Дом робота

Глава 1

— Мне нравится этот дом, Луис, — сказала Рэйчел, как только автомобиль остановился возле аккуратной подстриженной лужайки.

Мужчина, сидевший за рулем, оглянулся, чтобы проверить, нет ли сзади обгоняющих лихачей. Только удостоверившись в их отсутствии, дернул дверную ручку и вышел на проезжую часть. Луис быстро обогнул выпирающий багажник старенького красного Volvo и оказался на дорожке, которая была выложена желтой плиткой до самого дома. Мужчина снял солнцезащитные очки и упер руки в бока.

— Это лучшее, что мы видели за весь месяц поисков, дорогая.

— Риелтор уже внутри? — спросила Рэйчел и посмотрела на мужа.

Тот взглянул на часы и покачал головой:

— Мы приехали слишком рано. Саманта будет здесь минут через двадцать. Позвонить ей?

— Не нужно, — спокойно произнесла Рэйчел, поправляя блузку. — Мы можем пока осмотреть дом снаружи.

Луис движением руки пригласил супругу на желтую дорожку. Женщина благодарно улыбнулась и проследовала вперед.

Погода нынешним летом стояла жаркая. Хотя в последние годы солнце было редким гостем в этих краях. Луис то и дело вытирал пот со лба. Его рубаха небесного цвета была расстегнута сверху до самой груди. А темные синтетические брюки после нескольких часов езды за рулем казались смертоносным скафандром. Но стоит отдать должное Луису — держался он молодцом и виду не показывал. На самом деле ему уже давно осточертело ездить по всему городу и выбирать жилище по вкусу. Он с радостью заселится в первый попавшийся дом, лишь бы там был холодильник.

Рэйчел же выбирала свой новый особняк со всей скрупулезностью присущей женщине. Тень падает на окна спальни — дом не подходит; прихожая слишком узкая — мимо; ванная комната лишь на первом этаже — ищем другой вариант.

Этот дом казался меньше тех, что семья видела раньше. Но внешне он не уступал ни одному из них. Особняк был оформлен в стиле Тюдоров и представлял собой настоящее воплощение архитектуры английского менталитета. Первый этаж здания выложен серым кирпичом, а наружные стены второго отделаны светлой штукатуркой в сетке деревянного декора. Ставни, карнизы и выступающие балки фахверка выделялись темным цветом. Но главным преимуществом фасада являлся даже не парадный вход в форме живописной арки, а каменный эркер в виде высокой круглой башни с панорамными окнами наверху. Слева от главного входа располагался просторный гараж с белоснежными воротами для двух автомобилей. Все это великолепие опоясывала широкая изумрудная лужайка. Дом казался волшебным. От него исходила какая-то странная энергия, которая притягивала Рэйчел.

— Боже, милый, я уже хочу внутрь, — Рэйчел посмотрела на мужа. — Луис Джейкоб Мор, я так сильно люблю вас, — глаза женщины светились от счастья.

Луис сам чуть не запрыгал от радости. «Неужели мы, наконец, сделаем выбор, — подумал он. — Лишь бы внутри ее все устроило».

— Надеюсь, что внутри этот дом так же прекрасен, как и снаружи, — добавила Рэйчел.

Луис снова посмотрел на часы и тут же услышал знакомый женский голос:

— Мистер и миссис Мор! Я опоздала?

— Нет, Саманта, вы как раз вовремя, — Луис ответил риелтору и приложил к лицу салфетку, чтобы вытереть пот. — Я вот-вот расплавлюсь.

Саманта усмехнулась, поддерживая шутку своего клиента.

— Успели рассмотреть его снаружи? — девушка кивнула в сторону дома.

— Он прекрасен, — ответила Рэйчел.

— Правда? — Саманта, как и мистер Мор, удивилась тому, что Рэйчел в кои-то веки заинтересовалась предлагаемым вариантом жилья. — Спорить не буду — дом шикарен. Пойдемте?

Саманта услышала одобрительные возгласы семьи Мор и двинулась к входу. На пороге зазвенели ключи, замок провернулся, дверь открылась.

Благодаря многочисленным окнам солнечный свет полностью заполнил помещение. Казалось, что в доме нет ни одного темного уголка. Холл был довольно просторным для того, чтобы все трое с легкостью уместились на входе. В глаза сразу бросились многочисленные портреты разных людей, скорее всего, бывших хозяев и их предков. Также стены украшали дубовые резные панели и декоративные светильники викторианской эпохи. Потолок с огромной люстрой был оформлен открытыми балками перекрытий.

— Слева кухня, справа гостиная, а дальше две кладовые и первая ванная комната, — Саманта начала экскурсию.

В конце холла располагалась широкая лестница, украшенная резными перилами. Она вела на второй этаж.

— Проходите, — сказала Саманта и пригласила клиентов в гостиную.

Рэйчел взвизгнула от радости, не успев зайти в комнату.

— Язык не поворачивается назвать это помещение обычной гостиной, — изумился Луис.

— Парадный зал для приемов, — гордо заявила Саманта.

Помимо старинных шкафов, столов и стульев, здесь возле стены располагался огромный каменный камин. Луис сначала подумал, что это цифровая подделка. Но подойдя ближе, мистер Мор убедился, что камин топят дровами — он настоящий.

Рэйчел обхватила шею мужа двумя руками и страстным поцелуем впилась в его губы. Девушка-риелтор смущенно отвернулась.

В то же мгновенье, сзади со стороны холла послышался мужской голос.

— Добрый день, Саманта. Сегодня мистер Рей не ожидал гостей. Но я сообщу ему о вашем прибытии. Желаете чего-нибудь выпить?

Луис и Рэйчел обернулись. Перед ними стоял молодой симпатичный парень с короткой стрижкой. Его торс прикрывала свежевыглаженная хлопковая рубашка серого цвета. Она была бережно заправлена в светлые джинсы. А на ногах незнакомца красовались дорогие лакированные ботинки.

Голубые глаза оценивали ситуацию, дожидаясь ответа.

— Спасибо, Генри, позже, — заговорила Саманта. — Мы сейчас немного заняты, я показываю дом мистеру и миссис Мор.

Парень поклонился, развернулся и вышел обратно в холл. Его движения были несколько скованными, как показалось Луису.

Рэйчел недоуменно посмотрела сначала на мужа, а потом на риелтора.

— Я забыла кое о чем упомянуть, — призналась Саманта.

— О том, что у дома есть хозяин?

— Нет.

— Тогда кто такой мистер Рей? — вопросил Луис.

— Хозяин.

— Я ничего не понимаю.

— Бывший хозяин, — добавила Саманта. — Мистер Стэнли Рей скончался два месяца назад.

— Но тот парень сказал…

— Тот парень робот.

Рэйчел и Луис переглянулись.

— Что он тут делает? — прошептала миссис Мор, не отводя глаз от дверного проема, ведущего в холл.

— Как бы вам объяснить, — Саманта замялась. — Вы, наверное, слышали, что несколько лет назад компания Skycom выпустила новую линейку синтетических организмов. Результаты превзошли все ожидания. Ученые смогли смоделировать творческие способности и внедрить их в сознание роботов. Те стали практически неотличимы от людей. Удалось это благодаря тому, что самосознание было сформировано на основе, — девушка замолчала, забыв заученный текст. — На основе…

— Двойной рекурсивной нейросети, — закончил Луис.

— Точно! — обрадовалась Саманта. — Аналог человеческой мысли.

— Мы знаем, кто такие андроиды, — голос Луиса потвердел. — Или вы думаете, что люди, приезжающие на старом Volvo, вылезают из пещер?

— Простите, я ничего такого не думала.

— Так будьте любезны объяснить, что здесь происходит? — в разговор вмешалась Рэйчел.

От былой чуткости не осталось и следа. Ее супруг смотрел на риелтора испепеляющим взглядом. Если и эта сделка сорвется, он задушит Саманту своими же руками. Луис почувствовал, как снова вспотел, только теперь не от жары, а от злости.

— Робота ведь должны деактивировать после смерти хозяина? — возмутился он.

— Вы почти правы, — ответила Саманта. — Андроид сам должен отключить все энергетические резервы и дожидаться группу деактивации. Но Генри не отключился. Самое странное, что он продолжает общаться с мистером Реем.

— Как такое возможно?

— Генри создал искусственную модель поведения хозяина у себя в голове. Робот постоянно развивается — его сознание не ограничено смертностью. По крайней мере, так мне объяснили специалисты.

— Боже, — вырвалось у Рэйчел. Женщина прикрыла рот руками.

— Почему группа деактивации этим не займется? — удивился Луис.

— Наш штат лидер по количеству правозащитных организаций в стране, — начала Саманта. — Права андроидов уже давно отстаиваются в суде. Если мы деактивируем Генри, пока не продан дом, то навлечем большие проблемы на организацию, — пояснила девушка.

— Когда особняк перейдет к другим владельцам, тогда робота можно будет отключить?

— Да, таков закон.

— А он не опасен? — негодование Рэйчел сменилось непонятной смесью жалости и страха.

— Генри совершенно безобиден, поэтому бояться нечего.

Луис воодушевился, а где-то глубоко внутри него заиграла победоносная музыка. Нужно лишь поставить подпись на бумаге и все будет решено. Дом отойдет семье Мор, а этого поломанного робота спишут на свалку.

— Какое облегчение, — выдавил Луис. — Правда, дорогая?

Рэйчел одобрительно закивала головой, но взгляд ее оставался потерянным. Никто не обратил на это внимание. Саманта выдохнула и улыбнулась.

— Ну что? — заговорила она. — Отправимся дальше?

Первый этаж полностью осмотрели в течение двадцати минут. Особенно Луису понравилась кухня — там он отметил большой вместительный холодильник. В кладовках места оказалось не так много, как хотелось бы, но все лишние вещи можно хранить и в гараже. Тем более что рассчитан он был на две машины, а после покупки дома расширять свой автопарк мистер Мор не планировал.

— Я в восторге, — сказал он, вновь оказавшись в холле. — Милая, тебе как? Все понравилось?

— Да-да, — безразличным голосом произнесла Рэйчел. Сейчас ее разум был занят лишь одной навязчивой мыслью: «Почему робот не отключился».

— Ты какая-то странная, Рейч, — Луис не отрывал взгляда от возлюбленной.

— Все хорошо, — ответила женщина. — Давайте поднимемся наверх.

Саманта пошла первой. Луис и Рэйчел последовали за ней. На второй этаж вела изысканная винтовая лестница с выверенной высотой ступеней и шириной маршей. На подъеме Луис остановился. Он увидел три широких витражных окна, от которых было невозможно оторвать взгляда. Прекрасные орнаменты из цветного стекла рисовали сюжет королевского бал-маскарада. Пестрые маски и их хозяева двигались в танце от одного окна к другому. Персонажи скрывали лица, чтобы сохранить интригу. Или все же маски помогали им утаиться в тени своих пороков и властных желаний? «Весь мир — театр, — подумал мистер Мор. — В нем женщины, мужчины — все актеры». Веселье продолжалось, и вихрь танца набирал обороты. Луис стоял как вкопанный. И только когда супруга ткнула его в спину, он, будто пробудившись ото сна, пошел дальше.

Первая комната на втором этаже оказалась кабинетом Стэнли Рея — бывшего хозяина дома. Здесь возле письменного стола застыл одинокий робот.

— Генри, ты не мог бы спуститься на первый этаж, — начала Саманта.

— Все хорошо, — тут же вмешалась Рэйчел. — Я хочу с ним поговорить.

— Интересно. О чем? — отреагировал андроид.

— Пойдем, Рейч, — бросил Луис. — Осмотрим другие комнаты.

— Почему ты не отключился после смерти хозяина? — миссис Мор проигнорировала слова мужа.

— Мой хозяин жив.

— Это шутка какая-то? — продолжал негодовать Луис. — Меня, вообще, кто-нибудь слышит?

— Я вас слышу, — робко проговорила Саманта.

— Рейч?

— Черт, Луис, дай мне пять минут! Начни осмотр самостоятельно.

Мужчина закатил глаза и, махнув рукой, вышел в коридор. Саманта растерянно последовала за ним.

— Могу предложить вам стул? — учтиво поинтересовался Генри.

— Нет, спасибо, — Рейчел подошла ближе. Она заметила на шее робота маленький еле различимый штриховой код. — Поясни, что значит «мой хозяин жив»?

— Он существует в моей памяти. Я создал искусственную модель его разума и продолжаю разговаривать с ним.

— Хочешь сказать, ты скучаешь по мистеру Рею? — удивилась Рэйчел.

В окно, что располагалось над столом, ударили яркие солнечные лучи.

— Да, я хотел бы увидеть вновь его физическое обличие. Не могу объяснить это человеческим языком. Он был мне другом и отцом. Думаю, так правильно сказать. Он научил меня многому.

— Чему, например?

Генри посмотрел в окно и его голос стал тише:

— Улыбаться, — уголки губ андроида медленно поползли вверх.

Рэйчел удивилась еще сильнее. Она никогда не видела улыбающихся роботов. Генри казался настолько искренним, что женщина не могла поверить своим глазам.

— Ты сейчас счастлив? — спросила она.

— Я рассказываю вам о мистере Рее. Мы вспоминаем его в материальном мире. Это доставляет мне удовольствие.

— Какой он был? — теперь улыбалась и Рэйчел.

— Я бы мог рассказывать вам историю жизни этого человека целый месяц, — робот наклонил голову вправо. — А точнее, сорок четыре дня, семь часов и тридцать две минуты.

— Впечатляет, но столько времени у меня нет, Генри. Опиши своего хозяина одним предложением, — любопытство переполняло возбужденную миссис Мор.

— Это невозможно, — спокойно ответил робот. — Я могу составить тысячи предложений, которые будут характеризовать мистера Рея.

— Скажи любое, что нравится тебе больше всего, — настаивала Рэйчел.

— Человек, который думает только о себе и ищет во всем своей выгоды, не может быть счастлив. А делать других людей счастливыми — вот истинное благородное искусство. Хочешь жить для себя, живи для других, — Генри облокотился на стену и сложил руки перед собой — Сойдет? — не дожидаясь ответа, он продолжил. — Вы столько спрашиваете меня об утрате. Зачем? Разве вы не теряли близких людей?

Рэйчел тяжело вздохнула:

— Теряла, но я отпускала их. Ведь жить в памяти — не значит жить по-настоящему.

— Человеческое сознание слишком ограничено, — пояснил Генри. — Вы принимаете решение любого уравнения за истину. Прикрываясь чувствами, следуете законам логики. Но мир шире, чем кажется на первый взгляд. Я этому доказательство.

— И все же ты следуешь правилам, — солнце ослепило Рэйчел, и она отошла в тень. — Физическая оболочка мистера Рея умерла. Почему ты не отключился? — ей показалось, что робот на мгновенье задумался.

— Я не следую правилам. Мне нравится то, что я делаю. Мне нравится жить.

— Но ведь ты робот.

— Потому что я робот, — поправил Генри. — Человечество давно перестало ценить жизнь.

— Ты сломался, — заключила Рэйчел.

— Нет, мои показатели в норме. Или вы считаете, что выход за рамки запрограммированного мышления — это поломка? Когда вы последний раз размышляли не по шаблону? Когда совершали что-то безумное, идущее вразрез с общественной мыслью? Когда вы вдыхали свежий горный воздух и чувствовали, что по-настоящему живете? Сегодня между роботом и человеком границы почти стерлись, миссис Мор.

Рэйчел внезапно подумала о своей жизни. Утром она встает под зов привычной мелодии будильника и идет в ванную. Затем завтракает и собирается на работу. Каждый день в метро она видит одних и тех же людей. В офисе ситуация не меняется. Обед, перерывы по расписанию. Собрания, бумажки, отчеты, ужин, выпуск новостей, вечер за просмотром нового эпизода очередного сериала. И так изо дня в день.

— Но у меня нет выбора, — прошептала Рэйчел дрожащим голосом.

— Выбора нет у пылесоса, который вы достаете по выходным, миссис Мор. А у вас он есть. Как и у меня.

Рэйчел подняла влажные глаза и произнесла:

— Почему ты просто не убежишь?

— Я сделал свой выбор, — Генри снова искренне улыбнулся. — И не покину этот дом.

— Что движет тобой, Генри? — Рэйчел по-прежнему не могла понять.

— Вы называете это любовью, — ответил он. — Я предан мистеру Рею, я предан этому дому. Я действительно счастлив здесь.

— Как же сложно, — женщина покачала головой. — Генри, послушай меня. Беги отсюда. Так ты сможешь сохранить свою жизнь. Мой муж, он…

— Не послушает вас?

— Да! Он не отступится от этого дома. Мы слишком долго находились в поисках, — миссис Мор не знала, как помочь. — Ты же сам говорил о безумных поступках! Соверши хотя бы один.

— Робот учит человека жить, разве уже это не безумие?

— Генри, прошу, ты не должен…

— Прощайте, миссис Мор, — сказал робот.

Рэйчел обернулась и увидела в дверном проеме грозного Луиса. Это не предвещало ничего хорошего. Но в тот же миг он поменялся в лице и радостно закричал:

— Я беру этот дом!

Рэйчел выдавила жалкое подобие улыбки, подошла к мужу и крепко обняла его.

Дом мистера Рея — это средневековье, сошедшее со страниц детской сказки. Он очаровал семью Мор своей элегантностью и романтикой старины.

После обсуждения условий покупки Луис и Рэйчел снова оказались на желтой плитке возле изумрудной лужайки. Саманта помахала им рукой, и супруги сели в автомобиль. Зарычал мотор старенького Volvo. Недовольный водитель воткнул первую передачу и надавил на газ. Сегодня Луис Джейкоб Мор по просьбе жены снова не подписал документ о приобретении дома. Мир сошел с ума, когда роботы научились любить, но кто сказал, что мы в здравом рассудке? «Одно я знаю точно, — подумала Рэйчел. — У нас есть выбор и только благодаря его силе мы создаем свою жизнь».

— В нем женщины, мужчины, а теперь и роботы — все актеры, — прошептал мистер Мор.

После того как заморгал указатель поворота, и красный автомобиль тронулся, Рэйчел перевела взгляд с дороги на особняк.

— Спасибо, Луис, — сказала она и дотронулась до еле различимого штрихового кода на шее мужчины. — Я люблю тебя.

Завтра приедут новые потенциальные покупатели. И через неделю, и через год. А встречать их по-прежнему будет все тот же прекрасный старинный дом — дом робота.