Когда киты умирают

Глава 1

Дэйв возвращался домой из супермаркета. Он аккуратно ступал по идеально чистому тротуару, который три раза в сутки подметает робот уборщик. С каждым шагом ржавые жестяные банки с собачим кормом глухо побрякивали в пластиковом пакете. На соседской лужайке уже вовсю трудился робот газонокосильщик. Хоть трава уже не росла, бедняга добросовестно исполнял функцию заложенную программой с утра до вечера полируя стальным диском грязную почву. Поравнявшись с ним, Дэйв приветливо кивнул. В ответ робот издал дружелюбный звуковой сигнал и замигал лампочками.

Тарахтящий газонокосильщик относился к простейшим роботам помощникам, запрограммированным все время выполнять одно и то же действие. Ранние модели, подобные ему, разносили почту, чистили дороги, чинили центральное отопление и водопровод и устраняли поломки, возникшие в местах общего пользования. Следующей ступенью эволюции в робототехнике стали машины, обслуживающие сложные системы жизнеобеспечения. Роботы медики, полицейские, электрики, диспетчеры на всех видах транспорта, да и функции самого транспорта уже давно выполняли тоже роботы. В целом, все окружение человека состояло из машин и сводило к минимуму трудозатраты создателя по поддержанию собственной жизнедеятельности. Однако и этого ему показалось мало. Прогрессирующие технологии породили Дэйва. Обычного и в то же время совершенного робота компаньона. Он не мог прочистить водопроводный засор или постричь газон, но он обладал тем, чего не хватало всем предыдущим моделям – самостоятельностью. Разумеется, ограниченной.

Дэйвы появлялись почти в каждой обеспеченной семье, ведь робот мог поддержать беседу, скрасив тоскливые вечера, выучить с ребенком домашнее задание и уложить его спать, выгулять собаку и сходить в магазин. В общем, Дэйв исполнял роль универсальной прислуги, которой так не хватало ценящим собственную свободу людям.

Солнце уже опускалось за горизонт, когда Дэйв приблизился к дому своих хозяев. У столба, рядом с калиткой, стоял робот коммунальной службы и менял сгоревшую лампочку уличного освещения. Замедлив шаг, Дэйв, крадучись, чтобы никого не потревожить, вошел внутрь. Он выключил свет в прихожей, поставил на зарядку мобильный телефон хозяйки и аккуратно поднялся на второй этаж. Подойдя к двери, разукрашенной акварелью, он чуть слышно постучал и, не услышав ответа, повернул ручку, заглянув в тонкую образовавшуюся щель. В комнате было темно. В свете уличного фонаря, пробивающегося через плотные шторы, под толстым одеялом виднелась детская головка. Дэйв уменьшил уровень звука до минимума и прошептал:

- Альби, ты спишь?

Робот подошел к кровати.

Здравствуй, Альби, - негромко произнес Дэйв, - сегодня среда, а это значит, что перед сном я буду знакомить тебя с интересными научными фактами. Между прочим, Альби, информация усвоенная мозгом перед сном, запоминается лучше. Это, к слову, факт номер один.

Робот приблизился к кровати и достал из авоськи консервную банку с кормом.

- Сегодня удалось добыть только это, но я прочитал состав и должен заметить, что он ничем не уступает по питательности человеческой пище. Завтра я попробую пройти чуть дальше. Возможно, смогу раздобыть что-то соответствующее твоим вкусовым предпочтениям. Кстати, тебе известно, что пища в герметичной банке может храниться почти вечно? Это значит, что она определенно пригодна к употреблению. А саму банку покрывают оловом внутри, чтобы содержимое не вступало в контакт с железом, которое пагубно влияет на свежесть продуктов. Железо, Альби, составная часть большинства металлических сплавов, по мнению некоторых ученых, является инопланетным минералом, попавшим на землю в результате метеоритных бомбардировок задолго до появления жизни на планете. То есть, технически Альби, я инопланетянин. Это шутка, Альби. Завтра я вернусь позже, чем обычно. Ты будешь уже спать. Поправка. Еще…

Дэйв аккуратно поднял с пола пластиковую бутылку, налил мутную воду в грязный стакан и поставил на прикроватную тумбочку.

- Попьешь, когда проснешься, Альби. Знаешь, я стал замечать, что становится все труднее найти питьевую воду. Хотя, самой дорогой жидкостью в мире является вовсе не вода, а яд желтого скорпиона. И все из-за содержания в нем хлоротоксина – вещества, которое используют для изготовления лекарства против рака. Поправка. Использовали.

Дэйв замолчал.

- С моей оперативной памятью, определенно, что-то не так. Радиация в воздухе все еще выше нормы. Гораздо выше. Возможно, она влияет на мои микросхемы. А возможно, Альби, я просто старею.

Робот посмотрел на тусклую, висящую над кроватью картинку. За стеклом, покрытым толстым слоем пыли, в деревянной рамке, детской рукой было нарисовано желтое солнце.

- Интересно, Альби, что происходит с роботами, когда они умирают? Вероятнее всего, скоро я это узнаю. И мы больше не сможем дружить, Альби.

Дэйв вновь замолчал.

- Ты знаешь, что происходит с китами после смерти? Они падают. Но сначала всплывают. Под действием воздуха и палящих лучей солнца, органы мертвого животного разлагаются. Со временем, тело кита походит на огромный воздушный шар, который под давлением газов взрывается подобно вулкану. И уже после взрыва, кит падает. Медленно опускается на самое дно, насыщая своим телом все живое вокруг. Когда остатки туши, в кромешной тьме, достигают дна, его продолжают поедать уже глубинные обитатели. Только представь себе, Альби, умирая, киты становятся источником жизни для очень многих живых организмов. А для некоторых и вовсе единственным источником существования. Я включу лампу на ночь, ведь ты боишься спать в темноте, не так ли?

Он медленно потянул за веревочку, и в комнате зажглась тусклая лампочка торшера.

- Мне пора. Завтра рано утром снова предстоит поход в магазин. Уверен, я смогу тебя порадовать.

Дэйв направился к двери, но внезапно замер.

- Знаешь, Альби, я никогда не видел китов. Хоть в моей памяти и присутствует несколько сотен их фотографий и пара десятков видеозаписей, я никогда не видел их вживую. И океан не видел. И желтых скорпионов.

Робот повернулся. Грязный торшер освещал покрытую толстым слоем пыли комнату, заваленную испорченной едой и консервными банками. Посреди комнаты стояла просторная кровать, на которой лежал полуистлевший детский скелет.

- Ведь они все уже давно мертвы… Как и ты, Альби… Как и все вы…