Эффект Евы

Глава 1

Джулия Хэнли

Эффект Евы

Дисклеймер

Уважаемые читатели! Действия книги разворачиваются в городе Чикаго, расположенном на берегу озера Мичиган в штате Иллинойс (США).

Все события и персонажи вымышлены. Любые совпадения случайны.

В книге намеренно использована привычная для России временная и метрическая система (метры, километры), чтобы облегчить понимание сюжета.

Дилан

США, штат Иллино́йс, г. Чика́го, ул. Уэ́кер Дра́йв, зд. 333.

17 июня 2025 г. 6:30.

В просторном вестибюле элитного бизнес-центра было, как всегда, шумно. Трейдеры утренней сменыSparks Investment Companyуже поднялись в главный офис, чтобы принять участие в торгах наNASDAQ 1, а менеджеры других компаний синхронно прибывали на работу, создавая толчею у лифтов и стойки ресепшена.

Одним из тех, кто приехал раньше обычного, был Ди́лан Хе́йз — высокий кареглазый брюнет и директор по инвестициям Sparks IC. Но, в отличие от подчиненных, он не спешил, потому что был уверен в своей стратегии. Его считали лучшим инвестиционным аналитиком Чикаго из-за способности молниеносно принимать решения и предугадывать поведение рынка. Поэтому мужчина спокойно продолжал свой путь, смакуя прозвище, которым сотрудники компании наградили его.

Они говорили:“Мистер Абсолют не может проиграть”, и, полностью согласный с ними, Хейз подошел к лифту.

Несмотря на то что Дилан знал каждый закуток этого тридцатишестиэтажного исполина, он продолжал разглядывать его светлый холл как хозяин, а не винтик отлаженного механизма. Когда же двери лифта, наконец, открылись, Хейз вошел внутрь и окончательно погрузился в предвкушение главной победы в своей жизни — новой должности, которой он добивался последние пять лет.

После закрытия утренней сессии торгов в зале заседаний должен был собраться совет директоров, одним из членов которого являлся его отец —Ри́чард Хе́йз. Дилан уже видел, как он с гордостью пожимает его руку, поздравляя с местом исполнительного директора.

Чтобы занять эту должность, младшему Хейзу пришлось поставить “на стоп” собственную жизнь, ограничив ее рамками четкого плана. Он предполагал контроль над каждой мелочью и стремление подчинить себе инстинкты и желания в угоду карьерным достижениям. Только эта стратегия очень быстро превратила Дилана в “молодого старика”, а успехи привели к зацикленности на себе и полной неспособности жить, как раньше.

В конце концов все зашло настолько далеко, что Ричарду приходилось записываться на прием к собственному сыну, чтобы поговорить. А любовнице — довольствоваться парой часов дважды в неделю, ведь именно столько Дилан отвел ей, согласно расписанию, которого он придерживался даже в личной жизни. При этом Хейз недолюбливал тех, кто старался удерживать баланс между карьерой, отдыхом и семьей, что нередко приводило к конфликтам и недопониманию. По этой причине из его команды часто уходили высококлассные специалисты, в то время как начальник не видел в этом проблемы, превращая аналитический отдел в место поклонения самому себе.

Исполнительный директор Дилан Хейз… Как же давно я ждал этой должности. Бе́нджин Фо́лк слишком долго грел это кресло и мешал мне занять его. Но сегодня… Сегодня все изменится, и я войду в его кабинет, как победитель, а не подчиненный,— так Дилан тихо говорил себе, поднимаясь на двадцатый этаж, словно Бог на Олимп, а когда оказался на пороге офиса, остановился и прислушался к атмосфере, царящей вокруг.

Она была довольно напряженной для обычного утра. Тихий гул кондиционеров постоянно нарушал стук ботинок и шуршание бумаг. Аналитики то и дело сновали по офису, находясь в состоянии перманентной паники, а миловидная ресепционистка без привычной приторности заявила, что у компании серьезные проблемы.

— Что могло случиться? — удивленно произнес Дилан, наблюдая за хаосом, происходящим вокруг.

— Я не знаю, но мистер Хейз уже в вашем кабинете.

— Отец уже здесь? — серьезно переспросил начальник, перебирая в голове все возможные варианты развития событий. — Интересно…

Обычно Ричард не приезжал в офис, предпочитая решать рабочие вопросы дистанционно. И это заставило Дилана сильно напрячься и преодолеть десяток метров с полным ощущением конца света. Однако оно оказалось каплей в сравнении с чувством, которое накрыло младшего Хейза, когда он вошел в кабинет.

Внутри за его брифинг-столом сидели все шестеро членов Совета и, казалось, что каждый хотел вцепиться в горло нерадивому начальнику.

— Хейз! — громко вскрикнул раскрасневшийся от гнева председательБре́ндон Уо́лш. Будучи самым опытным членом Совета, он не любил молодых выскочек, поэтому сходу налетел на Дилана, предвкушая его поражение. — Понимаешь, в какую задницу ты загнал нас за одно утро?

— Брендон, не горячись, — спокойно попросил Ричард, указывая сыну на свободное место. — Уверен, Дилан все объяснит.

— Что объяснит? — не понимая причины ярости председателя, переспросил младший Хейз.

— Азиатский сектор рухнул! И именно тогда, когда мы вложили столько денег в акции их IT-гиганта! По твоей инициативе! Ты убедил нас, что это надежно! — взревел Брендон. — Как ты мог не увидеть долговой пузырь? Ты вообще смотришь новости, черт бы тебя побрал?

— Этого не может быть, — судорожно произнес Дилан, смотря на планшет с графиком падения цен, который отец положил перед ним. — Накануне торгов не было никаких причин для обрушения. Политическая обстановка также была стабильна.

— Была… А за ночь все изменилось! И именно ты должен был предвидеть это дерьмо! Ты получаешь за это деньги! За это, Хейз! А не просиживание в офисе с девяти до шести, чтобы занять место Фолка!

— Я вынужден согласиться, Дилан, — внезапно произнес Ричард.

Он вошел в Совет три года назад, и, хотя и обзавелся крепкими связями и поддержкой остальных, все же не мог перечить председателю. Однако он не хотел, чтобы сына вышвырнули из компании, так что придерживался тактики выжидания.

— На этот раз ты серьезно ошибся. И эта ошибка будет стоить нашим клиентам очень дорого.

— Дорого? — вмешался седовласый мужчина по имениГо́рдон Сто́ун.

Старик ненавидел амбициозных директоров направлений ничуть не меньше Брендона, и все из-за того, что все отчетливее ощущал их давление и желание занять его место.

— Инвесторы разорвут нас на части! Я даже не знаю, как мы сможем выпутаться из этого!

— Никак, — протянул Брендон. — Нас ждут хреновые времена. И все из-за твоего самодовольного щенка, Хейз! Он вообще в курсе, что такое диверсифика́ция активов или в его университете учат только считать до десяти?

Все так и было. Дилан уверил всех, что концентрация бо́льшей части активов компании в технологических отраслях не только безопасна, но и принесет огромную прибыль. При этом

Он до сих пор не мог поверить в произошедшее и раз за разом пересматривал данные с премаркет-сессии, стараясь осознать, что отныне для него все кончено.

“Мистер Абсолют” проиграл и потянул на дно всю компанию.

Главный аналитик Том предупреждал начальника об опасности, а сотрудники отдела старательно маскировали ту же мысль за более деликатными замечаниями, чтобы не потерять работу. Теперь Хейз должен был принять одно из самых сложных решений — признать ошибку и уйти или найти выход, похоронив мечты о дальнейшем продвижении.

Поразмыслив, Дилан понял, что должен идти до конца, поэтому отмел оба варианта и уверенно заявил:

— Кто-то подставил меня. Не знаю как, но выясню и уже тогда приму решение. Не сейчас, как вы того хотите!

— Вы слышали это? — шокированно произнес Брендон. — Мы настолько всесильные, что поимели всю биржу, чтобы что? Слить кучу денег, лишь бы не пустить тебя на место исполнительного директора? Ты в своем уме, Хейз?

— Вполне. А что касается тебя, Уолш… — с презрением сказал Дилан, — ты давно хочешь пристроить сюда своего пасынка. А ты, Стоун, — дочь. Наверное, обоим не хватает строчки в резюме, что они год вставали рано утром, а не очухивались к вечеру после вечеринок, чтобы доехать до офиса и попить здесь кофе под покровительством своих папаш. А затем потратить капитал семьи на дорогие шмотки и дома в Швейцарии!

— Да, как ты смеешь, мозгляк? — снова взревел Брендон.

— Я все сказал. Никто не знает рынок инвестиций лучше меня! И не тратит на зарабатывание бабок для других всю жизнь! Вы знаете, что я прав. И пока я не выясню все сам, вы не добьетесь ничего, кроме этого.

Показав членам совета средний палец, Хейз с силой ударил по двери ногой и вышел, но внутри себя чувствовал абсолютную беспомощность.

Глава 2

Дилан

Что могло пойти не так? Я же все проверял! Работал как проклятый, пока они…— подумал Дилан, проходя по второму уровню офиса с высокими стеклянными ограждениями вместо перил.

Большинство сотрудников уже прибыли в офис, так что панику аналитиков быстро заглушил привычный рабочий гул.

Надо же,Сэ́м Во́йсприехал вовремя, — продолжил Хейз, рассматривая довольное лицо смазливого загорелого мужчины в белой сорочке и серых брюках, который занимал должностьдиректора по маркетингу.

Они были приятелями, но Дилан всегда относился к Сэму свысока, а тот предпочитал сводить все к шутке, считая конфликт с другим начальником плохой затеей. Правда, время от времени Войс не мог удержаться от соблазна распространить по офису очередной грязный слух о жизни Хейза, поэтому считал себя и друга квитыми.

Присмотревшись к приятелю, который уже приметил очередную симпатичную сотрудницу из отдела продаж, Дилан поморщился и в сотый раз обвинил его в отсутствии вкуса, а затем вздрогнул, услышав женский голос рядом со своим ухом.

— Я слышала, у тебя было трудное утро, — прошептал кто-то, и дорогой пудрово-цветочный парфюм быстро заполнил легкие.

Это былаРебе́кка Ро́зман— любовница Хейза ифинансовый директорSparks IC. Роскошная хищница в черном платье-пиджаке с бессовестно глубоким вырезом поверх нижнего белья привлекала внимание всех мужчин в радиусе ста метров. Однако ее не интересовали сомнительные связи, которые могли предложить многочисленные поклонники, потому что ее голову и сердце занимала только карьера.

В этом они с Диланом были очень похожи и получали друг от друга именно то, чего хотели. Ребекка — внимание и надежную опору на пути к успеху в компании, а Хейз — доступ к идеальному женскому телу без опасности, что любовница подставит его или решит обманом женить на себе.

Каждый вторник и пятницу ровно в восемь вечера Дилан приезжал в ее люксовые апартаменты в центре Чикаго, где проводил несколько часов, а после возвращался в свою квартиру на Сте́йт-стрит и до глубокой ночи занимался тем, что умел лучше всего — аналитикой. Такое положение вещей устраивало обоих, поэтому любовница спокойно переносила отсутствие привязанности и нежных чувств к себе. При этом она опасалась заводить других мужчин, ведь Хейз наверняка оборвал бы все контакты с изменщицей.

Этого Ребекка не могла допустить.

— Ты уже знаешь? — напряженно спросил Дилан, смотря вперед, чтобы скрыть растерянность.

— Еще бы. Мы потеряли много денег, и теперь мне тоже придется разбираться с этим, — спокойно произнесла хищница, сжав плечо любовника. — Но я не могу понять, как ты допустил все это?

— Ты веришь, что я мог ошибиться? — обернувшись, спросил Дилан, и в янтарных глазах напротив увидел ответ. — Все ясно. Значит, все мои заслуги перед компанией так просто смешали с дерьмом. И даже ты…

— Дилан, мы все выясним, — желая оправдаться, сказала Ребекка, а по правде, просто не хотела разрушать связь с тем, кто обладал широкими связями и мог повлиять на ее будущее. — Но маловероятно, что кто-то подсидел тебя. Это слишком рискованно.

— В этом замешан Фолк или кто-то из Совета, и ты поможешь мне найти всех, кто решил выкопать мне могилу.

Black Lab — Weightless

Хейз отошел от перил и попятился, как вдруг среди массы безликих сотрудников увидел по-настоящему живое лицо блондинки в красном брючном костюме.

Внешне в ней не было ничего, чем не обладала Ребекка, но ее искрящийся взгляд приковывал к себе, а вызывающе яркий образ каждой мелочью впечатывался в мозг, не оставляя Хейзу шансов быстро забыть его и заняться работой. Казалось, незнакомка всем видом стремилась бросить вызов серому миру цифр и расчетов. Но при этом она искренне улыбалась, как не смогла бы ни одна восковая кукла в окружении Дилана.

Необъяснимое очарование, а не холодный шарм — вот что окутывало каждого, кто смотрел на гостью, и Хейз не стал исключением. Но он продолжал идти против чувств, пытаясь спастись за язвительным комментарием: “Еще одна богатая наследница, думающая, что деньги могут купить все”.

Ребекка заметила в его словах нотки фальши и быстро перевела внимание на себя.

— Сегодня вторник, — напомнила она, повернув лицо Дилана в свою сторону. — Я буду ждать тебя, как обычно.

— Да, — уверенно произнес Хейз, бросив взгляд на Сэма, который уже мило беседовал с блондинкой, явно предвкушая томный вечер в ее компании.

Только

— Дилан, идем со мной… — шептал он. Недолго. Пару секунд, а затем превратился в низкий бас Ричарда, который уже стоял за спиной и пытался дозваться сына.

Он также заметил взгляд Дилана, исподволь наблюдающий за “видением в красном”, и впервые улыбнулся, будто этот момент был для него важнее, чем то, что произошло утром.

Заметив Ричарда, младший Хейз молниеносно переключился с наблюдения на разговор с отцом, приняв прежний невозмутимый вид.

— Что-то еще? — строго спросил он.

— Нам нужно поговорить с глаза на глаз, — в деловитой манере произнес отец и повел Дилана в кабинет.

Внутри никого не было. Члены Совета, сделав внушение младшему Хейзу, разъехались по особнякам, а в его расписании, как назло, оставалось окно в двадцать минут. Только это, и ничто другое, заставило Дилана сесть и с недовольным видом прислушаться к словам отца.

— Место исполнительного директора было твоим по праву, — начал Ричард. — Но ты упустил его из-за…

— Ошибки, — прервал его сын. — Я уже слышал и все вам сказал.

— Да, я не о том! Ты забыл о главном — об отношениях с командой. Твои расчеты безупречны, но люди не любят тех, кто не умеет строить мосты, понимаешь? И конечно, эти воротилы схватились за первую же ошибку. Их не избежать, каким бы гением ты ни был! Но… если бы ты хоть иногда слушал меня, то обернул бы эту катастрофу себе на пользу.

— Значит, я должен уволиться, потому что не треплюсь с каждым менеджером и не провожу вечера в компании стариканов вроде Фолка? — скрестив руки на груди, спросил Дилан. — Это бизнес, отец! Деньги и ничего больше! А то, что произошло…

— Забудь об этом! У нас полно денег! Совет не признается, но мы давно откладывали часть прибыли в резервный фонд. Его хватит, чтобы компенсировать убытки. Не сразу… — Ричард расслабил галстук, — но это серьезный звонок, Дилан. Фолк сидит на своем месте не потому, что идеально выполняет работу. А потому что слышит людей, вращается в нужных кругах и делегирует задачи. Развивается сам и помогает другим. Ты же взвалил все на себя и считаешь, что это хорошо для компании, но стоит тебе ошибиться, все построенное за долгие годы рушится, и никто из престарелых засранцев наверху не поможет тебе!

— И что же мне делать? Скажи.

— Ты должен начать все сначала. Наладить отношения с коллегами, заняться личной жизнью. Только не с Ребеккой. Она бездушная акула и вытрясет из тебя все до последнего цента, если ты женишься на ней!

— Я и не собирался. Мы просто спим.

— А нужно жить, Дилан! По-настоящему! — с надеждой продолжил отец, стараясь добраться до каменного сердца Дилана.

— Ты спятил или издеваешься? С чего вдруг я стану что-то менять? — прорычал он в ответ.

— Тебе придется или я соглашусь с твоим увольнением, — громко сказал Ричард, делая паузу после каждого слова.

— Значит, это шантаж? — с недоумением спросил младший Хейз. — Ты серьезно? После стольких лет…

— Вот именно. Я устал смотреть, как ты гробишь себя за бабки, которые получают другие. Так поступил бы любой отец, который хочет добра своим детям.

— Это смешно! — отвернувшись, прокричал Дилан.

— Тогда посмейся. А заодно запомни: у тебя неделя до совещания Совета. Если ты не сделаешь выводы, все будет кончено. Это последнее предупреждение, — заключил Ричард и вышел, хлопнув дверью.

Глава 3

Дилан

Первый час после разговора с отцом дался Хейзу сложнее всего.

От ярости на себя, судьбу и ту самую блондинку, которая врывалась в его мысли даже тогда, когда он пытался сосредоточиться на поиске выхода, Дилан буквально сходил с ума. Метался по кабинету, швыряя все, что попадалось под руку. Расталкивал стулья, затем останавливался у окна и долго смотрел вдаль, чтобы через несколько минут продолжить этот адский круговорот.

Ему казалось, что все, к чему он стремился, разрушилось в один миг. Жертвы были напрасными, а ориентиры стерлись. И все из-за того, что Дилан не смог предусмотреть главного — поведение людей, а не рынка. Даже отец не поддержал его, и, более того, навязал свою игру. Поэтому именно он стал главной мишенью для всех самых гнусных оскорблений, которые Хейз был способен придумать.

“Наладить отношения с коллегами и заняться личной жизнью”,— рычал он, бросив в стену органайзер из красного дерева. —Да, пошел ты! Я не собираюсь перестраивать свою жизнь, потому что тебе так хочется! Я всегда поступал правильно! Анализировал, просчитывал риски, принимал решения, а ты сидел в Совете и напивался на приемах с этим Уолшем! А теперь говоришь, что я должен стать таким же, как ты и как эта...

Вдруг Хейз остановился, потому что понял: очередная цепочка мыслей снова привела к ней, блондинке в красном. Она будто уже жила в его голове и только дергала за ниточки, когда Дилан отходил слишком далеко в своих размышлениях. Но почему и как так вышло, он не мог понять. Вся эта мимолетная меланхолия была свойственна скорее Сэму, но не ему. И, стараясь выяснить причины, которые и тянули его прямиком в сети незнакомки, он сел в кресло перед рабочим столом и решил честно поговорить с самим собой.

Что меня так зацепило в ней? Красота? Ребекка выглядит не хуже. Тело? Ответ тот же. Взгляд? Возможно. А может, я просто устал видеть кислые физиономии в серой униформе, а она, как назло, вырядилась, будто на парад, и так мило улыбалась всем… Черт, почему меня волнует это? Я могу поехать в любой клуб и подцепить такую. Вот так, по щелчку, — сопроводив слова быстрым движением пальцев, он снова задумался. —Кто она такая и откуда взялась? Если разобраться, она вообще не должна была попасть внутрь офиса.

Внезапно его взгляд упал на монитор. Дилан мог подключиться к системе видеонаблюдения напрямую, но минуту сомневался, не станет ли хуже от того, что он снова увидитее.И все же любопытство и желание распутать клубок раздражения и влечения к незнакомой женщине, подтолкнули его руку к мышке.

Спустя пару кликов на экране появилось окно с видеотрансляцией всего, что происходило в отделе маркетинга. Только вид загруженных работой сотрудников не принес Хейзу облегчения, ведь он упорно продолжал искать возмутительницу спокойствия, пока судьба не улыбнулась ему.

В отделе работы с клиентами Хейз заметил блондинку, сидящую напротив менеджера по вкладам. Камера захватила лишь край ее костюма,

Нет, это не была влюбленность или нечто похожее на нее. Однако Дилан начал замечать, что все это время борется с другим, более опасным ощущением — внезапной зацикленностью, которая прежде была связана только с работой. И ее причиной стал азарт.

Потерпев поражение в одном, он тут же нашел сферу, где мог бы преуспеть, и блондинка, которая так дерзко ворвалась в офис, просто стала триггером жажды нового успеха.

Вот оно, — выдохнул Дилан. —Я должен решить свои проблемы, и тогда это пройдет…Мне только нужно понять, кто подставил меня, а не пялиться на какую-то девчонку! Но что мне делать с шантажом отца? Он же не слезет с меня.

Смешавшись с досадой из-за утреннего провала, его мысли снова сделали петлю и вернулись к незнакомке. Что бы он ни делал, она начинала новый цикл и сама же ставила точку, поэтому Хейз, как и положено стратегу, начал искать решение сразу всех проблем.

Отец хочет для меня новой жизни, а я должен сохранить старую и добиться повышения. Так? Значит, единственный вариант — получить больше времени. Гораздо больше, чем какая-то неделя. При этом я не могу встречаться с Ребеккой…— Дилан откинулся на спинку кресла, и вдруг в его голове пронеслась подходящая идея, как он смог бы выпутаться сразу из всех сетей. —Отец будет следить за мной. Ну, так пусть получит то, чего хочет — красивую картинку и нового сына. Осталось найти подходящую неболтливую спутницу, которая могла бы помочь мне в этом спектакле.

Вслед за планом, к Хейзу вернулась и ясность ума. Пульс пришел в норму, а прежние опасения исчезли, сменившись новой амбициозной целью — поиском подходящей женщины.

Для любого другого мужчины подобное не стало бы проблемой, но для Дилана, который давно отключил себя от реальной жизни, это решение стало настоящим вызовом. Новым уровнем цинизма и сосредоточенности на себе. Возможностью стать хитрее и пресечь все попытки тайных врагов лишить его будущего, о котором он так грезил.

Хейз не мог рассчитывать на случайное знакомство и услуги эскорт-агентств. В среде богатых людей все знали, кто и с кем проводит время.

Кто же подойдет на эту роль? Карьеристка? Нет. Она не должна работать со мной, иначе отец расколет ее быстрее, чем я начну действовать. Знакомая, которой я мог бы довериться? В моем окружении нет таких. А может, наивная дурочка типа тех, что таскаются за Сэмом? Точно! Мне нужно поговорить с ним. Он знает все лучшие места в городе, ведь каждую неделю возвращается домой с новой девчонкой. Осталось только как-то объяснить это Ребекке.

Хейз поднялся и, поправив пиджак, уверенно направился в отдел маркетинга, дав себе слово покончить со всем этим.

К тому моменту, как Дилан спустился на первый уровень, Сэм уже любезничал с секретаршей, которая явно была не против очередного романа. Однако, когда девушка увидела большого начальника, то изменилась в лице и сделала вид, что занята работой.

— Сэм, на пару слов, — напряженно сказал Дилан и жестом предложил отойти в зону релакса, ведь не мог находиться и пяти минут в окружении офисного планктона.

Этот укромный уголок на отшибе офиса чаще всего пустовал, так как корпоративная этика не давала сотрудникам возможности воспользоваться им, не собрав сотню косых взглядов. По той же причине менеджеры Sparks IC не пользовались баром с кислородными коктейлями, массажными креслами и библиотекой. Единственным местом, которое пользовалось спросом, была стойка с кофемашиной, работающая весь день без остановки.

— Ты привел меня сюда, а не в свой красивый кабинет? — удивился Сэм, прыгнув на мягкий диван.

— Твой не хуже, но здесь будет удобнее, — отрезал Хейз, не веря в то, о чем собирается попросить приятеля. — Мне хватило говорильни этим утром.

Сэм точно знал, что Дилану сильно досталось. Впрочем, как и весь офис. Но он не хотел стать мишенью для его гнева и решил пойти издалека.

— Слышал, что старик Фолк скоро покинет нас…

— Возможно, — Хейз сделал глубокий вдох и протараторил: — В общем, мне нужна подружка на пару недель.

— Чего? — шокированно переспросил Сэм.

— Издеваешься? Ты хочешь, чтобы я повторил?

— Ладно, прости, — подняв руки, сказал приятель. — Но зачем? Ребекка заела?

Признание в безумной авантюре стало бы для Хейза не меньшим унижением, чем утренний провал. Он и так ходил на грани между отчаянием и стремлением доказать свою правоту, не думая о последствиях, поэтому решил не рассказывать о своем плане, а просто сыграть усталость от прежней жизни.

Жизни, которую так хотел вернуть.

— Хочется разнообразия.

— Тогда у меня есть кандидатура на эту высокую должность, — иронично произнес Сэм. — Ты же для этого ищешь девчонку?

— Мне не нужна новая секретарша, если ты об этом.

— Надо же. Я думал, ты со всеми проводишь собеседование, — в очередной раз посмеялся приятель, но при виде хмурого лица Дилана, перешел к делу: — Начни с блондиночки в красном. Она как раз сейчас сидит в клиентском отделе.

— С чего ты взял, что она мне интересна?

Хейз раздраженно стянул галстук, опустил голову, и только после этого понял, что изобличил себя.

— Значит, ты тоже пялился на нее, — хлопнув в ладоши, посмеялся Сэм. — Если бы я мог, то отнес бы ее к Уо́лбергу на руках.

— И что же не отнес? Силенок не хватило? — съязвил Хейз.

— Она отшила меня, но, может, тебе повезет больше.

Услышав, что незнакомка оказалась более разборчивой, чем приятель, Дилан мысленно поехидничал и даже проникся к ней долей уважения. Именно это и подтолкнуло его к вопросу, который он никогда не задал бы, не разгорись в нем новая волна азарта.

— Почему? Она что-то сказала? — осторожно переспросил Хейз, смотря в одну точку.

— Ну, она сразу дала понять, что пришла по делу, а не для флирта. Мне даже показалось… — друг нарочно выдержал паузу, чтобы поиздеваться над Диланом, а заодно узнать, почему он вдруг заинтересовался незнакомой женщиной.

— Что?

— У вас много общего.

— Заткнись, — попросил Дилан, хотя ему было приятно такое сравнение.

— Серьезно. Она выглядит ангелочком, но внутри стерва со стержнем, не хуже Бэк. Я предпочитаю держаться от таких подальше. Хотя нет. Ставлю сотку, что она отошьет и тебя.

— С чего вдруг?

— Ты у нас укротитель финансов и хищных кошечек, но именно эта тебе будет не по зубам. Я уверен, — довольно произнес тот.

— Не по зубам, говоришь? — встав с дивана, спросил Дилан. — А вот и увидим.

Хейз ругал себя за то, что

Не понимая, что сделал первый шаг в сети опасной и хитроумной манипуляции.

Глава 4

Дилан

Неожиданная встреча с начальником высшего звена произвела на клерков эффект разорвавшейся бомбы. Едва он появился на пороге, как все молниеносно занялись работой, бросив скроллинг ленты новостей и отложив личные разговоры по корпоративному телефону.

С этой секунды каждый стремился показать, насколько занят решением важных задач, хотя на самом деле просто перебирал бумажки или делал вид, что просматривает отчеты. Дилан, конечно же, знал об этом, поэтому смотрел на сотрудников с нескрываемым пренебрежением.

Одно лицо, два, три, десять — все они казались Хейзу настолько одинаковыми, уставшими и безынициативными, что вскоре он перестал рассматривать их и переключился наСти́ва Уо́лберга — главного менеджера клиентского отдела.

Он сидел напротив блондинки и даже при виде Дилана за ее спиной продолжил воодушевленно рассказывать о вариантах инвестирования. Даже тогда, когда Хейз нарочно встал очень близко к его рабочему месту и выжидательно сложил руки на груди, менеджер проигнорировал его недвусмысленный сигнал, а затем предложил симпатичной клиентке пройти в лаунж-зону для дальнейшего общения.

Она же, будто подыгрывая Стиву, также не обратила внимания на Дилана и, мило улыбаясь, согласилась с предложением клерка.

Это был первый раз, когда бывший лидер почувствовал себя настолько униженным. Он не мог допустить, что какой-то невзрачный сотрудник низшего звена заставит высокого начальника кипеть от раздражения, и решил вымазать соперника в грязи лишь за то, что гостья смотрела на него с нескрываемым интересом.

Почувствовав сильнейшее напряжение между мужчинами, которые сейчас вели себя не как члены одной команды, а как враги, блондинка, наконец, подняла взгляд на Хейза. И тот окончательно понял, что готов пойти на все, лишь бы задержать его на себе как можно дольше.

В ее серых глазах было что-то мистическое. Они проникали вглубь, переворачивая душу и обещая такое блаженство, какого Дилан никогда не испытывал. Его дыхание сбилось, кровь прилила к паху, отчего член уперся в ткань брюк. Хейз незаметно поправил пиджак, пытаясь скрыть предательскую реакцию тела, но от этого она стала лишь острее.

Длинные ноги блондинки, сложенные одна на другую, разжигали жажду прикоснуться к ним, провести ладонью вверх по внутренней стороне бедра, чувствуя тепло ее кожи. А очертания округлой груди, приподнимающейся при каждом вздохе, придавали этому чувству оттенок острой пульсирующей боли.

Дилан уже видел, как стягивает с клиентки пиджак, и его губы находят твердые соски сквозь тонкую ткань блузки и лифчика. Как она выгибается навстречу, запрокидывая голову и выкрикивая его имя. Прямо здесь, в этом зале.

Я должен заполучить ее, просто чтобы она не досталась этому неудачнику Стиву или кому-то еще. Я здесь единственный победитель и докажу им всем, что так было, есть и будет всегда, — эгоистично думал Дилан, сглотнув от вида пухлых губ клиентки, которые она кокетливо прикусила, отправляя в ответ сотни огненных стрел.

Может, это самая большая глупость, но я хочу, чтобы она была моей. Хотя бы сейчас… хотя бы на день…

— Вы что-то хотели? — вдруг спросила гостья.

— Я директор по инвестициям этой компании, Дилан Хейз, — очнувшись, произнес начальник.

— Что-то случилось? — напряженно буркнул Стив. — Если это может подождать, я закончу разговор с мисс Брукс и обязательно зайду к вам.

— Дело срочное, — надменно ответил Дилан. Он подошел ближе и склонился над Стивом, опершись бедром о стол. — Я давно наблюдаю за твоей работой. Ты предлагаешь клиентам не самые выгодные условия, в то время как девиз нашей компании: “Точность и внимание к деталям”. Поэтому я хочу проверить, соответствуют ли наши предложения… — Хейз перевел взгляд на блондинку, — желаниям и потребностям… мисс Брукс.

— Вполне соответствуют, — отвернувшись, ответила она. — Продолжайте, мистер Уолберг. Мы остановились на… консервативном инвестиционном портфеле, кажется.

— Консервативном, значит? — переспросил Дилан, жестом сместив Стива с его кресла. — Вложение в “голубые фишки” допустимы для очень жадных немолодых клиентов, неспособных на риск. Как я вижу, ни первое, ни второе, ни третье не имеет ничего общего с вами, мисс Брукс.

Оказавшись за одним столом с клиенткой, Хейз расставил ноги и едва заметно вздохнул. Теперь их разделяли лишь воздух, наэлектризованный до предела, и деревянная доска.

— Вы уверены? — задев коленом ногу Дилана, блондинка расслабленно откинулась на спинку стула. — Мне не хотелось бы потерять деньги, вложившись в прибыльные, но опасные активы.

— Этого не будет, — пафосно заявил тот и, отправив строгий взгляд в сторону уходящего Стива, спросил: — Сколько вы планируете доверить нам?

— Три миллиона. Для начала… — Брукс подтолкнула листок с анкетой к ладони Хейза. Ее пальцы на мгновение задержались на его руке, отчего по телу Дилана пробежал разряд тока. — Я уже ответила на все вопросы.

— Верно, — уязвлено сказал он, сокрушаясь от того, что эта женщина заставляет его терять контроль.

Бросив быстрый взгляд на анкету, заполненную Уолбергом, Дилан узнал, что клиентку зовут Ева Брукс, ей двадцать восемь лет и она получила деньги от покойного отца. Сейчас же Ева занимается бизнесом и имеет несколько небольших ресторанов на севере Чикаго.

— Отчего же вы не купили виллу в Майами и не воспользовались депозитом? — вновь спросил Хейз, точно зная ответ. — Этот способ сохранения денег равносилен вложению в акции стабильных крупных компаний, но вы решили иначе.

— Я хочу расширить бизнес.

Не отрывая глаз от лица топ-менеджера, Ева распахнула пиджак и едва заметно улыбнулась.

— Кхм… — после паузы протянул он. — Три миллиона не настолько большая сумма, чтобы получить с нее быстрый и хороший доход с помощью консервативного портфеля.

— Я знаю, — ответила Брукс, дав понять, что она сейчас находится “сверху” и устанавливает правила.

Блондинка на сто процентов владела ситуацией и вниманием Хейза. Он смотрел на нее, но продолжал тонуть в фантазиях, где уже скидывал бумаги со стола и клал на него Еву.

— Мне говорили, что в вашей компании очень внимательны к новым клиентам, особенно если они имеют семейные активы и готовы на умеренный риск.

— Я готов предложить вам не просто хорошую доходность, а нечто особенное. Эксклюзивный инвестиционный портфель с минимальными рисками.

Конечно же, Дилан врал, когда говорил об этом, потому что даже самые надежные активы в любой момент могли превратиться в

— С минимальными рисками? — с сомнением переспросила Брукс.

— Да, и я лично займусь вашим «портфелем», если вы не против.

В голосе Дилана было столько неприкрытого желания, что Ева не могла не заметить этого. На мгновение ему даже показалось, что блондинка испытывает то же. Однако это были лишь мысли, так как в реальности Брукс не собиралась попадать в сети циничного красавца.

— Что ж, мистер Хейз, думаю, пришло время для признаний, — взяв сумочку со столика, произнесла она. — Стив — мой двоюродный брат. И пусть он не лучший аналитик в городе, но он не вкладывал деньги в пузыри и не давал мне ложных обещаний ради компенсации потерь компании. Вы же готовы пойти на все, только бы выманить деньги клиентов.

Усмехнувшись, Брукс поднялась и направилась к выходу, оставив Дилана в состоянии оцепенения.

Следующие полчаса он смотрел в одну точку, пытаясь понять, как из хладнокровного дельца превратился в похотливого подростка. Затем пошел в свой кабинет под крики уничтоженного эго, требовавшего холодной и безжалостной мести.

Этого не может быть. Пока я пялился на нее, а по-другому это не назвать, она поимела меня, как последнего идиота! Я же знал, чувствовал, что она не глупая девчонка и не хищница, которая пошла бы на все ради прибыли. Может, эта Брукс вообще не собиралась вкладывать деньги, а пришла сюда к чертовому брату… А он подбил ее на этот разговор, чтобы поиздеваться!— Хейз остановился на пороге и тихо прорычал: —Что ж, Уолберг, пакуй вещи. Завтра ты будешь искать вакансию стажера в забегаловке сестры!

Глава 5

Дилан

Затаив смертельную обиду, переходящую в настоящую манию, Хейз резко развернулся и направился кдиректору клиентского отдела Дже́ймсу Хо́лланду. Его лицо искажала ярость, а кулаки, сжатые до побелевших костяшек, казалось, готовились к драке, если он не получит то, зачем пришел.

В груди все еще пылал пожар, разожженный Евой, однако фраза, которую хозяин кабинета бросил Дилану, едва тот вошел, быстро остудила его пыл.

— Поздравляю с очередной победой, — не поднимая головы, сказал гладковыбритый светловолосый мужчина в черном костюме.

— Какой нахрен победы? — взревел Хейз, оттолкнув кресло, стоящее рядом со столом.

— Не скромничай. Только глухой не слышал, что утренние торги сделали нас богаче на сотни миллионов и обеспечили престарелых толстосумов из Совета и инвесторов до конца их жизни, — в той же манере ответил Джеймс.

Услышав рассказ Холланда о том, чего не было, Дилан прищурился, потому что не поверил ни единому слову. Однако возвращение на вершину финансовой пирамиды сделало свое дело.

Хейз развалился в кресле и осторожно спросил:

— Кто тебе рассказал эту… новость?

— А что, это не так? — с иронией переспросил Джеймс.

— Нет, все так, — соврал Дилан, желая продлить минуты славы, внезапно свалившейся на него. Он знал, что даже мнимый успех может сыграть ему на руку. — Я хочу, чтобы ты немедленно уволил Уолберга.

— И за что?

— Сегодня утром к нему пришла клиентка. И он, не разобравшись в ситуации, предложил ей вложиться в “голубые фишки”, хотя мог вытащить из нее все до последнего цента. С такой паршивой тактикой не заработать много денег.

— Послушай, — вкрадчиво произнес Холланд, наконец, сосредоточившись на разговоре. — Все знают, что ты трудоголик, но увольнять моих менеджеров, потому что они проявляют осторожность… неправильно.

А мне плевать, что правильно, что нет! Ведь это говорю я — самый ценный сотрудник Sparks IC, а ты всего лишь прихвостень Уолша!

— Это не… как ты сказал? Не неосторожность, а халатность! И я требую…

— Скажи честно, — перебил Джеймс. — Ты хочешь крови Стива, потому что он и правда хреновый работник или из-за его сестры?

Какого черта он лезет в мою голову? Совсем ополоумел?— мысленно буркнул Дилан, сверля взглядом Холланда, будто тот совершил преступление. —Мы что с ним друзья? Нихрена подобного! Так, чего он добивается? Хочет вылететь вслед за Уолбергом?

— При чем здесь это?

— Просто ты никогда лично не замещал моих работников, — усмехнулся Джеймс. — Но спасибо за сигнал, я подумаю. Кстати, может, тебе передохнуть? Выглядишь неважно.

— Люди устают от того, что ненавидят, — поднявшись, ответил Дилан. — А я люблю свою работу, в отличие от всех вас. Мне не нужен никакой отдых, так, что оставь свои советы при себе. И кстати, наш разговор не окончен. Если ты не сделаешь это сегодня, то завтра встанет вопрос и о твоей пригодности.

— Остановись, — протянул Джеймс.

— Ты услышал меня, Холланд, — металлическим голосом предупредил Хейз и вышел, нарочно хлопнув дверью.

Оказавшись в пустом коридоре, он задумался.

Почему Джеймс не знает про мой провал? Может, опоздал или… Черт, если это так, то… А как же условие отца и встреча с Советом? Сэм тоже в курсе и Ребекка… Нет, тут что-то не так. Нужно все проверить— Дилан оглянулся на стойку ресепшена. —Проклятье, я бы все отдал, чтобы это оказалось правдой.

К досаде Хейза, ресепционистки, которая утром вместо дежурной улыбки встретила его с непроницаемым лицом и предупреждением о проблемах в компании, не оказалось на месте. Именно тогда, когда она впервые была так нужна, женщина решила отойти, чем спровоцировала настоящее цунами из оскорблений и обвинений в некомпетентности.

Lifehouse — Storm

Еще раз окинув взглядом первый уровень, Хейз быстро вернулся на рабочее место. В тот самый разгромленный кабинет, где из целого остался только стол, кресла и компьютер. В его голове все еще крутились обрывки фраз, лица членов Совета и условие, поставленное отцом. Но каждая секунда воспоминаний о произошедшем быстро превращалась в серое пятно, на фоне которого яркий образ блондинки в красном выглядел единственно важным событием в его унылой жизни.

Она то приближалась, маня лукавой улыбкой, то останавливалась и смотрела в сторону, вызывая в Дилане жажду вновь завладеть тем самым взглядом, что разрывал его привычную размеренность в клочья.

Убирайся из моей головы!— рыкнул он, потирая лоб. —Мне сейчас не до романов. Я должен сосредоточиться, взять себя в руки! От этого зависит мое будущее! Будущее, мать его!

Только все было напрасно. Даже грандиозный вид на город, излучающий бешеный ритм, и калейдоскоп из прохожих, снующих вокруг бизнес-центра, не смогли прервать его мыслей. А когда там, внизу, Хейз начал видеть Еву в каждой женщине в красном, то окончательно понял, что попался.

Мечась из угла в угол, он чувствовал себя загнанным зверем. Мания преследования, которой он никогда не ощущал, сдавливала горло и толкала размышления к очередной

А что, если это все чертов розыгрыш?— вопрошал Дилан, остановившись у компьютера. —И Джеймса просто забыли предупредить? Звучит безумно, но… Начнем с биржи.

Дилан зашел на сайт NASDAQ и, открыв вкладку “рыночная активность”, замер. Данные за утро говорили, что его провели, как ребенка, заставив поверить в несуществующую ошибку. В то время как акции азиатского сектора и того самого IT-гиганта находились в зеленой зоне и росли в цене, как бешеные.

Какого хрена они задумали?— удивился Дилан, смотря на котировки, которые, казалось, передавали кульбиты его пульса в реальном времени. —Может, отец так решил проучить меня? Ему никогда не нравились мои принципы… Но как этот подонок Уолш пошел на это?

— Хейз, ты жив? — голос Сэма, вошедшего в кабинет без стука, прервал мысль Дилана. — Готов к вечеринке или тебе нужно спросить разрешения у Бэк?

— Вечеринке? — вскрикнул тот, потому что не любил, когда приятель, забыв о рабочей субординации, переходил черту дозволенного. — А, точно…

— Да, ты просил найти девчонку, — Сэм, осмотрел разгромленный кабинет. — Решил сделать перестановку?

— Нет, слушай. Утром я сказал, что…

— Хочешь оттянуться, потому что имеешь право? — хитро переспросил приятель. — Если бы я получил столько же бабок, то укатил бы не в какой-то клуб, а на другой конец света. Но ты молодец, еще держишься…

Теперь он говорит совсем другое. Уверен, что Ребекка сделает то же самое. Вот значит как. Им заплатили, чтобы выставить меня идиотом?

— В общем, я передумал. Забудь о нашем разговоре, — твердо ответил Дилан, уткнувшись в монитор. — Это была мимолетная слабость.

— Да брось, будет весело.

— Я сказал — нет. Мне нужно работать.

— Зануда. Сегодня в клубе “Tao Chicago” будет жара, если надумаешь, маякни.

— Обязательно, — протянул Хейз, зная, что не собирается менять привычные планы на вечер.

А когда приятель скрылся в коридоре, начал гнать от себя шальную мысль, промелькнувшую на миг.

Если бы меня попросил не ты, аона… может, я и согласился бы.

Оставшись в одиночестве, которое он так любил, Дилан погрузился в аналитику рынка. Только вместо планов, графиков и цифр перед глазами продолжали мелькать лица членов Совета, а к горлу подступать обида и гнев за утренний спектакль.

Я не смогу простить им этого и на очередном собрании делать вид, что мне все равно! Бэк… как она могла продаться? Я думал, что она всегда на моей стороне, а выходит, бабки для нее важнее наших отно…

Хейз сбился, ведь в сущности между ними не было ничего, кроме взаимовыгодного партнерства, но только сейчас он действительно понял, насколько призрачным оно оказалось.

Тем не менее он не был готов признать поражение хоть в чем-то, и решил выяснить у Ребекки детали заговора отца, надеясь переиграть его.

В отличие от меня, она слишком полагается на своих сотрудников, значит, не будет против, если я предложу ей встретиться раньше. У меня нет сил больше крутить эти мысли и сочинять теории заговора. Я должен узнать все наверняка. И если Бэк так любит деньги, я найду сумму, которая бы устроила ее, а после… между нами все будет кончено,— крутя телефон в руке, подумал Хейз.

[15:34] Сегодня встретимся раньше. Нужно поговорить.

[15:36] Ребекка: Хорошо. Я закончу дела и буду ждать тебя дома.

[15:38] Я зайду за тобой прямо сейчас, и мы уедем.

[15:41] Ребекка: Все настолько срочно или я могу сделать еще пару важных звонков?

[15: 42]Сделаешь их из машины.

[15:43] Ребекка: Надеюсь, ты объяснишь, в чем причина такой спешки. Целую.

Нет, детка,— рыкнул Дилан, бросив телефон на стол. —Это ты объяснишь, почему ты предала меня.

Он подошел к зеркалу, висящему на стене, и посмотрел на свое отражение. Глаза горели лихорадочным блеском, губы были плотно сжаты, а на скулах ходили желваки. Дилан поправил галстук, одернул пиджак и провел рукой по волосам, стараясь вернуть себе непроницаемый вид. Но в глубине души знал: что-то сломалось. Тот выверенный, просчитанный мир, который он строил годами, дал трещину.

И виновата в этом Ева.

Глава 6

Дилан

Кабинет Ребекки находился в другой части офиса, и чтобы дойти до него, Дилану пришлось переступить через свои привычки. До того дня он ни разу не был в ее отделе, оправдывая потребительское отношение к любовнице нежеланием смешивать работу и личную жизнь. Однако благодаря Сэму, весь офис давно знал об их “тайных” отношениях, и Хейз понял это, когда импульсивное решение забрать Ребекку начало принимать форму квеста.

Сперва в коридор вышло несколько клерков, а за ними еще с десяток, и все внимательно смотрели на Дилана. Другой не придал бы значения подобным взглядам, но не Хейз. С самого утра он находился в раздрае и раз за разом совершал необдуманные поступки, которые лишь умножали внутреннее напряжение. Только он не мог “дать заднюю” и вернуться к себе при всех, поэтому продолжал идти, спрятав сомнения за каменным лицом.

— Здравствуйте, мистер Хейз, — пронеслось вслед надменному начальнику, который лишь ускорил шаг вместо ответного приветствия.

Конечно, он не боялся подчиненных, а скорее в этот миг пытался собрать осколки всего, что казалось привычным. Распорядок дня, субординация, рабочие процессы, доведенные до автоматизма, и безопасный роман с Бэк на глазах превращались в отголоски прошлой жизни. Дилан чувствовал, что теряет ее, как бы ни хотел убедить себя в обратном и винил в этом каждого, кто проходил мимо.

Так, лавируя между рядовыми сотрудниками и желанием вернуться в комфортный и понятный мир, Хейз преодолел еще десяток метров и, недовольно посмотрев на часы, остановился у двери в кабинет любовницы.

Ты хочешь, чтобы я зашел туда сам… Считаешь, я идиот? Сначала разболтала о нас, потом предала. Что же ты сделаешь дальше, Бэк?— процедил он, подойдя к поручню второго уровня. —Нет, я не сделаю и шага за эту чертову дверь. Ты выйдешь сама, как всегда. И точка!

Только время шло, телефон молчал, а любовница не спешила на встречу, чем, спустя десять минут, окончательно вывела Дилана из себя. Он и сам не понимал, отчего так быстро потерял терпение, и вскоре, позабыв о принципах, яростно ворвался внутрь.

Никого. Прекрасно. Я думал, что штурмую горы, а оказался на самом дне. Черт! — яростно прорычал он. —Соберись уже! Что ты творишь? Почему не попросил встретиться на парковке? Какой смысл был в

— Простите, вы Дилан Хейз? — вдруг спросил курьер изFedEX, заглянув в кабинет.

— Да, это я, — настороженно ответил Дилан, сканируя стол Ребекки в надежде понять, как давно она ушла. — Что у вас?

— Внизу никого не было, и мне сказали, что я могу…

— Что. У. Вас? — повторил Дилан.

— Простите. Конечно, вы заняты. Распишитесь вот здесь, — подав планшет с уведомлением о вручении, растерянно произнес курьер.

— Давайте…

Конверт оказался довольно большим, несмотря на легкий вес. Взяв его, Хейз потянулся к уведомлению, чтобы расписаться, как вдруг обратил внимание на строку “адресант”.

В нарушение всех правил это поле осталось пустым, как и строка в документе. Но, едва курьер заметил, что получатель оказался слишком бдительным, сразу же занервничал, закинул сумку за плечо и скрылся в коридоре, не дождавшись подписи.

— Эй! От кого конверт? — вскрикнул Дилан и попытался догнать почтового работника, но тот исчез за поворотом, будто его и не существовало.

Очередная загадка застала Хейза врасплох. Не желая мириться с постоянными тайнами, на какой-то момент он снова потерял контроль и начал хаотично открывать все двери вокруг себя.

Инвентарная, уборная, отдел пиара и связей с общественностью, лифт…

Он проверил все: каждый уголок и закуток в лаунж-зоне, лестницу, кафетерий и даже пробежался вокруг бизнес-центра, но так и не смог обнаружить курьера.

Спустя пятнадцать минут бессмысленной погони Дилан вернулся к себе и раскрыл конверт.

Ладно, посмотрим, что мне прислали: пистолет, чтобы застрелиться, бумаги об увольнении или… ключ? —удивился Хейз, крутя маленькую пластиковую карту.— Отель “Trump International Hotel & Tower Chicago”. И нахрена он мне нужен? Может, это развлекается Бэк?

Дилан почти поверил в это: любовница решила загладить вину, устроив маленькое приключение, а пока заскочила в бутик за новым бельем.

Конечно, он понимал, что такого никогда не случалось, но ничего другого Хейз и представить не мог. Пока сигнал о поступившем сообщении от любовницы не растерзал его уверенность.

[16:43] Ребекка:Прости. Срочная встреча. Давай увидимся, как обычно. Сегодня в 8. Заодно поговорим.

— Это не Бэк… Тогда кто? — вновь осмотрев ключ, произнес Дилан и решил, что не станет отвечать.

Перебрав все варианты за следующий час, он почувствовал, что некто водит его за нос, издевается и стремится разрушить все опоры под ногами. Но вместе с тем помогает ощутить нечто неизведанное и волнительное.

Дилан слишком долго избавлялся от всякой неопределенности, и теперь она, как морская волна в жаркий день, накрыла его с головой. Он и подумать не мог, что простая пластиковая карта способна поглотить все мысли, а желание получить ответы способно вытеснить одержимость карьерой хотя бы на пару минут.

И вот это случилось, когда он и не думал менять жизнь, не собирался влезать в авантюры и тем более засматриваться на миловидных блондинок. Его планы были слишком продуманы, чтобы разбиться о чью-то манипуляцию. Они буквально срослись с ним, и теперь через боль, страх и сомнения медленно покидали его.

Хейз не мог ждать ни минуты и, набрав номер отеля, с нетерпением барабанил пальцами по столу.

— Отель “Trump International Hotel & Tower Chicago”. Меня зовут Хелен. Чем я могу помочь? — наконец, донеслось в трубке.

— Я Дилан Хейз. Сегодня мне прислали ключ от номера в вашем отеле, но я не…

— Это не настоящий ключ, а его имитация. С некоторых пор мы отсылаем гостям такие карточки в знак внимания. А настоящий ключ вы получите в день прибытия, — дружелюбно объяснила Хелен.

— Я бы хотел знать, существует ли такой номер. На нем написано…5311. Может, это ошибка?

— Минуту, — сказала Хелен, и в трубке раздался быстрый стук по клавиатуре. — Этот номер соответствует люксу с видом на реку. Только есть проблема: номер снят не на ваше имя, а на гостью — Еву Брукс. Должно быть, она захотела пригласить вас. Вы знакомы?

Еву?

Услышав заветное имя, Дилан покрылся мурашками. Как туман, эти восемь букв снова окутали его голову, током пронзили сердце и вынудили пальцы сжать телефон, в надежде услышать, что все это не шутка.

Буркнув что-то нечленораздельное, он продолжил пытать Хелен вопросами и, только после подтверждения догадок о причастности Евы, попрощался, а затем начал шлепать себя по щекам, чтобы прийти в чувства.

Неожиданная посылка отключила способность рационально мыслить. Теперь некогда собранный и циничный мужчина стоял перед выбором между отрицанием правды и диким желанием отправиться в отель.

С одной стороны ему ничего не стоило забыть обо всем и поддаться страсти. Тем более поступок Ребекки вполне мог оправдать его интрижку, если не перед ней, так перед самим собой. Но в то же время Хейзу мешала инерция, которой он подчинил всю жизнь, и она требовала его остановиться. Поехать домой и загрузить мозг настолько, чтобы ни одна мысль о возможной ночи с Евой не поместилась бы в нем.

Он не знал, для чего блондинка пригласила его. Хотела поговорить об инвестициях или извиниться за поведение брата? А может, уговорить не увольнять его?

Только фантазия Дилана отказывалась подчиняться и все время рисовала влажные смятые простыни, изгибы обнаженного тела Брукс и ее пухлые губы, покрытые ярко-красной помадой.

Вскоре Хейз настолько погрузился в мечты, что перестал ощущать течение времени. Он чувствовал только дикий прилив крови к щекам, нехватку воздуха и пульсацию в области бедер, которая блуждала по нему, давила и требовала расслабления.

Дилан не мог позволить себе сдаться. Схватившись за папку с отчетом, лежавшую поверх стопки бумаг, он стал быстро перелистывать его, не в силах разобрать и пары слов.

Ева будет ждать меня в отеле, — постоянно гудело в голове. —И я могу поехать туда прямо сейчас, не придумывая повода, потому что она позвала меня. Так что меня сдерживает? Что? Неужели секс без обязательств — такая уж плохая идея?

Новый вопрос заставил Хейза очнуться. Посмотрев на часы, он понял, что наступил вечер. За окном все укрыла темнота. Огни фонарей на набережной вместе с россыпью ярко-желтых окон бизнес-центров и жилых домов, превратили Чикаго в город грез и искушений. Но никогда прежде Дилан не видел эту сторону мегаполиса. Вчера и многими днями ранее он был не более, чем пристанищем богатых инвесторов, многочисленных клерков и карьеристов. А теперь манил своей темной стороной, обещая показать все, что было скрыто за завесой тайны.

Подойдя вплотную к панорамному окну, Хейз продолжал рассматривать его, будто в первый раз и в отражении заметил, что в порыве вожделения

Черт, пора кончать с этим, — подумал он, наглухо застегнув сорочку до самого горла. —Если она хочет встречи, значит, так тому и быть.

Наконец, все встало на свои места. Принятое решение больше не тревожило Дилана, как и возможные проблемы, сомнения и неприятный разговор с Бэк за сорванный вечер. В ней осталось место только для Евы Брукс.

Проверив бумажник и взяв ключи от машины со стола, он быстро направился вниз и через пять минут уже мчался на встречу неизвестности.

Глава 7

Дилан

Oasis — Stop crying your heart out

Обычно «Trump Tower» — величественный небоскреб из стекла и бетона не производил на Дилана никакого впечатления, кроме усталости от бесконечных деловых встреч. Но сейчас на волне удушающего воодушевления он казался громадным маяком, который указывал ему путь к новой грани свободы.

Хейз не подозревал, каково это — испытывать такую страсть и лететь навстречу ей. Отдать все мысли незнакомой женщине и хотеть лишь одного — быть ближе. Еще ближе к ней. Чувствовать, желать и сходить с ума. Он летел, не обращая внимания на светофоры и мощный поток машин, будто боялся не успеть. А когда, наконец, достиг дверей с надписью “TRUMP” над ними, не задумываясь, бросил ключи парковщику и почти ворвался внутрь.

При виде удивленных лиц постояльцев и неодобряющего взгляда администратора, мужчина осекся, поправил пиджак и спокойно подошел к стойке ресепшена.

— Добрый вечер, мистер Хейз, — произнесла женщина лет тридцати пяти, на бейдже которой он прочел имя: “Хелен” и сразу подумал, что представлял ее совсем другой.

— Как вы узнали меня? — сказал Дилан, постукивая пальцами по стойке из-за сильного напряжения.

— Sparks IC — один из главных партнеров нашего отеля, и мы очень ценим сотрудничество с вами, — объяснила Хелен.

Понятно. Их заставляют запоминать наши физиономии… Это же очевидно! Как же глупо я сейчас выгляжу!

— Я звонил вам… сегодня, — тихо продолжил Дилан, встав спиной к группе туристов, которая вошла в отель и с восхищенными возгласами осматривала его.

— Да, мистер Хейз, — громко произнесла женщина, вызвав в госте волну дрожи и ощущение, близкое к смущению. — Номер 5311. Вас уже ждут. Возьмите ключ.

Хелен протянула карточку от люкса и быстро переключилась на прибывших гостей, а Дилан, удивленно осмотрев ее, спросил:

— И что? Вы не возьмете мои документы и не проверите, тот ли я человек, за которого себя выдаю?

— Нет, мистер Хейз. Все, что было необходимо, предоставила мисс Брукс.

— Ладно, — протянул он и, услышав дежурное пожелание “приятного отдыха”, направился к лифту.

Отдых… Я точно приехал за ним или просто хотел узнать правду?— засомневался он, несмело войдя в кабину. —Может, стоит еще раз обдумать все или… Нет. Уже поздно. Она в любом случае узнает, что я был здесь, но не поднялся, а струсил! И это я! Лидер компании, где риск — главное условие успеха! Даже думать об этом противно!

На миг Хейзу показалось, что он избавился от мыслей, мешающих ему идти вперед. Однако когда двери лифта распахнулись, и золотистая надпись “5311” буквально загорелась в его глазах, мужчина понял, что опять ошибся. И это касалось не только работы или доверия к тем, кого он считал близкими, но и себя самого.

С каждый шагом, приближающим его к безрассудной мечте, он все больше осознавал, насколько стал далек от своих принципов за какие-то сутки. Что сейчас он не знаком сам себе и не мог сказать, как поступит в следующую минуту.

Сбежит или останется? Хватит ли у него выдержки на то, чтобы не поддаться манипуляциям блондинки, войдя в эту дверь? И что будет дальше?

Дилан не знал ответа ни на один вопрос, и это тревожило его сильнее возможной опасности.

Помявшись посреди коридора, мужчина все же нашел в себе силы сделать такие важные шаги, отделяющие его от смутного будущего. Занес руку над считывателем и медленно вставил карту. Следом в двери щелкнул замок, и она приоткрылась, а изнутри начал литься мягкий свет лампы, стоящей на столике в гостиной.

Легким касанием Хейз подтолкнул дверь и заглянул внутрь, ожидая увидеть соблазнительный силуэт хозяйки в прозрачном пеньюаре или без него. Он уже чувствовал вкус ее губ, представлял, как бросит ее на кровать и войдет в нее глубоко и резко, но к досаде, внутри нашел лишь Ребекку в черном шелковом пеньюаре, которая сразу же рванула к нему.

— Это ты? — прорычал Дилан, нехотя приобняв любовницу за плечи, когда та повисла на нем, словно извиняющийся ребенок.

— Я рада, что ты приехал, — уткнувшись кончиком носа в его грудь, произнесла Бэк. — Хотя и знаю, что не ко мне…

Вот именно! Не к тебе! Что, черт побери, это значит?

— Ты сказала, что будешь на встрече…

Хейз, высвободился и пошел к бару, чтобы попытаться заглушить невероятную злость на любовницу за этот обман.

— Я и была на встрече… с твоим отцом.

Услышав оправдание Бэк, Дилан резко обернулся.

— И что хотела эта престарелая тварь? Узнать, все ли идет по плану? — вскрикнул он. — Да, Бэк, я не идиот! Уже понял, что ты, Сэм и, похоже, вся фирма участвует в этой постановке! Решили поиздеваться? Проверить меня?

— Нет, я… — испуганно сказала Ребекка, сев в кресло. — Я хотела рассказать тебе обо всем раньше, но Ричард угрожал мне…

— Угрожал? — протянул Хейз. — Говори, Бэк, что он задумал?

— Пару недель назад твой отец позвал меня на ланч и предложил деньги и должность в другом городе за то, чтобы я отказалась от тебя и поучаствовала в его плане.

— И ты согласилась?

— Мне пришлось. Иначе меня вынудили бы уйти с позором, долгами и разрушенной репутацией! То есть ни с чем! — задыхаясь, говорила Ребекка, и сейчас была похожа не на акулу бизнеса, а на загнанную в угол девочку, не способную решить свои проблемы в одиночку.

Сделав глоток виски, Дилан присел рядом с ней.

Значит, я приехал сюда за правдой. Что ж, вот она — правда! Какой бы болезненной ни была… Ты заслужил ее, придурок!

Мужчина попытался выдавить из себя хотя бы каплю сочувствия, но не смог. Как и прикоснуться к той, чье тело днем раньше приводило его в трепет, а ледяная красота ограждала от попыток найти увлечение на стороне.

На самом деле он хорошо понимал Бэк, которая не могла отказать его отцу, иначе лишилась бы будущего. Только после ее поступка внутри Хейза что-то

— В чем состоял план? Я должен был поверить в ошибку и пойти на поводу желания отца?

— Да, — продолжила любовница. — Он всегда хотел видеть тебя другим. Даже сумел подговорить Уолша. Я единственная мешала ему, потому что поддерживала тебя и если бы уехала, то он подсунул бы кого-то еще. Женщину, которую смог бы контролировать и…

— Еву? — резко оборвал Дилан. — Ты о ней говоришь?

— Возможно.

— Что значит возможно? Как ты сумела снять номер на ее имя? Почему на нее? Отвечай!

— Хелен — моя близкая подруга. К тому же мой телефон прослушивают. Я не могла просто сказать тебе об этом или ответить по смс, вот и решила притвориться этой Брукс.

— Понятно.

— Прости, но ты ведешь себя, как маленький мальчик, потому что не видишь очевидного!

— Да ну! И чего же?

— Манипуляции! Утром я заметила, как ты смотришь на эту… блондинку! — громко сказала Ребекка, вскочив с кресла. — Она пришла в отдел маркетинга, хотя охрана не должна была пропустить ее! Надела красный костюм, чтобы привлечь внимание! А здесь ты, потерпевший первую неудачу! Боже, Ричард сделал все, чтобы вывести тебя из равновесия! И судя по тому, что ты здесь, у него получилось! Он выиграл, Дилан!

— Нет, — расстегнув верхнюю пуговицу рубашки, ответил любовник и уставился в окно, чтобы успокоиться. — Так зачем ты встречалась с отцом?

— Я вернула деньги и сказала, что уеду, но не буду участвовать в этом. Теперь я не могу жить в своей квартире, — жалобно произнесла Бэк.

— Значит, переедешь ко мне, — вдруг твердо сказал Дилан.

— Что?

— Ты же хочешь отомстить ему, так? — обернувшись, спросил Хейз и, получив неуверенный кивок в ответ, продолжил: — Мы не пешки в его игре.

— Но, что ты будешь делать?

— Мы объявим о помолвке, а потом посмотрим, как скривится физиономия этого подонка, когда он услышит об этом.

— Помолвке? — прошептала Бэк, не веря в то, что слышит. — Ты спятил? Я не собираюсь…

— Не волнуйся, она будет фиктивной. Нам нужно только взбесить отца и заставить его отступиться. Взамен он вернет тебе работу, а мне — свободу. И все будет, как раньше.

— Обещаешь, что нам не придется этого делать по-настоящему?

— Обещаю, — заключил Хейз.

— Хорошо. Я заказала ужин.

— Отлично. Обсудим все и поедем ко мне, — буркнул Дилан, скинув пиджак. — На сегодня с меня достаточно.

Глава 8

Дилан

Ужин с Ребеккой не принес Хейзу ничего, кроме глубокого разочарования. Досада, рвущая его самолюбие на части, не давала произнести ни слова, в то время как любовница отчаянно пыталась найти хотя бы одну точку соприкосновения.

Она никак не могла понять, что заставило мужчину, которого Бэк знала лучше, чем кто-либо, так измениться. Выстроить незримую стену и упорно скрываться за ней. Ведь накануне все было иначе, и он был другим: уверенным и твердым, как скала. А теперь же сканировал тарелку и вместо привычных длинных рассуждений выдавал лишь пространные слова.

— Твой отец сейчас в Швейцарии. Я застала его в аэропорту перед вылетом, — сказала Бэк, выждав еще десять минут. — Он будет там пару дней. Мы дождемся его, чтобы сообщить… новость?

— Я послал ему смс, — буркнул Дилан, не поднимая взгляд. — Уверен, что он сразу же вернется.

— Нам придется устроить торжественный обед. Для убедительности, — осторожно добавила Ребекка.

— Не придется, — поднявшись, отрезал Хейз. — Как только отец прилетит, я поставлю свои условия, и он сразу же согласится вернуть все как было. Так, что можешь не напрягаться.

— Ладно.

— Ты готова ехать?

— Да, сейчас. Только переоденусь, — суетливо ответила Бэк и рванула к шкафу, где утром аккуратно развесила чехлы с костюмами и повседневной одеждой.

— Прекрасно. Поторопись. Мне еще нужно поработать. Я потратил слишком много времени на глупости.

И на мечты о Еве.

Пока Бэк приводила себя в порядок, Дилан стоял у окна и ловил дуновение ветра, исходящее из кондиционера. Он до сих пор не мог поверить, что повел себя, как юнец, не способный сдержать сексуальное влечение к едва знакомой женщине. Но больше, чем это, Хейза задел обман Ребекки, которая с легкостью уличила его в неверности.

Ну что, ты доволен, идиот?— сокрушался он, вновь рассматривая свое отражение в окне. Только в этот раз на его лице не было ни волнения, ни жажды новых ощущений, а только злость. На себя, отца и Ребекку. —Тебя развели, как простака. Как ты мог допустить такое? Конечно, эта… блондинка не позвала бы тебя в отель! С чего бы? Она еще днем показала, насколько ты ей противен… И тут вдруг решила пуститься в интрижку? Чтобы — что? Понравиться тебе? Какой же бред.

— Я готова, — прозвучал голос Бэк и затих вместе с ощущением горячего дыхания у уха. — Точно все хорошо? Может, останемся здесь на ночь?

— Нет, — коротко ответил он, продолжая рассматривать себя.

— Раз так, я хочу задать тебе вопрос и услышать честный ответ. Как раньше.

— Говори.

— Ты приехал сюда узнать, что происходит, или переспать с Брукс?

Ребекка знала правду, но все же хотела расставить все точки над “и” и узнать свое истинное место в жизни Дилана. А тот, как назло, не спешил с ответом. Пару секунд он неподвижно стоял, не отводя глаз от отражения, затем вскользь пробежался по силуэту Бэк.

— Я ехал сюда из-за Брукс. Надеюсь, тебе стало легче.

— Нисколько, но теперь я убедилась, что Ричард знает тебя лучше, чем я или ты сам, — со скорбью произнесла Бэк, взяла сумочку и чехлы с вещами, а затем направилась к двери.

Да, похоже, ты права. И я намерен это исправить. Завтра же.

Осмотрев гостиную, в которой его могла ждать нежная и улыбчивая блондинка с бокалом вина, а не надоевшая карьеристка с идеальным ледяным лицом, Дилан вышел из номера, с силой захлопнув дверь.

Путь до Северной Стэйт, где находилась квартира Хейза, прошел в атмосфере нарастающего напряжения. Дилан молчал, сосредоточенно вглядываясь в виды ночного города, силуэты домов, улиц и редких прохожих, а Бэк не спускала с него глаз и гадала, что ему могло понравиться в сопернице. С этого момента она считала Еву не просто девчонкой, которую подослал Ричард, а занозой. Опасной болезнью, отнявшей у нее внимание успешного мужчины.

Манера блондинки улыбаться всем подряд, яркая облегающая одежда, что в кругах клерков считалась признаком дурного вкуса и дешевой сексуальности, вызывали в Бэк вспышки гнева,

Они выжигали в нем дыру, как только на горизонте появлялись незнакомки в красном. Их размытые силуэты, теряясь среди ночных огней, возвращали его в моменты разговора с Брукс, когда она раскрепощенно сидела напротив и подвергала сомнению каждое его слово. А после безжалостно подкидывали осколки фантазий о том, что еще ничего не кончено, и он может заполучить предмет своей страсти, приложив усилие.

Дилан не зря считался лучшим стратегом, способным перевернуть доску тогда, когда ситуация вынуждала пасовать. Только во всем этом плане оставалось огромное “но” — та самая инерция, по которой он жил все это время. И она, подобно Ребекке, не собиралась так просто расставаться со своим влиянием.

Наконец, впереди показалось высокое здание в стиле “старого Нью-Йорка”. Лепнина, резные вставки на фасаде, широкие открытые балконы и окна, обрамленные каменной кладкой, создавали атмосферу совсем другого Чикаго. В нем еще оставалось место репутации и авторитету, а не только власти денег, полученных любым, даже самым грязным путем.

И вот, остановившись рядом, Хейз впервые не ощутил прежней связи с этим клочком прошлого. Теперь он чувствовал себя предателем, поддавшимся чужой игре, но в этой слабости по-прежнему винил не себя, а отца, который отнял его размеренную жизнь.

Вдохнув прохладный ночной воздух, Дилан вышел из машины и на мгновение застыл в поиске окон своей квартиры. Он никогда не приводил туда друзей, партнеров, подружек и даже Бэк, потому что считал это место своим личным тайным уголком. Даже отец от силы пару раз бывал там, хотя и стремился общаться с сыном чаще, чем Хейзу того хотелось бы. И теперь, стоя перед новым выбором, Дилан вновь вернулся к мысли, что роковая встреча с Евой до сих пор заставляет его совершать поступки, вопреки себе и здравому смыслу.

Устав ждать, пока спутник проявит галантность и откроет дверь авто, Ребекка вышла и молча направилась к крыльцу дома. Однако она не успела пройти и нескольких метров, как почувствовала руку любовника, схватившую ее за предплечье.

В надежде увидеть виноватые глаза Дилана, она обернулась, но снова столкнулась с горьким разочарованием, потому что вместо слов раскаяния услышала: “Ты забыла сумочку в машине”.

Только Хейз и в этот раз не спешил помочь ей. Вместо этого он продолжил стоять на краю дороги, не решаясь подняться в квартиру и впустить в нее ту, что больше не представляла интереса. А на деле — никогда не была так желанна, как Брукс.

— Спасибо, что напомнил, — монотонно произнесла Бэк, открыв дверь машины. — Я могу оставить здесь свои вещи? Утром я спущусь и заберу их.

— Зачем? — не понимая ее реакции, спросил Дилан. — Мы можем взять их сейчас.

— Не стоит. Ты привык жить один, как и я, — едва скрывая обиду, сказала Бэк. — Завтра я сниму номер в отеле неподалеку, чтобы мы могли быстро встретиться…

— Послушай, — попросил Дилан. — Я тоже не в восторге от того, что произошло. Но, может, если я смогу убедить отца не вмешиваться в мою жизнь, то все вернется. Как только я стану исполнительным директором, никто больше не сможет указывать мне, что делать. А значит, твоя карьера будет вне опасности.

— Дело не только в карьере, Дилан! — вдруг вскрикнула Бэк и оттолкнула Хейза, не в силах скрывать нахлынувшие чувства. — Я думала, что значу для тебя больше, чем какая-то пришлая девка! Мы через столько прошли, стольким пожертвовали и что же? Ты срываешься к Брукс и подыгрываешь отцу! Мне казалось, что мы одного поля ягоды… Но теперь я сомневаюсь в этом. Дилан, которого я знала, никогда не поступил бы так глупо!

— Только не говори, что ты ждала от меня клятвы в вечной верности у алтаря! — бросил Хейз в ответ.

— Не ждала, но эта ситуация показала нам обоим, насколько зыбки любые мечты и принципы, если их может разрушить какая-то смазливая мордашка!

— Успокойся! — громко крикнул Дилан. — Я попытаюсь все вернуть. И этого больше не повторится!

— А если не сможешь? Будешь врать и изворачиваться? Прямо сейчас, глядя в глаза, скажи мне, что я не права!

— Нет! — выдохнув, ответил Хейз. — Если я не справлюсь, то скажу все как есть, и пожелаю тебе счастья. Это будет больно, но честно. Идет?

— Хорошо, — сменив тон на более спокойный, согласилась Ребекка. — Значит, с Брукс покончено, так?

Конечно, Дилан не мог дать слово, что вновь не помчится навстречу фантазии, не поддастся соблазну и не нарушит свои принципы. Но он очень хотел верить в это и, вставая по утрам, видеть в зеркале не слабовольного мальчишку, а лидера, циника и упрямца, способного подчинить саму жизнь.

Стараясь забыть ошибки, совершенные за последние сутки, Дилан произнес уклончивое: “Я не стану искать с ней встречи”.

Надеюсь.

Глава 9

Дилан

Квартира Дилана Хейза.

г. Чикаго, ул. Норт Стэйт, д. 150, кв. 304.

Jason Walker — Down

Прохладный ночной воздух ворвался в квартиру вслед за Хейзом, который, распахнув дверь, остановился на пороге, чтобы пропустить Ребекку. Охваченный виной, он старался соблюсти этикет и сохранить хотя бы тень былого уважения. Без лишних слов он подхватил из рук любовницы одежду и осторожно повесил в шкаф, но когда обернулся, увидел лишь ее спину, скрывшуюся в ванной.

Дилан понял причину побега Бэк, ведь в глубине души хотел того же — спрятаться за стеной кабинета и заняться тем, в чем разбирался лучше собственной жизни. Однако он не мог и представить себе обиду, овладевшую уязвленной женщиной из-за его неосмотрительности и черствости по отношению к ней.

Теперь же, открывшись друг другу, они оба столкнулись с суровой реальностью, где не осталось ничего, кроме страха.

Но в отличие от Дилана, Бэк боялась потерять, а не обрести.

Спустя полчаса метаний по гостиной и полбутылки виски, Хейз, наконец, направился в спальню. Избавился от костюма, что остаток дня душил его наравне с совестью, надел спортивные штаны и, оставив торс оголенным, расположился за рабочим столом в своем кабинете.

Дилан редко позволял себе ходить в таком виде даже дома, но теперь, как никогда, хотел свободы от условностей. И, рассматривая виджет с биржевыми котировками, впервые не испытывал ничего, кроме раздражения. Все эти бесконечные цифры, графики, взлеты и падения были до сухости в горле понятны и предсказуемы. В то время как внутри Хейза происходили

Почему я не могу забыть все это?— недовольно спросил он, захлопнув ноутбук. —Это всего лишь день! Один, мать его, хреновый день из тысяч хороших! Может, это гипноз или отец подсыпал что-то? Я должен… должен заставить мозг работать, а не мотать сопли на кулак и успокаивать себя, как подружку!

Вслед за этими мыслями, Дилан в который раз воззвал к качеству, не единожды выручавшему его — упрямству. С детства оно помогало будущему лидеру отстаивать право на собственное мнение, а сейчас поддержало в нем уверенность, что скоро весь этот кошмар закончится: за долгой ночью наступит утро, отец прекратит строить козни за его спиной, а отношения с Бэк снова станут удобными и понятными.

На миг Дилану показалось, что мир снова обрел четкие границы. Хаотичные линии на мониторе, как и прежде, захватили его, и даже тихие шаги Ребекки, а затем скрип двери спальни, не привлекли его внимания. До тех пор, пока звук уведомления не вынудил Хейза вскользь посмотреть на телефон.

Контакт на экране говорил, что сообщение принадлежит Сэму, который сейчас находился в ночном клубе. Только вместо вопроса, не хочет ли друг повеселиться, он решил прислать недвусмысленное фото.

На нем Войс стоял в окружении нескольких спутниц в бессовестно открытых нарядах и широко улыбался, явно издеваясь над Диланом.

Хейз точно закрыл бы сообщение, сопроводив его парочкой скабрезностей, если бы не увидел блондинку, стоящую неподалеку от Сэма.

Ева?

Она была все также сногсшибательна, но на ее лице не было прежней радости. Среди разгоряченной толпы она казалась такой же одинокой, как и Дилан сейчас. Прекрасной и ожидающей чего-то… а может быть,его?

Хейз увеличил фото и задержал дыхание.

Красное платье облегало каждый изгиб Евы, подчеркивая тонкую талию и округлость бедер. Одна бретель сползла с плеча, открывая соблазнительную линию загара. Дилан представил, как тянет ткань вниз, освобождая грудь блондинки из плена, а ее соски твердеют от прохладного воздуха и его взгляда.

Пальцы сами потянулись к резинке на штанах, но Хейз одернул руку, заставляя себя дышать глубже.

— Не сходи с ума, — сказал он себе. — Это всего лишь фото.

Однако член пульсировал, требуя немедленного удовлетворения, и перед глазами снова и снова возникала одна и та же бессовестная картина.

Какое-то время он смотрел на экран, не отрываясь, и все время искал на фото то, что упустил его взгляд. Но, чем дольше находился там, в заполненном шумном зале клуба, тем яснее понимал, насколько сладка и желанна ловушка, в которую его пытался загнать Сэм.

А самое ужасное — Дилан и сам хотел бы попасть в нее: подыграть заговорщикам, дабы встретиться с Евой. И все его слова и обещания, данные Ребекке, тут же превратились в прах, оставив единственное слово, оказавшееся правдой: “Надеюсь”.

Следующие полчаса прошли в состоянии, близком к панике. Дилан все время колебался: откладывал телефон и вновь брал его, пытался погрузиться в работу, но затем возвращался к злополучному фото, рассматривая единственный образ на нем — Еву. Хейзу казалось, что он вот-вот снова упустит ее, поэтому решение отправиться в клуб пришло само собой. И в этот раз некогда хладнокровный стратег даже не пытался скрыть инстинкт охотника.

Мне подсунули Брукс, так? Значит, она сделает все, чтобы привлечь мое внимание. Это мне и нужно,— думал он по дороге в спальню, стараясь идти как можно тише, чтоб не разбудить Ребекку.

Оказаться в шкуре предателя дважды за последние сутки означало бы для Хейза катастрофу. Его самолюбие и так переживало беспрецедентный эффект бумеранга, когда все, в чем он упрекал других, стало его новой реальностью. А вынужденная осторожность из разновидности трусости превратилась в единственный способ избежать осуждения.

Подкравшись к шкафу, Дилан почувствовал себя почти подростком, который хочет вырваться из-под родительской опеки. Пусть их с Бэк ничего не связывало, мужчина никак не мог избавиться от этой ассоциации. Как и от онемения рук, что предательски роняли вещи, пока среди элегантных костюмов Хейз пытался найти единственный повседневный комплект — синюю рубашку и черные классические джинсы.

На поиск ушло около минуты. Еще пять — на то, чтобы пересечь порог. И все из-за упавшей вешалки, которая, выскользнув из рук, рухнула прямо на стеклянный столик.

В этот миг мужчина замер и, осторожно оглянувшись на любовницу, прислушался к биению собственного сердца. Убедившись, что Ребекка ничего не заметила, он тихо вышел.

Хейз думал, что все предусмотрел. А между тем, оставшись в одиночестве, Бэк, наконец, перестала сдерживать эмоции и разразилась плачем, уткнувшись в подушку. На самом деле она прекрасно знала, что возлюбленный вновь помчится за Брукс, и не последнюю роль в этом, конечно, сыграет названный друг. Только не могла вмешаться, ведь все еще являлась частью плана Ричарда, хотя час назад утверждала обратное.

Maroon 5 — Lips on you

Тем временем, закрывшись в ванной, Дилан вошел в душевую и подставил лицо под струю горячей воды, представляя долгожданную встречу с Евой.

На этот раз она стояла рядом с ним под струями воды и держала в руке его горячий член. Ева медленно водила по нему большим пальцем, собирая капли воды, а Дилан постанывал, выгибаясь навстречу ее руке.

Спустившись на колени, блондинка подняла на него взгляд и взяла ноющую плоть в рот. Он, как наяву, ощутил влажное тепло от ее языка, скользящего по головке, и подался вперед, чтобы проникнуть глубже. Брукс сделала все, как он хотел, будто прочитала мысли: сжала его ягодицы и позволила достичь горла. Дилан запрокинул голову и застонал, сжимая пальцами ее мокрые волосы, а в реальности отчаянно терзал член, доводя каждый нерв до вершины возбуждения.

Его рука двигалась в такт воображаемым толчкам, а другая опиралась о стену. Он фантазировал, как меняет позу: приподнимает Еву, прижимает к мокрой плитке и входит в нее стоя, глубоко и очень жестоко. Напряжение быстро достигло пика, в глазах потемнело, и глухое рычание сорвалось с его губ вместе с густой горячей жидкостью.

Несколько секунд Дилан стоял, прижавшись лбом к кафелю. Он знал, что это все иллюзии, но сейчас, как никогда, жаждал вновь испытать терпкое, ноющее чувство в груди, переходящее в волну мурашек.

Нет, пора остановиться, — выдохнув, сказал Хейз. —Я хочу видеть ее перед собой. Еще лучше — под, а не вожделеть свои фантазии, как какой-то псих. Пусть в этом папаша победит. Я сделаю ему одолжение. Вдруг девчонка окажется не так хороша, и через

Дилан и правда сожалел, что любовница не вызывала в нем такой животный азарт, способный вырвать из мозга привычку анализировать каждую мелочь. В этом случае он с радостью остался бы с ней и никогда не задумался об измене. Но вместо этого быстро пригладил волосы, оделся и вызвал такси, собираясь получить желанный приз от незнакомки, заставившей его окончательно сдаться воле случая.

г. Чикаго, ул. Но́рт Ди́рборн, ночной клуб “Tao Chicago”.

30 минут спустя.

Попросив таксиста остановиться у аллеи в виде арок в японском стиле, Дилан недовольно оценил толпу у входа, расплатился и решительным шагом направился в клуб.

Вид респектабельного красивого мужчины сразу же привлек внимание охотниц. Но, к их досаде, Хейз прибыл сюда не ради веселья. Осмотрев каждую из них, он начал уверено расталкивать плечами ожидающих, пока не добрался до высокого мускулистого охранника.

— Какой прыткий, — прохрипел тот, осмотрев Дилана сверху вниз. — В зале нет мест, так что придется подождать.

— Я не собираюсь ждать, — ухмыльнулся Хейз.

— Правила написаны для всех. Для пижонов в том числе.

— Значит, владелец похвалит тебя за то, что ваши долбанные правила лишили заведение приличной выручки, а заодно ценных клиентов из Sparks IC, — продолжил гость, показав визитную карточку. — Одно лишь слово, и никто из них больше не переступит порог этого места. Видишь, что здесь написано? Или прочесть по слогам? Ди-лан Хейз — ди-рек-тор по ин-вес-ти-ци-ям…

Самоуверенность Дилана жутко не понравилась секьюрити, ведь он всерьез считал себя заместителем Бога, привыкшим решать, кому повезет, а кто проведет в ожидании половину ночи. И тем не менее ему не оставалось ничего, как пропустить Хейза под неодобрительный свист и возгласы толпы. За что тот отблагодарил его приличной суммой, небрежно вложив ее в карман рубашки вместе с платой за проход.

Деньги никогда не были проблемой для лучшего аналитика Чикаго, потому что являлись не целью, как у большинства, а средством, открывающим все двери. Вот и сейчас они помогли ему проникнуть в зал в обход обывателей, но, к несчастью, внутри и правда не оказалось свободного места.

Вестибюль, ресторан и лаунж-зона были заполнены людьми, которые неспешно перемещались между разными частями клуба. Большинство из них стремилось попасть на танцпол и, вдыхая спертый воздух вместе с ароматами азиатской кухни, продолжить веселье. Это создавало огромную толчею в центре зала и вынуждало Хейза отчаянно искать хотя бы один укромный уголок.

Так, в поисках места он сделал несколько кругов, сталкиваясь с гостями и обходя широкие деревянные балки второго уровня. Яркий блеск софитов то и дело слепил глаза, из-за чего Дилан вскоре потерял ориентиры, но удача снова улыбнулась ему, когда в дальнем углу он смог разглядеть маленький диван и занять его, опередив нескольких мужчин.

Пару минут он наблюдал из сумрака за происходящим в зале. Вглядывался в лица, которые выглядели, как одно размытое пятно. Но все изменилось, когда среди толпы мелькнул знакомый силуэт блондинки, намертво приковав к себе его напряженный взгляд.

Я все-таки нашел ее… Теперь она не сможет сбежать, потому что нужна мне.

Deepest blue, Joel Edwards, Matt Schwartz — Give it away (Acoustic)

Ева скользила по танцполу с прикрытыми глазами и излучала такое спокойствие, будто внутри нее играла совсем другая музыка, а этот миг, как и забитый под завязку шумный клуб, принадлежал только ей одной. Множество мужчин ловило каждое ее движение и стремилось подобраться поближе, но она сразу отдалялась, будто хранила себя лишь для одного из них — Дилана.

Ему очень хотелось в это верить. Хотя бы сейчас, когда его тело само двигалось навстречу своему видению, теряя опору под ногами и изгоняя воздух из легких. С каждым шагом ощущение единства между ним и Евой все больше захватывало разум, меняя реальность и оставляя сладкий привкус предстоящей встречи. Однако Хейз не знал, позволит ли Брукс коснуться себя или так и будет безжалостно искушать его на расстоянии.

Не знал, но продолжал идти, пока запах духов не окутал его дурманом, а кончики пальцев не отодвинули светлые локоны с изящной спины.

Ева сразу почувствовала горячее дыхание на шее, вздрогнула, но не воспротивилась. Дилан же понял, что все потеряло значение: время, шантаж отца, вина и даже игра, которую он не мог остановить.

— Как ты нашел меня? — удивилась Брукс, выждав момент, когда быстрый ритм музыки сменит спокойный амбиент, и танцпол окутает темнота.

— Друг подсказал, — ответил Хейз.

— Я… — растерянно начала блондинка и отвернулась, но Дилан не позволил ей отдать хотя бы секунду своего взгляда кому-то еще.

Он обхватил ее подбородок и повернул к себе.

— Знаю, ты работаешь на моего отца.

Брукс прищурилась.

— Как ты…

— Ты ведь этого хотела? — уверенно произнес Хейз, обхватив бедра Евы. — За это тебе заплатили, так? У тебя есть шанс отказаться. Здесь и сейчас.

Его пальцы скользнули по ее нижней губе, а тело продолжило чувственный танец. Жадно глотая воздух после каждого поцелуя хрупких плеч блондинки, Дилан едва сдерживался.

Ева повернулась к нему спиной и прижалась затылком к плечу.

— Ну так, что? — спросил он, прикусывая мочку. — Ты либо прекращаешь эти игры, либо отдаешься мне.

Его правая рука поднялась к лифу платья, а левая — крепко ухватила Брукс за талию, чтобы та не мешала порочному исследованию. Пробравшись под чашечку, Дилан обнаружил под ней обнаженную грудь. Он сжал напряженный сосок и начал перекатывать его между пальцами.

— Продолжай, — попросила Ева, сильнее прижавшись к любовнику.

Она отвела бедра назад, и его ладонь скользнула под кружево трусиков. Под ними было влажно, а между лепестками пульсировал маленький бугорок. Хейз провел по нему пальцем, едва касаясь и очерчивая круги. Чтобы не закричать, блондинка уткнулась в его плечо, и это едва не лишило Дилана последних остатков самообладания.

Подхватив любовницу, он скрылся с ней в темноте дальней части зала и прижал ее к стене за небольшим выступом. Теперь от любопытных глаз их отделяли пятьдесят сантиметров бетона и темнота. Вжавшись в бедра Евы так сильно, что она почувствовала каждый сантиметр его члена, Хейз зафиксировал ее руки над головой и, тяжело дыша, начал имитировать фрикции.

Выпустив внутреннего зверя, он больше не контролировал себя: поднес к лицу Евы ладонь и сквозь нее поцеловал ее губы, обильно смачивая пальцы. Блондинка делала то же самое: обхватывала их, посасывала и кусала, попутно задевая рот Хейза, а затем замерла, когда его рука оказалась между ее возбужденных лепестков.

Дилан чувствовал, как ее мышцы сжимаются вокруг

Вскоре ее тихие стоны перешли в беззвучный крик. Ева содрогнулась, вцепившись в рубашку любовника так, что затрещала ткань. Хейз же замер, ведь едва не кончил от одного лишь факта близости.

Не здесь. Еще не время,— подумал он. —Это только начало. Я хочу быть с тобой дольше. Намного дольше, чем этот вечер…

Отпустив руки любовницы, он нежно обнял ее, поймав себя на мысли, что с этого дня не может представить себя оторванным от ее глаз, губ и изгибов тела. Она стала единственной женщиной, которую Дилан сразу же нашел бы среди огромной шумной толпы.

А может быть, и целого мира.

Глава 10

Дилан

г. Чикаго, авеню Саут Мичига́н, отель “Hilton”, номер 1318.

18 июня 2025 г., 10:30.

Неприятный писк смартфона вырвал Хейза из сна, когда рабочий день уже был в разгаре. Но в этот раз это был не звонок и не сообщение приятеля, а будильник, заботливо поставленный Евой именно на этот час.

Отключив его, Дилан приподнялся и сквозь головную боль и резь в глазах попытался понять, где находится. Но воспоминания не хотели возвращаться к нему, поэтому он вновь рухнул на кровать и несколько минут смотрел в потолок, прислушиваясь к шагам постояльцев за дверью.

— Что вчера произошло? — хриплым голосом спросил он, стараясь ухватиться за единственный клочок, оставшийся от прошлой ночи. — Я пришел в клуб и встретился с Евой. Мы приехали сюда, а после… Что было после?

Ответ пришел очень быстро, но найти его помог не вернувшийся разум, а наблюдательность и положение, в котором находился Хейз.

Он очнулся обнаженным, а на его груди виднелись легкие царапины от женских ногтей. В то время как следы от губной помады тянулись от плеч и терялись под складками одеяла.

Приподняв его, Дилан убедился, что происходящее не сон и этой ночью он точно побывал между адом и раем. Но что именно Ева делала с ним, все также оставалось тайной.

Почему я нихрена не помню?— он попытался встать, однако ноющая боль во всем теле позволила сделать лишь пару шагов до ближайшего кресла, рядом с которым стоял маленький столик с двумя бокалами и открытой бутылкой вермута. —Судя по всему, я набрался и пустился во все тяжкие. Черт! Придется оправдываться перед Бэк и остальными, почему я не приехал в офис вовремя… Поверить не могу,— усмехнулся он. —Эта женщина и правда заставляет меня творить какой-то бред.

Новая попытка подняться и хотя бы накинуть халат закончилась тем же, что и первая — полнейшим фиаско. Ноги предательски подкашивались и напрочь отказывались подчиняться, будто Дилан пробежал марафон. Тем не менее, когда смартфон снова разразился громкой мелодией, Хейз нашел в себе силы дотянуться до него и принять звонок.

— Как поживаешь, сын? — заискивающим голосом произнес Ричард.

— А я все думал, когда ты позвонишь. Решил убедиться, работает ли твой план? Так вот, у тебя ничего…

Дилан замер из-за волны мурашек, вызванных внезапным прозрением. Оно застало Хейза врасплох, когда его уставший взгляд зацепился за красную атласную ленту, лежащую неподалеку от кровати, и кружевные трусики, оставленные Евой на кресле.

А после пазл начал складываться в совершенно невозможную картину, где каждая вещь, звук и запах вызывал яркие всполохи, в которых не было ничего, кроме похоти и разврата.

* * *

Matt Lange, Denis Reno — Nothing feels real

Я сижу в том же кресле, но уже без трусов. Атласная лента, —черт, откуда она взялась?— удерживает мои запястья, привязанные к подлокотникам. Мне больно. Настолько, что пальцы немеют, но я ничего не вижу из-за повязки на глазах.

Это обостряет чувства до предела.

Ева ходит вокруг меня, и я поворачиваю голову вслед за ее шагами.

— Ты мой, — склонившись, шепчет она на ухо.

Киваю, потому что горло сжалось от предвкушения.

Блондинка садится мне на колени. Я чувствую ее гладкие бедра. На ней тоже нет трусиков. Ее твердый бугорок скользит по моему члену, но она не позволяет войти. Ева трется, дразнит меня и нарочно стонет, желая распалить как можно сильнее.

— Хочешь меня? — спрашивает она.

— Да, — хриплю я.

— А как же твоя прошлая жизнь, Дилан? Ты хочешь остаться в ней также сильно?

— К черту ее, — без сомнений рычу я. — Я добьюсь своего. Так или иначе.

Брукс наклоняется и кусает меня за сосок, а после сползает с колен и устраивается между моими ногами.

Ее рот втягивает мою плоть. Она берет глубоко, сразу, насколько может, и я хриплю, но не от боли, а от внезапного, ошеломляющего удовольствия. Ее губы плотно обхватывают ствол, язык скользит по вене, очерчивая каждый миллиметр, и двигается медленно, будто пробует меня на вкус.

Мои пальцы впиваются в подлокотники, и лента врезается в запястья. В обычном состоянии я бы попытался выбраться, но эта чертова боль только подстегивает мое желание.

Как я загнал себя в такую пустоту и почему столько лет считал машинальный секс с Бэк чем-то нормальным? Зачем я огораживал себя запретами, как каменными стенами, когда можно было просто жить и получать от нее остроту, а не только пинки под зад и нравоучения папаши?

Хочу запустить пальцы в волосы Евы, направить, заставить взять меня глубже, но не могу. Я привязан, беспомощен и нахожусь полностью во власти незнакомой женщины.

Впервые я теряю контроль, и, мать его, кайфую от этого!

Ева вынимает член и проводит языком от основания до самой головки, задерживаясь на уздечке и играясь с ней. Затем снова берет его, но теперь быстрее и ритмичнее. Ее голова двигается вверх-вниз, и я слышу влажные, неприличные звуки. Напряжение растет, мышцы сокращаются, и я приближаюсь к разрядке, но любовница не позволяет мне достичь вершины блаженства.

— Не смей, — шепчет она, оторвавшись от меня на секунду. — Не сейчас.

Сглатываю и отвечаю:

— Хорошо.

Она снова берет меня: облизывает, посасывает, втягивает в себя так сильно, что начинает кружиться голова. Ее язык ласкает самое чувствительное место, дразнит, мучает. Я же сжимаю кулаки и пытаюсь отсрочить неизбежное, как она просила.

Меня хватает на минуту этой пытки, затем тело каменеет, а дыхание останавливается. Я уже близок и готов извергнуть все, что скопилось за этот чертов день, как вдруг Ева до боли сдавливает основание члена и резко отстраняется.

— Хммм, —

— Я же сказала: еще рано. Вставай и иди за мной.

— Боже…

Поднимаюсь, вытянув руки как слепой. Делаю шаг, другой, натыкаюсь на что-то мягкое и падаю на прохладные простыни. Блондинка тут же нависает сверху и седлает меня, приняв мою плоть внутрь.

Я медленно вхожу и издаю дикий рык.

— Да…

Ее тепло, сок и давление мышц вокруг головки снова со мной. Поняв, что я на грани, любовница ложится мне на грудь и шепчет: “Сними повязку. Ты свободен”.

Я с радостью срываю ее и щурюсь от света лампы, стоящей на тумбочке. Вижу влажную дорожку на своем животе и мою Еву: ее темно розовые соски, грудь, прыгающую в такт, и запрокинутую голову.

Теперь моя очередь быть сверху.

Я переворачиваюсь и вхожу в Еву, с силой прижимая ее руки к постели. Ускоряюсь, не думая ни о чем, кроме адского давления в паху.

— Сделай это, Дилан, — молит она, уткнувшись ртом в простынь.

Я закрываю глаза, полностью отдавшись моменту. Считаю до десяти: “Раз, два, три, четыре…” и изливаюсь, не прекращая мощные толчки, пока не заполняю ее лоно.

* * *

— Ммм, — промычал Хейз, вернувшись в реальность.

— Дилан, ты меня слышишь? — сквозь туман сознания доносилось в телефоне.

Напрасно, он не слышал отца, потому что все еще находился между упругими бедрами любовницы, сидящей на раковине в ванной. Затем на полу, ощущая жжение в стертых о ковролин коленях, и на подоконнике, прижавшись спиной к холодному стеклу.

Это был не просто секс, а соитие тел, жаждущих преодолеть все условности и запреты. Они сплетались, боролись и уступали друг другу. Вязали узлы, пленили и кричали. Ласкали и мучили. Любили и ненавидели. А затем содрогались в мощных конвульсиях, чтобы вскоре преодолеть очередную вершину порочности.

— У тебя все в порядке? — голос Ричарда стал настойчивее.

Казалось, ничто не могло вернуть Дилана к неприятному разговору с отцом. Заменить то безумное, всепоглощающее дежавю, что сейчас владело его телом, сознанием и сердцем. И все же, у Ричарда, как у опытного стратега, получилось захватить внимание сына короткой, но емкой фразой.

— Ты победил.

— Что? — не веря в признание отца, переспросил Хейз, мгновенно вернувшись в гостиничный номер. — Решил поиздеваться?

— Я говорю серьезно, Дилан. Ты победил, — без доли иронии повторил Ричард. — Раскусил мой план, сделал, как считаешь нужным и… добился своего. Поздравляю.

Услышав заветные слова, младший Хейз сперва почувствовал облегчение. Все шло так, как он задумал: главный заговорщик признал его правоту и капитулировал, а место исполнительного директора вновь замаячило на горизонте. Однако среди блеска внезапной победы в душе Дилана ширилась дыра, ведь он не хотел возвращаться к прежней жизни. А страстно желал остаться на вершине, скрыв признательность отцу, и при этом продолжить встречи с Евой.

Таков был его новый план. И он, несмотря на раздражение, заставлял Дилана подбирать слова и искать выход.

— Быстро же ты сдался, — спокойно ответил он, стараясь не произнести лишнего. — Столько усилий и напрасно… Даже не верится.

— Я ошибся. Ты сделал выбор, и я уважаю его, — иронично произнес Ричард, вызвав в сыне первые сомнения. — Немногие из нас предпочли бы карьеру в обмен на жизнь. Меркантильную стерву вместо теплой жизнерадостной женщины. Но будь по-твоему.

— Что ты несешь? — в смятении спросил сын.

— Сегодня я возвращаюсь в Чикаго и жду вас с Бэк у себя. Часов в семь. Я поручил помощнице, чтобы она оповестила Совет и организовала торжественный ужин, посвященный вашей помолвке.

— Ты прекрасно знаешь, зачем я послал это сообщение! — вскрикнул Хейз, мысленно отправляя в отца тысячи ножей.

— Знаю. И даже лучше, чем ты сам… Но если не придешь, все сочтут тебя трусом, сын. И ты никогда не станешь исполнительным директором. В лучшем случае останешься на своем месте и до старости будешь доказывать всем, какой ты крутой аналитик, а в худшем… Здесь слишком много вариантов, чтобы терять время на их перечисление.

— Престарелый ублюдок! Ты придумал это с самого начала!

— Тебе пора понять: как бы хорош ты ни был, играть во взрослые игры, можно только с тузом в рукаве. Но раз уж начал, держи слово. Решение принято, приглашения разосланы, и в них ясно написано: “Ужин в честь помолвки моего сына”, поэтому тебе решать, что будет дальше — привычная жизнь, которую ты так защищал, или старт с нуля.

— С нуля? — протянул Хейз, сжав телефон с такой силой, будто хотел расплющить его. — Я отомщу тебе! Будь уверен.

— Вот и хорошо. Я знал, что мы договоримся.

Глава 11

Дилан

Welshly Arms — Unspoken

Бросив телефон на кровать, Хейз начал судорожно ходить по номеру, не различая, что заставляет его испытывать бо́льшую боль — изнуренное тело или опасность лишиться успешной карьеры. Ловушка отца оказалась слишком изощренной, чтобы быстро найти выход. Особенно когда на кону стояло слишком много, а в голове Дилана не было ни одного варианта, как выкрутиться. Один лишь липкий страх остаться на отшибе жизни из-за хитроумной манипуляции.

Если бы я не поддался… Перепроверил итоги торгов, не влез в спор с Сэмом и не послал это глупое смс, чтобы позлить старого выродка, то сейчас сидел бы в своем офисе, а не валялся здесь!— рухнув на постель, винил он себя. —Черт, как же я влип!

Из окна продолжал доноситься монотонный гул, и на время Дилан постарался прислушаться к нему, чтобы унять мысли. Однако вместо этого начал медленно проваливаться в прошлое, в котором не было ничего, кроме слепого соперничества с отцом.

После смерти матери от рака младший Хейз неделями не выходил из комнаты, а Ричард не стремился поддержать сына. Напротив, он делал все, чтобы превратить трагедию в ценный урок, считая, что этим поможет наследнику научиться достойно переносить удары судьбы.

С одной стороны так и вышло. Мальчик быстро понял, что все зависит только от него, потому скрыл раненую душу за железной маской расчета и спокойствия. Но это был блеф, отчаянный крик о помощи, который не смог распознать ни самый близкий человек, ни друзья, ни миссис Гро́ув — вечно брюзжащая гувернантка.

“Ты должен быть сильнее, хитрее и умнее на две головы, Дилан!— повторял Ричард, когда у сына возникали трудности. —А лучше на четыре, чтобы чего-то добиться! Можешь ненавидеть меня, но если бы не упорство, я так и остался бы простым клерком, и ты повторил бы мой путь”.

“Пока ты не

Неужели, он заставит сдержать слово, даже если оно уничтожит мою жизнь?— приподнявшись, протянул Дилан. —Самое хреновое, что раньше я согласился бы с ним, но сейчас…

Хейз точно не знал, когда, вопреки внутреннему сопротивлению, начал разделять те же взгляды. Возможно, успех в университете подтолкнул его к вечной погоне за признанием или первый миллион, заработанный на бирже. Но чего он не мог понять, так это причины, по которой Ричард решил внезапно вмешаться в его понятную и распланированную жизнь, если она отвечала почти всем требованиям его отцовского эго.

Если бы его тревожило мое будущее, то он даже под угрозой смерти не допустил бы моего брака с Бэк, — продолжал думать Хейз и, посмотрев на часы, стоящие на тумбе, направился в ванную, уверяя себя, что еще ничего не решено. —Скорее всего, отец блефует. Он наиграется и остановит этот бред. Но останется ли со мной Ева? Или, получив бабки, она уедет на другой конец света, чтобы больше не видеть меня?

Этот вопрос настолько тревожил Дилана, что он не заметил, как оказался за рулем машины посреди заполненного шоссе. Его взгляд продолжал цепляться за каждую блондинку, чей силуэт быстро размывал дождь, а когда он, наконец, вошел в здание бизнес-центра, окончательно понял, что невероятно устал от положения вечного догоняющего.

Сейчас большой начальник выглядел очень растерянным, поэтому симпатичные ресепционистки, заметив разницу, начали перешептываться и отправлять в его сторону ехидные взгляды. Дилан сразу же заметил их и, ускорив шаг, устремился к лифтам, а едва оказавшись внутри, принялся хаотично нажимать на кнопки, постоянно промахиваясь мимо нужного этажа.

Успокойся. Отец не вышвырнет тебя из компании. Самолюбие не позволит. Пусть я не идеальный сын, который таскается с ним по приемам и поддерживает все, что ему взбредет в голову… это не повод… Не-е-ет, старикан просто решил поиздеваться, вот и все.

В вестибюле Sparks IC было слишком тихо для обычного утра. Время здесь будто замерло, когда Дилан вышел и направился к кабинету, не обращая внимание на коллег. Но стоило ему захлопнуть дверь, по спине пробежали мурашки от неожиданной встречи.

Из-за спущенных жалюзи внутри царил полумрак, и в этой гнетущей обстановке Хейз не сразу заметил женщину, которая в своих больших черных очках и классическом костюме выглядела как член мафии. Сперва он принял ее за наследницу из богатой семьи, которая решила переговорить с ним с глазу на глаз. И лишь когда она вскочила и обрушилась обвинением, понял, что это Ребекка.

— Надеюсь, ты получил все, что хотел, от этой шлюхи Брукс!

— Я думал, что твой пропуск аннулировали, — цинично ответил Дилан, заняв рабочее место.

— Мне позволили забрать вещи, — язвительно дополнила Ребекка, сняла очки и повернула стул бывшего любовника в свою сторону.

Ее лицо горело от ненависти к сопернице, а факт измены рвал ее эго на части, поэтому хищница во что бы то ни стало решила окончательно расставить все точки над “и”.

— Ну что, как она? Стоила того?

— Я не собираюсь это обсуждать, — твердо сказал Хейз и отправил Бэк настолько ледяной взгляд, будто этих двоих ничего не связывало в прошлом. — У нас проблемы посерьезнее.

Удостоверившись, что Дилан больше не принадлежит ей, Ребекка ухмыльнулась и демонстративно бросила на стол раскрытый клатч, из которого выпал белоснежный конверт, перевязанный красной атласной ленточкой. Ей было так противно прикасаться к нему, что она едва сдерживала порыв разорвать его и кинуть клочки в лицо изменника. Однако это только ухудшило бы ситуацию, так что Бэк благоразумно положила приглашение на его колени.

От вида безобидного украшения, которое на фоне конверта казалось жилой, вырванной прямиком из сердца, у Хейза пересохло во рту. Он прекрасно помнил, что накануне Ева творила с ним при помощи похожей ленты, и теперь старался скрыть неистовые скачки пульса за раздражением на отца. А еще на Бэк, в очередной раз выставившую его бессовестным лгуном.

— Отец решил поиграть, — скинув конверт с ног, прорычал Дилан. — Он считает, раз я единожды сделал выбор в пользу старой жизни, значит, должен идти до конца, или выметаться.

— Вот как? Значит, теперь мы оба на волоске, — вздохнула Бэк и принялась ходить из угла в угол. — Только меня не выручит богатенький папаша. Я знала, что этим закончится.

— Да, лучше бы ты взяла деньги и согласилась на должность в другом городе, так?

— Возможно, ведь оказалось, что ты не хозяин своему слову, а теперь и члену! — бросила она, на этот раз не подбирая выражений. — Ну, и что теперь делать? Я не собираюсь замуж! Особенно когда ты таскаешься по блондинкам среди ночи!

Сказанное бывшей любовницей настолько распалило Дилана, что он тоже решил не стесняться и выложить все, что кипело на душе. Пусть она оказалась права насчет его самоконтроля, но допустить подобные слова в свою сторону он не позволил бы никому.

— Ты знаешь, как отец звал тебя? Хм? — ледяным голосом произнес Хейз. — Элитной проституткой, способной на все ради моих бабок и положения в компании. Ты всерьез думаешь, что он заставит меня жениться на тебе, и я так просто соглашусь? Нет, Бэк, я не настолько ополоумел. Пусть этим вечером нам придется сыграть счастливую пару, чтобы сохранить лицо… как только этот цирк закончится, мы оба вернемся домой и ляжем спать в свои постели!

— Ты мерзкий ублюдок! — прокричала Бэк и, быстро преодолев несколько метров до Хейза, собиралась влепить ему звонкую пощечину, но тот быстро схватил ее за руку.

— Успокойся!

— Отпусти меня, грязный лгун! — продолжала вопить Ребекка, стараясь высвободиться. — Клянусь, если ты не сделаешь этого, весь офис подумает, что “самый ценный работник компании” использует свое положение, чтобы насиловать сотрудниц!

— Ты в своем уме? — сурово вскрикнул Дилан. — Хотя чего ждать от…

— Продолжай! — настаивала Бэк, толкнув Хейза, когда тот пренебрежительно откинул ее руку.

Только не услышала ответа, поэтому начала извергать одну мерзость за другой.

Ребекка точно знала, что он находится на грани, и с упоением наблюдала, как к его вискам подступает кровь, а лицо искажает гримаса ярости. Однако Дилану удалось сдержать пыл, ведь за его реакцией последовал бы не просто карьерных крах, но и уголовное преследование.

Вместо шеи Бэк, он схватился за спинку кресла и постарался отключить все органы чувств, чтобы из серьезной проблемы не сотворить настоящую катастрофу.

К

Наконец, поняв, что между ней и Хейзом оборвались последние нити, Ребекка отступилась, подхватила клатч со стола и медленно направилась к выходу. Но услышав монотонный голос Дилана, резко остановилась на пороге.

Хищница знала, что он поступит подобным образом, поэтому ничуть не удивилась.

— Сколько ты хочешь за сегодняшний спектакль? — обреченно спросил бывший любовник. — Тебя же только это удерживает. Так будем честны. Назови сумму.

— За что именно, Дилан?

— За то, чтобы сыграть влюбленную невесту перед отцом и сборищем этих престарелых говнюков, — терпеливо уточнил Хейз, но следом прорычал: — А потом никогда не появляться у меня на пути.

— Что ж, это будет очень дорого. Мне придется уехать в другой город. Купить квартиру… или дом, — заискивающе начала перечислять Бэк, прекрасно понимая, что Дилан пойдет на все, лишь бы одержать победу. — Ты не откупишься от меня парой тысяч.

— Двести штук устроит?

— Умножай на четыре, — протянула Бэк. — Мои моральные страдания тоже входят в счет.

— Так ты называешь наш секс? — усмехнулся Хейз и презрительно продолжил, приближаясь к Ребекке: — Хорошо, что мы сбросили маски, правда? А то после того выступления в номере отеля мне начало казаться, что ты и правда хочешь замуж на меня.

— Никогда, — прошипела хищница.

— Ладно, остынь. Ты получишь свои бабки, но за них я потребую вот что… — Дилан достал чековую книжку. — На приеме ты будешь вести себя так, как мне нужно. Скажу: “Улыбайся” — засветишься, как чертова итальянская люстра. Скажу: “Поцелуй меня”, — без разговоров подчинишься. А если услышишь: “Заткнись”— наберешь в рот воды и будешь молчать, как рыба, понятно?

— Значит, ты решил сыграть по правилам отца? — сверля взглядом чек, спросила Бэк.

— Он будет жрать их вместо икры и всего того, что официанты поставят ему под нос! Жрать и давиться!

— Так и быть. Я подыграю тебе, — согласилась Ребекка и, дождавшись, когда Дилан заполнит чек, выпорхнула из кабинета со словами: — До скорого. Мне нужно переодеться.

А про себя добавила:“Хорошая премия к пяти миллионам от твоего отца, неудачник! Теперь я смогу начать другую жизнь подальше от вашей семейки и Sparks IC”.

Глава 12

Дилан

Jack Savoretti — Hate & Love

Следующие два часа тянулись, словно дешевая безвкусная жвачка. С момента, когда Ребекка покинула кабинет, Дилан не сделал ни шага из-за стола. Он даже не решился открыть жалюзи и впустить внутрь немного света и воздуха, потому что его внутренний мир в очередной раз переживал состояние тектонического разлома.

Все, что он считал нерушимым, в чем находил опору своей железной уверенности, поглотила правда. А вмешательство отца, как и меркантильность любовницы, стали не более, чем болезненными последствиями этой слепоты длиною в десятки лет.

И вот теперь удобный кабинет, должность и отчеты об огромной прибыли превратились в символы провала. Не карьерного, конечно. Подобный уровень не смог бы удержать редкий аналитик США. Но более фундаментального и важного — душевного.

Раньше Дилан посмеялся бы над собой, гордясь пачками купюр, взятыми взаймы у собственной жизни. А теперь новое прозрение не давало ему скрыться за офисной рутиной, ведь сейчас он казался себе одним из миллионов бедолаг, променявшим все на иллюзию свободы и выбора.

Итак, отец оказался прав. В первую очередь в отношении Ребекки. И пусть Хейз знал о ее любви к деньгам и положению, он все же считал, что между ними слишком много общего для столь бессовестного побега.

Дилан и правда не ожидал, что Бэк так легко откажется от него после всего, что было. И, конечно, винил в этом не ночь, проведенную с Евой, а исключительно личные качества хищницы.

Спустя еще час постоянных метаний, он всерьез начал думать, что остался один, и все вокруг ополчились на него. А Ева… Он не знал наверняка, увидит ли ее снова. Она не оставила ни телефона, ни адреса. Никаких зацепок, чтобы в любое время найти ее. Только вкус нежных губ и образ, манящий своей доступностью и при этом загадкой.

Все о ней знал лишь один человек на свете — Ричард Хейз, и Дилан вознамерился вытрясти из него любую мелочь о “девушке в красном”. Пусть ради этого ему пришлось бы переступить через собственные принципы.

Отложив стопки бумаг и закрыв биржевые сводки, Хейз сперва прошерстил интернет в поисках Евы: соцсети, сайты знакомств, эскорт-агентств и поиска работы, но все без толку. Ее будто не существовало на свете, а имя и фамилия были придуманы специально для операции соблазнения.

Тем не менее Дилан не сразу пришел к такому выводу. В отчаянной попытке найти хоть что-то о Брукс, он набрал номердиректора по безопасности — Эндрю Томпсона,чтобы запросить у него видео с камер наблюдения. Однако, без проблем получив их, Хейз не смог найти даже момент, когда Ева приходила в офис. Разговора с Сэмом и выдуманным братом Стивом, которые синхронно взяли больничные, тоже не оказалось на записи. Их стерли и подменили на унылые будни местных клерков. А когда Дилан, скрипя зубами от досады, прибыл в “Tao Chicago”, сбросив по дороге несколько звонков отглавного специалиста аналитического отдела — Тома Ха́ррисона, последняя ниточка, ведущая к Еве, оборвалась.

Некто подчистил все следы ее пребывания в клубе и подкупил секьюрити, поэтому Хейзу не удалось вытащить из него ни слова. Их камеры так же не зафиксировали ничего, что помогло бы отыскать блондинку, и это окончательно уверило Дилана в мысли о серьезном разговоре с отцом.

Очевидно, что только он мог разыграть настолько безупречную партию, ведь ни у кого больше не было мотива и возможностей провернуть нечто подобное. Это раздражало и вводило Хейза в состояние бешенства, только он ничего не мог сделать, кроме как следовать путем, спланированным Ричардом.

Старая мразь хочет, чтобы я полностью зависел от него!— буркнул Дилан, вернувшись в кабинет. —Только без Евы у него нихрена не вышло бы! Как я опять оказался в этой заднице, не пойму? Как?— Хейз рухнул в кресло и, смотря на часы, жалобно протянул: —Плевать. Папаша получил то, чего хотел. И вот я опять иду за ним, а не навязываю собственные правила. Надо ехать, не хватало еще

На удивление, подчиненный не спешил брать трубку. Дилан несколько раз повторял вызов, но слышал только телефонные гудки. И только, когда он приблизился к двери, набирая сообщение Ребекке, Том решил откликнуться.

— Мистер Хейз, вы звонили? — напряженно спросил Том.

— Да, потому что ты названивал мне час назад, — строго буркнул Дилан, не понимая, почему подчиненный ведет себя так странно. Он единственный все время говорил начальнику неприятную правду, но теперь из принципиального клерка отчего-то превратился в типичного карьериста, боящегося собственной тени. — Я был занят. Что случилось?

— Ни-че-гоооо. Должно быть, ошибся. Точно, я звонил Биллу, а набрал вам. Простите, что потревожил.

— Мать твою, Том! Ты никогда не звонишь просто так! Говори, черт бы тебя побрал!

— Я… Простите, мне пора, — протараторил мужчина и отключился.

Бред какой-то!— смотря на погасший экран смартфона, вскрикнул Дилан. —Неужели папаша и до тебя добрался? Ты хотел что-то сообщить и… не успел. Но что?

На этот раз Дилан оказался прав. Он слишком хорошо знал Тома, чтобы заподозрить его в такой глупой ошибке и стремлении выслужиться. Тем более после недавнего непримиримого спора относительно правильности своей стратегии. Но что конкретно скрывалось за этим недолгим разговором, даже он не смог бы предположить. Так что просто продолжил набирать номер Бэк, стремительно приближаясь к ее кабинету.

Как и Том, она оставляла неотвеченным один звонок за другим, чем лишь подогревала манию преследования Хейза. Конечно, в другой обстановке он поступил бы так же, как и в прошлый раз, но теперь не стал дожидаться у двери, а резко вошел внутрь, заставив сидящую внутри секретаршу Дженнифер, вздрогнуть от неожиданности.

— Мистер, Хейз, — схватившись за ворот блузки, удивилась она. — Как вы меня напугали.

— Я ищу твою начальницу. Где она? — стремясь усмирить бешеный пульс, произнес Дилан.

— Она уехала…

— Куда? На ужин?

— В аэропорт, насколько мне известно, — испуганно уточнила женщина. — Она не сказала вам?

— Уехала? — не веря своим ушам, переспросил Хейз и от очередного пропущенного удара на пару секунд потерял равновесие.

Ухватившись за дверной откос, он сразу же услышал тысячи издевок со стороны отца и Совета в свой адрес. Увидел сотни глаз, рассматривающих его с ног до головы. И все из-за поступка бывшей любовницы, что, не сдержав слова, решила уехать из города.

— Мистер Хейз, с вами все в порядке? — заботливо произнесла Дженнифер, подбежав к начальнику со стаканом воды.

— Да! — рявкнул он, присев на край ближайшего стола, но быстро понял, что зря сорвался на бедную женщину, и прошептал: — Спасибо.

Значит, эта стерва решила выставить меня полный идиотом перед всей компанией,— язвил Дилан. —Лучший аналитик не смог предугадать побег невесты… Просто заголовок для желтой прессы! Что ж, пора признаться: эти двое мастерски поимели меня, а третья буквально и с большим аппетитом..

Так, что же мне делать? — вслух спросил Хейз, вызвав в Дженнифер очередную волну заботы.

Она быстро подхватила начальника за руки и попыталась усадить на стул, но он лишь кивнул и, шатаясь от шока, медленно вышел под искренний совет секретарши.

— Знаете, мама говорила мне:“Что бы ни случилось, всегда встречай неприятности с гордо поднятой головой. Тогда это будет считаться выбором, а не ошибкой”.Может, вам стоит поступить так же?

— Я запомню, Джен, — впервые улыбнувшись, ответил Дилан и подумал:“Это все, что мне остается”.

Глава 13

Дилан

Above & Beyond, Alex Vargas — Making Plans

Пустота — вот что охватило Дилана, когда он вышел из здания офиса и, подставив лицо под накрапывающий дождь, направился к машине. До приема оставалось тридцать пять минут, но он не торопился, ведь точно знал, что ждет его в стенах семейного дома: не поздравления и слащавые улыбки, а лишь унижение и злость.

Конечно, отец не допустит прилюдного обсуждения моего провала. Но он не может запретить гостям думать. И в их головах однозначно найдется место для парочки скабрезностей, — размышлял Хейз, мысленно подготавливая себя к предстоящему позору. —Чертова стерва, Розман! Она наверняка уже присмотрела домик где-нибудь в Сен-Тропе́ или Портофи́но, и сейчас летит над Атлантикой, попивая шампанское в бизнес-классе частного рейса. Надеюсь, у нее хватит мозгов не возвращаться в Штаты. Иначе я узнаю, найду ее и… заставлю ответить за все! Все!

Запустив мотор, Дилан еще долго отправлял проклятия в адрес бывшей любовницы, но каждый раз приходил к мысли, что в глубине души невероятно рад избавиться от нее. Если бы не ужин с отцом, он забыл бы о ней в ту же минуту и ни разу не пожалел о расставании. Однако положение, в котором Бэк оставила Дилана, не давало посмотреть на ситуацию с положительной стороны.

Эмоциональное колесо, запущенное Розман, продолжало вращаться от пункта “месть” до “ожидания неизбежного”, пока авто не остановилось рядом с коваными воротами отцовского особняка.

Он был построен в лучших традициях старой Европы: колонны и фрески украшали парадный вход и фасад, вымощенный камнем, идеально ровный газон в сочетании с цветниками, топиарием и альпийскими горками предавали ему величественный вид, а иллюминация по всему периметру двора и крыше служила напоминанием, что вскоре здесь состоится почти историческое событие.

Окинув взглядом роскошь, которой был пропитан каждый уголок этого места, Дилан недовольно прищурился и, дождавшись, когда охрана откроет ворота, заехал внутрь. У порога уже толпились самые богатые и влиятельные люди Чикаго. Хейз узнал их не по вычурным костюмам и вызывающим украшениям, а по элегантной сдержанности стоимостью во многие миллионы долларов.

Люди, живущие в мире больших денег, не выставляют себя напоказ. Дилан знал это, поэтому вышел, даже не взглянув в зеркало. И лишь когда начал приближаться к парадному входу, быстро поправил галстук и остановился, потому что заметил среди гостей блондинку, занимавшую его сердце и мысли.

X Ambassadors, Erich Lee — Unsteady (Erich Lee Gravity Remix)

Силуэт Евы промелькнул среди скучных высокомерных женщин, собравшихся для обсуждения городских сплетен. Но Хейзу хватило и пары секунд, чтобы утонуть в ее загадочном взгляде, направленном куда-то в сторону, а следом вновь погрузиться в моменты их близости.

Ему казалось, еще чуть-чуть и он начнет тонуть в воспоминаниях, словно в морской пучине. Но чем больше гостья отдалялась от него, тем отчетливее становилась жажда немедленно прикоснуться к ней. Каждый шаг становился легче предыдущего и с большей скоростью нес его в огромный зал, украшенный цветами, хрустальными люстрами и дорогой мебелью из красного

Встреча с Евой стала настолько неожиданной и желанной для Дилана, что, позабыв про повод, который и привел его сюда, он, как умалишенный, бросился в самую толчею. Отныне взгляды людей вокруг не волновали его, как и их недовольные возгласы, приветствия, предложения выпить и ненужные разговоры. Все это время он видел лишь одну цель перед глазами и следовал за ней, наспех глотая воздух. Пока ее светлые завитки, спадающие на бретели длинного алого платья, не исчезли за спинами нескольких мужчин.

Хейз был готов бесцеремонно растолкать их и пойти дальше, но один из гостей сумел остановить его порыв, вовремя обернувшись.

— Дилан с собственной персоной! Как же я рад нашей встрече, — бархатистым голосом произнес мужчина в строгой белой сорочке.

Его проницательные черные глаза быстро скользнули по измученному лицу Хейза и просияли почти дьявольской уверенностью. Он не рассчитывал встретиться с соперником так быстро, но теперь, когда тот беспомощно оглядывался в поиске кого-то, приобрел явное преимущество в будущей беседе.

Дилан не мог сделать вид, что не знает его, потому что перед ним стоял не какой-то финансист средней руки, аКоул Ри́чмонд — директор по инвестициям конкурирующей фирмы Starlight Capital.

Этот талантливый и прозорливый мужчина давно был костью в горле Sparks IC. И хотя он показывал менее впечатляющие результаты, некоторые члены Совета уважали его и всерьез считали не менее ценным специалистом, чем Хейз. В первую очередь, за открытость и умение работать в команде, не “стягивая одеяло на себя”. А кроме того, за широкие горизонтальные связи, которыми пренебрегал лучший аналитик Чикаго.

Поняв, что побег будет расценен, как трусость, Дилан расправил плечи и буркнул, осторожно поглядывая по сторонам:

— Что клерк SC забыл на нашем скромном мероприятии? Решил стащить очередную идею или ты здесь по более важным делам?

— Похоже, ты всю жизнь будешь винить меня в том, что не Sparks IC первым додумался вкладывать деньги в проекты азиатских IT-гигантов, — посмеялся Ричмонд, взяв с подноса официанта бокал с вином.

— Это была наша идея. Моя! А ты просто украл ее с помощью своих крыс! — возмутился Хейз и резким движением ослабил петлю галстука, чтобы набрать больше воздуха.

— Кто первый, тот и прав. Разве не таков закон бизнеса? — ухмыльнулся соперник. — Но сейчас ты психуешь зря. Я гость на этом вечере. Твой отец пригласил меня.

Ну, конечно! Папаше мало того, что он уже сделал. Теперь еще и Ричмонд составит ему компанию!— подумал Дилан и, не догадываясь, насколько близок к истине, собрался произнести очередную колкость, но его перебил Ричард, внезапно появившись рядом с сыном.

— Я смотрю, вы быстро нашли друг друга, — ехидничал он, стараясь быть как можно спокойнее.

Для младшего Хейза было очевидно, что отец подошел не просто так и наверняка воспользуется столкновением двух акул инвестиционного бизнеса. Однако он не спешил выдавать свои секреты, умело прячась за маской джентльмена.

Вслед за словами Ричарда, все трое погрузились в собственные мысли. Изредка мужчины переглядывались между собой, притворяясь, что рады встрече, а на самом деле отсчитывали секунды до момента, когда смогут разойтись по разным углам и больше не встречать друг друга.

Дилан первым нарушил молчание, потому что ему порядком надоело быть только пешкой в руках отца. Да, и присутствие Евы, которую он продолжал искать среди гостей, жадно всматриваясь в лица, не придавало терпения.

— Может, ты объяснишь, для чего пригласил этого мелкого воришку?

— Чтобы представить тебе будущего члена нашей команды, — ответил отец, загадочно улыбнувшись Коулу.

— Члена команды? Спятил?

— А для чего, ты думаешь, я устроил этот вечер? Хм?

— В честь… — начал Дилан и задумался, потому что впервые обратил внимание на окружающую обстановку, а не людей.

В самом деле, ничто в зале не указывало на связь сборища с помолвкой. На столах отсутствовали типичные атрибуты подобных мероприятий: букеты, ленты и милые презенты для гостей. В руках присутствующих не было приглашений, а кроме того, никто из них не спросил у Хейза, почему он прибыл один, и не сделал ни единой попытки поздравить его.

Судя по выражению лица, Коул также не был в курсе изменения семейного статуса своего соперника, потому следил разговором с нескрываемым интересом.

— Кажется, он в шоке, — констатировал гость, считая, что замешательство Хейза связано исключительно с присутствием нового партнера.

— Да, так вышло, что я не успел порадовать его этой новостью, — спокойно заявил Ричард. — Мы оба были слишком заняты… личными вопросами.

— Но раз теперь все в курсе, может, обсудим детали за ужином? — предложил Коул.

— Прекрасная идея. Правда, Дилан? — согласился отец, сверля отпрыска острым взглядом.

Вот, значит, как…— мысленно сокрушался тот. —Ты придумал липовую помолвку, затащил меня сюда и теперь говоришь об этом подонке Ричмонде, как о благодетеле! Совету мало, что я положил гребаную жизнь ради успеха компании! Теперь вы хотите сломать меня и сделать послушной куклой, как этот вор и лжец! Ну, уж нет!

— Я не голоден, — резко возразил Дилан. — Если ты думаешь, что я сяду за один стол с кем-то из SC, ошибаешься.

Отказ Хейза сразу же накалил и без того звенящее напряжение, которое уже успело выстроить между тремя мужчинами и остальными гостями плотную стену. Ричард всегда старался сглаживать конфликты в присутствии посторонних, поэтому решил погасить нарастающее противостояние дружелюбным предложением.

— Коул, идите к своей команде. Мы скоро присоединимся к вам, — заискивающе произнес он.

— Семейные дела? — усмехнулся мужчина. — Хорошо. Я буду ждать вас за столом. Вас обоих.

— Это ненадолго, — пообещал отец и, дождавшись, когда новый партнер отойдет достаточно далеко, предложил Дилану пройти в кабинет, располагавшийся в конце длинного коридора первого этажа.

Однако младший Хейз был непреклонен. Сложив руки у груди, он продолжал стоять, как вкопанный, ведь быстро осознал, что у Ричарда не осталось способов воздействия на него. Напротив, отец сбросил с плеч Дилана тяжелый груз в виде опостылевшей любовницы и помолвки с ней, и теперь не имел ни одного козыря в рукаве.

Ни одного, кроме информации о Еве.

— Изобретательно. Так что мы празднуем? Поглощение или…

— Объединение, — строго произнес Ричард, поняв, что сын продолжает отчаянное сопротивление. — У нас будет две команды аналитиков под руководством лучших специалистов в области инвестиций. Кто из вас проявит себя лучше, тот и займет место исполнительного директора.

— Это место мое! — повысив тон, ответил Дилан.

— Совет решил иначе.

— До или после той подставы с крушением акций азиатского сектора?

— До. Считай это испытанием.

— Да пошел ты! Я не подопытная крыса! — язвительно заявил Хейз, почувствовав себя как никогда оскорбленным.

— Все не так. Позволь,

— Я приношу им слишком много денег…

— Да, было время, когда они решали все твои проблемы, но теперь нет. Мы вышли на тот уровень, когда люди сами идут к нам, а члены Сената лично приезжают на встречи.

Ричард взял сына за плечо и отвел подальше от любопытных глаз.

— Значит, меня списали, — остановившись, произнес Дилан.

— А чего ты хотел? Сейчас правят не бабки, а связи! Полезные и сговорчивые люди во главе угла. И раз ты не родился в семье Британской королевы… придется считаться с этим, как и я когда-то.

— И чтобы показать мне это, ты не нашел ничего лучше, как использовать блондинку?

— Она профи, если ты так легко попался на ее крючок, — усмехнулся отец.

Дилан и сам не раз пытался понять, почему именно Ева произвела столь грандиозный эффект на него, поэтому схватился за возможность узнать хоть что-то о ней.

— Как ты узнал? Что она именно та?

— Я не скажу о ней ни слова. Не пытайся, — раскусив план младшего Хейза, посмеялся Ричард. — Тем более, что с ней покончено.

— И что это значит? Избавился от нее?

— Отпустил. Прямо перед нашим разговором. Дальше все будет зависеть от нее. Если она захочет помочь тебе — вернется. А если нет — вытаскивайся сам.

Услышав, что “девушка мечты” покинула особняк и, возможно, его жизнь, Дилан почувствовал, как пол уходит из-под ног. Он был готов перевернуть весь Чикаго, лишь бы найти ее. Даже договориться с отцом, но теперь не мог сказать ни одного внятного слова. Голос предательски дрожал, и ком подступал к горлу, заставляя сердце истекать кровью, а мысли путаться и связываться в один пучок.

Она не вернется, — единственное, что все еще вертелось в голове, мешая некогда хладнокровному клерку принимать верные решения. И только редкие доводы рассудка, стихающие вместе с гомоном уходящих в столовую гостей, не давали окончательно сдаться отчаянию.

— Она была со мной за деньги. Как это “захочет помочь”? — сквозь душевный паралич переспросил Дилан.

— Наш с ней договор тебя не касается. Мне нужно было, чтобы ты засомневался в твоей подружке Розман и в своем пути. Она помогла мне. На этом все.

— И сколько она взяла за это? — отвернувшись, продолжал распрашивать Хейз.

— Почему тебя так интересует сумма?

— Хочу узнать, насколько я был противен ей…

— И стоит ли продолжать поиски? — добавил Ричард, понимая, к чему клонит сын. — Нисколько. Она отказалась от денег. А вот Бэк с удовольствием взяла кругленькую сумму, затем позвонила мне перед вылетом в Швейцарию и потребовала еще. Но насколько я понял, она сказала, что все было иначе.

— Какая дрянь…

— Оставь ее и подумай вот о чем, — попросил Ричард. — Я пошел на этот отчаянный шаг, потому что знал, к чему все идет. Совет в любом случае создал бы альтернативную группу. К счастью, не все верят в успех Коула, поэтому Уолш и остальные согласились поучаствовать в этом спектакле. В качестве аванса и благодарности за то, что ты сделал для компании, конечно. Но на этом все. Больше я не стану вмешиваться, как и Совет благоволить тебе. Услышь меня, сын. Теперь твой ход.

— Так мне сказать — “спасибо”? — горя от досады, спросил Хейз.

— Не мешало бы.

— Знаешь, катись к черту… — сделав шаг в сторону парадных дверей, прорычал Дилан. — Я всегда находил выход из самых сложных ситуаций и сейчас выберусь без твоей помощи.

— Ты даже не останешься на ужин? Подумай, что про тебя будут говорить остальные.

— Вот именно. Слишком долго я велся на эту чушь. А на деле — всем плевать, — остановившись, прошептал Хейз. — Буду я здесь или нет, они найдут, к чему прицепиться.

— Значит, бежишь? — нарочно спросил отец.

— Это не побег. Это движение в сторону свободы. Разве не этого ты хотел от меня?

Дилан был прав. Именно такой реакции Ричард добивался от сына, и теперь, как никогда, гордился его стойкостью.

Глава 14

Дилан

Вылетев из душного зала, Дилан, наконец, вздохнул полной грудью. Все тревоги и проблемы покинули его, и отныне он был готов свернуть горы. Доказать каждому от рядового клерка до члена Совета, что не зря является лучшим в своем деле. Забыть прошлое, как страшный сон, и начать все с чистого листа.

Однако его сердце все также разрывалось от тоски по женщине, которая не разделит с ним успехи и разочарования. И после признания отца, что она оказалась более честной, чем многолетняя любовница, понимать это было особенно горько.

Ева отказалась от денег… Неужели, тоже что-то чувствует ко мне? Тогда, почему она уехала, не оставив ни адреса, ни телефона? И что заставит ее вернуться?— думал Хейз, уверенным шагом приближаясь к машине.

Сев внутрь, он осознал, что не может завести двигатель.

Какой же я все-таки придурок! Мне даже в голову не пришло разузнать о ней больше. Поэтому я все еще копаюсь в башке, а не еду за ней, куда бы она не отправилась!— стерев пот со лба, прошептал Дилан и медленно вставил ключи в замок зажигания. —Ричмонд — не проблема. Я сумею разнести в щепки этого подонка, но что делать с Евой? Она нужна мне, как бы хреново это не закончилось… Может, вернуться и заставить отца рассказать правду о ней? Очевидно, что это не ее имя. Значит, нанимать ищейку бессмысленно. Неужели мне придется просто смириться и ждать?

Хейз не хотел оставаться всего лишь наблюдателем и заложником чужого решения, но отец был слишком предусмотрителен, чтобы дать сыну шанс быстро разобраться с возникшими проблемами. Прежде всего, из-за стремления научить его работать в команде и полагаться не только на свои умения и чутье, но и на выбор других людей.

* * *

Ричард Хэйз

Сидя за большим столом с людьми из высшего общества и делая вид, что интересуется их жизнью, отец не мог отделаться от мысли, что сейчас нужен сыну, а время, утекающее, как сквозь пальцы вода, подталкивало к необходимости сделать эту ошибку. Чтобы муки совести

Попросив прощение у гостей, Ричард осторожно взял салфетку со стола и уверенным шагом направился в кабинет, стирая кровь, вытекающую из носа. Войдя внутрь, он едва запер дверь и практически рухнул в любимое кожаное кресло.

Теперь ему незачем было притворяться и контролировать каждое слово, дабы не выдать своего состояния. Сейчас он мог расслабиться и побыть собой впервые за многие часы, а заодно отправить важное сообщение сыну.

* * *

Дилан

Coldplay — Scientist

Он уже выезжал на шоссе, когда писк смартфона вынудил его притормозить. Осветив салон, экран на панели управления показал имя отправителя “отец”, но Хейз подумал, что тот просто решил предпринять очередную попытку остановить его, придумав убедительный, но лживый повод. Лишь поэтому он не спешил открывать сообщение. И если бы не та самая интуиция, к которой он не прислушивался в личных делах, продолжил бы путь домой, не зная, что теряет драгоценные минуты.

Какого хрена ему нужно?— буркнул он, активировав функцию голосового помощника, но, услышав начало сообщения, быстро сменил скептический настрой на ощущение искренней благодарности.

“Аэропорт Чикаго О`Хара, рейс Чикаго — Сент-Луис в 21:20. Такси только отъехало от отеля Langham. У чуть больше часа. Поторопись”,— монотонно произнес приятный женский голос.

Она еще здесь?— дрожащим тоном прошептал Дилан и вдавил педаль газа в пол. —Я должен успеть! Если она не захочет быть со мной, я отпущу ее… Но мне нужно поговорить с ней!

30 минут спустя.

Покинув тихий район на юге Чикаго с его уютными улочками и особняками в стиле “ампир”, Дилан выехал на автомагистраль. Мимо проносилась вереница ярко-желтых фонарей, вдалеке виднелись силуэты небоскребов, а впереди тянулась цепочка машин, превращая широкое асфальтовое полотно в пульсирующую жилу.

Чтобы быстрее добраться до аэропорта, Хейз старался держаться самой быстрой полосы, но временами переставал замечать что-либо, кроме блуждающей ленты красных габаритных огней.

С некоторых пор этот цвет стал символом освобождения и открытия новых граней, о которых Дилан не подозревал. Однако, когда авто одно за другим начали превращаться в непреодолимую преграду, он резко очнулся, понимая, что едет слишком медленно.

Несмотря на поздний час, дорога была забита сильнее обычного. Это вызывало недоумение и заставляло Хейза нервно барабанить пальцами по рулю, а взгляд метаться между тусклыми силуэтами в окнах и навигатором. Внутри все еще жила надежда, что он сможет добраться до Евы, прежде чем она покинет город. И только это чувство сдерживало яростный порыв наплевать на безопасность и совершить опасный вираж.

Тем временем у одного из съездов начала собираться большая пробка из-за аварии, произошедшей часом ранее. Приближаясь к ней, некогда бурный поток стремительно терял скорость и, спустя пять минут, окончательно превратился в узкий ленивый ручеек.

Поняв, что опаздывает, Хейз едва мог усидеть на месте, постоянно отправляя в сторону других водителей тысячи мерзких слов. Только обвинение окружающих во всех смертных грехах не могло решить его главную проблему, потому не приносило даже малейшего облегчения.

Все, что ему оставалось — ждать, когда судьба сжалится над ним или научит смирению, как того и хотел Ричард.

Это гребаный конец! Наверняка она уже там и улетит, не узнав, что я пытался найти ее!— вопил Дилан, превращая панель управления в мишень для атаки, а затем переключился на отца, подозревая, что он нарочно рассказал об отъезде Евы слишком поздно: —Престарелый шутник поплатится за это представление! Сперва я сравняю с землей Коула, а потом займусь им! Слишком долго он издевался надо мной.

Stanfour — Stay

Внезапно последнее слово, сказанное в адрес Ричарда, застряло в горле и заставило Дилана пожалеть обо всем, что вылетело из рта. Это было впервые, когда он почти перестал сомневаться в искренности намерений отца, хотя в глубине души продолжал испытывать страх нового разочарования. Вывернув руль на соседнюю полосу, Хейз всмотрелся в окна такси, поравнявшегося с его машиной. Обычного седана желтого цвета. Но одна деталь приковывала взгляд Дилана, отвлекая его от дороги — силуэт блондинки на заднем сидении, до умопомрачения похожей на Еву.

Внутри было темно, поэтому он не мог довериться зрению, а девушка, как назло, не замечала почти болезненного интереса к себе. И лишь когда фары, проезжающего мимо джипа, на пару секунд осветили салон, Хейз ощутил, что начал тонуть в моменте самой желанной встречи.

Это она… Поверить не могу…— протянул он, наблюдая, как Ева смотрит вдаль и теребит пояс дорожной сумки.

Сейчас в ней не было ни хищности, ни манящей игривости, к которой так привык Дилан. Теперь она казалась простой и открытой девушкой в неприметном светлом тренче. Но этот образ не отталкивал преследователя, а заставлял улыбаться от одного лишь факта ее присутствия рядом.

До этой минуты он и сам не знал, что секрет притягательности Евы таился не просто в красоте, но в обезоруживающем тепле, которое Хейз чувствовал даже на расстоянии. Теперь он стремился сократить его, оставляя таксисту все меньше возможностей для маневра.

Фактически заперев седан между своим авто и отбойником, Дилан остановился у задней двери и начал ждать, когда блондинка обратит на него внимание.

И вот этот сладкий и томительный момент настал…

Будто услышав призыв, Ева резко обернулась, но быстро отвела взгляд, поняв, кто мешает ей отправиться дальше. Хейз же не собирался отступать и, открыв окно, постучал по стеклу ее двери, игнорируя крики таксиста, который требовал оставить девушку в покое.

Не уезжай, — просил он, запоминая каждую черту на лице Евы, а она едва скрывала слезы радости и одновременно боли из-за скорого расставания.

* * *

Ева

Подняв ладонь и прислонив ее к стеклу, словно стремясь погладить образ Дилана, девушка старалась сдерживать чувства, которые отчаянно рвались наружу. Она понимала, что не сможет остаться, как бы того не хотела, ведь их не связывало ничего, кроме бессовестного договора с Ричардом. И если бы не он, эти двое никогда не встретились бы, потому что Хейз, при виде ее настоящей, даже не повернул бы головы.

Все, что ты видел, было ложью. Та яркая блондинка — не я, и мне никогда не стать ею. Даже ради нас. Прости…— думала она, стирая слезы с ресниц, а затем, превозмогая отчаяние, покачала головой в ответ на очередную просьбу Дилана остановиться.

* * *

Дилан

Emmit Fenn — All this to live for

В этом жесте было столько тоски,

Конечно, нет. Это резало Хейза на части и заставляло ненавидеть себя, проклинать ту ночь и отца, но не переходить грань. Не делать больней ни себе, ни Еве. Просто отступить и позволить таксисту увезти ее.

Получив ответ и почти смирившись с ее решением, он крепко сжал руль и освободил седан, вернувшись на свою полосу. А дальше все происходило, как в самом страшном сне: такси начало отдаляться, унося с собой потухший огонек любимого взгляда, и серое полотно автострады сразу же превратилось в отрезок пути, разделивший его жизнь на “до” и “после”.

Вскоре такси окончательно исчезло из виду, смешавшись с огнями фонарей и потоком машин, спешащим домой после долгого рабочего дня. Они беспрерывно сигналили Хейзу, чтобы тот освободил дорогу, и он покорно подчинился, потому что больше ничто не тревожило его. Ни план отца, ни вмешательство Совета, ни переход Ричмонда в компанию.

Только мысль, что он потерял не просто женщину, а возможность чувствовать, заменив ее простым и понятным существованием.

Примечания

1

Одна из крупнейших фондовых бирж в мире.