Любовь искусственных сердец

Глава 1

Найтсбридж просыпался. Тоненькая струйка утра просочилась между бордовыми портьерами и упала на персидский ковер. В сером свете грязными парашютиками кружилась пыль. В кресле, за огромным дубовым столом, заваленном книгами и бумагами, сидел изобретатель Сэр Вальтер Диксон. Темные волосы всклочены, недельная щетина покрывала бледные щёки. На стопке книг возвышался необычный светильник в форме лапы дракона, державшей шар. От него исходил голубоватый свет, придававший лицу Вальтера мертвенный оттенок. Одежда ученого была непростительно мята.

Его изобретения далеко опережали идеи парового времени, и именно поэтому королева Виктория выбрала Вальтера Диксона для выполнения тайного заказа. Шестой день, забывая про сон и голод, он корпел над чертежом нового оружия. В этот раз понадобился подводный корабль с мощными орудиями на борту.

Сделав последний штрих, Сэр Диксон удовлетворенно отбросил карандаш и снял очки с выдвигающимися окулярами. Откинувшись на высокую мягкую спинку кресла, он потер красные от усталости глаза. Потянулся. Работа помогала отвлечься от горьких мыслей. Тишину комнаты разрезала звенящая муха, прилетевшая на запах плесневеющего бутерброда. Вальтер проводил её усталым взглядом.

Он с трудом поднялся и, сделав шаг, чуть не упал, удержавшись за край стола. Затекшие ноги плохо слушались. Прихрамывая, мужчина подошел к окну, отдернул тяжелую ткань и открыл створки. Свежий ветерок ворвался в комнату, выгоняя застоявшийся воздух.

— Джессика, — имя сорвалось с пересохших губ.

Джессика работала в таверне «Шаловливая Лола», на Склейтер-стрит в Шордиче, хозяйка которого отличалась особой жадностью. Мадам Жу-Жу выкупила девушку у родителей, когда той исполнилось тринадцать. Семья переселенцев не в состоянии была прокормить восемь ртов. С тех пор Джессика работала день и ночь на хозяйку.

В один из вечеров Сэр Диксон вместе с другом Уильямом Страйкером, лучшим хирургом Лондона, решили отметить окончание работы над очередным изобретением. Хотя прошло более четырёх лет, но Вальтер как сейчас помнил День рожденья Салли, огромной механической кошки, придуманной им для охраны дома. Салли легко передвигалась, работала без парового котла и могла перевозить на спине взрослого мужчину. Именно благодаря её появлению на свет и желанию отметить такое событие Вальтер в тот вечер увидел Джессику, которая разносила заказы между столиками.

Он был очарован девушкой. Нежная и, в то же время, очень сильная и гордая — она покорила сердце отъявленного холостяка. Он боролся со своими чувствами, но безуспешно. Через три месяца и пять дней, он пришёл в «Шаловливую Лолу» с твёрдым намерением выкупить Джессику, но оказалось, что она исчезла, без следа.

Вальтер тяжело вздохнул и понуро двинулся в сторону ванной комнаты. Образ любимой не покидал его — ирландка, гибкая и изящная, с изумрудными глазами и копной искусно неуправляемых волос, она казалась ему воздушной и какой-то нереальной.

Через пару часов, опрятный и надушенный Сэр Диксон покинул особняк, отпустив всю прислугу на выходные, и устремился на восток в сторону Ист-Энда.

Небо затянулось серыми тучами, налетел северный ветер, запахло приближающимся дождём. Вальтер поднял воротник чёрного пальто и ускорил шаг. Серебряная трость, в форме змеи с рубиновыми глазами, неизменный спутник изобретателя, звонко отстукивала о мостовую.

Пеннифилдс, где в большинстве своем проживали китайцы и малайцы, встретил ученого моросью. Пройдя пару кварталов, он свернул в проулок и постучал в обитую железом дверь тайного заведения мистера Шао «Три винта». Открылось металлическое окошко, на джентльмена уставилась пара раскосых глаз и в ту же секунду дверь приветливо отворилась, над ней звякнул колокольчик. В темном проеме стоял огромный, обнаженный по пояс китаец и щербато улыбался.

— Дня доброго, Сэра Диксана. Мы така рады вам, Сэра Диксана, — амбал сложил руки перед широкой мускулистой грудью в знак приветствия и поклонился, жестом приглашая гостя войти.

— Доброго! — Вальтер переступил порог, и дверь за ним бесшумно закрылась. — Как твоё здоровье, Зихао? Как дела у отца? Как племянник?

— Хаясо, Сэра Диксана, осень хаясо. Мисер Шао паправилася савсема и перестала кашлять, а малянький Ксиаобо бистра бегает, васими стараниями, Сэра Диксана, — не переставая кланяться, тараторил Зихао.

Глаза привыкли к темноте, и Вальтер смог разглядеть крупный силуэт охранника. В длинном коридоре появилось голубое свечение, которое медленно приближалось. В свете лампы, такой же как в его кабинете, Вальтер разглядел щуплого девятилетнего мальчишку. Красные шальвары до колен не скрывали механической ноги, тихонько пощелкивающей шестеренками при ходьбе. Но, несмотря на протез, сорванец шагал, почти не хромая. Завидев гостя, китайчонок расплылся в улыбке.

— Дня доброго, Сэра Диксана, я така рада, что вы пришла. Сматрите, как я хожу, — мальчишка гордо прошёлся назад и вперёд по узкому коридору, а затем попрыгал поочередно на правой, на левой ноге и покружился на месте. — Савсема как радная, Сэра Диксана. Я её мазать маслам, как вы сказатя мне.

Ксиаобо в чувствах обнял Вальтера. В позапрошлом году, работая в Боу на заводе по производству костной муки, Ксиаобо поскользнулся, и его правая нога попала в паровую дробилку. Но ему крупно повезло, когда мальчишку принесли домой, оказалось, что в это время среди посетителей заведения мистера Шао оказался врач Уильям Страйкер, отдыхавший после сложной операции. Он-то и остановил кровотечение, не дав китайчонку умереть, а потом несколько недель наблюдал за заживлением культи.

Тогда время у Страйкера и родилась идея попросить друга создать механический протез для мальчика. Идея увлекла Вальтера и спустя пару месяцев, путем проб и ошибок была создана механическая нога, способная растягиваться в высоту вместе с растущим организмом. Приживление не обошлось без осложнений, но прошел год и Ксиаобо смог свободно передвигаться, не чувствуя боли. С того дня Уильям и Вальтер стали желанными гостями «Трёх винтов».

— Подёмитя, Сэра Диксана, подёмитя со мноя. Я отведу васа в свтлую комната, — китайчонок повлёк гостя по коридору.

Окон здесь не было, но, судя по дуновению ветерка и отсутствию спертого воздуха, китайцы знали толк в вентиляции.

Комната, в которую привёл гостя Ксиаобо, была маленькой и очень уютной. Стены задрапированы алой органзой, повсюду на полу лежали шёлковые, расшитые драконами подушки. На низеньком квадратном столике посреди комнаты стояли лампа с ярким светом, пара фарфоровых пиал и чаша с фруктами.

Вальтер присел на подушки и внимательно осмотрел ногу мальчика. Сегодня пришло время растянуть механизм ещё на сантиметр. Ксиаобо очень быстро рос.

— Ну вот, теперь совсем хорошо, — затянув винты и поправив ремни крепления, Вальтер вытер руки о поданное полотенце.

— Отдохните, Сэра Диксана, я вам принесу чай, как вы любите, — мальчишка скрылся за портьерой, а Вальтер откинулся на подушки и закрыл глаза.

Он снова «колдовал» над последним заказом. В этот раз игрушка увлекла его настолько, что он почти не спал и не ел. Кожа чесалась под недельной щетиной, но Вальтер не обращал на эти мелочи внимания. Идея, как всегда, пришла неожиданно, от единственного друга — молодого хирурга Уильяма Страйкера.

Работая в госпитале Святого Варфоломея в районе Смитфилд, он частенько подкидывал Вальтеру необычные заказы, то создать искусственный глаз рабочему с завода по переработке сажи, то изготовить новую челюсть для женщины, избитой мужем-пьяницей. А тут — сердце, для умирающей девочки из бедной семьи.

Идея и страшила и вдохновляла одновременно. Была изучена целая куча анатомических книг и атласов. И вот, спустя две недели шестеренки щелкнули — механическое сердце забилось в руках довольного Вальтера.

В тот миг он почувствовал себя Богом. Но радость была недолгой, через несколько месяцев после пересадки родители сообщили, что девочка умерла от бушевавшей в их районе скарлатины. Уильям был подавлен, глупые родители сожгли тело ребёнка, боясь заражения. Узнать истинную причину смерти не удалось. А Вальтер постарался забыть неудавшийся эксперимент. Ему было горько.

Неожиданно он увидел Джессику. Она была прекрасна. Чёрный плащ контрастировал с её огненно-рыжими волосами, развевающимися на ветру. Девушка шла ему навстречу и улыбалась, в изумрудных глазах светилось счастье. У Вальтера перехватило дыхание. Джессика протянула к нему руки, в розовых ладошках билось механическое сердце.

Вальтер вздрогнул и открыл глаза. Он так устал, что не заметил как уснул. Ему казалось странным, что он вспомнил этот неприятный случай десятилетней давности и увидел Джессику. Но тут же отбросив ненужные мысли, взял чашку с зеленым чаем, которую неслышно принёс мальчик.

В голове кружился звенящий рой — образы умирающей девочки, Джессики и созданного им сердца бились друг о друга, не соединяясь в общую картинку. Изобретатель поднялся, подхватив плащ и цилиндр, с намерением покинуть заведение. Серебряная змея вползла на начищенный до блеска сапог и двинулась вверх по ноге.

— Уже уходитя? У Сэра Диксана что-то случилася? Он недоволина? — испуганно затараторил охранник, встретивший его у выхода.

— Всё в порядке, Зихао. Просто мне пора.

— Можитя вама сопровождающего, Сэра Диксана? Или кэба найти? — не унимался амбал, открывая двери.

— Нет, спасибо! Я хочу прогуляться, — Вальтер вышел в вечерний город. — И передай от меня благодарность мистеру Шао. Всё было на высшем уровне.

Джентльмен уверенным шагом двинулся к главной улице. Голова змеи плавно переместилась в ладонь и из рукава сюртука спустился длинный хвост — трость стукнула о мостовую.

Прохожих почти не было. Холодный ветер заставил Вальтера поёжиться и поплотнее запахнуть плащ. Что-то смутное и тревожное не давало покоя. Пройдя несколько кварталов, он заметил брум. Извозчик дремал на козлах, уткнувшись в высокий воротник старенького пальто.

Проснувшись от свиста, кучер тронул вожжи, пегая лошадка нехотя потрусила к клиенту. Внутри брума было тепло. Откинувшись на сиденье, Вальтер посмотрел в окно.

Начинался дождь и по крыше застучали первые капли. Тонкие водяные мазки выводили узоры на грязном стекле. Мысли о Джессике не покидали изобретателя, на душе было неспокойно. Не выдержав бездействия, Вальтер вышел за пару кварталов до дома и, расплатившись с кучером, устремился вверх по улице.

Дождь усилился, загнав жителей Лондона под крыши. Грязные потоки воды бежали навстречу, увлекая за собой пыль и грязь Вест-Энда. Сумерки быстро сгущались, ночь наплывала на город. Вальтер ускорил шаг, а затем перешел на бег.

Выскочив из-за угла здания, учёный резко остановился. Уличные фонари не горели, слабый свет окон окрестных домов еле достигал мостовой. У его особняка стоял черный угловатый кэб, без кучера и лошадей. Вальтер насторожился, раньше он не видел подобных повозок на улицах. Из длинной трубы, расположенной на месте, где должен сидеть кучер, валил пар.

Мимо проехал кларенс с веселыми пассажирами. Дождь размеренно отстукивал секунды. Дверь подъезда была приоткрыта. В окнах первого этажа, там, где располагался рабочий кабинет, в голубоватом свете лампы, как в театре теней передвигались три силуэта. Вальтер сжал набалдашник трости, змея мягко повисла в руке. Изобретатель осторожно двинулся в сторону открытой двери и дважды коротко свистнул.

Шум дождя заглушил свист, но та, кому предназначалась команда, открыла глаза, цвета мёда. Салли проснулась, навострив металлические уши, прислушалась к звукам дома. Втянув носом воздух, кошка направилась в сторону постороннего запаха. Резиновые подушечки лап позволяли ходить ей совершенно бесшумно. Глаза с датчиками движения зажужжали, настраиваясь на темноту.

Вальтер притаился у входа. Голубой свет исчез, значит, грабители вышли из кабинета, и тут же в подтверждение его догадки раздалась грубая мужская брань. Кто-то встретился с его охранницей. Чёрный силуэт вывалился из двери на дорожку, вымощенную белым кирпичом. Недолго думая, ученый метнул в него змею. Стремительно преодолев разделяющее их расстояние, серебряная смерть упала вору на спину и устремилась к шее.

— Ты заплатишь за это, стерва! Я убью вначале твое отродье, а потом тебя, ирландская тварь! — грубую брань приглушил дождь.

В особняке раздался выстрел. Из дверей выскочил второй грабитель, более мелкий и худой, но, споткнувшись о корчившееся на дорожке тело, покатился по газону. Третий, самый крупный грабитель вышел спиной вперёд, целясь вглубь холла. В темноте блеснули жёлтые глаза, раздался выстрел, и мужчина в чёрном костюме пригнулся. Салли пролетела над его головой и мягко приземлившись, резко развернулась, показав титановые клыки.

Первый грабитель захрипел, схватившись за горло, глаза налились кровью, змеиные объятия плотно стягивали шею. А Вальтер, дождавшись пока крепыш начнёт разгибаться, нанёс ему резкий удар снизу в челюсть. Голова мужчины откинулась назад, и он кулем рухнул на мокрую траву. Чертеж подводной лодки выпал из ослабевших пальцев, открыв дождю сокровенные тайны создания.

В это же время кошка прыгнула на грудь, шевелящегося мелкого грабителя, распластав его по земле. Тот по-женски ойкнул, закрывая лицо руками.

— Фу! — крикнул изобретатель. — Салли, нельзя!

Кошка, не переставая скалиться, нехотя отступила. Смутная догадка вспыхнула в голове Вальтера, он присел и осторожно убрал руки худощавого воришки с писклявым голосом и обомлел. На него удивленно смотрела Джессика. Они не виделись почти четыре года, и не нужно было слов, чтобы понять, что эти двое любят друг друга.

Раздался выстрел, и Джессика закричала. Салли резко прыгнула и мощные челюсти сомкнулись на жилистой шее крепыша. Изобретатель, покачнувшись, схватился за грудь и опрокинулся на спину. Алая жизнь, смешиваясь с дождём, потекла по дорожке. Учёный посмотрел в черное небо, крупные капли медленно падали с высоты. Лицо Джессики склонилось над ним, закрыв собой весь мир. Вальтер счастливо улыбнулся и закрыл глаза.

— Нет! Только не умирай! — подхватив любимого под руки, девушка поволокла обмякшее тело в сторону, стоявшего на мостовой кэба.

Кошка, расправившись с убийцей, подскочила к хозяину и, схватив зубами за сюртук, помогла Джессике. Вдвоем, они затащили бесчувственное тело в салон испускающего пар агрегата. Девушка села за руль и нажала педаль, кэб заурчал, дернулся и медленно тронулся с места. Железная кошка устроилась рядом с создателем. Окровавленный сюртук зашевелился, на грудь Вальтера выползла змейка. Свернувшись колечком, она замерла, рубиновые глазки потускнели.

Джессика давила педаль пара в пол, кэб ревел, разрезая дождливую ночь железным телом, направляясь в район Смитфилда. Прошло много томительных минут прежде, чем вдалеке показались огни госпиталя Святого Варфоломея. Подъехав к воротам, девушка бросилась внутрь, на поиски самого лучшего врача. Ей несказанно повезло, Уильям Страйкер сегодня заступил на дежурство. Высокий, подтянутый, русоволосый, с модными бакенбардами и добрыми серыми глазами — он создавал впечатление уверенности и надёжности.

— Умоляю, помогите! — из изумрудных глаз брызнули слёзы.

— Что случилось? — Уильям не понимал, чего от него хочет незнакомка. Вода стекала с её плаща, образуя грязную лужу.

— Он там, — Джессика устремилась к выходу. — Вальтер Диксон истекает кровью. Прошу вас, помогите!

Страйкер, не раздумывая, бросился за девушкой, по пути окликнув пару санитаров. Дождь стих. На умытом небе улыбался молодой месяц, подмигивая посвежевшими звёздами. Подбежав к кэбу, Уильям резко открыл дверь. На него смотрели две пары глаз — змея и кошка были готовы защищать создателя.

— Тихо-тихо, — проговорил хирург. — Это я, Уильям.

Узнав врача по голосу, механические звери успокоились, дав ему осмотреть бездвижного хозяина. Синие губы, заострившиеся черты лица и тяжёлый хрип — Страйкер сразу понял, что спасти друга не возможно.

— Если бы у нас было то сердце, — прошептал он.

— Что вы сказали? — Джессика, схватила Уильяма за руку. — Про какое сердце вы говорите?

— Про механическое. Не обращайте внимания. Такого сердца больше нет.

Девушка замерла на секунду, а затем твёрдо произнесла:

— Есть. У меня есть!

Страйкер посмотрел с непониманием. Тяжёлые складки разрезали высокий лоб, мысли медленно подводили его к невозможному ответу.

— Не может этого быть! — воскликнул он. — Та девочка умерла много лет назад.

— Это не так. Я жива и готова отдать ему своё сердце!

— Но, тогда вы умрёте.

— Это не важно. Прошу вас, спасите Вальтера. Я всё равно не смогу жить без него. И… у меня чахотка. Я не проживу и пары недель, — в подтверждение девушка закашлялась.

— Несите его в операционную, — уверенность вернулась к Уильяму, и он твёрдым шагом направился к старейшему зданию города.

— Сэр Страйкер, — окликнула доктора девушка.

Мужчина остановился в ожидании.

— У меня есть к вам последняя просьба, — голос Джессики дрожал.

— Слушаю вас внимательно.

— Пожалуйста, позаботьтесь о моей дочери… о нашей с Вальтером дочери. Её держат в грязном приюте Молдона, под Челмсфордом. Она не должна там оставаться.

— Я обещаю, — Уильям подошёл к девушке, и, взяв её холодные пальчики в свои большие ладони, нежно сжал их. — Я обещаю, что позабочусь о ней!

Вальтер с трудом открыл глаза, каждый вдох отдавался болью в груди. Повернув голову, он попытался осмотреться и тут же зажмурился, незнакомая комната кружилась.

— Вальтер, — Уильям теребил друга за руку. — Просыпайся, засоня, хватит спать.

Сэр Диксон поморщился и разлепил воспаленные веки. Распухший язык еле ворочался, очень хотелось пить. Он не понимал, чему так радуется Уильям.

— Поднимайся, — уверенными чёткими движениями Сэр Страйкер помог Вальтеру приподняться и поправил жёсткую подушку. А затем, будто прочитав мысли, протянул стакан с водой.

Голова кружилась, руки плохо слушались, и вода расплескивалась. Уильям ещё шире улыбнулся и, отобрав стакан, напоил обессилившего друга.

— Где я? — прохрипел Вальтер. — И где Джессика?

— Ты у меня, до полнейшего выздоровления. И без возражений. Тебе сейчас требуется полнейший покой и соответствующий уход, — хирург проигнорировал щекотливый вопрос. — Кстати, к тебе посетители.

— Салли, Кэйтлин, заходите!

В проёме дверей показалась огромная голова кошки. Глаза животного зажужжали, фокусируясь на хозяине, послышалось довольное урчание. Салли втекла в комнату. На её широкой спине сидела маленькая девочка, лет трёх, с огненно-рыжими непослушными волосами. Змейка свисала с её шеи.

Подойдя, механическое животное положило голову на кровать, уткнувшись носом в руку. Вальтер не понимал, что происходит. Девочка с детской непосредственностью рассматривала изобретателя, такими же синими, как у него глазами.

— Знакомься, Вальтер. Это твоя дочь, Кэйтлин, — хирург сделал паузу, наслаждаясь произведенным эффектом.

Учёный был удивлён и обескуражен. Он попытался осмыслить услышанное, но в голове гудело, а комната кружилась, переливаясь ядовитыми красками.

— Узнав о том, кто ты и то, что ты очень богат, мадам Жу-Жу решила поживиться на твоём увлечении. А узнав, что Джессика беременна от тебя, спрятала её в пригороде Лондона, у своих друзей, надеясь в будущем, когда ребёнок подрастёт, получить с тебя двойную плату.

Друзья мадам Жу-Жу были профессиональными ворами и брались за самые сложные дела. Так они и оказались в твоём доме, получив заказ на изобретение для королевы, а Джессику прихватили для страховки.

— А где сама Джессика? — в голове учёного складывалась мутная картинка. — Почему она не пришла?

— Вальтер, — Уильям неуверенно потер руки и опустил глаза в пол. — Джессики больше нет.

— Как нет? — голос мужчины предательски дрогнул. Он переводил взгляд то на Уильяма, то на ребёнка.

— Дядя Стлайкел сказал, что мамочка очень тебя любила и подалила тебе своё селдце, а затем улетела на небо к ангелам, — Кейтлин спустилась со спины Салли и, подойдя к Вальтеру, обняла его. — А ещё он сказал, что ты очень холоший и будешь любить меня. И я тоже буду тебя любить, папочка. Ты научишь меня делать таких звелюшек?

Вальтер неуверенно обнял ребёнка. Это была его дочь, это была частичка Джессики, это было его лучшее произведение, которое появляется от большой любви. Он крепче обнял Кэйтлин и зажмурился, пытаясь удержать подступающие слёзы.

— Я буду тебя любить, солнышко! И обязательно научу тебя делать разных зверюшек.