Крах Логики

Глава 1

Церемония Наречения Нового Флагмана проходила в Главном Ангаре. Повод был серьезный: Галактический Новый Год и подарок от Консорциума Верфей — новейший фрегат класса «Несокрушимый», способный одним залпом превратить туманность в стекловидную массу.

Вокруг корабля собралась вся верхушка Империи. Хуанита стояла, скрестив руки на груди, ее сиротский взгляд метал молнии сквозь прорези карнавальной маски (она надела ее ради праздника, но она выглядела как маска палача). — Ну? — процедила она. — Как назовем эту груду железа?

Генерал Аксель шагнул вперед. Его титановое лицо было серьезно. — Согласно Уставу Флота, имя должно внушать ужас врагам и трепет союзникам! Я предлагаю: «Немезида», «Карающий Молот» или «Налоговый Инспектор-1». Он торжественно достал свой шлем, который использовал вместо колпака для голосования, и бросил туда бумажку.

Мастер Квон протиснулся вперед, вытирая руки о замасленный передник поверх парадного кителя. — Хозяйка! Надо с душой! Чтобы душа пела! Предлагаю: «Борщ Несокрушимый», «Фрикаделька Судьбы» или «Щи Справедливости». Его голос дрогнул от чувств. Он бережно опустил в шлем сложенный вчетверо листок из блокнота Квона.

Глаша вышла из-за спин охраны. На ней был белоснежный халат, надетый поверх вечернего платья. В руках она держала стерильный пробиркодержатель. — Имена должны соответствовать санитарным нормам фонетики, — отчеканила она. — Никаких шипящих. Только строгость и порядок. Варианты: «Стерильность-1», «Абсолютный Нуль» или «Антибактериальный Протокол». Она уронила в шлем полоску перфокарты.

Наконец, шатаясь и распространяя запах перегара высшего сорта, подошел Звездный Лоцман Лёха 505. — А давайте... ик... назовем его «Бухой Дельфин»? Или «Тещин Бортовой Компьютер»... Он неуверенно сунул в шлем смятую салфетку с жирным пятном. АКТ I: ПОДСЧЕТ ГОЛОСОВ

— Достаточно, — отрезала Хуанита. Она была не в настроении. — Аксель, считай.

Генерал надел свои оптические сканеры наизготовку и запустил манипулятор в импровизированную урну. — Так... «Немезида»... раз. «Борщ Несокрушимый»... два. «Стерильность-1»... три. «Бухой Дельфин»... четыре.

Он замер. Достал еще одну бумажку. Развернул. Повисла тишина, которую обычно называют звенящей. Слышно было только, как где-то далеко капает масло из двигателя. На бумажке аккуратным, каллиграфическим почерком с завитушками было выведено: «ХАЛЯЛЬНЫЙ ПОРОСЁНОК»

Аксель моргнул. Оба визора стали ярко-красными. — Это не мой почерк, — констатировал он. — Это не почерк Квона. Это не шифр Глаши. И это точно не курица-самописец Лёхи.

Глаша подошла ближе. Надела очки-микроскопы. — Анализ состава чернил, — доложила она бесстрастно. — Чернила изготовлены из смеси плазмы сверхновой, редкого пигмента "Пыль Оскорбленного Эстета" и... слез единорога. Статус бумаги: старше самой Вселенной. Автор неизвестен. Логика бессильна.

Хуанита медленно повернула голову. Ее глаза начали светиться опасным багровым светом. — Кто. Посмел. Шутить. Со мной. В Новом Году? — спросила она так тихо, что звук замерз в воздухе. АКТ III: РАСПАКОВКА ТАЙНЫ

В этот момент раздалось низкое, вибрирующее гудение. Из теней за главным реактором выдвинулся силуэт. Это был Древний Архивариус, существо настолько старое, что состояло из чистого библиотечного формуляра.

— Прошу прощения за вмешательство, Ваше Величество, — проскрипел он голосом сухих страниц. — Но название пришло не извне. Оно родилось внутри системы.

Все обернулись к нему. — Объяснись, пыльная книга, — приказала Хуана.

Архивариус затрясся. — Когда корабль сошел со стапелей, бортовой ИИ требовал регистрации имени. Но Мастер Квон случайно пролил на главный сервер чашку кофе с коньяком. Искусственный Интеллект фрегата впал в экзистенциальный ступор. Он осознал себя. Он посмотрел на свое назначение — возить вас, Хозяйка, которая является воплощением Хаоса, борща и нарушения всех уставов. ИИ проанализировал свою суть. Он понял, что он — высокотехнологичное оружие, обреченное служить носителем абсолютной бытовой анархии. Единственное имя, которое смог принять его квантовый разум, осознавший всю тщетность войны и вкус хорошей еды, было

сочетание самого святого (Халяль/Порядок) и самого греховного, земного и радостного (Поросенок/Беспорядок).

— Коллапс логики, — прошептал побледневший Квон. — Он назвал себя тем, чем мы все являемся. Смешением высокого и низкого. Святым Балансом.

Хуанита молчала долго. Очень долго. Затем уголок ее рта дернулся вверх. — Значит, «Халяльный Поросёнок», — произнесла она, и в ее голосе зазвучали нотки искреннего веселья. — Идеально.

Она посмотрела на экипаж. — Отныне и навсегда. Наш новый флагман носит имя, данное им самим. Потому что даже кусок холодного железа понимает жизнь лучше, чем все эти напыщенные Лорды в центре Галактики. Мы — грязь, сталь и святое право на бардак. И нас зовут соответствующе.

Она развернулась и пошла обратно к лифту. — Чего встали? — бросила она через плечо. — Ждете, пока я сама швартовы закину? По местам. У нас рейс. Забегаловка №5 закрывается через час, а мне нужно успеть на котлеты.

Генерал Аксель молча отдал честь удаляющейся спине Императора. Затем посмотрел на Мастера Квона. — Запишите в бортжурнал, — прогудел он. — Название присвоено. Накал пафоса сменился накалом абсурда. Состояние экипажа: философское смирение. Курс — домой. Ужинать будем дома. Эпично.