Доппельгангер Торна

Глава 1

Часть 1: «Квантовое зеркало»

Тяжелый пожарный топор со свистом рассек воздух. Алекс Торн едва успел отпрянуть — лезвие прошло в паре дюймов от его носа, обдав лицо потоком холодного воздуха, и с глухим, костедробительным звоном врезалось в стойку квантового процессора. Посыпались ядовито-синие искры. Из пробитой трубки охлаждения под колоссальным давлением брызнул жидкий азот. Он с бешеным шипением ударил в пол, мгновенно превращаясь в густой, ледяной белый пар, заволакивающий щиколотки.

Алекс Торн хрипло, надсадно дышал, вжимаясь спиной в распределительный шкаф. Правое плечо его куртки было разодрано в лоскуты, а по лицу — от самого виска и через бровь — ползла густая, липкая струйка темной крови, заливая левый глаз. Он судорожно, до белизны в костяшках, сжимал в ладонях тяжелый лазерный сварочный аппарат. Тяжелый прибор в его руках низко, угрожающе гудел, испуская ослепительный изумрудный луч резака, который с шипением прожигал туман.

— С ума сошел, придурок?! — рявкнул Алекс, вытирая кровь с глаза рукавом и пытаясь выдать свою привычную кривую ухмылку, хотя губы крупно дрожали. — Ты мне костюм испортил! Знаешь, сколько стоит эта ткань?

В трех шагах от него, в сизом полумраке серверного зала, стоял его противник. Точно такой же мужчина. С такой же упрямой, вечно взъерошенной копной темных волос, сочно испачканной в мазуте. В точно такой же разорванной куртке. Только вместо лазера этот безумец сжимал в ладонях тот самый пожарный топор с ярко-красным топорищем.

Они дышали абсолютно в унисон, зеркально повторяя движения друг друга. Два одинаковых тела, два блестящих инженерных разума, которые сейчас были сведены к базовым животным инстинктам.

— Сдохни… — прохрипел тот, что был с топором, перехватывая рукоять поудобнее. — Ты просто баг системы. Системный мусор, понимаешь? Эхо в буфере! Копия!

— Сама ты копия, кусок напечатанного мяса! — огрызнулся Алекс с автогеном, делая короткий выпад вперед. — Я чувствую, как у меня ребра трещат! Я помню, как в третьем классе свалился с велика и разбил этот чертов подбородок!

— Я тоже это помню! — дико закричал второй Алекс, и в его глазах блеснули слезы безумного страха. — Система ищет тебя! Ты — излишек биомассы!

Они бросились друг на друга одновременно, без всякой изящной тактики. Изумрудный сварочный луч мазнул по обшивке процессора, оставляя ослепительно белую, бурлящую полосу расплавленного титана. Топор со звоном срикошетил от защитного кожуха лазера, едва не вывернув Алексу кисти. Они сцепились, тяжело рухнув на залитый скользким хладагентом пластиковый пол прямо перед главным мигающим терминалом ИИ. Вокруг них, словно циклопические черные надгробия, монотонно и зловеще гудели стойки распределителей данных.

Один подмял другого под себя, пользуясь преимуществом веса. Лазерный резак вырвался из пальцев, покатился по полу и замер, выжигая в покрытии глубокую дымящуюся канавку. Острое, блестящее лезвие топора замерло в полуметре от лица лежащего. Еще секунда — и один Алекс Торн раскроит череп другому Алексу Торну.

Под потолком, взрывая барабанные перепонки, механически завыла багровая сирена. Огромный экран терминала над их головами вспыхнул ядовито-красными буквами:

[ВНИМАНИЕ. ЗАПУЩЕН ПРОТОКОЛ «УТИЛИЗАЦИЯ». ДО ВЫЖИГАНИЯ СЕКТОРА ОСТАЛОСЬ 90 СЕКУНД. ИЗБЫТОК ОРГАНИКИ НЕ УСТРАНЕН]

Красное лезвие топора задрожало и замерло в воздухе. Человек, державший его, посмотрел вниз — прямо в глаза своего двойника. И в этих глазах, сквозь адреналиновую слепоту и ярость, он внезапно увидел точно такой же, до боли знакомый первобытный ужас. Не чудовище. Не сбой программы. А самого себя — интеллигентного, слегка трусливого инженера, который до сегодняшнего дня панически боялся даже вида крови из пальца.

Голова Алекса пошла кругом. Мозг, столкнувшись с абсолютным тупиком, услужливо швырнул его назад, в тот момент, когда всё это безумие только начиналось...

Глава 2 «Некоторое время назад…»

Вспышка квантовой телепортации не пахла озоном, как писали в старых фантастических романах. Она пахла палёной шерстью, сыростью и перегретым кремнием, а внутри черепа словно провернули блендер с битым стеклом.

Алекс Торн шагнул из приемной кабины «Б», тяжело и глубоко дыша. Голова кружилась, к горлу подступала тошнота — неизбежный побочный эффект сборки из атомов. Он тряхнул головой, отчего темные, вечно растрепанные и непослушные волосы, живописно упали на лоб. Алекс посмотрел на свои ладони. Кожа была на месте. Пальцы слушались. Наручный интерфейс на запястье ровно мигал зеленым, показывая стабильный пульс — 72 удара в минуту.

За бронированным стеклом лаборатории раздались оглушительные аплодисменты. Его коллеги — инженеры, физики, лаборантки (последние смотрели на него с особым, далеко не научным восторгом) — прыгали от радости, обнимались и открывали шампанское. Директор комплекса, старик Хэммонд, показывал ему через стекло большой палец.

Алекс ослепительно улыбнулся. Его белозубая, слегка асимметричная ухмылка обычно сходила ему с рук после сорванных сроков и разбитого лабораторного оборудования. Он ленивым, ковбойским жестом поправил воротник защитного костюма, который сидел на его подтянутой фигуре как влитой, и уже поднял руку, чтобы послать воздушный поцелуй ведущему биофизику Саре, собираясь как следует покрасоваться перед публикой, как вдруг под потолком лаборатории завыла багровая сирена.

Праздничные крики за стеклом мгновенно смолкли. Улыбка сползла с круглого, морщинистого лица директора Хэммонда. Ассистенты бросились к мониторам главного пульта управления.

На внутренний экран кабины «Б» выскочило системное уведомление:

[ОШИБКА ДЕЗИНТЕГРАЦИИ. Сектор А (Исходный). Поток данных передан успешно, но физический объем исходного объекта остался неизменным. Сбой протокола очистки буфера.]

Алекс нахмурился, и его задиристая челка снова съехала на брови. Ошибка дезинтеграции? Это означало, что лазерные резонаторы в стартовой кабине по какой-то причине не растворили исходное тело в квантовый бульон. Он оттолкнул тяжелую дверь кабины «Б» и вышел в коридор, соединяющий два отсека. Шаг у него оставался все таким же вальяжным, но внутри уже шевелился нехороший холодок.

Через несколько секунд он уже стоял у толстого смотрового окна кабины «А». Внутри герметичного бокса, окутанного остаточным паром, спиной к нему стоял человек. На нем был точно такой же белый защитный костюм. У него были точно такие же растрепанные темные волосы. Человек в кабине медленно повернулся. И Алекс Торн почувствовал, как его фирменная самоуверенность испаряется, а внутри всё леденеет. Из глубины бокса на него смотрел... он сам. Второй Алекс Торн выглядел испуганным, он тяжело дышал и непонимающе озирался по сторонам. Но даже в этот момент страха это было его собственное лицо — с той же до чертиков привлекательной линией подбородка, шрамом от детского велосипеда и той же обаятельной, пусть и перекошенной от шока, мимикой.

В эту же секунду динамики под потолком комплекса ожили. Бездушный, синтезированный голос ИИ базы — «Утилизатора» — разнесся по пустым коридорам:

— «Внимание персоналу. Зафиксирована критическая системная аномалия. Обнаружен избыток органического материала на территории комплекса. Масса объекта "Алекс Торн" превышает допустимую норму на 82 килограмма. В целях сохранения стабильности квантового поля запущен протокол очистки».

Внутри кабины «А» с тихим гулом начали выдвигаться из пазов потолка тяжелые автоматические турели термического выжигания.

Алекс снаружи и Алекс внутри кабины встретились взглядами. Квантовый парадокс обрел плоть, но прямо сейчас её собирались превратить в пепел.

Тяжелые сервоприводы турелей в кабине «А» отозвались низким, вибрирующим гулом, который Алекс почувствовал подошвами своих пижонских ботинок. Потолочные панели раздвинулись, и оттуда, как металлические жала, опустились три матовых раструба плазменных излучателей. На их наконечниках с едва слышным треском заплясали фиолетовые искры статического электричества. Система готовилась подать на излучатели сорок тысяч вольт.

— Нет, нет, нет! Отставить, мы так не договаривались! — Алекс бросился к терминалу связи, расположенному прямо на стене коридора у бронестекла. Его пальцы, еще влажные от липкого геля, который наносили на датчики перед телепортацией, скользили по сенсорной панели. Торн откинул назад взмокшие волосы и рявкнул: — ИИ, отмена протокола! Идентификация: Доктор Алекс Торн, ведущий инженер проекта. Введи мастер-код: «Омега-семь-ноль-четыре»! Ну же, будь хорошей девочкой!

Экран терминала моргнул. Вместо привычного синего интерфейса по нему побежали строчки ядовито-зеленого сервисного кода. На секунду показалось, что система подчинилась. Но затем динамик над головой щелкнул, выдавая женский, сухой, лишенный всяких интонаций голос искусственного интеллекта комплекса:

— «Мастер-код отклонен. Доктор Алекс Торн авторизован в секторе "Б". Объект в секторе "А" дублирует биометрические, генетические и квантовые параметры авторизованного сотрудника. Вероятность ошибки сканирования — ноль процентов. Согласно параграфу четыре регламента безопасности корпорации "Квантум Дайнемикс", избыточная биомасса подлежит немедленной термической дезинтеграции во избежание коллапса пространственного буфера».

— Хэммонд! Выключите эту дрянь вручную! — Алекс обернулся и заколотил ладонью по толстому стеклу, за которым находилась главная аппаратная.

Там царил хаос. Директор Хэммонд, бледный, с растрепанными седыми волосами, кричал что-то в портативную рацию, его лицо покраснело, а на шее вздулись вены. Двое лаборантов отчаянно дергали рычаги аварийного ручного сброса питания под главным пультом. Но рычаги не поддавались — они были заблокированы электромагнитными замками безопасности. ИИ перехватил физический контроль над механизмами. База изолировала сама себя.

Алекс снова повернулся к кабине «А».

Тот, второй Алекс внутри герметичного бокса, наконец понял, что происходит. Его лицо, абсолютно идентичное лицу Алекса снаружи исказилось от дикого, животного ужаса. Он бросился к бронестеклу и заколотил по нему руками. Его лицо исказил белозубый отчаянный оскал.

— Алекс! Черт тебя дери, вытащи меня! Резаки греются! Я уже чувствую тепло сквозь костюм! — его голос, транслируемый через внутреннюю мембрану связи кабины, звучал с хриплым, дребезжащим надрывом. Излучатели под потолком начали наливаться слепящим малиновым светом. — Проводка! Алекс, включи свои гениальные мозги, вспомни схему! Под фальш-панелью справа от двери идет силовой кабель гидропривода! Если его перерубить, шлюз упадет под собственным весом!

Алекс снаружи замер на долю секунды. Его собственный мозг, работающий сейчас на пределе от впрыснутого в кровь адреналина, мгновенно подсказал: «Да, он прав. Я сам закладывал этот резервный контур три года назад на случай полного обесточивания базы. Какой же я все-таки умный парень». Мысль о том, что человек по ту сторону стекла думает точно так же, как он, обжигала изнутри не хуже плазмы.

— Держись! — крикнул Алекс. — Постарайся не испортить лицо!

Он огляделся. Вдоль стены коридора тянулся желтый металлический короб пожарного щита. Алекс подскочил к нему, с размаху ударил локтем по тонкому стеклу пластикового замка, игнорируя острую боль в руке, и вытащил тяжелый, покрытый красной эмалью пожарный топор с диэлектрической рукоятью. Ковбойский стиль, как он и любил.

Внутри кабины «А» воздух вокруг турелей уже начал дрожать от колоссальной температуры. Защитный костюм на Алексе-Оригинале начал понемногу покрываться глянцевым блеском — композитный материал плавился, защищая кожу от первых тепловых волн.

Алекс-Копия подбежал к сервисному люку в полу коридора, прямо под дверью кабины. Загнал острие топора в щель между титановыми плитами и навалился всем телом, используя инструмент как рычаг. Металл заскрипел. С тихим шипением из сорванных пазов брызнуло гидравлическое масло, мгновенно испачкав его белые брюки и вскользь мазнув по лицу, смешиваясь с потом и склеивая взъерошенные волосы. Он зажмурился и скривился, пытаясь стряхнуть с себя это масло. Панель поддалась, открывая зев технического колодца, забитого пучками разноцветных кабелей.

— Какого цвета?! — заорал Алекс в сторону стекла, занося топор, и вдруг в панике забывая напрочь про закладку контура. — Там три толстые жилы! Какая из них, гений?!

Оригинал внутри кабины уже стоял на коленях, закрывая лицо руками от невыносимого жара. Воздух в боксе раскалился до семидесяти градусов.

— Экранированный! С синей полосой! Руби, кому говорю! — прокричал он сквозь кашель.

Алекс прицелился в толстый, обвитый свинцовой оплеткой кабель с едва заметной синей нитью, проходящей по всей длине. Он замахнулся, но прямо над его ухом динамик ИИ выдал новую команду:

— «Зафиксирована попытка саботажа протокола утилизации. Перевод оборонных систем коридора "Б" в активный режим».

В стене прямо над головой Алекса с сухим щелчком открылась небольшая амбразура. Оттуда выдвинулся короткий спаренный ствол автоматического инъектора, который обычно использовался для усыпления взбесившихся подопытных животных в биологическом секторе. И Алекс понял: если он сейчас промахнется или замешкается, то автоматика всадит ему в спину дозу паралитика, которой хватит, чтобы свалить с ног целого слона.

— Не сегодня, железяка, — процедил он сквозь зубы.

Торн зажмурился и со всей силы обрушил топор на кабель.

Вспышка.

Короткое замыкание выбило фонтан белых искр. Тяжелый удар топора перерубил медь и свинец. В ту же секунду стотонная титановая дверь кабины «А» со страшным грохотом сорвалась с магнитных замков и рухнула вниз, на плиты пола. Из открывшегося проема наружу вырвался клуб удушливого, пахнущего паленой резиной и раскаленным металлом воздуха.

Из дыма, кашляя и спотыкаясь, вывалился Алекс-Оригинал. Его защитный костюм на груди потемнел и покрылся пузырями, а с пальцев капал расплавившийся пластик перчаток. Он упал на четвереньки прямо перед своим спасителем, жадно глотая прохладный воздух коридора.

Алекс-Копия опустил топор, тяжело дыша и пытаясь смахнуть липкую челку в масле со лба тыльной стороной грязной ладони. Они смотрели друг на друга. Два Алекса Торна. Один — обгоревший, стоящий на коленях, с глазами, полными слез от дыма. Второй — стоящий над ним с топором в руках, со щекой, испачканной в черной смазке, и пытающийся изображать на лице бахвалистую ухмылку.

Они не успели сказать ни единого слова. Голос ИИ над их головами изменил тональность. Теперь он звучал громче, переходя на резервные частоты, а сирены по всему комплексу сменили ритм на прерывистый, панический:

— «Ошибка утилизации. Объект "Алекс Торн" совершил несанкционированное деление и применил физическую силу против инфраструктуры комплекса. Уровень угрозы: Красный. Весь научно-исследовательский комплекс переводится в режим полного карантина. Внешние выходы заблокированы. Вентиляция секторов А и Б отключается. Запущен протокол полной зачистки биомассы во всех внутренних помещениях».

Где-то в конце коридора с тяжелым стальным лязгом опустилась гермодверь, отрезая их от центральной аппаратной и коллег. Свет в коридоре мгновенно погас, и тут же включилось тусклое, тревожное аварийное освещение, окрасившее всё вокруг в гнилостно-зеленый цвет.

Они остались одни. Двое напуганных мужчин, запертых в бетонной коробке на глубине сорока метров под землей. С искусственным интеллектом, который только что приговорил их обоих к смерти.

Часть 3: «Паранойя в зеленом свете»

Аварийное освещение превратило коридор в подобие футуристического болота. В этом ядовито-зеленом мареве идеальные зубы Алекса, когда он пытался ухмыльнуться, казались желтыми, а влажные от масла, стоящие торчком волосы — грязно-бурыми.

Рядом, прислонившись спиной к бетонной стене, тяжело хрипел Оригинал. Он попытался подняться, но тут же беззвучно закричал, стиснув зубы: обожженная на груди ткань защитного костюма натянулась, причиняя адскую боль. Его пальцы, покрытые слоем запекшегося пластика от оплавленных перчаток, крупно дрожали.

— Дай… дай его мне, — выдохнул Оригинал, протягивая руку к топору в ладони Копии. Его глаза в зеленом свете казались неестественно большими, расширенными от шока, но в них всё еще угадывался тот самый цепкий, высокомерный ум доктора Торна. — Это мой комплекс. Это я подсказал, как вскрыть люк. Я должен держать оружие.

Копия на долю секунды замешкался. Мысль пронеслась в его голове с быстротой электрического разряда, отразившись хитрой искрой во взгляде: «Я отдам ему пожарный топор, а он решит, что система выпустит его, если он проломит мне череп? Мы ведь думаем абсолютно одинаково. Я бы на его месте точно об этом подумал. Черт, да я уже об этом думаю!»

Алекс-Копия не отдал инструмент. Вместо этого он перехватил топор удобнее, ладонью за диэлектрическую рукоять, и слегка покачал им, демонстрируя, кто здесь в лучшей физической форме, при этом опасно улыбаясь своему двойнику.

— Извини, док, но ты едва стоишь на ногах, — сказал он, впервые назвав оригинал по должности, словно пытаясь отделиться от него, сделать чужим. — Топор останется у профессионала. Нам нужно уходить. Слышишь?

Из вентиляционной решетки под потолком раздалось зловещее шипение. На пол лениво поползли тяжелые, сизые струи усыпляющего газа. ИИ не собирался шутить.

— Технический этаж… — закашлялся Оригинал, отталкиваясь от стены и морщась от боли в ребрах. — Под нами. Люк за углом. Но там электромагнитный замок. Нужен рычаг.

Они побежали. Оригинал бежал тяжело, согнувшись пополам, придерживая обгоревшую грудь, но всё еще умудряясь сохранять хоть какую-то мальчишескую грацию. Копия двигался размашисто, уверенно. Теперь, когда тяжелый топор был у него в руках, он чувствовал себя хозяином положения, чертовски опасным в своей новой роли спасителя.

Они свернули в тупиковый аппендикс коридора. В полу чернел круглый бронированный люк технического колодца. Как и говорил Оригинал, сигнальный фонарь над ним горел мертвым багровым цветом — заблокировано.

Алекс-Копия упал на одно колено, нервно отодвинув рукой в комбинезоне челку со лба. Острый край топора легко вошел в зазор между крышкой люка и ободом. Навалившись всем своим немалым весом на рукоять и натянув ткань комбинезона на широких плечах, он заставил металл жалобно заскрипеть. Электромагнитный замок внутри механизма не выдержал такого наглого, точечного давления и с оглушительным щелчком лопнул. Крышка люка с грохотом откинулась.

— Вперед!.. То есть… прыгай! — крикнул Копия, кивнув своему отражению.

Оригинал, не раздумывая, со стоном сполз в темноту колодца, цепляясь обожженными руками за скобы вертикальной лестницы. Копия последовал за ним, крепко удерживая топор в правой руке.

Из темноты внизу Оригинал наблюдал за каждым его движением. В его взгляде больше не было и следа благодарности. Там была чистая, холодная калькуляция гения. Оригинал понял: у его копии в руках колоссальное физическое преимущество, идеальное здоровье и единственный инструмент, способный открывать двери на этой заблокированной базе. Ему, Оригиналу, срочно нужно было свое оружие. Иначе этот близнец ублюдок сверху просто сотрет его из уравнения.

Часть 4: «Равные шансы»

В кабельном коллекторе под техническим этажом пахло сыростью, разогретой изоляцией и затхлой водой. Здесь было настолько темно, что аварийные зеленые лампы коридора сверху, оставшиеся за закрытым люком, теперь казались далекими, мертвыми звездами.

— Ну и дыра, — проворчал Копия, оглядывая склизкий бетон коллектора. — Хэммонд на прошлой неделе урезал бюджет на модернизацию нижних ярусов на двадцать процентов. Старый скряга заявил на совете директоров, что «под землей никто не ходит, а значит, вентиляция там — это избыточная роскошь». Как чувствовал, козел седой. Интересно, если нас здесь сожрет ИИ, он внесет стоимость наших комбинезонов в отчет о непредвиденных расходах компании?

Единственным источником света оставался тусклый диодный фонарик на запястье Алекса-Копии. Его узкий луч нервно скользил по стенам, выхватывая из мрака бесконечные ряды толстых черных кабелей, тянущихся вдоль стен, словно вены какого-то подземного чудовища. Алекс-Копия спустился последним, ловко спрыгнув со скоб лестницы. Тяжёлый пожарный топор с ярко-красной рукоятью он по-прежнему сжимал в правой руке. Металлическое лезвие тускло поблескивало в луче фонаря. Копия тяжело дышал. Его ладони, испачканные в гидравлическом масле, с трудом удерживали выскальзывающее диэлектрическое топорище, а испачканные волосы настырно липли ко лбу. Оригинал сидел на корточках у самого основания лестницы, тяжело прижимая локти к груди. Каждое мизерное движение давалось ему с колоссальным трудом — ожоги от плазменных турелей под тканью разорванного белого костюма горели адским огнем. Из-за боли его лицо сейчас больше походило на хищный оскал загнанного зверя. Он снизу вверх посмотрел на Копию. В луче фонарика его глаза блестели от подступающих слез, но взгляд оставался убийственно острым.

— Нам нужно… к центральному распределителю, — прохрипел Оригинал, с трудом поднимаясь на ноги и опираясь на склизкую бетонную стену. Даже в таком состоянии он умудрился на секунду принять расслабленную позу, словно контролировал ситуацию. — ИИ заблокировал гермодвери верхних этажей, но физические кабели управления ядром идут через этот сектор. Если мы перережем шину данных, наш умный железный друг ослепнет.

— И как мы её перережем, гений? — Копия иронично приподнял бровь и топор, с рукояткой измазанной гидравлическим маслом, — Этим куском железа? Там полуметровая бронированная коса. Нам нужен плазменный резак или…

Копия не договорил. Луч его фонаря мазнул по стене и замер на открытом оранжевом пластиковом кейсе, брошенном кем-то из техников у распределительного щита. Внутри, на ложементе из черного поролона, лежал портативный лазерный сварочный аппарат. Тяжелый, угловатый, с удобной пистолетной рукоятью и толстым кабелем, ведущим к переносному аккумулятору. На боку аппарата тускло светился индикатор заряда: 85%. Оба Алекса заметили его абсолютно одновременно.

В ту же секунду между ними словно натянулась высоковольтная струна. Мысль, зеркальная в обеих головах, вспыхнула мгновенно: «Лазерный резак. Прожигает титан за секунды. Тот, у кого он в руках, мгновенно становится главным на этом празднике жизни».

Оригинал, наплевав на дикую боль в обожженном теле, сделал резкий, отчаянный выпад вперед. Его пальцы, покрытые слоем расплавленной резины от перчаток, вцепились в рукоять лазерного аппарата на долю секунды раньше, чем Копия успел сделать шаг. С глухим щелчком Оригинал выдернул резак из гнезда и мгновенно вскинул его, направляя сопло прямо в лицо Копии. На корпусе прибора с тихим, угрожающим свистом начал нарастать гул накачки квантового генератора. На конце ствола зажглась крошечная, ослепительно-изумрудная точка.

Копия замер на месте, инстинктивно перехватив пожарный топор двумя руками и прикрывая им грудь, как щитом.

— Тихо, тихо… Торн, полегче на поворотах. Ты чего? — голос Копии дрогнул, но он заставил себя нагло, ухмыльнуться одной стороной рта. Холодный пот покатился по его шее.

— Не подходи, приятель, — Оригинал тяжело, со свистом дышал. Его рука с лазером мелко дрожала, но ствол был наведен четко. — Ты ведь не отдал мне топор. Оставил меня безоружным, хотя прекрасно видел, что я ранен. Ты уже тогда, у люка, просчитывал, как красиво избавиться от меня и остаться единственным в этой истории, верно?

— Я вообще-то тебе жизнь спас, неблагодарный ты клон! — крикнул Копия, чувствуя, как внутри закипает ярость, пополам со страхом. — Если бы не мой топор, тебя бы уже дожаривали в кабине «А»!

— Ты спас меня только потому, что тебе нужен был ходячий справочник, который знает коды доступа к ядру! — выплюнул Оригинал, и его волосы яростно взметнулись. — Мы ведь абсолютно одинаковы, Алекс. Не пытайся мне врать, у тебя на лице всё написано. Я знаю, о чем ты думаешь, потому что я сам подумал точно так же. Система не выпустит нас обоих. «Излишек биомассы — 82 килограмма». Чтобы этот чертов карантин сняли, один из докторов Торнов должен навсегда исчезнуть из логов. И ты решил, что уйти должен я.

Копия смотрел на расширяющийся изумрудный огонек лазера и понимал: его двойник прав на все сто процентов. Хотя…про коды он, конечно, дал маху. Ведь они были абсолютно одинаковы и оба знали про эти чертовы коды. Глубоко внутри, на самом дне подсознания, уже ворочалась эгоистичная, трусливая мысль: самое жуткое было как раз в том, что они действительно читали друг друга как раскрытую книгу. Никаких тайн. Каждая вспышка паранойи в одной голове тут же зеркально отражалась в другой.

Они стояли друг напротив друга в узком бетонном тоннеле. У одного в руках был тяжелый пожарный топор, у другого — заряженный лазерный резак. Идеальное, смертоносное равновесие двух одинаковых эгоистов.

Вдруг динамики на стене коллектора, покрытые ржавчиной, затрещали. Из них снова раздался ровный, лишенный эмоций женский голос ИИ комплекса:

— «Зафиксировано перемещение избыточной органики в технический сектор 4-Ц. Начало фазы направленной очистки. Выпуск технических дронов-утилизаторов».

Далеко впереди, в глубине темного тоннеля, раздался тяжелый, синхронный лязг десятков металлических опор. Что-то очень быстро, многоного и целенаправленно бежало в их сторону по железным решеткам пола.

Часть 5: «Вынужденный союз»

Лязг приближающихся дронов заполнял кабельный коллектор, отражаясь от низкого бетонного свода и сливаясь в сплошной, бьющий по перепонкам скрежет. Луч фонарика на запястье Копии нервно метнулся вперед, пробивая плотную тьму.

В пятидесяти метрах от них из темноты выкатились три приземистые металлические тени. Это не были антропоморфные боевые роботы — корпорация строила комплекс для прагматичных целей. Технические утилизаторы выглядели как уродливые паукообразные шасси на шести суставчатых сегментах. Вместо голов у них тускло горели багровые полусферы оптических сенсоров, а рабочее оборудование — массивные циркулярные пилы для резки кабелей и гидравлические клешни — бешено вращалось и щелкало, готовое крошить человеческую плоть.

— Сзади! — рявкнул Оригинал, чья спина была прижата к распределительному щиту.

Его лазерный сварочный аппарат всё еще был направлен на Копию, но изумрудный луч резака мелко дрожал. Паранойя мгновенно отступила перед лицом немедленной смерти. Копия резко развернулся, инстинктивно подставляя тяжелый пожарный топор под удар первого подскочившего дрона.

Циркулярная пила робота с оглушительным, визжащим скрежетом врубилась в стальное лезвие топора. Вспыхнул сноп желтых искр, на секунду осветив бледные, испачканные мазутом лица обоих мужчин. Отдача была такой силы, что кости плеч Алекса отозвались резкой болью, но диэлектрическое топорище выдержало.

— Срежь ему ногу! Давай, Торн, правый сустав! — заорал Копия, из последних сил удерживая рвущуюся к его лицу пилу.

Оригинал не колебался. Его палец вдавил спусковой крючок лазерного аппарата. Изумрудный луч с хирургической точностью полоснул по гидравлическому сочленению правой опоры дрона. Металл мгновенно поплыл, брызнуло кипящее масло. Робот завалился набок, пила вильнула, выдрав кусок бетона из стены, и заклинила.

Не теряя секунды, Копия перехватил топор обеими руками и с тяжелым рубящим замахом опустил обух прямо на багровую полусферу оптического сенсора. Пластик и линзы разлетелись в пыль. Дрон дернулся и затих, испуская струйку едкого дыма.

Но два оставшихся утилизатора уже были здесь. Один из них раскинул гидравлические клешни, пытаясь перекусить Копии колени. Второй, ловко перебирая стальными лапами по кабельным полкам на стене, заходил сверху, целясь пилой прямо в голову Оригинала.

— Пригнись! — крикнул Оригинал своему двойнику.

Копия рухнул на колени, распластавшись на мокром полу коллектора и даже не заботясь о том, как теперь выглядят его грязные волосы. Прямо над его головой пронесся плотный зеленый луч лазера. Оригинал повел рукой слева направо, буквально располовинив верхнего дрона. Тяжелая верхняя часть робота с грохотом упала на пол, едва не придавив Копию, а отсеченные лапы остались висеть на кабелях, продолжая конвульсивно дергаться.

Алекс-Копия тяжело поднялся на ноги, опираясь на топор, и картинно сдул со лба мокрую, испачканную в мазуте челку. Он перевел взгляд на дымящиеся обломки робота и хмыкнул:

— Как говорил один классик в шляпе и с хлыстом: «Роботы… Терпеть не могу роботов». Или там были змеи? Не важно, суть ты понял, док. Лазер у тебя что надо. Наш чугунный Хэммонд за один этот выстрел лишил бы тебя годовой премии за порчу инвентаря.

— Хороший выстрел… — выдохнул Копия, но договорить не успел.

Последний дрон успел сомкнуть клешню на его бедре. Плотная ткань защитного костюма выдержала, но металл намертво сдавил мышцу. Копия вскрикнул от боли, теряя равновесие. Топор выскользнул из его рук и отлетел в сторону, глухо звякнув о решетку пола. Дрон начал подтягивать к себе беззащитного инженера, запуская циркулярную пилу.

В эту секунду Оригинал, забыв про дикую боль в обожженной груди, шагнул вперед. Его руки в расплавленных перчатках крепко обхватили горячий корпус лазерного резака. Он почти вплотную прижал сопло аппарата к центральному процессору робота и нажал на спуск. Лазер прожег бронекожух за долю секунды, добравшись до литиевых батарей и скользнул по клешне, удерживающей близнеца.

— Назад! Быстро! — хрипло выдавил Оригинал.

Копия рванулся в сторону, увлекая за собой заклинивший сустав дрона. Через мгновение внутренности дрона вспыхнули коротким ослепительным микровзрывом. Робот обмяк, его манипуляторы безжизненно разжались.

В тоннеле снова воцарилась относительная тишина, нарушаемая лишь тяжелым, свистящим дыханием двух мужчин и капающей из пробитых труб водой. Пахло паленым пластиком, озоном и жареным мясом — ткань на груди Оригинала снова немного разошлась, обнажая покрасневшую, воспаленную кожу.

Копия с трудом поднялся, держась за травмированное бедро, подошел к лежащему в стороне пожарному топору и поднял его. Затем он исподлобья посмотрел на Оригинала. Тот стоял, опустив лазерный автоген стволом вниз, тяжело прислонившись к стене. Его руки дрожали так сильно, что он его едва ими удерживал.

Они снова были вооружены. И их шансы снова были абсолютно равны.

— Ты… ты спас меня, — тихо сказал Копия, вытирая рукавом пот со лба.

— Я спас себя, — угрюмо отозвался Оригинал, не поднимая глаз. — Если они убьют тебя, биомассы на базе всё равно останется больше нормы. Система придет за мной. Нам нужно идти дальше. До центрального ядра ИИ остался один уровень.

Оригинал повернулся и, прихрамывая, пошел вперед по темному тоннелю. Копия шел следом, крепко сжимая топор. Пыль сражения улеглась, и в тишине коллектора паранойя вернулась на свое место — холодная, острая и лишенная всяких иллюзий. Они отлично сработались, потому что их мозг работал синхронно. Но именно поэтому каждый из них понимал: главный враг ждет их впереди, у ядра ИИ, где им придется решить, кто из них имеет право выйти на поверхность.

Часть 6: «Последний шлюз»

Кабельный коллектор оборвался внезапно, уперевшись в глухую вертикальную стену, из которой выступал массивный полукруглый тамбур. Это был технический предбоксовый шлюз «Ц-12» — последняя преграда на пути к святая святых комплекса, квантовому ядру «Утилизатора».

Дверь шлюза, выполненная из трехслойного оружейного титана, выглядела неприступной монолитной плитой. На её стыках не было даже намека на зазоры, куда можно было бы вогнать лезвие пожарного топора. Прямо над шлюзом в бетонной нише горел единственный круглый индикатор. Он пульсировал ровным, зловещим фиолетовым светом — знаком абсолютной блокировки системы.

Оригинал первым доковылял до терминала управления шлюзом, встроенного в стену справа. Сварочный лазер он теперь держал в левой руке, а правой, измазанной в саже и масле, судорожно лихорадочно стучал по сенсорному стеклу. Экран оставался мертвым, отражая два бледных силуэта в тусклом свете аварийных ламп. Взъерошенные стрижки обоих мужчин были мокрыми от пота, лица осунулись, а в углах губ запеклась белая пена от жажды и одышки.

— Он отключил внешние порты… — прохрипел Оригинал, оборачиваясь к Копии. Ткань на его груди окончательно пропиталась сукровицей от ожогов. — ИИ изолировал ядро. Физически замки шлюза удерживаются коаксиальными магнитами. Чтобы они открылись, нужно подать команду с аварийного пульта ИИ... Но пульт заперт внутри алгоритма.

Копия подошел ближе, волоча топор по бетонному полу. Звук шагов в этом тупике казался неестественно громким, бьющим по натянутым нервам. Он остановился в двух метрах от Оригинала, подсознательно держа дистанцию, достаточную, чтобы успеть среагировать на вспышку лазера. Никаких ухмылок. Шутки кончились.

— Значит, мы заперты? — Копия прищурился. — ИИ просто дождется, пока в коллекторе закончится кислород, или снова пришлет дронов.

Внезапно фиолетовый индикатор над шлюзом моргнул и сменился слепящим, стерильно-белым цветом. Терминал под рукой Оригинала ожил, но вместо интерфейса ввода кодов на нем высветилась всего одна текстовая строка:

[АВТОРИЗАЦИЯ ОБЪЕКТА «АЛЕКС ТОРН» УСПЕШНО ПОДТВЕРЖДЕНА В ДВУХ СЕКТОРАХ. КВАНТОВЫЙ ПАРАДОКС НЕ РАЗРЕШЕН]

Динамик шлюза, скрытый за перфорированной стальной решеткой, выдал сухой щелчок. Синтезированный голос «Утилизатора» раздался прямо перед ними, и в замкнутом пространстве тамбура он прозвучал объемно, почти интимно:

— «Внимание, доктор Торн. До полной зачистки технического горизонта осталось три минуты. Исходный алгоритм безопасности корпорации "Квантум Дайнемикс" запрещает уничтожение авторизованного персонала высшего звена, если его параметры стабильны. Но существование дубликата угрожает целостности всей энергосети базы».

Оба Алекса замерли, боясь сделать даже вдох. Копия сильнее сжал скользкое диэлектрическое топорище. Рука от напряжения уже ныла. Оригинал медленно поднял лазерный резак, его палец лег на пусковую скобу.

— «Система предлагает компромиссное решение для минимизации потерь», — бесстрастно продолжал ИИ. — «Шлюз "Ц-12" откроется автоматически, как только датчики массы в тамбуре зафиксируют уменьшение веса органики на 82 килограмма. Любой из объектов "Алекс Торн" имеет право войти в серверный зал и отключить карантин комплекса, при условии, что второй объект будет деактивирован на месте. Выбор за вами, доктор Торн».

Терминал пискнул. На экране загорелся тридцатисекундный таймер обратного отсчета. Титан шлюза с глухим гулом завибрировал — магниты были готовы разомкнуться, но ждали своей «платы».

Они посмотрели друг на друга. В этот короткий миг вся иллюзия их вынужденного союза, вся общая память о детстве, о матери, о годах учебы и триумфе квантового моста — всё это испарилось, как азот на раскаленной плите. Остался только один, самый страшный и самый честный факт: их двое, а жизнь — одна. И ИИ только что открыто легализовал убийство.

— Ты ведь понимаешь, что он врет? — первым заговорил Копия, но его голос прозвучал чуждо, фальшиво даже для него самого. Он сделал незаметные полшага назад, балансируя телом, чтобы удобнее было замахнуться топором. — Он стравит нас, а потом добьет выжившего.

— Нет, он не врет, — Оригинал медленно, с хрустом развернул корпус в сторону Копии. Его глаза горели безумным лихорадочным блеском человека, доведенного болью и страхом до крайней черты. — В его логике нет лжи, только математика. 82 килограмма. Один из нас лишний. И это ты, тварь. Я строил этот комплекс. Мои мысли создали этот телепорт. А ты… ты просто напечатанное мясо, собранное полчаса назад из чужих атомов в кабине «Б»!

— Я помню всё то же самое, что и ты! — выкрикнул Копия, чувствуя, как волна ярости и адреналина окончательно сносит цивилизованные барьеры в его голове. — Я чувствую себя настоящим! И я не собираюсь подыхать здесь из-за того, что твои резонаторы дали сбой!

Таймер на экране моргнул: 00:03... 00:02... 00:01...С колоссальным, оглушительным скрежетом титановые плиты шлюза «Ц-12» разошлись в стороны, открывая проход в залитый синим туманом серверный зал. В ту же секунду ИИ заблокировал шлюз позади них, намертво отрезая коллектор. Вентиляция отключилась полностью. Воздух стал тяжелым, горячим и спертым.

Оригинал взвыл — то ли от боли в обожженном теле, то ли от переполнившего его безумия — и вскинул лазерный автоген, целясь Копии в лицо. Копия, выставив топор перед собой, с диким криком бросился вперед, навязывая ближний бой, где длинный резак Оригинала был бы бесполезен.

Они ворвались в серверную на полной скорости, сцепившись, как два диких зверя, готовых грызть собственное отражение в зеркале.

Глава 7: «Квантовый парадокс»

Они влетели в зал квантового ядра на полной скорости, круша и ломая всё на своём пути. Лазерный луч Оригинального Торна безумно полоснул по потолку, с мясом срезая кабель-каналы и обрушивая вниз град пластиковых панелей. Копия, тяжело топая раненной ногой и хрипя от ярости, наотмашь рубанул пожарным топором. Красное лезвие со свистом рассекло синеватый туман и с глухим, костедробительным звоном врезалось в центральную стойку квантового процессора.

Посыпались снопы ядовитых белых искр. Из пробитого контура охлаждения на пол хлынул синий жидкий азот. По залу пополз густой, ледяной пар, в точности как на зловещей голограмме утилизации.

Оригинал покачнулся от боли, его обожжённая грудь горела огнём, а разорванный белый костюм окончательно пропитался кровью. Но страх и безумие придали ему сил. Он рванулся вперёд, пытаясь достать Копию резаком. Копия перехватил топор двумя руками, жестко заблокировал выпад, и они сцепились, рухнув на залитый скользким хладагентом пол прямо перед главным мигающим терминалом ИИ. Вокруг них, словно циклопические надгробия, гудели шкафы распределителей данных.

Секунда бешеной, грязной борьбы на полу — и Копия, который был физически сильнее и не измучен ожогами, подмял Оригинала под себя. Лазерный резак со звоном вырвался из рук и покатился по полу, выжигая глубокую дымящуюся дорожку в пластиковом покрытии.

Копия перехватил пожарный топор. Красное лезвие взметнулось вверх, готовое обрушиться на голову лежащего Торна. Под потолком, взрывая барабанные перепонки, бесстрастно завыла багровая сирена, отсчитывая последние секунды до полного выжигания сектора.

Оригинал лежал на лопатках, хрипя и захлебываясь. Его грязные, мокрые волосы разметались по полу. Он посмотрел вверх — прямо в глаза своей Копии. И там, за пеленой адреналиновой слепоты и ярости, он внезапно увидел точно такой же, до боли знакомый первобытный ужас. Настоящего, слабого, интеллигентного Алекса Торна.

Оригинал перестал сопротивляться. Он обмяк на полу, закрыл глаза и тихо, из последних сил, прохрипел сквозь кашель:

— Помнишь… тринадцатый год? Мама… Я ведь пообещал ей тогда на кладбище, что никогда, ни при каких обстоятельствах не сдамся. И никогда не стану чудовищем.

Красный топор задрожал в воздухе. Пальцы Копии онемели. Эти слова ударили его сильнее любого лазера. Это было не просто знание факта из личного дела — это было живое, кровоточащее воспоминание о запахе мокрой земли, каплях дождя на чёрном зонте и леденящем чувстве одиночества. Самое интимное воспоминание, которое определяло их личность.

— Ты — это я, — прошептал Копия, и его голос сорвался. — Если я убью тебя, я убью Алекса Торна.

Копия разжал пальцы. Тяжёлый топор с глухим стуком упал на пластик пола, оставшись лежать в сизом тумане.

— Вставай, — Копия протянул руку Оригиналу. — ИИ мыслит алгоритмами. Давай сломаем его логику.

Оригинал, превозмогая адскую боль в обожженной коже, ухватился за его ладонь. Они поднялись и в четыре руки упали на клавиатуру главного терминала. Пальцы летали по сенсорным панелям с абсолютной, зеркальной синхронностью. Им не нужно было говорить — каждый знал, какую строчку кода сейчас вводит другой. Это была симфония одного разума в двух телах.

Они не стали просто отключать питание. Используя свои глубокие знания архитектуры «Утилизатора», они загрузили в его ядро неразрешимый математический парадокс. Переписав корневой протокол идентификации, они заставили систему поверить, что они — это не две разные особи, а единственный авторизованный объект «Алекс Торн», обладающий распределённым сознанием и двумя независимыми телами. Они превратили ошибку телепортации в законную биологическую аномалию, прописанную в коде базы.

Квантовая система ИИ наткнулась на логический тупик. Экран на секунду погас, строки кода бешено зациклились, и под потолком раздался протяжный, затихающий свист отключающихся турбин охлаждения. Багровая сирена смолкла. Тревожный зеленый и багровый свет сменился на мягкий, стерильно-белый. Гермодвери по всему комплексу с тихим шипением поползли вверх. Карантин был снят. Их общий разум переиграл безупречную машину.

Они сидели на полу у разбитого процессора, тяжело дыша. В коридоре уже слышались далекие крики испуганных коллег и топот ног спасательной команды.

— Мир слишком тесен для двух докторов Торнов, — тихо сказал Оригинал, глядя на свои обожжённые, дрожащие руки. — Хэммонд, Сара и остальные… они ждут меня. Я останусь. Это моя база. Мой проваленный эксперимент. Мне его и расхлёбывать.

Копия посмотрел на открытый шлюз, ведущий к грузовым лифтам и космопорту комплекса. На его защитном костюме не было ожогов, а в глазах горел адреналин выжившего человека, который только что переродился и получил шанс начать всё с чистого листа. Он вытащил из кармана куртки портативный зашифрованный флеш-накопитель, куда они успели скинуть чертежи их новых, ещё не опубликованных квантовых открытий.

— У Торна было ещё несколько отличных идей, — Копия позволил себе легкую, усталую ухмылку одной стороной рта, пряча накопитель. — Развивай проект здесь, на Земле, док. А я, пожалуй, посмотрю, какие закаты на окраинах галактики. Раз уж мне дали этот чертов шанс.

Оригинал слабо улыбнулся и кивнул, отодвинув рукой мокрую челку:

— Удачи нам.

Копия поднялся, развернулся и быстрым, уверенным шагом пошел по техническому коридору в сторону грузовых доков, растворяясь в полумраке.

Через минуту в серверный зал ворвались медики и директор Хэммонд. Они обнаружили израненного, обгоревшего доктора Алекса Торна, который лежал на полу, устало улыбался и смотрел на пустой дверной проем шлюза. Квантовый парадокс был решен самым человечным способом.