Кому моя молитва

Глава 11Гликерия была злой бессердечной гадиной, и я желал, чтобы эта гадина сдохла. Подавилась бы виноградиной или оскользнулась на мокрых камнях, сломав себе шею. Я даже нарочно выплеснул на пол несколько капель, таская ей воду для купания. Если бы Гликерия сдохла, лучше было бы всем: и мне, и рабыне Сире, расплетавшей её тёмно-каштановые волосы.Рабыня стояла голой по пояс – так требовала госпожа. Не потому, что скрывать полную упругую грудь и смуглую матовую кожу Сиры было преступлением против прекрасного. Нет. Из-за уязвимости. Когда человек голый, ему проще причинить боль. А Гликерия очень любила её причинять. Рабыня тихонько кашлянула, и её глаза в ужасе расширились ещё прежде, чем госпожа в бешенстве обернулась. В руках Гликерии я успел заметить фибулу, игла которой немедленно вонзилась в нежно-коричневый сосок рабыни. Сира сдавленно вскрикнула, за что тут же получила пощёчину. Я…