Протокол "Гармония" Часть 3

Глава 42

Глава 42: Зеркала и Лабиринты (или Чтение Ключей в Неподходящих Условиях)

Они забились в узкий боковой штрек, ответвлявшийся от основного туннеля. Дальше хода не было – путь преграждал завал из обрушившихся камней. Не самое надежное укрытие, но единственное, что они успели найти, пока сзади нарастал скрежет дронов-пауков МинНацБлага. Яаков погасил свой основной фонарь, оставив лишь один маленький химический светостик, который отбрасывал на влажные, покрытые слизью стены слабые, пляшущие тени. Воздух был тяжелым, пахло мокрой глиной и чем-то еще – затхлостью веков. Откуда-то сверху капала вода, звук одиноких капель гулко отдавался в тесном пространстве.

— Мило, – прошептал Дэвид, пытаясь отдышаться и унять дрожь в руках. Он осторожно достал из кармана страницу из отчета отца Августина и странный черный ключ. Цилиндр остался у Яакова. – Прямо пятизвездочный отель «Катакомба Плаза». Интересно, завтрак включен? Или дроны его уже съели?

— Тише ты, паникер, – проворчал Яаков, прислушиваясь к звукам из основного туннеля. Скрежет стал чуть тише, но не исчез. Похоже, дроны методично прочесывали ответвления. – Пока они нас не учуяли, у нас есть немного времени. Давай сюда эту твою писульку. И ключ.

В слабом свете они снова склонились над находками. Пожелтевшая бумага с выцветшими чернилами и аккуратной, но встревоженной припиской монаха. Ключ из непонятного черного материала, гладкий, холодный, покрытый символами, не похожими ни на один земной алфавит. И координаты доступа к Архиву 7. Длинный ряд цифр и символов.

— Координаты… – бормотал Дэвид, вглядываясь в строку. – Формат похож на военный… или какой-то старый протокол геопозиционирования МинОбороны. Но часть символов… нестандартные. Похоже на какой-то модификатор или подкод. Без знания системы не расшифровать точно. Но общая зона… да, похоже на Негев. Район Базы 117-Алеф.

— Значит, мы на верном пути. По крайней мере, географически, – кивнул Яаков. – А это? – он указал на вымаранную часть текста перед словом «зеркало». – «Активация ключом возможна только при… [слово стерто] зеркало…» Что за зеркало? Отец Августин был человеком набожным, мог использовать метафору. Зеркало души? Отражение истины? Или он имел в виду что-то конкретное?

— Я видел в тех логах, что успел скопировать, – Дэвид нахмурился, вспоминая. – Там упоминался один из подпроектов «Канаф-3»… кодовое имя «Зеркало». Кажется, связано с системами… отражения сигналов? Или с созданием ложных целей? Не уверен, там все было фрагментарно. Но если активация ключа связана с этим проектом «Зеркало»… значит, это не просто предмет. Это часть системы. Часть защиты Архива 7.

— Или часть ловушки, – добавил Яаков. – А может, и то, и другое. А может, все проще. В Негеве много… объектов. Старых военных, научных. У Базы 117, помнится, была целая батарея огромных параболических антенн для связи или слежения. Местные их так и звали – «зеркала». Может, активация ключа возможна только при наведении на эти антенны? Или когда они активны?

— Или когда Луна в седьмом доме, а рак на горе свистнет, – проворчал Дэвид. – Слишком много «может». Нам нужна конкретика. А что символы на ключе? На цилиндре? Они что-нибудь говорят тебе?

Яаков взял ключ, повертел его в тусклом свете.

— Символы… древние. Но не иврит, не греческий, не латынь… Что-то… самаритянское? Или еще более древнее? Похоже на смесь астрологических знаков и алхимических формул. Отец Августин увлекался такими вещами? Или это… язык самой Карми? Ее личный код?

В этот момент из основного туннеля донесся отчетливый звук – короткий механический писк, за которым последовало направленное жужжание.

— Сканер! – прошипел Яаков, гася светостик. – Они прощупывают боковые ходы! За камни! Живо!

Они распластались на полу за грудой камней у входа в их тупик. Луч света – узкий, синий – скользнул по входу, ощупал стены. За ним последовал тихий механический скрежет – один из дронов-пауков заглядывал в их убежище. Его красный оптический сенсор обшаривал темноту. Дэвид затаил дыхание, чувствуя, как колотится сердце. Заметил?

Дрон постоял мгновение, его сенсор вращался. Затем развернулся и покатился дальше по основному туннелю. Опасность миновала. На этот раз.

— Слишком близко, – прошептал Яаков, когда они снова смогли дышать. – Нужно уходить отсюда. И быстро. Анализировать будем на ходу. Или не будем. Сначала – выжить.

Они выбрались из своего тупика и двинулись дальше по темному лабиринту, теперь еще более осторожно, прислушиваясь к каждому шороху. У них были координаты. У них был ключ и цилиндр. У них была загадка «зеркала». И у них по пятам шли механические охотники МинНацБлага. Следующий шаг был очевиден – бежать. Но куда? И что делать с этими опасными ключами от царства «Льва»?

Глава 43

Глава 43: Один в Лабиринте (или Полезные Советы от Провожатого в Преисподнюю)

Они бежали. Снова. Скрежет дронов-пауков за спиной то приближался, то удалялся в гулких каменных проходах, но не исчезал совсем. Они – МинНацБлаг, «Лев», или кто там дергал за ниточки этих механических ищеек – не собирались отпускать добычу. Яаков вел Дэвида по все более узким и запутанным туннелям, местами им приходилось буквально протискиваться сквозь щели между скальными породами.

Наконец, старик остановился в небольшом расширении туннеля, где со свода сочилась вода, образуя маленькую лужицу на полу. Он тяжело дышал, прислонившись к влажной стене.

— Все, архивариус, – сказал он тихо, но твердо. – Дальше тебе одному.

Дэвид удивленно посмотрел на него.

— Как одному? Куда вы? А дроны?

— Дроны – это теперь твоя проблема, – Яаков устало усмехнулся. – А я… я стар для таких забегов по пересеченной истории. И мой путь лежит в другую сторону. Мне нужно попытаться предупредить кое-кого наверху. И замести следы, пока эти железные пауки не вывели своих хозяев прямиком к сердцу нашей маленькой сети здесь, под городом. Два следа они отслеживают легче, чем один. Особенно когда один из следов принадлежит старику, который уже почти не может бежать.

Дэвид хотел возразить, сказать, что не бросит его, но Яаков поднял руку.

— Не спорь. Это не героизм, а прагматика. Ты – носитель ключа и координат. Ты – тот, кто может что-то изменить там, у «сердца Тишины». Я же… я просто старый книжник, который слишком много знает и слишком долго живет. Моя задача была – провести тебя через первый круг ада. Дальше – твоя дорога.

Он порылся в своей неизменной сумке и достал несколько вещей. Потрепанный, но, видимо, надежный компас старого образца, еще один долгоиграющий химический светостик и небольшой плоский предмет, завернутый в промасленную ткань.

— Вот. Компас в этих туннелях почти бесполезен, но если выберешься наружу – пригодится. Света хватит еще на сутки, если экономно. А это… – он развернул ткань. Внутри лежал кусок отполированного обсидиана, размером с ладонь, идеально гладкий и черный, как сама темнота. – Зеркало? Не знаю. Но это обсидиановое зеркало принадлежало одному каббалисту лет триста назад. Говорят, оно помогало видеть… отражения. Не только в прямом смысле. Может, твой отец Августин имел в виду что-то подобное? Или нет. В любом случае, хуже не будет. Возьми.

Дэвид взял тяжелый холодный камень.

— Спасибо, Яаков. За все. Я…

— Не благодари раньше времени, – прервал его старик. – Ты еще не выбрался. Слушай внимательно. Этот туннель, – он указал в темноту перед ними, – должен вывести тебя к старой системе водосбора под Гефсиманским садом. Там есть шанс подняться на поверхность незаметно. Но будь осторожен. Даже там могут быть сенсоры. Как выберешься – решай сам. Идти к Базе 117 – безумие. Но, возможно, единственное оставшееся у тебя безумие. Помни про Карми. Помни про «Тишину». И… – он замялся на секунду, – …доверяй своей интуиции, архивариус. Обычно она подсказывает полную ерунду, но в нашем абсурдном мире это иногда единственный верный путь. А теперь иди. Быстро. И не оглядывайся.

Яаков отвернулся и шагнул к боковому ответвлению туннеля, которое Дэвид раньше не замечал. Через мгновение фигура старика растворилась в темноте.

Дэвид остался один. Совсем один. В холодной, влажной темноте подземелий под древним городом. В кармане – флешка с фрагментами ужасающей правды, странный черный ключ, металлический цилиндр и теперь еще – обсидиановое зеркало. В голове – координаты и загадка. За спиной – механический скрежет погони. Впереди – неизвестность.

Он глубоко вздохнул, включил новый светостик, который давал чуть больше света, и шагнул вперед, в туннель, который, возможно, вел к выходу. Или к новой ловушке. Он был один. И ему оставалось только идти.

Глава 44

Глава 44: Глоток Свободы (и Пыли)

Туннель становился все суше, запах плесени сменился запахом пыли и чего-то неуловимо свежего – настоящего воздуха. Впереди забрезжил свет, неровный, естественный. Дэвид, спотыкаясь от усталости и боли, почти бежал последние метры. Он выбрался наружу через узкую расщелину у корней очень старого оливкового дерева, кора которого напоминала потрескавшуюся кожу древнего ящера.

Он замер, щурясь от утреннего солнца, жадно вдыхая свежий воздух. Он был на склоне холма, покрытого такими же древними, корявыми оливами. Внизу, под ним, раскинулся Иерусалим – купола мечетей, кресты церквей, плоские крыши Старого города, а дальше – более современные кварталы, подернутые легкой дымкой. Купол «Шалом+» над центром города почти не был виден отсюда, но его незримое присутствие ощущалось в самой атмосфере показного спокойствия, которое, впрочем, сюда, на склон Масличной горы, казалось, не дотягивалось в полной мере.

Свобода? На пару минут – да. Он выбрался из каменного мешка катакомб. Он оторвался (надолго ли?) от дронов-пауков. Но взглянув на себя – грязная, рваная одежда, ссадины, синяки, измученное лицо – он понял, что свобода эта весьма условна. Он по-прежнему был беглецом, целью номер один.

«Итак, Розенберг, свежий воздух, панорамный вид, в кармане – артефакты Судного Дня и ни гроша, – подумал он с привычной уже иронией. – Куда теперь? Записаться на экскурсию по Гефсиманскому саду? Или сразу сдаться ближайшему патрулю, пока не умер от жажды или столбняка?»

Он осмотрелся внимательнее. Относительное спокойствие оливковой рощи было обманчивым. На дороге у подножия холма он заметил армейский джип и несколько фигур в форме МинНацБлага – явно усиленный патруль или временный блокпост. В небе лениво кружил небольшой дрон-наблюдатель, его оптика хищно поблескивала на солнце. Они перекрыли город, как и говорил Яаков. Выбраться из Иерусалима будет не проще, чем из НацАрхПама.

А ему нужно было именно выбраться. Его цель – База 117-Алеф – находилась далеко на юге, в сердце пустыни Негев. Сотни километров враждебной территории, патрулируемой самой эффективной системой слежки в мире. А у него – ни денег, ни транспорта, ни документов. Только флешка, ключ, цилиндр и загадочное обсидиановое зеркало в кармане. Отличный набор для путешественника.

Нужно было двигаться. Немедленно. Прочь от Иерусалима, пока кольцо блокады не сжалось окончательно. Но как? По дорогам нельзя. По открытой местности – тоже. Оставались… тропы. Древние пастушьи тропы, идущие по холмам на юг, в сторону Вифлеема, Хеврона, а дальше – в пустыню. Маршрут долгий, опасный, но, возможно, единственный.

Он нашел небольшой ручей, стекающий по склону – вероятно, часть той самой системы водосбора, о которой говорил Яаков. Умылся, насколько это было возможно, напился чистой, холодной воды. Осмотрел свои раны – выглядели паршиво, но вроде бы не воспалились. Он перевязал колено куском ткани, оторванным от рубашки. Съел последний протеиновый батончик, оставшийся от запасов Лейлы.

Взглянул на Иерусалим. Город его детства, его работы, его разочарований. Теперь – город-ловушка. Он отвернулся.

И пошел. Пошел на юг, стараясь держаться в тени оливковых деревьев, перебегая от одного скального уступа к другому, постоянно оглядываясь и прислушиваясь. Он был один. Яаков остался где-то там, в темноте катакомб. Лейла… он старался не думать о ней. Тамар была в плену. «Профессор» и его сеть играли в свои игры. Теперь все зависело только от него. От его ног, его выносливости, его удачи. И от того, сможет ли он разгадать загадку ключа и зеркала прежде, чем его найдут.

Путь в Негев начался. Путь к Архиву 7. К «сердцу Тишины». Или к собственной гибели.

Глава 45

Глава 45: Попутчики в Пустыне (или Такси до Негева с Дополнительными Опциями)

Иудейская пустыня встретила Дэвида безразличным молчанием и раскаленным дыханием. Он шел уже много часов, сбиваясь с едва заметных троп, которые показал ему Яаков на старой карте перед тем, как исчезнуть в темноте катакомб. Солнце превратило воздух в дрожащее марево, а камни под ногами – в раскаленную сковороду. Воды во фляжке Лейлы почти не осталось, раненое колено горело огнем, а в голове стучал один-единственный ритм – жажда.

«Гениальный план, Розенберг, – саркастически думал он, облизывая пересохшие губы. – Отправиться пешком через пустыню в поисках сверхсекретной базы, имея из снаряжения дырявые ботинки, флешку с гос-тайной и обсидиановое зеркало сомнительного происхождения. Премию Дарвина этому господину!»

Он споткнулся и чуть не упал, но успел ухватиться за колючий куст. Сил почти не осталось. Он опустился в скудную тень скалистого выступа, чувствуя, как мир начинает плыть перед глазами. Нужно было отдохнуть. Хотя бы ненадолго. Иначе пустыня просто поглотит его, как и многих до него, оставив только выбеленные кости для учебника истории (если их тоже не «оптимизируют»).

Он почти задремал, погружаясь в липкое, тревожное марево, когда его вывел из забытья звук. Низкий, рокочущий звук работающего двигателя. Не дрон МинНацБлага – те летали почти бесшумно. Это было что-то… старое. Механическое.

Дэвид осторожно выглянул из-за скалы. Метрах в ста от него, в русле пересохшего вади, стоял… транспорт. Уродливый гибрид старого армейского грузовика и какого-то багги для дюн, собранный явно из того, что попалось под руку. Корпус был покрыт пылью и заплатками из ржавого металла, колеса – огромные, с потрескавшейся резиной. Рядом с машиной стояли трое.

Двое мужчин и одна женщина. Одетые в такую же пыльную, выцветшую одежду, явно приспособленную для пустыни – свободные штаны, многослойные жилеты с карманами, платки, закрывающие лица от солнца и пыли. У одного из мужчин на поясе висел большой нож, у второго – старый импульсный карабин, похожий на те, что использовали патрули Автономии. Женщина, высокая и худощавая, проверяла что-то на экране потрескавшегося планшета, подключенного кабелем к спутниковой тарелке, неуклюже присобаченной к крыше грузовика. Контрабандисты? Бедуины новой формации?

Они его заметили. Мужчина с карабином тут же вскинул оружие.

— Стой где стоишь, городской! – крикнул он. Голос был резким. – Руки покажи! Медленно!

Дэвид медленно поднял руки, показывая пустые ладони. Бежать было некуда и не на чем.

— Я… я не опасен, – сказал он, стараясь, чтобы голос звучал как можно более жалко. – Я просто… заблудился. Воды… у вас нет воды?

Троица переглянулась. Женщина что-то быстро сказала по-арабски мужчине с карабином. Тот опустил оружие, но не убрал совсем. К Дэвиду подошел третий – коренастый, с обветренным лицом и шрамом через всю щеку.

— Заблудился, говоришь? – он оглядел Дэвида с головы до ног с явным презрением. – Далеко же тебя занесло из кондиционированного рая. Что забыл в этой дыре? Документы есть?

— Нет… украли, – снова соврал Дэвид. – В Иерусалиме. Я шел… на юг. Искал работу.

— Работу? Здесь? – коренастый усмехнулся. – Здесь только камни да скорпионы работают. Ну и мы иногда. Какая работа тебе нужна, городской? Может, хочешь помочь нам разгрузить пару контейнеров с… гуманитарной помощью?

Он явно издевался. Это были контрабандисты. И они решали, что с ним делать. Бросить здесь умирать? Ограбить (хотя что у него брать?)? Или… использовать?

— Я… я могу быть полезен, – сказал Дэвид, понимая, что это его единственный шанс. – Я… разбираюсь в старых системах. В архивах. В данных. Может… я могу вам помочь с… информацией? В обмен на воду и… возможность двигаться дальше на юг?

«Предлагаю государственные секреты в обмен на бутылку воды, – подумал он. – Кажется, я нащупал дно. Или новое дно».

Женщина с планшетом подошла ближе. Она сняла платок, открыв лицо – молодое, но жесткое, с внимательными темными глазами. На виске виднелся разъем нейроинтерфейса старого образца.

— Информацией, говоришь? – ее голос был низким, с хрипотцой. – Какой информацией? Про погоду на Марсе? Или про то, как МинНацБлаг в очередной раз оптимизировал бюджет за счет бедняков? Это мы и без тебя знаем.

— У меня есть… кое-что посерьезнее, – Дэвид колебался. Раскрывать им правду о Канаф-3? Безумие. Но и выбора не было. – Информация, за которую МинНацБлаг готово убить. Информация, которая может… изменить правила игры.

Женщина долго смотрела ему в глаза. Потом переглянулась с коренастым мужчиной.

— Ладно, архивариус. Напоим тебя. И дадим место в нашей ржавой посудине. До следующей точки. А там посмотрим, чего стоит твоя информация. И чего стоишь ты сам. Но учти, – ее взгляд стал ледяным, – если ты нас обманешь или попытаешься сбежать… пустыня умеет хранить секреты. Очень хорошо умеет. Меня зовут Самира. Это – Халид (коренастый кивнул). А тот нервный с пушкой – Рашид. Залезай. И постарайся не слишком раздражать Рашида своим городским видом.

Дэвид с благодарностью взял протянутую ему флягу с водой. Сделал несколько жадных глотков. Вода была теплой, но это была самая вкусная вода в его жизни. Он забрался в кузов грузовика – тряский, пахнущий пылью и чем-то пряным. Машина взревела и, поднимая облако пыли, покатила дальше на юг, вглубь пустыни.

Он выжил. Он получил воду и транспорт. Но он попал в руки контрабандистов – людей, живущих по своим законам, для которых его жизнь и его информация были лишь товаром или помехой. Куда они его везли? И какая работа ждала его на «следующей точке»? Он не знал. Но он двигался на юг. К Базе 117. К Архиву 7. К своей судьбе.

Глава 46

Глава 46: Небо над Пустыней (или Незапланированная Встреча с Беспилотными Друзьями Человека)

Старый грузовик-гибрид, который Самира называла «Аль-Бурак» (в честь мифического крылатого коня, что было верхом иронии, учитывая его скорость и грацию), трясся и ревел, поднимая за собой густое облако пыли. Он полз по дну высохшего вади, петляя между гигантскими валунами и редкими скелетами колючих кустарников. Пейзаж за окном был монотонным и враждебным – выжженная солнцем земля, потрескавшаяся глина, скалы цвета ржавчины и безжалостное, слепящее небо.

Дэвид сидел в душном кузове, заваленном какими-то тюками с непонятным содержимым, пахнущим специями и машинным маслом. Его тело болело после вчерашней работы и ночи, проведенной на жестких мешках. Рядом молча сидел Рашид, нервно теребя свой старый автомат. В кабине Халид вел машину, а Самира колдовала над своим потрескавшимся планшетом, подключенным к спутниковой тарелке на крыше. Время от времени она бросала короткие фразы на арабском, которые Халид подтверждал кивком.

«Путешествие с комфортом, – думал Дэвид, вытирая пот со лба рукавом пыльной куртки Яакова. – Почти как бизнес-класс на 'Эль-Аль', только без шампанского и с большей вероятностью быть подстреленным. Интересно, что везут мои новые друзья? Нелегальные копии стихов Амихая? Или что похуже?»

Внезапно Самира резко выругалась и ударила ладонью по планшету.

— Халид! Десять часов! Быстро! Похоже на разведчиков «Льва»! Два… нет, три дрона!

Халид, не говоря ни слова, резко вывернул руль, направляя «Аль-Бурака» к ближайшему скальному навесу. Двигатель взревел натужно. Рашид в кузове вскинул автомат, его лицо стало напряженным.

— Откуда они взялись?! – крикнул он Самире через открытое окно кабины.

— Понятия не имею! – огрызнулась та, ее пальцы летали по экрану планшета. – То ли спутник нас засек, то ли у них тут сенсоры где-то… Черт! Они нас видят! Халид, гони! Нужно оторваться!

Грузовик подпрыгнул на валуне и рванул вперед, к узкому ущелью между скалами. Дэвид вцепился в борт, чтобы не улететь. В небе позади появились три темные точки. Они быстро приближались, двигаясь бесшумно и стремительно. Дроны МинНацБлага – модели «Ястреб-3», стандартные патрульно-разведывательные аппараты, но даже они были смертельно опасны для старого грузовика контрабандистов.

— Самира! Помехи! – крикнул Халид, ведя машину по самому краю вади.

— Пытаюсь! – Самира ударила по нескольким иконкам на планшете. – Включила старый армейский глушитель. Но он против их новых протоколов – как зонтик против метеоритного дождя!

Один из дронов спикировал ниже, его оптика блеснула на солнце. Раздался сухой треск – предупредительный выстрел импульсника ударил в камень рядом с грузовиком.

— Они хотят, чтобы мы остановились! – крикнул Рашид.

— Еще чего! – прорычал Халид.

Дроны заходили с разных сторон, беря их в клещи. Еще один выстрел – на этот раз ближе, заряд чиркнул по металлической обшивке кузова.

— Они сканируют маршрут! Пытаются просчитать, куда мы свернем! – крикнула Самира. – Стандартный протокол перехвата 7-Дельта!

Дэвид вдруг вспомнил. Он видел этот протокол в архиве. Когда изучал системы безопасности и логистику МинНацБлага, пытаясь найти следы «Канаф-3». Протокол 7-Дельта… у него была известная уязвимость при работе в условиях сильных электромагнитных помех и сложного рельефа – алгоритм начинал зацикливаться на ложных целях.

— Самира! – крикнул он, перекрикивая рев мотора. – Протокол 7-Дельта! У него баг! Если создать сильные помехи и одновременно резко менять курс в узком месте – он может потерять цель! Он зависает на расчете вероятностей!

Самира удивленно посмотрела на него через плечо.

— Откуда ты?.. Ладно, неважно! Халид, слышал? Вон то ущелье впереди! Гони туда! Я попробую перегрузить глушитель! Рашид – огонь по ведущему дрону, просто чтобы отвлечь!

Халид выжал из старого «Аль-Бурака» все возможное. Грузовик влетел в узкое, извилистое ущелье. Самира ударила по экрану – из динамиков раздался оглушительный визг помех. Рашид высунулся из окна и дал несколько очередей из автомата по ближайшему дрону – пули беспомощно отскакивали от его брони, но это заставило аппарат на секунду изменить траекторию.

Грузовик вилял между скалами. Дроны пытались следовать за ним, но в узком пространстве, под воздействием помех, их синхронизация явно нарушилась. Один из них чуть не врезался в скалу. Ведущий дрон замедлился, словно пытаясь пересчитать оптимальный маршрут в изменившихся условиях.

— Уходим! – крикнул Халид, выворачивая из ущелья в другую, более широкую долину.

Они оторвались. Дроны остались позади, потеряв их из виду в лабиринте скал и под прикрытием помех. Через несколько минут Самира отключила глушитель. В машине повисла тишина, нарушаемая только ревом двигателя и тяжелым дыханием.

Халид сбросил скорость. Рашид опустил автомат, вытирая пот со лба. Самира несколько раз ударила по экрану планшета.

— Чисто, – сказала она наконец. – Похоже, сработало. Твой баг в протоколе, архивариус… оказался полезным. Откуда ты его знаешь?

— Долгая история, – ответил Дэвид, чувствуя, как отступает адреналин, оставляя после себя слабость. – Скажем так, я много читал служебные инструкции МинНацБлага. Иногда это бывает полезно.

Самира и Халид переглянулись. Во взгляде Самиры больше не было прежнего презрения. Появилось что-то другое – настороженное любопытство.

— Ладно, архивариус, – сказала она. – Возможно, от тебя действительно есть толк. Но наш маршрут теперь засвечен. И дроны так просто не отстанут. Нужно менять план. И быстро. Халид, ищи ближайшее укрытие. Нужно переждать и подумать.

Грузовик свернул с едва заметной тропы и направился к далекому скальному массиву, обещая временное убежище. Дэвид откинулся на мешки. Он помог им. Он доказал свою полезность. Но это лишь означало, что он стал для них ценнее – как источник информации или как инструмент. И их общая опасность не сблизила их по-настоящему. Он все еще был чужаком в их мире. Но он двигался на юг. И он все еще был жив. Пока что.

Глава 47

Глава 47: Нештатная Ситуация с Двигателем (или Руководство по Ремонту для Гуманитариев)

Они оторвались от дронов, но победа была недолгой и дорогой. Старый «Аль-Бурак», протестуя против такого обращения, начал кашлять, чихать и дергаться. Халид пытался уговорить его ехать дальше, бормоча под нос молитвы и ругательства в адрес давно покойного инженера, создавшего этот гибрид осла и танка. Но через пару километров двигатель издал звук, похожий на предсмертный хрип раненого бегемота, и заглох окончательно.

Они застряли. Посреди абсолютно ничего. Вокруг – только выжженная солнцем каменистая пустыня, дрожащее марево у горизонта и оглушающая тишина, нарушаемая лишь свистом ветра. Солнце стояло в зените, превращая кабину и кузов грузовика в раскаленную печь.

— Великолепно! Просто великолепно! – Рашид с силой пнул по колесу, которое ответило глухим, равнодушным звуком. – Сначала дроны, теперь эта развалина! Мы тут и сдохнем!

— Заткнись, Рашид, не каркай, – огрызнулась Самира, вылезая из кабины и открывая капот, откуда тут же повалил сизый дым с едким запахом горелого масла и отчаяния. – Халид, давай инструменты. Посмотрим, что там наш железный ишак решил себе открутить.

Халид и Самира принялись копаться в двигателе – монструозном агрегате, собранном из деталей разного времени и происхождения, опутанном проводами, трубками и заляпанном слоями грязи и масла. Дэвид стоял рядом, чувствуя себя абсолютно бесполезным. Его знания об истории Месопотамии или тонкостях каталогизации средневековых манускриптов здесь были так же полезны, как зонтик во время песчаной бури.

«Может, предложить им провести семантический анализ звуков, издаваемых двигателем перед поломкой? – мрачно подумал он. – Или составить библиографический список возможных неисправностей?»

— Проклятый топливный инжектор! – Самира выпрямилась, вытирая грязные руки ветошью. – Собран из мусора и молитв, и кажется, молитвы закончились! И вот эта плата… – она показала на небольшой обгоревший блок электроники, – …управление впрыском. Похоже, коротнула от перегрузки, когда мы уходили от дронов. Без нее эта рухлядь не поедет. А у нас такой нет.

Наступило гнетущее молчание. Застрять здесь означало верную смерть от жажды или от следующего патруля МинНацБлага, который рано или поздно их найдет.

— А… схемы? Руководства? – решился спросить Дэвид. – Может, есть описание этой платы? Можно попробовать обойти ее? Или починить?

Самира посмотрела на него, как на идиота.

— Руководства? На это чудовище? Его собирали на коленке в какой-то подпольной мастерской лет тридцать назад! Максимум, что у нас есть – вот это, – она кивнула на свой планшет, где пыталась вызвать схему, но экран показывал лишь помехи. – Я скачала какой-то архив со старыми тех-доками по армейским грузовикам, но он битый, половина файлов не читается. Да и толку? Нужна новая плата.

Дэвид подошел к планшету.

— Можно посмотреть? Битые архивы… я с этим работал. Иногда информацию можно вытащить даже из поврежденных секторов.

Самира скептически пожала плечами, но протянула ему планшет. Корпус был горячим от солнца. Экран мерцал. Дэвид взял его. Пальцы, привыкшие к сенсорным панелям и нейроинтерфейсам НацАрхПама, неуклюже забегали по грубому интерфейсу старой операционки. Он нашел поврежденный архив. Запустил утилиту восстановления, которую когда-то использовал для работы с ветхими цифровыми носителями. Процесс шел мучительно медленно.

Халид и Рашид тем временем пытались что-то сделать с механической частью инжектора, ругаясь и обливаясь потом. Жара стояла невыносимая.

И вдруг – получилось! Программа восстановления смогла извлечь один файл – не полную схему, а скорее… старую сервисную инструкцию для полевого ремонта похожей модели двигателя. Текст был на иврите, с кучей технических сокращений и диаграмм сомнительного качества.

— Вот! – сказал Дэвид, показывая экран Самире. – Похоже на вашу плату? Тут есть раздел… «Аварийный обход модуля управления впрыском при ЭМИ-поражении». Кажется, это наш случай.

Самира и Халид склонились над экраном.

— Обход… – бормотал Халид, водя пальцем по схеме. – Закоротить контакты альфа и гамма… перекинуть питание с датчика детонации… рискованно, но…

— Но это шанс, – закончила Самира. Ее взгляд на Дэвида изменился. Снова. Теперь в нем было не только любопытство, но и толика уважения. – Ладно, архивариус. Похоже, твои таланты не ограничиваются пыльными книжками. Давай, Халид, попробуем. Хуже уже не будет.

Следующий час они возились с двигателем. Дэвид, следуя инструкции на экране, подсказывал Самире и Халиду, какие провода соединить, какие реле переключить. Руки его дрожали, но мозг, привыкший к анализу данных, работал четко. Это было похоже на расшифровку еще одного древнего текста, только вместо букв были провода и микросхемы.

Наконец, Халид выпрямился.

— Готово. Или почти. Теперь – момент истины. Самира, ключ на старт.

Самира села за руль. Повернула ключ. Стартер взвыл раз, другой… Двигатель чихнул, задергался… и вдруг взревел, выбросив из выхлопной трубы клуб черного дыма. Он работал! Неровно, с перебоями, но работал!

— Слава всем пророкам и архивариусам! – выдохнул Халид, вытирая пот со лба.

— Не расслабляйся, – бросила Самира. – Это временная мера. Долго он так не протянет. И электроника теперь работает в аварийном режиме. Нужно добраться до нашей базы как можно быстрее. Залезайте!

Они снова тронулись в путь. Грузовик ехал медленнее, двигатель работал шумно и нестабильно, но он ехал. Дэвид сидел в кузове, чувствуя дикую усталость, но и странное удовлетворение. Он смог. Он оказался полезен. И он снова был на шаг ближе к своей цели. Отношения с контрабандистами изменились. Они больше не смотрели на него как на бесполезный балласт. Теперь он был… частью команды? Временно. До тех пор, пока он им нужен. Или пока не принесет им новые неприятности.

Глава 48

Глава 48: Прибытие в Никуда (или Гостеприимство от МинНацБлага)

«Аль-Бурак» хромал, кашлял, но упрямо полз вперед. Временный ремонт, который они соорудили под руководством Дэвида и найденной им инструкции, держался на честном слове и паре лишних хомутов, но он работал. По крайней мере, пока. Они ехали уже несколько часов после стычки с дронами, углубляясь в каменистую пустыню, где даже колючки, казалось, давно умерли от тоски.

— Почти приехали, – сказала Самира, всматриваясь в экран своего планшета, который показывал помехи и карту местности одновременно. – Еще пара километров по этому ущелью. Наша «фазенда». Вода, запчасти, нормальная еда… и канал связи с «Профессором», если повезет.

— Надеюсь, там кондиционер есть, – пробормотал Дэвид, чувствуя, как пот стекает по спине под пыльной курткой. – А то мой внутренний термостат уже показывает ошибку 404.

Но чем ближе они подъезжали к точке на карте Самиры – скрытому в скалах комплексу пещер, который служил контрабандистам перевалочной базой – тем тревожнее становилось на душе у Дэвида. И, судя по напряженным лицам Халида и Рашида, не только у него. Не было видно привычных дымков от костров. Не было сигнальных огней на скалах. И в эфире, который сканировала Самира, была… тишина. Мертвая, неестественная тишина там, где обычно шла оживленная болтовня по шифрованным каналам.

— Что-то не так, – прошептала Самира, ее пальцы замерли над экраном. – Слишком тихо. Халид, глуши мотор, остановись за тем поворотом. Рашид, архивариус – со мной. Пешком. Осмотримся.

Они оставили урчащий «Аль-Бурак» в тени скалы и осторожно двинулись вперед по узкому ущелью. База была рядом, за следующим изгибом. Они выглянули из-за камней.

База была. Вернее, то, что от нее осталось. Несколько старых грузовиков и багги, служивших транспортом, были сожжены – черные, искореженные остовы. Вход в главную пещеру был разворочен, словно от взрыва. Валялись обломки оборудования, контейнеры, куски ткани. И… тела. Несколько тел в знакомой одежде контрабандистов. Судя по всему, бой был коротким и жестоким.

— Твари! – прорычал Рашид, сжимая автомат.

— Тихо! – шикнула Самира, ее глаза быстро обегали место бойни. Она указала на следы на пыльной земле. – Смотрите. Следы тяжелой техники. И… вот это.

Она указала на небольшой металлический предмет, полузасыпанный песком. Датчик движения. Новый. Стандартная модель МинНацБлага.

— Они здесь были. Недавно, – сказала Самира глухо. – И возможно, еще здесь. Устроили засаду. Ждут остальных. Нас.

— Ну прелестно, – процедил Дэвид сквозь зубы. – Похоже, МинНацБлаг решило устроить здесь генеральную уборку. С полной дезинсекцией от нежелательных элементов вроде нас. Что теперь? Штурмовать родную базу?

— Их там может быть взвод, идиот! – прошипел Халид, который незаметно подошел к ним. – С тяжелым вооружением. Против нас троих с половиной и грузовика на последнем издыхании? Уходим! Немедленно!

— Куда уходим?! – Рашид обвел взглядом пустыню. – Вокруг на сотни километров – ничего! Без базы, без припасов, без связи…

— Лучше смерть от жажды, чем «оптимизация» в их подвалах! – отрезала Самира. – Халид прав. Нужно убираться. Быстро. Бросаем грузовик. Забираем только воду, аптечку и оружие. И… – она посмотрела на Дэвида, – …архивариуса с его флешкой. Он теперь наш единственный актив. Если верить его сказкам.

Они быстро вернулись к «Аль-Бураку». Схватили самое необходимое – несколько фляг с водой, пакеты с питательными концентратами, аптечку, оружие Рашида и старый импульсник Халида.

— А эта штука? – Дэвид показал на древний коммуникатор Ясира, через который они связывались с «Профессором».

— Бесполезен, – бросила Самира. – Батарея почти сдохла, а без усилителя на базе сигнал не пройдет. Мы отрезаны. Полностью.

Она посмотрела на Дэвида долгим, тяжелым взглядом.

— Надеюсь, твоя информация действительно чего-то стоит, архивариус. Потому что мы только что потеряли все из-за того, что притащили тебя сюда.

Не дожидаясь ответа, она махнула рукой, и они побежали – прочь от разгромленной базы, прочь от единственного шанса на отдых и пополнение запасов. Они бежали вглубь пустыни, под палящее солнце, без транспорта, почти без припасов, преследуемые невидимым врагом, который всегда оказывался на шаг впереди.

Дэвид бежал вместе с ними, чувствуя во рту вкус пыли и отчаяния. Он снова был на нулевой отметке. Или даже ниже. Теперь его жизнь зависела от этих отчаявшихся, озлобленных людей, которых он, возможно, и привел к катастрофе. А флешка в кармане казалась теперь не ключом к свободе, а камнем, тянущим их всех на дно.

Глава 49

Глава 49: Бетонный Оазис (или Не все Бункеры Одинаково Бесполезны)

Пустыня безжалостно испытывала их на прочность. После потери «Аль-Бурака» и разгромленной базы они шли пешком уже больше суток, ориентируясь по солнцу, звездам и обрывочным картам в планшете Самиры, батарея которого таяла на глазах. Вода была на исходе. Еда – пара протеиновых батончиков на четверых. Ноги Дэвида стерлись в кровь, раненое колено опухло и горело огнем. Даже закаленные пустыней контрабандисты выглядели измотанными и злыми. Рашид ворчал не переставая, Халид шел молча, стиснув зубы, а Самира постоянно сканировала небо и горизонт, ожидая появления дронов или патруля.

«Выживание в дикой природе, – думал Дэвид, переставляя ноги, которые казались налитыми свинцом. – Еще один навык, которого мне остро не хватало в моей прошлой инкарнации пыльного архивариуса. Интересно, есть ли в данных 'Льва' протокол оптимизации для таких случаев? Что-то вроде 'Как не умереть от жажды, имея при себе государственную тайну'? Сомневаюсь».

Они шли по дну широкого, высохшего русла, когда Халид, шедший впереди, вдруг остановился и поднял руку.

— Смотрите. Там. В скалах.

Дэвид прищурился, глядя туда, куда указывал Халид. В склоне далекого скального массива, почти невидимый на фоне камней того же серо-желтого цвета, темнел прямоугольный провал. Рукотворный.

— Что это? – спросил Рашид.

— Похоже на старый военный бункер, – сказала Самира, приближая изображение на своем планшете, пока тот окончательно не погас с тихим щелчком. – Времен ЦАХАЛа, еще до тотального контроля «Льва». На картах он не отмечен как активный. Может, заброшен. А может, ловушка.

— Выбор небогат, – хрипло сказал Халид. – Либо мы идем туда в поисках тени и, может быть, воды. Либо остаемся здесь и превращаемся в удобрение для скорпионов.

— Отлично. Из логова контрабандистов – в бетонную могилу, – проворчал Рашид. – Повышаем уровень комфорта.

— Заткнись, Рашид, – бросила Самира. – Идём. Осторожно.

Они подошли к провалу. Это действительно был вход в бункер. Тяжелая стальная дверь была сорвана с петель и валялась рядом, искореженная, словно ее вырвали взрывом изнутри или снаружи. За ней – темный бетонный коридор, уходящий вглубь скалы. Пахло затхлостью, бетоном и чем-то еще… химическим?

— Оружие наготове, – скомандовала Самира. – Халид, ты первый. Рашид, прикрываешь тыл. Архивариус – держишься за мной и стараешься не дышать слишком громко.

Они вошли внутрь. Коридор был узким, стены покрыты облупившейся краской и странными подтеками. Тусклый аварийный свет горел лишь в нескольких плафонах под потолком, остальные были разбиты или перегорели. Под ногами хрустел мусор – обломки пластика, стреляные гильзы (старого образца!), ржавые банки.

— Похоже, здесь давно никого не было, – прошептал Халид, освещая путь фонариком. – Или кто-то был, но ушел не по своей воле.

Они прошли по коридору и оказались в центральном помещении – судя по остаткам оборудования, это был командный пункт или узел связи. Ржавые стойки с выдранными платами, разбитые мониторы, спутанные клубки кабелей, покрытые толстым слоем пыли. На стене висела старая, выцветшая карта региона с пометками на иврите.

— Как в музее забытых технологий, – пробормотал Дэвид. – Моя прошлая работа на выезде.

— Осмотримся, – сказала Самира. – Ищите воду, консервы, что угодно полезное. И будьте начеку.

Они разбрелись по помещению и прилегающим комнатам – таким же пустым и заброшенным. Нашли несколько баков с затхлой, но, похоже, пригодной для питья после очистки водой. Нашли пару не вскрытых банок армейских консервов неопределенного содержания. Нашли старый, разряженный аккумулятор. Не густо, но лучше, чем ничего.

— По крайней мере, здесь есть тень и толстые стены, – констатировала Самира, когда они собрались обратно в центральном зале. – Переждем здесь пик жары. Попробуем почистить воду. И нужно понять, где мы и куда двигаться дальше. Планшет сдох окончательно.

Она бросила бесполезный кусок пластика и стекла на стол. Халид развел руками. Рашид угрюмо молчал. Они были в безопасности от солнца, но отрезаны от мира, без связи, почти без припасов, в компании друг друга, что тоже не добавляло оптимизма.

Дэвид сел на ржавый ящик, чувствуя, как гудят ноги. Бункер. Тишина. Пыль. И флешка в кармане. Может быть, здесь… может быть, здесь получится найти способ снова взглянуть на нее? Найти еще одну зацепку? Или это просто очередная ловушка, бетонный тупик на пути к неизбежному?

Глава 50

Глава 50: Пыльные Карты Судьбы (или Неожиданная Польза Старой Макулатуры)

Заброшенный бункер стал их временным пристанищем. Снаружи за толстыми бетонными стенами завывал пустынный ветер, но здесь, в затхлой тишине командного пункта, царило относительное спокойствие. Они разделили найденные скудные припасы – безвкусные армейские консервы (опознать содержимое не удалось, но голод был лучшей приправой) и очищенную воду. Рашид, самый недоверчивый и нервный из троицы контрабандистов, занял позицию у разрушенного входа, вглядываясь в пустыню. Халид пытался колдовать над старым генератором, надеясь выжать из него хоть немного энергии. Самира изучала найденную на стене потрепанную карту региона, сравнивая ее с последними данными, что остались в памяти ее теперь бесполезного планшета.

Дэвид же, чувствуя себя немного в своей тарелке (хотя и в абсолютно неподходящих обстоятельствах), решил обследовать бункер более тщательно. Не ради еды или оружия, а в поисках… информации. Даже заброшенные места хранят память. Особенно военные объекты.

— Пойду пройдусь, – сказал он Самире. – Может, найду аптечку получше. Или хотя бы карту посвежее, чем времен Очаковских и покоренья Крыма.

— Не заблудись, архивариус, – бросила она, не отрываясь от своей карты. – И если найдешь рабочий передатчик – не трогай. Сначала скажи мне. Иначе можешь случайно вызвать на нашу голову весь ВВС МинНацБлага.

Дэвид взял один из химических светостиков Яакова и отправился исследовать темные коридоры бункера. Бетонные стены, покрытые пятнами плесени и облупившейся краской. Ржавые двери, ведущие в пустые помещения – казармы, склады, оружейные комнаты (пустые, разумеется). Везде следы запустения и разграбления. Но он искал не это. Он искал то, что могли пропустить мародеры – документы. Бумагу.

«В наш цифровой век бумажный документ – почти такая же редкость, как чувство такта у Бена или искренность у политика, – размышлял он, светя под ноги. – Но именно поэтому его могли не заметить. Или не счесть нужным уничтожить».

В одном из помещений, похожем на бывший кабинет начальника или инженера, он наткнулся на старый, поваленный набок металлический шкаф для документов. Замки были сорваны, большинство ящиков – пусты. Но в самом нижнем, застрявшем и не до конца открытом, что-то было. Дэвид с трудом вытащил ящик. Внутри, под слоем пыли и ржавчины, лежало несколько больших свернутых рулонов плотной бумаги.

Он развернул первый рулон на полу, освещая его тусклым светом. Это были… строительные чертежи? Или геологические карты? Старые, выполненные вручную тушью, с пометками на иврите. Они изображали этот самый район пустыни Негев. И… вот оно! Прямоугольник, обозначенный как «Объект 117-Алеф». Стандартная схема периметра, несколько наземных строений… Но под ними…

Под ними на чертеже были обозначены множественные пунктирные линии, уходящие глубоко под землю. Гораздо глубже, чем требовалось для обычной военной базы ПВО. Были показаны разрезы скальной породы, отметки о «нестабильных карстовых пустотах» и… вот это! Несколько больших, явно искусственных полостей на глубине нескольких сотен метров, соединенных туннелями, которые не значились ни на одной известной карте региона, которую видела Самира. И одна из этих полостей была обведена красным карандашом с пометкой: «Зона 'Тишина'. Особый допуск».

— Нашел! – прошептал Дэвид, чувствуя, как по спине бегут мурашки. – Я нашел его… или, по крайней мере, карту к нему.

Он быстро развернул остальные рулоны. Это были детальные геологические разрезы и, похоже, ранние инженерные планы подземных уровней Базы 117-Алеф. Планы времен строительства, еще до того, как проект «Тишина» стал реальностью? Или наоборот – именно под него все и строилось? Здесь были отмечены вентиляционные шахты (большинство – замурованы или обрушены), старые технические туннели, даже схема энергоснабжения от той самой отдельной линии АЭС.

— Бумага! Славная, надежная, неоптимизированная бумага! – бормотал он себе под нос. – Иногда прошлое – лучший хакерский инструмент.

Он аккуратно свернул рулоны и поспешил обратно в командный пункт.

— Самира! Халид! Рашид! Смотрите, что я нашел!

Он разложил самый подробный чертеж подземных уровней на столе перед контрабандистами.

— Это… это нижние уровни Базы 117? – Самира недоверчиво смотрела на чертеж. – Откуда?

— Похоже, оригинальные строительные или геологические планы, – объяснил Дэвид. – Забытые в старом шкафу. Смотрите, вот отметки глубины… вот система туннелей… а вот эта зона, обведенная красным – «Тишина». Думаю, наш Архив 7 – где-то здесь. И… похоже, есть старые вентиляционные шахты или технические туннели, которые могут вести туда с поверхности, в обход основного периметра. Если они еще проходимы, конечно.

Контрабандисты склонились над картой. Их скептицизм сменился живым интересом.

— Вентиляционная шахта… – Халид ткнул пальцем в одну из точек на схеме. – Я знаю это место. Вернее, скалу, где она должна выходить. Там почти никто не ходит. Если она не завалена…

— Это шанс, – сказала Самира медленно, ее глаза блестели. – Рискованный, как игра с самим Шайтаном, но шанс. Попасть на базу снизу, мимо охраны «Льва».

— И что дальше? – спросил Рашид. – Прогуляемся по секретному архиву? Нас там пристрелят, как пустынных лис.

— Дальше – импровизация, – ответила Самира. – Но теперь у нас есть карта. И у нашего архивариуса, – она посмотрела на Дэвида, – похоже, есть ключ от нужной двери. Верно, Дэвид?

Дэвид кивнул, чувствуя, как надежда, почти угасшая, снова разгорается в груди. У них был план. Вернее, набросок плана. Безумный, опасный, но – план. Найти заброшенную шахту, проникнуть на нижние уровни Базы 117, найти Архив 7, использовать ключ и… будь что будет. Это был их единственный путь вперед.

Глава 51

Глава 51: Голос из Статики (или Когда Радиоприемник Интереснее Архитектурных Планов)

Пыльные чертежи Базы 117-Алеф были разложены на полу командного пункта заброшенного бункера. Слабый свет химического фонаря выхватывал из полумрака схемы подземных уровней, вентиляционных шахт и загадочную зону «Тишина». Дэвид, Самира и Халид склонились над ними, пытаясь разработать хотя бы подобие плана проникновения, который не заканчивался бы немедленным расстрелом или «оптимизацией». Рашид угрюмо сидел в углу, чистя свой автомат и бормоча что-то насчет того, что вся эта затея – чистое самоубийство.

— Вентиляционная шахта В-7, – Самира ткнула пальцем в точку на схеме. – Судя по плану, выходит на поверхность вот здесь, в этом скальном разломе. Далеко от основного периметра. Если она не завалена и не оборудована новыми сенсорами, о которых не знали строители тридцать лет назад… это наш единственный шанс попасть на нижние уровни.

— Шанс один на миллион, – проворчал Рашид. – Там наверняка все кишит датчиками и дронами.

— Есть идеи получше, герой? – огрызнулась Самира. – Сидеть здесь и ждать, пока нас найдут по остаточному теплу наших тел?

В этот момент Халид, который упорно ковырялся в старом, покрытом ржавчиной армейском радиоприемнике, найденном в одном из помещений, вдруг поднял голову.

— Тихо! Кажется… кажется, я что-то поймал!

Он подключил к приемнику какой-то самодельный фильтр помех, который Самира собрала из деталей своего планшета и старой электроники бункера. Из динамика раздался треск, шипение, а потом – сквозь шум – пробился слабый, сильно искаженный голос. Говорили быстро, прерывисто, кажется, на смеси иврита и английского, используя какой-то шифр или жаргон.

— Что это? – Дэвид подошел ближе. – Похоже на… аварийный канал?

— Или просто помехи ловят соседнюю таксомоторную компанию, – скептически заметил Рашид.

— Нет… подождите… – Лейла… Нет, Самира нахмурилась, прислушиваясь. Она знала многие неофициальные каналы связи, используемые в пустыне. – Этот код… я его знаю. Это один из старых каналов… иногда им пользуются… те, кто не хочет светиться. Попробуй усилить, Халид.

Халид покрутил ручки настройки. Голос стал чуть громче, но все еще тонул в статике.

«…повторяю… группа Альфа… квадрат… 7-Гамма… тяжелые потери… запрашиваю эвак… [помехи]… Розенберг… у них… след… [скрежет]… ловушка… База… не идите… повторяю… не… [сильные помехи]… Лейла… нужна…»

Голос оборвался. Снова только шипение статики.

В бункере повисла тишина.

— Лейла? – прошептал Дэвид. Сердце забилось так сильно, что отдавало в ушах. – Это была она? Она жива?

— Похоже на ее голос, – медленно сказала Самира, ее лицо было напряженным. – И код… да, это ее позывной группы – «Альфа». Они попали в засаду? Понесли потери? И… она знает, что Розенберг у нас? Как?

— Может, это тоже ловушка? – предположил Рашид. – МинНацБлаг перехватил ее передатчик? Пытаются выманить нас? Или предупреждают, чтобы мы не шли на Базу? «Не идите»… она сказала.

— Она сказала «Розенберг… у них… след», – возразил Дэвид. – Они знают, что мы здесь? Или что мы идем к Базе 117? А потом… «Лейла… нужна…» Она просила о помощи?

— Или это часть передачи, которую мы не расслышали, – нахмурился Халид. – Сигнал был очень слабым. И коротким. Могла иметь в виду что угодно.

Они смотрели друг на друга. Новая информация – обрывочная, искаженная, но потенциально жизненно важная – смешала все карты. Лейла жива. Возможно, ранена. Возможно, просит о помощи. И она предупреждает о Базе 117 или о том, что их след взят.

— Что будем делать? – спросил Дэвид, глядя на Самиру. Теперь она была их негласным лидером.

Самира потерла висок.

— Варианты… Вариант первый: игнорируем сообщение как потенциальную ловушку или ненадежную информацию и продолжаем двигаться к Базе 117 по плану, через шахту В-7. Рискованно, если Лейла права насчет ловушки. Вариант второй: пытаемся найти Лейлу и ее группу. Координаты квадрата 7-Гамма… это примерно в тридцати километрах к северо-западу отсюда. Труднодоступный район скал. Если они ранены, им нужна помощь. Но это может быть ловушкой, и мы потеряем время и, возможно, попадемся сами. Вариант третий: отменяем все. Пытаемся затаиться, найти другой путь, связаться с Профессором и ждать указаний. Самый безопасный? Или самый глупый?

Она посмотрела на Дэвида, Халида, Рашида.

— Решать нужно быстро. МинНацБлаг теперь знает о нас больше, чем нам бы хотелось. И если Лейла действительно попала в беду… время против нее. Ваши ставки, господа? Идём спасать блудную овцу, лезем в пасть льву на Базу 117 или играем в прятки с Системой дальше?

Глава 52

Глава 52: Квадрат 7-Гамма (или Не Все Потерянные Овцы Одинаково Беспомощны)

— Идти за ней? – Рашид недоверчиво покосился на Самиру. – Ты серьезно? После того, как нас чуть не поджарили дроны? После того, как базу разнесли? Это может быть ловушка! МинНацБлаг не дураки!

— А еще это может быть наш единственный шанс получить свежую информацию. Или союзника, который знает систему лучше нас, – отрезала Самира. Она посмотрела на Дэвида. – Ты слышал голос. Похож на ту девицу, что тебя вытащила?

Дэвид кивнул. Голос из статики был искажен, но что-то знакомое в нем было. Резкость. Уверенность. Даже в обрывках фраз.

— Похож. Я думаю… я думаю, это была Лейла. И она сказала, что им нужна…

— Я слышала, что она сказала, архивариус, – Самира снова взглянула на карту, которую они нашли в бункере. – Квадрат 7-Гамма… Это примерно тридцать километров к северо-западу. Скалы, ущелья. Добраться туда на своих двоих займет остаток дня. И если там засада…

— А если нет? – тихо спросил Халид. – Если она там одна? Раненая? Мы ее бросим?

Самира помолчала, взвешивая риски. Ее лицо было непроницаемым.

— Ладно, – сказала она наконец. – Идем. Но предельно осторожно. Рашид, Халид – вы отвечаете за периметр и наблюдение. Архивариус… ты держишься рядом со мной и стараешься не отсвечивать. И если это ловушка – каждый сам за себя. Ясно?

Они снова вышли из относительной прохлады бункера в раскаленное пекло пустыни. Путь к квадрату 7-Гамма лежал через пересеченную местность – каменистые россыпи, сухие русла ручьев, невысокие скальные гряды. Они шли быстро, экономя воду и силы, постоянно останавливаясь, чтобы осмотреться и прислушаться. Самира пыталась использовать остатки заряда своего планшета для сканирования эфира, но он молчал. МинНацБлаг либо не использовал здесь активную связь, либо применял протоколы, невидимые для ее кустарного оборудования.

К вечеру, когда солнце начало клониться к горизонту, окрашивая небо в кроваво-оранжевые тона, они добрались до указанного района. Это был лабиринт узких каньонов и скальных образований причудливой формы.

— Здесь легко спрятаться. Но и легко устроить засаду, – пробормотал Халид, внимательно осматривая скалы над ними.

Они продвигались медленно, след в след. И вскоре увидели признаки недавнего боя. На камнях – темные пятна, похожие на кровь. Оплавленные следы от импульсных зарядов. Несколько стреляных гильз (старого образца, не МинНацБлаг). Обломки какого-то оборудования.

— Похоже, группа «Альфа» действительно приняла бой, – сказала Самира тихо. – И, кажется, проиграла. Ищите следы выживших. Или… тела.

Они рассредоточились, осматривая небольшую долину между скалами. Дэвид почувствовал, как к горлу подступает тошнота. Он не был солдатом. Он был архивариусом. Вид следов насилия вызывал у него не только страх, но и глубокое отвращение.

— Сюда! – голос Рашида был приглушенным, но настойчивым. Он стоял у входа в небольшую, почти незаметную пещеру у подножия скалы.

Они осторожно подошли. Внутри пещеры, прислонившись к стене, сидела Лейла. Одна ее рука была неестественно вывернута и перевязана куском ткани, на виске запеклась кровь, одежда была порвана и покрыта пылью. Но глаза ее были открыты и смотрели на них с прежней колючей настороженностью. Рядом валялся ее импульсный пистолет.

— Пришли полюбоваться на результат? – голос ее был слабым, но полным сарказма. – Чуть не оптимизировали всю группу «Альфа». Выгляжу соответствующе?

Дэвид бросился к ней. Самира оттолкнула его.

— Сначала проверка, – коротко сказала она и быстро осмотрела Лейлу, ощупала ее одежду. – Чисто. Маячков нет. Похоже, настоящая. Помоги ей встать, Халид. Рашид, проверь пещеру и окрестности. Быстро.

Халид помог Лейле подняться. Она поморщилась от боли, но осталась на ногах.

— Что случилось? – спросила Самира, доставая аптечку.

— Засада, – выдохнула Лейла. – Профессионалы. «Гончие Льва», не иначе. Знали, где мы будем. Кто-то слил информацию. Почти всех положили сразу. Мне удалось уйти и передать сигнал… кажется. Потом отключилась. Сколько я здесь?

— Мы получили твой сигнал пару часов назад, – ответила Самира, обрабатывая ее рану на голове. – Повезло, что Халид починил старое радио. Ты сказала… про Розенберга… про Базу 117… про ловушку…

— Да… Они знают про него, – Лейла посмотрела на Дэвида. – Говорили о нем. Искали «носителя информации». И База 117… Да, там точно ловушка. Фельдман… он там. Или будет там. Он ждет вас. Не ходите туда. Это приказ Профессора – был… до того, как все пошло к чертям. Он велел передать – менять план. Искать… Карми. Она – ключ. Не база.

— А Тамар? – спросил Дэвид. – Ты что-нибудь знаешь?

Лейла покачала головой.

— Ничего. После ее исчезновения – тишина. Возможно, она в ЦИА. Возможно, ее уже нет. Или… она и есть тот, кто слил информацию. Я не знаю. Сейчас никому нельзя верить.

Они помогли Лейле выбраться из пещеры. Солнце уже почти село, пустыню окутывали длинные тени. Они нашли Лейлу. Она была жива. Но ранена. И ее информация подтверждала худшие опасения: База 117 – ловушка, подстроенная Фельдманом, а Профессор, возможно, знал об этом или его приказ уже не актуален. А Тамар… Тамар оставалась загадкой.

Они снова были в пустыне, группа беглецов и раненая оперативница. Без транспорта. Почти без припасов. Преследуемые Системой. И без четкого плана действий, кроме туманного приказа искать доктора Карми. Ночь обещала быть долгой.

Глава 53

Глава 53: Гостеприимство Пустыни (или Не всё то Бедуин, что с Верблюдом)

Ночь опустилась на пустыню, принеся с собой прохладу, но не облегчение. Они шли уже несколько часов после того, как покинули место засады, где нашли раненую Лейлу. Лейла держалась, но ей было явно плохо. Она то теряла сознание, то приходила в себя, бормоча что-то бессвязное про протоколы и вспышки. Ее рука была перевязана тряпкой из аптечки Самиры, но рана от импульсного заряда выглядела паршиво – края обуглились, кожа вокруг покраснела. Ей нужна была помощь, настоящая, а не просто обработка антисептиком из армейского набора.

Воды у них оставалось по глотку на каждого. Протеиновые батончики кончились еще вчера. Халид пытался ориентироваться по звездам и рельефу, но местность была незнакомой и однообразной – бесконечные холмы, камни и сухие колючки. Рашид молча шел замыкающим, его автомат казался неподъемной тяжестью. Дэвид и Самира поддерживали Лейлу с обеих сторон, помогая ей идти.

«Просто замечательно, – думал Дэвид, чувствуя, как ноют его собственные раны. – Отряд самоубийц в пустыне. Раненый боец, трое угрюмых контрабандистов с сомнительным прошлым и один архивариус с еще более сомнительным будущим. Не хватает только говорящего верблюда для полной картины абсурда».

— Надо найти укрытие. И воду, – голос Самиры был хриплым от усталости и пыли. – Лейле нужен отдых. Иначе мы ее потеряем.

— Где ты тут видишь укрытие? – проворчал Рашид. – Кругом только камни и шакалы.

— Тихо! – Халид остановился, прислушиваясь. – Собаки… Кажется, я слышу лай собак. И… дым?

Они осторожно поднялись на гребень ближайшего холма. В небольшой долине под ними мерцало несколько огней. Костер? И темные силуэты… шатров? Низких, распластанных по земле. Рядом виднелись неясные фигуры животных – верблюдов или коз. И действительно, откуда-то доносился лай собак.

— Бедуины? – прошептал Дэвид.

— Похоже на то, – кивнула Самира. – Кочевники. Они редко подходят так близко к центральным районам. Возможно, тоже скрываются.

— И что? Пойдем к ним просить милостыню? – усмехнулся Рашид. – Они нас пристрелят или сдадут первому же патрулю за пару кредитов.

— У нас нет выбора, – твердо сказала Самира. – Лейле нужна помощь. Вода. Возможно, у них есть лекарь. Мы попробуем договориться. Халид, ты говоришь на их диалекте?

Халид неуверенно кивнул.

— Попробую. Но они чужаков не жалуют. Особенно с оружием. И… с таким, как он, – Халид кивнул на Дэвида.

— Оружие спрячем. А архивариус… будет молчать и изображать тяжело больного родственника, – решила Самира. – Пошли. Терять нам все равно нечего.

Они медленно, с поднятыми руками (кроме тех, что поддерживали почти бессознательную Лейлу), начали спускаться к стоянке. Почти сразу их окружили лающие собаки и несколько хмурых мужчин с длинными ножами на поясе и старыми винтовками в руках. Один из них, пожилой, с седой бородой и пронзительными черными глазами, вышел вперед.

Халид начал говорить с ним на гортанном арабском диалекте. Разговор был долгим, напряженным. Бедуины с нескрываемым подозрением разглядывали пришельцев – их странную одежду, оборудование Самиры (которое она предусмотрительно спрятала под накидкой), бледное лицо Дэвида. Дэвид старался выглядеть как можно более жалким и больным, что, впрочем, не требовало особых усилий. Он чувствовал на себе изучающие взгляды и понимал, что их судьба висит на волоске.

Наконец, старик-бедуин что-то коротко сказал и махнул рукой в сторону одного из шатров.

— Он разрешил остаться до рассвета, – перевел Халид. – Из уважения к раненой женщине. Дадут воды и помогут ей, чем смогут. Но утром мы должны уйти. И он хочет знать, кто мы и что здесь делаем. И он предупредил – если от нас будут проблемы… пустыня большая.

Их провели в гостевой шатер. Пол был застелен коврами, в центре тлел небольшой очаг. Воздух пах дымом, овчинами и какими-то травами. Принесли бурдюк с водой – кисловатой, но чистой – и миску с финиками и твердым сыром. Пришла пожилая женщина, осмотрела рану Лейлы, промыла ее каким-то отваром и наложила повязку с пахучей зеленой мазью. Лейла застонала, но, кажется, ей стало немного легче.

Дэвид, Самира, Халид и Рашид сидели на коврах, пили воду и молча ели. Напряжение немного спало, но не исчезло. Они получили временную передышку. Но что дальше? Бедуины явно не были их союзниками. Они соблюдали древний закон гостеприимства, но их подозрительность никуда не делась. А утром им снова нужно было уходить – в никуда, без ресурсов, с раненой на руках.

— Нужно думать, – тихо сказала Самира. – Лейла сказала искать Карми. Где? Как? И что с Базой 117? Если там ловушка Фельдмана…

— Может, эти бедуины что-то знают? – предположил Дэвид. – О пустыне? О странных объектах?

— Спрашивать их – все равно что размахивать красным флагом перед патрулем МинНацБлага, – покачал головой Халид. – Они не любят чужаков и их проблемы.

Они сидели в тишине бедуинского шатра, под низким небом пустыни, освещенные лишь тлеющими углями очага. Временное убежище казалось нереальным, хрупким островком посреди океана опасности. Дэвид посмотрел на спящую Лейлу, на хмурых контрабандистов, на тени, пляшущие на стенах шатра. Их странный альянс держался на общей угрозе и отчаянии. Но как долго он продержится? И куда им идти дальше?

Глава 54

Глава 54: Сломанное Крыло Говорит (или Новости с Того Света, Почти)

Ночь в бедуинском шатре тянулась медленно. Снаружи выли шакалы и дул сухой ветер, шелестящий грубой тканью тента. Внутри горел тусклый очаг, отбрасывая пляшущие тени на лица Дэвида, Самиры, Халида и Рашида. Они по очереди дежурили у импровизированной постели Лейлы – вороха старых ковров и подушек, на котором она металась в полузабытьи. Старая бедуинка снова сменила ей повязку с пахучей зеленой мазью, пробормотав что-то на своем языке – то ли молитву, то ли диагноз.

Дэвид сидел рядом, наблюдая за Лейлой. Ее лицо в неровном свете очага казалось почти детским, если бы не жесткая складка у рта и едва заметные шрамы от нейроинтерфейсных портов на виске. Она была солдатом этой странной войны, и она чуть не погибла, спасая его. Чувство вины смешивалось с тревогой за их общее будущее, которое выглядело не ярче, чем догорающие угли в очаге.

Ближе к рассвету Лейла заворочалась и открыла глаза. Взгляд был мутным, не сфокусированным.

— Системная ошибка… перезагрузка…, – пробормотала она хрипло. – Черт, голова раскалывается, как пережаренный процессор… Статус?

— Тише, тише, ты в безопасности, – Дэвид наклонился к ней, протягивая флягу с водой. – Мы у бедуинов. Тебя подлатали. Как ты?

Лейла сделала глоток, закашлялась. Взгляд сфокусировался, в нем появилось узнавание и прежняя колючесть.

— Архивариус? Какого дьявола?.. А… засада. Вспомнила. Похоже, мой отчет о проделанной работе будет неутешительным. Группа «Альфа» где?

— Мы не знаем, – тихо сказала Самира, подходя ближе. Она тоже не спала. – Мы слышали твой сигнал. Нашли только тебя. Что там произошло, Лейла?

Лейла поморщилась, пытаясь приподняться. Халид помог ей сесть, подложив под спину еще подушек.

— Профессионалы, – сказала она, голос все еще был слабым. – Не обычный патруль. «Гончие Льва». Точно. Знали, где мы будем. Ждали. Похоже, кто-то из сети «Профессора» слил информацию. Или… – она запнулась, – …или сигнал от Тамар был частью ловушки с самого начала. Они положили почти всех за пару минут. Я успела передать вам сигнал… кажется. И уйти через скалы. Потом… не помню. Потеряла сознание.

— Ты сказала… про Базу 117. Ловушка. Фельдман. И… не доверять Профессору? – осторожно спросил Дэвид.

Лейла кивнула.

— Да. Это… это был последний приказ Профессора перед тем, как связь прервалась. Он получил какие-то свои данные. Сказал – База 117 слишком очевидна, Фельдман наверняка устроил там прием с оркестром и бронетехникой. Велел менять цель. Искать Карми. Сказал, она – ключ. Не архив, а она сама. А насчет доверия… он всегда говорил не доверять никому, включая его самого. Так что тут ничего нового. Просто в этот раз прозвучало… более убедительно.

— Искать Карми… – повторил Дэвид. – Но где? Как?

— Он не успел сказать, – Лейла потерла висок. – Связь пропала. Но… он упомянул кодовое имя. Старый проект, над которым она работала после… после того, как якобы ушла на покой. Что-то вроде… «Проект Солярис». Знаешь что-нибудь об этом, архивариус? В твоих пыльных бумажках ничего не было?

«Проект Солярис». Название было знакомым. Лем. Океан-мозг. Симуляция реальности. Что это могло значить в контексте «Канаф-3» и PELM?

— Нет, – покачал головой Дэвид. – В тех фрагментах, что у меня есть, такого названия не было. Только «Тишина» и Архив 7.

— Значит, новая загадка, – усмехнулась Лейла без веселья. – Отлично. Как раз то, что нужно раненому бойцу и кучке контрабандистов с архивариусом в придачу. План действий? Идти искать разумный океан в пустыне Негев?

— Сначала – тебе нужно восстановиться, – сказала Самира. – А нам – убраться отсюда до рассвета, как мы и обещали бедуинам. Потом будем думать. Халид, Рашид – готовьтесь. Дэвид, помоги Лейле.

Они собрали свои скудные пожитки. Попрощались с молчаливыми хозяевами шатра, оставив им в благодарность почти все консервы и часть медикаментов из аптечки Самиры. Старый бедуин лишь кивнул им на прощание, его лицо было непроницаемым.

Снова пустыня. Но теперь их было пятеро. И у них была новая, еще более туманная цель – найти доктора Карми, возможно, связанную с неким «Проектом Солярис». И понимание, что База 117 – смертельная ловушка. Они шли на восток, навстречу рассвету, который обещал не свет, а лишь продолжение их отчаянной гонки со временем и Системой.

Глава 55

Глава 55: Хлебные Крошки в Пустыне (или Привет от Пропавшей Коллеги?)

Они шли на восток, сквозь дрожащее марево пустыни, которое плавило очертания далеких скал и играло злые шутки с их уставшими глазами. Лейла, опираясь на плечо Халида, шла молча, стиснув зубы от боли. Рана, обработанная бедуинской мазью, не кровоточила, но явно причиняла ей страдания. Воды оставалось критически мало. Их путь к туманной цели под названием «Проект Солярис» или «Доктор Карми» пока больше походил на медленное самоубийство через обезвоживание.

Дэвид брел рядом с Самирой, которая напряженно всматривалась в показания допотопного навигатора, пытаясь соотнести их с едва заметными тропами на земле. Рашид замыкал шествие, угрюмо поглядывая по сторонам и на небо – искал дроны или просто проклинал судьбу, занесшую его в эту компанию.

«Какая ирония, – думал Дэвид, вытирая пот, смешанный с пылью. – Всю жизнь работал с информацией, с призраками прошлого в цифровых архивах. А теперь главная задача – найти воду и не помереть от солнечного удара, таща за собой флешку с информацией, которая никому здесь не нужна, кроме банды головорезов из МинНацБлага».

Они остановились на короткий привал в тени невысокого скального навеса. Халид делил остатки воды – по паре глотков на каждого. Лейла сидела, прислонившись к скале, ее лицо было бледным. Рашид пнул камень. Самира снова пыталась оживить свой планшет. Дэвид просто сидел, чувствуя, как гудит тело от усталости.

И тут он заметил это. Что-то блеснуло на солнце у подножия скалы, в нескольких метрах от них, наполовину занесенное песком. Не камень. Что-то… технологичное? Он осторожно подошел ближе. Наклонился. Это был небольшой предмет из темного пластика и металла, явно современный, но сильно поврежденный – корпус треснул, часть деталей отсутствовала, виднелись следы оплавления. Похоже на… коммуникатор? Или какой-то специализированный гаджет?

— Что там? – настороженно спросила Самира, заметив его интерес.

Дэвид поднял предмет. Он был легким, почти невесомым.

— Не знаю. Похоже на… обломки какого-то устройства.

Лейла, услышав его слова, открыла глаза и попросила передать находку ей. Она взяла обломок дрожащей рукой, повертела.

— Ну, дела… – пробормотала она. – Стандартный LEV-комм, модель 7б… но с нестандартной модификацией шифрования. Похож на тот, что был у Новак. У Тамар. И он… – она присмотрелась к краям излома, – …сломан намеренно. Силовым разрядом. И относительно недавно. Пыль еще не успела забить все щели.

В группе повисло напряженное молчание.

— Тамар? Здесь? – Халид недоверчиво посмотрел по сторонам, словно ожидая увидеть ее выходящей из-за скалы.

— Или ее преследователи были здесь, – мрачно сказал Рашид. – Может, ее тут и взяли. Или… прикончили.

— Это ее комм, я почти уверена, – сказала Лейла, пытаясь подключить к обломку какой-то интерфейсный кабель из своей сумки. – Она сама их модифицировала. Пыталась обойти стандартные протоколы слежения «Льва». Зачем она его сломала? Пыталась уничтожить данные? Или подать аварийный сигнал, который засекли бы только свои?

Дэвид смотрел на обломок в руках Лейлы. Тамар была здесь. Живая или мертвая – неизвестно. Сбежала ли она из ЦИА? Или ее привезли сюда на допрос? Или она сама шла по этому маршруту? И если шла – то куда? И зачем сломала комм? Это была паническая попытка замести следы? Или… хлебная крошка? Знак, оставленный для него?

«Так, Розенберг, не увлекайся конспирологией, – одернул он себя. – Скорее всего, ее просто тащили здесь на допрос, она выронила или сломала комм. Или ее тут и… оптимизировали. Никаких хлебных крошек. Только суровая реальность».

— Можешь что-нибудь вытащить оттуда? – спросила Самира у Лейлы. – Логи? Координаты? Последнее сообщение?

Лейла подключила кабель к своему переносному анализатору – маленькой коробочке с тусклым экраном.

— Чип памяти вроде цел, но сильно поврежден электромагнитным импульсом… Возможно, от этого же разряда он и сломался. Попробую низкоуровневое сканирование, но это займет время. И не факт, что что-то осталось.

Она запустила программу. На экранчике анализатора побежали строки символов, индикаторы состояния. Оставалось только ждать.

Они снова сидели в тени скалы, но теперь тишина была еще более напряженной. Находка изменила все. Появился призрак Тамар. Призрак, который мог быть надеждой, ловушкой или просто еще одним напоминанием об их общей обреченности. Продолжать путь к Карми, игнорируя этот след? Или попытаться понять, что здесь произошло с Тамар? И что если она где-то рядом? Живая? Или мертвая?

Анализатор Лейлы тихо пискнул.

— Есть! – прошептала она. – Несколько последних секторов памяти уцелели. Данные сильно фрагментированы, но… Похоже на часть карты местности и… какой-то шифр. Очень короткий. И дата – вчерашний день.

Тишина пустыни нарушалась лишь их прерывистым дыханием и тихим писком анализатора Лейлы, подключенного к обломку коммуникатора Тамар. Они укрылись от безжалостного солнца в неглубокой промоине, под нависающим каменным козырьком. Воздух был неподвижен и горяч, как в печи. Воды оставалось катастрофически мало.

На тусклом экране анализатора мерцало изображение – фрагмент карты местности, сильно поврежденный, с наложенными поверх символами шифра.

— Карта этого района, но очень старая, – бормотала Лейла, ее пальцы летали над сенсорной панелью устройства. Она все еще была слаба, но лихорадочный блеск в глазах говорил о вернувшемся азарте технаря, решающего сложную задачу. – Шифр… короткий, похож на аварийный код подтверждения личности LEV Support, но измененный. Дата – вчерашняя. Она была здесь. И она пыталась что-то передать. Но что?

— Передать, что здесь ловушка? Или что она жива? Или просто уронила свой гаджет, убегая от пуль? – Рашид сплюнул на раскаленную землю. – Какая разница? Мы тут все подохнем, если будем разгадывать ее ребусы! Нам нужно двигаться, Самира! Искать воду! Или возвращаться к тому бункеру!

— Возвращаться некуда, Рашид, там нас уже ждут, – спокойно ответила Самира, наблюдая за Лейлой. – А идти вперед без воды и без понимания, куда – тоже не лучший вариант. Что там, Лейла? Можешь разобрать?

— Шум… помехи… но… кажется… – Лейла увеличила часть изображения. – Похоже на координаты. Недалеко отсюда. Пара километров на северо-восток. У старых византийских цистерн. И… символ. Тот же, что и на ключе архивариуса. Только один.

Дэвид напрягся.

— Символ с ключа? Здесь? Тамар знала про ключ?

— Или это просто стандартный маркер какой-то старой системы, – пожала плечами Лейла. – Но координаты есть. И они свежие.

— И что? – Рашид снова вмешался. – Пойдем проверять? А там нас ждет засада Фельдмана? Или сама эта Новак, которая нас всех сдала? Я пас!

— Я тоже считаю, что это слишком рискованно, Самира, – поддержал Халид. – Мы не знаем, что там. Наша задача – выжить. И, возможно, связаться с Профессором. Идти на непонятный сигнал от пропавшего агента, которая, возможно, работает на врага – глупость.

Самира посмотрела на Дэвида, потом на Лейлу.

— Что скажешь, архивариус? Твоя коллега. Твоя информация. Твой ключ. Ты пойдешь проверять?

Дэвид посмотрел на обломок коммуникатора, потом на выжженную пустыню вокруг. Тамар. Она была здесь. Она оставила знак, связанный с ключом. Случайность? Ловушка? Или отчаянная попытка передать что-то важное? Он не мог этого не проверить. Даже если это ловушка. Даже если она предатель. Он должен был знать.

— Да, – сказал он твердо. – Я пойду. Лейла права – это может быть единственная зацепка.

— Я тоже пойду, – неожиданно сказала Лейла, отключая анализатор. – Во-первых, Новак должна мне за поцарапанный глайдер еще с прошлого года. Во-вторых, если это ловушка – кому-то же нужно будет прикрыть твою интеллигентную задницу, архивариус. А в-третьих… мне чертовски любопытно.

Самира вздохнула.

— Я так и думала. Ладно. Но мы с Халидом и Рашидом туда не пойдем. Наша задача – найти воду и попытаться наладить связь с сетью. Это наш единственный шанс выжить. Мы пойдем на юг, к тому пересохшему колодцу, который Халид помнит. Если через… скажем, шесть часов вы не вернетесь к этой скале, – она указала на приметный утес неподалеку, – мы будем считать, что вам не повезло. И уйдем. Идет?

Дэвид посмотрел на Лейлу. Та кивнула.

— Идет, – сказала она. – Только поделимся водой по-честному. И патронами к импульснику. Если они вам не нужнее.

— Обойдемся, – Самира протянула им почти полную флягу. – Удачи вам. И постарайтесь не умереть слишком глупо.

Прощание было коротким, почти без слов. Контрабандисты – Самира, Халид и Рашид – отправились на юг, их фигуры быстро растворились в мареве. Дэвид и Лейла остались вдвоем. Архивариус с ключом к тайне и раненая оперативница с загадочным шифром.

— Ну что, архивариус? Готов к очередной авантюре с непредсказуемым финалом? – Лейла поморщилась, опираясь на камень, чтобы встать. – Византийские цистерны? Звучит романтично. Надеюсь, там есть вода. И нет штурмовиков МинНацБлага с огнеметами.

Они двинулись на северо-восток, ориентируясь по координатам с разбитого коммуникатора Тамар. Снова вдвоем против всего мира. В поисках призрака. В поисках правды. Или ловушки. В этой пустыне разница была почти незаметна.

Глава 56

Глава 56: Купание в Истории (с Нежелательными Гостями)

Путь к византийским цистернам оказался короче, чем они ожидали. Координаты с коммуникатора Тамар привели их к полуразрушенному, занесенному песком входу у подножия невысокого холма. Древняя каменная кладка, едва видная под слоем веков. Рядом – ни души, только ветер гонял сухую колючку. Слишком тихо.

— Мне это не нравится, архивариус, – прошептала Лейла, осторожно выглядывая из-за камня. Ее лицо было бледным, она морщилась от боли при каждом движении раненой руки. – Тишина в пустыне – это хорошо. Тишина рядом с координатами от пропавшего агента, которая предупреждала о ловушке на Базе 117… это подозрительно. Очень. Может, развернемся и пойдем искать твою доктор Карми в другом месте? В библиотеке Ватикана, например?

— И как мы туда доберемся? – резонно заметил Дэвид. – На ковре-самолете? Нет. Мы уже здесь. Тамар оставила этот след не просто так. Или это действительно ловушка, или… или она пыталась нам что-то передать. Нужно проверить. Осторожно.

«Или я просто идиот, идущий на поводу у собственной надежды и сломанного гаджета, – добавил он про себя. – Что ж, по крайней мере, умру любопытным».

Они медленно, пригибаясь, двинулись к входу. Он представлял собой узкий проем, ведущий вниз, в темноту. Пахло сыростью и стоялой водой. Лейла достала свой импульсник здоровой рукой, Дэвид сжал в кармане холодный обсидиановый камень Яакова, словно это мог быть щит.

Они спустились по стертым каменным ступеням. И оказались в огромном, гулком подземном зале. Древняя византийская цистерна. Ряды массивных колонн уходили в темноту, поддерживая высокий сводчатый потолок, с которого капала вода. Пол был покрыт слоем воды – неглубоко, по щиколотку, но вода была ледяной и абсолютно черной в тусклом свете, проникавшем откуда-то сверху. Тишина здесь была почти абсолютной, если не считать звука капель и их собственных шагов, эхом отражавшихся от стен.

— Красиво, – прошептал Дэвид. – И жутко. Где здесь искать следы Тамар? Или засаду?

— Искать не придется, – голос Лейлы стал жестким. – Они уже нашли нас.

В тот же миг зал взорвался светом. Мощные прожекторы, установленные где-то под потолком и за колоннами, ударили по ним, заставив зажмуриться. Одновременно из репродукторов, скрытых в стенах, раздался знакомый металлический голос:

— РОЗЕНБЕРГ! ЛЕЙЛА! ВЫХОДЫ ЗАБЛОКИРОВАНЫ! СОПРОТИВЛЕНИЕ БЕСПОЛЕЗНО! БРОСАЙТЕ ОРУЖИЕ И ЛОЖИТЕСЬ НА ПОЛ!

Из-за колонн, из темных ниш в стенах, появились фигуры. Снова штурмовики МинНацБлага в тактической броне, с импульсными карабинами наизготовку. Их было много. Они медленно сжимали кольцо, двигаясь по воде. А в центре, на небольшом островке суши у одной из стен, стоял он. Барух Фельдман. В идеально чистом полевом костюме, с той же отеческой улыбкой на лице.

— Ну вот, опять! – простонала Лейла, вскидывая пистолет. – Они что, скидку на засады получают по госпрограмме? Или у них просто фантазии не хватает?

— Дэвид, Лейла, – голос Фельдмана, усиленный динамиками, звучал почти дружелюбно. – Рад вас видеть. Особенно вас, Дэвид. Ваша флешка нам очень нужна. И ключ отца Августина тоже. Будьте благоразумны. Отдайте артефакты, и ваша… оптимизация пройдет быстро и безболезненно.

— Оптимизируй себе что-нибудь другое, Фельдман! – крикнула Лейла и открыла огонь по ближайшим штурмовикам. Дэвид инстинктивно присел за ближайшую колонну, чувствуя, как ледяная вода просачивается сквозь одежду.

Начался хаос. Выстрелы эхом метались под сводами цистерны. Вода вокруг штурмовиков вскипала от импульсных разрядов. Лейла стреляла прицельно, экономя заряд, используя колонны как укрытие, но ее раненая рука явно мешала ей двигаться быстро. Штурмовики отвечали плотным огнем, медленно продвигаясь вперед.

«Нужно что-то делать! – лихорадочно думал Дэвид. – Нельзя просто сидеть здесь! План Б? Какой План Б?! Триповать по колоннам и надеяться на лучшее?»

Он посмотрел на воду под ногами. Черная, непрозрачная. А что если?.. Он вспомнил старые схемы водосборников, которые показывал Яаков. Цистерны часто соединялись между собой подземными каналами.

— Лейла! – крикнул он, перекрикивая грохот выстрелов. – Вода! Может, под водой есть проход?!

Лейла бросила на него быстрый взгляд, потом на черную воду у основания колонн.

— Безумие! Но лучше, чем ничего! Прикрывай!

Она выпустила последнюю очередь по наступающим штурмовикам, заставив их на секунду пригнуться, а затем развернулась и нырнула в воду у основания ближайшей массивной колонны. Дэвид, не раздумывая, последовал за ней, сделав глубокий вдох и погружаясь в ледяную, пахнущую илом темноту.

Глава 57

Глава 57: Неизвестные Глубины (или Урок Плавания для Архивариусов)

Ледяная вода сомкнулась над головой. На мгновение Дэвид потерял всякое чувство направления в чернильной темноте. Потом сильная рука Лейлы схватила его за куртку и потянула вперед, в узкий проход под водой. Он отчаянно греб, легкие горели, перед глазами плясали красные круги. Наконец, они вынырнули, судорожно хватая ртом воздух, в другом туннеле.

Этот туннель был другим. Не византийская цистерна с ее величественными колоннами, а что-то более древнее, более грубое. Низкий свод из неотесанных камней, стены, покрытые склизким зеленым налетом, вода под ногами – мутная, застойная, пахнущая тиной и веками забвения. И – темнота. Почти абсолютная. Его химический светостик остался где-то там, в цистерне, во время бегства.

— Фонарь… Я потерял фонарь, – выдохнул Дэвид, пытаясь отдышаться и одновременно унять дрожь от холода. Мокрая одежда липла к телу.

— Великолепно, архивариус. Просто великолепно, – голос Лейлы в темноте звучал устало и саркастично. Она поморщилась, дотронувшись до раненой руки. – Теперь мы еще и мокрые, замерзшие и слепые кроты. Чего не хватает для полного счастья? Гигантских подземных плотоядных улиток?

Щелчок. И рядом с лицом Лейлы вспыхнул слабый зеленоватый огонек – кажется, какой-то миниатюрный светодиод, встроенный в ее одежду или снаряжение. Света было мало, но он позволил разглядеть узкий, уходящий в неизвестность туннель.

— Резервный источник, – пояснила Лейла. – Батарея почти дохлая, но лучше, чем ничего. Пошли. Нельзя здесь оставаться. Они могут пустить дронов и сюда.

Они побрели вперед, по колено в холодной, вязкой воде. Каждый шаг отдавался гулким всплеском, эхом метавшимся под низкими сводами. Тишина давила на уши. Слышно было только их собственное дыхание, плеск воды и монотонное капанье откуда-то сверху.

— Куда мы идем? – спросил Дэвид через некоторое время. От долгого пребывания в темноте глаза начали немного привыкать, различая смутные очертания стен.

— Туда, где есть воздух, – ответила Лейла. – Ищи тягу. Должен быть какой-то выход. Или хотя бы вентиляция. Эти старые акведуки или что это такое… они обычно соединялись с поверхностью. Вопрос – где и в каком состоянии эти выходы сейчас.

Они шли долго. Туннель петлял, разветвлялся, иногда переходя в совсем низкие лазы, где приходилось ползти на четвереньках по скользким камням. Несколько раз они заходили в тупики и возвращались. Лейла, несмотря на рану, двигалась уверенно, ее рука с импульсником была всегда наготове. Дэвид старался не отставать, борясь с усталостью, холодом и подступающим чувством клаустрофобии.

«Если я выберусь отсюда живым, – думал он, спотыкаясь об очередной камень под водой, – я напишу монографию. 'Архивное дело и методы выживания в подземных коммуникациях Иерусалима: сравнительный анализ'. Станет бестселлером. Наверное».

В одном из боковых ответвлений они наткнулись на следы недавнего пребывания людей. Пустые консервные банки (не армейские), окурки, даже остатки небольшого костра.

— Контрабандисты? Или такие же беглецы? – прошептал Дэвид.

— Или логово чего похуже, – Лейла посветила своим слабым огоньком по сторонам. – В любом случае, нам не сюда. Идем дальше.

Туннель начал подниматься вверх. Воды стало меньше, потом она и вовсе исчезла. Появился слабый, едва заметный ток воздуха.

— Чувствуешь? – Лейла остановилась. – Воздух. Свежий. Мы близко к выходу. Или к вентиляционной шахте.

Они ускорили шаг. Туннель вывел их в небольшую пещеру или грот, откуда вверх уходила узкая, почти вертикальная расщелина. Из нее действительно тянуло свежим воздухом.

— Похоже на старый вентиляционный колодец, – сказала Лейла, осматривая расщелину. – Вопрос, куда он ведет. И сможем ли мы по нему выбраться. Особенно я, с одной рабочей рукой.

Она попробовала подтянуться на выступе скалы, но тут же поморщилась от боли.

— Черт! Похоже, приключение в цистерне не прошло даром.

Дэвид посмотрел наверх, в узкую щель, теряющуюся во мраке. Потом на Лейлу. Потом снова на щель.

— Я попробую, – сказал он решительно. – Я полезу первым. Разведаю. Если там выход – я спущу тебе веревку. Если она у нас есть.

Лейла усмехнулась.

— Веревки нет, архивариус. Только твой энтузиазм и моя вера в то, что ты не свернешь себе шею в первые пять минут. Лезь. Только осторожно. И если наверху тебя встретит взвод штурмовиков – постарайся хотя бы крикнуть перед смертью. Чтобы я зря не ждала.

Дэвид кивнул. Он подошел к расщелине. Камни были скользкими, зацепиться почти не за что. Но сверху тянуло воздухом. Там была поверхность. Там была надежда. Он сделал глубокий вдох и начал карабкаться наверх, в темноту.

Глава 58

Глава 58: Из Грязи в Князи (или Просто в Другую Охраняемую Зону)

Подъем по узкой, почти вертикальной расщелине был пыткой. Камни были скользкими от вековой сырости, зацепиться было почти не за что. Дэвид карабкался вверх в полной темноте, ориентируясь на слабый ток воздуха и на ощупь, используя каждый выступ, каждую трещину. Мышцы горели, раны ныли, легкие разрывались от недостатка кислорода и пыли. Внизу осталась Лейла – раненая, почти без сил, с одним тусклым огоньком на одежде. Он обещал разведать путь и помочь ей, но чем выше он поднимался, тем более нереальным казалось это обещание.

«Отлично, Розенберг, – думал он, повиснув на одном шатком камне. – Теперь ты еще и скалолаз-любитель в жанре 'выживание в постапокалиптических катакомбах'. В резюме потом напишу. Если будет кому писать».

Наконец, он почувствовал, что расщелина расширяется. Еще пара отчаянных усилий – и он выбрался. Не на склон холма под открытым небом, как ожидал. А… куда-то еще.

Он оказался в низком, гудящем помещении. Технический туннель? Под потолком шли толстые кабели и трубы, покрытые пылью, но явно рабочие. Горели тусклые аварийные лампы. Воздух был сухим, пахло озоном и машинным маслом. Он выбрался через что-то вроде старой вентиляционной решетки в стене туннеля, которая поддалась, когда он на нее навалился.

Он осторожно огляделся. Туннель тянулся в обе стороны, теряясь в полумраке. На стенах – какие-то технические обозначения, схемы, логотипы… Логотипы МинНацБлага. И еще одного ведомства – Управления Логистики и Инфраструктуры (УЛИ).

Черт. Он был не снаружи. Он был внутри. Внутри какого-то правительственного или военного объекта. Он выбрался из древних катакомб прямиком в брюхо современного Левиафана.

«Гениально, – саркастически похвалил он себя. – Просто гениально. Сбежал из одной охраняемой зоны, чтобы попасть в другую. Надо было оставаться внизу и обсуждать с Лейлой преимущества загробной жизни».

Первая мысль – вернуться. Спуститься обратно к Лейле, предупредить. Но взглянув на решетку, через которую он выбрался – она была метрах в трех над полом туннеля, и зацепиться на гладкой стене, чтобы спуститься, было невозможно. А уж поднять раненую Лейлу… Он был в ловушке. Снова. Только теперь – в новой. И он снова оставил Лейлу позади. Чувство вины смешалось с ледяным страхом.

Нужно было действовать. Прятаться. Искать выход. Он прислушался. Где-то вдали слышался гул работающих механизмов, щелчки реле, тихие голоса по внутренней связи. Он был на действующем объекте.

Он скользнул вдоль стены, стараясь держаться в тени. Увидел камеру наблюдения под потолком – стандартная модель с мультиспектральным сенсором. Замер. Камера медленно повернулась в другую сторону. Он проскользнул дальше.

Туннель вывел его к тяжелой стальной двери с электронным замком. Заперто, естественно. Но рядом была панель доступа – старая, еще с физическими кнопками. Возможно, ее можно было взломать? Но у него не было ни инструментов, ни знаний.

Он пошел в другую сторону. Еще одна дверь, на этот раз приоткрытая. Вела в какое-то складское помещение – стеллажи с контейнерами, маркированными непонятными кодами. Он заглянул внутрь. В дальнем конце помещения за столом с терминалом сидел техник в сером комбинезоне УЛИ и что-то увлеченно читал на экране, похоже, не связанное с работой.

Шанс? Или ловушка? Дэвид замер, решая, что делать. Проскользнуть мимо? Напасть? (Чем? Голыми руками?) Попытаться заговорить?

«Ладно, Розенберг, включаем режим 'потерявшийся сантехник', – решил он. – Хуже уже не будет. Наверное».

Он неуверенно шагнул в помещение. Техник поднял голову, удивленно глядя на него.

— Э-э… простите, – пробормотал Дэвид, стараясь придать голосу нужную степень усталости и тупости. – Я тут… трубы смотрел… кажется, заблудился немного. Не подскажете, где тут выход на сектор Гамма-12? Мастер ждет…

Техник оглядел Дэвида с ног до головы – его грязную, рваную одежду, царапины, измученный вид.

— Сантехник? – он недоверчиво хмыкнул. – С таким видом? Ты больше похож на того парня из розыскного циркуляра МинНацБлага. Как тебя там… Розен…

Он не договорил. Его глаза расширились от ужаса, когда он узнал лицо с экрана. Он потянулся к кнопке тревоги на столе.

Дэвиду не оставалось выбора. Он бросился вперед и, используя остатки сил и адреналина, сбил техника со стула прежде, чем тот успел нажать кнопку. Короткая, неуклюжая борьба на полу среди пыльных контейнеров. Техник был не солдатом, но сопротивлялся отчаянно. Дэвид ударил его найденным тут же тяжелым гаечным ключом по голове. Техник обмяк.

Дэвид тяжело дышал, стоя над неподвижным телом. Он только что оглушил (или убил?) человека. Он перешел черту. Снова. Пути назад не было совсем.

Он быстро осмотрел техника – никаких особых средств связи, кроме стандартного браслета-коммуникатора. Но на столе лежал его ключ-карта доступа. Дэвид забрал ее. А терминал? Он был включен. На экране – какой-то развлекательный сайт. Но если свернуть окно… Дэвид быстро пробежал пальцами по клавиатуре. Локальная сеть УЛИ. Карты объекта. Графики дежурств. Складские ведомости.

Он был внутри системы. Снова. Но теперь – не в архиве, а в действующем логистическом центре МинНацБлага или связанной с ним структуры. И у него был ключ доступа. Низкого уровня, скорее всего, но все же…

Он посмотрел на карту объекта на экране. Огромный подземный комплекс. Множество уровней. И один из секторов… Сектор 7. С пометкой «Особый Режим Хранения». Архив 7? Здесь? Не в Негеве? Или это другой Архив 7?

Голова шла кругом. Он был ранен, измотан, только что совершил нападение, и находился один в сердце вражеского объекта. Но у него был ключ-карта. И у него была цель. Сектор 7. Нужно было идти туда.

Глава 59

Глава 59: Чтение Служебных Записок (или Неожиданные Открытия в Личной Почте Техника)

Техник лежал на полу тихо, как мешок с оптимизированными овощами. Дэвид тяжело дышал, адреналин все еще гудел в ушах. Он только что совершил нападение. Снова. Кажется, это входило в привычку, что не могло не настораживать. Он быстро обшарил карманы техника – пусто, если не считать комка грязных салфеток и дешевого стимулятора внимания. Ключ-карта доступа – вот она, на поясе. Дэвид сорвал ее. Низкий уровень, конечно, но это лучше, чем ничего.

Прежде чем бежать дальше, к этому загадочному Сектору 7, он бросил взгляд на терминал техника. Тот все еще светился, показывая страницу какого-то развлекательного портала с анимированными котиками. Соблазн был велик – просто развернуться и бежать. Но что, если здесь есть что-то полезное? Карта объекта у него была, но любая дополнительная информация могла спасти ему жизнь.

«Так, Розенберг, пять минут на взлом вражеских секретов через терминал младшего техника по логистике, – мысленно скомандовал он себе. – Звучит как план. Наверное, где-то рядом лежит и инструкция 'Как свергнуть тоталитарный режим за три простых шага', просто нужно поискать в правильной папке».

Он быстро сел за терминал, стараясь не смазать кровь техника (кажется, он разбил ему нос гаечным ключом) на клавиатуре. Свернул окно с котиками. Рабочий стол. Стандартный интерфейс УЛИ – Управления Логистики и Инфраструктуры. Папки: «Входящие», «Графики дежурств», «Заявки на ремонт», «Служебные инструкции»… Ничего интересного. Он быстро открыл несколько последних инструкций и меморандумов. «Об усилении мер безопасности в связи с оперативной обстановкой» – общие слова. «О правилах утилизации контейнеров типа Гамма» – вряд ли ему это пригодится. «Оптимизация графика выдачи спецпитания…»

Скука смертная. Но нужно было проверить. Он запустил поиск по ключевым словам: «Сектор 7», «Архив 7», «Проект Тишина», «Карми». Первые три не дали ничего, кроме ссылок на общие протоколы безопасности для зон особого режима. Но по запросу «Карми»… нашлось одно упоминание. Не в секретном отчете, а во внутренней служебной записке, отправленной всего два дня назад.

Тема: Перемещение Объекта К-77

От: Сектор 12 (Транспортный)

Кому: Начальнику Смены Сектора 7

Содержание: Уведомляем о плановом перемещении Объекта К-77 ('Карми') из временного хранилища (Блок Дельта) в Сектор 7 для проведения процедуры 'Тишина-Ноль' согласно Директиве 1184-гамма. Транспортировка назначена на [ДАТА – сегодня] в 18:00. Обеспечить готовность приемного шлюза 7-Б и персонала сопровождения. Контроль исполнения – Б. Фельдман.

Дэвид почувствовал, как ледяной холод сковывает его изнутри. Объект К-77. «Карми». Перемещение. В Сектор 7. Сегодня. В 18:00. Для процедуры «Тишина-Ноль». Что это за процедура? Судя по названию проекта, вряд ли это массаж и ароматерапия. Скорее – окончательная «оптимизация». Стирание личности? Или физическое устранение? И Фельдман… Барух Фельдман лично контролирует исполнение!

Значит, доктор Карми была здесь. Живая. Пока еще живая. И ее вот-вот должны были подвергнуть необратимой процедуре в том самом Секторе 7, куда он и так собирался. Времени почти не оставалось. Сейчас было… он посмотрел на системные часы терминала – почти 17:00. У него был час.

Час, чтобы пересечь этот огромный подземный комплекс, кишащий охраной, найти Сектор 7 и попытаться… что? Устроить побег гениальному ученому из сверхсекретного объекта? В одиночку? С одним гаечным ключом и ключ-картой младшего техника?

«Задача выглядит… нетривиальной, – подумал он с мрачной иронией. – Шансы на успех стремятся к абсолютному нулю по Кельвину. Но если есть хоть малейшая возможность спасти Карми и получить ответы…»

Он быстро скопировал текст записки на свою флешку (теперь она была настоящим ящиком Пандоры). Стер историю поиска и последние действия на терминале – примитивная мера, но лучше, чем ничего. Оглядел бесчувственное тело техника. Что с ним делать? Оставить здесь? Рискованно. Но тащить его с собой – еще безумнее. Он просто накрыл его каким-то брезентом, валявшимся в углу.

Все. Пора идти. Теперь это была не просто разведка. Это была гонка со временем. Гонка за жизнь доктора Карми. Гонка за правду.

Он взял ключ-карту техника, свою флешку с ее смертоносным грузом, и шагнул из складского помещения в гулкий коридор УЛИ. Навстречу Сектору 7. Навстречу Фельдману. Навстречу своей судьбе.

Глава 60

Глава 60: Экстренное Сообщение (или Отправь Авоське Весточку)

Коридоры Управления Логистики и Инфраструктуры были унылы и бесконечны. Бежевые стены из какого-то самоочищающегося пластика, тусклое освещение, монотонный гул вентиляции. Дэвид шел быстро, но осторожно, прижимаясь к стене, используя ключ-карту оглушенного техника для открытия дверей между секторами. Карта пиликала зеленым – пока его вторжение оставалось незамеченным на этом уровне. Он сверялся с планом объекта, который успел загрузить на свою флешку – Сектор 7 был еще далеко, в самой глубокой и, судя по схеме, наиболее защищенной части этого подземного муравейника.

Часы на его импровизированном браслете-коммуникаторе (вернее, на том, что от него осталось после того, как Ясир его модифицировал для связи с Профессором) показывали 17:15. Меньше часа до предполагаемой «обработки» доктора Карми. Успеть в одиночку? Шансов почти не было. Пройти через несколько уровней охраны с ключ-картой младшего техника? Абсурд.

«Нужен план В, – лихорадочно думал Дэвид, сворачивая в очередной технический коридор, пахнущий перегретым металлом и озоном. – План 'Вызывайте кавалерию'. Только где ее взять, эту кавалерию? 'Профессор' играет в свои игры. Лейла неизвестно где, возможно, ранена или… хуже. Тамар – в плену. Яаков – в катакомбах. Остается только… надеяться, что кто-то услышит».

Он заметил в нише стены служебный терминал – старую модель, явно для обслуживающего персонала. Экран был темным. Рядом – стандартный порт для подключения сервисных устройств. Риск? Огромный. Но других вариантов не было.

Он быстро огляделся – коридор был пуст. Подключил свою флешку через переходник, который ему дал Ясир. Терминал ожил, показав стандартный интерфейс УЛИ. Дэвид использовал один из низкоуровневых кодов доступа, который он запомнил еще с НацАрхПама (они часто использовали схожие системы) для входа в режим диагностики сети. Он нашел лазейку – старый протокол отправки экстренных сервисных сообщений, который, похоже, забыли отключить. Шифрование было примитивным, но он добавил свой собственный слой, используя алгоритм с флешки.

Кому отправить? Он ввел два адреса. Первый – защищенный канал связи с сетью «Профессора», который дал ему Ясир. Второй – последний известный идентификатор коммуникатора Лейлы, тот, что она использовала для координации группы «Альфа». Шанс, что она его получит, был минимален, но…

Он быстро набрал сообщение, используя кодовые слова и сокращения, надеясь, что смысл будет понятен и что фильтры «Льва» не распознают угрозу сразу:

Объект К-77 ('Карми') в УЛИ-Иерусалим, Сектор 7. Назначена Тишина-Ноль на 18:00 сегодня. Похоже на ловушку Фельдмана (?). Нужна экстренная помощь / вмешательство. Подтвердите получение. Архивариус.

Он на мгновение задумался, потом добавил постскриптум, отправив его только на частоту Лейлы:

P.S. Лейла, если слышишь – Профессору верить с оглядкой. Что-то не сходится. Будь осторожна.

Он запустил передачу – режим короткого импульсного пакета. Индикатор выполнения медленно пополз по экрану. Пять процентов… десять… двадцать… Дэвид нервно оглядывал коридор. Тишина. Только гул вентиляции и стук его собственного сердца. Пятьдесят процентов… Семьдесят… Девяносто…

Передача завершена.

Успел? Или уже слишком поздно? Он быстро стер логи терминала и выдернул флешку.

И в этот момент тишину разорвал вой сирены. Резкий, оглушительный, многократно отражающийся от бетонных стен. В коридоре замигали красные аварийные огни. Тяжелые гермодвери в дальнем конце коридора с лязгом поползли вниз, блокируя проход.

— ВНИМАНИЕ! НЕ САНКЦИОНИРОВАННАЯ ПЕРЕДАЧА ДАННЫХ ИЗ СЕКТОРА ГАММА-4! ВСЕМ ПОСТАМ – УРОВЕНЬ ТРЕВОГИ "КРАСНЫЙ"! БЛОКИРОВАТЬ ПЕРИМЕТР! ОБЪЕКТ ЛОКАЛИЗОВАН! – металлический голос из динамиков под потолком был лишен всяких эмоций, но звучал как смертный приговор.

Они его засекли. Немедленно. Передача была перехвачена. Теперь они знали, где он.

Дэвид бросился бежать по коридору в противоположную сторону от закрывающихся гермодверей, но и там уже слышался топот ботинок и резкие команды. Он был в ловушке. В самом сердце вражеской базы. Он успел отправить сообщение. Но успеет ли помощь? И придет ли она вообще?

Он прижался к стене, сжимая в кармане флешку, ключ и холодное обсидиановое зеркало. Красные огни мигали, сирена выла, а где-то в глубине этого комплекса неумолимо приближалось время "Тишины-Ноль" для доктора Карми.

Конец Третьей Части