Аще бо и пойду посреде сени смертныя или жанр для праздника непослушания

Глава 1

Так получилось, что конец 60-х и начало 70-х годов были для стран Первого Мира временем очень сурового кризиса. Посудите сами, примерно в одно и то же время США охватили митинги "детей цветов" и террор "черных пантер", в Париже вдохновленная идеями троцкизма молодежь свергала де Голля и разносила город (Пьеру Ришару из соображений безопасности пришлось даже поучаствовать в переворачивании его собственного автомобиля), в Великобритании полулегендарная ИРА устраивала некие Проблемы, в Германии члены RAF занимались грабежом и убийствами. Вишенкой на тортике, чтобы всем окончательно похорошело, стал мировой топливный кризис.

Именно в этих милых условиях огромного экзистенциального кризиса, охватившего общество по ненашу сторону "железного занавеса", Кевин У. Джеттер пишет свой первый роман, получивший название "Доктор Аддер". Книга будет написана в 1972 году, выйдет в печать только в 1984-м, а на русский ее переведут вообще уже в 2024 году стараниями русско-английского переводчика чеха Конрада Сташевски. Причины такого просты - уж слишком специфическим вышло произведение, в котором "vagina dentata" - не мужской шовинистический оборот, а вполне эффективный инструмент. Все остальные вместе взятые элементы произведения в виде всеобщей разрухи, имплантов, ГГ-авантюриста и абсолютного пренебрежения чьими-то жизнями, уже не так волновали издателей. Так, стоп... Что-то напоминает?

В 1983 году, спустя 11 лет после вышеуказанных событий, молодой и жадный до крови литературных врагов Брюс Стерлинг начнет издавать свой журнал "Дешевая Правда", в котором провозгласит, ни много ни мало, эпоху низвержения богов. Классическая твердая НФ застоялась, фэнтези занимается ерундой и самоуспокаивающим нырянием в песок, а потому настала пора скинуть ложных идолов с их пьедесталов и показать миру всю опасность надвигающихся возможностей. А опасностей было не меньше, чем в 1972. Грозных "черных пантер" сменила чуть ли не стократно возросшая уличная преступность и бандитизм, мир наводнили кокаин и крэк, а технологии стремительно врывались в каждый дом в виде кассетных плееров, компьютеров и иных сложных в использовании и понимании технических достижений. Экономика, едва дышавшая после экономического кризиса и рецессии, стабильно росла, но не так, как у "азиатских тигров", вовсю пользовавшихся эффектом низкой базы и грозивших при сохранении темпов роста не просто догнать, но и перегнать Америку из-за дешевизны рабочих рук через десяток лет. Именно здесь, в круговерти социального дна, технолуддизма, наркомании, страха перед растущей мощью "азиатских тигров" и очередного глобального экзистенциального кризиса, и родился киберпанк. Очередная массовая попытка ответа на вопрос: "Что же нас ждет?". И выданный разгоряченными авторами ответ никого не радовал.

Что является ключевой особенностью киберпанка? Пресловутый "hi tech - low life"? Не могу согласиться. Данный принцип, известный как Критерий Дозуа, на деле относится только к произведениям самого Уильяма Гибсона. Ни в "Докторе Аддере" Джеттера, ни в "Лавине" Стивенсона подобного заостренного внимания на пребывании на дне нет. Да, многие влачат жалкое существование в районах гнилых трущоб и захолустьев, но в 80-е, в условной окружающей авторов действительности, в принципе многие районы в городах Америки принялись стремительно маргинализироваться. Просто посмотрите фильмы "Секрет моего успеха" или "Напролом" с Майклом Джей Фоксом и то, какой там город Нью-Йорк. Дихотомия значительная, уверяю вас. А это просто романтическая комедия/комедийный боевичок. И на этом самом аспекте hi tech пололам с low life в фильмах тоже построено некоторое количество шуток.

Что же тогда остается? Технолуддизм? Фрагменты этого можно было найти еще в "Когда Спящий проснется" Герберта Уэллса еще в самом конце XIX века - кстати, соединенные вместе с пресловутым Критерием Дозуа и авторским осуждением оного. Бурное развитие технологий привело лишь к тому, что, когда Спящий проснулся, из людей под разным соусом стали выкачивать еще больше ресурсов. Экзистенциальный кризис? Ответ на него киберпанки давали на редкость агрессивный и не предрасполагающий к излишним сантиментам. Новые нигилисты, они на все вопросы о смысле жизни, вселенной и вообще отвечали не оптимистическое "42", а словно бы хором повторяли за Александром "Свином" Пановым и его "Автоматическими Удовлетворителями": "Ты г**но, я г**но, будущего нет!". Это было логическим следствием всей философии их литературного направления - яростная борьба с застоем, не менее яростная, чем эта советская Перестройка. И точно так же ведущая не туда.

Остается единственный аспект - страх перед "азиатскими тиграми". И вот именно здесь киберпанки оказались первопроходцами. В произведениях киберпанков Япония (а потом и Китай) - это не просто какая-то очередная угроза для США навроде коммунистов. Нет, Япония уже заняла место сверхдержавы, в то время как обломки и осколки Штатов ведут относительно жалкое существование на собственных руинах и помойках. Причем причины могут быть разными - от поражения в войне с Советским Союзом до очередного экономического/политического кризиса, с которым правительство окажется не в силах справиться. Затем следует стремительное падение на дно и завистливое наблюдение за тем, как еще недавно евший с руки разбомбленный ядерными спецбоеприпасами противник становится новым центром мира. Именно страх потери своего лидирующего положения в мире, страх крушения всех мессианских надежд и идей - вот он ключевой стержень киберпанка как жанра литературы. Все остальное - лишь приправа. Добавка. Специя. Пряность. Иными словами, киберпанк - это поджанр колониальной литературы, только вместо очередных приключений в Индии XIX века здесь налицо муравейники и пустоши бывших США. Просто ощущение "бремени белого человека" сменилось ощущением собственной выброшенности на обочину жизни, где даже европейцы устроились лучше. Весьма левые по своим взглядам киберпанки размахивали этим крушением мироздания перед лицом консервативной Америки Рейгана, как тряпкой перед лицом разъяренного быка, стремясь его как можно сильнее выбесить. Глядишь, что-нибудь и изменится.

А знаете, что самое смешное? Что этот весьма алармистский жанр, который то пугал крушением всех надежд, то пытался рассказать об опасностях безудержного развития технологий, на деле оказался несколько дутым пшиком. Фантастика считалась тогда (да и сейчас тоже) "низким жанром", предназначенным в основном для детей и подростков. Легкая литература, на уровне криминального чтива. Хоть сколько-нибудь взрослыми считались считанные произведения (навроде "Звездного десанта", 60 лет являвшегося самой читаемой книгой Корпуса Морской Пехоты и присутствующей в библиотеке каждой базы КМП), все остальные с трудом признавались хотя бы литературой, независимо от личности автора и глубины затрагиваемых тем. И это при том, что авторами значились такие мастодонты, как Хайнлайн, Шекли или Азимов, старавшиеся писать именно на взрослую аудиторию, потому что подросткам объем и глубину затрагиваемых этими писателями тем просто не понять. А теперь представьте себе, что на полки книжных магазинов попадают книги, которые полны полупорнографических описаний сцен секса, употребления запрещенных веществ и перестрелок в Матрице и наяву, которые к тому же пытаются вас напугать тем, что Америка вот-вот канет в тартарары. Понятное дело, что подросток будет абсолютно счастлив, ведь для него на страницах произведения царит настоящий праздник непослушания. А вот взрослому в данном жанре искать особо нечего, так как он просто-напросто написан не для него. Как максимум, он прочитает что-нибудь просто чтобы расслабиться и не загружать мозг. И так на работе напрягают.

К началу 90-х жанр исчерпал себя полностью. Мир необратимо изменялся и вовсе не в ту сторону, о которой всего 6-8 лет назад предупреждал Винсент Омниаверитас. Такое грубое поражение от рук распавшегося СССР и японского экономического кризиса лишило жанр хоть каких-нибудь перспектив. Казалось бы, его участь предрешена - краткое возвращение в традиционный "ревайвл" через 20 лет и окончательное забвение после того, как ностальгирующие выросшие подростки 80-х окончательно наиграются в свои старые игрушки. Но тут случилось нечто непредвиденное - нулевые для мира стали десятилетием сплошных вызовов, где 11 сентября сменилось войной в Ираке и последующим кризисом 2008 года. Запрос на эскапистский контент, позволяющий отвлечься от ужасающей реальности и вернуться в детство, где все было хорошо и замечательно, вырос многократно. 80-е стали уже не возрожденной модой выросших деток, решивших вспомнить молодость, а международным (так как львиную долю массовой культуры производят в США) феноменом, в который охотно погружались люди, даже абсолютно не знакомые с эпохой. Например, жители СНГ, видевшие 80-е годы в виде дефицита, Афганистана и умирашек генсеков.

И киберпанк ощутил это на себе в полной мере, раздробившись на серию поджанров и продолжая гнать контент по лекалам отцов-основателей. Правда, они уже не боролись с системой, не враждовали против чего-то и даже не предупреждали об опасностях будущего. Они просто гнали контент по запросу рынка, желавшего вернуться туда, где дома и небоскребы не взрывают, наша милиция/полиция нас бережет, а бутерброд с арахисовой пастой - самое вкусное лакомство на свете. А на коленях лежит книжка от издательства Ace Books с обложкой черного цвета, на которой зеленая сетка Матрицы и рубленым шрифтом текст обещают обалденное приключение в новом мире невиданных возможностей. Где Матрица, крутые антигерои и безграничное море возможностей без каких-либо ограничений. Употребляй, круши, ломай, занимайся сексом и прочим подростковым бунтом. Будь Киберпанком. Устрой свой собственный праздник непослушания.