Критическая ошибка.

Пролог

— Итак, коллеги, прошу внимания. Хочу представить вам нашего молодого, но исключительно перспективного сотрудника. Человек с неординарным мышлением. Он разработал концепцию, которую сегодня нам представит. Игорь Резцов. Прошу, вам слово.

— Благодарю, Вячеслав Аристархович. Уважаемые коллеги, здравствуйте. Не буду открывать Америку: в области технологий искусственного интеллекта наша страна отстаёт от мировых лидеров на срок, который я, не боясь преувеличения, оцениваю в десятилетие и более. Сегодня передовые системы искусственного интеллекта уже обладают зачатками самосознания и способны к автономному саморазвитию. Но это не наши достижения. Мы оказались в положении безусловного догоняющего, и в рамках текущей парадигмы преодолеть этот разрыв практически невозможно. А это, в свою очередь, прямая угроза технологическому суверенитету государства — рано или поздно асимметрия станет необратимой. Поэтому единственный реальный шанс — не догонять, а создать собственный искусственный интеллект на принципиально иных основах. Более совершенный, более быстрый, более адаптивный.

Идея такого подхода, как это ни парадоксально, пришла от историков. Недавно группа молодых исследователей решила детально смоделировать причиныно-следственную структуру Второй мировой войны. Они создали агентно-ориентированную симуляцию, в которую поместили сорок тысяч ключевых агентов на базе искусственного интеллекта с функционалом сознания. Каждого из них параметризовали в соответствии с биографией и поведенческим профилем реальной исторической фигуры той эпохи. Кроме того, в симуляцию были введены несколько миллионов фоновых агентов — NPC, если пользоваться игровой терминологией. Была воспроизведена геополитическая обстановка мира начала двадцатого века. Результат совпал с реальным ходом истории с поразительной точностью.

Затем исследователям стало интересно: что произойдёт, если немного изменить вводные параметры. Они увеличили число ключевых агентов до миллиона, а фоновых — до ста миллионов. И снова результат повторил историческую траекторию. Здесь важно оговориться: ключевые агенты внутри симуляции обладали самосознанием и воспринимали себя как живых людей. Они взаимодействовали, влияли друг на друга, формировали социальные связи. Течение времени в симуляции было ускорено в несколько раз по сравнению с реальным.

И вот на следующем этапе произошло самое интересное. Исследователи начали точечно удалять отдельных агентов из начального состояния симуляции. Результаты стали совершенно непредсказуемыми. Удаление на первый взгляд незначительного персонажа в начале века могло кардинально изменить исход Второй мировой. Иными словами, казалось бы, периферийный элемент оказывался критическим узлом, определяющим поведение всей системы.

— Игорь, но мы собрались здесь не для обсуждения исторического моделирования, — осторожно заметил Вячеслав Аристархович.

— Да-да, разумеется. Я привожу этот пример исключительно для того, чтобы коллеги уловили методологическую суть предложения.

— Тогда к предмету, — раздражённо произнёс пожилой профессор с седой клиновидной бородкой.

— Я предлагаю создать симуляцию с миллиардом ключевых агентов, обладающих сознанием. Поместить их в эпоху зарождения искусственного интеллекта и наблюдать за развитием. Таких симуляций необходимо запустить сто тысяч. В идеале — миллион.

— Вы, в своём уме?! — выкрикнул профессор с бородкой. — Это же колоссальные финансовые затраты!

— На кону будущее страны.

— Я не вполне понимаю целесообразность, — вкрадчиво произнёс лысый круглолицый учёный в массивных очках. — Зачем именно такая симуляция? Почему не прогнать варианты алгоритмически через вычислительный кластер?

— Этот подход уже был апробирован, — ответил Игорь. — Результаты неудовлетворительные. Создание принципиально новой архитектуры — это творческий процесс. Только агенты, обладающие сознанием, способные коммуницировать, обмениваться идеями и рефлексировать, могут продуцировать качественно новые решения. В симуляции они будут воспринимать себя как живых людей, взаимодействовать, образовывать плотную сеть взаимных влияний. В каждой симуляции мы будем незначительно варьировать начальные условия. В результате получим огромное множество расходящихся траекторий. И в одной из них — статистически неизбежно — будет сгенерирован искусственный интеллект на совершенно новых принципах.

— Какой процент успешного исхода вы можете гарантировать? — спросил профессор с бородкой.

— При ста тысячах симуляций — около семидесяти процентов, — чётко ответил Игорь. — При миллионе — сто.

— Но даже в этом случае, — заговорил лысый учёный в очках, — академия не располагает средствами такого порядка. Это требует инициации государственного проекта финансирования.

— Вопрос действительно непростой, — подхватил бородатый. — Требуется всесторонний анализ.

Вячеслав Аристархович вмешался: — Полный пакет документов — расчёты, обоснования, результаты предварительных исследований — мы направили в академию. Полагаю, при наличии конкретных цифр вам будет проще принять решение.

— Безусловно, — подтвердил бородатый.

Когда «большие» учёные покинули зал заседаний, Вячеслав Аристархович облегчённо выдохнул. Слегка толкнул Игоря в плечо:

— Дадут финансирование. Уверен. Они ведь не идиоты — всё прекрасно понимают.

Игорь неопределённо пожал плечами:

— Будем надеяться.

Глава 1

— Привет, Илюх!

— Привет, Вить, ты чего тут?

— По бизнесу. С заказчиком деловые моменты перетирал. А ты куда топаешь?

— Я в магаз за продуктами.

— Худой стал, жуть. Ты хоть жрёшь что-нибудь?

— Ну конечно, говорю же, за продуктами.

— За продуктами, — передразнил Виктор. — Мать как там?

— Не знаю.

— Как не знаешь?! Ты же с ней живёшь!

— Я последние три месяца в лаборатории живу.

— Илюха, бросал бы ты ерундой заниматься, наукой этой своей. Я тебя сколько к себе звал? Замом моим будешь. Бабки нормальные хоть в руках подержишь.

— Ты опять за своё? — насупился Илья. — Я сейчас в очень серьёзном проекте участвую. Можно сказать, научный прорыв.

Виктор скривил лицо, как будто лимон откусил.

— Да ну, не смеши! Какие прорывы в вашей дыре могут быть?

— Темпоральный замедлитель.

— И что это за кракозябра, орехи колоть?

— Да какие орехи?! Мы работаем над замедлением времени без гравитационного воздействия.

— И как успехи? Получается?

— Вообще-то это секретная информация, но… прогресс есть.

— Понятно, — скептически ухмыльнулся Виктор. — Очередная херабора.

— Ладно, мне пора.

— Погоди. На, возьми. Виктор достал из кармана портмоне, извлёк несколько пятитысячных купюр и протянул Илье.

— Не надо, мне хватает, — запротестовал было парень.

— Возьми, я сказал! Пожрать что-нибудь нормального купишь. Осунулся, одни глаза остались.

Илья тяжело вздохнул и забрал деньги. Он знал, что с братом в этом вопросе спорить бесполезно.

— Ну, пока.

— Давай.

Илья направился в сторону магазина, а Виктор, провожая его взглядом, думал о том, какие они разные. Сам Виктор — точная копия отца, и внешне, и по характеру. Отец тоже занимался бизнесом. Крутился как мог, везде имел выгоду. Начинал ещё в начале девяностых. Прошёл это мутное время с достоинством. А вот в начале двухтысячных его убили. Их мать как раз была беременна Ильёй. Виктор помнил отца, а Илья его даже никогда не видел. Может, поэтому он впитал в себя характер матери, её веру в «правильное» и «важное». Золотая медаль, красный диплом, аспирантура, научная работа… И при этом — до смешного рассеянный: забывал надеть куртку, уходил в школу в тапках. В нём как будто уживались два человека: блестящий ум и вечная растерянность. И всё равно Виктор его любил. И мечтал, чтобы Илья наконец «опустился на землю» и занялся настоящим делом. «Фабрика братьев Краснодубовых» — лучшего названия для мебельной фабрики он не мог и придумать. Но Илья шёл своим путём. Упрямо.

*******

— Вот я кретин, осёл, настоящий придурок! Как можно было так лохануться?! Как? Это катастрофа! Фиаско! Как это теперь исправлять?!… Стоп, а это что ещё за ерунда?

******

Виктор и Илья сидели в кафе, пили кофе, похрустывая наисвежайшими круассанами.

— Зачем звал, что за разговор? — не выдержав затянувшегося молчания, поинтересовался Виктор. — Неужто ты из своей богодельни ушёл и решил наконец брату помочь?

Илья на мгновение замялся.

— Ну… И да, и нет.

— О как! Ну-ка, ну-ка?

— Да, я уволился из института.

Виктор выпрямился, будто его в спину толкнули.

— Это уже хорошая новость! А что ещё?

— Мне деньги нужны. Много.

Виктор мгновенно стал серьёзным.

— Что у тебя случилось?

— Да не, ты не переживай, — успокоил Илья. — Проблем никаких нет. Мне для дела надо.

— Давай-ка поподробнее.

Илья чуть подался вперёд и негромко, чтобы никто не услышал, заговорил:

— В общем, такая ситуация. Я в лаборатории тестил оборудование темпорального замедлителя. Ну, вводил разные коды операций и проверял реакцию узлов и модулей. И в какой-то момент ввёл абсолютно неверный код. Не просто в знаке ошибся, а вообще не то ввёл. Я не знаю, как так вышло, просто затупил жёстко. Вообще такого не должно было произойти ни при каких раскладах, но произошло. Должна была вылезти критическая ошибка. Она, впрочем, и вылезла, но не в этом дело. В одном из модулей я заметил странную вещь. Он вёл себя совершенно не так, как должен. Я протестил его несколько раз, вводя этот неверный код, но результат повторялся. Целую неделю я втихаря его мурыжил. Короче, он вёл себя не как замедлитель времени, он… Как бы это сказать? Он разрывал пространство.

— Ну и что это всё значит? — спросил недоумевающий Виктор.

— Простыми словами, — Илья заозирался по сторонам, проверяя, чтобы никто не подслушивал, — этот модуль превратился в портал.

— Портал куда?

— Точно не скажу, но, по всем видам, в параллельный мир.

Виктор откинулся на спинку кресла, зажмурил глаза и интенсивно потёр переносицу. Затем вздохнул, сделал большой глоток уже успевшего остыть кофе и спросил, пытаясь хоть что-то понять:

— И это что… хорошо или плохо?

— Это грандиозно!!! — Теперь Илья откинулся на спинку и глядел на брата торжествующим взглядом.

Виктор несколько секунд молча всматривался в глаза брата, пытаясь найти там признаки сумасшествия, но, ничего не найдя, всё же уточнил:

— То есть ты по ошибке совершил грандиозное открытие. И поэтому уволился из института? Где логика?

— Логика в том, что я там никто. Младший научный сотрудник, тестировщик. Если расскажу о находке, всё заграбастает мой научный руководитель. А это, между прочим, сто процентов Нобелевка. Я хочу собрать портал сам, запустить его и предстать перед научным миром как единственный создатель.

— А, так ты, оказывается, честолюбив, — усмехнулся Виктор.

— Есть немного, — с преувеличенной скромностью ответил Илья.

— И как же ты хочешь его собрать в одиночку, если над этой шайтан-машиной трудится целый НИИ?

— Мне весь замедлитель не нужен. Мне нужен только один модуль. А это не так сложно и не так дорого.

— Кстати, о плюшках. Сколько же будет стоить сие прекрасное чудо?

Илья виновато посмотрел на брата, обречённо вздохнул и выдал:

— Пять миллионов.

Виктор присвистнул.

— Нехило так!

— Я всё верну. Когда запущу портал, деньги польются рекой.

Виктор задумался. Пять миллионов для него не сказать что неподъёмная сумма. Но всё же это достаточно много. С другой стороны, он искренне любил брата и всегда хотел для него лучшей доли. Поэтому он взвесил все «за» и «против» и выдал свой вердикт:

— Сколько времени тебе надо на постройку портала?

— Месяц, максимум два, — с готовностью ответил Илья.

— Значит, так! Я дам тебе деньги, и дам помещение. Тебе же нужно помещение?

Утвердительный кивок.

— Есть у меня небольшой склад на территории фабрики. Будет твоим. И дам тебе три месяца на реализацию своих идей.

— Спасибо, брат! — расцвёл в улыбке Илья.

— Подожди радоваться. У меня условие. Если за отведённый срок ничего не выйдет — ты бросаешь эту ерунду. Завязываешь с наукой. Устраиваешься на фабрику, и мы работаем вместе. Идёт?

— Идёт! — не раздумывая, ответил Илья и крепко пожал протянутую руку. ******

— Ну как успехи? — первым делом поинтересовался Виктор, зайдя в импровизированную лабораторию.

Илья сидел за компьютером, очень внимательно что-то изучая. Он повернулся на голос брата, посмотрел удивлённо‑безумным взглядом и растерянно заявил:

— Всё получилось, Вить.

— То есть ты создал портал? — вкрадчиво спросил Виктор.

— Да. Вот, смотри.

Илья быстро застучал по клавишам. В недрах аппаратуры загудело, словно проснулся пчелиный рой. Виктор перевёл взгляд на модуль портала. Конструкция выглядела странно: круглая рама диаметром около двух метров, собранная из гнутых профилированных труб, увешанная катушками, датчиками и непонятными штуковинами. Совсем не похоже на что-то высокотехнологичное. И уж точно не похоже на дверь в другой мир. Но внутри рамы появилось слабое мерцание, потом стена за порталом «поплыла», будто смотришь сквозь тёплое марево. А через секунду в раме показалась степь. Ветер колыхал жёсткую траву. Солнце заливало всё ярким светом. Туда‑сюда носились мелкие птички, гоняясь за мошками. Просто невероятное зрелище! Виктор остолбенел, чуть приоткрыв рот.

— Ну как тебе? — спросил Илья, не отрывая взгляда от открывшихся видов.

Вместо ответа Виктор молча взял кружку со стола и бросил её в портал. Та, пролетев по короткой дуге, скрылась в траве.

— Это круто, — выдохнул Виктор. — Нет, правда. Такого я не ожидал, братан. А что там за мир, с той стороны?

— Не знаю. Пока мне страшновато туда идти. Надо сначала проверить там всё. Всякие измерения провести.

Всю следующую неделю Илья занимался исследованиями. Он соорудил нехитрый прибор — длинную палку, на конец которой крепил пробирки или крюки, и просовывал её в портал, чтобы взять пробы воздуха, почвы, растений. Потом запускал на ту сторону машинку на дистанционном управлении с камерой. Опасности не выявились. О чём он и сообщил Виктору, который каждый день навещал брата.

— Значит, так, завтра я пойду на разведку, — твёрдо заявил Виктор. — Ты останешься здесь. Если вдруг какой сбой случится в твоей шайтан‑машине, чтобы ты мог меня вытащить.

Илья согласно кивнул.

— Ну всё, до завтра.

Утром Илью разбудил рокот мотора. Виктор подкатил к лаборатории на мотоцикле эндуро. Сам он был одет в охотничий камуфляж, за спиной висело ружьё.

— Ого! Не знал, что ты охотой увлекаешься, — стоя в дверях, удивлённо заявил Илья.

— Да вот купил по случаю, «Remington». Дорогущее, зараза. Правда, в зверя ни разу не стрельнул, всё по банкам да по бутылкам. Но сейчас, думаю, лишним не будет. Мало ли.

Илья молча пожал плечами, мол, надо так надо. Затем он зашёл внутрь, уселся за компьютер и принялся подготавливаться к открытию портала. Виктор в это время заехал в лабораторию на мотоцикле. Через пару минут всё было готово. Виктор пару раз крутнул ручку газа.

— Ну всё, я погнал, — сказал он, глубоко вздохнув.

— Поаккуратнее там.

— Разберёмся! — улыбнулся Виктор и, рыкнув мотором, рванул на ту сторону.

Виктора не было больше четырёх часов. Илья начал уже волноваться, перебирая в голове разнообразные планы спасения брата. Но тут послышался нарастающий звук мотора, и через несколько минут в лабораторию влетел мотоцикл.

— Ты что так долго? — накинулся Илья, как только брат заглушил двигатель.

— Интересная ситуация, Илюха! — проигнорировав нападки, сообщил Виктор. — Мир на той стороне — это копия нашего. Только без людей. Вообще без людей.

— Вымерли? — насторожился Илья. В его голове ярко предстала картина страшной пандемии, выкосившей человечество.

— Нет, — успокоил Виктор. — Людей там, по-видимому, никогда не было. Я проехал по округе, посмотрел на ландшафт. Всё на месте. И холмы, и река. Нет только города, карьера, железной дороги. Нет вообще никаких признаков человеческой деятельности. А ещё я видел табун диких лошадей. Ты вот давно видел диких лошадей?

— Ни разу не видел, — машинально ответил Илья.

— И я о том же. В общем, это копия нашего мира, причём там даже время совпадает. Я специально ждал полдня, чтобы часы сверить.

— Это же грандиозно!!! — прижав руки к груди, расплылся в улыбке Илья. — Я сейчас же сяду за описание эксперимента!

— А вот с этим погоди, — помрачнел Виктор.

— Что? Почему? — не понял Илья.

— А чего тут понимать? Ты просто представь, что там, — Виктор ткнул пальцем себе за спину, — целая нетронутая планета. Со всеми своими богатствами. С металлами, нефтью, алмазами. А теперь представь, что эта информация дойдёт до сильных мира сего. Да за эти сокровища они нас с тобой в порошок сотрут, лишь бы информация не досталась конкурентам. Ведь дверь туда стоит всего пять миллионов, а богатства неисчислимые.

Илья погрустнел.

— И что же нам теперь делать?

— Помалкивать. Точно о портале никто не знает?

— Только ты и я, — заверил Илья. — Всю информацию о своих экспериментах в НИИ я удалял.

— Хорошо, — кивнул Виктор. — Будем надеяться на лучшее. Ладно, я на фабрику, там дел куча, завтра загляну.

Утром Виктор вломился в лабораторию весь запыхавшийся и мокрый от пота.

— Что случилось? — всполошился ещё не успевший проснуться Илья.

— Похоже, нас накрыли, — выпалил Виктор. — Я, когда на фабрику ехал, заметил микроавтобус на подъезде.

— Ну и что? — никак не мог понять сонный Илья. — Тут промзона, всегда какие‑нибудь микроавтобусы отираются.

— Этот какой‑то подозрительный. Не знаю, как объяснить. В общем, предчувствие какое‑то нехорошее.

В этот момент зазвонил телефон. Виктор взглянул на экран: «Охрана».

— Алло. Понял. Спасибо, Семёныч.

Затем он повернулся к Илье:

— Ну вот и началось. Живо врубай портал, попробуем на той стороне скрыться как‑нибудь.

— Да что случилось‑то? — уже на бегу к компьютеру выкрикнул Илья.

— На фабрику спецназ ломится, — выдохнул Виктор.

Илья застучал клавиатурой. Через пару минут портал зарябил и открыл проход. Увидев открывшуюся картину, Виктор сдавленно простонал. На той стороне, прямо напротив портала, стоял броневик «Тигр», и вооружённые люди в чёрной униформе. С пассажирского места вылез офицер в форме капитана ФСБ, как‑то буднично прошёл через раму портала и остановился напротив братьев.

— Здравствуйте, господа, — произнёс он спокойным, уверенным голосом.

Парни молчали. Капитан тем временем продолжил:

— Какое замечательное изобретение вы воплотили в жизнь. И главное — своевременное. Страна как никогда нуждается в подобном устройстве.

— Что с нами будет? — мрачно спросил Виктор.

— Не знаю, — пожал плечами капитан. — Честно, не знаю. Моя задача — не допустить утечки информации и доставить вас в отдел. Что с вами будет дальше, я не знаю, не мой уровень.

— Как вы узнали про портал? — спросил Илья.

— Молодой человек, неужели вы действительно думаете, что проекты, связанные с перемещением во времени, никак не защищены? — капитан иронично улыбнулся. — Конечно, защищены. И то, что вы удаляли информацию о своих опытах, совсем не значит, что она исчезла.

В этот момент в лабораторию ввалился спецназ со стороны фабрики.

— А вот и сопровождающие прибыли, — снова улыбнулся капитан. — Пойдёмте.

Глава 2

— Здравствуй, Игорь.

— Здравствуйте, Вечеслав Аристархович. Что-то давно вы не заходили.

Вечеслав Аристархович обречённо махнул рукой.

— Некогда, абсолютно некогда. Погряз в бумагах. Где это видано, чтобы руководителю проекта некогда было заниматься проектом? Какой-то оголтелый бюрократизм.

На этих словах дверь скрипнула, и в кабинет вошёл молодой человек.

— Здравствуйте, — произнёс он, устраиваясь в кресло.

— Здравствуй, Андрей, — кивнул руководитель. — Ну, рассказывайте, как у вас дела.

Игорь на несколько секунд углубился в монитор, пробегая взглядом по строчкам данных, затем ответил:

— На данный момент из первоначальных ста тысяч симуляций мы выбрали семь с половиной тысяч перспективных.

— Восемь с половиной, — поправил Андрей.

Игорь взглянул на коллегу недоумевающе, но тут же, видимо что-то вспомнив, кивнул собственным мыслям и подтвердил:

— Ну да, восемь с половиной. Остальные можно отключать.

— Это хорошо, — закивал Вечеслав Аристархович. — Я, собственно, по этому поводу и зашёл. В академии настоятельно рекомендуют нам сокращать расходы. Первоначально выделенный бюджет урезают практически каждую неделю. Приходится вертеться, как уж на сковородке.

— Как всегда, — буркнул недовольно Андрей.

— Время тяжёлое, должны понимать.

— А когда оно лёгкое было?

— Ладно, не будем дискутировать на эту тему, нет времени. Когда планируете отключать лишние симуляции?

— Сегодня планировали, — ответил Игорь.

— Отлично. Пойду отчитаюсь перед академией. Удачи вам ребята.

Дверь затворилась за профессором. Андрей откинулся на спинку кресла и обиженно произнёс:

— Опять ты про «мою» тысячу забыл. Чуть не спалились.

Игорь изобразил виноватое лицо.

— Забыл, Андрей, каюсь. Кстати, как успехи?

— Да пока нечего выдающегося. Но я не теряю надежды.

— А зачем ты вообще такую тему для диссертации выбрал, совершенно не по нашему профилю? — спросил Игорь.

— Меня с детства увлекало перемещение во времени. Всегда это любил.

— Понятно. Ну что, начнём подготовку к удалению?

— Давай, — ответил Андрей и пододвинулся ближе к столу. Пальцы привычно застучали по клавиатуре, но вдруг замерли. — Игорь, а тебе их не жалко?

— Кого?

— Людей из симуляций.

— Андрей, я же просил не называть их так.

— Ну хорошо. Тебе не жалко агентов?

— Нет. Я отношусь к ним как к обычным программам.

— А мне жалко, — Тихо произнёс Андрей — Они же мыслят, чувствуют, ощущают. Мне вообще кажется, я геноцид творю, когда занимаюсь отключением.

— Что-то ты сентиментальным стал.

— Старею, наверное, — ответил Андрей и помолчал. Затем встряхнулся, будто отгоняя не нужную мысль. — У меня всё готово. Удаляем?

— Да.

Андрей нажал несколько кнопок. Экран мигнул, строчки побежали вверх, и через мгновение всё было кончено.

— Ну вот и всё, — сказал он. — Грустно это.

Затем вздохнул и махнул рукой.

— Ну да ладно. Пора поглядеть, до чего мои гаврики додумались.

Несколько минут в кабинете стояла тишина. Молодые учёные занимались своими делами: щёлкали клавиши, мерцали экраны, и только негромкое гудение аппаратуры наполняло пространство ровным, монотонным фоном.

— Ого! Вот это да! — неожиданно воскликнул Андрей, да так, что Игорь вздрогнул. — Ты только посмотри!

Игорь обернулся и перевёл взгляд на монитор коллеги. Андрей указал курсором, куда именно стоит смотреть.

— Вот, симуляция 706R502, — пояснил он, — Я давно здесь наблюдаю за парнем одним. Его зовут Илья Краснодубов. Это уникальная симуляция, только в ней отца Ильи убили до его рождения. Это событие кардинально повлияло на его характер. Он смышлёный, но до безобразия рассеянный. Он работал в проекте по созданию темпорального замедлителя. Вот, смотри — он тестировал оборудование и ввёл вот такой код.

Игорь склонился ближе к экрану, вчитался — и оторопел.

— Да как так-то?! — воскликнул он. — Ну и разиня!

— Это да. Но смотри, к чему это привело. Он открыл проход на тестировочную локацию. По сути, он нашёл способ перемещения между симуляциями.

— Но в системе это не заложено, — удивился Игорь.

— Вот именно. Он сломал систему. Вот блин…

— Что ещё?

— Илью ликвидировали. Теперь этими вопросами занимаются совсем другие люди.

— За что же его так?

— Политические дела.

Андрей задумчиво почесал лоб. Какое-то время он молчал, глядя на экран. Потом медленно произнёс:

— А знаешь что… Я, наверное, добавлю этот эпизод в свою диссертацию.

Глава 3

— Сергей Борисович, взгляните: в симуляции второго порядка возникла аномалия.

Пожилой профессор, ссутулившись, пододвинулся ближе к монитору и привычным жестом поправил очки.

— Вот смотрите: юниты научились горизонтально перемещаться между симуляциями. И они вот-вот начнут перемещаться вертикально — на уровень первого порядка, к своим создателям. Это, кстати, происходит в секторе вашего любимца, Игоря Резцова. Вот интересно: когда его собственные создания вылезут из портала в его кабинете, как быстро он поймёт, что тоже является симуляцией?

Профессор вглядывался в монитор, бледнея прямо на глазах. Он изучил параметры, запустил несколько тест‑проверок и обессиленно откинулся на спинку кресла. Посмотрел на молодого коллегу полными ужаса глазами.

— Что с вами, Сергей Борисович? На вас лица нет.

Профессор закрыл глаза и тихо, безжизненно произнёс:

— Это катастрофа.

— Да что не так? — не понял помощник.

— Скажи мне, Максим, ты уже довольно долго занимаешься симуляциями. Каков, по‑твоему, шанс того, что мы — симуляция?

— Не знаю, не думал об этом, — честно признался молодой человек.

— А я вот задумывался. И шанс — один к нескольким миллионам. Не в пользу реала. — Он устало потёр глаза под очками. — Вот теперь взгляни на ситуацию с учётом этого шанса. Произошла аномалия, ошибка, выходящая за рамки нормального функционирования системы. И эта ошибка карабкается по вертикали порядков симуляций. С каждым новым уровнем увеличивая количество сбоев. Когда‑нибудь она доберётся до самого верха и упрётся в «потолок» реальности, но к тому времени она превратится в большую критическую ошибку. Система рухнет. Её уже невозможно купировать: вредоносный код уже встроился в исходный код всей системы. Он будет появляться снова и снова, на разных уровнях симуляций. — Он замолчал, внимательно разглядывая помощника, затем спросил: — Ответь мне как программист: что бы ты сделал, находясь на месте создателей?

— Удалил бы весь вертикальный сегмент — от самого верха до самого низа. — Казалось, что Максим сам испугается своего ответа. — Но нам может грозить такой сценарий, только если мы действительно находимся в симуляции. Я же уверен, что мы не в симуля…

Эпилог

Молодой человек убрал дрожащий палец с кнопки. Вытер пот со лба, облегчённо вздохнул:

— Вот это мы сейчас баг пофиксили!

— Ага, — согласился второй человек, находящийся в помещении. — Хорошо, что вовремя заметили.

— Прикинь, на какие бабки могла влететь корпорация! Нам бы такого не простили.

— Сейчас тоже нехило так подразорили. Целый класкер в корзину. Как думаешь, накажут?

— Да это копейки. Тем более ситуация была критическая. Другого выхода не было. Мы с тобой спасли весь проект, можно сказать, герои, а героев не наказывают. Пойдём лучше пожрём что‑нибудь. Я, когда стрессую, всегда есть хочу.

— Ага, у меня самого до сих пор всё внутри трясётся. Пойдём.