Пифия

Под наблюдением. Первый этап

Мать продала меня через три дня после моего рождения, хотя на самом деле даже раньше, просто именно тогда мне на шею надели камеру впервые. Конечно, всё это я узнала уже повзрослев.

Мать и сама была моделью Обсерваториума, потому что ей требовались деньги. Брала небольшие контракты. Иногда выполняла задания. Чаще – просто жила. Это неплохой способ заработка для тех, кто не привык стесняться.

Читать первую книгу серии тут: https://author.today/work/381421

Читать финальную повесть серии тут (ОСТОРОЖНО! Спойлеры всего сюжета!) ---->>>

Тридцать один год

Тогда, в далёком и навсегда оставшемся для меня сюрреалистичным конце 2047-го года, мы действительно выбрались на микроавтобусе, который вёл Оскар, по дороге к людям. Не подставным, как поначалу боялись. А самым обыкновенным жителям этого края земли. Края, но совсем другого. И, наверное, только тогда поверили до конца, что не находимся в Индийском океане. Я едва заставила себя сесть в самолёт до Новосибирска, а оттуда, плюнув на всё, купила билеты в поезд и тряслась в нём два дня, замирая на каждой станции. Что мешало кому-либо угнать поезд? Кому-нибудь, способному сымитировать Кергелен?..

Первые несколько месяцев я с трудом могла спать. И абсолютно не могла больше спать одна, эта фобия сохранится до глубокой старости.

Мы с Денисом поженились весной 2049 года, хотя жить вместе начали почти сразу. А вот с остальными участниками группы не пересекались уже никогда. Маша испарилась ещё в Новосибирске, я даже не уверена, что она возвращалась в Москву в принципе. Лора какое-то время звонила почти каждый день, и мы собирались встретиться, но словно бы боялись друг друга. Я уставала от таких разговоров. От переливания из пустого в порожнее и недомолвок, от удовлетворения её непроходящей потребности в прощении за попытку убить одного из нас.

Знаю, что Лора пробовала ещё что-то построить с Кириллом, но совсем недолго. Они разбежались. И оба пропали с нашего горизонта, хотя за Лориными социальными сетями я следила, особенно в первые годы. Просто чтобы знать, что она остаётся частью нормальной реальности.

Оскар объявлялся пару раз за следующий год, принося неизменную бутылку виски и символичный яблочный сок, – хотя уехал из Москвы почти сразу. Он занимался продажей квартиры, положенной сироте от государства, и обязательно навещал нас во время штурма инстанций. Но это оказалось настолько заморочно, что он так и плюнул на неё. Окончательно перебравшись за границу.

Паранойя стабильно срабатывала у меня ещё около двух лет регулярно, потом – лишь время от времени. Когда дочка впервые уехала в оздоровительный лагерь, когда сын уснул с приятелем в домике на дереве и не пришёл домой до позднего вечера. В целом я справилась, и нужны были ситуации относительной неординарности для флешбэков, когда возвращался страх перед четвёртым этапом.

Он так и не наступил.

Между прочим, я отыскала своего отца. Точнее, его нашёл Дэн. Когда мы делали ремонт и меняли обои, отодвигая от стен мебель, выпала папка материных документов, где, забросив строительные работы, мы в который раз попытались накопать ответ. А вместо него нашли неведомый номер телефона на флаере-рекламке.

Он принадлежал Константину Тарабанову, Дэн смог выяснить это через телеграм-бот. Фамилия из анкеты моего биологического отца, которая была в той же папке.

Спустя два года я решилась назначить встречу.

И, может быть, простила свою мать. По крайней мере, смогла узнать о её прошлом от этого человека достаточно, чтобы понять: надевая на своего младенца чокер и подписывая договор, она желала мне только хорошего.

Наверное, даже в итоге дала.

Мы с Дэном часто гадали о том, чем же было то, что свело нас вместе таким невероятным способом, в который иногда мы были готовы даже перестать верить. И почти убедились, что не узнаем этого никогда.

Но правда всплыла, через долгий тридцать один год.

Когда очередные президентские выборы внезапно поставили во главе страны оппозиционного политика. И вскоре в общественный доступ вывалили подробную информацию обо всех неоднозначных решениях предшественников.

В том числе и материалы проекта «Пифия».