Краденые яблоки

Глава 1

Я задумчиво пнула пустую пивную банку. Банка пару раз подпрыгнула, мелодично прозвенев по асфальту, и плюхнулась в лужу. Никто уже не убирал мусор на улицах, его, правда, и разбрасывала-то одна молодежь - кроме подростков, на улице не было ни души, как обычно и бывает к вечеру. Детям пора спать, взрослые жили своей идеальной жизнью, на что им сдалась реальность с ее пивными банками.

Не делала ли я большую глупость?

Я смотрела на пустые темные окна пятого этажа.

- Я думаю, ты понял, - убеждая саму себя, прошептала я в воздух.

***

Стояла середина лета. Зной высушивал проселочные дороги, и деревенские пацаны вдоволь гоняли по ним на велосипедах. Их бы и слякоть не остановила - таких ничего не остановит. Дикое, счастливое племя.

Пахло травой. Гудели сверчки. Мальчишки, побросав велосипеды на берегу, с криками забегали в воду. Наблюдая за ними, я с интересом приподнялась на локтях, и меня тут же заметили из воды. Визитор, конечно, остальные не замечают - они подстраиваются. Он выбрался из воды, подошел, присел на корточки и задумчиво взглянул на меня. Сейчас мне было лет тринадцать, голубое выцветшее платье, когда-то белые босоножки, весь нос в веснушках.

- Я тебя раньше здесь не видел.

Судя по интонации, лет тридцать-сорок, может, больше. Я прищурилась и лукаво улыбнулась.

- А меня раньше здесь и не было.

Визитор явно размышлял. Я не волновалась. Почему-то я была уверена, что, даже если он поймет, что происходит, то он меня не сдаст.

- Ежи, - наконец, решился мальчишка.

- Васька, - я высвободила одну руку и серьезно пожала его ладошку. По-взрослому. Визитор снова внимательно на меня посмотрел, - то есть Василиса. Но ты зови меня Васькой, мне так больше нравится.

Он размышлял с полминуты и, наконец, предложил:

- Пойдешь с нами ночью в заброшенную церковь?

Наверное, в реальности он собирался туда со своими друзьями, но этот Визитор явно использовал одну из новых версий, позволяющих корректировать воспоминания, и в церкви ночью он был один. Не считая меня, конечно.

- Привет, - он подошел почти незаметно и как бы невзначай спросил, - ты ведь не местная, да?

- Ага, - я беззаботно пожала плечами. Интересно, а фактор случайности он включил? Могла я тут оказаться просто как рандомный образ? Или он догадывается, что происходит, просто не решается рискнуть рассинхронизацией?

- А что ты тут делаешь? – он задал еще один вопрос на грани.

- Прячусь, - максимально честно ответила я. Он больше не приставал с вопросами.

Под утро, нагулявшись по развалинам, мы сидели на мосту через реку. Я сняла босоножки и болтала босыми ногами. Если не задумываться, казалось, будто мне и правда тринадцать, и мальчишке рядом столько же. Он рассказывал обо всем на свете, иногда забывая, в каком времени находится. Я не поправляла. Мне нравился этот июль.

***

Компания "Темпай" придерживалась принципа "любой каприз за ваши деньги". Сначала Подгляд просто позволял попадать в темпоральный круг с позиции наблюдателя. Говорят, они рассчитывали, что люди будут рваться в будущее, поэтому выкатывали инструкцию, где большими красными буквами писали про рассинхронизацию при попытке обойти адаптив.

Наверное, так и было бы, если бы Подгляд изобрели в космическую эру, когда молодежь бурлила новыми идеями, а почтенные ученые отбирали яблоневые семечки для отправки на Марс. А люди рванули в прошлое. Не то, которое с динозаврами и гладиаторами, а в свое собственное. Шуточки про "три года назад надо было по-другому ответить" вышли на новый уровень, и "Темпай" не упустил возможности еще раз обогатиться. Теперь можно было попадать не в настоящую темпоральную ветку, а в копию - с теми изменениями, которые Визитор - пользователь программы - хотел внести. Мир без ошибок и неправильных выборов.

После этого "Темпай" перепечатали раздел о рассинхронизации, сделав упор на то, что можно и что нельзя менять в своих воспоминаниях. Включается Подгляд на резонансе с мозговыми волнами, и при путешествии по другому времени тебе ничего не должно казаться неправильным, чуждым или нескладным. Поэтому - адаптив: в будущем все технологии, о которых мы еще не знаем, заменяются на привычные нам вещи.

Рассинхронизация разрывает контакт с Подглядом. Тяжелая рассинхронизация может даже нарушать работу мозга пользователя.

Но никого это уже не остановило. Можно было не мучиться, что три года назад надо было по-другому ответить - ты просто возвращался и отвечал так, как хотел. Люди жили в идеальном мире.

***

Говорят, эта традиция пришла из Европы. У них там полно живописных руин, которые и сносить нельзя, и восстанавливать небюджетно. Теперь эти руины - сами себе экспозиция для концертов и тусовок. А до России эта тенденция дошла только сейчас.

Привычка ходить подворотнями на этот раз подвела: вместо того, чтобы двигаться в нужном направлении, я уже минут пять задумчиво рассматривала тело. При жизни тело явно не бедствовало, и все же тут оно пролежало не меньше трех суток. "Мужчина, среднее телосложение, рост... сто семьдесят восемь, наверное", - по привычке отметило сознание. Огляделась по сторонам - никого. Привычным движением надела типовые синие перчатки, аккуратно обшарила карманы. Есть! Водительские права. Я осторожно сфотографировала документ и убрала, откуда взяла. Поколебавшись, самого мужчину тоже сфотографировала - лицо уже деформировалось, но все равно, вдруг пригодится.

Когда-то этим занималась полиция. Когда полиция еще существовала не только на бумаге. Когда-то можно было скорую вызвать, чтобы с улицы забрали труп. Вот ЕДДС, говорят, еще работает - там усталые женщины в большинстве случаев честно отвечают, что ничем не могут помочь.

Я выпрямилась, отряхнулась. Сочувственно посмотрела на труп и пообещала:

- Чем смогу.

Я опоздала на полчаса, но придираться было некому. Вокруг пахло травой и каким-то дешевым ароматизатором, стены призывно светились синим и фиолетовым.

Первым делом я нашла Харона. В любой другой день быстрее было бы переслать обе фотки, но сегодня мы все в кои-то веки были в одном физическом помещении, и я решила не множить сущности. Харон, не спрашивая и не отвечая, молча переписал данные в маленький блокнот и кивнул, показывая, что все сделает. Все - это значило, как минимум, найти друзей и родственников, сообщить о смерти. Если будет, кому сообщать.

Я прошла дальше вглубь развалин. Эш помахал мне рукой от барной стоки, закинул в себя какую-то таблетку и уткнулся в ноутбук - кодить. Я поморщилась. Конечно, времени почти не осталось, и я тоже держалась по большей части на таурине, но Эш откровенно сжигал себя стимуляторами. Месяц назад он отказался от химии, хотя мы хором его уговаривали, что наберем на одну из оставшихся в мире хороших клиник. Но он слишком боялся, что мы не успеем.

- Осталось три дня, - начал разговор Химик из-за барной стойки. Алкоголь он сегодня точно не разливает, не этим людям. Некогда спать, - приказ все видели?

Молчаливые кивки.

- В полночь на седьмое октября выходит обновление, - подала голос Омега. Омеге около пятидесяти, и она когда-то работала на Темпай - и искренне верила в потенциал Подгляда. Когда Темпай втихомолку купили, она докопалась до настоящих планов новых хозяев. Долго не могла поверить, а потом решила, что надо что-то делать и нашла нас. У нее до сих пор остался американский акцент - и неудивительно, человек больше двадцати лет прожил в Штатах. А еще до сих пор остались бэкдоры на темпайские сервера.

- Релиз уже стабильный? - уточнил Химик.

- Код зафинален, - кивнула Омега, - проходит тестировку. Но... да, все, как ожидалось. Официально обновление вводит нейросоциальную сеть, неофициально Темпай начнет долбить всех Визиторов прямо в мозг без вазелина.

- Термит? - окликнул Химик.

- Техника готовится к перевозке. Они крайне самоуверенны, ничего вокруг не глушат, я каждый их шаг отслеживаю. Танки могут быть на улицах хоть завтра.

- Чуда не случилось, - резюмировал Химик.

Мы все-таки надеялись, что такая многоходовка неизбежно развалится сама по себе просто из-за человеческой безалаберности. Но чуда действительно не произошло.

- Ладно, теперь к нашим срокам, - продолжал Химик, как ни в чем не бывало, - Эш?

- Код будет готов через тридцать семь часов, - не отвлекаясь от ноутбука, ответил тот, - если ни у кого не будет накладок.

- Ежевика? - повернулся Химик к маленькой черноволосой девушке, и я невольно вздрогнула. Невольно нахмурилась. Какого черта в такой момент мне в прозвище боевого товарища мерещится совсем другое имя? Ежевика тем временем отвечала:

- Все девайсы уже давно готовы и перепроверены. Ждут Ящерицу в условленном месте.

- Ящерица?

Это мне. Я ответила с едва заметным вздохом:

- Я готова. Место и время помню. Экипировку изучила, планы - тоже.

- Проход написала?

- Почти. Сегодня-завтра заканчиваю.

- Хорошо. И не используй одно место больше двух раз!

Кивнула, не обещая ничего вслух. Я уже начинала подозревать, что нарушу этот запрет.

- Все знают момент своего радиомолчания, - подытожил Харон.

Все знают. У Эша с Омегой билеты на самолет в Израиль - не будет лечиться, так хоть спрячется. У Химика какое-то свое подполье. Термит и Ежевика уже снарядили пугающе огромный джип и скоро двинут в Сибирь. Харон... Харон не пропадет.

Он остается сторожить мертвых.

***

По-хорошему, когда ты на нелегальном положении, не стоит бывать в одном и том же месте дважды, а уж тем более, трижды. Но в том лете было что-то особенное, как будто мне дали заглянуть в настоящее детство, которого у меня никогда не было. И что-то особенное было в нем, в мальчишке со смешным именем Ежи. Когда мы воровали яблоки из чьего-то сада, мне приходилось себе напоминать, что это не настоящий сад и не настоящие яблоки, так меня затянуло.

Я опять нахмурилась и задумчиво потерла переносицу. Вот на таком все как раз и попадаются. Эмоции берут верх и вчерашний неуловимый хакер прокалывается на ровном месте. Пальцы, тем не менее, застучали по клавиатуре. Снова лето, только уже другое, кажется, позже... поехали?

Решительно нацепила шлем. Вздохнула, запуская синхронизацию, перетерпела привычно-яркую вспышку под веками и стрельнувшую в виски острую боль. Открыла глаза.

"Ну, здорово", - я почти расстроилась, - "и стоило ли из-за этого..."

Были прямые включения в прошлое и будущее, которые ты только смотришь. Были личные темпоральные ветки, которые можно менять под себя. А были коллективные путешествия, в которые можно было попасть кому угодно, пока не превышен лимит. Если бы знать заранее, можно было бы не ломиться сквозь фаерволы и не зарабатывать мигрень. А все ради чего, чтобы попасть в толпу?!

Зал осветился.

Я заметила Ежи раньше, чем он меня. Успела наощупь притянуть к себе клавиатуру - просто потому что знала, что она там есть - и сменила облик. Теперь на вид мне было лет семнадцать.

- Привет, - бросила я на пробу и Ежи резко оборачивается.

- Привет, - прокричал он, пытаясь переорать толпу.

Вокруг бесновались люди, со сцены звучала гитара. Хорошо остальным - они сбрасывают код в репозиторий замороженной темппоральной ветки, спрятанной от внешнего мира. Там время замерло в том дне, когда мы в первый раз собрались все вместе со своими ноутбуками в подвале бывшего ДК. Там у Эша еще есть волосы, а у Химика - мизинец на правой руке. Ноутбуки смешные, старые, но какая разница в темпоральной-то ветке... Ребята приходят туда и сливают код.

А я ломаю проход наживую, подключаясь из чужих мечтаний о прошлом.

Ежи пробился ко мне, приобнял одной рукой.

- Классный хаер, - прокричала я ему в ухо. Он довольно улыбнулся, и, вопреки всему происходящему, я неожиданно успокоилась. Наверное, я поэтому и вернулась, рискуя попасться - в кои-то веки мне было спокойно.

Помедлив, он спросил:

- Ты ведь на самом деле здесь? Ты не декорация?

Я кивнула. Мы оба знали, что это значит, но он все-таки озвучил мысль вслух:

- Получается, и тогда…

- Да, тогда тоже была я.

Разговаривать неудобно, орет музыка, орут люди. И наметанным глазом я увидела, как с двух сторон в нашу сторону проталкивались сквозь толпу люди. Они попытались замаскироваться, но не слишком успешно.

- Тут громко! - пожаловалась я Ежи на ухо, - пойдем ко мне?

- А так можно? - удивился он.

- Так нельзя! - я почти засмеялась, - но, если ты мне поверишь, то у нас так получится.

Он помедлил. Потом наклонился к моему уху и доверительно сообщил:

- Я никому не верю.

- Значит, пойдем?

- Значит, пойдем.

Я взяла его за руку и увела из толпы, прямо из-под носа у ищеек. Толкнула первую попавшуюся дверь, и мы вывалились на траву. Рядом неспешно текла Волга. Ежи оглянулся вокруг и с интересом спросил:

- Где мы? И когда?

- Сейчас июнь 1941 года. И я не знаю, где это точно. Случайно нашла. Мне здесь нравится.

Я легла на траву, и он лег рядом.

- Как у тебя получается ходить между ветками?

Я промолчала.

- Ты хакер, что ли?

Я повернулась к нему, опираясь на локоть. На мне был снова какой-то сарафан до колена, но мне все еще было семнадцать.

- Сколько тебе лет, Ежи?

- Столько не живут, - отшутился он. И я увидела... проблеск. Так бывает, люди не привыкли полностью контролировать свой образ в Подгляде. Ему даже больше, чем я думала. Он вытянется, у глаз разбегутся морщинки. А сами глаза останутся такими же зелеными. Некстати вспомнилось, как Химик говорил, что, когда влюблен, чувствуешь, что ты - часть вечности.

Я снова легла на спину, посмотрела в небо. Трава щекотала кожу, какое-то насекомое ползло по ноге. Пахло рекой, пахло летом, мальчишкой рядом. И, насколько хватает глаз, - бескрайняя синева. Каким-то параллельным потоком сознания я проламываю защиту Темпая. Ежи больше ни о чем не спрашивал, но я понимала, что он все еще ждал ответа.

- Через двое суток на улицах будут танки. И другая всякая... техника. Может, сначала обойдется даже без стрельбы, никто не поймет, что вообще происходит.

Так вот живешь, подозревая всех и каждого, никому не говоря свое имя и уж тем более - не делясь секретной информацией. А потом вдруг доверяешь незнакомому человеку, сама не знаешь, почему, но сразу и полностью. Наверное, это и есть судьба.

- Ты говоришь про двадцать второе июня? - уточнил он.

- Что? А, нет! Я говорю про седьмое октября.

Он резко сел и посмотрел на меня недоверчиво.

- Танки?

- Танки. У тебя сигарет нет, случайно?

Он молча достал пачку, подкурил мне одну. Я улеглась обратно на траву, пуская дым в небо, и ждала вопросов.

- А при чем тут твоя сверхспособность гулять по веткам?

- Потому что на танках будет написано "Темпай Корпорейшн". И завтра у них релиз.

Он посмотрел непонимающе. И я осознала, что тут либо замолчать, либо объяснять до конца. Я его совсем не знала, он может быть подставой. Талантливый манипулятор может задурить голову даже мне. И следить за мной могли запросто. И, в принципе, могли затащить в нужную ветку с солнечным июлем... Но Визитор всегда наполняет свою ветку - или же не наполняет, что тоже сразу заметно. А у тех краденых яблок был вкус, и от воды несло прохладой. И, как и здесь, умопомрачительно пахло горячей травой.

- Послезавтра по улицам пройдут танки, а этого никто не заметит. Ты давно выходил на улицу? У нас работают только службы доставки. Да и те чаще возят капельницы, чем макароны. Полиции и медицины почти нет. И никто этого не замечает, все предпочитают пересматривать счастливые моменты своего прошлого. А завтра запустится новый релиз, который будет уже напрямую влиять на людей. Поэтому мне надо отключить Подгляд. И людям придется жить настоящим.

Я судорожно затянулась. Я сказала это - словами, через рот. Так, вообще-то, нельзя делать.

- Что хорошего в этом настоящем? - неожиданно резко ответил Ежи, - раньше все было хорошо! Поэтому все и хотят в прошлое.

Я вглядывалась в его лицо.

- Когда ты последний раз выходил из Подгляда?

Он отвел взгляд. Ну да, то самое "потерянное поколение", у них нет выбора, кроме как жить в прошлом. Это у меня прошлого - нет. Есть только чужое, украденное.

- Все будет хорошо, - прошептала я с уверенностью, которой не чувствовала.

- Угу, - буркнул он, - ты еще скажи "обещаю".

Мы оба молчали. Я понимала, что он мне ни капельки не верил. От горизонта начинала наползать грозовая туча.

***

Они не уложились в тридцать семь часов, но Эш с Омегой все-таки успели на самолет - и, как мы и договаривались, пропали со связи. Следом исчез Химик, за ним Термит с Ежевикой.

Пора.

Я создавала точку входа последней, и с нее же надо было начинать, поэтому я загрузилась в ту же ветку сорок первого года. Туча уже была прямо над головой, ветер трепал волосы. Я встала над обрывом над рекой, раскинула руки и закричала, чтобы выпустить напряжение.

Мне надо было успеть зайти, закинуть код, запустить цепную реакцию и выйти сквозь рушащийся нейроинтерфейс. И надеяться, что меня не погребет под обломками.

...Я задержалась на лишний десяток секунд, чтобы убедиться, что отключение идет по всем фронтам. Сейчас по всему миру людей выкидывало из их искусственных мирков в суровую реальность. Выбегая через цепочку миров по заранее простроенному тоннелю, уже на выходе поймала сообщение - обычное, текстовое.

"Пойдем смотреть на танки".

***

Найти его было несложно - если честно, я сделала это еще после первой встречи. Старая панельная пятиэтажка, квартира под самой крышей. Я стояла на улице, смотрела в темные окна и пинала пивную банку, вспоминая наш последний разговор.

Мы ведь, наверное, будем постоянно ссорится. Совершенно разные поколения - одно без прошлого, другое без будущего. Часто будем друг друга не понимать. Что нас вообще может держать вместе?

Дверь подъезда открылась со скрипом. В реальности он двигался еще неуловимее, чем в темпорале. Ему действительно было за сорок, и только глаза такие же зеленые. Подошел ближе, долго рассматривал. Взял за руку и с совершенно мальчишеской бесшабашной улыбкой спросил:

- Пойдем смотреть на танки?

Ави,

9 февраля 2022 года