Оранго

Глава 1

Эта история, начавшаяся более чем столетие тому назад, перекликается с произведениями писателей-фантастов; в какой-то мере продолжается она и сегодня.

Пытливый человеческий ум еще в прежние времена решил бросить вызов Творцу…

Эксперименты подобного рода, без особой огласки, проводятся и в настоящее время.

Бушующая практически по всему миру пандемия коронавируса… Гипотеза о его искусственном происхождении…

А до этого смелые опыты по клонированию – из того же Китая просочилась информация о том, что тамошние научные светила пытались (пытаются) создать трансгенную обезьяну с улучшенным мозгом и, соответственно, интеллектом. Цель: получить необычайно выносливого работника-раба.

Как знать, быть может COVID-19 – знамение свыше и предостережение – человек не должен играть в эти игры и пытаться равнять себя с высшими силами.

Но, с другой стороны, если бы не смелые эксперименты, которыми человек занялся еще на заре цивилизации, не было бы у нас такого изобилия пород собак и кошек, сортов сельскохозяйственных культур…

Предсказать и предостеречь

Писатели в полете своей фантазии пошли еще дальше.

Так, знаменитый Герберт Уэллс создал роман «Остров доктора Моро», увидевший свет в 1896 году. Произведение можно назвать попыткой заглянуть в будущее (не такое и отдаленное) и… предостеречь.

В романе выдающийся ученый (сочетание гения и злодейства) доктор Моро лишается возможности проводить свои чудовищные эксперименты над животными в столице Британской империи, поскольку они признаны, идущими в разрез с принципами гуманизма. Вивисектора изгоняют на остров, куда он отправляется вместе с помощником Монтгомери.

Там Моро и доводит начатое дело всей своей жизни до конца – создает из животных зверолюдей.

«Коррективы» вносит незваный гость острова Эдвард Прендик. Он сует нос куда не попадя и спутывает карты одержимого ученого – одно из его детищ убивает своего создателя; Монтгомери «задушил» зеленый змий, то есть алкоголь.

Прендик возвращается на родину, зверолюди постепенно становятся животными – возвращаясь к первородному состоянию.

Спустя почти тридцать лет вышло «Собачье сердце». Пересказывать произведение и представлять его автора – необходимости нет.

А вот кто же послужил прототипом профессора Преображенского?

Был ли он вообще?

Многие литературоведы в качестве такового называли физиолога Павлова.

«Собака Павлова» до сих пор звучит как имя нарицательное, а в то время слава великого ученого гремела по всему миру.

Однако есть довольно обоснованная точка зрения о том, что при создании образа Филиппа Филипповича Булгаков в качестве прототипа избрал другого ученого. И он проводил эксперименты по своей смелости, пожалуй, превосходящие опыты Павлова с нашими четвероногими друзьями.

Кто же он?

Это человек сложной и удивительной судьбы с другой простой русской фамилией – Иванов.

Илья Иванович сделал имя в науке как биолог-животновод, специалист в области в области искусственного осеменения и скрещивания разных видов животных между собой. Предложенным им методом искусственного осеменения сельскохозяйственных животных активно пользуются и в наши дни.

Научный поиск привел Иванова к настоящему вызову – он предложил скрестить обезьяну… с человеком.

Свою идею озвучил на Всемирном конгрессе зоологов в Граце в 1910 году.

Что удивительно (а может быть по меркам того времени это было вполне нормальным), она получила поддержку.

Научный авторитет ученого был весьма высок. До этого он вывел гибриды осла и зебры, домашней коровы и зубра, скрестил корову с антилопой. А еще существенно усовершенствовал процесс разведения лошадей. Изобрел способ оплодотворить от одного жеребца до 500 кобыл вместо 20-30 при естественном «протекании процесса».

От теории к практике

Однако к практической плоскости ученый смог перейти лишь пятнадцать лет спустя. Оно и понятно – закрутилось кровавое колесо Первой мировой, а там революция, гражданская война…

Новая власть благотворила смелым экспериментам, в ее планы, вообще, входило создание новой породы людей.

И примерно в 1925 году она заинтересовалась «прожектами» Иванова. В тот же период Булгаков и пишет свою бессмертную повесть «Собачье сердце».

Чем же подкупил «советы» ученый-биолог?

По скупым сведениям, можно полагать, что результатом скрещивания видели породу «людей» чрезвычайно выносливых, способных трудиться на тяжелой физической работе «24 часа в сутки». Неприхотливых в быту, с минимальными потребностями… Идеальных рабочих и солдат.

А поскольку предполагалось, что основным инстинктом «обезьяночеловека» станет половой – размножаться эти особи будут со страшной силой.

То есть неисчерпаемый кадровый резерв для индустриализации и великих строек коммунизма обеспечен!

1926 год. В мае ОГПУ производит обыск у Булгакова и изымает рукопись «Собачьего сердца». А в ноябре того же года Иванов вместе с сыном (тоже биологом) прибывает на один из островов Французской Гвинеи; советское правительство добилось у Франции разрешения на отлов шимпанзе и смелые эксперименты с ними. В общем, пойманных самок осеменили спермой добровольцев. Беременности не наступило. Ученый уехал во Францию, взяв с собой предметы своих опытов, то есть обезьян. Оттуда уже отправился в Советский Союз, не теряя надежды осуществить задуманное; его переполняли новые идеи.

Центром исследований и экспериментов должен был стать Сухуми, с его обезьяним заказником, куда летом 1930 года должны были прибыть новые шимпанзе…

Однако весной того же года Иванов стал жертвой репрессий, как и все, кто поддерживал его эксперимент. Правда, отделался ученый легко – его сослали в Алма-Ату. Там он продолжил работать, преподавал. Правда, недолго – через два года скончался от инсульта. В 1932 году.

В юбилейный год

По мистическому совпадению в этом же юбилейном году (пятнадцатилетие Октября) знаменитый Дмитрий Шостакович начал необычное музыкальное произведение – оперу «Оранго».

Она оказалась неоконченной и вскоре композитора подвергли обструкции – вполне вероятно, и из-за смелого полета музыкальной мысли. «Оранго», можно сказать, «родственник» «Собачьего сердца» – конкретно «товарища» Шарикова.

Обезьяночеловек «Оранго» (имя производное от «орангутанга», как несложно догадаться) также – плод смелого научного эксперимента.

Действия оперы предваряет пролог.

Итак, «сталинский СССР», хор изображающий гигантское скопление народных масс собирается в некоем не менее гигантском «Дворце Советов».

Самом грандиозном в мире!

С самыми «величественными» и огромными статуями!

Среди почетных гостей «форума» – иностранцы. Ради них, похоже, и затевается все «шоу».

И вот на сцене появляется «Оранго» – он исполняет задания: чихает, рыгает, играет «Чижика-пыжика» – ничего не напоминает...

На этом «занавес». И он «открылся» спустя… почти восемьдесят лет.

Рукописи не горят

По счастью это так, хотя, к сожалению, бывают и исключения.

«Собачье сердце» было в наиболее полном и выверенном варианте опубликовано в 1989 году, а первые публикации различных вариантов произведения появились чуть более чем за двадцать лет до того.

Сходная судьба была уготована и «Оранго».

В 2004 году в «Музейной папке» архива Шостаковича в Москве научный сотрудник архива и музея имени Глинки Ольга Дигонская обнаружила и атрибутировала сочинение, которое Шостакович писал по заказу Большого театра. Так музыкальному миру и была представлена опера «Оранго» на либретто Алексея Толстого и Александра Старчакова. Премьера планировалась к пятнадцатилетию большевистской революции. Однако она так и не состоялась.

Вероятно, и в ней усмотрели скрытую сатиру на тогдашние реалии жизни.

Бумаги, в которых нашли рукопись «Оранго», попали в музей в 1960-х годах благодаря близкому другу и секретарю Шостаковича Левону Автомяну.

О замысле оперы знали давно. Однако до обнаружения рукописи, писал ее композитор или нет, было неизвестно.

«Оранго» Шостаковичу заказал в 1932 году Большой театр, и опера должна была быть приурочена, как уже говорилось, к юбилею «десяти дней, которые потрясли мир». Лейтмотивом музыкального произведения должна была стать сатира на капиталистическое общество. Однако композитор и либреттисты – Алексей Толстой и Александр Старчаков – отважились на чрезвычайно смелый шаг, внеся долю критики советского режима.

Интересно, что сюжет оперы основан на одном из рассказов Старчакова: некий врач ставит эксперимент по скрещиванию человека и обезьяны.

Рассказ или повесть?

Итак, в основу либретто «Оранго» лег рассказ Старчакова «Победа Альбера Дюрана». Произведение было опубликовано в 1930 году в сборнике «Особняк на площади». Это повествование о журналисте Альбере Дюране, которому удается узнать об опытах эмбриолога Эрнеста Гуро. Ученый собирается оплодотворить мужскими клетками обезьяну Руфь. Фельетон Дюрана «Любовник обезьяны» становится сенсацией, опыты ученого прекращаются, а сам Дюран делает на скандале блестящую карьеру.

Правда, в одном из газетных анонсов 1932 года литературным источником оперы называли другое произведение Александра Старчакова – повесть «Карьера Артура Кристи», однако ее следов литературоведы обнаружить не смогли. Вероятно, она была так и нереализованной задумкой.

Две судьбы

Об Алексее Толстом – обласканном советской властью «красном графе», как его называли, хорошо известно; его произведения изучают в школе.

А вот творчество Александра Старчакова знакомо, пожалуй, лишь специалистам.

Его жизненный путь окончился трагически, будучи типичным для того времени (пусть это и звучит цинично).

Александр Осипович был арестован в приснопамятном 1937 году по обвинению в участии в террористической группе, которая якобы готовила устранение Сталина и Ворошилова. Расстрелян в мае того же года.

Так получилось, что мировую и российскую премьеру неизвестного сочинения Шостаковича подготовили не в России.

Произведение впервые прозвучало десять лет тому назад – в 2011 году, в Лос-Анджелесе, в исполнении оркестра под управлением Эсы-Пекка Салонена.

Через три года Эса-Пекка Салонен с Лондонским оркестром «Филармония» представил российскую премьеру «Оранго» на фестивале Мстислава Ростроповича в Большом зале консерватории в Москве.