"Моя Семья"

Глава 1

Мы вошли сквозь распахнутые двери и замерли, на пару мгновений ослепнув - слишком резкий переход от солнечного света к полутьме помещения. Затем неспешно двинулись дальше. Народу здесь было немного: десятка два человек. Люди подолгу стояли на месте молча и неподвижно, лишь беззвучно шевеля губами. То и дело кто-то входил, а кто-то выходил из дверей храма.

- Кто это, пап? - звонкий голосок дочки разнесся по помещению. Впрочем, кроме пары человек, никто не обернулся. И не к такому привыкли. Каждый может выражать себя, как может, главное - не мешать физически.

- Прихожане, дочка.

- А что они тут делают?

- Пришли помолиться, видишь, они подходят к иконам - это они молятся. Сейчас и мы подойдем, вот к этой иконе - Великомученику Пантелеймону Целителю, ему молятся о выздоровлении. Так что и мы тут помолимся, чтобы мама не болела.

Дождавшись, пока от нужной нам иконы отойдет очень полная женщина в цветастом платке, я взял дочку на руки, чтобы ей было лучше видно, и подошел к иконе с изображением нужного нам святого. Помолившись шепотом, поднес браслет к полоске считывателя на нижней части рамы иконы. Тихо пискнув, браслет снял с моего счета сто рублей, и икона на миг вспыхнула золотистым сиянием. Молитва официально принята, а это значит, что она, возможно, будет исполнена. Дочка молча и увлеченно смотрела, лишь поблескивая любопытными глазенками. Увидев вспышку, заулыбалась - было видно, что зрелище ей понравилось.

Мы, конечно, не знали наверняка, подействует ли молитва, хватит ли нашей веры для этого. Как вариант, помощь врача, которая, хоть и окажется действенной на все сто процентов, но и стоит в десять раз дороже. Да и веру, до появления ребенка, мы с женой усиленно поднимали, присутствуя на всех воскресных и праздничных службах и сдавая каждый месяц десятину от заработанного. После появления ребенка нам стало не до того. Все силы и время уходили на дочульку.

Мы направились в сторону выхода.

- Теперь мама перестанет болеть?

- Должна перестать - ведь мы помолились об этом. Вернемся домой - увидим.

- А когда мы домой вернемся?

- А ты уже на всё насмотрелась?

- Ага!

- Тогда - прямо сейчас. Готова? - я поставил её на землю.

- Готова!

Мы одновременно подняли руки к голове и сняли вирт-очки.

Оказавшись дома, в своей уютно обставленной гостиной, мы поднялись с мягких кресел и бросились наперегонки на кухню. Там нас и встретила наша мама, по совместительству - моя жена, которой уже действительно стало лучше. Она споро суетилась между столом и плитой, накрывая на стол, и с улыбкой приветствовала нас:

- Ну как ваша сегодняшняя прогулка? Интереснее, чем вчерашние полеты в космосе?

- Да, мама! Очень интересно! И папа про веру рассказывал, и для чего она нужна. А еще - в храме тихо и красиво! И еще - там икона светилась! А мы за тебя молились! Только Иисуса мы там не видели - там был один дядя в нарядных одежках, но папа сказал, что это не Иисус, а батюшка.

Мы расселись вокруг стола - каждый на своем любимом месте. Дочке пришлось помочь подвинуть ближе её стульчик - для неё самой он пока был слишком тяжел.

На работу я решил сегодня не идти. Всё равно она носит необязательный характер. Легкая, необременительная. Больше служит для развлечения и чтобы отвлечься от дома. Например, поездки комфортным общественным транспортом в другой конец города лишь для того, чтобы отдать письмо или посылку. Да и деньги не сказать, чтобы платили большие. Вместо этого я решил остаться дома.

Остаток дня пролетел весело и беззаботно. Дочка совсем загоняла нашего кота, пока тот в отчаянии не запрыгнул на шкаф, жалобно глядя на нас. Пришлось вмешаться и пресечь котомучения. Тогда дочь вызвала рой голограммных бабочек и кот сам сиганул вниз, откуда только силы взялись, и стал за ними гоняться по дому, сшибая всех и вся на своем пути. Дочь заливисто хохотала, направляя бабочек заковыристым маршрутом.

После жена рассказала, как ходила сегодня в гости к нашим друзьям. Они недавно установили у себя на участке бассейн, ей очень понравилось. На предложение и нам приобрести бассейн - я задумался. Представил, как дочка в надувном круге, обязательно в виде желтого утенка, пищит от восторга и страха, оказавшись в воде первый раз, затем будут попытки научиться плавать, нырять, как будет весело плескаться в бассейне жарким летним деньком всей семьей… И я решил - бассейну быть!

Глубокой ночью я поднялся с кровати, привычно поправил одеяло, бережно прикрыв жене поясницу - только поправилась от болезни, склонился на детской кроваткой. Малышка тихо спала, по привычке засунув в рот палец и тихонько причмокивая. Не удержавшись, наклонился, поцеловал её в висок - какая же она всё-таки милая!

Прошел на кухню, выпил воды. Выглянул в окно, полюбовался ярко освещенной лужайкой перед домом, да - бассейн здесь будет хорошо смотреться, и поднес пальцы к вискам.

Мир свернулся в точку и исчез. Я сел на киберложе и с трудом встал на ноги. Тело, давно отвыкшее от физической нагрузки, немного трясло, даже просто стоять было тяжело. Я прошаркал к кухонному углу своей квартирки-соты, как две капли воды схожей с тысячами таких же, что, слившись воедино, образовывали современные небоскребы-ульи огромных по протяженности как в стороны, так и вверх и вниз, мегалополисов. Окон здесь не было, как и мягкой, удобной мебели. Три метра в ширину, три в длину и снова три в высоту. Минимум по расчетам, достаточный на одного человека. Большинству этого хватит, чтобы не сойти с ума от приступа клаустрофобии и для обеспечения хоть какой-то физической активности. А меньшинство - для них есть дистанционные корректирующие курсы у психиатра, или же постоянный вирт без выхода в реальность. Такого несчастного помещали в капсулу и отправляли в одно помещение с сотнями таких же саркофагов. Срок жизни таких попаданцев при этом сокращался - лежа без движения годами, здоровьем и долголетием похвастаться сложно.

Откидная кушетка-диван в одном углу, ложемент, что при необходимости становился столом, - во втором, кухонный угол с синтезатором пищевых брикетов и постоянно неприятно пахнущий санугол, где располагался унитаз с раковиной-бачком и лейкой на длинном шланге.

Стены и потолок состоят из панелей, на которые можно вывести любое изображение из огромного каталога, за деньги, естественно. У меня это был лес. Мне он нравился, я давно изучил и запомнил всех его обитателей: семейство юрких белок, они шустро бегали вверх и вниз по деревьям, замирая на миг и вновь молнией срываясь с места. Синица, что заботливо кормила своих птенцов в небольшом гнездышке. Заяц, что любил взбираться как на нарочно установленный рядом с его норой пень и то прислушиваться, а то и принюхиваться к окружающему миру, забавно шевеля носом... Здесь было красиво и спокойно.

Одну стену я оставил белой, пусть это и выбивается из общего вида леса - на ней висят фотографии моих жены и дочки из виртсимуляции “Моя семья”. С прогулок и дома, из походов на природу и полетов в космос. Там было множество фотографий - ведь именно там я живу полноценной жизнью в окружении самых близких мне людей. Время от времени одна из фотографий увеличивалась и почти закрывала все остальные, затем снова уменьшалась, чтобы уступить место следующей.

Перекусив пищевым безвкусным брикетом, я посетил сануголок и подошел к ложементу. Надо отработать свои сегодняшние траты. Покупки дочке сладостей, цветы жене, пожертвование в храм - это из виртуальных трат. Два пищевых брикета, пользование сануглом, оплата света, связи и ежедневная медстраховка - из реальных. Итого - потратил я сегодня почти пятьсот рублей. Теперь пора отрабатывать.

Обычно я работал на заводе по производству пищевых картриджей для синтезаторов. Дело это давно стало для меня простым и привычным. Я мог фасовать и отгружать готовые брикеты на автомате. Но сегодня я потратился чуть ли не вдвое против обычного: слишком увлекся, радуя и удивляя подарками дочку. Придется выбрать работу тяжелее и неприятнее обычного. Я улегся на ложемент, подумал еще пару мгновений и определился - мусор. Придется сегодня отработать мусорщиком. Профессия эта неприятная, и мало кому была по нраву, но что поделать, нельзя допускать минусового баланса на своем личном счету. Я коснулся висков, запуская программу симуляции и выбрал в открывшемся меню пункт Работа - Утилизация. Пара секунд темноты, и все изменилось. Теперь я - робот, и моя задача убирать мусор. Прогнав на время из головы мысли о спящих в симуляции жене и дочке, я вышел из ниши подвала очередного дома-улья, прошел по техническому коридору, встретив пару уже возвращающихся обратно роботов и стал на платформу подъемника. На дисплее задач я увидел номера: 59575, 20014 и 78689. “Не перепутать бы” - на миг искривил в горькой усмешке губы несуществующего сейчас тела. Сбросив числа в маршрут подъемника, я начал быстро подниматься вверх. Все предельно ясно, именно эти три квартиры мне и следовало убрать за этот заход. Три ячейки на спине робота - по одной на каждую квартиру. Жаль, конечно, жильцов - они не смогли избежать обнуления своего счета и теперь подлежат утилизации. Государство не прощает должников.