающегося и сносящего все барьеры на своем пути яркого оргазма. В ушах звенит так, что не слышно шума волн разбуянившихся вод Волги. Костя едва успевает достать член, выстреливая жемчужными каплями на внутреннюю сторону бедра Наташи.

Капли семени переливаются в лучах солнечного света, отражающегося от овального винтажного зеркала, висящего напротив. Костя любуется Наташей, ее внезапно охватившем смущением. Рядом с ним она чувствует себя неискушенной девочкой, вновь и вновь познавая и открывая для себя мир новых ощущений. Она так счастлива сейчас в новом мире, что ей не хочется возвращаться в привычный мир унижений и насилий. Если бы не боязнь за сына, Наташа поехала бы вслед за Костей. Но жизнь не знает сослагательного наклонения…

Арина спала, устало притулившись к замызганной стене. Костя в удивлении потряс Арину за плечо. Меньше всего он хотел видеть свою пассию именно сейчас, после бурного секса с Наташей. Для себя Костя твердо решил, что Арина это огромная ошибка в его жизни, удобный проходной вариант. Наташа всегда была и будет его первой и единственной любовью. Он хотел объясниться с ней по приезду в Иваново, но судьба распорядилась иначе. Арина распахнула карие глаза, глядя на своего красиво жениха.

— Костя, и как ты жил в такой дыре, — капризно заныла Арина, отряхивая свою юбку от невидимой грязи и пыли. Костя устало покачал головой, привыкшей к капризам Арины.

— Арин, ты зачем приехала? Я же вчера тебе сказал, что у меня дела, — спокойно ответил Костя, пропустив недовольную реплику Арины. Он протянул ей руку, помогая встать с чемодана. Арина бросилась к нему в объятия, обвив руками шею Кости. Но он отстранился. Шанель номер 5, любимый аромат Арины, показался Косте удушающим и старомодным.

Он открыл дверь ключом, пропуская Арину внутрь. Девушка непонимающе уставилась на Костю.

— В чем дело? — нетерпеливо спросила она, потопывая носком туфли по старому выцветшему линолеуму. В квартире было чисто и уютно, но старая мебель времен СССР, вызвали в Арине рвотный рефлекс. Костя, увидев ее брезгливую гримасу, сконфузился, подумав: «Почему меня тянет на принцесс?».

— Арин, я вызову тебе такси. Мне придется задержаться здесь. Нарисовались срочные дела.

— Родители где? Ты вроде к ним поехал, — проигнорировав слова Кости, спросила Арина, взглядом пытаясь отыскать в нафталиновом мире квартиры присутствие соперницы.

— Мама еще в больнице, видимо. Ухаживает за отцом, — пояснил Костя.

— Тогда что тебя смущает? — Арина нутром чуяла, что дело здесь не в родителях и не в том, что она приехала внезапно. Тогда в ком?

— Ничего, Арин, — Костя был выпотрошен. Связь с замужней женщиной, поимка банды Шмеля. Все перевернулось с ног на голову.

— Мне можно пройти? — поинтересовалась Арина, уставшая от каблуков и долгой дороги.

— Конечно, — пропустил ее Костя, предлагая пройти в комнату. Он не мог выгнать сейчас девушку, когда та устала с дороги. Это было б слишком жестоко. А Арина решила, что останется в захолустье рядом с Костей, но выяснит, кто та драная кошка, что темной тенью пробежала между ними с Костей.

Глава 9

Наташа лежала в объятиях Кости, вдыхая мускусный запах его тела. Костя нежно поглаживал ее по спине, и Наташа млела в его объятиях. Егор уже третий день не появлялся в их доме. И вроде надо радоваться и ликовать, но она твердо усвоила, что счастье не может длиться вечно.

— Наташ, ты собрала вещи? — внезапно спросил Костя, вставая с мятых простыней, все еще хранившей аромат их яркой близости.

— Кость, Егор пропал куда-то. Как бы он дурного не задумал, — неохотно призналась Наташа, прикрывая грудь одеялом.

— Твой муж бандит! — твердо сказал Костя, надевая брюки.

— Кость, я боюсь за Антона…

— За Антона? Ты шесть лет прожила с чудовищем, и продолжаешь покрывать его. Сдай его, расскажи все схемы. Неужели ты не понимаешь, что он подсаживает молодежь на наркоту, распространяя эту дрянь по всему городу? — гневно закричал он.

Наташа заплакала. Запрещенный прием женщин. Костя тяжело переносил женские слезы. Его мама часто любила применять истерики и слезы как мощный рычаг давления на сына, театрально хватаясь за сердце.

— Наташ, не плачь, — попросил

Его нежный шепот бьет по всем ее женским уязвимым точкам. Она находит его губы и сладко целует, расстегивая молнию на брюках. Костя вновь начинает возбуждаться, откидывая одеяло с ее прекрасного тела в сторону. С жадностью набрасываясь и оставляя влажные поцелуи на ее груди.

Все мысли о том, как разговорить Наташу и узнать больше информации о Шмеле мгновенно испаряются в его голове. Воздух становится плотным и заряженным. Дыханием частым. Наташа не медлит, рукой нежно касается его восставшей плоти, плотно захватывая пальцами основание. Вторая рука ласково поглаживает мошонку.

— Что ты делаешь со мной? — простонал Костя, плавясь от касаний рук Наташи.

— Я оживаю рядом с тобой, — шепчет ему Наташа, обхватывая увитый синими венками ствол, губами, плавно ведет снизу вверх, особое внимание, уделяя багровой головке, нежно кружа язычком по уздечке. Ярко зеленые глаза смотрели прямо на Костю, следя за его реакциями. Чтобы не произошло дальше, Наташа твердо знала, что ее встреча с Костей самая лучшая часть ее жизни.

Костя тонет в ее нежности. Сгорает в огниве страсти. Как утопающий хватается за ее огненные волосы, приближаясь к долгожданной разрядке. Мужчина не в силах отвести взгляда от прекрасного лица Наташи, от ее сочных губ, на которых искрятся капельки его бело-жемчужного семени. Рыжие волосы обрамляют ее белоснежное лицо, непокорные пряди мелкими завитками облепили розовые щеки, влажные затуманенные похотью глаза.

Он целует ее губы, разделяя с ней свои чувства, страхи, сожаления. Она подхватывает его поцелуй, делясь с ним своим счастьем и болью. Эта связь запретная, но такая сладкая. Наташа замерла в его объятиях, мечтая чтобы время остановилось, не желая возвращаться в тот ад, откуда ее забрал Костя.

* * *

Арина не сразу нашла дом разлучницы, небольшой коттедж в дачном поселке на окраине города. Арина припарковалась неподалеку, выключив зажигание, нервно поправила густые темные волосы. Закрыв машину, двинулась к коттеджу, вокруг звонко стрекотали шустрые сверчки. В воздухе стоял приятный аромат роз.

Громко постучала в калитку, которая была открыта. Не теряя не минуты, Арина двинулась к деревянной резной двери, по пути отмечая, что сад божественен.

Выращен хозяевами со вкусом и любовью. Цвета смешались между собой, создавая спокойный контраст: грациозные розы нежно перекликались с чувственными гортензиями и пламенными флоксами. Наташа открыла почти сразу. Ее зеленые глаза в немом вопросе смотрели на гостью.

— Добрый день, — вежливость Наташи тут же взбесила Арину, как и ее красота. Ее не портил даже простой льняной сарафан.

— Привет, поговорим? — фамильярно ответила Арина.

Наташа смотрела в густо подведенные черным карандашом, глаза незнакомки и не видела там ничего хорошего.

— Пройдемте в беседку, — решила Наташа, не готовая впускать неприветливую гостью вовнутрь дома.

Они прошли вдоль пышущих ярким цветом клумб и молодых яблонь, завернув в небольшую деревянную беседку из сруба. Егор обожал проводить здесь вечера, громко слушая музыку, и напиваясь до грозного состояния, которого опасались все домашние. Женщины сели друг напротив друга, где то неподалёку закукарекал соседский петух, Арина поежилась. Деревенская жизнь ей претила, вызывая стойкую неприязнь.

— Так о чем вы хотели поговорить? — нетерпеливо спросила Наташа, желая как можно скорее проводить со своей территории неприятную брюнетку.

— Меня зовут Арина, — представилась брюнетка, вновь поправляя идеально уложенные волосы. — Я невеста Кости. Вы же знакомы?

Наташино сердце подпрыгнуло и застряло где-то в области горла.

— И что вы хотите мне этим сказать? — Наташа старалась держать себя в руках, хотя захотелось заплакать.

— Не строй из себя святошу, — не выдержала Арина, уставшая от приторной вежливости любовницы Кости. — Не стыдно тебе воровать чужое?

Арина гневно уставилась на Наташу, хотелось выдрать ее огненные патлы, оставив соперницу лысой.

— Я не знала, что у Кости есть невеста, — оборонялась Наташа.

— У нас будет ребенок!

— Как ребенок? — Наташа побледнела.

Одно дело спать с несвободным мужчиной, другое отнимать у еще не родившегося малыша надежду на полноценную семью с любящим папой.

— Ты замужняя женщина с ребенком, ты должна меня понять. Не разрушай наше счастье, — решила пойти на мировую Арина, понимая насколько соблазнительна ее соперница.

Ведь помимо природных ярких внешних данных, в Наташе чувствовалась женственная сексуальная энергия, манкость.

— Я поняла тебя, — глухо ответила Наташа, съежившись.

Судьба опять подставляла ей под ножку. А мужчина вновь предавал.

Арина злорадно улыбнулась, выходя из дома соперницы, наслаждаясь ее потерянным видом и поникшими плечами. Теперь Костя точно никуда не денется, теперь они связаны ребенком.

Глава 10

Несколько дней Костя не мог дозвониться до Наташи. Он безумно скучал по ней, хотел раствориться в ее объятиях без остатка, как кусочек рафинада в стакане с чаем. Любить ее и быть любимым ею. Она стала его воздухом, его огнем, его раем, его адом.

Арина появилась на причале пристани, громко цокая каблуками босоножек. День выдался на редкость жарким и влажным. Девушка обняла своего жениха со спины, вдыхая знакомый аромат мужского тела. Костя дрогнул. Неужели она пришла? Его сердце задребезжало от радости, он плавно поворачивается к девушке, готовый заключить любимую женщину в свои крепкие объятия. И не может сдержать громкого вздоха разочарования, когда видит улыбающуюся Арину.

— Арина? Я же проводил тебя в Иваново.

— Нам надо поговорить, — твердо ответила Арина, глядя в глаза жениху.

— Арин, между нами все кончено. Я готов повторять тебе это снова и снова, если придется. Я люблю другую женщину, — выпалил Костя. — Я должен был сразу признаться, но ты так внезапно приехала, я хотел лично при встрече рассказать тебе…

— Конечно, должен был рассказать, — подтвердила Арина. — Но я тебя прощаю. У нас будет ребенок. Ему нужен отец.

— Ребенок? — недоверчиво переспросил Костя, разглядывая свою бывшую невесту. Как будто ожидая от нее подвоха.

— 6 недель.

— Ты уверена? — руки похолодели, стало трудно дышать.

— Костя, хватит. Ты оступился, так бывает, ребенок в этом не виноват. Мы поженимся и уедем в Москву, папа поможет тебе с продвижением.

— Арина перестань! — Костю всегда раздражал командный тон Арины, теперь она просто не видела его как личность, полностью решив, где и с кем ему жить, где работать. — Ты забываешься.

— Ты хочешь бросить своего малыша, — Арина театрально положила руки на плоский живот, слезы закапали из ее глаз, оставляя не красивые дорожки стертого тонального крема, плотной маской наложенной на ее лицо.

— Я не сказал, что я откажусь от ребенка! Услышь меня! Я буду содержать и любить его, но жить с тобой не

— Ты с ума сошел? — взвизгнула Арина, не ожидая отпора от Кости.

— Поехали, я отвезу тебя домой к отцу, по дороге решим, как действовать дальше. Все финансовые обязательства беру на себя, обещаю.

— Ты чудовище! — завопила девушка, так что на них стали оборачиваться проходящие мимо прохожие. — Ты лишаешь ребенка отца, откупаешься от него! Ради шлюхи, которая бесстыдно изменяет своему мужу.

Глаза Кости потемнели от злости. Он поймал себя на мысли, что хочет ударить эту женщину, что там громко горлопанит по среди улицы, вынося на всеобщее обозрение их жизни. Он крепко схватил ее за плечи, притянув к себе. Она начала вырываться как взбесившаяся дьяволица, обзываясь и размазывая тональный крем по лицу.

— Замолчи, — он резко встряхнул ее за плечи, посмотрев ей прямо в глаза. — Арина, не надо больше сцен. Сейчас же уезжаем в Иваново, идем вместе к врачу, посмотрим как там ребенок.

— Ты поедешь со мной? — всхлипывала Арина, про себя думаю, как же отстойно она, наверное, выглядит. Но на войне все средства хороши. Она не отдаст рыжей своего мужчину.

— Да, — устало соглашается Костя. Как же хочется курить, а еще увидеть Наташу, что стала его наркотиком, полностью завладев его мыслями.

* * *

Она заблокировала номер Кости, но сердце все так же болело. Она с ума сходила в этом доме, не зная как ей жить дальше. Без его любви. Наташа с остервенением полола клумбы, вытаскивая сорняки. Раньше ее успокаивала работа на земле, даря покой и умиротворение. А сейчас гнетущая пустота. Наверняка, Костя уехал со своей невестой домой в Иваново, оставив Наташу с разбитым сердцем и мечтами о совместном счастье. Слезы стекали с ее длинных ресниц, горячими дорожками орошая лицо и шею.

Она не могла даже злиться на Костю, только вспоминать запах его тела, его крепкие руки, его настойчивые губы. Он подарил ей счастье, и забрал же его с собой. Он зарядил ее уверенностью, заставил вспомнить, что она личность, что она живая женщина, а не безвольная игрушка в руках садиста.

Наташа решила, что завтра она заберет Антона из лагеря и убежит далеко-далеко. Отбросив все сомнения и беспомощность, соткет себе и сыну новую жизнь из старых лоскутов надежды и той щепотки любви, что подарил ей Костя. Слезы обжигали глаза, но сердце было спокойно. Нужно бежать, пока решимость не погасла. Она справится, как и миллионы женщин справлялись до нее, справляются и сейчас. Сейчас, пока не вернулся Егор и вновь не отнял у нее волю и светлую мечту на свободу.

Стук в железную дверь калитки, показался Наташе выстрелом. Сердце сжалось. Егор… Ноги приросли к земле, ей захотелось спрятаться, исчезнуть. Она крепко сжала рукой культиватор, пошла на громкий звук. Пот стекал градом, смешиваясь со слезами и соплями, вытекающими из носа. Страх сковал внутренности, а тошнота подступила к горлу. Ближе подходя к забору, она чувствует, как сердце оглушительно стучит, эхом отдавая в ребра.

Открывает дверь, занося культиватор перед собой.

— Туся, — его карие родные глаза. Культиватор падает на землю, ее руки повисли как плети.

— Ты безумный, — шепчет ему.

— Ты не отвечала на мои звонки, мне пришлось заявиться к тебе домой, — Костя улыбался. — Пошли со мной. Я больше ни на миг не оставлю тебя.

Глава 11

Они лежали в джакузи, резвые пузырьки мягко облепили их обнаженные тела. Костя пламенно целовал Наташу, сгорая в огне желания. Его руки исследовали ее тело, доверчиво льнущие к нему. Она села на него верхом, чувствуя, как головка пристраивается к ее лону. Двигает ее за бедра, ее грудь плавно вздымалась. А Костя продолжал терзать ее губы, припухшие от страстных поцелуев.

— Ах, — охает Наташа, когда он нежно ласкает ее соски. Нега пронзила их тела, Костя ускоряется, вода изливается на плитку с громким плеском.

— Костя! — ее оргазм яркий и пламенный.

— Я люблю тебя, — шепчет, изливаясь в ее лоно мощной струей семени.

Телефон громко вопит, будто предупреждая об опасности. Телефон Наташи, который до этого неделю молчал. Ее рука дрожит, чтобы протянуть руку к трубке. Костя увидел ее дрожь.

— Давай я возьму, — готовый принять весь удар на себя.

Имя «Егор» на дисплее как напоминание, что рай на Земле лишь иллюзия. Сейчас он вдребезги раскрошится на тысячу маленьких осколков. Костя хотел схватить трубку, но Наташа схватила ее первая. Это ее новая жизнь, ее ответственность.

— Егор, — Наташа ответила ровно, придавая своему голосу уверенности. Все еще сидя в теплых объятиях любимого, ставших для нее мощным щитом.

— Зайка, а я думал, больше не услышу твоего голоска, — мягкий голос Егор не сулил ничего хорошего.

— Егор, я развожусь с тобой, — просипела Наташа, собирая остатки воли.

— Ну, конечно птичка, хорошо тебе на чужом члене.

Костя слышит каждое слово, и в его глазах закипает гнев. Он отбирает телефон у Наташи из рук, готовясь, раз и навсегда поставить точку в их деструктивных отношениях с Наташей.

— Егор, Наташа с Антоном теперь со мной… И…

— Костик, я говорю со своей женой, но ты тоже можешь послушать. Пора просыпаться голубки. Антон у меня, и скоро от него ничего не останется. Я вам обещаю.

Наташа завопила. Ее вопль оглушил Костю. — Егор, прошу, оставь Антона в покое, — взмолилась она, выбираясь из джакузи, вода шумно следовала по пятам, громко опускаясь мокрыми лужами на плитку.

— Поторопись солнце мое, собрала руки в ноги и вернулась в наше гнездышко. Любовничка оставь, он нам будет только мешать.

— Ублюдок, — закричал Костя. — Если ты, что-то сделаешь с Антоном я тебя урою…

В ответ ему были лишь протяжные гудки. Наташа горько заплакала, хватая вещи, натягивая их на мокрое тело.

— Наташ, не ведись на это. Я не пущу тебя к этому уроду.

— Костя, он опасный человек. Если ты хочешь мне помочь, то не вмешивайся. Мой сын в опасности.

— Я подниму связи, возможно Егор блефует.

— Егор не блефует, — в глазах Наташи стоят слезы и решимость спасти сына.

— Наташ, я поеду с тобой…

Наташа выбежала из ванной, натягивая на ноги кроссовки. Нет времени ждать. Материнское сердце подсказывает, что с Антоном, что-то произошло.

— Туся, — кричит Костя, натягивая на обнаженное тело джинсы. Но Наташа уже поймала такси, с единственным желанием спасти любимого ребенка.

Она бежала к дому так быстро, будто под ее ногами пылали горящие угли. Дверь в дом была открыта, будто ожидая несчастную беглянку. Егор расслабленно сидел в кресле с бокалом виски в руке. Наташе стало тошно как никогда.

— Прилетела птичка, — он

— Егор, что с Антоном? — голос Наташи был твердым. Она так устала бояться.

— А ты будет зависеть от тебя, солнце, — Егор хищно приближался к Наташе. Наташа пятилась назад. Меньше всего она хотела его сейчас его прикосновений. Они отравляли, забирая волю.

— И что ты хочешь?

— Сначала ты разденешься и сделаешь приятное своему мужу. Я очень зол, что ты стала такой непокорной, оставила наш дом. Сбежала с любовником. Даже кольцо сняла, — он посмотрел на безымянный палец ее правой руки.

— Нет, — спокойно ответила Наташа. Для себя девушка решила, что лучше умрет, чем вновь позволит прикоснуться к своему телу ненормальному садисту.

— Нет? — Егор был крайне удивлен ее силой. Зашуганная девочка превратилась в сильную женщину. Когда?

Он расстегнул пряжку ремня на джинсах, готовый проучить беглянку. Показать кто здесь хозяин.

— Где мой сын? — Наташу интересовал только Антон, ее жизнь для нее уже ничто, если не будет ее сына.

— Очень далеко, и от твоего благоразумия зависит его жизнь. Звони Костику и умоляй, чтобы он освободил моих парней из тюрьмы. Все очень просто, малыш, — он звонко ударил Наташу по щеке, так что конго серьга вылетела из мочки уха, с тихим звоном приземлившись на глянцевую поверхность ламината.

Она смотрела на сережку невидящим взглядом. И в ее душе просыпался гнев.

Она схватила открытую бутылку виски с комода, стоящего за ее спиной. С грохотом разбив ее об угол. Спиртовые пары резко ударили в нос, коричневая жижа оросила ее ноги.

— Ты что удумала? — Егор растеряно смотрел на жену, не узнавая.

Она приставила острие к горлу, понимая, что Егор никогда не насытится своей игрушкой. Будет вновь вновь придумывать различные манипуляции, но не оставит их с сыном в покое. Он был слишком силен по сравнению с ней. Но и без боя она больше не сдастся.

Она провела осколком бутылки по венам, кровь водопадом заструилась по правой руке, падая красными густыми каплями на пол.

— Ты больше не получишь меня, — улыбаясь ответила Наташа. — Никогда...- продолжая резать себя.

Егор шокировано уставился на лужу крови, в которой он стоял босыми ногами.

— Гадина, зачем ты так? — он видел ее дикие пустые глаза. Он искренне испугался. Резким движением схватил ее за руки, и она полоснула осколком ему по щеке. Он взвыл от боли.

— Верни мне сына, ничтожество, — закричала Наташа, пытаясь еще раз полоснуть своего обидчика осколком бутылки. Она истекала кровью. Она ревела, и щеки Наташи окрашивались в бледно-траурный цвет. Она закрыла свои зеленые глаза, вспоминая черные ласковый взгляд своего сына. И глаза Кости, ставшего таким родным и любимым за эти недели. Она кричала им мысленно: Господи, прости меня, благодарю тебя за все, я так люблю…

Егор видел, как из его трофея вытекает жизнь… — Сука, ДЫШИ!

Она видела свою бабушку в саду, цветы давали щедрые плоды, и запах мимозы приятно щекотал ноздри. «Щекотно, — посмеялась маленькая Натуся.

— Ната, не спиши, вдыхай осторожно, все впереди. Бабушка скрылась в белых зарослях черемухи, Наташа рыдала, оплакивая свою пустоту и беспомощность.

— Дыши, зайка, — кричал Егор, смотря ярко-зелеными глазами на Наташу. — Спасите ее суки! — кричал он, его глаза расширились от ужаса. — Костя, гандон, расчленю тебя по кускам.

Слезы чуждые ему, текли по щекам, капая на ее грудь. Он ненавидел ее и одновременно страстно желал. Она его карма. Его миссия, его божество. Он кричал, выдыхая весь воздух.

— Наташа!!!

Она молчала.

— Закричи, — ревел он, чувствуя свою беспомощность. Ее вдох показался самым желанным.

— Где мой сын? — все, что спросила она.

— На небесах, — растерянно ответил он. Ее глаза заблестели жемчужной росой.

— Будь же ты проклят, Егор, — молвили ее губы, голова откинулась в неестественной позе. Рыжие волосы блестели в полумраке комнаты.

Егор трусливо попятился назад. Сюда могла нагрянуть полиция. Он кинул последний взгляд на лежащую Наташу в луже крови, надеясь, что она умрет, и его одержимость на ней оборвется, так же как и ее жизнь. И он снова научиться дышать… Если сможет.

Эпилог

Наташа с трудом открыла глаза. Яркий луч проникал в палату сквозь плотно закрытые жалюзи на окнах. Белые, потрескавшиеся стены, облупившаяся от времени краска. Голова болела, а горло сушило. Рядом сидел Костя, держа ее за руку. Умиротворенно спал, на его лице отражались непростые события вчерашнего вечера, тонкие лучики морщинок образовались в уголках глаз и на лбу.

Наташа улыбнулась. Такой родной и любимый.

— Костя, — прошептала она, дернув его за руку. Костя мгновенно распахнул глаза, улыбнувшись любимой.

— Как ты родная? — он нежно прикоснулся к ее щеке губами.

— Где Антон? С ним все хорошо? — Наташины глаза блестели беспокойством. Костя побледнел, долго собирая слова, рассыпавшиеся в его голове манной крупой.

— Мы ищем его… и Егора… Наташино лицо исказилось гримасой боли и отчаяния.

— Это все ты, — зашептала она, заплакав.

— Наташ, я обещаю, что мы найдем его… — Наташа резко подскочила на кровати, выдернув капельницу из вены.

— Если бы не наша связь, Антон бы был сейчас здесь! — кричала она, обвиняя Костю. Ее сердце разрывала боль такой силы, что она готова обжечь словами всех вокруг.

В палату вбежала растерянная медсестра, что услышала громкие крики из палаты.

— Наташ, я рядом, я люблю тебя, — убеждал ее Костя, пытаясь обнять несчастную женщину. Она царапалась как дикая кошка, размазывая слезы по щекам. Острая боль накрывала с головой, она тонула в ней.

— Выйдите, — твердо попросила медсестра Костю, пытаясь успокоить разбушевавшуюся пациентку.

Наташа кричала, пока ей делали успокоительный укол.

Костя вышел из здания больницы, закурив сигарету. Все в его жизни пошло наперекосяк. Ребенок от нелюбимой женщины, сломленная потерей сына Наташа, затерявшийся главарь банды Егор. Он брел по знакомым дворам, шатаясь, будто был пьян. Он подошел к песчаному пляжу реки Ветки, где началась и закончилась их юношеская история с Наташей. Он вновь достал сигарету, смотря, как пляж покидают припозднившиеся влюблённые парочки, с наслаждением затянулся. Его пальцы дрожали. Он знал одно, что безумно любит Наташу, и будет с ней, чтобы она не сказала.

Вибрация звонка отвлекла его от созерцания волн.

— Костя, напали на след Шмелева, возможно, скоро узнаем, где мальчик. На связи, — сказал майор Борисов.

Костя выдохнул колечко густого дыма, подхватываемого речным ветром с запахом тины. Он горько улыбнулся. Надежда зацветала в его сердце. Чайки громко плакали, кружа в потемневшем небе, грустили, когда же воскреснет солнце?