Город Ангелов

Глава 1

Часть I

Девять вечера, дождь за окном “Жигуля”, не льет, а бьет по земле, кажется, что покидать салон машины, полная дурость. Здесь тепло, сухо, пахнет хвоей, по радио говорят, что дождь скоро кончится.

А за окном ржавый дождь, коричневые капли разъедают редкие сугробы черного снега и свет тысячи неоновых вывесок распугивает сумерки.

Лис совсем не хочет туда идти, сегодняшний вечер представлялся ей иначе. Дорогой ресторан с забронированным за месяц столиком, неудобный наряд в котором становится трудно дышать и непривычная легкость на поясе.

Мокнуть и лишний раз облучаться под очередной экологической аномалией, даже не предполагалось.

Неожиданный звонок час назад и слова “Есть работа, жду тебя внизу”. Внесли в её планы небольшие изменения.

-Спасибо, Лис.

За что?

-У тебя же сегодня свидание с Джейн, а ты здесь со мной.

-Спокойно, поц, через полтора часа я в любом случаи уеду, с тобой или без тебя.

-Я тебе вообще-то деньги плачу.

-И?

-Если я умру ты их не получишь.

-Жид. - Лис смотрит на электронные часы на правой руке, заводит таймер и начинает отсчет - Время пошло, погнали. - Говорит она бодро, хотя настроение ни к черту.

Открывает дверь резко, как пластырь оторвать.

Лис привыкла выкуривать по четыре пачки в день, но она обещала бросить. Нервы натянуты до критического предела и все вокруг давит ей на виски и заставляет впадать в бешенство быстрее обычного, вымещать злость на том, что попадётся под руку. На этот раз не повезло двери машины, с оглушительным грохотом захлопнувшейся за ней.

Северо-восток Москвы встретил её туннельными улицами, стенами бетонных домов.

День подходил к концу, но никаких тепло-желтых или бледно-белых фонарей на улицах уже лет пятьдесят не было. Но и без них город светится как новогодняя гирлянда. Ночь борется со всем переливанием цветов, но красок слишком много и ночь неумолимо проигрывает.

Жилой район, тихий и не принадлежащий никому из банд, так называемая, “Серая зона”, где нет вообще никаких правил, даже милиция не суется. Вся погань стекается сюда в свободное от работы время, чтобы отдохнуть или свести с кем-то счеты. Здесь нет правил, здесь обычный бандит может завалить главу мафии и занять его место.

Воздух, правда, кусок свинца, а запах смешал в себе всё.

Кровь, моча, кал, бензин, тухлятина, и это они ещё на окраине, как пахнет в центре, даже описать нельзя, нет таких слов чтобы передать всю полноту тамошней вони.

Пока идешь по здешним улицам лучше головой не вертеть. Все равно там тоже что и во всем остальном городе, только в большем масштабе. Нарики гасятся очередной дозой, скинхеды и панки в пьяном угаре затеяли драку, а гопари словно голуби собрались в стайку у ближайшего падика. Казахские якудзы в темных пиджаках избивают кого-то у гаражей.

Москву называют городом Ангелов потому, что виновных здесь нет. И “Серая зона” является олицетворением этого правила. Но также это и самый безопасный район, где можно спрятаться от кого угодно. А найти кого-то можно только продав душу дьяволу.

Они заворачивают в арку.

Ничего нового, темный переулок как всегда, заброшен окурками, пустыми бутылками из-под пива и все его стены украшали пестрые граффити, те же что и столетие назад.

“Мы ждем перемен”.

“Винтовка – это праздник”.

“Я жив, покуда я верю в чудо”.

Лис не исполнилось ещё и третьего десятка, но она была уверена, что и в прошлом столетии все было таким же. Говоря “Все” она подразумевала, “Все”. Те же улочки, те же граффити, возможно, что даже марки сигарет были те же. Изменилась только обертка.

Генри ведёт её косыми закоулками, проходит одну арку за другой, они углубляются все дальше в “серую-зону” и путь ей кажется одновременно очень странным и знакомым, но голова соображает плохо из-за недостатка табака.

Но все сразу же прояснилось, когда они вышли к многоэтажному зданию с десятком ступенек, ведущих ко входу. она вспомнила как полгода назад, шла тем же маршрутом. По спине пробежал холодок.

-Зачем мы здесь? - Дождь больно стучит по голове, пачкает аловатые волосы в свой грязно медный цвет.

-Разве это важно? - Генри нехотя, поворачивается на неё.

-Ты ведь не цветами меня у метро, торговать, просишь, я должна знать.

-Лис, - говорит, как рубит - Ты ведь мне не за так помогаешь.

-Если бы согласилась за так, то стала бы маньяком.

-Значит вся разница в деньгах?

-Ну да. Не заплатишь — не убью, а это выглядит как работа где надо много убивать.

-Ты права, и именно поэтому ты здесь - Серые глаза Лис кажется впитывают в себя свет неоновых ламп, и отражают его обратно, ещё ярче - Мне нужна информация. Роберт…

-Нет - голос звучит слишком резко, выдавая ее волнения - Твой брат мертв, мы нашли его тело.

-Но не убийцу.

-И ты думаешь он здесь?

-Не знаю… но это первая зацепка за три месяца… идем.

Ей бы развернутся и пойти в противоположную сторону.

-У тебя хоть план есть?

-Я включу глушилку, никакой связи в доме, подмоги им ждать неоткуда.

-И все?

-У меня ствол, у тебя ствол.

-Пиздатый план.

Часть II

Все сразу же идёт по одному месту, когда металлоискатели завели свою режущую слух песню, а освещение сменилось на тревожное.

Охранники, что стояли в холле были шокированы такой наглостью. Лис хватило их секундного замешательства, чтобы прострелить им головы.

Все было как она помнила: охраны дохрена, НПС выскакивали из каждого угла и за каждым поворотом их было всё больше.

Узкие длинные коридоры, все серые, с неоновыми полосами освещения на потолке. Странного вида особняк сейчас напоминал фото проявочную комнату: мрачные углы, темно-красный свет и запертые на десяток оборотов двери.

Раздается грохот десятков выстрелов, очередная группа перекрывает им путь, стреляют совсем не думая, даже не целясь. В руках у каждого по два глока, ощущение будто свинцом поливают из пулемёта.

Они прячутся за бетонными колоннами, в просторном зале на втором этаже. Лис ждет, сосредоточена до побелевших костяшек пальцев. Генри нетерпеливо топчется на месте, со стороны кажется, что он ждет такси, а не находится посреди перестрелки.

-Знаешь, - Генри как-то раздраженно выглядывает из-за угла, - а это очень круто.

-Что именно?

-Стрелять с двух рук.

-Никогда не слышала большей глупости.

-Почему?

-Увидишь - Наступает затишье, Лис без опаски выходит из укрытия.

Фокус тот же что в картах, только вместо карт, она считает пули. Задача тяжелая, но Лис, как завсегдатай-шулер делает все скорее на рефлексах, отточенных годами, чем из желания мухлевать. Когда противник стреляет с двух рук, фокус работает отменно потому, что перезарядка занимает в разы больше времени.

Движения плавные, хирургически точные. Один выстрел, почти никакой отдачи, пуля точно промеж глаз, в носовую кость. Потом ещё один, ещё и ещё.

Дальше они старались передвигаться быстро, преодолевали коридоры, поднимались по этажам, двигались по указателям на стенах. К слову очень точным указателям. И к туалету проводят, и в кухню, и к спальным этажам.

Их остановили на перекрестке. Десяток НПС вооруженных чем попало, от обреза до АК. Если высунутся из-за угла, то дырок в раз станет больше чем положено.

-Нужно что-то делать. - Генри даже не смотрит на неё, его взгляд направлен вперед, в нужном ему направление.

Им нужно прямо, но справа НПС.

-Могу анекдот рассказать. - Он смотрит на неё как на дуру - Колобок повесился.

-Я серьёзно.

-Так и я серьёзно, повесился бедолага. Ну не удивительно, он же из Питера. - Она издает глупый смешок, но быстро замолкает, продолжая вслушиваться.

В затишье послышались едва различимые шаги. Когда они стали отчетливее, Лис вытянула руку из-за угла и начала интенсивно жать на курок.

Раздались крики, предсмертные хрипы и звук, с которым рвется плоть, такой тихий звук.

Дальше дело снова было за рефлексами. Лис даже не думала, отключила голову и отдала полный контроль телу. Она стреляла пока не кончились патроны, била пока костяшки не сбились в кровь.

Только краем глаза она заметила, что Бриташка, убегает вперед, оставляя её одну.

Она отвлекается и совершает ошибку, не замечает, как один успевает поднять пистолет. Выстрел. Резкая боль пронизывает все тело, кровь струится из раны, но ещё до того, как она это почувствует, пацан становится трупом.

Стоя посреди коридора, залитого кровью и остывающими телами, одна, она снова чувствует желание развернутся и уйти.

Если уж Бриташка решил оставить её позади, значит её услуги больше не нужны. Никакой обиды нет, пускай делает что хочет пока платит, она, зато, успеет на свидание. Но все же под ложечкой что-то щемит.

Свидание, на которое она может опоздать, должно было быть, извинением, за то, что она слишком часто рискует. Хотя для Мерк это нормально. Но даже за сорок минут до него, она рискует.

“Джейн меня убьет”

После первой раны новые стали вопросом времени. Всегда важна лишь первая. Чем раньше получаешь, тем больше их будет под конец. Чем их больше, тем труднее выжить.

Итог, ещё одно пулевое, проколотый бок рядом с лёгким, множественные побои и сломанный нос. Тело становится закостенелым, как после долгого сна в неудобной позе, плохо слушается и очень много хрустит.

Индикатор показывает зловещий уровень критических повреждений, семьдесят два процента. "Главное не доводить до ста" думает, и злая улыбка трогает губы.

Глаза сами косятся на часы, таймер показывается что осталось двадцать одна минута.

“Нужно поторопиться”

Из нагрудного кармана Лис достала пачку сигарет, аккуратно вынула одну, средним и безымянными пальцами, чтобы не испачкать её в крови стекающий по ладони.

“Черт, обещала же бросить” мелькнула мысль, когда пошла первая затяжка.

Она обещала Джейн, она много чего ей обещала.

Курить во время работы, когда из-за угла в любой момент может выскочить ещё партия НПС, было опасно. Кроме того, ядреный табак бьет по легким похлеще арматуры, реакция снижается, а внимание рассеивается. Смертельный риск ради минутного успокоения нервов, пульсирующих струнами бас-гитары.

Полная глупость, но не самая большая за сегодня.

Тяжело дыша и откашливаясь, она побежала следом за Генри.

Часть III

-Ты помнишь, что у нас сегодня свидание? - Джейн лениво наблюдает, как Лис ураганом девятой категории, мечется по квартире, открывая, захлопывая полки комодов, разрывая горы грязной одежды, почти всей запачканной то кровь, то кофе, то соусом из “шавермы”. Как бы Джейн не старалась держать свои апартаменты в чистоте. После прихода Мерка, делать - это тяжело.

-Конечно! - Она даже не смотрит в её сторону, продолжает разбрасываться носками.

-Твой пистолет под подушкой.

-Точно - Иногда она задается вопросом, как, такое чудо, ухищряется каждый раз выживать.

-Может правду говорят “Дуракам везёт.

Лис выходит к ней, уже полностью готовой. Пистолет в кобуре на поясе. Черный плащ поверх, сине-золотой футболки. Волосы как всегда растрепаны. Она робко улыбается ей.

-У меня же ещё три часа - Её голос чуть дрожит. Каждый раз, она дрожит и волнуется, говоря ей что опоздает, не придет или ещё что-то идущее в разрез с их планами. Лис боится что, она обидится и уйдёт.

-Ты невыносима.

-Да… поэтому я тебе нравлюсь - Теперь-то она выдавливает свою “фирменную” улыбку, аля “Я лучше всех”.

-Только попробуй опоздать.

-Если опоздаю, можешь меня выпороть - Улыбка становится шире, а рукой она тянется к карману, откуда достает пачку сигарет. Но опомнившись убирает её обратно - Я приду

-Обещай - выпаливает Джейн не подумав. Хотя в этом и нет ничего странного, она так делает каждый раз, берет с Лис все больше и больше обещаний. Которые так, обычно, не выполняет.

“Поступай правильно” “Бросай курить” “Возвращайся живой”.

-Обещаю - Джейн редко волнуется за Лис, но сегодня почему-то, совсем не хочет её отпускать.

Часть IV

Она вбегает в ту же комнату, где полгода назад встречалась с заказчиком. Только слепая уверенность, что Генри здесь, толкает вперед. Мозаика складывается: он как-то узнал, кто отдал приказ убить его брата, продал душу дьяволу. Не важно как, главное, что сейчас он сделает что-то глупое.

Первый этаж на удивление пуст. Быстрый взгляд на лестницу ведущую на второй этаж квартиры, открытая дверь, откуда доносятся женские всхлипы.

Забывая о безопасности, Лис бегом, на ватных конечностях, поднимается, перескакивая ступеньки через одну, каждая рана отдается острой болью рвущийся плоти. Она ощущает боль смутно, потеря крови и табак окутали её сознание.

Нога наступает на что-то мягкое, останавливая её.

Детская игрушка, одна из тех что суют младенцу чтобы он улыбнулся своей беззубой улыбкой.

Она входит в комнату откуда струится слабый свет. Сразу понятно детская; комната с яркими раскрашенными стенами, много игрушек, шкафчиков с детскими книжками, кроватка с мобилем.

Генри стоял к ней боком, в руках он держал “Кольт 2089”. Дуло направлено на белокурую женщину, прижимающую ребенка к груди. По её щекам текли слезы, из груди вырывается сдавленный вдох, но страшнее выглядел младенец: глупо улыбающийся, он пытался схватить материнский кулон на шее, слишком маленький, чтобы понять, что происходит.

Сколько раз она слышала его “это неправильно” “так нельзя” “ты ведь не такая”. Этими словами он останавливал её, хватал за руку, отводя пистолет от как ему казалось “невиновных”. Наркомана, проститутку, даже старого насильника защищал. Он не давал ей нажать на курок, ради пригоршни рублей.

Отвечать тем же она не собирается. Поэтому просто спросила:

-Что ты делаешь?

-Я соврал тебе… - он узнал почти все, вышел на кого работал его брат, сопоставил другие факты, а там уже два и два, дают четыре.

Его брат узнал слишком много, корпа решила его убрать. Один из совета директоров нанял Мерка, чтобы выследить и убить частного журналиста. Подобное происходит в их городе ежедневно, только в этот раз у убитого нашёлся чокнутый брат, решивший ворваться в тайную квартиру того корпората, что нанял её. Он узнал обо всем кроме имени Мерка, которого послали убить журналиста.

-И чего ты хочешь этим добиться? - Её саму удивило насколько спокойно звучал её голос. Вот человек, её друг, готовится застрелить ни в чем не повинную женщину и ещё более невинного ребенка. А она спрашивает такую глупость.

-Убить их, а потом изменю записи на камерах, подкину это - Из-за пазухи, достал золотистый “макаров” с гравировкой на дуле, оружие Казахской якудзы - Пускай корпа думает, что это конкуренты вальнули всех. Разразится война корпорации с бандой, и все они рухнут.

-Да, высокая цель ничего не скажешь. Опусти пушку и пошли.

-Нет, - скрежет стали в его голосе поражает.

-Ген…

-Ты же видела, что творится на улице. Все это дерьмо из-за корпораций, овладевших миром, прогнившей системы, которая не борется с преступностью, а наживается на ней.

“И откуда только такие, по ебанутому, высокие цели”

Лис знает все это и без него. Поэтому ей и нужны деньги, чтобы уехать, взять Джейн и уехать, оставить все позади, всю эту грязь, гниль. И больше никогда не возвращаться.

-Я хочу перемен, - продолжает он.

-Убивая детей и женщин?

-Необходимые жертвы… Лис, пожалуйста, мы же друзья.

Перед ней стоял не её друг, это другой человек с другими ценностями. Его рука не дрогнет, нажимая на курок. Так стираются воспоминания, так образ человека, которого ты казалось знаешь, уходит и приходит новый. И тебе приходится выбирать. Кто он для тебя. Друг или уже совершенно чужой человек.

-Это я его убила, – резкий порыв правды, сдавленный шепот вылетает из рта.

-Ты о чем?

Говорит прямо, а он все равно не понимает, кого это Лис убила, потому что в голове даже, не было такой мысли.

-Генри.

-Лис... ты побледнела

Учащённое сердцебиение, хрипота в легких, острая боль при вдохе и выдохе, её трясет как алкоголичку, а руки стали слишком бледными, если не считать красные разводы на ладонях.

Тахикардия в сочетании с пробитым лёгким плохой знак.

Может ли она здесь умереть?

Верить в это не хочется, но страх уже забрался под кожу, проникает за бионические ребра, ближе к сердцу. Каждая секунда теперь кажется, приближает её к костяным объятиям. Руки трясет сильнее.

-Генри блять, пошли.

-Нет.

Он винит себя, мир, бога, кого-угодно. И это нормально, легче кого-то обвинять чем признать, что дерьмо случается и ничего ты с этим сделать не мог.

В том, что он хочет воздать по заслугам виновным в своих страданиях нет ничего странного, его желание никак не определяют его, не делают его хорошим или плохим. Если назовешь месть справедливостью, суть останется та же. Но то как он добивается ее, меняет всё.

Кажется, на этом можно сыграть, всего-то нужно подобрать нужные слова, утихомирить разум, успокоится и оценить ситуацию трезво, так делают взрослые люди. Но у неё не получается, ей движет страх, адреналин и обещание вернутся к одиннадцати, на часах десять пятьдесят девять. Опаздывает.

Разговоры бесполезны, переубедить его не получится. Только Лис не уверена, что не пытается просто заговорить себе зубы.

Он смотрит на неё как-то неопределенно, мутно. Она, наводит дуло модернизированного “Балтийца 2112” прямо промеж его голубых глаз.

-Ты что… - Удивлен, не понимает.

-Отойди

Молчит, удивление сменилось безразличием, его пистолет сильнее уперся женщине в лоб, она плачет, продолжает прижимать ребенка к груди, будто бы это защитит его от пули сорок пятого калибра.

-Тогда стреляй, - слова режут, слова ранят, слова заставляют задуматься, зачем ей это?

Спасать сотни тысяч ублюдков, наполняющих этот город, спасать жену корпората, глупо, тем более ценой жизни друга, даже если бывшего.

“Потому что ты обещала”. Мысли бьются в агонии. Какой-то слуховой глюк, потому что она отчетливо слышит голос Джейн.

-Обещай, что больше не будешь делать, того, что не можешь…

Лис ясно, помнит, как валялась в луже собственной блювотены, с руками по локоть запачканных в крови, с опухшим глазом, тряслась и забивалась в угол, прохожие думали, что это действие ЛСД или ещё чего. Но нет, она была чиста. Просто очередная работа.

Джейн находила её и увозила домой. Каждый раз.

Ещё одно обещание в копилку.

Ещё два маленьких трупа на её душе.

Руки трясет у них обоих.

Он смотрит на неё. Полный боли взгляд нашкодившего щенка, но упрямый, не признающий вины, вот как он смотрел. Без толики раскаяния, сожаления.

Ей кажется, что нет причин убивать, но палец сам тянется к курку, деформация, тело сделает все лишь бы она выжила. Но руку лихорадочно трясет.

Раздаётся выстрел.