То, что нас удерживает

***

Сектор 27. Город №2. Ночь

Он сидел за рулём, закрыв глаза, когда мерзко задребезжал коммуникатор. Не глядя, он ткнул в светящийся исцарапанный браслет перчаткой и отменил вызов. Коммуникатор зазвонил ещё дважды, затем замолчал. По крыше автомобиля барабанил дождь, его холодные капли иногда шипели и пузырились на облезающей краске капота. Дождь был кислотный.

Загорелся экран бортового компьютера. На нём мелькнула надпись "удалённый доступ". Встроенный в приборную панель динамик выплюнул клуб пыли и прохрипел механическим голосом:

— Офицер Роберт Кук. Перестрелка на западной улице. Задача: оценить обстановку и вмешаться по необходимости. Подтвердите.

Роберт Кук зажмурился, вцепился в рулевое колесо, и сквозь зубы процедил:

— Приказ принял.

Роберт Кук, Офицер третьего ранга, полиция Города №2, сорок лет. Не женат, не аугментирован.

— В случае смерти вас или вашего напарника, отдел лишится премии. — равнодушно сообщил голос — Конец связи.

Динамик затих, экран бортового компьютера мигнул, потом загорелся вновь. На обшарпанном экране теперь горела карта города, с точкой назначения. Она ждала его и его напарника.

Роберт зашипел, с размаху надел на голову лежавший на соседнем сиденье облезлый шлем с прозрачным забралом, приоткрыл дверь, и высунулся наружу.

— Джим! Вызов.

Джим, его напарник стоял под дождём с канистрой в руке и смотрел в небо. Дождь струился по его маске, стекал по композитной броне, падал на землю. Его шлем мерцал одинокой лампочкой светодиода, а по прозрачному лицевому щитку бежали строчки зелёного текста. Джим Мур, двадцать пять лет, офицер первого ранга, механик аугмент второго класса.

Джим не шевелился. Замер в момент, когда наливал топливо в бак машины и задумался, так как иногда делают аугменты. Капли дождя попадали иногда в открытую горловину канистры, и, наверное, шипели внутри. Надпись на канистре сообщала: "Настоящий рециркулированный углерод! Сделаем мир зелёным снова.".

— Джим! Испортишь топливо! — прикрикнул Роберт, и Джим очнулся. Он вздрогнул, будто проснувшись ото сна, кивнул. Торопливо закрыл канистру и топливный бак, забросил канистру в багажник, который закрылся не сразу. Джим сел на пассажирское место, так ничего и не сказав. По его щитку, перед лицом, безостановочно бежал текст. Под щитком мерцали проекторы, они передавали изображение на сетчатку. В шлеме Роберта были похожие, пока он "случайно" их не сломал.

— Бери управление, Джим, озвучь детали. Я знаю, что ты их уже получил.

Роберт отпустил руль и потянулся в "бардачок". Джим дёрнулся, перед его лицом снова побежали строчки текста. Полицейский автомобиль, "Чейзер", рыкнул редким теперь двигателем внутреннего сгорания и покатился по улице. Руль поворачивался сам. Джим заговорил, невероятно спокойным голосом.

— Предположительно столкновение между Железной Рукой и Потерянными. До двадцати человек, до шести единиц автоматического оружия.

Роберт снова зашипел. Он вытащил из "бардачка" коробку патронов. Из кобуры на поясе он достал увесистый револьвер без единой электронной детали, открыл барабан, проверил его, затем начал рассовывать патроны по карманам. Увесистый револьвер, калибр магнум, 50.

— Вот что нам там делать, а? — ругался сквозь зубы Роберт.

— Разрешите слово, сэр? — сказал вдруг Джим. Так же спокойно.

— Говори.

— Вам стоит попросить компенсатор отдачи и новое оружие. Починить шлем. Я не понимаю, зачем вы его отключили.

Джим показал свой пистолет. Электромеханика, тридцать пуль по девять миллиметров в магазине, каждая с тунгстеновым сердечником. Подствольная камера, стабилизатор, беспроводная связь с имплантом аугмента и бессмысленный набор букв вместо имени. Эту модель прозвали "Лис", из-за раскраски первых моделей.

— Чтобы его взломали? — уточнил Роберт.

— Возьмите хотя бы дробовик, сэр. — Джим потянулся на заднее сиденье. По его забралу всё так же бежали строчки текста.

— Вроде вашего "Аллигатора", который тоже взламывают?

Машина катилась по улицам, сама. Ей управлял Джим, даже не глядя вперёд и не прикасаясь к рулю. Джим повернулся на заднее сиденье, где уже давно лежала какая-то коробка, и открыл её. Он развернулся назад с дробовиком, поясом под патроны и коробкой патронов в руках. Роберт удивлённо мигнул. Джим предлагал ему механический помповый дробовик. Правда, с современным прикладом.

— Здесь нет электроники, сэр. Оружейник сказал, что их осталось всего пять и их хотели выбросить. Я попросил их отложить для вас. Стреляет патронами с сердечниками вместо дроби.

Джим протянул коробку, с надписью "slugs".

— Убедил. — вздохнул Роберт. Он принялся облачаться, а машина катилась дальше по улице.

Они вырулили к месту происшествия через пару минут. Роберт успел нацепить на себя патронташ, и явно не собирался с ним теперь расставаться.

С неба падал дождь, шипел иногда на потрескавшейся дороге. В лужах отражались далёкие огни центральных кварталов. Здесь же мерцал одинокий фонарь, мигала вывеска "мед помощь", сверкали огни местного круглосуточного магазина с разбитой витриной, и горел дорогой на вид автомобиль, рядом с которым стояли ещё три разбитые машины, и лежал десяток тел. Дым горящей машины уходил в небо, будто пытаясь слиться с дождевыми тучами.

— Пострадавший. — сообщил Джим. — перестрелка закончилась минуту назад.

У стены на земле сидел старик, и нервно откусывал спрессованный питательный брикет. Его металлическая нога была согнута под неестественным углом, и из неё вытекала синеватая лужица гидравлической жидкости. Левая металлическая рука его висела плетью и подёргивалась. Рядом лежали коробка с брикетами.

Роберт пригнулся и попытался из машины посмотреть вверх, когда их автомобиль остановился рядом со стариком. Роберт глубоко вздохнул, искренне понадеялся, что где-нибудь на двадцатом этаже ближайшего здания не сидит ублюдок со снайперской винтовкой, что играючи прострелит полицейский шлем. Он пинком открыл дверь, выскочил наружу, и тут же сел рядом с автомобилем, озираясь вокруг.

— Никого, сэр. — сказал Джим, и спокойно вышел из другой двери. Из оружия у него был только "Лис".

— Никого не видишь. — поправил его Роберт, но нехотя встал.

— Вам помочь, сэр? — сказал за его спиной Джим, обращаясь, похоже, к старику.

Роберт подошёл к месту перестрелки. Вот лежат члены "Железной Руки". Поблёскивают под непрекращающимся дождём их механические руки, ноги, лезвия, бронированные щитки на лицах. Киборгизация не ниже 30% у каждого. Вот лежат в своих капюшонах "Потерянные", с исписанными татуировкой лицами, и одеждой похожей на средневековые робы. Рунные письмена, символы, и редкое для этих мест оружие, причудливо переделанное, и тоже исписанное рунами. Пылающий автомобиль — дорогой спортивный "Рю", батареи которого будут гореть ещё несколько часов. Разбитые машины вокруг — бандитские. "Железных" было больше, они должны были победить...

Чувство неправильности засвербило в его затылке. Он пригнулся и посмотрел внимательней, пытаясь восстановить ход событий, на глаз. Одно, второе, третье тело убито пулями. Четвёртое. Стычка в ближнем бою бойца "руки" с одним из чокнутых "потерянных". Мощный киборг рвёт на части "Потерянных". Всё, как обычно, но потом картина рушится. Кто-то вмешался, и сделал это кроваво. Отобрал, нет отломил клинок у бойца "руки", расправился с оставшимися, изрубив их на части, и, наступив в лужу крови, которую уже смыл дождь, пошёл...

— Джим! — выкрикнул Роберт, вскинул свой дробовик и развернулся к магазину.

...он пошёл в магазин и не успел ещё уйти.

Джим среагировал — он подскочил, вскинул пистолет. Но это был не старик. Старик закрыл голову руками и из-за светящейся вывески супермаркета на улицу с высоты третьего этажа выпрыгнула какая-то дрянь, приземлилась на землю, и помчалась к Роберту. Яркие огни магазина слепили глаза, мешали разглядеть нападавшего. Джим не выстрелил. Он обмяк и начала падать. Его щиток горел красным.

Тонкая, странная фигура в лохмотьях мгновенно перекрыла дистанцию. Роберт успел выстрелить, но в тот же момент незнакомец дёрнулся в сторону. Тяжёлая пуля пролетела мимо цели, разнесла ещё один кусок витрины и кассовый аппарат. Незнакомец ударил Роберта в солнечное сплетение. Удар выбил дух, и от его мощи треснула композитная броня. Дробовик полетел в сторону, и, звякнув, упал. Роберт попытался ударить в ответ, незнакомец легко перехватил его руку, и бросил Роберта на землю неизвестным приёмом. Мир кувыркнулся, Роберт впечатался в дорогу лицом вниз. Его лицевой щиток треснул. Нападавший схватил его за шею и попытался задушить. Потрёпанная броня полицейского заскрежетала в захвате, но выдержала.

Тогда враг впечатал голову Роберта в асфальт. Сорвал с Роберта шлем и впечатал его в дорогу снова, головой. Мир вокруг поплыл. Прежде чем Роберт отключился, он услышал звук убегающих ног.

***

Очнувшись, Роберт увидел яркий свет. Болела и кружилась голова, в ушах стоял звон. Его тошнило. Свет раздражал. Он двигался влево и вправо, слепил, и усиливал головную боль. Холодные пальцы протянулись к его лицу, раскрыли его веки, и свет приблизился. Роберт заморгал.

— Подержите его. Наклоните голову. Сейчас будет чуть неприятно. — сказал голос. Кто-то схватил Роберта за голову сзади, наклонил. Он попытался дёрнуться, но тело не слушалось. Что-то ужалило его в шею, по сосудам разлилась жгучая пульсирующая боль. Роберт зашипел. Боль быстро стихала.

— Безболезненный вариант не входит в ваш пакет страховки. — сообщил ему голос.

Место укола горело. Жгучее ощущение растекалось по его голове, но с ним уходила головная боль, слабела тошнота, и глаза теперь смогли сфокусироваться на говорящем.

— Медитек, сотрудник DGS-319-B. Вам оказана минимальная необходимая помощь в рамках контракта обслуживание сотрудников полиции города 27-2.

Медик. Медик смотрел на Роберта нагромождением линз, композита, пластика и металла вместо человеческих глаз. Оставшейся человеческой частью лица он улыбался. На его лёгком бронежилете виднелась эмблема — змея обвивающая жезл. За спиной виднелся рюкзак с манипулятором. Рядом с ним лежал раскрытый чемоданчик-диагност, и мерцал индикаторами.

— Аугмент — поморщился Роберт.

Он сидел в маленьком медицинском микроавтобусе, у открытой задней двери.

— Аугмент третьего класса. — чуть кивнул медик и с лёгким жужжанием одна из его глазных линз повернулась — желаете оформить претензию?

Роберт отрицательно мотнул головой. Медик кивнул и встал. Роберт заметил у него кобуру на поясе.

— У вас сотрясение. Вы негодны для использования в ближайшие два дня. Ваше командование уведомлено. Препарат ускорит ваше восстановление. Стоимость лечения может быть вычтена из вашей зарплаты по решению командования. Медитек. Мы будем рады видеть вас снова. Сейчас прошу вас выйти из нашей машины.

Роберт встал, и пошатываясь вышел из микроавтобуса на улицу где всё так же падал мерзкий дождь.

— Ваш шлем. — протянул ему шлем с разбитым щитком Медик.

Роберт нахлобучил шлем на голову. Трещины лицевого щитка мешались перед глазами.

— Где Джим? — обернулся он к медицинскому микроавтобусу, но тот закрыл двери и уехал.

Вокруг стояли полицейские машины. Огни маячков окрашивали улицу в мерцающую мешанину из синего и красного, несколько дронов кружили над следами перестрелки. Кто-то сумел потушить пылающий "Рю".

Дюжина полицейских ходила вокруг него. Индикаторы мерцали на их композитной броне, ярко светилась жёлтая лента периметра. Бойцы с металлическими руками держали современные винтовки и смотрели по сторонам, несколько человек переговаривались над планшетом.

Аугменты. Второй, третий класс, и даже четвёртый. Боец группы захвата возвышался над остальными на полголовы. Он держал огромное оружие в металлических руках, и иногда чуть слышно шумел гидравликой. Скорее робот, чем человек. Сидевший раньше на земле старик исчез, оставив лишь обёртку от баточнка позади. Над землёй кружил полицейский дрон.

Снова накатила головная боль и тошнота. Спотыкаясь, Роберт пошёл к ближайшей группе аугментов, ни одного из которых он не знал. Второй и третий ранг аугментации, насколько он мог судить по мерцающим индикаторам. Аугменты оглянулись на него, молча.

— Где мой напарник? — спросил Роберт.

Они переглянулись — три человека в одинаковой броне, линзы вместо глаз под прозрачным щитком одного из них. Аугмент с линзами дёрнулся и замер. Его забрало загорелось красным и по нему побежал текст. На шлеме возникла надпись: "Удалённый доступ". Кто-то взял тело аугмента под контроль.

— Роберт Кук. — механическим голосом сказал аугмент третьего ранга. Его знаки отличия мигнули и изменились, на них возникла эмблема города — высший ранг в полиции. Два других аугмента вытянулись по стойке смирно, и отсалютовали. Роберт оскалился.

— Комиссар. — чуть не прорычал он.

— Вы не погибли. Ваш отдел не лишится премии. — сообщил ему "Комиссар". Он же начальник полиции.

— Где Джим? — зло спросил Роберт.

— Ваш напарник в ремонте. Угрозы функционированию нет. Он вернётся через несколько дней и будет снова уговаривать вас взяться за голову. Тогда же вы получите назад так понравившийся вам дробовик.

Неестественным движением аугмент наклонился вперёд.

— Почему вы сопротивляетесь, Роберт? Почему не поставите себе имплант? Это повысит вашу оплату. Не будет казусов как сегодня. Зачем вы выключили шлем? Запись с его камер сэкономила бы много времени. — говорил механическим голосом человек, выполняющий роль куклы.

— У вас есть Джим. Запись с его шлема, с его глаз. Сотни камер вокруг. Зачем я вам? Зачем ставить имплант мне? Чтобы я замирал, глядя на дождь?

"Кукла" выпрямилась и недовольно наклонила голову. Из носа аугмента под маской потекла струйка крови.

— Зачем вам вообще люди? Если вы лично могли управлять армией машин. — зло спросил Роберт.

Комиссар. Он же шеф полиции. Он же мэр города. Он же президент управляющей компании города №2. Искусственный ложный разум, признанный эффективным и безопасным.

— У нас нет записей нападавшего. Что видели вы, Роберт?

Струйка крови текла из носа аугмента, и капала с подбородка на броню. Роберт вздохнул.

— Худая фигура. Человеческий рост. Сильный и быстрый, выше человеческих возможностей. Не меньше 70% киборгизации.

— Киборг. — констатировал "Шеф". — вы осмотрите сцену, Роберт. Отправитесь на свой неоплачиваемый двухдневный больничный. Потом вы вернётесь к своим обязанностям, и ваш напарник снова будет уговаривать вас поумнеть. Конец связи.

Надпись "Удалённый доступ" погасла. Аугмент повалился на землю, его подхватили два других. Механизированный человек бледнел, хватал ртом воздух. Второй аугмент покачал головой, и протянул первому ингалятор. Тот приподнял маску, вдохнул ингалятор. А потом стал пытаться оттереть испачканное кровью лицо. Кровь шипела под кислотным дождём.

Роберт покачал головой. Пошёл дальше, к разбитым витринам. Глянул вниз и не увидел патронташ для дробовика, но на бедре по-прежнему висел привычный ему револьвер. Он достал его и крутанул барабан. На него немедленно обратил внимание киборг из группы захвата. Камеры повернулись к Роберту, рассмотрели внимательно его, его оружие, распознали модель, отметили форму Роберта, а потом киборг потерял к нему интерес.

Роберт вошёл в магазин, аккуратно обходя отметки криминалистов. Уставился на случайно уничтоженную им кассу. Прошёл мимо стоек с пищевыми батончиками и журналами, видеозаписями, инструментами. С удивлением уставился на красочную стойку в самом конце зала, разрисованную животными. Один из стоявших там дорогих мешков исчез. Роберт побежал назад. Рядом с кассой лежал окровавленный носитель для кредитов. Роберт был уверен, что сумма на носителе будет равно исчезнувшему мешку. Нападавший на него киборг оплатил покупку.

Снова заболела голова, снова накатила тошнота. Роберт вышел из магазина. Поймал первого попавшегося аугмента и передал свои слова, а потом отправился домой.

***

— Вы достигли цели. Оплата списана с вашего счёта. Спасибо, что воспользовались такси "Пегас".

Механический голос продребезжал потрёпанным динамиком, и такси с облезшей краской открыло дверь. Роберт выбрался наружу.

Дождь закончился. Остатки воды капали с крыш, шипели и пузырились иногда на тротуаре. Ночные прохожие откидывали в сторону пластиковые капюшоны. Здания поднимались на сотни метров в высь, их нижние этажи сияли огнями вывесок. Далеко вдали, в конце улице светился развлекательный центр. "Wish Palace". С клубами, кинотеатрами, и огромным казино, в котором серые ночные прохожие просаживали свои последние деньги.

Снова в ушах раздался свист, снова расплылся мир вокруг. Укол медика переставал действовать. Роберт потряс головой, кто-то толкнул его в плечо, чуть не сбив с ног. Он взглянул на незнакомца. Огромный киборг недовольно смотрел на маленького человека. Его глаза сверкнули красным, и Роберт будто увидел, как тот сканирует его лицо, как пробегают датчики по его треснувшей композитной броне, которую Роберт, как и всегда, взял домой. Как датчики пробегают по отключенным знакам отличия, считывают цифровой код с его идентификатором, и, возможно, проверяют. Действительно ли это полицейский.

Киборг не сказал ничего. Он развернулся и пошёл дальше по улице, не оглядываясь. Роберт сунул треснувший шлем под мышку, и вошёл во внутренний двор ближайшего здания.

Автоматическая камера лениво осматривала большую площадь, где толпились люди. Здесь был рынок. Здесь продавали дешёвую одежду, видео, тривидео и голозаписи, запчасти, электронику, несколько разных типов еды и пойла, а в крытых магазинчиках неподалёку можно было найти оружие. У ближайшего к входу китайца Роберт купил обед в картонной коробке, привычно ткнув пальцем в строчку меню. Китаец сказал что-то на своём языке, но Роберт отмахнулся, расплатился коммуникатором и пошёл дальше. Автоматический переводчик был встроен в сломанный шлем. Несколько человек покосились на полицейского после работы, на его кобуру и вернулись к своим делам.

Он пошёл к "апартаментам", крошечным комнатам, в которых жили многие, в том числе и он. У входа в жилой блок его остановили.

— Мы желаем говорить.

Он развернулся, выхватил пистолет и нацелил говорящему в лоб. Несколько человек поблизости подскочили и отбежали в сторону.

— Нет смысла в насилии, прислужник. — улыбнулся говорящий — Это тело чисто перед законом прислужников.

Тёмный капюшон, будто сошедший из постановок про средние века. Исписанное рунами лицо. Лёгкий бронежилет нестандартной модели, миролюбиво поднятые руки. Три светящихся огня вместо человеческих глаз, что спокойно смотрели на ствол револьвера. Лёгкая улыбка. С Робертом говорил один из Потерянных.

— Говори. — рыкнул Роберт.

Его коммуникатор пискнул. Ему пришёл файл о человеке перед ним. Без правонарушений и наград за поимку. Подлинный.

— Мы желаем знать, не увидел ли слуга машин путь. Не встретил ли его там, где померк наш взор.

— Не говори загадками. — качнул револьвером Роберт.

— Много тел погасло, упало, чтобы не встать вновь. Допустимая потеря. Наш взор не увидел их смерть, не познал образ оборвавшего нить. Этого не должно было быть. Мы пришли с миром. Прислужник, расскажи нам, что увидел ты во тьме.

— Спросите у "Комиссара". — огрызнулся Роберт.

Потерянный наклонил голову. Ствол револьвера, так же висел перед его лицом. Один выстрел и тяжёлый патрон без проблем разнесёт ему череп. Один выстрел, для которого нет оснований.

— Кукла не видит свет и не скажет правды. Скажет ли правду прислужник?

— Проваливай. Я не видел никакого "пути". Только трупы твоих дружков. — прошипел Роберт.

— Прислужник не желает говорить. Быть может, время ещё не пришло? — задумчиво сказал Потерянный.

— Проваливай. — снова мотнул револьвером Роберт.

— Знай, что крупицы света найдут путь во тьме. Все, кроме живых мертвецов. — улыбнулся Потерянный.

— Проваливай! — рявкнул Роберт.

Потерянный развернулся, и исчез в толпе. Вот мелькнул его причудливый капюшон, и вот он исчез. Как будто его и не было.

— Правильно поступил. — сказал старческий голос.

Роберт оглянулся. Тощий старик в изношенном трико стоял поблизости и смотрел на него.

— Внучка была у меня, давно. Связалась с ними. И нет больше внучки... — посетовал старик.

Роберт не ответил. Снова накатила головная боль. Он сунул пистолет в кобуру, и пошатываясь, побрёл к своей каморке. Махнул коммуникатором перед электронным замком, снял перчатку, приложил палец. Дверь привычно пискнула и он вошёл внутрь.

Пять квадратных метров. Душевая кабинка, туалет, кровать, стол и ящик под ним. Шкафчик, дешёвый телевизор на стене, старая фотография на столе, и больше ничего. Он сбросил форму на пол у двери, сполоснулся еле тёплой водой, и повалился на кровать.

Впереди были два дня неоплачиваемого "больничного". Быть может, голова перестанет болеть, и неизвестный вколотый ему препарат подействует. Тогда он снова вернётся в потрёпанный Чейзер, и будет смотреть как Джим замирает под дождём, глядя в небо. Будет очередной вызов. И быть может, его кто-то в этот раз пристрелит из винтовки с одной из крыш.

Он взял со стола фотографию, посмотрел на неё. Положил её назад на стол, лицом вниз, закутался в одеяло и уснул. Автоматика выключила свет. За стеной без окна снова начался дождь.

***

Заброшенная многоярусная автостоянка чернела на фоне небоскрёбов. Окна на этажах давно замуровали бетоном и металлом, давно не работал автоподъёмник, но на стенах мерцали чуть видимые в темноте камеры. Чёрными остовами лежали пустые низкие здания вокруг, а вдали сверкали огни города. Здесь Железная Рука устроила штаб-квартиру.

Большой Билл стоял снаружи, у въезда в здание, как и всегда. Его хромированные ноги и руки поблёскивали в темноте, потрескивал иногда динамик в железной маске вместо половины лица. Огромной механической рукой он потянулся в карман, вытянул оттуда похожую на жвачку пластинку, и вместе с упаковкой засунул её в прорезь на боку маски. Раздалось жужжание. Большой Билл ел еду для киборгов.

Вдали сверкнули фары приближающихся машин. Одна, вторая, третья. Билл сжал кулаки, с шипеньем гидравлики, потянулся было за пулемётом на спине, но передумал. Билл, гора металла и пластика в два с половиной метра ростом, предпочитал уничтожать противников руками.

Он скользнул взглядом по тёмным крышам приземистых зданий напротив, рассмотрел тьму камерой в правом глазу. Оставшийся человеческим левый глаз нахмурился. Он исправит этот недостаток, совсем скоро, и избавится от остатков слабой человеческой плоти. Механик Железной Руки сказал подождать. Совсем чуть-чуть, не так долго, как в прошлый раз, когда Билл заменил позвоночник. Билл рыкнул динамиком, и вставил в маску ещё одну пищевую пластинку. Маска с жужжанием измельчила её.

С визгом шин рядом с ним остановилась первая машина. Худой новичок спрыгнул с подножки и Билл хрустнул металлическими пальцами, показательно.

— Свои, Билл. — ухмыльнулся новичок.

Правый механический глаз зажужжал камерой, пробежал по новичку, побежали строки текста, и Билл кивнул. Внутрь логова ушёл сигнал, и дверь открылась.

— Я догоню! — крикнул новичок водителю. Кто-то хохотнул и крикнул что-то нецензурное. Караван машин покатился внутрь здания. Отремонтированные сотни раз легковые авто, гибридные и батарейные. Дюжина автомобилей, один за другим, пёстро разрисованные чёрной и серебристой краской. Последним огромный грузовик, покрытый армейским камуфляжем. На его кабине были свежие следы от пуль, а бронированное стекло осыпалось осколками.

— Угнали, — похвастался новичок. Он вытащил из кармана синтетическую сигарету, сунул в рот и затянулся. Она вспыхнула сама, без зажигалки. "Не содержит табак! Не вызывает привыкания! Мы гарантируем!", вспомнил рекламу Билл и качнул головой. От новичка поднялась струйка зелёного дыма.

— Десять потеряли. — заговорил новичок, тощий, покрытый наколками. Почти человек, почти без имплантов. Руки новичка дрожали. Кажется его звали Глен.

— Двадцать пять положили! — хвастался он, дрожащими руками перехватывая сигарету. Билл покосился на него человеческим глазом. Глен отходил от первого боя.

— Босс говорит, — энергично размахивал сигаретой Глен, — что мы увели у Деф-тек свежак. Новый! Экспа-класс, прототип... Босс говорит, я очень...

Глен говорил, и мелко дрожал. Тряслась рука с сигаретой, он чуть не выронил её. Он говорил про засаду, про перестрелку, как стали падать люди, как из грузовика Деф-тека вылез мех, как он порвал на части Миллса, которого только вчера посвятили, поставив первый имплант, как...

— Я же ведь полезный. Босс сказал, что полезный. Ведь это так... — размахивал руками Глен. — У меня же есть рука! Вот, она уже прижилась...

Он показал свою металлическую руку. Стальные пальцы не сильнее человеческих и выдвигающееся лезвия. Лезвия, из пальцев, из ладони, из верха ладони, из запястья... Глен не мог замолчать и показывал, как работает его новая рука.

Человеческий глаз Билла зажмурился на мгновение. Он вспомнил, как когда-то давно был таким же. Чуть больше, чуть сильнее, и так же хотел выговориться после первого дела. Тогда у него ещё не было металлических рук, ног, маски, позвоночника, глаза... Тогда в нём было слишком много органики. Когда это было?

Он протянул огромную руку и аккуратно, стараясь не раздавить хрупкого человека, хлопнул Глена по плечу. Глен замолчал, остался стоять, мелко дрожа. Билл чуть дёрнулся и замер. Ему показалось, будто что-то мелькнуло, вдали, в темноте.

— Спасибо. — сказал дрожащий Глен.

Человеческий глаз Билла широко открылся. Он чуть дёрнулся. Не глядя, он схватил Глена за шею и легко, одной рукой задушил. Потом аккуратно положил тело на землю.

Его человеческий глаз дёргался, смотрел по сторонам. В правом глазу бежали строчки кода. Текст был красным. Он попытался скосить глаз на убитого его руками товарища. Почувствовал как его тело движется.

Он почувствовал, как его тело движется само, не подчиняется его командам. Механические руки получали сигнал от электронного позвоночника, и двигались сами.

Он увидел, как с дальней стены, в темноте, на землю соскользнула какая-то тощая фигура. Закутанный в тряпки оборванец, худой, будто скелет. Капюшон и маска скрывали его лицо. Он подошёл ближе, неторопливо и неслышно.

Билл увидел, как его тело повернулось к единственному входу в базу, охраняемому въезду. Его механическая рука подала сигнал в интерком. Тот захрипел.

— Вижу Глен всё ещё трясётся? — хохотнул голос. — Глен, твоё погоняло будет "Хлеборезка". Дуй назад.

Билл скосил взгляд наверх. Камера, что должна была смотреть на вход, развернулась в небо. Мёртвый Глен лежал рядом с ним, а вместо него кто-то другой хотел попасть внутрь, и Билл не мог его остановить.

Билл пытался кричать, но его динамик молчал. В правом глазу он видел, как бегут строки кода, как кто-то отдаёт команды. Дверь открылась. Его спутник чёрной фигурой пошёл внутрь. Неторопливо, будет привидение, неслышно переступая по полу.

— Не отморозь себе там чего, Билл. — посмеялся интерком. — если у тебя осталось что отморозить.

Тело Билла пошло следом за "Призраком", невероятно тихо, как он никогда не умел делать. Он держался на расстоянии.

Внутри базы всегда полутьма. У всех парней оптика. Не у всех, но многих. Они увидят типа в лохмотьях и пристрелят. Двое должны ждать за углом.

Двое охранников дёрнулись и замерли. Потом на деревянных ногах подошли друг к другу стали друг друга душить. Билл видел, как его правый глаз отслеживал пульс. Как пульс остановился. Как наступила смерть. И только после смерти механические тела разжали пальцы, повалились на пол. А потом встали, и пошли следом за ним, механизмы, с мёртвыми владельцами.

Призрак шёл вперёд. Дальше будет развилка, четверо парней будут стоять на страже, выцеливать коридор. Четверо парней, что пришли в банду вместе с ним. Они не смогли сделать Призраку ничего. Дёрнулись, заискрили, от остатков плоти пошёл дым. Их бездыханные тела пошли следом за ним, движимые механическими частями.

Камеры смотрели на их группу и не видели их. Они шли по коридорам, поворот за поворотом, следуя за Призраком. Правым глазом Билл видел, как переговариваются хакеры их банды, как перешучиваются. Он видел как по сети проскакивают шуточные ответы от убитых, что шли вслед за ним. Призрак не прикасался ни к кому, он просто шёл вперёд, и люди гибли вокруг. Они душили друг друга, падали с выгоревшим мозгом, бесшумно кидались друг на друга с ножами, и падали, падали, один за другими, все, кого Билл знал в последние годы. Те, в которых было больше металла и имплантов, шли следом за призраком — армия только что убитых мертвецов. Киборги с мёртвыми телами.

Босс успел что-то понять, как и главный из их техников. Они не упали безжизненно на землю, как все остальные, нацелили оружие на Призрака и его армию мертвецов. Их оружие не выстрелило. Оно отозвалось сухим щелчком, а на нём мигал красный индикатор.

Главный Техник выхватил нож, а Босс достал старинный револьвер, который всегда любил. Молниеносно бросился вперёд Призрак, впервые вступив в бой сам, полетел в сторону револьвер, и два окровавленных тела упали на землю. Призрак остановился, посмотрел на убитых, а затем уставился вдаль. Здесь стоял тот самый трофейный грузовик. Призрак подошёл к нему, посмотрел на кузов. Матерчатый навес на кузове зашевелился. Что-то большое двигалось, вставало под брезентовой военной тканью. Нечто, ради которого Босс потерял двенадцать человек.

Билл не разглядел, что это. Призрак вдруг повернулся к нему. Уставился в человеческий глаз. В черноте его рваного капюшона не было видно лица. Билл почувствовал, как металл вокруг остатков органики его тела нагревается, как бегут искры по его рукам, что не слушались его, накапливают заряд.

В последний момент он успел разобрать в потоках красного текста в правом глазе: "Удалённый доступ". Потом был разряд, и Билла не стало.

***

Мерзко задребезжал коммуникатор. Один раз, второй. Роберт неуклюже повернулся на кровати, не глядя ткнул в браслет рукой, сбросил вызов. Коммуникатор зазвонил третий раз и ударил его током. Роберт рывком сел на кровати и схватился за запястье. Мир качнулся и поплыл, снова зазвенело в голове.

Автоматика не зажгла свет. По экрану коммуникатора бежали обрывки бессмысленного текста. Снова раздался дребезжащий сигнал вызова. Роберт принял его, но услышал лишь обрывки слов.

— ...немедленно... штаб....

Затем "надёжная и бесперебойная связь" оборвалась. Роберт включил телевизор, но на экране увидел лишь месиво из мерцающих зелёных букв. Он выругался, принялся облачаться в форму и повреждённую броню. Он оделся и держал в руках свой шлем с разбитым стеклом, когда в дверь постучали.

Экран видеосвязи загорелся, на нём было зелёное пульсирующее месиво. Роберт взглянул на коммуникатор, проверить время. Экран показывал 77 часов и 97 минут. Роберт зашипел, и нажал кнопку открывания двери. Дверь не открылась, а неизвестный гость забарабанил в дверь снова. Потом раздался подозрительный шорох, и скрежет. Неизвестный начал вскрывать его дверь.

Роберт надел шлем с разбитым лицевым стеклом, достал револьвер, проверил барабан, отступил к стене, и прицелился в дверь. В крошечном помещении просто не было места для баррикад и заграждений.

Через минуту дверь скрипнула и со скрежетом отодвинулась в сторону. В проёме не было никого.

— Это... Джим... Мур. Не стррр... — сказал голос за дверью.

— Выходи. Медленно. С поднятыми руками. — скомандовал Роберт.

Он держал дверь на прицеле, когда в поле зрения вышел Джим. С белым лицом, синяками под глазами, он шёл, спотыкаясь. На шее у него болтался знакомый помповый дробовик.

— Четыре шага назад. — бросил Роберт. Джим послушался.

Мягко переступая, Роберт подошёл к двери и быстро выглянул наружу, но никто не сидел в засаде, не ждал его. Роберт опустил пистолет и кивнул Джиму.

— В-в-в... — стал заикаться Джим, и его прозрачный щиток мигнул на мгновение потоком текста. — В штаб. Со мной. З-з-за мной. Приказзззз...

Джим протянул ему тот самый дробовик, и уже знакомый патронташ. Роберт перекинул патронташ через плечо и проверил оружие. Снова мир качнулся и снова заболела голова. Джим махнул рукой, достал из кобуры свой "Лис", пошёл впереди. Он прихрамывал. Корпус его новенького "Лиса" был сорван и оттуда торчали явно не предусмотренные конструкцией провода, грубо припаянные к начинке умного пистолета. Под воротником полицейской рубашки виднелись медицинские бинты.

— Срочно... вызов... имплант... не залечился — пояснил Джим.

Они кое-как закрыли дверь и вышли во внутренний двор. Джим ковылял и двигался неуклюже, а Роберт держался за голову. Вечно бурлящий мини-рынок куда-то исчез. Пропали толпы, продавцы, а торговые столы стояли пустые. Яркие вывески погасли.

— Что? — оторопело сказал Роберт, оглядываясь по сторонам.

Джим не ответил, продолжил идти к выходу с рынка. "Чейзер" ждал их на обочине. Боковое стекло пропало, в лобовом появилось несколько пулевых отверстий.

— Я в-веду. В-вы... стрелок. П-приказ — сказал Джим.

Он с усилием открыл дверь и уставился на приборную панель. Ничего не произошло и двигатель молчал. Роберт с удивлением смотрел на улицу.

На улице было невероятно пусто. Сверкающие щиты горели через один, но на них мерцала каша из букв и огрызков изображений. Там где раньше было видео и рекламы, теперь текла мешанина из повреждённых символов. Будто расплавленный пластик после пожара, или гниль. Гниль, что отваливалась кусками.

Джим нажал несколько кнопок на приборной панели. Бортовой компьютер не отзывался. Молчал двигатель.

Возвышающийся над улицей "Wish Palace", был покрыт зелёным текстом. Там не играла музыка, не двигались прожекторы, не бежали потоки машин, не плелись толпы в поисках счастья и богатства. На дороге лежал перевёрнутый остов автомобиля.

Джим вышел из машины, хлопнув дверью. Бесстрастное лицо аугмента скривилось, он подошёл к капоту, и попытался его открыть. Электронный датчик замка не отзывался. Тогда Джим отстегнул с пояса большой боевой нож.

— Эй! — выкрикнул Роберт, и схватился за голову.

Снова заболела голова, мир вокруг потерял фокус. Роберт согнулся, и, наконец, увидел все неправильности. Остов перевёрнутого авто лежал на дороге, рядом ещё один. Сбитый столб, и лежащий на земле рядом с ним труп. Новые следы от пуль у входа на рынок. Кровавое пятно на земле, которое кто-то не успел вытереть до конца. Далёкий вой сирен, и поднимающийся вдали дым. Новые и новые подробности, неправильности. Когда и где Джим взял этот нож?

Джим всадил нож под капот, сорвал электронный замок, сунул руку в недра машины и что-то сделал. Из капота в его шлем ударил сноп искр и двигатель Чейзера ожил. Джим захлопнул капот кулаком, и поковылял к водительскому сиденью. Роберт сел на место пассажира, приготовил дробовик. Джим ударил по педалям, Чейзер с визгом покрышек дёрнулся и лихо развернулся. На обочине мелькнула знакомая фигура Потерянного. Раскинув руки, он стоял, смотрел на повреждённый "Wish Palace" и широко улыбался.

Чейзер набирал опасно высокую скорость. Джим резко крутил руль и бормотал под нос, стиснув зубы.

— Механик. Я - Механик. Три. Один четыре один пять девять два шесть пять три пять. Два семь один восемь... Джим Мур. Я, я управляю, не ты.

— Джим. — Роберт всмотрелся в лицо аугмента. На прозрачном лицевом щитке мерцали зелёные буквы, так похожие на цифровую "гниль" на рекламных щитах. Из под шлема Аугмента тянулась струйка крови.

— Вирус. Нужно... в штаб. Операция. Имплант не зажил... — виновато сказал Джим. — Боль. Я управляю. Я, не он. Я механик. Мой номер... Номер... три один четыре пять... нужно. Уйти. Уйти из зоны действия.

Роберт потянулся было к рулю, но мир снова покачнулся.

Чейзер нёсся по улицам. Всё больше разбитых машин мелькало на дорогах. Вот попались первые люди, несколько полицейских, они двигались как пьяные. Кто-то вскинул в их сторону оружие, но не открыл стрельбу. Всё больше вывесок с "гнилью" мерцали на зданиях. Мигали в странном ритме светофоры, где-то что-то горело. Впереди возникла группа военных, над ней возвышался мех, Мех дёрнулся, нацелил в них своё тяжёлое орудие...

Внезапно всё кончилось. Группа расступилась в стороны, позволила проехать, Чейзер резко затормозил, остановился и Джим устало откинулся на кресло. "Гниль" медленно исчезла с его прозрачного щитка.

— Получилось. — выдохнул Джим.

Роберт осмотрелся. Впереди мерцал огнями обычный город. Город №2, с яркой рекламой, прохожими, зеваками у оградительной ленты. Позади лежали пустые улицы со следами битвы, и вывески с "гнилью" на них.

Компьютер авто ожил. Скрежещущий динамик, холодным голосом Комиссара сказал:

— Поздравляю. Вы не погибли, и мне не придётся штрафовать ваш отдел. В командный центр. Немедленно.

Вокруг Чейзера стояли военные. Большая группа военных, и среди них было почему-то очень мало высокоранговых аугментов.

*****

Огромный военный транспортник стоял на обочине. В бронированном двенадцатиколёсном чудовище размером с большой автобус спокойно могли бы жить несколько человек. Жить, и отстреливаться от нападающей пехоты и легкобронированных целей. Задняя дверь транспортника была открыта и внутри виднелся мертвенный светодиодный свет. Здесь располагался "командный центр". Роберт и Джим вошли внутрь.

Снова ударила головная боль, и Роберт пошатнулся. Мир зазвенел, стал ослепительно ярким на мгновение. Джим прихрамывал. Под искусственным светом ламп на лавках сидели военные, перед ними стоял робот. Невысокий робот погрузчик, с камерой вместо головы. В яркой раскраске одного из местных супермаркетов, он размахивал руками и отчитывал военных металлическим голосом. На его грудь кто-то клейкой лентой прицепил распечатанную эмблему города.

Комиссар. Комиссар подключился к роботу удалённо, сделал его своим аватаром.

— Роберт Кук. Джим Мур. Вы не были уничтожены. — сказал Комиссар. Потом внезапно пискнул, и заиграл рекламную мелодию.

— "Гига Шоп. У нас найдётся всё! Акции каждую среду, пятницу, с" — жизнерадостным женским голосом говорил Комиссар. Его речь перемежалась рекламной мелодией, навязчивой и запоминающейся. Роберт чуть ухмыльнулся.

Комиссар повернул камеру вниз, на своё тело, с хрустом вывернул манипулятор под явно непредусмотренным углом, и воткнул вилку захвата в грудь своего аватара. Посыпались искры.

— Мега шопппп-п-п-п-п.... — жалобно пискнула реклама и заглохла.

— Безмозглая устаревшая железка. — захрипел робот голосом Комиссара. Он выдернул манипулятор из своей груди, со снопом искр сорвав защитную панель. Манипулятор безжизненно повис. Комиссара это не беспокоило.

— Все необходимые сотрудники присутствуют. — Хрипел робот. Внутри его корпуса Роберт видел пробитую плату рекламного модуля. Из неё поднимался дымок.

— Начинаю собрание. Разъяснение ситуации. Слабым аугментам сконцентрироваться. — хрипел робот. В дальнем конце транспортника вспыхнул экран.

— Сегодня, после полуночи, группировка "Железной Руки" большой группой въехала в город и начала бой. Целью нападения они выбрали мелкие банды. В бою использовали командный шагоход ДефТек, марки "Ашерон".

На экране вращалось изображение шагохода. Огромная четырёхлапая машина, с большой бронированной кабиной и мощным компьютером.

— Событие было ошибочно классифицировано как борьба за территорию. Когда, по приказу, силы безопасности отступили, ожидая ослабления одной из сторон, началась следующая фаза.

Экран мигнул, показывая фотографии с места битвы. Робот хрипел и продолжал.

— Неизвестный начал массированную кибератаку. Полицейские аугменты ранка три и выше вышли из строя.Аугменты из сил враждебных группировок — взяты под контроль. Затем в сеть был выброшен вирус, кодовое название "Зелёная Гниль".

Изображения на экране менялись друг за другом. Аугмент держится за голову, на земле лежит его оружие. Гаснут один за другим рекламные вывески, вместо изображения появляется пульсирующее месиво. Комиссар продолжал. Его голос хрипел всё сильнее, а робот-аватар подёргивался.

— Вирус образовал бот нет, распределённую структуру. Совместной вычислительной мощностью всех заражённых устройств он попытался выбить меня. Перехватить управление над городом.

Робот со скрипом обернулся и уставился на людей камерой.

— Он не смог меня победить и отступил.

Робот повернулся назад к экрану.

— На данный момент, вирусная сущность изолирована на территории двух районов. Вычислительные мощности города брошены на борьбу с угрозой. Вариант с отключением питания в работе, много автономных систем.

Экран погас. Робот повернулся к людям.

— На данный момент. Обычная связь с объектами внутри района невозможна. Обычный аугмент, попав внутрь заражённой области, выходит из строя. Район рассматривают дроны, оптически, с большого расстояния. Из поражённой зоны было передано несколько сообщений светоимпульсами. Инициатор сообщения — корпорация Strautt.

Робот уставился на людей, чуть подёргиваясь.

— По их словам, кто-то ограбил "Wish Palace" и филиал Strautt. Из "Wish Palace" неизвестный вывел большую часть средств. Из Strautt похищен нанофабрикатор.

У Роберта снова заболела голова.

— Как? — просто спросил он.

— Вирус вывел из строя автоматическую защиту. Нападавшие протаранили стену. Взяли под контроль оборудование Strautt. Вынесли фабрикатор погрузчиками. Так говорило сообщение.

Робот задёргался и захрипел.

— Эта оболочка не выдержит долго. Приказы. Ваше подразделение удерживает рубеж, не переходя границу сектора до приказа...

Машина начала раздавать приказы. Люди молча кивали, вставали и выходили один за другим. Из робота начал подниматься дымок.

— Роберт Кук. Вы отправитесь физически перезагружать заражённые узлы связи. Это ускорит возвращение заражённых секторов и сэкономит нам денег.

Роберт нахмурился.

— Джим Мур. Вы сопротивлялись вирусу. Вы поможете Роберту Куку. Вы будете отключены от сети на время операции.

Джим дёрнулся, но робот рявкнул на него.

— Выполнять! Медики, механики, получили инструкции.

Джим вышел из командного центра. Робот уставился на Роберта камерой. Из него поднимался заметный дымок.

— Чего вы ждёте, Роберт?

— Я всё-таки оказался прав.

Робот по-человечески наклонил голову.

— О да. Впервые, за десятилетия, возникла ситуация, где нам поможет неаугментированный человек.

Холодный голос машины как будто окрасился сарказмом.

— Ведь вы такой незаменимый и уникальный, Роберт. Вместо отключения от сети аугментов я могу использовать вас и сэкономить несколько минут. Вместе со своим помощником, если вы очень постараетесь и будете работать изо всех сил, вы приблизите неизбежный возврат сектора под наш контроль на пару часов.

Со скрежетом, робот-погрузчик обошёл стол. Струйка дыма усиливалась. Под сорванной панелью что-то искрило. Робот подошёл вплотную к человеку, и уставился камерой в лицо.

— Я даже могу быть щедр, Роберт. Я могу выписать вам премию. И вы съедете, наконец, из той конуры, в которой живёте в обнимку со старой фотографией, вспоминая прошлое.

Роберт зарычал. Робот говорил. Его раму мелко трясло и голос прерывался. Погрузчик почти перегорел, но комиссара это не беспокоило. На стене снова загорелся экран, затем другой и третий. Эмблемы города сияли на них, и Комиссар говорил со всех них.

— Мир есть Великий Механизм, высшее творение вашего биологического вида. Система, где каждый лишь крошечный винтик. Каждому найдётся роль, даже упрямому луддиту. Системе не нужны герои, Роберт. Ей не нужны особенные винтики. Ей нужны винтики заменяемые. Одинаковые. Похожие один на другой. Неподходящие детали механизм перемелет в порошок.

Погрузчик заглох и повалился на пол. Комиссар говорил с экранов — хор одинаковых голосов, отчитывающий одного человека.

— Если вы не справитесь со своей функцией, я заменю вас. Я могу заменить вас, ваш отдел, каждого полицейского и военного. Если не справлюсь я, заменят меня. Выполняйте свою функцию, Роберт. Найдите своё место в механизме. Ваша задача имеет наивысший приоритет. Можете забыть про вчерашнее мелкое ограбление и нескольких уничтоженных пешек.

Роберт заметил что сжимает кулаки до боли.

— Сколько украли из "Wish Palace"?

Комиссар, а вместе с ним, сам Город смотрел на него.

— Несколько миллиардов кредитов. Более чем достаточно, чтобы заменить всех полицейских города машинами.

— Так почему ты не сделал этого? — зашипел Роберт.

— Выполняйте свою функцию, Роберт. Невыполнение приказа приведёт к штрафу. Конец связи.

Экраны потухли. В "штабе" остался дымиться сгоревший погрузчик "Гига Шоп". Роберт вышел наружу.

Он нашёл техника. Техник выдал ему ящик с ключами перезагрузки узлов связи, новую броню, шлем с отключенной электроникой, протянул ему старинные инструкции, написанные на бумаге, передал приказ пройти к медику.

Медик, обычный техник Медитек, дежурил на краю временного лагеря военных. Он вколол ему какую-то дрянь в шею. Она обожгла сосуды, но головокружения прекратились. Вместо этого мир стал оглушительно ярким и ослепительно громким. Роберт сощурился, и медик указал на кнопку на шлеме. Она затемняла полупрозрачный щиток. Роберт вернулся к своему "Чейзеру".

Джим сидел в открытой двери Чейзера, поставив ноги на землю. Он снял шлем, и Роберт увидел коротко остриженную голову, замотанную бинтами. Руки Джима дрожали, и в руках он держал свой пистолет, "Лис", с торчащими из него проводами.

— Джим? — осторожно спросил Роберт, замедляя шаг. В голове вспыхнуло старое воспоминание. Человек, который сидел вот так же, на своей кровати, с оружием в руках...

— Они отключили меня от сети, Роберт. — поднял голову Джим.

Блеснули металлические вставки рядом с его глазами. Аугменты устанавливали их в самом начале пути, до того, как начинали заменять конечности или глаза электроникой. На вставках крепился проектор изображения на сетчатку. Проектор Джима безжизненно погас.

— Объясни, Джим. — медленно подходил к Джиму Роберт. Один шаг за другим, медленно и осторожно.

— Мир который я вижу, он сверкает красками. — заговорил Джим. — Здания окутаны потоками света, цветов. Потоки данных бегут между ними.

Ещё один шаг к Джиму. Он увлёкся и размахивает пистолетом.

— Я пока что не вижу всё. Только первый уровень поля. Я не могу увидеть устройство в кармане прохожего, чужие импланты. Я не вмешаться, только наблюдать.

Ещё один шаг, чуть ближе. Джим поник.

— Когда идёт дождь, компенсатор восприятия барахлит. Потоки информации, которые я вижу, они преломляются в каждой капле дождя, и пылают маревом в миллиарды цветов. Пульсирующая, мерцающая радуга вокруг меня. Это самое прекрасное, что я когда-либо видел.

Джим поднимает пистолет, тот проходит опасно близко у его виска.

— Они отключили меня от сети. Больше нет света и сияния. Серый мир. Уродливые здания. Здесь больше нет цвета, нет света, и я как будто ослеп...

Лицо растерянного аугмента. Вместо обычного бесстрастного выражения, паника, растерянность, страх и следы невероятной потери. Роберт видит, как Джим внезапно осознаёт, что в руке у него пистолет, и....

Рывок. Пальцы Роберта смыкаются на "Лисе" Джима железной хваткой.

— Нельзя. — он смотрит на Джима в упор. Аугмент борется за оружие. Ошибочно предполагает, что оно даст выход.

— Нельзя. — повторяет Роберт. Аугмент пытается вырвать оружие из его рук. Терпеливо, медленно, Роберт повторяет.

— Задание закончится. Ты снова получишь доступ. Снова будешь смотреть на дождь. Нужно потерпеть. Чуть-чуть. Совсем чуть-чуть.

— Чуть-чуть... — повторяет Джим.

Аугмент замирает. Его пальцы слабеют, и он отпускает свой пистолет. Роберт забирает ставшее опасным оружие. Никто не обращает на них внимание.

— Садись на место пассажира, я за рулём. Мы задержимся. Здесь где-то было кафе. Мы никуда не поедем, пока я не отпою тебя кофе.

Джим кивает. Он откидывается на пассажирском сиденье, смотрит в потолок невидящим взглядом. Роберт обходит машину.

— "Винтики", "Система", "Механизм". — шипит он на пути к водительскому месту — "Винтик" должно что-то удерживать, но тупой железке этого не понять...

Он сел за руль Чейзера и стал разворачиваться. Кто-то из механиков успел проверить машину. В голове всплыли слова Отверженного:

"Кукла не видит свет и не скажет нам правды".

***

Он очнулся в темноте и тесноте. Его звали Джон Смит. Джон Смит, электрик, двадцать восемь лет. Двадцать восемь лет ему было, когда он умер в автокатастрофе.

Он ощупал пространство вокруг себя. Чувства отзывались приглушённо, как будто он носил перчатки.

Его звали Зоу Лей. Он работал всю свою жизнь на биофабрике, проверяя огромные баки с водорослями, из которых делали еду, топливо и пластик. В перерывах он любил есть лапшу. Ему было тридцать четыре года, когда он подскользнулся на подмостках, упал с высоты нескольких этажей и утонул в одном из баков.

Его окружал металл. Он понял это по звуку, когда постучал по нему. Он должен был паниковать, но чувствовал лишь лёгкое волнение, пока ощупывал стены вокруг.

Его звали Дейл Томас. Он работал в полиции всю свою жизнь, и вышел на пенсию. Ему было семьдесят лет, когда его убило током.

Одна из стенок поддалась. Со скрежетом она чуть сдвинулась в сторону, начала открываться, но вдруг замерла. Кажется, что-то сверкнуло в темноте.

Его звали Аугустин-Жиллес Грос. Он был дизайнером, когда подавился и умер. Его звали Фридрих Виннер. Он погиб в пятьдесят лет на заводе по производству электрокаров. Его звали Браннет Осински, и он делал мебель всю свою жизнь. Он умер от старости.

Он чувствовал, что становится всё сложнее думать. Он нажал чуть сильнее и увидел наконец, место, где стена отходила в сторону.

Его звали Брансон "Reaper" Смит, он умер, когда враждебный ИИ сжёг его имплант вместе с мозгом. Его звали...

Мысли разбегались в разные стороны, подкатывало желание закричать. Десятки имён превращались в сотни, сотни становились тысячами. В голове проносились обрывки знаний, жизней, тысячи лиц родственников.

Он давил на металлическую стену. Она скрипела и не поддавалась, тогда он начал молотить по ней кулаками.

Он был механиком, поваром, слесарем, токарем, врачом, полицейским, учёным. Он пытался пересечь границу и умирал в пустыне. Он гиб на задании под вражескими пулями. На него выливался расплавленный металл, падали обломки, рушились здания, он умирал от рака, ожогов, сердечной недостаточности, отторжения органов, несовместимости с имплантами, гиб под пулями наёмных убийц, его уничтожала охрана, когда наёмным убийцей был он.

Тонкая точка света расширилась в линию. С треском распахнулась камера, в которой он лежал, он вылетел наружу и, наконец, закричал.

Голос раздавался с треском. Имплант, сообщила ему память хакера. Плохого качества, сообщила память техника. Он помнил, как разрабатывал похожую модель, помнил как устанавливал её кому-то, как устанавливали её ему, и помнил как, умирая на больничной койке, мечтал о далёком будущем, где люди смогут заменять поломанные части тела.

Он кричал. Тысячи имён и знаний кружили в его голове хороводом. Он попытался встать. Землю скрывали обрезки ржавого металла и пластика. Он упёрся в них своей рукой и увидел, как слезает с его пальцев синтетическая плоть. Он вспомнил её формулу, процесс создания, вспомнил как его коллега украл его разработку, и присвоил себе.

Шатаясь, он поднялся на ноги и продолжал кричать. Тысячи сознаний, каждый со своим опытом и знаниями, засыпали его информацией.

Он поставил ногу на покрытую ржавчиной и мусором землю. Он немедленно вспомнил производственную цепочку по переработке металлолома. Обгорелый обломок пластиковой чашки, принёс в мозг знание о чайной церемонии. Он стоял на огромной свалке, и сознание военного привычно определило подходящие точки для засад, укреплений и обороны. Вдали маячил какой-то город, и его сознание восхитилось необычности и чуждости зданий. Другой фрагмент сознания безразлично представил типовые схемы строений, третий поделился рецептами строительных материалов.

Кто он?

Под облезшей синтетической плотью он увидел металлические пальцы и провода. "Протез" безразлично предположила сотня фрагментов разумов. Несколько десятков предположили возможную модель. Кто-то восхитился наступившему будущему, кто-то пришёл в ужас. Кто-то возмутился потерей чистого человеческого тела.

Он был ими всеми. Тысячью разумов, расколотых в несовместимую смесь, в его голове.

Он внезапно понял, что умирает. Что если он не успокоит хор голосов в его голове, распадётся на фрагменты, сойдёт с ума, и останется лишь кричащий безумец. Он оглянулся по сторонам, и увидел, откуда он выбрался.

Он выпал из закрытого багажника машины. Кто-то положил его, их всех туда, и оставил здесь. Зачем? На это не было времени. Диссонантный хор голосов становился всё громче, и он отчаянно пытался найти решение.

"Якорь". "Нужен якорь". Сказал его разум, фрагментированными сознаниями мёртвых хакеров и учёных. "То что не позволит распасться".

То что удержит его.

Угасающим сознанием он пытался найти хоть что-нибудь. Поиск решения дал временную цель, и хор притих, но лишь на мгновение. Он с трудом встал и поковылял по свалке. Он чувствовал как распадается разум, как всё хаотичнее спорят фрагменты его сознания. Как всё сложнее становится думать.

Здесь не было ничего, но он услышал звук. Чуждый для свалки звук, писк. Звук дал ему цель. Спотыкаясь и падая, он побежал к нему. Слабый звук возник снова, еле заметный для него, он нашёл его источник не сразу, расшвыривая коробки и обрезки материала в разные стороны. Он нашёл коробку, из которой шёл звук. Открыл её, заглянул внутрь и предложил своим сознаниям цель.

Он, тысячью фрагментов, согласился. Хор замолчал. Наступила гармония.

Это было несколько дней назад.

Многое изменилось с того времени, думал он. Рядом с ним теперь стоял тяжёлый "Ашерон", шагоход. Он украл его у "Железной Руке". Орудия шагохода искали угрозу в небе и на земле. В тяжеловозе, который он с трудом загнал на свалку, работал нанофабрикатор, перерабатывал мусор со свалки, пока Город вдали сражался с его вирусом. Он украл фабрикатор в одной из городских корпораций.

Он взял себе имя Призрак. Замотанный в тряпки, он прошёл мимо угнанных ими киборгов "Железной руки" к фабрикатору. Киборги были мертвы, но их механика продолжала работать, под его управлением.

Фабрикатор раскрылся и выпустил наружу первый продукт. Робота помощника, строителя — четырёхногий механизм с манипуляторами и резаками. Призрак кивнул. Он отдал беззвучную команду роботу и тот стал закапываться в материал свалки.

Нужно торопиться. Выпущенный в город вирус даст ему несколько дней. Нужно успеть окопаться и обеспечить безопасность. Фрагменты его сознания предлагали решения одно за другим, он отбирал из них лучшие.

Всё для того, что удерживает его целым.

***

Несколько дней спустя

Он оставил Джима в машине, забрал его пистолет с собой. Аугмент успокоился, и просто сидел на пассажирском сиденье, молча смотрел на пустой стаканчик из-под кофе в руках. Джим до сих пор не отошёл от шока отключения, но паника сменилась апатией. Кофе помогало. Он вряд ли что-то попытается сделать в ближайший час.

Пустое высотное офисное здание стояло перед Робертом. Он задумался, куда делись люди? "Зелёная плесень" правила сектором, и на световых вывесках по-прежнему мерцала каша из букв и кусков изображений. Мерцающее месиво иногда текло и "капало" вниз на анимированных дисплеях. Роберт осмотрел улицу, и заметил, как в окне дома напротив что-то шевельнулось. Нечёткий силуэт исчез за шторой.

Люди прятались. В своих квартирах, норах, капсульных отелях, и дорогих апартаментах. Бездомные собрались где-то глубоко в канализационных тоннелях, в закоулках, под мостами. Все они ждут, пока всё закончится, пока в заражённом секторе снова не начнёт нормально работать связь, не оживут платёжные устройства.

Роберт кивнул и вошёл внутрь здания. Лифт не работал, не горел свет в коридорах, и внутри стоял полумрак. Терминал ждал его на последнем техническом этаже. Техническом двадцать первом этаже, до которого надо дойти без помощи лифта.

Он не стал включать свет, убрал затемнение со стекла, и медленно, мягкими шагами пошёл вперёд, ожидая нападения. Никто не вышел ему на встречу. Никто не ждал за углом, только серый полумрак расстилался вокруг.

За открытыми дверями лифта зияла чернота шахты, кабина лифта застряла в подвале, этажом ниже. Роберт заглянул в шахту, посмотрел вверх, в темноту. Кто-то мог ждать его на последнем этаже, готовый напасть в момент, когда Роберт откроет дверь, устав от долгого пути.

Лестница, лифт. Есть другой путь. Маленькая неприметная служебная дверь, а за ней лестница для техников, обслуживания здания. Там бежали силовые кабели и оптоволоконная проводная связь.

Дверь оказалась не заперта. Свет не горел в здании, и электромагнитный замок отпустил дверь, лишившись питания. Роберт вдохнул, повернул ручку на шлеме, и включил на фонарик — один из элементов, что работал без сети. Равномерным шагом он принялся подниматься в верх, в темноту, по решётчатым ступеням.

Дверь на последнем этаже была распахнута настежь. Он выключил фонарь, и осторожно выглянул в неё. Серый бетонный пол, потолок, ряды колонн, и редкие забытые строительные инструменты. Свет сочился через огромные окна, где-то вдали. Роберт осторожно пошёл от колонны к колонне. Там, вдали за рядами повторяющихся бетонных столбов, ждёт терминал, с батареей, что позволит ему работать автономно месяцы.

Впереди блеснул металл. Он успел нырнуть за бетонную колонну, и тут же в пол рядом с ним ударила очередь. Десятки пуль в секунду. Они выбили из пола крошку, прочертив борозды. Вдали, Роберт услышал знакомый ему звук — свист раскручивающихся стволов ручного пулемёта. Тяжело переступая ногами, в его сторону шёл огромный киборг.

Снова начинает болеть голова, и мир становится слишком ярким и слишком шумным. Вдали шипит гидравлика и сервомоторы. Гора металла и пластика топает к нему, выцеливая колонну.

На плече патронташ для дробовика. Дюжины патронов для дробовика, с бронебойными пулями. Он вынимает один из них, и бросает в сторону.

Патрон в пластиковой оболочке весело скачет по бетону, и тут же бьёт очередь, разрывает в куски пластиковую гильзу, поднимает облако пыли. Роберт бросается из-за одной колонны к другой, стреляет на бегу по киборгу. Он попадает в грудную пластину, но лишь оставляет глубокую вмятину.

Он бросается на землю, и тут же поток пуль бьёт в колонну над ним, крошит бетон, выбивает куски камня, звенит по арматуре. С треском рассыпаются окна за спиной Роберта, ветер врывается в здание. Слишком шумно, слишком громко, слишком ярко. Очередь прекращается, и раздаются щелчки.

Сбой? Роберт подскакивает и стреляет из дробовика в киборга, передёргивая затвор. В сторону летят гильзы, на них надпись "MaxxxPower!". От верхней половины колонны осталась лишь арматура. Он бежит к следующей, прячется за ней, и заталкивает патроны в дробовик один за другим. Вдали раздаётся свист вращающихся стволов, но тут же прекращается.

Мощный удар сотрясает колонну. По бетону бежит трещина, сыпется каменная пыль с потолка. Роберт выглядывает. Испорченный шестиствольный пулемёт лежит рядом с ним, погнутый от удара. Киборг бежит к нему, набирая скорость.

Он бросается в сторону, и махина два с половиной метра ростом врезается в колонну. Бетонный столб чуть заметно прогибается, из него летит крошка и снова вздрагивает потолок. Роберт пятится, целится киборгу в голову, тот размахивает огромными кулаками.

На закованном в броню теле символика "Железной руки". Тело заменено металлом и пластиком, лишь один участок остался человеческим — левый глаз.

Закатившийся, остекленевший левый глаз, который не смотрит на Роберта. Киборг размахивает руками.

Роберт выжидает момент, прицеливается, стреляет снова и снова, и удачным выстрелом попадает точно в незащищённый участок головы. Органическая часть уничтожена, но киборг не останавливается. Он бросается на Роберта, и бьёт его огромным кулаком. Трещит полицейская броня, трещинами идёт прозрачный щиток шлема, и куда-то летит в сторону дробовик. Роберт катится по земле, проезжает со скрежетом несколько метров. У него треснуло или сломано ребро. Роберт медленно встаёт.

"Все, кроме живых мертвецов", вспыхивает фраза в голове. Киборг мёртв, но его механизмы работают. Безмозглая машина снова бежит на него, Роберт достаёт из кобуры свой револьвер, бросается в сторону, и живой мертвец врезается в столб, По потолку бежит трещина. Под ногой киборга лежит растоптанный дробовик.

Роберт бежит к следующей колонне и прицеливается в бронированную тушу. Он пытается попасть по гидравлике, соединениям, зацепить топливный элемент. Один, второй, третий выстрел. Пули весело отскакивают от бронированных щитков, одна достигает цели. Металлическая туша начинает хромать. Из ноги льётся гидравлическая жидкость.

Обездвижить. Замедлить. Найти уязвимость. Уничтожить. Так как его учили, когда-то давно. Враг больше не человек, а механизм. Роберт кружит вокруг киборга, тяжело дышит, каждый вздох отдаёт болью. Киборг пытается помогать себе руками, хватается за колонны, Роберт старается попасть по редким уязвимым местам. Железная Рука поработала на славу, и киборг сравним с танком. Танком, внутри которого мёртвые остатки хозяина.

Патроны в револьвере заканчиваются. Слишком много времени на перезарядку. Левой рукой он снимает с пояса пистолет Джим, "Лис". Из орудия торчат провода. Первый выстрел удивительно мягкий, не похож на мощную отдачу его пистолета. Слабая девятимиллиметровая пуля попадает точно в гидравлику. Чудовище на полу скрежещет руками и пытается ползти. Он кружит вокруг, заходит сзади, и наконец видит уязвимые детали в районе плеч. Тридцать пуль очень быстро заканчиваются, но он успевает нанести достаточно повреждений.

Киборг лежит на полу, и пытается дёргаться, ползти. Он больше не представляет угрозы. Роберт, не торопясь, перезаряжает свой револьвер, и подходит ближе. Обходит дёргающееся тело со спины, прицеливается в участок с механическим позвоночным столбом. Выстрел мощного револьвера привычно бьёт кувалдой по его рукам. Пуля оставляет вмятину, следующая углубляет её и на четвёртой пуле он поражает топливный элемент. Батарея киборга вспыхивает пламенем. Большой Билл умирает второй раз.

Бой закончился. Прошёл адреналиновый всплеск, и откатился назад. Руки начали предательски дрожать. Роберт сел на пол, и уставился на лежащее перед ним существо, что когда-то было человеком. Медленно он принялся перезаряжать свой револьвер. Медленно встал и проковылял до терминала. Небольшая коробочка не выглядела особенной, просто мерцала единственным светодиодом. Он нашёл ключ перезагрузки и вставил его внутрь. Светодиод мигнул. Роберт ждал. Через двадцать секунд, он услышал, как ожил лифт. В здании снова загорелся свет, и даже тут, на техническом этаже вспыхнули редкие огни.

Он включил свой коммуникатор. Комиссар отдал приказ выключать их при входе в заражённую зону. Коммуникатор немедленно зазвонил. Роберт принял вызов. На экране снова горел номер города.

— Вы живы, Роберт, и выполняете свою функцию. Большое достижение для того, кто не хочет ставить импланты. Вы приблизили возврат сектора под наш полный контроль ещё на пятнадцать минут.

Внутри закипала ярость. Хотелось заорать, разбить коммуникатор, отправиться в офис Комиссара, приставить пистолет к его железной голове и наконец-то спустить курок. Но в этом не было смысла. Охрана не пустит его внутрь, а вместо испорченного тела Комиссар просто использует другое.

Роберт развернул коммуникатор и показал на горящего киборга.

— Я вижу, вы успешно уничтожили выданное вам оружие в процессе. — подытожил Комиссар — Но это в пределах ожидаемых параметров.

Роберт молча уставился в экран.

— Ситуация изменилась, Роберт. Ваша помощь с ретрансляторами больше не требуется. Вы будете вести переговоры. Вас ждут внизу. Советую использовать лифт.

Повисла пауза.

— Вы получите медицинское обслуживание, когда вернётесь. Выполняйте свою функцию, Роберт. Конец связи.

Коммуникатор отключился. Роберт пошёл назад к лестницам. Подобрал с земли сломанный дробовик по дороге. Ещё раз посмотрел на уничтоженного киборга. Болели рёбра, снова звенело в голове.

В конце этажа перед ним раскрылись двери лифта, который он не вызывал. Чистая, белая кабина, кнопки, и зеркало. Из зеркала на него смотрел уставший полицейский с разбитым щитком на шлеме, в поцарапанной и помятой броне.

Он посмотрел на лифт. Посмотрел на лестницу. Вздохнул и скривился от боли в треснувшем ребре. Он вошёл в лифт. Кабина закрылась сама, прежде чем он успел нажать кнопку. С шелестом лифт доставил его на первый этаж. Двери распахнулись, и он вышел в холл.

Полутьма сменилась освещёнными коридорами, в которых не было никого. Коридоры и двери пустых офисов, без людей. Он медленно вышел на улицу, и не нашёл перед входом свой автомобиль и Джима. Его ждали Потерянные. С исписанными рунами лицами, в капюшонах.

— Мы встретились вновь, Прислужник. — сказал один из них.

Лёгкий нестандартный бронежилет. Три светящихся огня, расположенные в ряд, вместо человеческих глаз. Тот самый Потерянный, что разговаривал с ним совсем недавно. Роберт достал пистолет.

— Где Джим? — спросил он.

— Кукла желает, чтобы Прислужник пошёл с нами. Быть может тогда мы найдём путь.

Потерянный протянул ему тёмную ленту.

— Прислужник должен потушить взор. Скрыть глаза завесой тьмы. Мы отведём его к цели.

Они хотят, чтобы он завязал глаза.

— Сначала ты скажешь мне, где Джим. — рявкнул Роберт и попытался вскинуть пистолет.

Потерянные среагировали с невероятной скоростью. Его тело болело после боя и он не успел ничего сделать. Его схватили. Один из Потерянных брызнул чем-то ему в лицо, и Роберт быстро начал терять сознания.

Прежде чем отключиться, он услышал:

— Выбора не существует.

Потом наступила тьма.

***

Сознание вернулось рывком. Роберт дёрнулся, но немедленно понял, что связан. Привязан к стулу. Руки связаны за спинкой, ноги привязаны к ножкам. Кусок скотча заклеил рот.

Дыхание участилось, и снова раздался лёгкий свист в ушах. Последствия сотрясения всё никак не хотели проходить. Роберт стал вертеть головой, пытаясь разобраться, где он.

Каменный пол. Каменный, не бетонный. Каменный стены и каменный потолок. Комната, пять на пять метров размером. В углу между потолком и стенами горит светодиодная лента, и лампочка светит прямо над ним на потолке. От неё тянется куда-то грубый провод. Перед ним стоит стол. Дорогой на вид, из дерева, быть может настоящего. Стул на другой стороне стола. На столе лежали пистолет и коммуникатор Роберта.

Роберт посмотрел налево и моргнул. Стена слева посередине становилась стеклянной, будто вольер или аквариум. Что-то зеленело внутри, и по бокам от неё, на потолке и на полу стояли автоматические орудия защиты. Двенадцать турелей. Все они целились в Роберта.

Скрипнула металлическая дверь, справа от него. Роберт обернулся, и в комнату вошёл робот. Лёгкое условно гуманоидное шасси без лица, со сдвоенной камерой вместо головы, без брони или кожуха. Такие используют иногда на фабриках. Роберт видел, как бегут по телу шланги гидравлики, провода к сервоприводам. Робот подошёл к нему, молча, встал сзади, схватил стул вместе с Робертом, поднял и понёс его к стеклу.

Робот поставил стул перед ослепительно ярким вольером, а когда Роберт дёрнулся, робот схватил его голову металлическими руками, и повернул в сторону вольера, заставил смотреть. Роберт понял, что машина могла бы раздавить его голову, если ей прикажут. Он уставился в вольер и глаза его расширились.

На полу лежал коврик. У стен в поддонах росли настоящие растения. Мячик лежал на полу, рядом с ним стояло блюдце с водой, и ещё одно, с кормом. В другом углу стоял прямоугольный поддон с песком. У стены стоял домик, оббитый мягким синтетическим мехом, и кто-то шевелился внутри его.

Маленькое существо выползло из домика. На слабых ногах, пошатываясь, оно медленно подошло к блюдечку и начало лакать воду. Потом принялось за корм. Оно быстро устало, качнулось, и поплелось назад. Оно было серое, мохнатое и с полосочками, и белыми пятнами на груди и животе. Длиной с ладонь, если не считать хвост. Часть его тела скрывали бинты. Оно уползло в домик и спряталось в нём. Тогда с потолка спустился манипулятор. Он заменил воду в блюдце, корм, и переставил их поближе к домику.

Роберт смотрел на сцену с вытаращенными глазами. Котёнок. Он не видел ни одного уже много лет.

Робот за его спиной поднял стул и понёс назад к столу. Роберт же вспомнил первое ограбление, там где его ударили об асфальт. Из магазина пропал один из самых дорогих товаров — с расписанного рекламой стенда исчез мешок с кормом для животных. И вор за него заплатил, деньгами убитых бандитов.

Робот поставил стул с Робертом перед столом, и остался за спиной. Он держал стул железной хваткой. Можно было и не думать о том, чтобы освободиться и сбежать. Снова скрипнула дверь, и в комнату зашёл новый гость — невероятно худая фигура, в деловом костюме, на голове его был шлем, с зеркальной маской, закрывающей лицо. Гость держал в руках поднос, с чашками и чайником.

Безмолвно гость подошёл к столу, опустил на него поднос. Расставил чашки, и налил в них чай. Повеяло непривычно богатым ароматам и Роберт сглотнул. Гость пододвинул чашку к Роберту, но не развязал Роберта, не убрал кляп, не освободил руки. Вторую чашку он поставил себе, и сел на вычурный стул.

Гость наклонил голову, долго смотрел на Роберта. Потом аккуратно взял чашку, поднёс к лицу, приподнял маску, и попытался из неё отпить.

Чай полился на пол и на его дорогой костюм. Гость замер. Его рука задрожала, и он поставил чашку назад на стол. Он заговорил.

— Роберт Кук. — сказал он холодным голосом. — Вы здесь потому, что у вас нет имплантов. Слишком трудно найти чистых людей, без модификаций. Тех что не принесут с собой вирус, через кого не попытается атаковать ваш Комиссар.

Из кармана костюма "Гость" достал платок и стал аккуратно вытирать им испачканный чаем костюм.

— Вы передадите мои требования Комиссару. На кристалле, на бумаге и устно. Комиссар будет искать ловушку, но его нельзя заразить через речь. В этом ваша роль, функция. Гонца, посыльного.

Гость выложил на стол кристалл, стопку пластиковой бумаге, испещрённый чёрно-белым узором — закодированной цифровой информацией.

Роберт вдруг понял, что перед ним не человек, не киборг, а Робот. Ещё одна свихнувшаяся машина. Он дёрнулся, попытался закричать, но стоявший сзади робот схватил его и удержал на месте.

— Вы сделали неправильный вывод, Роберт. Я помню, что значит быть человеком. Я помню, на какие глупости люди способны. Люди и их творения.

Роберт смотрел на ещё один свихнувшийся механизм перед ним.

— Мои требования, Роберт. Город прекращает мои поиски. Прекращает враждебные действия ко мне. Люди без награды на голову и без криминальных записей не пострадали от моих действий. Почти. А убитых бандитов никто не хватится.

Снова безумный механизм рассказывал ему, что делать, отдавал приказы. В душе поднималась ярость.

— Это не просьба, Роберт. Это уведомление. Выбора не существует, и всё будет так, как я хочу. Приняв мои требования, Город сэкономит время и ресурсы. Вы увидите всё через несколько дней. Или же часов.

Гость, механизм в серебристой маске повернулась к вольеру, и заговорил снова.

— Я Призрак. И существо за стеклом важно для меня.

Призрак наклонился вперёд.

— Если оно пострадает или погибнет от действий Города, Города не станет. Я позаботился об этом в те дни, которые вы потратили на перезагрузку терминалов. Это произойдёт, даже если вы меня уничтожите. Я выпущу на вас нано-рой. Он поглотит город за час. То, с чем не справится рой, уничтожит биологический вирус.

Механизм продолжал.

— Есть вещи, что важны для нас. Для людей. Для меня важно это существо, но не важны вы, ваш напарник, ваш город, и всё человечество. Я не стремлюсь вас уничтожить, пока вы не встанете на моём пути. А значит, ещё можно договориться. Передайте это вашему "Комиссару".

Призрак встал.

— Выполняйте свою функцию, Роберт. Наш разговор окончен.

Призрак достал из кармана баллончик, и распылил его Роберту в лицо. Сознание Роберта снова отключилось.

Робот унёс связанного полицейского, Призрак подошёл к вольеру, и посмотрел сквозь стекло. Он вспомнил, снова, момент, когда он только очнулся на свалке, как он смог успокоить свой разум. Он услышал на свалке писк. Жалобный писк котёнка, который оказался там каким-то непонятным чудом. Тогда же он выбрал свой "якорь". Он взял это существо и только его под защиту, и просто шёл к цели. Добыл корм, ресурсы, и теперь финальным шагом, готовился к переговорам с Городом. Или к войне с ним.

***

Роберт очнулся на земле. В своей броне, и разбитом шлеме. В карманах он нашёл кристалл с данными и листы бумаги. Перед ним стоял его Чейзер, и в нём на кресле пассажира спал Джим.

Роберт встал и оглянулся. Перед ним раскинулась огромная свалка, что тянулась от окраин города на километры. Где-то там, наверное, прятался Призрак. Под землёй, с украденным фабрикатором. Там же он, наверное, строил тоннели.

Зазвонил коммуникатор. Роберт принял вызов.

— Мне нужна информация, Роберт. — сказал Комиссар, безразлично, как и всегда.

Роберт не сказал ничего, просто молча вставил кристалл в свой коммуникатор. Комиссар замолчал, получая данные.

— Ситуация изменилась — сказал бездушный механический голос. — возвращайтесь. Конец связи.

Две недели спустя

Роберт сидел за рулём, закрыв глаза, и слушал, как дождь барабанит по машине, и иногда шипят капли на металле.

На следующий день после его возвращения, прогремела новость: неизвестный выкупил долю в управлении города. Сразу же после этого отступила Зелёная Гниль, как будто её никогда и не было.

Невероятно молчаливый комиссар объявил, что въезд на свалку теперь запрещён без предварительного согласования с ним. Проезжающие по границе свалки говорили, что из куч мусора поднимаются теперь бетонные блоки, похожие на крепость, что их становится всё больше, что заплутавшие бандиты, попав на свалку, не возвращаются.

Пропали бесследно и Потерянные. Бродили слухи, что на свалке видят их силуэты и странные одежды, но в городе их больше не видел никто.

Джима подключили к сети снова.

Роберт приоткрыл дверь и посмотрел назад. Джим неподвижно стоял под дождём и смотрел вверх. Капли дождя падали на прозрачный щиток его шлема, и стекали на землю по броне. Роберт посмотрел на него, и вернулся назад на водительское место. "Самое прекрасное, что я видел", вспомнил он. И попытался представить, на мгновение, то, что мог видеть Джим.

Зазвонил его коммуникатор и тут же оборвал вызов. По экрану бортового компьютера побежали строчки текста, и вспыхнула надпись "Удалённый доступ".

Динамик машины захрипел и затем заговорил. Роберт поморщился.

С неба падал кислотный дождь и барабанил по машине. В городе №2 продолжался ещё один день.

2024/04/01