Нейрограммеры

Глава 1

Всего пара сотен лет прошла с момента изобретения глобальных сетей, и в виртуальном пространстве развернулся огромный мир. Сервера плодились и множились, развиваясь под стать прогрессу, будто отдельная вселенная со своими правилами и законами росла параллельно физической реальности.

К 2247 году эти две вселенных настолько глубоко проникли друг в друга, что все это стало обыденным делом для многих людей. Калейдоскоп ярких огней и линий, глобальная сеть, незримо сконцентрированная в самой атмосфере. Простым гражданам она была доступна не больше, чем роскошный отель в высотах Хэйвена. Все, что они могли — это оплачивать свои бесконечные счета, проверять почту и вести унылые диалоги с такими же как они.

Однако нейрограммерам этот мир был доступен в полной мере. Стоило лишь вооружиться гарнитурой и активировать нейропрограммный интерфейс, как перед глазами начинали мелькать лабиринты цифровых магистралей. Вокруг в пространстве поднимались сплошные стены и коридоры знаков, цифр, бинарных массивов из нулей и единиц, файрволы и целые защитные комплексы из бесконечных строк кода. Все это чередовалось с огромными открытыми пространствами виртуальной материи.

Поиск лазеек и брешей в защите любой сложности был основной задачей Райзера. Как и у любого нейрограммера, у него был вживленный в тело нейропрограммный интерфейс с набором стандартных команд, которые можно было вариативно комбинировать. Нейрограмма давала широкий спектр возможностей по взаимодействию в виртуальной среде, по сути, превращая нервную систему и мозг в инструменты цифрового и виртуального воздействия. Гарнитура, которая подключалась к нейроинтерфейсу как внешнее устройство связи, позволяла вести общение с синхронизированными и подключенными к закрытому каналу людьми.

Грубо говоря, одновременное подключение к обособленной сети с закрытым шифрованием. Способ общения в таких сетях, защищенных от проникновения извне, идеально подходил любым нелегальным группировкам. Безусловно, все это отражалось на уровне преступности в городе. Некоторые группы использовали такие интерфейсы и совершали отвратительные поступки, но многие нейрограммеры все еще служили стражами, противодействующими варварским действиям корпораций и тем, кто использовал технологии в мутных целях.

Сидя в кресле с закрытыми глазами, Райзер был подключен через нейрограмму к глобальной сети. Огромнейший электронный мир, состоящий сплошь из цифр и символов, при первом входе пугает своим объемом и сложностью, но со временем учишься обходить линии файрвола и видеть пути доступа к нужным данным. То, что другим видится как беспорядочный хаос знаков, для Райзера такая же четкая картина, как окружающий мир для человека со стопроцентным зрением. Его способность — чтение и анализ цифровых данных. И в этом деле ему нет равных.

Райзер уже давно знает, что его ждет за каждым уголком этих бесконечных линий. Он с легкостью подключился к серверам местного отделения правопорядка, чья межсетевая защита не представляла из себя ничего сложного. Его задачей было стереть упоминание одной хакерской команды из документов законников. На его глазах стены цифрового лабиринта, состоящие из потоков данных, падали одна за другой, пока он пробирался к нужной цели.

Еще несколько мгновений. Нашел. Резервная защита вокруг файла вспыхнула красным светом, намекая ему, что она так просто не сдастся, но он лишь усмехнулся, убрав ее парой строк собственного кода. Символы буквально струились вслед за ходом его мыслей. Красный свет индикации сменился зеленым, а значит к файлу получен полный доступ. Он запустил алгоритм поиска и уже через пару секунд файл был удален из системы. Шаг за шагом, Райзер восстановил защиту в прежнее состояние, будто его здесь и не было, сам он уже направился к выходу из системы. Спустя минуту открыл глаза, сидя в своем кресле, отключаясь от нейросети. Миссия завершена. Хакеры снова канули в неизвестность и у служителей корпорации нет на них никакой информации. Они снова всего лишь анонимные пользователи кибернетического пространства.

* * *

В городе Хэйвен проведена четкая грань между нижними уровнями у самой поверхности и небоскребами, буквально упирающимися в небеса. У самой поверхности земли, вдали от неоновых витрин, дорогих отелей и бизнес-центров верхнего города, располагались обширные трущобы, спальные районы простых работяг с заводов, опасные переулки, грозящие не только потерей кошелька, но и жизни. Грязные улицы старого города полные бродяг, шлюх и преступников. Обиталище нищих и оборванных, находящихся на самом дне городской иерархии — о Нижнем Хэйвене можно многое сказать, но почти ничего из этого не будет хорошим.

Верхний же город сиял огнями, неоном и дышал свободой в буквальном смысле. Многочисленные смотровые площадки с зелеными насаждениями, купола оранжерей, пышно цветущие зеленью, которой практически не осталось внизу из-за смога и выбросов промышленных отходов. Широкие прогулочные зоны для привилегированных жителей Хейвена открывали панорамный вид с высоты. Жизнь в верхнем городе напоминала бесконечную сказочную историю для избранных. Но чем ближе к земле, тем мрачнее становилась реальность, выцветая до бледной серости. Именно в этих трущобах проживала большая и беднейшая часть населения.

Здесь же временно базировалась и хакерская группа Райзера. Они действовали преимущественно в нижней части города, где было проще передвигаться незамеченными. Один из больших плюсов, ведь им приходилось постоянно перемещаться, не задерживаясь на одном месте. Только так можно было чувствовать хоть какую-то безопасность, и не попасться сотрудникам корпорации «Хаймор». Отследить их не представлялось возможным, как они думали, но агенты службы корпоративной безопасности не прекращали своих поисков. Сейчас на очередной съемной квартире хакеры всей группой расслаблялись в коротком перерыве от работы.

Трейси — миниатюрная и стройная девушка с ярко-синими волосами, один ее глаз был искусственным — дань новомодным веяниям Хэйвена. Молодежь шла на такие эксперименты со своим телом, чтобы выделиться из серой массы и заиметь продвинутый гаджет. Глазной протез с квантовым процессором довольно редкая штука и девушка уже успела пожалеть о его приобретении, ведь он делал ее гораздо заметнее, что для хакера нежелательно. В отличие от многих девушек Хэйвена, она не стремилась выделяться, ей нужен был функционал. Джесс, высокий и крепко сложенный, больше напоминал тяжелоатлета, чем программера, что в некоторых ситуациях было лишь на руку. При любом физическом конфликте полезно иметь на своей стороне сильного не только умом союзника. Ну, и собственно главный участник группы, известный на хакерских форумах под ником Райзер.

Все трое находились в легкой нирване от цифровых стимуляторов, гибкие пластины которых клеились на задней стороне шеи, прямо над вживленным нейроинтерфейсом и заставляли мозг приятно расслабляться. За хранение и употребление подобных стимуляторов можно было надолго отправиться в тюремные камеры. Но дилеров в трущобах, вдали от элитных районов Верхнего Хэйвена, это не пугало. Куда больше их пугало то, что дома ждут голодные рты, а продажей цифровых стимуляторов можно было заработать кредитов. Многие нейрограммеры слишком уж увлекались стимуляторами, забывая о своей работе, да и вообще обо всем вокруг. Уважением в хакерской среде такие персонажи не пользовались, ведь под действием стимуляторов эти идиоты порой творили безумные вещи.

Разумеется, они попадались агентам по борьбе с цифровыми преступлениями и их поглощала безжалостная машина правосудия. Скорее всего они заканчивали свои дни на исправительных работах по всему городу, но некоторых и казнили, если совершались особо тяжкие преступления. Райзер и его группа не были такими беспечными и легкомысленными. Они использовали стимуляторы лишь для того, чтобы подстегнуть свои инстинкты и рефлексы, отправляясь в виртуальное пространство. Трейси, Джесс и Райзер — три части механизма, действующие как одно целое. Именно они контролировали эту синтетическую дрянь в пластинах, а не наоборот. Приручили стимуляторы и заставили их работать себе во благо.

Эта троица — хакерская группа «Цербер». В киберпространстве их неспроста знали как трехглавого стража адских врат, ведь они действовали слаженно, продумывая каждый шаг и часто оказывались на грани, рискуя там, где другие не отважились. Иногда даже одновременно в трех направлениях, независимо друг от друга ведя разведку, штурмуя файрволы и уничтожая защиту. Они были едва ли не самой известной группой нейрограммеров в сети.

— Пора нам сваливать отсюда, — сказала Трейси, проглядывая киберзащиту сетей, которую она лично создала вокруг квартиры после заселения и украдкой бросила взгляд на Райзера.

— Давно пора, — улыбнувшись кивнул Райзер, от которого не ускользнул этот быстрый взгляд, — мы и так задержались здесь на день дольше положенного, а это рискованно.

— Но мы ведь любим рисковать, верно? — усмехнулся Джесс, почесывая голову.

— Лишние риски нам сейчас ни к чему, — отрезала Трейси. — многие забываются, теряя голову, и где они теперь?

— Ладно-ладно, я понял, — Джесс примирительно поднял руки вверх, готовый соглашаться с каждым словом Трейси, — никаких исправительных работ и рисков.

— Ты взял новый заказ, как договаривались? — спросил Райзер, взглянув на товарища.

— Уже давно, все как обычно, ни следов, ни имен, кредиты поступят на расчетный счет вдали от лап корпорации, — кивнул Джесс и нетерпеливо спросил, — когда начнем?

— Ночью. Как только доберемся до нового места.

Райзер дал знак Трейси, и все начали постепенно паковать свои немногочисленные вещи, попутно стирая отпечатки со всех поверхностей. Многие хакеры, порой даже опытные, умеющие скрыть любые следы в сети, напрочь забывали о реальности, в которой не менее важно оставаться инкогнито. Цербер был успешен не только на просторах виртуальных сетей.

* * *

— Сегодня же я должен увидеть результаты вашей работы! — сердитый голос из кабинета на верхнем этаже эхом разносился по коридору, — наша реклама скоро будет повсюду, пора запускать серийное производство, а вы кормите меня пустыми обещаниями!

Главное здание корпорации с неоновыми буквами «Хаймор» на крыше было едва ли не самым высоким небоскребом Верхнего Хэйвена. Именно здесь сейчас кричал высокий мужчина в дорогом костюме на стоящего перед ним инженера.

— Но, мистер Лэннинг, — боязливо пытался оправдаться инженер, — мы столкнулись с некоторыми побочными эффектами от имплантированных чипов.

— Так избавьтесь от них! В скором времени все граждане должны будут использовать наши импланты, система должна работать без сбоев. Реклама обязана завлекать к нам клиентов. А уж уйти от нас без чипа им не удастся.

Айвор Лэннинг, Управляющий корпорацией не всегда понимал тонкости инженерно-технических работ, но зато имел жесткую деловую хватку. Сейчас корпорация стояла на берегу колоссального потока кредитов, нужно всего лишь сделать шаг и купаться в богатстве всю жизнь, но инженеры как будто нарочно ломали все планы, когда он уже ощущал потенциальную прибыль в руках. Эти люди вряд ли осознавали всю важность проекта.

— Да, сэр, все будет сделано! — закивал человек в белом халате поспешно ретируясь из кабинета, пока конфликт не разгорелся еще сильнее, — мы проведем новую диагностику и исправим все в кратчайшие сроки!

* * *

Программный код, полученный по новому заданию, которое достал Джесс, был загружен. Три нейрограммы одновременно активировались и прошли синхронизацию. Цербер вышел в сеть. Несколько корректирующих команд, набранных на небольшой виртуальной панели с символами — нейроклавиатуре, и они пробираются чуть ближе к намеченной цели. Задача на сегодня — достать конфиденциальные данные из Центральной Банковской Системы. Под давлением Цербера, защита быстро отключилась и дала доступ к нужной нейросети. Все происходящее казалось каким-то уж слишком легким. Даже тестовые хакерские задания выглядели куда сложнее.

— Здесь явно что-то не так, — голос Трейси прозвучал в гарнитуре, — все слишком просто, вам не кажется?

— Я заметил, — подтвердил Райзер, внимательно оглядывая окружающий его защитный код системы. — будьте осторожны и смотрите в оба. Придерживайтесь задания. Никаких лишних движений.

Стоило ему это произнести, как поведение файрвола резко изменилось. Цифровой код алгоритмов в корне поменялся. Разве такое возможно? Файрвол не просто перестал прогибаться под кодами Цербера, он начал нападать, действуя весьма агрессивно, разваливая кодированные инструменты хакеров. Часть кода Райзера попросту разрушилась в течении нескольких секунд, создав брешь в защите.

Трейси тут же активировала оборонительный режим, а Джесс и Райзер пошли в атаку, используя потенциалы нейрограмм почти на пределе. Окажись на их месте кто-то другой, он был бы уничтожен в считанные секунды, но Цербер это опыт и мастерство. Поэтому они сумели предотвратить худшее и выстроить грамотную оборону и атаку. И все же, противник был по-настоящему силен.

— Дьявол! Это засада! — крикнул Райзер в гарнитуру интерфейса, сосредоточенно пытаясь защищаться от взбесившегося файрвола.

Нейроклавиатура едва успевала считывать его команды, вводя на огромной скорости строки кодов. Он мысленно благодарил себя за то, что в свое время провел немало сотен часов тренируясь в кодинге. Сейчас цель заказа уже потеряла свою значимость, задание отошло на десятый план. Все, что сейчас требовалось, так это выбраться невредимыми и не раскрыть личных данных. Все три головы Цербера работали в усиленном режиме, отражая бесконечные атаки файрвола. Кто-то по ту стороны цифровой реальности был очень хорош. Работал настолько слаженно и оригинально, что невольно вызывал уважение своими навыками. Возможно, он даже действовал не один, что могло бы объяснить такой уровень. Медленные интерфейсы предпоследнего поколения не могли такого позволить, а значит тут замешано самое современное оснащение.

— Райзер, мне это совсем не нравится, — раздался встревоженный голос Трейси. — нужно отступать немедленно!

— Трейси, займись данными, мы с Джессом обеспечим тебе прикрытие, — произнес Райзер в гарнитуру, — отступать без данных не станем, работа будет выполнена, и мы уйдем отсюда без потерь.

С таким опытным нейрограммером Цербер еще не сталкивался. Не иначе работает на военных или непосредственно на корпорацию «Хаймор». Хотя, как это давно уже сложилось, военная промышленность и так управляется корпорацией. Власть захватили новые капиталисты, пытающиеся в очередной раз создать себе рай за счет самых нижних уровней. Правительство объединенных континентов — фикция, марионетки в руках руководства «Хаймор», состоящие из подконтрольных людей. Любой, кто считает, что способен противостоять этой беспощадной власти, либо идиот, либо наивен как ребенок. Рано или поздно это должно было произойти.

— Сделано! — отчиталась Трейси, — файлы у меня.

Цербер достаточно смело и дерзко проникал в сеть разными путями, не оставляя следов. Сейчас Райзер с товарищами приблизились вплотную к корпорации, которая обратила на их свое пристальное внимание, и искренне считала, что схватила Цербера в свои цифровые тиски. Но Цербер — это не только страж адских врат, это еще и огромный демонический зверь, способный напасть и растерзать любого, кто встанет у него на пути. Райзер тоже кое-что умел. Несколько нажатий, и вредоносный код отправлен. Его цифровые линии стремительно разворачивались, протянув свои многочисленные нити во все стороны.

— Как тебе такое, Хаймор? — улыбнулся Райзер, наблюдая за разрушительным действием своей атаки.

Этот код был собственной разработкой Райзера, о которой даже друзья в Цербере не знали. До этого момента ему довелось опробовать этот код на куда более простых версиях защиты. Всего лишь базовые тестовые прогоны. Код еще не был в полной мере работоспособным, как того хотелось Райзеру, но раздумывать было некогда — пришло время настоящей проверки. Файрвол легко заглотил наживку и попытался пропустить через себя, растворить код в своей архитектуре. Но вирус начал быстро разрастаться, менять свои цифровые подписи, усложняя идентификацию, перенаправлять потоки данных, не давая эффективно противодействовать, он просто начал давить защиту. Перед глазами Райзера мелькали строки кода, которыми так давился файрвол и безуспешно пытался удалять головы гидры алгоритма. На месте каждой удаленной вырастало сразу две или три новых — файрвол сам успешно размножал вирусный код, уничтожая себя. Лидер Цербера буквально видел и ощущал всем нутром, как на той стороне киберпространства их соперник, ругаясь и потея, пытается устранить последствия внезапно атаковавшего вируса и не дать Церберу уйти. Все его попытки провалились. Пока вирус продолжал аннигилировать файрвол, удаляя собственные хвосты и не давая сопернику ни единого шанса на идентификацию, Цербер отступал, тщательно заметая следы.

— Это что сейчас было вообще? — громко возмутилась Трейси, как только Цербер высунул свои головы из глобальной сети. — Нас чуть не схватили корпоративные подонки!

— Это была явная подстава, этот нейрограммер будто знал все наши коды, — хмуро ответил Райзер, и сурово обратился к напарнику, — Джесс, ты где откопал это задание, мать твою?

— На теневой бирже, как и всегда, на меня вышел чувак под ником Кроатон, предложил небольших денег за выполнение легкого задания, только и всего, — оправдывался Джесс, — ничего сверхъестественного он не просил, да и не предлагал огромных сумм, это было самое типичное задание.

— Это типичное задание могло стоить нам свободы, а то и жизни! — рявкнул Райзер, меряя шагами небольшую комнату и бросая взгляды то на диван, то на стол, то на Джесса, который подкинул это задание, и в конце концов схватил со стола бутылку газированной воды и сделал несколько глотков, чтобы успокоиться. — Я не думаю, что это случайность. Мы были на волосок от серьезных последствий.

— Я глянула файлы, что мы вытащили оттуда, — произнесла Трейси, — это пустышка.

— Из-за которой мы рисковали всем. Если бы не мой код, все обернулось бы катастрофой.

— Так ты поэтому использовал свой вирус? — пробормотал Джесс, теребя пальцами гарнитуру.

— Выбора не осталось, ждал подходящего случая для полевых испытаний, но не представлял, что он случится так внезапно. — сказал Райзер, касаясь пальцами вспотевших висков, — сворачиваемся, пока файрвол отвлечен вирусом, нужно действовать быстро. Я не думаю, что нашего одаренного нейрограммера это остановит надолго. Он чертовски хорош.

Спустя некоторое время все следы пребывания Цербера в нейросети были полностью вычищены, все жесткие диски, служащие транзитным хранилищем информации, уничтожены, а сама группа покинула убежище, радуясь, что на этот раз все обошлось. Однако, впредь задания придется выбирать тщательнее.

— Если честно, мы в заднице, — сказала Трейси на следующий день, когда группа перемещалась в новую съемную квартиру на нижних уровнях Хэйвенских трущоб.

— Иначе и не скажешь, — буркнул Джесс, уныло шагая вслед за друзьями.

— Как насчет перекусить? — внезапно спросил Райзер, кивнув на ближайшее кафе, чьи ксеноновые лампы освещали красно-синим весь переулок и добавил, — Серьезно, без шуток.

Они пожали плечами, но отказываться не стали. Так что все трое забрались в мелкий ресторанчик, битком набитый людьми. Райзер решил зайти в это место, потому что в таких заведениях многолюдно и никто не обратит внимание на то, что обсуждают другие. Каждый здесь сам за себя и никому нет дела до чужих проблем. Всем просто плевать.

***

— Присядь, Содер, — махнул рукой в сторону кресла перед столом директор «Хаймор», — и рассказывай, чего удалось достичь.

Перед Айвором Лэннингом стоял мужчина в старомодном пальто и держал в руках шляпу, которую снял, как только зашел в кабинет — глава агентства безопасности, работающего на корпорацию.

— Работа идет полным ходом, мои ребята заполнили теневую биржу сотнями подставных заданий, — довольным голосом произнес мужчина, усаживаясь в кресло, — некоторых уже вычислили, я направил к ним агентов для устранения.

— Ты же понимаешь, что нам нужна кристально чистая работа? — вкрадчиво спросил Лэннинг, буравя взглядом агента. — Ты это гарантируешь, Симмонс?

— Разумеется, — утвердительно кивнул тот, — мои ребята свое дело знают.

— Надеюсь на это, — Лэннинг откинулся в своем кресле и скрестил пальцы рук, внимательно глядя на агента, — Перейдем к более важному делу. Что с той хакерской группой, о которой ты недавно мне говорил? Они представляют угрозу?

— Они серьезно организованы, если сравнивать с общей массой хакерского сообщества. Не оставляют следов, действуют быстро и профессионально. Я не первую неделю наблюдаю за ними. Это дело под моим личным контролем.

— Ты говорил, что наладил контакт с кем-то из этой группы? Успехи есть?

— Определенный прогресс есть, мистер Лэннинг, — широко улыбнулся Содер Симмонс, закинув ногу на ногу, устраиваясь поудобнее. — недавнее происшествие позволило нам приблизиться вплотную к тому, чтобы схватить всю группу.

— Почему не схватили? — нахмурил брови Айвор, — Меня огорчает такая нерасторопность, Симмонс.

— Терпение, мистер Лэннинг, — ответил Содер, все еще улыбаясь, — это была всего лишь проверка.

— Проверка?

— Именно. Теперь мы можем доверять нашему информатору. Он приведет нас к Церберу и поможет устранить угрозу для корпорации.

***

Несмотря на то, что группе удалось отступить практически без потерь, Райзера терзали мысли об этом нейрограммере. Он был слишком хорош, чтобы быть простым одиночкой из подполья и трущоб Нижнего Хейвена. В его действиях угадывалось нечто знакомое. Он понимал группу, действовал уверенно и у него бы получилось вычислить их, если бы не вирус Райзера. Вариантов было немного и любой из них предполагал сотрудничество кого-либо из недавних соперников с корпорацией «Хаймор». Никто другой не мог обладать подобными ресурсами и уж точно без внимания корпорации таких дел не проворачивал. Эта организация имела влияние практически в любой точке мира. Военные, правительство, все, что имело хоть какую-то власть, было хоть и в скрытой форме, но все же подчинено корпорации. Помимо официального руководства и контроля, амбиции «Хаймор» протянулись еще шире, оказывая влияние даже там, где, казалось бы, нет никакого интереса для такой крупной корпорации. При возникновении любой угрозы, даже минимальной, вся военная мощь встанет на защиту «Хаймор». Эти ребята умели радикально решать любые конфликты. Из водоворота этих мыслей лидера Цербера вывела Трейси.

— Райзер? Ты чего завис?

Он оглянулся по сторонам и тряхнул головой, прогоняя назойливые раздумья.

— Извини, задумался, — честно сказал он, — мыслей уж очень много обо всем этом.

— Три кофе и сэндвичи, — быстро сказал подошедшей официантке Джесс и добавил осторожно, когда она отошла, — в сети ходят разные тревожные истории…

— Да, я сегодня уже читал на закрытых форумах, — покачал головой Райзер, — дело принимает все более паршивый оборот. Прошел слух, что корпорация тайно ликвидирует всех, кто способен оказать даже малейшее влияние на их деятельность. Проще говоря, хакеров начали физически уничтожать.

— Но зачем? — удивился Джесс.

— Судя по их новой рекламе, — продолжил Райзер, — «Хаймор» запланировали в ближайшее время старт продаж чипов для синхрониза-ции памяти человека с серверами корпорации. Это должно помочь людям, у которых проблемы с памятью, и всем желающим обрести цифровое бессмертие, сохранив каждое свое воспоминание в идеальном качестве на любой срок. Память на века. Стоит ли говорить, какой ажиотаж поднялся среди людей и еще поднимется?

— Охренеть новости, — присвистнула Трейси. Райзер же, в отличие от доверчивых граждан, видел в этом нечто большее, чем доброе желание помочь сохранить память. Он видел угрозу свободе, попытку оказывать на людей влияние и взять под контроль память ради своих целей. Только представьте, к чему может привести такая власть! Где гарантии, что корпорация не захочет использовать данные людей в своих целях, конвертируя, дополняя и редактируя их воспоминания, манипулируя их жизнями и поступками. С подобным стоило бороться, но была одна серьезная проблема: когда противостоишь мировому конгломерату с колоссальным влиянием на все вокруг, успеха добиться практически невозможно, а вот исчезнуть из общества и навсегда раствориться в безвестности, будто тебя и не существовало никогда, вполне реально. Каким бы ни был виртуальным цифровой мир, физическое устранение грозило как никогда серьезно.

Когда официантка принесла им кофе и сэндвичи, Райзер выложил группе все свои опасения по поводу недавних событий и грядущих последствий.

— Ты правда думаешь, что то задание было приманкой для хакеров? — нервно протянул Джесс.

— Я почти уверен в этом, — кивнул Райзер, потягивая свой кофе, — сам посуди — простое задание на хакерской бирже от парня, следов которого в сети не найти. Как я ни пытался, этот Кроатон просто призрак, что лишний раз подтверждает мои догадки.

— Они с помощью этих заданий вычисляют хакеров и уничтожают. Разрушают их нейроинтерфейсы, а потом уже физически устраняют, как лишних свидетелей. — сказала Трейси, — с нами могло случиться то же самое, если бы не хитрый код Райзера.

— Ну да, славься Райзер, — натянуто произнес Джесс, поднимая чашку с кофе, — предлагаю на время забыть все это и просто отдохнуть.

Никто не стал спорить. Продолжая пить кофе, команда сменила тему разговора на менее рабочую и за шутками на какое-то время все забыли о проблемах, стоящих перед ними. Группа заслужила передышку. Трейси все так же с обожанием смотрела на сидящего рядом Райзера, вытащившего их из капкана корпорации, смеясь над его шутками, и совсем не замечала, каким взглядом смотрит иногда на нее Джесс.

Отдыхать чертовски хорошо, но продолжать сидеть на одном месте, еще и в богом забытом, непозволительная роскошь. От горячего кофе воздух на улице показался прохладнее, поэтому, запахнув куртки плотнее, ребята двинулись вдоль переулка согласно координатам их навигатора. На ближайшие дни Райзеру и друзьям придется залечь на дно и виртуально, и физически. Смена жилья теперь была каждый день, потому что в трущобах лучше не засиживаться где-то дольше суток, даже если за тобой никто не следит. Также трехглавый Цербер временно ограничил свою нейросетевую активность, что вполне нормальная практика для разыскиваемых в сети. Разумеется, это не могло их полностью защитить от слежки или обнаружения, но все же сильно усложняло жизнь корпоративным ищейкам. Команде приходилось пользоваться шифрованными каналами, чтобы следить за всеми новостями и не давать ищейкам возможность схватить их за любую из трех задниц. Любой неосторожный коннект или поворот не туда в нейросети могут быть тут же обнаружены. Это привело Райзера к перепрограммированию их нейроинтерфейсов. Требовалась серьезная диагностика.

Последний соперник со своим продвинутым файрволом во всей красе показал их уязвимые места и слабые точки. За что ему, в общем-то, можно сказать огромное спасибо. Написанный Райзером вирус, который был чертовски опасным для применения в киберпространстве, на деле сумел лишь немного задержать этого гениального преследователя. Хотя надо признать, что код вируса не был полностью доработанной версией, а значит и эффект был только наполовину. Все равно, что куском металлической трубы пугать, вместо готового пулемета. Недавний противник гениален, этого не отнять. Райзер уважал его как нейрограммера, но тот выбрал неправильную сторону.

Уже несколько дней прошло в кочевом режиме. Пока Джесс и Трейси добывали кое-какие нужные Райзеру детали и элементы по черным рынкам даркнета, пользуясь многочисленными аккаунтами, лидеру Цербера нужно было проветрить голову. Сидеть в четырех стенах становилось невыносимо. Он сильно рисковал утонуть в водовороте собственных мыслей, которые донимали его и днем, и ночью.

Стоило ему только выйти за порог, как сознание тут же захлестнул шум улиц. Здесь, на самых нижних уровнях Хэйвена, свет был всегда приглушенным, солнечные лучи практически не добирались, а благодаря смогу, частым туманам и окружению далеких от экологичности заводов, Нижний Хейвен был настоящим темным царством. Освещение в основном давали кислотные цвета ярких вывесок, которые обещали всем проходящим мимо практически любые услуги за определенные суммы, и порой немалые. Хотите побывать на дальних планетах, поучаствовать в боях или оказаться в шкуре наемника? Да, пожалуйста. Конторы вроде «Nulla Memoria» уверяли, что после их сеансов вы вспомните даже то, чего никогда не было. И они действительно могли это провернуть, и даже находились дураки, что позволяли этим барыгам ковыряться в своих мозгах.

Райзер накинул капюшон и направился в сторону бара, который он отметил по пути на квартиру. Он был уверен, что видел бар в нескольких кварталах, однако пришлось побродить некоторое время по округе, чтобы найти его, хотя Райзер уже начал думать, что паранойя совсем доконала и больное воображение угодливо рисует бары там, где их нет. Вывеска потускнела и стала почти нечитаемой. Райзер резко оглянулся, внезапно ощутив на себе чей-то взгляд. Вокруг было полно народа, но никто не смотрел на Райзера. Мимо прошла девушка с полностью искусственными глазами цвета индиго, парочка фриков в разноцветных комбинезонах и явно под чем-то. Их остекленевшие бессмысленные взгляды блуждали по толпе не в силах сфокусироваться на одной точке. Райзер много таких повидал, ничем хорошим баловство с веществами не заканчивается. Окружающие его люди были ничем не примечательны, обычная серая масса, кем является большая часть обитателей трущоб. Когда состояние «тише воды, ниже травы» твой постоянный режим, поневоле начинаешь видеть угрозу во всём и подозревать даже обычных прохожих. Любой мог быть агентом корпорации и следить за тобой. Лишняя осторожность в любом случае не помешает, подумал Райзер ещё раз бдительно оглядывая лица проходящих мимо людей. Кажется, всё в порядке, никакого хвоста за ним не было.

Райзер быстро перешёл дорогу пропуская большой грузовик. На «дне» Хейвена не было летающих машин, ведь только элитные снобы могли себе позволить такое и они уж точно не опускались на нижние уровни.

Здесь люди задыхались от смога из-за транспорта на бензине, дизеле и прочих октановых ядах для экологии. Этот туман создавал границу между низшим обществом и богачами Верхнего Хейвена. В очередной раз оглядевшись, Райзер убедился, что никто за ним не следит, и подошел ко входу.

— Возможно, у меня просто разыгралась паранойя. — пробормотал себе под нос Райзер, толкая дверь бара и тут же окунаясь в насквозь прокуренное помещение в неопределенном стиле, пахнущее перегаром, чем-то жареным и, как ни странно, кофе, который едва перебивал стоящий в воздухе дымный смрад. Ощущать аппетит в подобном месте практически невозможно.

Продвигаясь через небольшое помещение, аккуратно обходя посетителей, он добрался до барной стойки, уселся на высокий стул и дал знак бармену.

— Виски. Двойной и без льда.

Бармен молча кивнул, достал из-под стойки слегка пыльную бутылку и налил в стакан на две трети.

— Похоже, хороший виски в этих местах не уважают, — заметил Райзер, кивнув на золотистую этикетку.

— Местные в основном сидят на дешевых веществах и аналогах стимуляторов, а из пойла предпочитают дешевый портвейн, — пожал плечами бармен и занялся протиранием бутылки, раз уж он заметил на ней пыль.

Райзер сделал глоток и тут же ощутил, как теплая янтарная жидкость будто разливается по венам, согревая нутро и создавая иллюзию спокойствия, которого так не хватало последние дни. Он немного осмотрелся. В ноздри отчетливо лез запах алкоголя, дешевого одеколона и сигаретного дыма. Настоящее ретро. Каких-то 100 лет назад каждый бар выглядел вот так, а сейчас народ вместо алкоголя и сигарет выбирал в большинстве своем цифровые стимуляторы и различные виртуальные аналоги веществ. Виртуальные трипы под ЦСТ, как на сленге называли цифровые стимуляторы, казались менее вредными, но разве сравнится это с возможностью постепенно накачивать организм огненной жидкостью и чувствовать, как с каждым стаканом тебя накрывает эйфорией и спокойствием одновременно? Райзер был уверен, что его отец в свое время поступал именно так. Как и его дед. А уж прадед и подавно. Хотя он толком и не знал своего отца, Райзер в глубине души был уверен, что тот именно так проводил свое свободное время в баре, как и его предки. Такой стиль времяпрепровождения сейчас выбирали те, кто не мог себе позволить качественные ЦСТ, или обычные любители ностальгии как Райзер.

В сознании появился образ Трейси. Она нравилась ему. Крутой хакер, симпатичная, чертовски умна. Он не пытался делать вид будто не замечает ее взглядов. Он все понимал, они уже не раз говорили об этом. Но его страшило их будущее. О какой стабильности могла идти речь, если и он, и она постоянно живут на грани. Не просто ходят, а бегают по лезвию ножа, все время рискуя потерять свободную жизнь и самих себя, если их схватят. Как он мог обречь их на такое существование? Эти мысли не давали ему покоя, выкручивая нервы.

— Повтори двойной виски, пожалуйста, — вздохнув, произнес он. — хотя лучше доставай бутылку подороже, если есть. Заплачу сразу за все.

— Сделаем, сэр, — бармен вызвал робота одной из старых моделей, который был куда более механическим, чем современные, которые доводилось видеть Райзеру. У этого металлического парня не было никакой сенсорной панели для управления, лишь несколько механических кнопок и древний пульт, который бармен держал в руках.

Робот прокатился на маленьких колесах в подсобку и принес небольшую бутылку какого-то старого виски, бармен ловко снял пробку и тут же наполнил стакан лидера Цербера.

Он провел запястьем над сенсорной панелью, встроенной в стол, которая считала его кредитный чип, списав необходимую сумму плюс небольшие чаевые.

— Приятного вечера, мистер Андерсон! — кивнул бармен, приняв оплату.

— Благодарю.

Стоило ли говорить, что свой чип Райзер давно разобрал и перекодировал, чтобы не светить свою личность. Сегодня он мистер Андерсон, вчера назывался Смитсоном, а еще неделю назад был Ковачем. Абсолютно не вычисляемый безналичный финансовый след, который меняет личность после каждой транзакции, шифруя их через десяток серверов по всему свету. Если, конечно, кто-то не окажется настолько сообразительным, чтобы перехватить сам алгоритм и не свяжет все эти имена с одним человеком, что было практически нереально. К тому же, обладатель всех этих личностей совсем ничем не примечателен, так что описать его приметы и внешность никто толком не сможет при всем желании. С годами все больше задумываешься о безопасности собственной личности и свободы. Кем он будет завтра или через неделю даже самому Райзеру неизвестно.

Глоток виски вновь разлил в желудке приятное тепло. Райзер прикрыл глаза, наслаждаясь каждым мгновением. Расслабленное состояние и хороший отдых — вот это ему сегодня и нужно.

— Мистер Андерсон! Какая интересная встреча! Нелегко вас отыскать!

Райзер резко повернул голову на голос, даже не зная, кого там ожидать. На него смотрел мужчина средних лет, в стильном костюме, явно не бедствующий, с короткой стрижкой с проседью и пристальным взглядом. Он слегка улыбнулся Райзеру и дал знак бармену налить и ему виски. Его одежда была неприметна на первый взгляд, но явно хорошо скроена и сшита на заказ. Он однозначно не самый простой человек и уж точно выглядел престижнее любого местного посетителя.

— Мы знакомы, мистер…?

— Симмонс. Не думаю, что мы знакомы, мистер Андерсон. Не против, если я буду к вам так обращаться? — незнакомец продолжал улыбаться, но улыбка не отражалась в его холодных глазах. — Однако познакомиться нам стоит. Меня зовут агент Содер Симмонс, я работаю на корпорацию «Хаймор».

* * *

— Надеюсь, на этот раз бедняга не утратит память? — спросил по громкой связи человек в белом халате, наблюдающий за ходом процедуры сквозь огромное окно.

В высоком кресле сидел мужчина. Его голова безвольно лежала на груди. Он был без сознания, что позволяло двум сотрудникам лаборатории спокойно вживлять чип.

— Мы используем улучшенные алгоритмы кода от нулевого файла. На этот раз все должно пройти как задумано. — один из людей в синем халате сверился с данными на планшете, — вживление чипа идет успешно, но синхронизацию и все проверки можно будет осуществить только после того, как чип будет установлен, и пациент придет в себя.

— Отлично. Нам нужны результаты и как можно скорее. Руководство хочет начать производство чипов без дефектов, которые вызовут негативный резонанс в обществе. — наблюдающий кивнул в ответ на слова своего коллеги, — эти чипы должны перевернуть весь современный мир. Обеспечить безопасность и комфортное существование всем вокруг. И в качестве побочного эффекта помочь людям с проблемами памяти.

— Ключ к этому кроется в управлении воспоминаниями?

— Не только. Помощь с проблемами памяти — дело, конечно, важное, но это лишь одна сторона медали, глянцевая обложка журнала, в котором сокрыто нечто куда более глобальное.

— Глобальное не то слово, — хмыкнул сотрудник, проверяя пульс у мужчины в кресле.

— Именно. После синхронизации чипов с серверами нашей корпорации, мы будем иметь полный доступ к сотням тысяч воспоминаний. Сможем контролировать наши чипы, управлять эмоциями людей, посредством их воспоминаний. Влиять на их решения, менять воспоминания, корректируя их так, как нам выгодно. Ты понимаешь? Мы получим идеальное общество! Никакого насилия, никаких протестов и недовольных, нет войн и конфликтов! — глаза наблюдателя зажглись фанатичным огнем, он действительно верил в то, что говорил. — В чем дело?

— А как же сами люди, их жизни и свободы? — спросил второй сотрудник, переминаясь с ноги на ногу.

— Излишняя свобода вредит человеку. Ключ к успешному развитию страны в подчинении и управлении массами. Думаю, ты и сам понимаешь, что я прав и мы делаем свою работу ради всеобщего блага. Миру нужна корпорация «Хаймор», которая подарит всем стабильность и принесет мир.

— Да, сэр, безусловно, все ради благого дела, — кивнул человек с планшетом, соглашаясь. — директор именно этого от нас и ждет. Результаты получим в ближайшее время. Он будет доволен.

* * *

Райзер медленно поднял стакан с виски, глядя на агента Симмонса, и сделал большой глоток.

— Рад знакомству, агент Симмонс, — он кивнул агенту и сделал еще глоток, стараясь не выдать напряжения.

— Встретить меня отнюдь не к добру, мистер Андерсон, — без улыбки произнес Симмонс, сверля своим ледяным взглядом Райзера, — вы и сами скоро поймете, что встреча со мной может означать лишь то, что у вас серьезные проблемы.

— Неужели? — хмыкнул Райзер, глядя прямо в глаза агенту, — Вам не запугать меня подобными речами.

— Несомненно, мистер Андерсон, но это не играет никакой роли.

— Что вам от меня нужно, агент? — напрямую спросил Райзер.

— Мне нужен Цербер. Все его головы. У меня для них приготовлены отличные и надежные камеры, откуда не видно ни солнца, ни даже воздуха свежего не будет до конца их дней. Железная кровать, лампа и пять квадратных метров каменного пола.

— Увы, ничем не могу помочь. Я не располагаю информацией об этой группе.

— Напротив, мистер Андерсон, — вкрадчиво сказал Симмонс, приближая к Райзеру свое лицо, — я уверен, что вы очень хорошо знаете об этой группе и в курсе её деятельности.

— Впервые слышу, — холодно заметил Райзер, делая глоток виски.

— Вы ведь понимаете, что ваши попытки остановить прогресс бесполезны и бессмысленны? Исходный код, то самое «нулевое воспоминание», в ближайшее время будет завершен и полностью готов к массовому производству.

— Значит слухи правдивы? Корпорация хочет заполучить на свои сервера воспоминания людей?

— Воспоминания, да. Стать банком хранения миллионов ментальных рычагов для манипулирования и контроля. Всего лишь одна капсула с чипом на основе исходного кода. Простейшая операция и через десяток минут чип уже внедрится в нервную систему и начнет отправлять постоянный сигнал на выделенные сервера. Все воспоминания от детских моментов до событий секундной давности. И возможность их корректировать, управлять ими, заставить помнить то, чего не было или забыть то, что происходило. Но об этом людям знать вовсе не обязательно. Удобно ведь иметь доступ к собственным воспоминаниям за годы жизни в любой момент времени? — рот Симмонса растянулся в отвратительной ухмылке. — Это все, что нужно знать людям.

— Для чего вы мне это рассказали, Симмонс? — хмуро спросил Райзер, крутя стакан на салфетке.

— Лишь по той причине, что вы слишком незначительны. Кто вы, в сущности, такой? Какой-то хакер, живущий в тени глобальных сетей? Вы никто, мистер Андерсон и у вас нет реальной власти и возможности что-либо изменить. Ни у вас, ни у Цербера. Я мог бы прямо сейчас забрать вас отсюда в казематы Верхнего Хэйвена, где вы сгниете во тьме собственного отчаяния. Но ваша нынешняя жизнь ничем не лучше. К тому же, вы все еще можете привести меня к Церберу, хотите вы того или нет. Все когда-нибудь ошибаются, и вы не исключение.

Симмонс долго буравил Райзера взглядом. Как будто мысленно хотел заставить его признаться во всем и согласиться выдать все карты в руки. В конце концов он залпом осушил свой стакан, рукавом вытер рот и процедил язвительно:

— Что ж, мистер Андерсон, как я понимаю, сотрудничества с вами мне не добиться?

— Все верно, сотрудничать с вами не имею ни малейшего желания.

Симмонс поднялся со стула, снова одарил Райзера фальшивой улыбкой и повернулся уходить.

— До встречи, мистер Андерсон. — произнес он обернувшись и едко добавил, — Или мне называть вас Ковачем? Или Смитсоном? — улыбка на его лице стала шире, когда он увидел застывшее лицо Райзера, — Уверяю, она будет скорой и окончится плачевно для вас.

Райзер молча проводил взглядом агента Симмонса, допил последний глоток своего виски и попросил бармена дать ему бутылку целиком. У него закрались подозрения, что тот нейрограммер мог взломать его коммуникатор и перехватить алгоритм.

Когда спустя полчаса он уже выходил из бара, на его коммуникатор пришло зашифрованное сообщение.

За квартирой следят. Не приходи сегодня.

Т.

Прочитав это послание, Райзер лишний раз поблагодарил себя за создание этого алгоритма шифрования для связи между членами группы. Этот канал соединял каждого из группы друг с другом, и они могли обмениваться сообщениями буквально под носом у корпоративных агентов. Хотя из-за взлома коммуникатора уверенности в шифре уже не было.

Значит, какой-то агент следит за новым убежищем весь день. Вряд ли это Симмонс, он только что вышел из бара и физически не успел бы добраться туда, не говоря уже о том, чтобы весь день там торчать. Выходит, за каждым из них следят агенты корпорации. Их чипы памяти, скорее всего, практически на стадии запуска и вскоре должны уже появиться на рынке. Крайне опасное устройство и потенциально дающее «Хаймор» еще больший контроль над населением. Само собой, эти сволочи желали обезопасить себя и не допустить никаких сбоев. Поэтому хакеры и пропадали бесследно. Разве можно такое игнорировать? Свобода — это главное хакерское стремление. И каждый должен быть свободен в своем выборе. Корпорация же пытается эту свободу отнять, подчинить себе и своим интересам, чтобы еще больше расширить свое влияние в мире. Цербер не будет мириться с этим.

* * *

В кабинете директора корпорации находились двое человек в синих халатах. У одного из них в руках был планшет с диаграммами и показателями.

— Как вы сказали? — переспросил директор, — Чип не нужно будет вживлять хирургически под кожу?

— Совершенно верно, — подтвердил работник лаборатории, — после нескольких… эм… не слишком удачных экспериментов, мы разработали абсолютно новую и революционную концепцию вживления наших чипов.

— Хирургическое вмешательство больше не потребуется, — продолжил второй сотрудник в синем халате, — все, что нужно — просто проглотить эту капсулу с чипом, как обычную таблетку, а устройство самостоятельно располагается в организме, достигая нужной позиции в среднем за 10-13 минут. Чип настолько мал, что без проблем преодолевает ткани органов без вреда для них и не вызывает дискомфорта.

— Это если вкратце о последних результатах. — кивнул первый лаборант, нервно держа в руках планшет. — исходный образец кода был крайне полезным.

Как же быстро способны работать люди, находя неожиданные решения под угрозой наказания. Директор встал с кресла и прошел к окну, глядя на город. Далеко внизу маячил извечный смог, как покров облаков, скрывал от богачей нищенские кварталы. Один лишь его дорогой костюм стоил как годовой доход какого-нибудь работяги с машинного завода. Но больше всего Айвору Лэннингу нравились не бесконечные счета и купание в роскоши Хэйвенской жизни. Он любил власть, упивался своим высоким положением и мысль о контроле над миллионами граждан приятно щекотала его нервы. Уже совсем скоро каждый житель по собственному желанию пройдет процедуру чипирования и будет подчиняться корпорации, продвигая необходимые проекты в голосованиях и позволяя добиться идеального общества без преступности и оппозиции. В конце концов, все это делается ради общего блага человечества, успокаивал едва тявкающую совесть Лэннинг. Если ради этого придется пожертвовать свободами и правами граждан — что ж, он это переживет и им придется. Но от своих планов корпорация не откажется. Все пройдет по плану.

— Сэр, мы можем вернуться к дальнейшим клиническим испытаниям? — раздался голос лаборанта за спиной Айвора и вывел его из водоворота мыслей.

— Да, разумеется, вы свободны, — произнес директор, глядя на бурлящий жизнью город, — старт серийного производства совсем скоро, не подведите. Я по-прежнему рассчитываю на стоящий результат.

— Да, мистер Лэннинг! Будет сделано! — сотрудник лаборатории кивнул и вышел за дверь вместе с коллегой, оставив директора в приятном для него одиночестве.

* * *

Райзер тем временем шагал по улицам трущоб. Как он и предполагал, ему удалось быстро обнаружить за собой хвост и нисколько не удивился. Не подал виду и просто продолжал двигаться вперед. Никто бы в здравом уме не оставил его одного после бара без внимания, уж точно не агент Симмонс, этот мужик показался той еще занозой в заднице. Он говорил так, будто был точно уверен, что Райзер состоит в Цербере, но тогда почему он не попытался схватить его прямо в баре? Возможно, они хотят выяснить, как много известно Церберу о делах «Хаймор».

Он остановился в переулке и закурил сигарету, втягивая сладковатый дым в легкие. Его преследователь притормозил на противоположной стороне улицы. Не иначе как агент Симмонс приставил к нему одну из своих ищеек, пока сам отправился к съемной квартире. Хотя может и нет. В голове Райзера мелькнула даже безумная мысль, что «Хаймор» могли задействовать андроидов для слежки. Но стали бы они выделять огромное финансирование на высокотехнологичных андроидов ради кучки хакеров? Он не был экстрасенсом, чтобы разгадывать планы и мысли агентов корпорации, но понимал, что здесь скорее всего работают по старинке без всяких лишних расходов. Ясно только одно, эти парни хороши в своем деле, хоть и болваны в основном, но исполнительные, дотошные и опасные временами своим стремлением докопаться до сути.

Райзер двинулся вперед и свернул в один из переулков потемнее. От чертовых светящихся витрин и прочей излучающей свет дряни негде было скрыться. Ему сейчас очень не помешала бы пара темных закоулков и переходов, но даже Нижний Хейвен в своем полумраке блистал мутными огнями немногочисленных фонарей.

Ускорив шаг, он быстро протиснулся мимо решеток и мусорных контейнеров, бросил окурок и скрылся в одной из дверей многоквартирного муравейника. Огромное здание в форме квадрата с четырьмя внутренними дворами было самым настоящим лабиринтом для любого, кто оказался здесь впервые. Выбраться обратно могли помочь только местные, но и к ним мало кто рисковал обращаться. Муравейник буквально дышал преступностью, являя собой яркий образец Нижнего Хэйвена в плане социальной деградации и упадка. Здесь торговали нелегальными стимуляторами, от которых гибло так много людей, но кто там наверху считает, сколько тараканов и крыс передохло у них в подвалах, верно? Администрация Верхнего города передала Нижние районы под управление органов правопорядка и те попросту не справлялись. Средний возраст обитателей этого чистилища едва перешагивал за 35 лет, не считая тех стариков, что влачили свое нищенское существование полуголодных будней.

Райзер и сам с трудом ориентировался в этих коридорах с решетками, но особого выбора не было, нужно было снять этот хвост любой ценой. Поэтому он быстрым шагом прошел к следующей двери, а открыв ее, запетлял по бесконечным коридорам и переходам, поднялся до самой крыши и спустился по пожарной лестнице с другой стороны здания. За время этой пробежки он вновь захотел курить, но времени на очередной вдох дыма не было совершенно и вместо этого он ускорил шаг.

Единственным вариантом для него было направиться вверх по улице, к одному из резервных укрытий, чтобы с помощью нейроинтерфейса подключиться к шифрованным каналам сети и связаться с другими участниками Цербера. В конце концов он добрался до невзрачного блочного здания с десятком этажей, оглянулся вокруг, чтобы убедиться в отсутствии хвоста и зашел в здание. Спустя несколько минут, он уже закрывал все жалюзи на окнах и лишь потом включил настенные лампы.

Едва он активировал нейрограмму и подключился к шифрованным каналам связи, как стало ясно — он был один. Ни Трейси, ни Джесса в сети не обнаружилось. Значит, слежка за ними куда сильнее, чем ему показалось. Возможно, им перекрыли доступ в сеть. Алкоголь в крови Райзера вместе с тревогой после встречи с Содером Симмонсом создавал в мозгу бурную реакцию. Адреналин разливался по телу и сердце стучало где-то в висках. Нужно было действовать прямо сейчас, ждать товарищей нет времени. Придется добраться до серверов «Хаймор» в одиночку. Он должен попытаться достать это «нулевое воспоминание». Тот самый исходный код, с помощью которого создают все эти чипы. Без него у корпорации ничего не получится. Они попросту не смогут завершить свои разработки и создать готовый продукт для рынка. Планы по контролю людей рухнут. Эти мысли все больше распаляли сознание Райзера. Нельзя откладывать, нужно действовать прямо сейчас. Симмонс наверняка не успел еще ничего предпринять, он и не подумает, что Райзер решится после их разговора в баре на какие-то действия. Это означало только одно — возможность!

Следуя командам, нейроинтерфейс повел Райзера вглубь сетей, увлекая туда, где концентрация цифровых данных была наиболее высокой. Глобальная сеть сейчас была в чем-то похожа на ночной город, улицы и переулки которого ветвились во все стороны. Где-то мелкие точки, едва заметные, вроде частных устройств, тусклые и неинтересные со своей базовой защитой. Но среди этих тусклых точек и кубов выделялись и более яркие узлы — офисы компаний и прочие учреждения. Защита серьезнее, но все еще ерунда для профессионалов. Все эти нити и точки не представляли из себя ничего особенного, разветвляясь в общем потоке на просторах сети.

Одним из таких узлов был и тот самый банк, в котором они оказались в прошлый раз. Зная конкретное местоположение объекта в сети, можно попасть прямиком в сам узел, откуда уже петлять по лабиринтам сетей. Такой вариант не подходит, если неизвестны точные координаты в сети.

Сейчас в сети было довольно тускло, но посреди всего этого блеклого скопления, похожего на звездное небо, располосованное северным сиянием, выделялся своей массивностью и структурой один узел. Даже цвет его, в отличие от окружающих серых тонов, выделялся кристально белыми гранями. Какое-то время Райзер молча взирал на этот гигантский октаэдр с мощнейшей защитой. Возможно, такие же чувства испытывал первый воин-завоеватель тысячелетия назад, встретивший на своем пути крепость, окруженное высокими стенами. Непреодолимая защита на первый взгляд. Да и на второй тоже ничего не поменяется. Она была настолько сильна, что Райзер даже будучи в виртуальной сети физически ощущал волны энергии, исходящие от граней. Но раз уж он здесь, назад пути нет, отступать на полпути не в его правилах. Мысленной командой он вызвал виртуальную клавиатуру, и приступил к действию.

— Просчитать оптимальный маршрут до центра объекта, — отдал он команду нейроинтерфейсу. И тут же получил ошибку доступа.

Невозможно выстроить маршрут. Сигнал отсутствует. Расстояние неизвестно. В доступе отказано.

Что ж, этого следовало ожидать. Если бы его трюк удался, он бы потерял всякое уважение к создателям такой защиты. Но в его арсенале все же имелись козыри. Для начала он ради еще одной проверки запустил простенький вирус, который быстро достиг сияющей грани, просочился сквозь нее внутрь объекта и бесследно растворился, не оказав ровно никакого влияния на кодовую обшивку объекта. Что ж, первая попытка пробить защиту вирусом оказалась явно неудачной. Райзер попробовал вирус посложнее, но и он не прожил дольше пары секунд, растворенный превосходной защитой. В конце концов он пришел к выводу, что остался лишь один выход — грубая программная сила. Он атаковал объект напрямую, действуя ручными командами прямо на ходу.

Райзер вплотную приблизился к белоснежной поверхности, ощущая всю мощь корпоративного файрвола. Отправляя команды по две-три за раз, чередуя с целыми массивами, он начал постепенно разрушать кусок обшивки прямо перед собой. Процесс пошел. Он видел, как изменялись коды и прогибалась защита, не особо пытаясь противодействовать атакующим кодам. Через какое-то время, он уже смог попасть внутрь объекта. Точнее лишь углубиться в созданную им нишу в защитной обшивке. Казалось, победа близка, и вскоре стена файрвола должна рухнуть, но Райзер ошибался.

Его нейроинтерфейс работал на пределе своих возможностей. Глаза все больше слепил яркий белый свет. В затылке ощущался нарастающий жар, а нос явственно ощутил запах плавящегося пластика. Внезапно, боль в шее пронзила его резким спазмом. Он закричал, ощущая, как раскаленный обруч тисками сжимал его голову, блокируя мыслительную деятельность. Мир поплыл вокруг смазанными пятнами, постепенно сжавшись в его голове раскаленной точкой, превратившись в сплошной очаг пульсирующей боли. В момент, когда ему показалось, что она никогда уже не исчезнет, он отключился. Сработала встроенная в нейрограмму защита от перегрузок и Райзер просто провалился в спасительную тьму и небытие.

Он тяжело открыл глаза, не понимая, сколько прошло времени. Голова раскалывалась. Первым, что он увидел, было незнакомое окружение. На секунду мелькнула мысль, что он все еще блуждает, затерявшись на серверах «Хаймор».

— Как ты, Райзер? — встревоженный голос Трейси звучал откуда-то слева, и он повернул голову в ту сторону, ощущая сильную жгучую боль в шее. — Мы нашли тебя без сознания. Ты был в ужасном состоянии.

Райзер попытался встать, но Трейси не позволила, заставив его лечь обратно. Он сунулся туда, куда не следовало соваться в одиночку. Потерял контроль над собой и совершил самую настоящую глупость. Едва не спалил себе мозги, хотя, судя по его ощущениям в голове, они были очень близки к этому. Медленно подняв руку, он пальцами ощутил под странной на ощупь кожей на шее части нейроинтерфейса. Его не сняли с него или не смогли снять. Взгляд постепенно сфокусировался, и он увидел, что находится на кровати в небольшой темной комнате с закрытыми окнами. Возле кровати сидели на стульях Трейси и Джесс. Оба выглядели встревоженными.

— Как ты? — она повторила вопрос, придвигаясь ближе и касаясь его лица ладонью.

— Как недожаренный кусок мяса, — прохрипел Райзер в ответ.

-Ты бы радовался, что живой вообще, — произнес тихим голосом Джесс, он был не на шутку встревожен, глядя на друга, — Нам пришлось тащить тебя к знакомому программеру, Венделу, ты его знаешь. Трейси вообще хотела везти тебя в клинику, но сам понимаешь, мы не в той ситуации, чтобы обращаться в официальные учреждения…

— Почему не сняли мой нейроинтерфейс? — перебил его Райзер.

— Видишь ли… — начал издалека Джесс, — твой нейроинтерфейс раскалился настолько, что едва не выжег твой мозг и нервную систему. Вендел лучший нейрохирург, но при попытке вытащить чип ты мог оказаться парализованным, а то и вовсе умереть.

— Мы не могли пойти на такой риск, — добавила Трейси, сдерживая слёзы, — Внутренние части не пострадали, поэтому Вендел сделал апгрейд, сразу провел пару тестов и все функционирует, но…

— Что, но? — спросил Райзер, когда никто из друзей не попытался продолжить предложение, — все работает, но я все равно скоро умру?

— Что ты несёшь? — Трейси слегка толкнула Райзера в плечо, но не ответила на вопрос.

— Джесс? Говори уже.

— Я скажу, как есть, — произнес Джесс и отвел взгляд, — нейроинтерфейс теперь часть тебя и твоей нервной системы.

«Нейроинтерфейс теперь часть тебя», эхом прокатились в его голове слова Джесса. Он навечно связан со своей нейрограммой. Голова раскалывалась от любой мысли. Райзер еще раз ощупал свою голову и шею, пальцы прошлись по привычным частям нейроинтерфейса, теперь он понимал, что на этом месте у него навсегда останется шрам. Одно дело, вживленные чип под кожей, отдельное устройство, и совсем другое, когда это устройство становится частью твоего организма, сделав из тебя какого-то киборга.

— Что с «Хаймор»? — он посмотрел на друзей, решив перевести тему.

— Они постарались скрыть всю информацию с серверов и на всякий случай переписали протоколы защиты, — угрюмо произнес Джесс, — мы уже проверяли. Издалека, конечно. Напрасно ты полез в одиночку, Райзер. Цербер без двух голов не смог бы осилить такую защиту.

— Я уже это понял, — бессильно опустив голову на подушки, Райзер прикрыл глаза, пытаясь унять боль. — за вами следили?

— Какой-то странный тип в пальто и шляпе за нами наблюдал, — ответила Трейси, взглянув на Райзера, — Мы тут же сбросили этот хвост. Хозяину этой квартиры вообще было плевать на документы, взял кредиты и не задавал вопросов, так что тут нас не найдут какое-то время.

— Надо выбираться отсюда, у нас есть незаконченное дело. — Нетерпеливо произнес лидер Цербера.

— Не спеши, Райзер, — покачала головой Трейси, — мы пробудем здесь еще три дня минимум и без возражений, тебя на ноги поставили не для того, чтобы ты тут же наплевал на все это!

— Да все со мной в порядке! — он снова хотел принять сидячее положение, но в глазах резко потемнело, и он рухнул обратно на подушку.

Кровать и комната остались где-то далеко, а вокруг него вновь было море светлых пятен. Ему не оставалось ничего другого, кроме как добраться до ближайшего из них, как будто задействовав нейроинтерфейс. В голове мелькнула мысль, что он действительно его сейчас задействовал. Но как? Это из-за связи нейроинтерфейса с его организмом? Но вокруг вся цифровая сеть города. В центре все так же выделялся своими размерами один особенно крупный узел — «Хаймор». Этот сверкающий октаэдр ни с каким другим объектом не спутать.

Как вернуться в комнату, он не знал, так что просто решил проверить, как они скрыли все свои данные. Он перемещался между световыми скоплениями, которые по мере продвижения становились все крупнее и разгорались ярче. Он видел их все насквозь, чувствовал потоки информации. Он видел и понимал каждой клеткой своего организма всю структуру данных, размещенных здесь. Он был часть самого кода, а не просто наблюдателем со стороны.

Райзер продолжал движение и подобрался достаточно близко к уже знакомым сияющим граням. В их структуре он увидел индикаторы, отображающие работу системы. Когда он приблизился, вместо белой индикации появилась красная. Его обнаружили? Файрвол корпорации тут же идентифицировал наличие угрозы и попытался его блокировать. Со стороны Райзер видел все его попытки как в замедленной съемке, как если бы вы пытались сделать резкое движение под водой. Все действия файрвола казались ему медленными и неповоротливыми, он легко нейтрализовал их своими командами, которые двигались на большой скорости, являя собой продолжение его нейронов, причем он даже не использовал клавиатуру. Нейрограмма стала продолжением его мозга, дополнительным отделом, который явил своему носителю весь могучий потенциал нейротехнологий. Мощная оборона корпорации вспыхивала попытками ему противостоять, но каждый раз ее встречали все новые и новые команды Райзера. Красная индикация постепенно сошла на нет и вскоре исчезла.

Файрвол наконец признал поражение и принял его за администратора со всеми правами доступа. Райзер какое-то время просто смотрел на сияющие белые грани, не веря, что файрвол поддался его взлому. Иллюзия это или нет, но он должен попытаться добраться до него. Закончить то, что Цербер собирался сделать изначально. Ему нужно было достать нулевое воспоминание. Сейчас представился прекрасный шанс достать нужные файлы. Он сделал шаг внутрь ослепительно белого октаэдра, прошел сквозь его поверхность и будто погрузился с головой в целую вселенную. Скопления искрящихся точек, фигур и переливы света, неспешными вихрями вращающиеся внутри октаэдра.

— Проверка голосового интерфейса, — Райзер решил задействовать нейроинтерфейс на полную.

— Проверка успешна. Задайте команды фильтрации. — откликнулся прохладный женский голос, который сам Райзер выбрал для своей голосовой программы.

— Параметры поиска — файлы касательно кода и алгоритмов хранения воспоминаний. Отфильтровать информацию на серверах по дате. — Райзер решил начать с очевидного и самого простого.

— Включить в фильтр скрытые файлы и удаленные в недавнее время?

— Да, нужны все файлы.

Спустя доли секунды перед его глазами понеслись потоки данных, стремительно мелькая почти сплошным полотном. Он едва успевал их анализировать. Секунды превращались в минуты, которые потекли одна за другой, шансы найти нужное стали казаться призрачными. Время в нейросетях ощущалось иначе. В какой-то момент, он наконец уловил то, что искал. Есть! Вот оно! Самые ранние отправленные пакеты данных на сервера от первого созданного чипа на основе исходного кода — то самое нулевое воспоминание. Мир вокруг стал мерцать, как будто ему не хватало энергии и Райзер насторожился. Задерживаться могло быть опасно. Он тут же приступил к копированию всех файлов на свою выделенную память. Процесс занял несколько долгих минут, пока в октаэдре стремительно исчезала стабильность соединения. Едва он успел скопировать файлы с сервера на свой интерфейс, соединение разорвалось. Все вокруг снова потемнело, и спустя мгновение он очнулся в той же самой комнате на кровати. Индикатор нейроинтерфейса на внутренней стороне роговицы глаза мигал, что передача данных успешно завершена.

— Райзер! Райзер! — кричала Трейси, чуть не плача, вкалывая что-то ему в руку. От места укола по всему телу прокатилась волна энергии.

— Что это? Зачем? — попытался сопротивляться Райзер.

— Вендел предупреждал нас о таком, но мы надеялись, что все обойдется… — пробормотал Джесс. — на этот случай он дал нам шприц с энергетиком.

Райзер не сразу заметил, что тот сильно встревожен или же ему все показалось.

— В чем дело, Джесс? — Райзер даже удивился, с чего бы ему так тревожиться, ведь он был в отключке всего ничего, да и Трейси не выглядела спокойной.

— Ты отключился почти на час и никак не приходил в сознание! Ты до жути нас напугал!

Райзер посмотрел на Трейси и ему стало понятно, что время в нейросети для него и для них в реальности сильно отличалось. Несколько минут, что он потратил на поиск и получение информации, для друзей обернулись часом.

— Кажется, для меня прошло всего несколько минут, — осторожно произнес Райзер.

— Разница во времени или в твоем восприятии? — спросил Джесс.

— Я не знаю, — покачал головой Райзер.

Помолчав немного, он все же решил, что такие новости откладывать нельзя.

— Оно у меня. — тихо сказал Райзер, — Я нашел его.

— Нашел кого? О чем ты говоришь? — озадаченно спросили Трейси и Джесс.

— Нулевое воспоминание. Я сумел проникнуть в октаэдр «Хаймор». Оно сейчас у меня в нейроинтерфейсе, скопировал все файлы прежде, чем меня отключили от сервера.

— Как тебе удалось? Ты ведь был без сознания, — спросил Джесс, взгляд его выжидательно скользил с Трейси на Райзера, — даже не подключался к сети.

— Я… Я и сам не понимаю. — медленно проговорил Райзер, пытаясь осторожно принять сидячее положение. — Наверное, все дело в апгрейде моего нейроинтерфейса. Подключение к сети прошло автоматически. Я решил не упускать возможность! Мне удалось пробраться сквозь оборону файрвола, получить доступ к главному серверу «Хаймор».

— То есть ты подключился к сети без авторизации через интерфейс? — Трейси попыталась найти логическое объяснение тому, что произошло.

— Я не знаю, как это описать, — продолжил Райзер, — я словно стал частью цифрового мира. Мои нейроны будто сами стали кодом, мне не надо было заранее составлять алгоритмы кодов через нейроинтерфейс. Это позволило разрушать защиту файрвола быстрее, растворяя ее и открывая все двери.

— Ладно, — задумчиво произнёс Джесс, — допустим тебе удалось пробить защиту, но тебя не могли не заметить, когда ты проник внутрь. Как ты успел все найти и скачать?

— Ты прав, — усмехнулся Райзер, — мое проникновение наверняка заметили. Не могу сказать точно, но уверен, что такой взлом не остался без внимания корпорации. Я не знаю, как контролировать собственный нейроинтерфейс. Вдруг я лягу спать и снова подключусь?

— Это значит нам слишком опасно оставаться здесь, они могли уже найти твоё местоположение, — Джесс поднялся и принялся складывать вещи в рюкзак. — Трейс, выгляни из квартиры, проверь коридор!

Трейси быстро поднялась на ноги и спустя несколько секунд щелкнул замок на двери.

— На этаже все тихо, — доложила Трейси, осмотревшись во все стороны, — в конце коридора есть пожарная лестница за окном.

— Идти сможешь, Райзер? — спросил Джесс, оглядывая сидящего друга.

— Смогу, если нужно. — он привстал с кровати, и обнаружил, что на нем был лишь какой-то халат, похожий на медицинский, да трусы. — А где моя одежда?

— С одеждой вышла накладочка, — протянул Джесс и кивнул на стоящий недалеко от кровати стул.

— Что с ней?

— Одежду пришлось «снять», — Джесс изобразил пальцами кавычки, — пока Вендел возился с твоим нейроинтерфейсом и проверял не распространилось ли замыкание по нервным окончаниям в другие части тела, ему некогда было заботиться о твоей одежде. И, в общем, по большей части она пострадала при этом. От они и минусы перемещений налегке, да? Возьми мою куртку пока что.

Райзер тяжело встал с кровати, снял и убрал халат в рюкзак, накинул куртку Джесса и поплотнее запахнул ее. Трейси все еще следила за коридором, поэтому Джесс прихватил с кресла ее рюкзак. Идти Райзеру было трудно, ноги были как свинцовые и плохо слушались, но в целом могло быть и хуже. Но друг, увидев, что ходьба дается лидеру непросто, не говоря ни слова поддержал его. Опершись на плечо Джесса, Райзер вышел в коридор и свернул налево к окну, видневшемуся в конце. Все они старались шагать как можно быстрее, чтобы успеть скрыться от возможной угрозы.

В коридоре было тихо, никаких звуков не доносилось из-за дверей. Трейси, накинув свой рюкзак с вещами, шла сзади, постоянно оглядываясь. Вот наконец и открытое окно. За ним находилась пожарная лестница, которая была очень кстати сейчас, чтобы не мелькать на главном входе. Джесс вылез наружу и подал руку Райзеру. Он перекинул одну ногу и тоже перелез. Когда порыв ветра раздул не застегнутую куртку, сзади раздался голос Трейси, едва сдерживающей смех в тихом коридоре.

— Извини, Райзер, но первым же делом тебе нужно найти штаны, ветер тебе не союзник. — она прыснула, не в силах больше сдерживаться.

— Вот уж спасибо! — буркнул Райзер, постаравшись запахнуть куртку можно плотнее и застегнуть ее. Ветер и правда забирался до самых костей, даря крайне неприятные ощущения.

— Тихо вы! — шикнул Джесс, шагая вниз по лестнице.

Дальше спускались молча. Здание было старым и лестница, вся в ржавых пятнах, опасно скрипела и шаталась, рискуя оторваться из креплений и сложиться в переулке, как карточный домик. Погони пока заметно не было, хотя рано или поздно в корпорации поднимут всех собак по его следу. Осторожный по многочисленным ступеням занял некоторое время. Наконец его босые ноги коснулись твердой поверхности темного переулка. В ночное время тут было достаточно тихо, разве что какая-то реклама потрескивала электричеством, моргая синим цветом, да в мусорных контейнерах копошился какой-то бедолага.

— Ждите здесь, — сказала Трейси и растворилась во тьме.

Вернулась она через несколько минут и кинула Райзеру брюки, рубашку и ветровку, а также пару ботинок черного цвета.

— Надеюсь, подойдет, — сказала она, — не было времени выбирать по размеру.

Пока Джесс и Трейси глядели по сторонам, Райзер с большим удовольствием наконец оделся, вернув Джессу куртку. Тот сразу накинул ее на плечи, все же в одном свитере было не очень тепло.

— А теперь нужно добраться до убежища. За последние дни столько наших точек оказались скомпрометированы! Так что я нашел еще одно, тайное и никому не известное, — Джесс осмотрелся вокруг.

— Оно точно надежное? — спросила Трейси.

— Да, я рассчитывал, что это место станет нашей резервной точкой, на случай непредвиденного форс-мажора. Кажется, он и так уже наступил, — Джесс посмотрел на часы, — кстати, Райзер, пока ты был в отключке, «Хаймор» официально запустили продажу своих чипов. Может в этом одна из причин, почему их файрвол так быстро сдался? Все производственные мощности кинули на запуск серверов для чипов. Они теперь не вживляют чипы в тело, а предлагают проглотить пилюлю, чтобы чип в ней самостоятельно добрался до нужного места и закрепился. Он так мал, что процесс безболезненный.

— То есть как? Они сменили концепцию? — спросил Райзер, пока все трое выбирались из переулка и пошли вверх по улице.

— Не совсем, но им явно хочется привлечь больше клиентов, не всем ведь по душе хирургическое вмешательство, а тут какая-то пилюля. К тому же, им эта идея показалась выгоднее. — пожал плечами Джесс, — Постоянная синхронизация воспоминаний. Доступ в любое время дня и ночи. Целый каталог жизни. Не слишком ли утопично звучит?

— Дьявол! — выругался Райзер, сжав кулаки, — А кто кроме нас знает об этих планах? Мы не можем просто игнорировать все это.

— И что ты планируешь делать? — спросила Трейси.

— Мы используем нулевое воспоминание с его исходным кодом, что мне удалось добыть, перепишем его алгоритмы и снова загрузим на сервера «Хаймор», подменив оригиналы. Я снова синхронизирую нейрограмму с административным доступом.

— Как только алгоритмы корпорации обратятся к серверам и задействуют код нулевого воспоминания, запустится твой вирус и программа приступит к уничтожению собственного мейнфрейма. — добавила Трейси, — Не пройдет и нескольких минут, как весь проект «Воспоминаний» будет уничтожен со всех носителей, как физических, так и виртуальных.

— Система рухнет. — закончил Райзер.

— Сущий ты дьявол, Райзер, — кивнул Джесс, потирая руки, — но надо понимать, что на нас ополчится вся корпорация. Даже если у нас получится, рано или поздно нас вычислят. У них слишком мощные связи, нам будет не сбежать.

— Уж не думаешь ли ты, что наши цели безнадежны? — нахмурившись, спросил Райзер, скрестив руки на груди, — Хочешь все бросить и сдаться агентам корпорации?

— Нет, что ты, — поспешно заверил Джесс, — мы продолжим.

— Другого выбора у нас нет. — пожал плечами Райзер, — зная о планах «Хаймор», мы должны хотя бы попытаться им помешать. Далеко еще до твоего убежища?

— Почти пришли, еще пару кварталов преодолеть. Это убежище никому неизвестно и там есть все необходимое для нас, как я уже говорил, это должен был быть наш резервный пункт, — Джесс оглядывался по сторонам, проверяя нет ли кого в переулках вдоль дороги.

— Отлично, действовать придется сразу же. — кивнул Райзер.

Хостелы, бордели, бары и прочие злачные места Нижнего Хэйвена раскинулись на их пути. Какой-то оборванец с ярко-красным ирокезом пытался взломать металлическим прутом электронный банкомат, но тот упрямо сигналил «Вставьте карту». В воздухе свет фонарей зловеще подсвечивал участки дороги. Десятки оттенков в этой игре теней. Вся атмосфера казалась напряженной и гнетущей. Особенно, если учесть какой сброд здесь обитает. Одно неверное движение, поворот не туда, и можно запросто нарваться на неприятные приключения, а то и на смерть. Обдолбанные дешевыми стимуляторами, местные маргиналы убьют забавы ради.

Пока друзья шли, они не теряли бдительности, каждую минуту проверяя, нет ли за ними хвоста. Пока все было тихо. У Райзера из головы не шел агент Симмонс. Он не казался тем, кто легко сдается. И власти в его руках было сосредоточено не мало. На короткое мгновение даже промелькнула мысль, что Симмонс и есть тот самый гениальный нейрограммер, что доставил в тот раз серьезных проблем. Но он никак не годился на эту роль. Да, ума ему не занимать, и агент он рьяный и дотошный, но нейрограммер? Это кажется маловероятным. Не исключено, что они с Райзером пересекались раньше. Информацию о личности Райзера и, особенно, его систему перекодирования платежей не так просто найти в открытых источниках нейросети.

Тишина казалась почти осязаемой. Улицы были полупусты в этот час. Лишь самые отмороженные и бесстрашные крутились на улицах и в переулках, покуривая едкие смеси и разглядывая ролики из сети на своих гаджетах. Джесс повел их в здание, явно построенное очень давно. В коридоре первого этажа, за дальней дверью скрывалась небольшая винтовая лестница, ведущая сквозь все этажи прямо на крышу. Трехголовый Цербер наконец добрался до убежища. Им оказалась старая голубятня на самой крыше, оставшаяся здесь еще с прошлого века. Снаружи она выглядела ветхой хижиной. Внутри так же выглядела на весь свой возраст, кое-где ветер свистел в щелях, заделанных на скорую руку. В эти же щели то синим, то красным пятном проникал свет от огромного рекламного щита.

«Мы сохраним ваши воспоминания на века! Доверяйте Хаймор!»

Какая ирония, они собрались работать против корпорации на фоне рекламного плаката всего проекта, который стал их личным врагом. Это придавало уверенности. Враг буквально заглядывал к ним в окна, что действовало, как энергетик.

Из мебели в убежище были только большой продавленный диван да пара кресел. Все компьютерное оборудование — ноутбуки, роутеры и бесперебойники — выглядели куда лучше всего остального, хоть и располагались на шатком столе в дальнем углу. Не дворец высоких технологий, но выбирать не приходится. Самое главное — техника, а жилище вопрос второстепенный. И с железом все было в порядке. Сейчас работа важнее комфорта, тем более, нейрограммерам не привыкать к таким условиям, бывали и хуже. Тяжело, конечно, будет работать на этом резервном железе, но другого сейчас не достать. Трехглавый Цербер берется за работу.

Первым делом, Райзер подключился обычным способом по беспроводной сети к компьютеру и передал на него с нейроинтерфейса скачанные данные с серверов «Хаймор». Крайне важно было обеспечить безопасность процесса, поэтому решено было работать без нейроинтерфейсов напрямую с терминалом ноутбука. Исходные коды выделить из общего массива файлов оказалось не так уж сложно. Куда больше времени заняло их редактирование и изменение строк кода на нужные для дела скрипты и команды. Все это чередовалось таким количеством кофе, что ребята думали больше никогда уже не заснуть. Вирус должен показать себя крайне эффективным. Этому файлу требовалось сохранить все контрольные суммы и общую структуру данных, при этом полностью изменив свою суть и алгоритм действия при его активации. Джесс сейчас как раз работал над этим.

Также нужно было обеспечить вирусу полную автономность и независимость от защитных алгоритмов при запуске в файрвол. Эту работу нейрограммеры разделили на три части между собой и общими усилиями пытались выполнить как можно скорее. Весь остаток ночи прошел в напряженной работе, еще два часа ушло на компиляцию всех трех частей кода в единое целое и проверку его построчно на ошибки и целостность файловой системы. Наконец, когда солнце уже вовсю проглядывало в дырявые стены убежища на крыше, работа была завершена.

Нейрограммеры просто валились с ног от усталости после такой напряженной работы. Райзер настолько вымотался, что даже не заметил странного трафика, исходящего из убежища. Им очень хотелось осуществить весь свой план прямо сейчас, но соваться с нейроинтерфейсом и ослабленным организмом к мощному файрволу «Хаймор» — это все равно, что подвергнуть риску все затею, взбираясь на скалу со сломанной ногой. Если уставшая нервная система подведет, это может привести к плохим последствиям не только для них троих, но и для всех. К тому же, запуск производства был весьма масштабным мероприятием.

Немного поразмыслив, они решили спать по очереди. Просто в целях предосторожности. Ситуация накалялась и тучи сгущались, наполняя окружающий воздух наэлектризованной тревогой. Первым на страже должен был встать Джесс, заняв позицию на верхней площадке лестницы, чтобы никого не пропустить. Затем через два часа его должна была сменить Трейси.

Неожиданно все пошло не по плану. Джесс собирался отстоять свою смену без приключений и незваных гостей, но через полчаса, как он встал на пост и слегка задремал, всех разбудил громкий крик Трейси.

Нейрограммеры спросонья не смогли быстро среагировать, только Трейси проснулась раньше других, когда в лачугу уже вломились трое агентов.

— Они здесь! Бегите! — Трейси уже схватили и пытались заткнуть ей рот, но не успели.

Во главе вторжения был не кто иной, как Содер Симмонс, лицо которого выражало абсолютное торжество. Откуда они могли здесь взяться? Слежки ведь не было!

— Схватить их! — приказал он, а подчиненные бросились заковывать остальных нейрограммеров. — Если вы думали, что посещение нелегального нейронного программиста и попытка взлома серверов «Хаймор» пройдет незамеченным, то вы не стоите тех слухов, что я о вас слышал!

Трейси уже стояла лицом к обветшалой стене, на ее запястьях защелкнулись электронные наручники. Джесс попытался бороться, но против двоих агентов это было бесполезно, его быстро скрутили. Стальные браслеты сковали и его запястья. Райзер, тяжело дыша, стоял у дальней стены, глядя на все это. В голове пульсировала одна мысль — сейчас или никогда. Другого шанса может и не представиться. Нужно задействовать нейроинтерфейс любой ценой. Уже падая в знакомую темноту, он слышал голос Симмонса:

— Черт с ним, парни, в наручники, как и всех! Очнется позже. Джесс, ты свое дело сделал.

Райзер активно загружал свой нейроинтерфейс. Джесс? Какое дело? Его сознание никак не могло понять, что произошло. Нейроинтерфейс начал принудительную синхронизацию, и постепенно мысли о друге отошли на второй план. Световые пятна проступали все ярче, открывая карту нейросетей Хейвена. Он ждал загрузки самого большого узла в форме октаэдра. И вскоре дождался. Серверный октаэдр «Хаймор» сиял, словно полная луна в чистом небе.

Райзер направился сразу к нему, не обращая внимания на окружение, задавшись лишь одной целью. Добравшись до поверхности октаэдра, он немного помедлил, раздумывая. Затем прошел внутрь, как и в прошлый раз. Ему это удалось без видимых усилий поначалу, однако файрвол с прошлого раза был переписан и на этот раз начал действовать увереннее, пытаясь остановить вторжение. Он с нескольких направлений уже тянулся к нейрограммеру своими красными нитями кодов. Райзер запустил пару небольших вирусов, чтобы отвлечь его от себя хотя бы на какое-то время, а сам занялся поиском.

Ему предстояло загрузить переписанные файлы нулевого воспоминания, заменив ими оригинальные файлы на сервере. Голосовой поиск на этот раз не дал результатов, система файрвола все еще видела его как администратора, но полного доступа на этот раз не оказалось, только ограниченные возможности и враждебность алгоритмов защиты, которые пытались противодействовать лжеадминистратору. Пришлось действовать вручную. В этой вселенной из свечений и узлов было делом очень непростым, особенно при масштабном потоке данных, поэтому и заняло какое-то время, за которое файрвол почти разделался с его вирусами-приманками. Закончив с ними, он возьмется за самого нейрограммера. Спустя десяток команд он почти вслепую наконец нашел то, что искал.

В этот же момент на Райзера обрушился массив рандомных данных. Его обнаружили. «Неужели это тот же гений, которого мы встретили в той ловушке?» — подумал Райзер. Ему пришлось отодвинуть процесс замены файлов на второй план и какое-то время защищаться. Перед глазами Райзера будто новые вкладки в браузере продолжали открываться страницы с новостями, рекламой, и прочей ненужной информацией, которая блокировала его нейроинтерфейс и не давала ему увидеть нападающего. При первом потоке информационных сетей ему показалось, что кодирование вируса очень знакомое, но размышлять об этом не было времени, потому что как говорят: лучшая защита — это нападение. Райзер подготовил свой доработанный вирус и был готов контратаковать. После отправки криптографического ключа он почувствовал, что его нейроинтерфейс на грани. На блокировку и ответный удар ушло слишком много энергии. Перегрузка интерфейса была неизбежна. Райзер приготовился к худшему, но из последних сил продолжал отправлять вирусные протоколы при этом получая не меньший поток в свою сторону.

Ситуация казалась Райзеру безвыходной — его просто поглотит сетевой червь, размером с пустынного демона, и миссия будет провалена толком не начавшись. Мысленно он был готов сдаться и задействовал последние ресурсы доступные в данный момент. Однако, вместо темноты, в которую Райзер собрался погрузиться, он заметил, что видит насквозь атакующие его зашифрованные коды. Всю их структуру. Его нейроинтерфейс стабилизировался, уровень энергозатрат уменьшился, и Райзер принялся анализировать соперника так быстро, как только мог, добавляя в реестр дешифрованные данные и расширяя собственную память. Для Райзера всё было как будто в замедленном режиме. Сам он тут же раскодировал несколько файлов, отправленных «нейрогением» ранее. Это позволило ему увидеть цель атаки и предугадать следующий ход. Он дополнил код своего вируса, систематизируя материалы, полученные из вражеских алгоритмов, и отправил его снова. Вирус принялся в фоновом режиме забивать память противника, отрубая путь к созданию новых атак, и одновременно атаковал сам нейроинтерфейс, тем самым отвлекая его от хакера и заставляя пустить все свои резервы на уничтожение вируса и его последствий. Секунду Райзер наблюдал за тщетными попытками неизвестного нейрограммера побороть вирус в компании спама.

Райзер не стал терять времени и вернулся к своему заданию. Осталось лишь перенести файлы с нейроинтерфейса на сервер. Началась передача данных.

20 секунд. 15 секунд. 10 секунд. 5 секунд. Файл успешно заменен.

Все прошло отнюдь не гладко, ведь лидер Цербера разве что табличку на себе не повесил, что он взломал «Хаймор», но это было вполне ожидаемо. Райзеру некогда было вздыхать с облегчением. Файрвол, на пару с нейрограммером, расправившимся наконец с вирусом и потоком спама, обрушился на Райзера всей мощью своих возможностей. Его буквально обездвижило, разум отчаянно пытался вырваться из незримых оков, отбиться от вцепившегося мертвой хваткой корпоративного файрвола. Пока тот выступал в роли сдерживателя, нейрограммер ковырялся в кодах Райзера, разыскивая вредоносные коды и личную информацию, которые тот, разумеется, надежно скрыл.

С огромным трудом плененному Райзеру удалось внедрить в алгоритмы поиска для файрвола часть кода, которая отключила проверку присутствия в системе ложного администратора. Файрвол мгновенно отступил, потеряв Райзера из видимости, и решил, что все в порядке и никакого вторжения нет. Нейрограммер так же потерял его из виду в системе. Райзер с улыбкой представил, как он ругался и орал, подключенный своей нейрограммой к сети. Когда Райзер отключался, система вела себя как будто ничего не произошло и файлы не были изменены.

Однако, в самое ближайшее время начнется самое интересное.

Райзер очнулся, сидя вместе с Трейси на заднем сиденье автомобиля. В голове мигом пронеслись все недавние события. Симмонс сидел прямо напротив них вместе с Джессом. За ними маячило большое решетчатое окно в кабину с водителем и еще одним агентом. На Джессе почему-то не было наручников.

— Мистер Андерсон, вы наконец очнулись, или мне называть вас привычным именем, Райзер? Лично мне нравится первый вариант, — Содер Симмонс неприятно оскалился. — а я тут как раз вашей подруге объяснял, что к чему. Вы ведь понимаете, ребятки, что проведете остаток своих жалких жизней за решеткой, вдали от ваших обожаемых гаджетов и сетей. Да что уж там, вдали от солнца и свежего воздуха. Сидеть будете на электронной привязи. Наказание неизбежно. Я не зря выслеживал вас, я шел по пятам за вами, мистер Андерсон, как по следу из ваших цифровых хлебных крошек. И не прогадал. Хоть вы и отказались сотрудничать с корпорацией, но ваш друг с удовольствием согласился.

— Так вот почему ты не в наручниках, Джесс? — Райзер наконец все понял и внутри начал закипать гнев.

— Они обещали не тронуть Трейси, если я сдам Цербера корпорации, — хмуро ответил Джесс, выдержав суровый взгляд Райзера. — Поэтому я тогда и притащил то задание, они хотели проверить меня, я сливал им наши коды, чтобы они организовали свою защиту против нас, и все почти получилось тогда, если бы не твой новый вирус, Райзер. Этого я не мог предугадать. Задание провалилось, но мне стали доверять в агентстве Симмонса.

Трейси молча смотрела с откровенной неприязнью на того, кого еще недавно считала другом.

— Джесс показал себя способным малым, — усмехнулся Симмонс, похлопав того по плечу, и Джесс, к мрачному удовольствию Райзера, довольным не выглядел. — да, то задание провалилось, никто не сомневался в ваших талантах, мистер Андерсон, но тот вирус, пусть и недоработанный, позволил вам ускользнуть. Тогда в баре я обещал вам скорую встречу, и вот она Состоялась. После того как Джесс привел вас в укрытие, он потом всю ночь докладывал мне о ваших действиях. Вы же не думаете е, что мы совершенно случайно прогуливались по крышам и наткнулись на эту древнюю голубятню с кучкой хакеров внутри?

— Ну ты и ублюдок, Джесс, — Трейси едва сдерживалась, чтобы не плюнуть ему в лицо.

— Это все ради тебя! — его голос сорвался, чуть не перейдя на визг, он и правда искренне верил в то, что говорил, — Они обещали не тронуть тебя, когда все закончится!

— И ты нам поверил, верно? — вкрадчиво произнес Симмонс.

— Что это значит? — нахмурившись спросил у Содера Джесс, — Вы солгали?

— Ну, разумеется, — усмехнулся Симмонс, искренне радуясь происходящему, — Стал бы ты нам помогать, не пообещай мы тебе нечто желанное? В переговорах все средства хороши, если уж на то пошло.

— Ах ты… — начал Джесс, готовый броситься на агента, но тут же сел на место, увидев направленный на него пистолет.

— Умный мальчик, — хмыкнул Симмонс, — сиди спокойно и не дергайся. Мне, конечно, спасибо не скажут за твое убийство, но и живым я тебя привозить не обязан. Так что лучше тебе успокоиться, если не хочешь выхватить пулю. Когда мы приедем на место, ты пойдешь вместе со всеми и точно так же сдохнешь в темной холодной камере, каждый день вспоминая, как предал друзей.

Трейси и Райзер переглянулись, и он едва заметно кивнул. Девушка не ответила, но он знал, что она все поняла правильно. Из всех троих лишь Райзер мог действовать и провернуть недавнюю атаку на файрвол, ведь только у него нейроинтерфейс стал частью тела. Однако, он действовал интуитивно, без конкретики. Он глянул на приемник в приборной панель автомобиля, и тот заморгал индикаторами, включив обрывки мелодий. Чтобы убедиться, Райзер попробовал проделать такое с электрическим зеркалом заднего вида, и оно пришло в движение. Райзер начал понимать, какие возможности открылись перед ним.

Вся электроника вокруг, имеющая кодированные файлы и сетевой доступ, могла стать марионеткой для него. Он стал действительно главной головой Цербера. Пока Симмонс трепался, Райзер уже успел полностью взять под контроль управление автомобилем, позволив водителю продолжать движение, не замечая внешнего проникновения в систему. Он постарался не привлекать к себе внимания и дать агенту ощущение своего превосходства.

— Вы всегда так самоуверенны, агент Симмонс? — внезапно спросил Райзер, глядя ему в глаза.

— Я всегда уверен в себе, мистер Андерсон, в своих людях и в том, что вы и вам подобные отбросы должны гнить в тюрьме, даже ваш мерзкий запах отравляет саму атмосферу, — зло процедил Симмонс, не отрывая от Райзера презрительного взгляда. — как глава агентства безопасности «Хаймор», я обещаю вам пожизненное без права на досрочное освобождение. Никакой быстрой смерти, только многолетние мучения в камерах.

Краем глаза Райзер заметил в окно, что дорога перешла на мост, который большой аркой огибал шоссе прямо под ними.

— Вы совершенно не хотите видеть дальше своего носа, агент Симмонс, — улыбнувшись произнес Райзер, одновременно делая знак друзьям скидывать взломанные электронные наручники, — поездка со мной в одной машине была вашей огромной ошибкой.

Пока Симмонс злобно и непонимающе смотрел на Райзера, пытаясь осознать, в чем он прокололся, тот с помощью нейроинтерфейса взял полный контроль над автомобилем и резко вывернул руль сначала вправо, а затем тут же влево, Трейси, и сам Райзер успели сгруппироваться, в отличие от Джесса и Симмонса. Автомобиль на полном ходу вылетел с трассы, проломив бетонное ограждение и полетел с моста, успев перевернуться в воздухе, рухнуть на дорогу, завалившись на бок.

* * *

Массовые подключения граждан активно велись в корпорации уже несколько дней. Все больше людей обращались за услугами по хранению воспоминаний, желая создать свой собственный банк памяти. Айвор Лэннинг с удовольствием пил в своем офисе отменный семидесятипятилетний коньяк, глядя в огромное панорамное окно, за которым раскинулся весь город. Он размышлял о том, сколько сотен тысяч и миллионов уже получили и вживили себе чипы. Теперь они подключены к серверам «Хаймор». Он видел, как число регистраций и синхронизаций неуклонно растет, инженеры позаботились снабдить его приложением для сбора статистики. Совсем скоро все эти воспоминания можно будет корректировать, манипулировать памятью миллионов ради своих и интересов корпорации.

— Директор! — в кабинет ворвался один из сотрудников, он был так взволнован, что даже не удосужился постучать.

— В чем дело? Почему ты позволяешь себе врываться в мой кабинет? — гневно спросил директор, заметив хаос в коридоре за распахнутой дверью. — Что происходит?

— Сервера проекта «Воспоминания», сэр, — сотрудник пытался отдышаться от быстрого бега и продолжил говорить, прерывисто дыша, — они занимаются самоуничтожением.

— ЧТО!? — взревел Лэннинг, вскакивая со своего кресла, — Кто это устроил? Внешняя атака?

— Сэр, виновных не обнаружено… Никаких следов внешнего взлома.

— То есть как не обнаружено? Кто запустил эту очистку?

— Никто, сэр. В том-то все и дело. Программа самостоятельно переписывает свои коды, удаляя все данные из системы. — произнес человек, опустив голову.

— Это поправимо? — уже спокойнее спросил директор, понимая, что процесс наверняка необратим и его масштабный проект летит ко всем чертям вместе с его карьерой в корпорации.

— Нет, сэр. Очистку не остановить, через несколько минут сервера проекта будут полностью пусты. Не останется никаких данных. Регистрации будут аннулированы.

Директор ошеломленно рухнул обратно в кресло. Месяцы, потраченные на амбициозный проект, вылетели в трубу. Время, деньги, и все планы по контролю над миллионами граждан рухнули в один момент. Сложно было даже примерно представить себе убытки от этой катастрофы. Когда все детали проекты всплывут на поверхность…

— Прочь с глаз моих, — рявкнул директор сотруднику и тот поспешно выбежал за дверь.

Оставшись в одиночестве, Лэннинг дрожащей рукой налил в стакан еще коньяка. Три четверти века его выдерживали в дубовых бочках, чтобы он пил сейчас напиток залпом. Затем Айвор открыл ящик верхнего стола, где лежало оружие его деда. Именной старинный пистолет с гравировкой. Налив последний стакан до краев, он встал и подошел к широкому окну, глядя на раскинувшийся под ним во всей красе Хейвен. Он щедро отпил из стакана, отчетливо понимая, что это лучший вариант для него.

Спустя минуту сотрудники корпорации, находящиеся в коридоре, услышали один громкий выстрел, раздавшийся из кабинета директора.

* * *

Водитель автомобиля и агент, сидевший спереди, были мертвы. Нейрограммеры же с трудом выбрались из покореженного салона. Содер Симмонс тоже выжил, хотя и истекал кровью, тяжело дыша. Кажется, у него была сломана нога. Он еле выбрался из машины, сжимая зубы от боли и прислонился спиной к покореженному автомобилю. У него были серьезные внутренние повреждения. Агент Симмонс, возможно, уже не жилец из-за своих ран. Преследовать бывших пленников он не смог бы, даже если хотел этого всем сердцем. Джесс стоял неподалеку, потирая ушибленную руку и вытирая кровь со лба.

Райзер подошел к Содеру, чтобы помочь, но тот с презрением оттолкнул его руку.

— Я не нуждаюсь в твоей помощи, парень, — прохрипел он и закашлялся кровью.

— Прошу прощения, агент Симмонс, — сказал Райзер, сплюнув изо рта кровь от разбитой губы, — но нам здесь оставаться нельзя.

— Чертов ублюдок, — усмехнулся и тяжело прокашлял Симмонс, выплевывая кровь и все еще держа в руке свой пистолет, — за вами будет объявлена охота, это я могу обещать, мистер Андерсон. Никакие хакерские фокусы и фальшивые имена вас не спасут!

— Буду иметь ввиду, — кивнул Райзер раненому агенту и повернулся уходить, — до встречи, агент Симмонс.

Тот хрипло рассмеялся. А потом вдруг грянул выстрел и Райзер резко развернулся. Трейси стояла, во все глаза глядя на Джесса, который в один момент оказался между ней и Симмонсом, закрыв девушку от пули своим телом. Его ноги подкосились, но Райзер успел подхватить его, осторожно опуская на землю. Он дышал очень тяжело, пуля попала в спину и пробила легкое.

— Простите меня… — он с трудом дышал с хрипами, кровь из легких попала в горло, — я не достоин быть вашим другом…

— Джесс! — Трейси заплакала, держа его за руку.

— Я предал Цербер и вас… — голос Джесса слабел, — Прости меня, Трейси, я лишь хотел быть с тобой…

Джесс сжал руку Райзера, глядя ему в глаза:

— Прости, друг…

Райзер просто кивнул, не в силах произнести ни слова. В глазах стояли слезы, Трейси и вовсе не сдерживала рыданий. Рука Джесса обмякла, и Райзер положил ее ему на грудь. Взгляд друга остановился навсегда. Райзер провел рукой по его лицу, чтобы закрыть глаза. Внутри него будто взорвалась сверхновая, они победили, но какой ценой. Джесса уже не вернуть.

Райзер встал, оглядываясь вокруг, на пустынном шоссе лежала покореженная машина агентства, к которой прислонился агент Симмонс. Он так и остался сидеть, с упавшей на грудь головой и потухшим взглядом. Рядом валялся выпавший из руки пистолет, из которого он застрелил Джесса. Агент, фанатично преследующий Цербера, теперь лежал здесь мертвым, на дальнем шоссе, бесславно закончив свою жизнь.

— Идем, — Райзер мягко положил руку на плечо сидящей перед телом Джесса Трейси, — нам нельзя здесь оставаться.

Она медленно поднялась, проведя по руке Джесса напоследок.

— Ты прав, — сказала она, понимая, что находиться здесь сейчас крайне рискованно.

Бросив последний взгляд на лежащего Джесса, нейрограммеры зашагали вдоль дороги, стремясь побыстрее добраться до привычных кварталов и скрыться в их сумрачных глубинах.

* * *

На следующий день они уже сидели в снятой по поддельным документам квартире и проглядывали сеть, в поисках новостей. Пока они копались в последних сводках Хэйвена, взгляд Райзера привлек экран за окном на крыше соседнего здания, которые транслировали новости или рекламу. Они с Трейси подошли ближе, чтобы лучше слышать.

— Корпорация «Хаймор», как сообщили нам несколько минут назад, лишилась своего директора, который покончил жизнь самоубийством. — вещал с экрана корреспондент, демонстрируя кадры забрызганного кровью окна в кабинете директора, — Предположительная и наиболее вероятная причина такого поступка Айвора Лэннинга кроется в очевидном. Как сообщают нам наши инсайдерские источники, проект «Воспоминания», нацеленный на помощь в сохранении памяти граждан на выделенных серверах компании, был полностью стерт с этих самых серверов корпорации. Все регистрации аннулированы без потерь для клиентов. Мы полагаем, что здесь имеет место хакерский взлом, но официально эта информация не подтверждается. Хаймор уверяют, что сервера компании неприкосновенны и атакам не подвергались. Корпорация потеряла миллиарды кредитов. Равно как и доверие граждан. Анонимный источник выложил в сеть отчеты об испытаниях чипа, а также о бесчеловечных планах на использование этих воспоминаний корпорацией. Для огромной международной компании это серьезный удар. Подробности ждите в ближайших сюжетах!

— Ты все-таки справился, — Трейси приобняла Райзера, — сделал то, что было необходимо, и теперь по сети гуляют все темные тайны Хаймора!

— Я не сливал ничего в сеть, — помотал головой Райзер и вдруг его пронзила мысль, — разве что….

— Джесс? — вдруг спросила Трейси, будто читая его мысли.

— Достать через Симмонса секретные файлы корпорации, которые попали бы в сеть в случае его смерти и отключения нейрограммы?

— Запрограммировать свой нейроинтерфейс, чтобы файлы утекли в сеть после его гибели, — продолжила Трейси.

— Возможно, — кивнул Райзер, пожав плечами, — но мы этого уже никогда не узнаем.

Они вернулись к своему дивану, отойдя от окон и задернув плотнее шторы. Никаких преследований со стороны корпорации пока не было заметно, но теперь они будут еще осторожнее, чем обычно.

— Амбициозные планы директора рухнули, — сказала Трейси, садясь на диван, подобрав под себя ноги. — Но корпорация никуда не исчезнет, будет новый директор и новые планы. Или на этом все кончится?

— Так все не кончится, ты же понимаешь. Симмонс был прав. К тому же мы все еще не знаем, кто этот нейрограммер, что помогал корпорации, используя слитые Джессом коды против нас, о нем ни словом не обмолвились.

— Не раскрывают своих, — пожала плечами Трейси. — Хотят лично разобраться или приберечь такого ценного нейрограммера для чего-то еще.

— Возможно, — вздохнул Райзер. — Не стоит забывать про этого парня теперь. Он еще может стать проблемой для нас. Но не большей, чем вся корпорация «Хаймор».

— Ты не хочешь поговорить о том, что произошло в машине? — внезапно спросила Трейси, уводя диалог от темы корпорации.

— Если честно, я не знаю, как все это объяснить, — ответил Райзер, ждавший от нее этого вопроса, — Скорее всего симбиоз нейрограммы с моей нервной системой открыл скрытые возможности.

— Что, если это опасно для жизни?

— Возможно. Особого выбора у меня нет, — пожал плечами Райзер и добавил, видя ее обеспокоенное лицо, — Но больше всего я сейчас переживаю о другом.

— О чем?

— О тебе. — честно ответил он и продолжил, — о нас и обо всем, что будет. У нас опасная жизнь, чтобы строить нечто серьезное, в любой момент может произойти что угодно. К тому же нейрограмма всегда будет частью меня.

— Это все не важно, Райзер, — отмахнулась Трейси, придвигаясь ближе к нему, — я всегда это понимала, ведь наш образ жизни это сплошной риск, но это не повод отказываться друг от друга…

— Я и не отказываюсь, — перебил ее он, улыбнувшись, — просто не смог бы отказаться.

Трейси молча смотрела на него, улыбаясь. А потом обняла его покрепче. Райзер все же понял, что какие-бы опасности не случились в их жизни, легче будет, если они будут вдвоем. Вместе они сильнее, чем по одиночке. И он еще тогда в баре понял, что отказаться от Трейси выше его сил и к черту все риски.

Нейрограммеры теперь вновь оказались в знакомом месте, где смогли затеряться в бесконечных лабиринтах улочек и переходов, в неясных отблесках рекламных баннеров и витрин. Оба они понимали, что это далеко еще не конец и победа в одном сражении с корпорацией всего лишь капля в предстоящей войне. Но люди Хейвена уже смогли понять, чего стоит корпорация «Хаймор». Первый крупный удар дал понять, что Цербер может и будет противостоять любым идеям по контролю над массами. Они не остановятся, пока «Хаймор» не перестанет существовать в том виде, в каком она есть сейчас. Даже, если это означает полномасштабную войну с системой. Выбор уже был сделан.