Навязчивый сервис

Глава 1

— Да если бы Удальцов на повороте удержался, твоему Джонсу первого места не видать как своих ушей! — безапелляционно заявил Марат.

— Ничего подобного! Удальцов и на прямой осторожничает, будто и впрямь может разбиться, — парировал Никита. — Вот если бы у Мбвеге стабилизаторы не полетели...

Рассуждения Никиты оказались бесцеремонно прерваны возникшим в глубине сознания образом Роджера Ивановича, его непосредственного и, к слову, весьма придирчивого, начальника.

— Извини, у меня шеф на второй линии, — скороговоркой подумал Никита и, едва ухватив краем сознания маратово «До связи!», оказался лицом к лицу с Роджером Ивановичем.

— Блюмгольц, до вас опять не докричаться! — строго укорил начальник. — Чем вы там занимаетесь?

— Обедать иду... — виновато подумал Никита.

— А на связь почему не выходите? Я вас пять секунд не мог дозваться!

— Со знакомым по Сети кибергонки обсуждали, — мысленно вздохнул Никита. Он знал, что у Роджера Ивановича подключена непомерной дороговизны услуга «антилох», и пытаться обмануть его себе дороже. Разве что предварительно подключив ещё более дорогой «всё равно лох».

— Стыдно, Блюмгольц! — сурово попенял подчинённому Роджер Иванович. — О работе нужно думать, а не об игрушках.

— Так обед же... — вяло попытался возразить Никита.

— Сотрудник, желающий добиться успеха и высокого положения в нашей компании, должен думать о работе круглосуточно, даже когда спит, — назидательно произнёс Роджер Иванович и, покончив на сей раз с нравоучениями, перешёл к делу. — Вы не забыли, что у нас в половине третьего совещание?

— Как можно, шеф! — возмутился Никита.

— Это внушает некоторый оптимизм. Подключайтесь вовремя. Надеюсь, ваш отчёт готов? Не забудьте представить показатели за...

Никита, шедший всё это время по тротуару среди редкой толпы спешащих по своим делам озабоченных служащих и праздных гуляк, резко остановился. Образ шефа в его мозгу стал настолько объёмным и ярким, что заслонил реальный мир. А вот слова его странным образом дробились, разбегались и ловко ускользали от понимания. Потом строгое лицо Роджера Ивановича растроилось... не в том смысле, что приобрело расстроенное по причине никитиного разгильдяйства выражение, а разделилось на три экземпляра, каким-то чудом продолжавших сохранять единство. Никита испуганно схватился за голову и попытался оборвать связь. Но это ему не удалось. Лица шефа меж тем стали меняться независимо друг от друга, приобретая разные черты, выражение и даже цвет кожи. Его мышиного оттенка волосы окрасились под вороново крыло, глаза увеличились и приобрели тёмно-карий оттенок, губы стали толстыми и сочными, а на одном из лиц между ними явственно проступили острые клыки. Потом лица исчезли, и Никита почувствовал, что летит в бездну...

Что было дальше, он помнил не очень отчётливо. Вроде бы возникали какие-то образы, то смутные, то необыкновенно яркие и осязаемые. Один раз, кажется, появилось даже нежный овал лица и озорно блеснувшие из-под пушистых ресниц глаза Карины. Никиту корчило от нестерпимой боли и одновременно трясло в экстазе, всё время несло куда-то, но при этом он ощущал себя вмурованным в толстую, неподъёмную, нестерпимо холодную стену. Никита не чувствовал, как его тело рухнуло на тротуар и отчаянно забилось на выложенном из разноцветной плитки узоре. И что над ним склонились несколько прохожих, вырванных из погружённости в свой внутренний мир столь необычным поведением молодого человека...

***

— Как вы себя чувствуете? — с дежурной заботой в голосе спросил усталый мужчина в светлой, сине-зелёного оттенка униформе.

— Где... я? — с трудом проговорил Никита.

— Ну, уже точно не в своём бреду, — не особенно удачно попытался скрыть короткий сухой смешок незнакомец. — Вы в клинике.

— Что... Что со мной произошло? — пытаясь привести в порядок взбаламученное сознание, спросил Никита.

— Вирус подцепили, — буднично ответил его собеседник. — Сейчас новая эпидемия как раз гуляет. Редкая гадость. «Тримурти» называется. Говорят, какой-то программист, уволенный из «Бомбей-Системз» запустил в отместку. Впрочем, — чуть понизив голос, добавил медик, — ходят слухи, будто они сами ему заплатили за это, чтобы нанести удар по сетям конкурентов. Но это теперь пусть Киберпол выясняет.

— А сколько... — попытавшись встать, вдруг взволнованно заговорил Никита.

— Лежите-лежите, вам пока нельзя двигаться! — мягко надавив ладонями на его плечи, сказал медик. — Доставку, лекарства и койко-место с лихвой покрывает ваша страховка, а большая часть счёта от антивирусной компании компенсируется по госпрограмме. Так что лечение обойдётся вам почти даром. А вот оператора я бы посоветовал сменить, у «КЛМН» тарифы, конечно, выгодные, но это за счёт того, что они на защите экономят...

— Я не о том! — перебил его Никита. — Времени сейчас сколько?

— Без двадцати три. А что случилось?

Негромко застонав, Никита попытался подключиться к корпоративной сети. Безрезультатно. Он попробовал ещё раз — с тем же успехом. Заметив его ставший отсутствующим взгляд, медик с пониманием покачал головой.

— И не пытайтесь. Ваш номер заблокирован, без этого лечение может оказаться… не очень успешным.

Никита уронил голову на подушку и обречённо упёр взгляд в пластик потолка.

***

Прежде чем войти в двери, гостеприимно распахнувшие прозрачные створки, Никита окинул взглядом фасад офиса компании «Оса». Здание выглядело респектабельно и внушало доверие. Недаром за этим недавно появившемся на рынке оператором связи уже закрепилась репутация надёжного поставщика услуг, не экономящего на защите и резервных каналах. Мысленно кивнув самому себе, Никита шагнул вперёд и едва не оказался сбит с ног стремительно выбежавшим из дверей низеньким старикашкой. В глаза бросился старомодный «ирокез», естественная седина которого плавно переходила в искусственную зелень, ещё более старомодная потёртая клёпаная куртка из чёрной кожи и такие же штаны. Глянув снизу вверх на Никиту, старикан прохрипел неприятным голосом:

— Слышь, пацан, не ходи к ним! Эти «осы» тебе все уши прожужжат, а потом мозг на фиг вынесут!

Втянув голову в плечи и торопливо отступив в сторону, Никита невольно зашарил взглядом по стене, ища скрытые камеры наблюдения. А старикашке, кажется, было всё равно. Засунув сморщенные кулаки в оттянутые карманы кожаных штанов, он с независимым видом зашагал прочь. Однако далеко уйти ему не дали. Из-за угла стремительным хищником бесшумно выкатил полицейский кар. Его дверцы распахнулись, словно надкрылья большого жука, наружу выскочили двое парней в непрозрачных шлемах и, подхватив едва успевшего трепыхнуться старикана под руки, затолкали в бронированное нутро машины. Ещё миг — и Никита вновь остался один на один с радушно распахнутой дверью.

«Несанкционированная антиреклама принадлежит к числу тяжких преступлений», — вспомнил он слова своего университетского преподавателя права. Постоял ещё толику времени, переводя дух и успокаивая нервно прыгающее сердце, а затем вошёл внутрь.

Навстречу Никите сверкнула ослепительная улыбка безупречно красивой девушки, одетой в безукоризненно белую блузку и форменную юбку под цвет осиных крыльев, как их представляет себе дизайнер маркетинговой фирмы.

— Мы очень рады вас видеть, — радостно заявила девушка. — Желаете подключиться к нашей связи? Совершенно правильный выбор! Наши цены ниже, чем у конкурентов, а защита признана самой надёжной среди всех ведущих операторов.

— Приятно слышать, — пробормотал Никита, всё ещё не оправившийся от неприятного происшествия со старикашкой. — Можно взглянуть на прайс?

— Конечно! — восторженно воскликнула девушка и, обворожительно встряхнув блестящими локонами, передала Никите планшет.

***

Минут через двадцать, когда все формальности были улажены, Никиту со всей возможной заботой провели в уютное помещение, в центре которого возвышалось опутанное тонкими трубками и световыми кабелями кресло.

— Присаживайтесь, располагайтесь поудобнее, — радушно пригласил Никиту приветливо улыбающийся мужчина, одетый в форму компании «Оса». — Может быть, желаете чаю или тоника?

— Нет, спасибо, — отказался Никита, чувствовавший себя несколько напряжённо.

— Хорошо, тогда приступим. Сущность процесса себе представляете?

— Смутно.

— О, всё очень просто! Сейчас мы введём сквозь кожу на виске наночастицы. Вам уже не раз приходилось проходить подобные процедуры, и вы прекрасно знаете, что это совсем не больно. Частицы соберутся в интересующих нас областях головного мозга, где при помощи конфигурирующего поля мы создадим из них структуру приёмо-передающего устройства, тесно связанную с вашими нейронами. Можно сказать, что нейроны станут неотъемлемой частью схемы. Я не слишком сложно объясняю?

Продолжая успокоительно ворковать, мужчина ловко приложил к виску Никиты трубку с плоской насадкой, а потом, отняв её, стал устраивать над головой какую-то сложную конструкцию из проводов и многочисленных крохотных электродов.

— Достаточно понятно, — прислушиваясь к своим ощущениям, медленно ответил Никита. — А со старым устройством, которое от «КЛМН» осталось, что будет?

— Мы его уже разрушили. Теперь наночастицы попадут в кровь и выведутся из организма естественным образом. Вы этого даже и не заметите. К счастью, в вашем старом договоре имелся пункт, согласно которому вы можете по своему желанию удалить устройство связи в любое время... Так, готово. Теперь попробуйте.

— Вроде бы всё нормально работает, — кивнул Никита спустя несколько минут. Потом он вдруг встрепенулся, кое-что вспомнив. — А в новом договоре, который я только что подписал, есть такой пункт?

— Нет, — вежливо улыбаясь, развёл руками служащий «Осы».

— То есть как? — возмутился Никита. — Я что, не могу убрать эту штуковину из своего собственного мозга?!

— Видите ли, — извиняющимся тоном проговорил мужчина, — ваш мозг, безусловно, принадлежит вам, но устройство связи и составляющие его частицы — собственность компании «Оса», переданная вам в аренду. Подписав договор, вы обязались не причинять ущерба нашему имуществу. А оно весьма дорогостоящее, к слову. Мы ведь используем самые передовые технологии. Так что если захотите удалить приёмо-передающее устройство или нарушить его целостность, вам придётся заплатить крупную неустойку. Не подумайте, что это только мы так строим отношения с клиентами. Наши конкуренты в настоящее время тоже переходят на эту систему. «КЛМН» ещё цепляется за старые принципы, но вы лучше меня знаете, к чему это приводит.

Оцепенело выслушав эту тираду, Никита поднялся с кресла и направился к выходу. Остановившись на полпути, он обернулся и воскликнул:

— Это чёрт знает что такое! Я посоветуюсь со своим адвокатом.

— Конечно, советуйтесь, — вновь вежливо заулыбался служащий. — У нас всё законно, и мы всегда открыты для диалога.

Уже выйдя в коридор, Никита вспомнил ещё кое-что.

— Послушайте, — сказал он, — в экономике я немного смыслю, и мне не совсем понятно, каким образом вам удаётся обеспечивать высокое качество услуг и защиты при таких дешёвых тарифах? Вы в самом деле используете самые современные технологии, или это введение клиента в заблуждение?

— Нет, что вы! — быстро сгоняя с лица выражение брюзгливого утомления и натягивая профессиональную улыбку, с протестом замахал руками служащий. — Никакого обмана, иначе мы давно бы рухнули под ворохом судебных исков. Просто мы применяем дополнительные способы получения прибыли.

— Это какие? Тоже новейшие? — саркастически осведомился рассерженный Никита.

— О, нет. Самые традиционные. Впрочем, со временем вы сами об этом узнаете.

Скептически хмыкнув, Никита резко захлопнул дверь. К его досаде, ожидаемого эффекта не вышло — электронная система смягчила удар, и дверь закрылась с обычной вкрадчивой мягкостью.

***

— Блюмгольц, вы подготовили отчёт? — прозвучал в голове строгий голос Роджера Ивановича, и перед внутренним взором Никиты всплыло его недовольное лицо.

— Высылаю, — ответил он.

— Хорошо, я посмотрю. И не забудьте: без четверти одиннадцать у нас совещание. Подключайтесь без опоздания. Вы и так с этой своей болезнью нарушили работу всего отдела и вызвали сбой в корпоративной сети.

Когда лицо шефа исчезло, Никита вздохнул с облегчением. Работал он теперь старательнее прежнего, ему очень нужны были деньги.

Реклама ворвалась в мозг как всегда неожиданно.

— Пиво «К вобле»! — завопил чужой голос в голове Никиты. В тот же миг ему показалось, что рот заполнился чем-то холодным и горьковатым, перед глазами запенилась золотистая струя, а в ушах зажурчало. Никита как раз переходил улицу, и от неожиданности едва не угодил под проезжавший пассажирский кар. Он рванулся в сторону, чудом избежав столкновения, а реклама между тем схлынула, оставив после себя острое ощущение жажды. Никита пиво всегда терпеть не мог, но ему стоило немалого труда сдержаться и не броситься к первому же автомату, продающему слабоалкогольные напитки.

Несколько минут спустя он торопливо вбежал в небольшое кафе, подвернувшееся по дороге и, едва не сбив с ног не вовремя попавшуюся на пути официантку, выкрикнул:

— Где здесь туалет?

— Там, — ответила официантка и проводила взглядом стремительно удаляющуюся спину странного посетителя. — Видишь, как парня прижало! — негромко хмыкнула она, проходя мимо лениво привалившегося к стойке бармена. — Наверное, пива перебрал.

— Нет, это он к новому тарифу подключился, — понимающе ухмыльнулся в ответ бармен. — Сейчас много таких...

А в голове Никиты между тем бесновалась реклама подгузников, которые «малышу лучший друг, товарищ и брат, в натуре».

Потом он, разрываясь между неодолимыми желаниями наесться сливочного шоколада и вывести перхоть шампунем с принципиально новой биоформулой, участвовал в совещании. Тело его в это время плавно катилось в вагоне монорельса, а разум старался ухватить суть того, о чём говорил Роджер Иванович, и при этом не обращать внимания на заманчивые туры на побережье Мадагаскара, необыкновенно дешёвые услуги по пересадке внутренних органов, клонированных из клеток пациента, и пряный вкус соуса из генно-модифицированных овощей.

Когда совещание, наконец, закончилось, Никита понемногу пришёл в себя и начал осознавать окружающее. Он с трудом вспомнил, куда и зачем едет, удовлетворённо зевнул. Радость предстоящей встречи с Кариной оказалась не столь яркой, как прежде, задавленная отупляющей усталостью. Спать Никите теперь приходилось урывками, а работать нужно было лучше, зарабатывать больше. Намного больше. Ведь неустойка в случае удаления устройства связи компании «Оса» из собственного мозга обойдётся ему в огромную сумму. Но ничего другого не оставалось: согласно договору, реклама продолжала транслироваться оператором и в случае отказа клиента от услуг связи. И если бы даже Никита решил оставить всё как есть, работать ему всё равно пришлось бы очень много: с каждым разом всё труднее становилось удержаться от покупки очередного разрекламированного товара.