Петя и Миша

Глава 1

— Миш, да хорош тебе подкалывать, ну было и было, — я нервно крутил в руках эту дурацкую американскую ручку, стараясь не смотреть ему в глаза. — Подумаешь, двойки в Минске хватал. Кто ж знал, что нас вообще в Штаты занесет, да еще и в этот подвал.

Место называли «Черной массой». Купол-крепость 55, если по документам. Шесть отделений, и все копают под какую-то дичь паранормальную. Миша тут был большим человеком, ученым с четвертым протоколом, а я так, принеси-подай, благо друг детства.

— Тут чистая физика, Петь, — Миша серьезно на меня посмотрел. — В первом отделении тридцать километров трубы бахнули. Внутри две дуры магнитные катаются по девятьсот тонн, электронные, на 750 тесла. И датчиков сверхточных там больше шестнадцати тысяч. Мы атомы и магнетизм изучаем на таком уровне, что тебе и не снилось. Короче, надо внутрь слазить, подшаманить там кое-что. Костюмы нам дадут REX-3, там защита магнитная и информатор встроенный, чтоб кукухой не поехать от всей этой чертовщины.

От цифры 750 тесла у меня похолодело внутри. В Минске у соседа от обычного магнита холодильник перекосило, а тут такое.

Мы натянули эти тяжеленные скафандры и залезли в лифт. Когда кабина поехала вниз, у меня аж уши заложило.

— Ну че, Петь, готов? — хриплым голосом спросил Миша по связи. — Стремно че-то. Там сейчас все в столовку ушли, даже в операторской никого. Час у нас есть.

Он щелкнул тумблером на руке, костюм тихо зажужжал, запуска запуска воздуха. Я тоже свой врубил, на экране мигнуло: заряд 87%. Двери разъехались, и мы вышли на рельсы.

— Короче, под ноги смотри, — предупредил Миша. — Рельсы из титана, линии под напряжением, двенадцать миллиардов ватт выдают. Шаг влево, шаг вправо — и нас даже хоронить не придется. Полетел главный магнатор, эта хреновина наверху над магнитом крутится. Из-за нее вся паранормальщина и сбоит. Надо чинить.

Миша полез к щитку, а мне велел на шухере стоять. Он че-то там крутанул, повернул ключ, и тут, блин, по всей трубе резко вырубило свет. Полная темнота и гробовая тишина, даже трансформаторы перестали гудеть. Сердце у меня в пятки ушло. Я врубил фонарь на шлеме, посветил на Мишу. Он там ковырялся с какими-то светящимися колбами — баночками замороженного тока, как он их назвал. Сказал, работы минут на двадцать.

Минут через двадцать Миша выдохнул:

— Так, последний чип безопасности воткнул, они у них каждый день горят. Поворачиваю ключ.

Свет вспыхнул так, что я зажмурился. На щитке стрелка упала на 450. Миша обрадовался, говорит, распад воды идет правильно, все по плану. А потом резко замолчал.

— Ой... Петь, чип не зафиксировался. Я не вовремя его ткнул. Магниты поехали.

Он рванул экстренный рычаг, и тут из труб по стенам хлынула вода. Костюм в ухо электронным голосом как заорет: «Обнаружена угроза, ввожу адреналин». Мне в шею будто иголкой ткнули, сердце забилось как бешеное, в голове сразу прояснилось. Стрелка на щитке подпрыгнула до 700 — критический максимум.

— Бежим! — крикнул Миша. — Магнит сзади прет, километров 15 в час, раздавит к чертям!

И мы припустили. Сапоги тяжелые, рельсы скользкие, а сзади эта 900-тонная махина гудит все ближе. Вода уже по щиколотку. Миша на ходу подлетел к какому-то промежуточному щитку, выдернул баночки с током, хотел аварийно обесточить, но магнитное поле уже так рвало, что металлический ключ у него прямо из рук вырвало и со свистом утянуло назад к магниту.

— Миш, они же разгон тормозили! — заорал я. — Ты их снял, он теперь быстрее прет!

До шлюза ручного метров двести, а эта дура уже в сорока метрах за спиной. Костюмы вибрируют, шлемы назад тянет, электроника визжит. Добежали кое-как, Миша сорвал пломбу, воткнул свой ключ четвертого протокола, навалился на кнопку — шлюз закрылся. И в ту же секунду сзади такой грохот бабахнул: стальную дверь шлюза просто с мясом выдрало и присосало к магниту.

Мы запрыгнули в лифт, двери захлопнулись, поехали наверх. Но кабина-то железная. Магнит снизу начал ее тормозить, тросы затрещали, нас прямо вниз потащило, обратно к этой чертовщине. Миша не растерялся, сорвал крышку на панели, воткнул ключ и выкрутил скорость лифта на максимум, аж до 16 километров в час. Кабина затряслась, но поперла вверх. Тут уже и операторы вверху из столовки прибежали, врубили сирену, активировали антимагнит и перекрыли нижние заслонки. Нас наконец отпустило, и лифт выстрелил наверх.

Когда вышли, Миша прямо в скафандре так наорал на этих операторов, что те бледные стояли и заикались. У них-то второй протокол, а у Миши четвертый, они перед ним как пацаны зеленые.

Костюмы мы кинули на зарядку и сели в местное метро. Комплекс огромный, 25 километров, куча отделений. Станция была грязная, какой-то робот пол намывал. На экранах светилось: «Купол-крепость 55 Черная масса». Мы тут и жили, в этом закрытом подземном городе. Тут три уровня было: первый для бедных вроде нас, второй для средних и третий для элиты.

Поезд приехал, мы сели на чистые икеевские сиденья, поехали. Минут тридцать спали, адреналин отпустил. Проснулись уже в самом Центре. Станция кристально чистая, роботы все до блеска вылизали. Людей нет, все по домам. На потолке экраны со звездами горят. Глянули вниз на город — на нашем первом уровне темнота, на втором чуть светлее, а третий аж горит весь от роскоши. Краны сорокаметровые под потолком крутятся. Этому куполу уже лет сорок было, люди тут всю жизнь сидят.

Подошли к панорамному окну, там тепло, градусов двадцать.

— Жаль, крышу открыть нельзя, — вздохнул Миша. — Надо три ключа пятого протокола и пароль. Но мы ее откроем когда-нибудь, Петь, обещаю.

Он показал на огромную хреновину в центре, которая ровно так гудела.

— Видишь? Это реактор на лаве. Я его на совете предложил, они построили, теперь весь купол со светом сидит.

Я посмотрел на него и подумал: нифига себе Мишка выдал. Из минского двоечника в главные энергетики подземного города. Первая смена кончилась, мы выжили, но впереди был весь этот купол и куча вопросов, че вообще в этой «Черной массе» происходит.