Провинция

Глава 1. Рождение

3 января 2003 года.

Ранее зимнее утро, страна до сих пор встречала Новый год, в России этот праздник мог продолжаться несколько недель. Для семей это отличный шанс провести время с друг другом, а для молодежи повеселиться от души.

Проснувшись около полудня, Светлана чувствовала себя жёванной жвачкой. Спина болела, ощущения были похожи на поезд, который постоянно ездит по своему маршруту, а рельсами был позвоночник.

Но она ещё не знала, что эту боль осталось терпеть не долго.

Встав с кровати, она посмотрела на своего мужа, Дмитрия. Ей захотелось плакать, ведь понимала, что она с ним только ради ребёнка, который сейчас у неё под сердцем. Он был жесток с ней и с её сыном от первого брака. Но ей некуда было идти, у неё были плохие отношения со своей матерью и отцом. Единственное чему они научили её, это то, что она страшная, некрасивая, и что вообще её никто не возьмёт замуж. Но она доказала им обратное, и совсем не важно какими были её избранники.

У Светланы средний рост, короткая стрижка, как у мальчика, но ей очень шло, она любила экспериментировать со своими волосами. Волосы у неё были блондинистые, чёрные, рыжие . Были и причёски совершенно странными, по-моему мнению. Чёлка рыжая, а макушка тёмного цвета, в цветах я разбираюсь плохо, но, по-моему, тёмный каштан, то же сочетание было и с блондинистыми, но он был вместо тёмного. Она была пышечкой, как сочный пирожок в столовых, румяной, как Снегурочка. А глаза были, как самая тёмная ночь с самыми яркими звёздами в ночном небе.

Дмитрий же был намного моложе неё, он считал себя красавцем, хотя я бы так не сказал...У него были светло-голубые глаза, похожие на стекло, худое тело, похожее на самого Кощея Бессмертного. Он был обаятелен для окружающих, и никто не понимал почему Светлана ходит с ним такая грустная и скромная. Все завидовали ей, но она единственная знала его настоящим.

Они работали на одном заводе, который производил удобрения, но познакомились они в ночном клубе. После знакомства они общались месяц, после чего Светлана поняла, что она беременна. Поначалу она не хотел ребёнка, считала, что ей хватит Лёши. Света решила рассказать Диме про свою беременность.

Они встретились в кафе "Золотой чайничек". Это было небольшое заведение с высокими белыми потолками, стены выкрашены в нежно-бирюзовый, а шторы почти сливались со стенами, они были короткими, где-то до подоконника, сами же окна были как в сталинках, большие и широкие. Над столиком, где сидела Света висела синяя люстра, похожая на перевернутую большую вазу. Сам столик был накрыт скатертью, которая была украшена в крупную клеточку, а вокруг линий квадратов вилась листва, очень яркими были лилии: белого, розового и даже с розовой пыльцой на лепестках. В «Золотом чайничке» было всё дёшево и сердито. Место выбирал Дима, так как у него не было особо много денег, а встретиться в каком-нибудь другом месте он не хотел.

Света пришла немного раньше и заказала себе обычный чёрный чай, Дима подошёл на 15-20 минут позже, сев за столик он уже понимал, что что-то не так.

—Привет, что стряслось? По телефонному звонку, я понял, что что-то не так.—встревоженно и озадачено спросил Дима, он был нахмурен и серьёзен.

-— Привет, я хотела обсудить с тобой очень важную проблему или даже не проблему, скорее нашу оплошность.—Света говорила нехотя, ей не хотелось это обсуждать. Зачем она вообще с ним это обсуждала, если она уже понимала, что не хочет этого ребёнка? Она считала, что он будет того же мнения, что и она.

—О чём ты говоришь...говори скорее!—возбуждённо ответил Дима

—Я беременна от тебя, сразу скажу, что я не хочу его, мне тяжело было с одним-то ребёнком, а тут ещё один!—Света говорила уверенно, глядя в холодные, как лёд, глаза Димы.

Дима, чувствую нарастающий гнев внутри себя, нахмурился. Света насторожилась, ожидая реакцию, которая душевно её убьёт.

—Свет, давай не будем обсуждать это здесь, давай немного пройдёмся и поговорим у меня дома, договорились?—произнёс спокойно Дима. Его злость, как казалось Свете, куда-то пропала.

—Давай, но только ненадолго, мне надо забрать Лёшу из садика.— деловито и резко ответила Света.

Они шли вдоль аллеи и обсуждали всякие бытовые новости: на счёт зарплаты, которую не поднимают, о том, как быстро растут цены на продукты, товары первой необходимости. В лицо же им светило майское солнце, хоть это и был Урал, снег уже растаял и росла зелёная обновлённая трава, везде пахло сиренью.

Наконец они пришли к нему на съёмную квартиру. Это была однокомнатная квартира в «панельке». Местами были разодраны обои, а сами обои были желчного цвета, от которого у Светы были позы к рвоте. Почти вся мебель разваливалась, единственное, что ей нравилось это диван, он был большой красного цвета, внешне он казался твёрже камня, но, когда на него ложишься, ощущение будто ты лежишь на мягких облаках.

Они сняли обувь и верхнюю одежду, прошли в комнату, Дима, в 2 метра ростом, махнул руку верх, повернулся к Свете, и со свистом дал ей пощёчину. Света отлетела к шкафу и упала на холодный пол, покрашенный в коричневый, выглядел он омерзительно, ощущение, что под ногами открылась канализация. Света начала сильно рыдать, иногда у неё из рта сами по себе выходили вскрики. Она посмотрела на него своими красными и заплаканными глазами. И ужаснулась, перед ней стоял высокий мужчина, у которого был большой лоб и прозрачные глаза, а само тело было худым, откуда у него было столько сил, хотя он только что вернулся из армии. Он всегда гордился тем, что служил в Москве, я же считаю, что это глупо, ибо Москва обычный город, только туда впихивают больше денег, чем в города провинций.

Дима же был горд собой за сделанный поступок, он считал это правильным, по его мнению, женщина не имеет права сделать что-либо без его ведома, иногда мне казалось, что даже думать.

— Какого х*я ты несла в кафе, ты вообще думала о чём говоришь, при людях-то?!— заорал Дима, у него вылезли вены на лбу и шее, руки были сжаты в кулаки.

Света смотрела снизу на него, боясь что-то сказать.

— Значит так, никакого ты бл*ть аборта делать не будешь, это и мой ребёнок тоже. Мы с тобой женимся, да-а, мы с тобой женимся и будем счастливой семьёй! Ты поняла?!—резко присев к Свете заорал он прямо ей в лицо, устроив небольшой фонтан из слюней.

Света быстро встала на ноги, схватила в руки обувь и одежду и выбежала из квартиры. Дима не стал за ней бежать, он считал это не нужным.

В данный момент, после развода с мужем, которого кстати, тоже звали Дима, она жила у бабушки Нюры. Это была милая старушка, которая хоть и выглядела слабо, но могла дать таких тумаков, что мало не покажется. Но она не дралась, как минимум в своём возрасте, ей было около 70 лет, но она спокойно могла ходить, видеть, но со слухом начались проблемы, она была очень доброй и хитрой, любила нянчиться с Лёшей, это уже был её правнук и мой брат. Она была матерью отца Светы—Володи. У неё было 3 детей, но отчётливо я помню только своего деда и тётю Таню, которой в детстве случайно неправильно поставили укол и она стала глупой на всю жизнь, хоть она и была глупой, но в мире я видел таких добрых только два раза, это моя прабабушка и тётя Таня.

В момент, когда её ударил Дима, она сразу почувствовала, как она хочет обратно к бабушке Нюре. Ни о ком другом она больше не думала. Выбежав на улицу она сразу надела свою обувь и джинсовку, посмотрела в окно квартиры Димы и увидела всё то же лицо, только в нём появилась грусть. Но Света над этим не задумалась и побежала на Тельмана, в уголок, где её всегда ждала прабабушка.

На пол пути она вспомнила, что ей нужно забрать Лёшу из садика. Повернув в сторону садика Света пошла более спокойным шагом. Она думала, что же ей делать в этой ситуации. Осознав, что она его ненавидит до всех кончиков своего тела, решает пойти на аборт.

Почему же её все обижают, почему она никому не нужна, что она такого сделала для такой ненависти к ней?—рассуждала она в своей голове, но так и не могла найти ответ. У неё медленно покатились слёзы по красным щекам, но как только подошла к садику, сразу взяла себя в руки.

(Надо быть сильно я справлюсь)

Стоило ей увидеть, как к ней на встречу бежит её сын, у неё всё-таки пошли слёзы, но эти слёзы были всё равно от горя, она считала себя проклятой, ей было жаль своего сына. Его отец спился и живёт с какой-то собутыльницей. Она во всё винила себя, но на самом деле не была таковой.

Лёша радостно завизжал и всё время кричал:"Мама пришла, мама пришла...". Он был счастлив её видеть, рад, что они сейчас пойдут домой, рад, что она рядом с ним. Рядом с ней он чувствовал себя в безопасности, что никто его не обидит.

Света подошла к воспитательнице, которая следила за детьми, чтобы предупредить ей о том, что она его забирает домой. Марья Ивановна сразу заметила огромное красное пятно, которое уже начало приобретать фиолетово-синий цвет, на её щеке.

—Светлана Владимировна, что с вами произошло?!—с искренним удивлением и переживание спросила она. В наше время уже мало таких людей, которые вообще бы спросили про это. Многие считают, что это не их дело, что человек сам должен с этим разобраться.

—Всё хорошо, случайно упала на работе, по ступенькам так, БАМ-БАМ-БАМ!—задорно сказала Света, но Марья Ивановна в это не поверила. Лёша же напротив, искренне поверив, начал тихонько хихикать, но не из-за того, что упала мама, а из=за того с каким юмором она это говорила.

—Как скажите Светлана, но если что, такое нельзя оставлять безнаказанным.—Марья думала, что это сделал её первый муж. Хоть она и ошибалась в том, кто это сделал, но точно догадалась, что это не ступеньки.

—Мы наверное пойдём, до свидания, Марья Ивановна!—с улыбкой на лице. Лёша повторил за мамой, и они пошли домой, где их ждала тётя Таня и прабабушка Нюра.

Всю дорогу до дома Лёша рассказывал, как они всей группой делали аппликации, рисовали рисунки ко Дню Победы. Рассказал, как он бегал от Артёма, когда тот был догонялой, о том, что он ел овсянку с невкусным како на завтрак, а в обед были вкусные макароны с куринной котлетой, которую Лёша сильно любил, но всё блюдо испортили солёным огурцом, Лёша вообще их терпеть не мог, у него сразу начиналась рвота.