Fallout Tactics the American

Глава 1

Сара дёргала застёжки, рвала швы, впивалась пальцами в гладкую резиновую поверхность — всё напрасно. Надувной костюм Эндермена не поддавался. Он продолжал медленно, неумолимо раздуваться, обволакивая её тело плотной упругой оболочкой.

Сначала исчезли руки. Пальцы утонули в резине, ладони слились с рукавами, превратившимися в безликие «сосиски». Затем костюм поднялся выше, накрыв плечи и грудь. Сара чувствовала, как воздух наполняет материал, сдавливая рёбра, ограничивая дыхание.

— Нет! — вскрикнула она, пытаясь нащупать хоть какой‑то клапан или разрыв. — Должен быть выход!

Но поверхность была идеально гладкой, без единого шва. Костюм словно жил своей жизнью, методично поглощая её очертания.

Когда резина добралась до шеи, Сара запаниковала по‑настоящему. Она рванулась вперёд, но ноги уже утонули в надувных штанинах. Теперь она не могла даже стоять — лишь беспомощно балансировать, словно гигантский воздушный шар с человеческими внутренностями.

Последний рывок — и резиновая маска накрыла голову. Перед глазами вспыхнули чёрные круги, затем наступила тьма. Сара пыталась кричать, но звук тонул в толще материала. Она чувствовала, как костюм окончательно принимает форму Эндермена — длинная шея, безликая голова, бесформенное тело без намёка на человеческие черты.

В полной темноте, сдавленная упругим панцирем, Сара поняла: она больше не контролирует ситуацию. Костюм теперь решал всё.

Глава 2

Резиновая оболочка, ещё мгновение назад плотно обтягивавшая тело, вдруг задрожала. Сара почувствовала, как давление ослабевает — словно невидимая помпа начала откачивать воздух. Костюм съёживался, теряя форму, оседая вокруг неё бесформенной грудой материи.

Она рухнула на матрас, едва успев подставить руки. Тело дрожало от напряжения, дыхание вырывалось рваными всхлипами. Сара провела ладонями по лицу, рукам, ногам — кожа была на месте. Никакой резины, никаких безликих «сосисок». Только холодный пот и бешено колотящееся сердце.

Медленно приподнявшись, она уставилась на кучу материала у своих ног. Ещё минуту назад это было её тюрьмой, а теперь — просто скомканный костюм. Молнии, застёжки, швы — всё исчезло, будто их никогда и не существовало.

Сара откинулась назад, упёршись ладонями в матрас. Мысли путались. Что это было? Сон? Галлюцинация? Или нечто большее?

В голове зазвучали слова, которые она когда‑то слышала от старого бродяги на окраине Пустоши: «Судьба — это не дорога с указателями. Это то, что ты признаёшь, когда уже не можешь идти назад».

Она закрыла глаза. Тело всё ещё дрожало, но внутри росла странная, холодная ясность. Если это был знак — значит, пути назад нет. Если это испытание — она его прошла.

Сара глубоко вдохнула, медленно выдохнула и приняла это. Приняла как факт. Как судьбу.

Глава 3

Сара собрала вещи — немного, но самое необходимое: флягу с водой, пару энергетических батончиков, старый компас, нож в потрёпанных ножнах и тусклый фонарик с едва держащей заряд батареей. Она оглядела лачугу, в которой провела последнюю неделю: скрипучая кровать, пара ящиков вместо мебели, пыльные стены с облезшей краской. Здесь больше нечего было ждать.

Выйдя на порог, она вдохнула сухой воздух Пустоши. Ветер нёс пыль и обрывки бумаги, шелестящие среди заброшенных строений. Где‑то вдали скрежетало железо, будто гигантский зверь ворочался в руинах.

— Пора, — сказала она себе и шагнула вперёд.

Путь лежал через выжженную равнину, где редкие кусты цеплялись за трещины в земле. Солнце палило, превращая горизонт в дрожащую дымку. Сара шла, придерживая капюшон: песок забивался в ботинки, ветер бил в лицо. Она не знала, куда именно направляется, но оставаться на месте было страшнее.

Через пару часов она заметила силуэт впереди — полуразрушенный дорожный знак. Подойдя ближе, разглядела выцветшие буквы: «Оазис — 12 миль». Знак кренился набок, одна из стрелок была оторвана, но направление угадывалось. Оазис. Вода. Возможно, люди.

Сара свернула с тропы, следуя за знаком. Мысли крутились в голове: кто ещё может быть в Пустоши? Дружелюбные путники? Бандиты? Мутанты? Она сжала нож в кармане. Теперь каждый шаг требовал бдительности.

К закату небо окрасилось в багровые тона. Сара нашла укрытие в остатках грузовика — кабина была пуста, но крыша ещё держалась. Она устроилась внутри, достала флягу, сделала глоток. Вода была тёплой, с привкусом металла, но это лучше, чем ничего.

В темноте зажглись звёзды — редкие и холодные. Сара смотрела на них, вспоминая, как в детстве отец рассказывал о созвездиях. Теперь они казались чужими, будто мир вокруг переписал все карты.

Она закрыла глаза, но сон не шёл. В ушах звучал шёпот ветра: «Куда ты идёшь?»››

Сара ответила вслух:

— Туда, где ещё есть шанс.

И с этой мыслью встретила рассвет.

Глава 4

#

Сара шла по выжженной равнине, где среди ржавых остовов зданий изредка проглядывали остатки старых домов. Ветер поднимал клубы пыли, заставляя её прикрывать лицо рукавом. Она уже потеряла счёт дням, но упорно двигалась вперёд — просто потому, что стоять на месте было страшнее.

Когда она подошла ближе к группе полуразрушенных строений, над головой вдруг что‑то зашуршало. Сара инстинктивно пригнулась, но не успела увернуться: сверху упал мягкий, упругий предмет. Он накрыл её плечи и голову, словно мешок.

— Что за… — она рванула материал, пытаясь освободиться.

Это оказался надувной костюм — розовый, с длинными ушами и вышитыми глазами. Зайка. Абсолютно нелепый в этой мёртвой пустоши. Сара замерла на секунду, не веря своим глазам, затем рассмеялась — коротко, нервно.

Она стянула костюм, осмотрела его. Материал был целым, без разрывов. Лёгкий, компактный в сложенном виде. Зачем он здесь? Кто‑то бросил? Или это ловушка?

Но в домах, куда она заглянула после, не нашлось ничего полезного: пустые комнаты, разбитая мебель, пыль и тишина. Ни воды, ни припасов, ни хотя бы ржавого ножа.

Сара вздохнула, свернула костюм и убрала в рюкзак. Возможно, он ни к чему. А возможно, пригодится. В Пустоши даже самая странная вещь могла однажды спасти жизнь.

Она закинула рюкзак на плечо и пошла дальше, оставляя позади дома с пустыми окнами, будто следящими за ней.

Глава 5

Сара брела по выжженной пустоши, пока впереди не показалась металлическая конструкция — полузасыпанный землёй бункер с обшарпанной табличкой «Номер 5». Дверь слегка покосилась, но держалась на петлях. Ни следов, ни признаков жизни вокруг.

Она потянула ручку. Скрип. Внутри — тишина и пыль, клубящаяся в узком луче света из приоткрытой двери.

Сара шагнула внутрь.

Помещение оказалось небольшим, но целым: стены без трещин, потолок не обвалился, в углу — ржавая кровать с остатками матраса, стол, пара ящиков. В дальнем конце — люк с надписью «Склад». Она дёрнула его — поддался с трудом, но открылся. Внутри — консервы, запечатанные пакеты с сухим пайком, канистры с водой. Не богатство, но хватит надолго.

Она опустилась на кровать. Впервые за много дней не нужно было оглядываться, искать укрытие, прислушиваться к шорохам. Здесь было… безопасно.

Сара сняла рюкзак, достала надувной костюм зайки, который так странно упал на неё у заброшенных домов. Теперь он лежал на столе — розовый, нелепый, словно память о чём‑то другом, не из этого мира. Она провела рукой по мягкой ткани. Зачем он ей? Но выбросить не поднялась рука.

За окном сгущались сумерки. Сара закрыла дверь, задвинула засов. Зажгла фонарик, поставила на стол. Свет дрогнул, выхватив из темноты угол, стену, костюм.

— Здесь, — сказала она вслух, — я останусь.

Тишина ответила ей шёпотом ветра за стеной.

Она легла, подтянула к себе рюкзак, положила рядом нож. Глаза закрывались. Впервые за долгое время — без страха.

Это был её дом.

Конец.