Кошка Маша

Глава 1

Кошка Маша приоткрыла сначала один заспанный глазик, потом другой. Сладко зевнула, вытянула свое изящное тело дугой. Поскребла любимую, мягкую подстилку, которая пахла мятой и ее ароматом. Чутко дёрнув носом пытаясь учуять двуного, который ее кормит. Поэтому она ему позволяет себя гладить, но не уловила его запаха. Точнее он остался, но уже иссякал, что значит, человек ушел. Да и оглядевшись кошка Маша его не нашла, ни за его столом, за которым он мог даже уснуть. Чем удивлял ее, ведь куда удобнее и приятнее спать на мягком, а не на холодном, твёрдом дереве. Но ее человек настолько много сидит за этим столом, шурша бумажками, что кошка Маша переживает, как бы он не разучился ходить. И ей теперь понятно, почему у двуногих нет хвостов. Они просто отпали, из-за того что люди много сидят на твердом.

Кошка Маша призывно мяукнула. Она убедилась, что двуногий нигде от нее не прячется. Котейка даже искала своего двуного в уютной коробочке. Но и там его не было. Зато кошка Маша, обнюхав с интересом коробку, сама туда залезла. Кошечка хотела в ней удобно расположится, дабы ещё подремать. Но голод, внезапно полоснувший по внутренностям пушистое создание, заставил искать чем бы его утолить.

Маша мягкой поступью подошла к своей миске с улыбающимся котиком. Но там было пусто.

Лёгкое разочарование кольнуло маленькое сердечко. А обида оплела тугим кольцом суть кошки. Ее двуногий никогда не оставлял ее голодной.

Как следует, покопавшись в памяти, Маша поняла: ее двуногий даже в дни, когда пропадал в своей бетонной коробке поднимался сюда, чтобы накормить ее. И тотчас скрывался во мраке подземелья. В те дни он особенно был задумчивый и рассеянный: человек мог вместо галстука поясок от халата надеть. Или два левых ботинка на обе ноги, а разные носки становились негласным опознавательным знаком ее двуного. Но что он никогда не забывал, так это наполнить миску доверху ее любимой снедью. Даже когда у него не было времени, кошка слышала, как он приказывал своим двуногим купить снедь и наполнить ее миску.

Кошка Маша нервно вышагивала и дергала хвостом. Что могло случиться с ее двуногим? Куда он резко пропал? И почему забыл наполнить миску? Он не любит больше Машу?

Кошка устало вздохнула и фыркнула на мысль, что ее не любят. Ведь она прекрасно знала, что ее нельзя не любить. Только тот злой двуногий в черном ее не любит. Но он и ее двуногого не любит. И он вообще злой! Так решила для себя Маша.

Кошка пришла к мысли, что это тот злой двуногий в черном похитил ее человека. Специально, дабы ее миска осталась пуста!

Машка хищно зашипела при этой мысли, вспомнив злого двуного нервно нахохлилась.

Она знала куда могли утащить ее человека!

В ту бетонную коробку под землёй!

Кошка Машка сорвалась с места и понеслась в сторону выхода из комнаты. Дверь оказалась приоткрытой, очевидно ее человек очень спешил.

Люди под ноги, которым кидалась рыжая бестия, опасливо отскакивали. А она взяв след упорно неслась на выручку своего двуного. Но вот беда ей предстояло спуститься, вниз войдя в блестящую, стальную коробку. Кошке стало страшно. Она боялась открытой пасти этого грохочущего монстра. На миг ее посетило малодушие и желание убежать. Она уже развернулась в сторону дома. Как стальная коробка открыла пасть, из нее высыпали озабоченные люди в белом. Они увлечённо о чем-то болтали. Но кошке все равно о чем, главное не о ее двуногом.

А вот двое людей остались в блестящей коробке, они заметили Машу.

– Смотри, это случайно не кошка профессора Стаханова? – поинтересовался не громким голосом один из людей у собрата.

– Точно! Только у Стаханова привилегия держать в Корпусе животное. – Ответил второй, удивлённо вытянув лицо.

– Кис-кис, что ты тут делаешь? Заблудилась? – засюсюкал первый из людей в белом.

Кошка Маша иронично выгнула бровь. Она не любила этого пошлого "Кис-кис". Ведь считала, что приличные кошечки на зов не знакомых людей не отзываются. Но тревога за ее двуного не давала покоя. А ещё голод. Он тоже никуда не делся. Поэтому поразмыслив, кошка решила, поборов страх войти в пасть коробки.

Кошка пыталась представить, что это обычная коробка, только твердая. И чем-то едко воняет.

Кошка поморщилась, но приблизившись ближе, она увидела на белых одеждах людей, те же прозрачные карточки, с теми же отметками, что у ее человека. Только последние символы отличались. Кошка Маша считала себя умной, поэтому догадалась, что это имена. Она мысленно себя похвалила за внимательность и острый ум.

Маша уже уверенней зашла в коробку и села на пол. Погладывая на людей, мол, давайте двигайте свою тарантайку.

– Эм...и что делать будем? Нам срочно нужно на спецэтаж, а тут она! – шепотом вопрошал первый человек.

– Может, уйдет? Эй, киса, у нас нет ничего съедобного. Так что кыш! – Набравшись храбрости, начал прогонять один из людей кошку.

Но та не шелохнулась, лишь посмотрела на людей, как на идиотов. Те удивленно переглянулись и один передернув плечами, нажал на светящуюся кнопку. Пасть стального чудища захлопнулась и коробка начала неспешно ползти вниз. Кошка не подала виду, что испугалась, хотя ее сердечко надрывно билось о ребра. Но она лишь как можно больше набрала в лёгкие воздуха и выдохнула. Маша ощущала на своей спине любопытные взгляды людей, она не соизволила даже оглянуться на них. Их задача доставить ее вниз. Больше ничего от них полезного кошка не ожидала. Она задумчиво дергала кончиком хвоста.

Вскоре коробка перестала ползти и тихо гудеть, напоследок звякнув стальными частями, распахнула пасть. Кошка с напускным спокойствием и не теряя чувства собственного достоинства вышла первой из коробки с гордо поднятым хвостом. Под упавшие челюсти людей, она грациозно поспешила на выручку своего непутёвого двуногого.

В сумраке подземелья Маша уловила запах своего человека и даже отзвуки его голоса. Она поспешила туда, откуда доносился этот звук.

Да только стальная стена преградила ей путь. Машка начала жалобно мяукать и гневно царапать стену когтями, угрожающе дёргая кончиком хвоста и прижав уши к голове. Видимо, стена убоялась мощи голоса Маши, стыдливо уползла в сторону. По глазам тот час ударил свет, кошка зажмурилась.

– Маша! Машенька, как ты сюда попала? – голос полный тепла и тревоги пролился бальзамом в уши кошечки.

– Твою мать, что этот меховой коврик тут делает? – этот мерзкий, пропитанный злобой голос, Маша узнает из тысячи.

Это черный человек! Он украл ее смерта! Маша угрожающе зашипела, вздыбила шерсть и выгнула дугой тело.

****** – Тише-тише, малышка, ну чего ты шипишь на дядю? Он у нас хороший, даёт деньги на исследования! – С толикой издательской иронии засюсюкал владелец кошки и повернулся в сторону, покрасневшего от злобы главы Корпорации.

Профессор Стаханов, провел рукой по всклокоченной шерсти Маши. Машу успокоили движения родных рук, но неодобрительно фыркнуть она не забыла, хотя так-то успокоилась.

– Ты в своем уме? Что делает это грязное животное в лаборатории? – гаркнул глава Корпорации, и нервно поправил шелковый галстук.

– Она мой идейный вдохновитель и успокоительное. Без нее я не мог бы перенести работу с тобой... братец. К тому же она чище твоих ботинок. Я ее утром только купал. – Снисходительно-примирительно ответил профессор. Взяв кошку на руки и нежно гладил.

Внимание Маши привлекли всполохи в дальнем углу просторной комнаты. Она спрыгнула с рук своего двуного и насторожила уши в ту сторону, кралась к источнику всполохов. Ей не было дела до спора людей. Главное, она нашла своего человека и убедилась что с ним все в порядке. Любопытство даже затмило голод. На полу согнутых она приближалась к цели.

Мрак клубился в угрюмы углах, его нервно разрывали золотые всполохи. Когда Маша приблизилась к странной штуке. Она с ужасом поняла, что это двуногий. Но вид его поверг Машу в ужас, он состоял из блестящих, твердых частей, как та коробка, в которой спускалась кошка. Только вот у странного создания не хватало конечностей. А именно правой лапы. Или у людей руки? Маша от волнения запуталась. И вся правая часть тела создания выворочена причудливым образом, из-за чего стальные ребра хищно скалились на Машку. При этом создание делало вдохи и выдохи, чем создавалась иллюзия, что пасть открывается закрывается, словно у какого-то притаившегося монстра.

Дивные змеи выходили от туда, где должна была находится правая конечность, которая отсутствовала. Змеи злобно шипели и потрескивали, мерцая яркими всполохами. Маша такие видела в окне, когда с неба лилась вода, а по нему ползли мерцающие змеи.

Из существа исходил чудовищный жар, аж из его сочленений тела исходил белый дымок. А вот голова и лицо…Маша призадумалась, правильно она обозначила, как люди называют свои мордочки. Она решила что правильно. …Так вот лицо у существа человеческое, очень молодое. Такое Маша видела у молодых людей, они всегда кошке напоминали котят. Лицо единственная мягкая, и живая часть существа. Кошку напугал контраст живого и искусственного.

Но истинный ужас обвалил сущность кошки в бездну ужаса, когда она узнала это существо. Когда-то много времени назад кошка видела это существо, но оно было вполне себе человеком. Мягким и теплым. И немного моложе на вид. У него было обычное тело, и все конечности. Он мило улыбался кошке, и приносил вкусные котлеты. Она до сих пор при воспоминание их вкуса непроизвольно облизывается.

А однажды Маша слишком увлеклась игрой с золотыми листочками и не заметила, как оказалась там, где проносятся рокочущие, стальные монстры. Которые издавая мерзкий вой, давят, тех кто не успевает уйти с их пути. Тушки этих несчастных, расплющенных, с поломанными костями, кошка частенько видела. Вот и ей суждено было там распластаться. Но мягкая и теплая рука выхватила тельце котейки из-под самых лап стальной махины, та лишь обижено загудела, осознавая, что не раскатает Машу по асфальту.

Окунаясь все глубже в воспоминания, Маша все явственнее видела образ спасителя. И его милую улыбку. Его голубые, как небеса глаза. Он отнес ее подальше от опасности, вернул ее двуногому. На прощанье угостил вкусной котлетой...Самой вкусной за всю ее кошачью жизнь... Эта котлета стала последней... Больше этот голубоглазый двуногий не приходил.

А кошка сидела на подоконнике и ждала, что ей принесут вкусную котлету, ведь больше таких она не ела. Все остальные после этой особенной стали пресными. А голубоглазого спасителя всё не было. Только ее человек ходил мрачный и иногда плакал, кошка пыталась его утешить. Но не понимала, почему он так опечалился. «Может и ему приносили вкусную котлету, он по ней грустит?» – предположила с кошачьей наивностью Маша.

Да только Маша слышала угрожающий гудок из глубин памяти, тогда она поняла, что её спасителя настиг стальной монстр.

Как же ужасно теперь видеть то чем стал ее друг. От него почти ничего не осталось. Странная штука с огромной клешней угрожающе склонилась над телом кошачьего хранителя. Кошка закрыла глаза, по ее чуткому слуху ударил металлический лязг. Она задрожала всем телом. Маша обернула хвост вокруг себя, словно пытаясь отгородиться от того ужаса, что происходил снаружи.

Машу привело в чувство ласковое поглаживание, это ее человек присел на корточки утешал ее.

– Что узнала? Прошло все-таки шесть лет с той поры, как ты его видела в последний раз. Да уж...он подрос...и перестал быть человеком. – Тихим, вкрадчивым голосом проговорил профессор. Его глаза потемнели от грусти, а на лицо упала мрачная тень.

– Что ты распинаешься, перед этим блохастым комком шерсти?! Она все равно не понимает, что ты ей там бормочешь. – Повышенным тоном, скрывавшим в себе тихую ярость, проговорил глава Корпорации. И вперил колкий взгляд в спину брата.

– Ты ошибаешься, она не блохастая и не глупая. Это самая умная кошка, которую я видел! – парировал профессор и тяжело вздохнул, его плечи опустились от тяжести печали о потери.

– Твоя проблема в том, что ты видишь разумность и человечность там, где их не может быть! В жестянке ты узрел душу. А в животном ум! Но ничего этого в них нет! Это просто сосредоточение плат и механизмов…– и мужчина в черном указал пальцем на молодого человека, над которым трудилась клешня, собирая того по частям.

– Нет, в нем души и человечности! Это бесполезный кусок металла! В который ты посмел вложить то, что уцелело от моего сына! Тем самым надругался над его памятью! Я тебе это никогда не прощу! – выпалил зло и начал наступать угрожающе мужчина в черном, его глаза метали молнии.

Маша зашипела на агрессора. Ее оскорбили слова этого злыдня. Она носила в своей крови последние искры магии давно сгинувшей цивилизации. И гордилась этим. Пусть и поделиться этой тайной ни с кем не могла.

Стальная стена начала стремительно краснеть, а потом расплавилась, пока не растеклась, подобно молоку.

Маша с замиранием в сердце смотрела за этим удивительным явлением, оно завораживало ее, как язычки пламени, или капанье воды из крана. Она могла на это смотреть вечно. На нее напало оцепенение.

Едкая вонь, забиралась в нос, а потом под кожу, взрываясь осколками животного ужаса. Металлический лязг, как от десятка зеркальных коробок, в которой спускалась кошка, наполнил помещение. Красная точна забавно, пританцовывая заползла на двуного кошки. Грянул металлический гром. У Маши в ушах зазвенело, хотя она их инстинктивно прижала к голове. Человека в белом спас человек в черном, вовремя вытянув из когтей смерти в последний момент. Люди спрятались за одной из колон, подпирающих свод.

А вот Маша не успела...

Огромная, несокрушимая оглобля выплюнула в кошку пучком света. Маша услышала, как страшно кричит и рвется к ней ее человек. А потом ей по глазам ударил свет, а воздух накалился до предела.

Наверное, так приходит кошачья смерть…..

От обилия пыли, поднятой враждебной махиной и гари зачесалось в носу у Маши, она чихнула. И придя в себя, кошка поняла, что ее крепко, но бережно сжимает чья-то рука. Да только она холодная и твердая. И блестела, как будто была из стали.

Тот час ее опустили на пол. Маша могла видеть как то место, где она находилась, пылало огнем. Кошку поразило то насколько быстро и бесшумно они преодолели столь большое расстояние.

Кошка подняла любопытную мордочку и увидела, что это странное существо ожило. Значит, ее друг жив! Посетила внезапная мысль Машу, только она разочаровано заметила как глаза ее спасителя изменились. Они не были голубыми, сейчас они поглощены темной ночью, на небосводе, которой развернулось полнолуние.

– Мощность тридцать процентов! – сухо, проговорил этот странный человек, направил руку в сторону исполина, вскоре вылетел с оглушительным ревом золотой огонь. Огромный, скрежещущий монстр, начал плавится, как и стена ранее, обретая оранжевый оттенок. Вскоре, все что осталось от махины так это раскалённая лужа, полыхающая язычками пламени.

Кошке стало жарко внизу, поэтому она решила вскарабкаться наверх. Запрыгнув на штанину своего спасителя, Маша, вскарабкалась на плечо, к парню. Ей показалось, что с этой позиции открывается лучший вид, и не так душно. Маша сидела на плече киборга, обвив хвостом синтетическую шею. Она с любовалась искристой жижицей, ведь та забавно мерцала. Когда рука киборга приняла обычный вид, остыла, он позволил себе погладить кошку. К сожалению, вторую руку не успели поставить.

Машка утробно заурчала, нежно потершись о щеку дивного человека. Она могла выпускать когти, а он не ругался, как ее двуногий. Ее когти не могли погрузится в плоть, они только царапали. Хотя бороздок от когтей не оставалось.

– Что это было? – изумился человек в черном. С удивлённо-испуганным лицом оглядываясь по сторонам.

– Это взбесившийся прототип! В соседней лаборатории разрабатывают...разрабатывали...три года между прочим! – ответил немного ошеломлённый профессор. Пройдясь рукой по волосам, приглаживая их.

– Значит, зря потратили три года! Ведь их хвалёный прототип расплавил до состояния супчика однорукий Киборг за три секунды! – парировал глава Корпорации, поправляя галстук и пиджак.

– Да уж, Симеон удивительный! То ли ещё будет! – ответил с восхищением и с тревогой в глазах профессор, глядя на колоритную парочку.

А Киборг вернулся на ремонтную станцию. Кошка так и осталась сидеть у него на плече. Мало что в жизни достойно кошачьего сожаления. Ещё меньше любви. Поэтому злые языки называют кошек гордыми эгоистами. Но те, кто удостоились любви, этого пушистого комочка радости, будут согреты ею до конца кошачьей жизни. Грохот восстановился, когда клешня пришла в движение. Она продолжила собирать вторую руку Киборга. А Маша даже не шелохнулась. Ее уже не пугал весь этот хаос происходящий тут. Ее спаситель вовсе не холодный, и не горячий, а тёмный как обнаружила Маша. Кошка пригрелась и разомлела, словно в весенних лучах, ощущая себя в полной безопасности. А Киборг чесал ее за ушком, его губы тронула слабая улыбка. Пусть она жалкая тень былой, но стала первым проблеском человечности.