Болт

Глава 1

Лика чинила всё, что умело гудеть, мигать или хотя бы нагреваться: радиоприёмники, кофеварки, чужие протезы. Трущобы Нижнего города платили за это скромно, зато честно. Запчасти она брала на Свалке, где в неоновой ржавой мгле громоздились горы осколков современных технологий.

Между двумя холодильниками, засыпанный проводами, лежал робот. Кубическое туловище, два колеса вместо ног, одна гнутая рука. Вместо лица круглый тёмный экран.

— Тебя выкинули, потому что ты сломан, — сказала она. — А я как раз и зарабатываю тем, что чиню таких, как ты.

Три дня она искала для него детали: процессор из разбитого терминала, аккумулятор от старого дрона, новый динамик. На четвёртый день она нажала последнюю кнопку. Экран вздрогнул и высветил две неуверенные точки.

— Привет, — прогудел динамик. — Я… где я?

— Дома, — сказала Лика. — Звать тебя будут Болт. Их слишком много в твоей модели. Сейчас такой вид крепления почти не используют.

Так у неё появился друг. Он носил ей инструменты, светил фонарём в темноте, учился варить чай на плитке и однажды рассмешил её так, что она уронила паяльник. Болт не знал, зачем он существует, но знал теперь, что ему хорошо рядом с ней.

Однажды вечером Болт вышел на улицу проверить антенну. Внизу, у входа в их убежище, взревел мотор. Он увидел, как Лика садится в чёрный автомобиль, как хлопает дверца. Взвизгнули шины, и на мокром асфальте расплылись красные пятна стоп-сигналов.

— Лика! — крикнул он, но машина уже скрылась за поворотом.

Похитили. Другого слова у него не нашлось. Он вспомнил, что у него была связь с телефоном Лики. На звонки она не отвечала, но была связь с трекером. Слабый сигнал мигал на карте далеко, на другом конце города.

Болт включил моторы и покатил.

Верхний город сиял. Небоскрёбы царапали тучи, рекламные голограммы кричали о нейролекарствах и летающих такси, по воздуху скользили светящиеся потоки машин. Внизу же, на уровне земли, текла грязь, а в ней маленький робот на колёсах.

Первой преградой оказалась канализация: короткий путь под кварталом. Только в коллекторе уже ждали хозяева. Из темноты выступили крысы размером с собаку, с четырьмя красными глазами и жёлтыми, как ржавые гвозди, зубами.

— Не бойся, — сказал себе Болт. — Ты железный.

Крыса вцепилась в колесо. Болт выпустил из руки разряд, оставшийся от аккумулятора старого дрона, и в темноте вспыхнуло голубое сияние. Вторая крыса отскочила, третья бросилась на него сверху, но он пригнулся, и она перелетела через него. Он вырвался на решётку, вытолкнул её и оказался на поверхности с помятым боком и одной погнутой антенной.

Не успел он отдышаться, как над головой загудели винты. Полицейские дроны в белых корпусах развернулись над перекрёстком и вспыхнули прожекторами.

— Объект без регистрации. Остановитесь.

Болт нырнул в узкий переулок. Дроны пикировали следом, стреляя сетями. Одна сетка упала ему на правый манипулятор, он рванул её, оставив клок кабеля, свернул за мусорный контейнер и затаился. Прожекторы обшарили переулок, погудели и улетели.

Но и это был не конец. За углом его ждали трое в грязных куртках, с крюками и электрокусачками. Охотники за запчастями.

— Смотри-ка, — сказал один. — Процессор серии «Гелиос». Это тысяч десять, не меньше. А аккумулятор какой!

Болт рванул с места. Колёса засвистели по мокрому асфальту, а он лавировал между ларьками с лапшой, между пешеходами, под ногами у велорикш. Один из охотников схватил его за манипулятор, и Болт, вывернувшись, оставил ему в кулаке свою старую пластину. Пластина была всего лишь обшивкой. Он жертвовал ею без сожаления.

Он ехал всю ночь. К утру сигнал на карте перестал мигать: цель была рядом.

Дом стоял на тихой улице. Пожарная лестница шла вверх по стене, ржавая и скрипучая. Болт цеплялся манипулятором за перекладины, подтягивался и лез, лез, лез. Шестой этаж. Седьмой.

Окно светилось тёплым. Он заглянул.

В комнате на диване сидела Лика. Рядом с ней парень примерно её возраста, лохматый, в клетчатой рубашке. Они ели что-то из одной коробки и смотрели телевизор. Она смеялась. По-настоящему, так, как смеялась с ним.

Болт смотрел и не понимал. Никто её не похищал. Она просто уехала. К тому, с кем ей весело.

Экран его лица потускнел. Хватка ослабла. Он хотел отступить, но перекладина скользнула под манипулятором, и он сорвался. Он упал на тротуар, гулко ударившись, и левое колесо хрустнуло. В боку загудело.

Никто не выглянул из окна.

Он ехал домой медленно, на одном колесе, скребя другим по асфальту. Снова начался дождь. Мимо шла компания подростков. Один заметил его.

— Смотри, ходячий утиль!

В Болта полетела пустая бутылка из-под пива, потом вторая. Одна ударила по экрану, по стеклу побежала трещина. Подростки хохотали и швыряли всё, что находили. Он не ответил и не свернул. Он просто ехал дальше.

«Я ведь не нужен, — думал Болт. — Меня выбросили один раз. Теперь выбросили второй».

Дождь просачивался в трещины корпуса. В боку что-то щёлкнуло, запахло горелым. Болт свернул в тупик за мусорными баками и остановился, чтобы отдохнуть. Так он подумал.

Он попробовал включить мотор, но колесо не отозвалось. Попробовал позвать Лику, но динамик лишь прохрипел и замолк. Экран мигнул раз, другой и стал гаснуть.

Последним, что он увидел, была капля, стекающая по трещине в стекле. Ему вдруг захотелось сказать Лике, что чай надо заваривать не кипятком, а дождаться, когда температура воды будет 80 градусов по Цельсию. Она вечно забывала.

Потом стало темно.

Лика вернулась в убежище на следующее утро. Она держала в руке ключ и повторяла про себя, что скажет ему. Что была у Ярика. Что вернулась бы вечером. Что оставила записку.

Записка лежала на столе. Болт её так и не прочитал. Его самого нигде не было.

Она искала его весь день. Спрашивала у торговцев лапшой, у велорикш, у мальчишек-курьеров. К вечеру кто-то показал ей тупик за мусорными баками.

Он стоял там, тихий, с трещиной по всему экрану и погнутым колесом. Лика присела рядом и коснулась его манипулятора. Металл был холодным.

Она достала инструменты. Прозвонила плату, заменила предохранитель, попробовала запустить резервную цепь. Потом ещё раз. Потом открыла процессорный отсек и долго смотрела на оплавленные контакты.

Она чинила технику с девяти лет. Она знала, когда вещь ещё можно спасти. И знала, когда нет.

— Я же нашла для тебя всё, — прошептала она. — Всё, что нужно. Ты не мог просто…

Дождь пошёл снова. Лика сидела в тупике до темноты, прижав ладонь к холодному экрану, и в окнах верхнего города горели тёплые огни, которым не было до неё никакого дела.