1.Дегидратация

Глава 1

Герпет Белиньский посмотрел в окно. Расфокусированный взгляд пронзил грязное стекло. Зарево просыпающегося дня окрасило розовым обшарпанные дома, такие же серые, как души обитающих в них людей. Ошметки человечества за Пятым кордоном готовятся разменять еще одни сутки.

По улице проехал грузовик армейского образца – автолавка Вилли Перекати-поле. Брезент фургона по бокам усилен металлическими листами. Проехал без остановок – здесь даже для Вилли клиенты бедноваты.

Глоток чая – мягкий тон мяты навевает расслабленное состояние. Герпет посмотрел на мир сквозь стеклянный бокал с благородным желто-коричневым напитком. Мир подернулся «сепией» и стал еще мрачней. Белиньский подумал, что можно, конечно, помыть оконное стекло, но тогда у прохожих возникнет закономерный вопрос – кому это настолько не наплевать на все, чтобы мыть окна… К тому же, грязь неплохо маскирует экранирующее покрытие.

Киберхирург покрутил бокал в мягких тонких пальцах:

– Да, можно жить иначе, и даже притвориться врачевателем не только тел, но быть шарлатаном, прятать симптомы за дешевым софтом и доступными имплантами, – Герпет погладил аккуратную клиновидную бородку. – Но спасти можно только живых, изменить – только желающих перемен…

Итог фразы утонул в мелодии вызова. Белиньский не стал активировать видеоканал – после кратких минут умиротворения не хотелось смотреть на перекошенную физиономию Брекса.

– Шеф, поступил сигнал с точки у 3-его блока, – в хриплом голосе командира опергруппы прослеживались нотки торжества. – Мы сработали по инструкции, ждем вас.

– Буду в течение часа, – Герпет стряхнул сладкую негу.

– Принято, – Брекс отключился, а Белиньский допил чай в два глотка. Сигнала он ждал вчера, но когда работаешь с людьми, приходится делать поправки на чужую непунктуальность… или чрезмерную осторожность. Только бы Брекс с Мазиком не сунулись на точку без приказа.

Герпет достал из стенного шкафа вещмешок с инструментами, мятое пальто и сбитые, но еще крепкие ботинки на толстой подошве. У зеркала встопорщил усы и бородку, втер в лицо и руки немного отработанной смазки. Вместо неуместного для окраин идеалиста доктора Белиньского теперь отражался, гадливо кривя губы в ухмылке, нелегальный хирург Септ.

Торк прислушался, но ощутил лишь глухое буханье сердца. Внезапное пробуждение, точно от ведра холодной воды на голову. Старые привычки взяли верх – бывший наемник не шелохнувшись, продолжал ровно дышать. Метаболические импланты впрыснули стимов, и мысли легко понеслись в абсолютно трезвой голове.

«Дверь на засове, электроника там только для приманки идиотов, да еще насторожен гранатомет – такой «Фемиду» остановит. Решетки на окнах под напряжением… Неужели кто-то пролез?» – Торк медленно открыл глаза. В сумерках проступила уютная обстановка логова бары… не вполне законного частного предпринимателя. Первый взгляд к шкафу с товаром. Красное дерево скрывает ассортимент от посетителей и просто радует глаз куда больше как попало наставленных коробок. Последняя закупка вышла больше обычного – баки с водой пришлось поставить у входа в комнату рядом с компьютерным столом. У зеркала в старинной раме жизнеутверждающе светит зеленым огонек терминала сигнализации.

Торговец киберпротезами тихо свистнул. На зов бесшумно прибежала Лиси – бультерьер с аугметированными лапами и мордой. Мимо верной псины не прокрадется самый отменный вор. Что же случилось? Торк не стал удалять боевые импланты и даже поставил кое-что сверх – в его профессии умение выстрелить первым бывает нелишне. Дело не в электронных приблудах – проснулось чутье, которое и позволило наемнику дожить до «пенсии».

Пальцы нащупали под подушкой рукоять крупнокалиберного пистолета. Торк сел на постели. Лиси зевнула и потерлась о ногу: «Чего не спишь, хозяин?»

– Хпсли… сколько врмени? – сонно пробормотала Ливика.

– Полтретьего, – он растер лицо, не выпуская пистолета из рук, – какая-то херь творится, свет не зажигай.

– Ты-то в темноте видишь… – женщина вытащила из щели между диваном и стеной «крузер» – короткий дробовик.

Вместо ответа Торк поднялся на ноги, осторожно, бочком, приблизился к окну, опасливо глянул в щель между шелковыми портьерами. На улице у костра расселись бродяги, рядом двое крепких обормотов пинают третьего, стеклопакет не дает расслышать ругательств. Все спокойно.

– Гляну на кухне, – честный предприниматель знал, что нормального снайпера ему все равно не выглядеть, впрочем, просто убийство ему вряд ли угрожает – не в том бизнесе крутится.

– Параноик… – прошипела Ливика.

– Шлюха, – отмахнулся Торк и тут же запнулся о баки с водой. – Сволота…

Грохот поглотил тираду. Наемник обернулся – в стене над диваном образовалась дыра. Истерично взвыла Ливика, но ее вопль оборвался на половине. В клубах пыли возникли две поджарые фигуры в строгих деловых костюмах. С нечеловеческой быстротой Торк вскинул пистолет. Три выстрела слились в единый звук, а усилители мускулатуры поглотили могучий импульс отдачи. Рефлексы опередили сознание, он одним движением отступил в коридор, уходя с линии ответного огня.

– Лиси! Фас!

Псина должна отвлечь второго нападающего. Торк снова высунулся, глаза искали цель. И увидел прямо перед собой. Обоих.

Торговец не успел испугаться, палец должен был нажать на спуск, но вместо выстрела послышался глухой звук, как если бы кто-то уронил тяжелый мягкий предмет. Боль пришла с опозданием. Торк посмотрел вниз. На полу лежала его правая рука, сжимающая пистолет. Второй незнакомец держал на вытянутых руках Лиси. Бультерьер беспомощно болтал в воздухе лапами, враг стиснул аугментированные челюсти.

– Кон-чай, – раздельно произнес первый. Второй молча дернул руками в стороны. С отвратительным звуком нижняя челюсть с лохмотьями шеи отделилась от собачьего тела. Бросил изувеченный комок плоти на пол и припечатал ногой. Хрустнули сминаемые кости. Такой силы и веса не могло быть у человека. Только у киборгов корпорации «Нисимура».

Торк бросился на кухню. Может, удастся выбить решетку на окне с ходу? На вторую попытку времени не хватит… Чудовищный удар в спину заставил бывшего наемника пролететь мимо заветного поворота, голова приложилась о бронированную входную дверь.

«Встать!» – приказал он телу, несмотря на кровавый туман перед глазами. Не вышло – ноги бестолково сучили по полу, но слушаться не желали. Удар повредил усиленный титаном позвоночник.

Ламити приблизился к беспомощному торгашу, подошвы щегольских туфель тонули в пушистом ковре. Киборг присел возле распорки с настороженным гранатометом. В квартире по-прежнему не зажигали свет, но торговец отчетливо видел каждую складочку на синтетическом лице. Смесь восточных и европейских черт придавала ему хищную утонченность.

– У тебя очень комфортное жилище, я запомню этот интерьер.

Торк перестал дергаться и постарался улыбнуться в глаза смерти:

– Зачем? Машины не выходят на пенсию, вас списывают.

– Ты умеешь оскорблять, – доброжелательно произнес Ламити.

Второй отвинтил крышку бака с водой и сунул внутрь тонкий хоботок анализатора. Дважды пискнуло.

– Рециркулят, – Шадис убрал приборчик.

– Где ты берешь воду? – Первый внимательно посмотрел в глаза Торку.

– На кухне из-под крана… – ему не дали договорить – рука Ламити обвилась вокруг шеи, и что-то вонзилось в шею под основание черепа.

– Ох уж этот аналоговый мозг, – грустно вздохнул киборг, – вместо цивилизованного взлома и скачивания приходится истязать вас болевыми импульсами.

Изувеченный человек бился в конвульсиях, но даже усиленные мышцы вкупе с отчаянием не помогли вывернуться из мучительных объятий. Ламити отстраненно наблюдал за страданиями, казалось, он слушает научно-популярную лекцию на животрепещущую тему.

– У нас достаточно времени, но ты слишком посредственный собеседник, чтобы получать удовольствие от разговора, – киборг безучастно поковырял пальцем сморщившийся срез на культе правой руки, Торк слабо дернулся. – У тебя есть одно преимущество перед остальными людьми – ты не умрешь ни от потери крови, ни от болевого шока. Это делает разговор более плодотворным. Где ты берешь воду настолько высокой повторной степени очистки?

– У того, кто опустошил кулер в главном офисе «Нисимуры»…

Ламити покачал головой:

– Слабая шутка.

– Скачай свежих из сети, и дай уже сдохнуть!

Новая вспышка боли заставила Торка хватать ртом воздух. Шадис методично обыскал квартиру, взломал настольный компьютер и остальные электронные устройства, но информации о происхождении воды не обнаружил.

В окна пробились первые лучи рассвета, когда воля пленника дала трещину.

– Водой заправляет Валык Полянский. Два раза в месяц беру у него, – прошептал Торк окровавленными губами.

– Ты говоришь правду, – Ламити без замаха ударил пленника в висок. – Шадис, уходим.

Второй киборг согласно кивнул, в его руках уже давно ждали своего часа зажигательные гранаты.

Две недели агенты корпорации скрывались в трущобах на временной базе. Перед каждой вылазкой они проходили углубленные тесты аппаратуры, меняли воду в узлах. Расточительно, зато надежно. «Нисимура» не может истребить всех членов Синдиката, и потому бьет исключительно по самым активным функционерам. Полгода назад в полисе стали находить рециркулированную воду исключительно высокой степени очистки. Не то, чтобы это сулило корпорации серьезный убыток, но представилась возможность перехватить интересный проект Синдиката.

Ламити и Шадиса воссоздали на основе новой архитектуры. Киборги имели достаточный опыт прошлых операций за кордонами всех рангов, чтобы проверить новые технологии на практике. Они вполне могли нагрянуть к Валыку сразу после разговора с Торком, но штурмовать незнакомый объект, уповая только на техническое превосходство – глупость для новичков. Пусть враг переполошится, поднимет тревогу, а затем устанет поддерживать бдительность на пределе.

На протяжении двух недель стелс-беспилотники сканировали обиталище Полянского. Барыга окопался по-варварски грубо – углубил коммуникации под жилым кварталом. Получившийся бункер из неядерного арсенала только глубинной бомбой можно проковырять. На основе полученных данных построили трехмерную модель. Абсолютная точность цифровых расширителей памяти позволила обойтись без долгих тренировок.

– Мы готовы, – хищно прищурился Шадис.

Ламити подбросил в руке шестигранный кубик:

– Зна-ешь, что это такое?

– Примитивный генератор случайных чисел. Дает большую погрешность, – напарник примерился выхватить у командира безделушку, но Ламити зажал кубик в ладони.

– Э-то – человеческий мозг. Он хорошо изучен, но часто выдает маловероятный результат.

– Боишься, что люди накидают шестерок? – Шадис не слишком надеялся всерьез поддеть командира, скорее просто поддержал беседу. Пусть лидер пары болтает, глядишь, добрее будет при дележе гонорара.

– Мне куда интереснее знать, сколько будет единиц, – Ламити метнул кубик в лоб напарнику. Разумеется, кость была перехвачена в полете. – Я лично знаю одного, способного выкинуть девять из десяти.

– Человеческий мозг говоришь? – Шадис сжал кубик между большим и указательным пальцами, пластик пошел трещинами, а затем обратился в мелкое крошево. – Зато я в силах обеспечить нулевой результат.

Простуженное солнце брезгливо осветило грязную улицу. По растрескавшемуся асфальту звонко процокали подковы конной процессии.

– Селюки шуруют, – прошамкал бомж сотоварищу, с головой залезшему в отбросы местной забегаловки. – Слышь, Талько, чё?

– Ага, много очисток будет, оладей напекём, – отозвался тот.

– А может у них тока конопля, и хрен нам, а не оладьи.

Талько от такого облома даже высунул голову наружу:

– Какого трепешься?! Коноплю такими возами не возят!

– Возами не возят! – передразнил стоявший на стреме, – хламотей! Учился бы гаврить, как люди-то!

– Угу, чтоб мне, как тебе зубы повыбивали?

– А ну тя! Во! Глянь – нарик в задний ход прется.

Талько вместо ответа продолжил копаться в отбросах – что он наркоманов не видел? Действительно, субъект в грязной толстовке и растянутых трениках пробуждал куда меньший интерес, чем селюковский обоз с овощами. Правда, он пер в заднюю дверь забегаловки, где постороннему не обрадуются.

Вообще-то дверь должна быть заперта, но незнакомец ее открыл без видимого труда, только хрустнуло дерево, разодранное металлическим языком замка.

– Ох, Талько! Жверские же спиды пошли!

Внутри помещения Ламити ориентировался не хуже персонала. Случайно встретившийся поваренок с вываркой помоев не успел и вякнуть. Киборг подхватил выварку и поставил рядом с бесчувственным телом. Можно и то, и другое сунуть в подсобку, но дело не стоит затраченного времени – все равно шума не избежать. Секунды отсчитываются даже для замедленного субъективного времени киборгов.

Сейчас Шадис проникает в коммуникации через другой слабо прикрытый вход. На связь с ним пока что выходить нельзя. Ламити замер перед входом в подвал – путь ему преградила металлическая дверь с навесным замком. Чтобы не поднимать лишнего шума, киборг полоснул по дужкам мономолекулярным лезвием, выскочившим из руки.

Подвал оказался забит хламом почти под самый потолок. Пришлось карабкаться по старым столам, калечным стульям и прочей гадости. Тяжелый киборг часто проваливался, сквозь зубы ругаясь по-японски. Сверху закричали, поднялся топот.

Вот и заветная стена. Ламити пробил кладку рукой – кирпичи держались на честном слове давно почившего строителя. За Пятым кордоном почти все постройки довоенные. Взгляду открылся черный провал заброшенного технического туннеля. Киборг перевел зрение в тепловизионный режим. В темноте люди теряют уверенность в движениях – слишком боятся задеть случайный предмет. Корпорация не экономит на исполнителях – киборг пробежал по туннелю со скоростью больше разрешенной для автомобилей в полисе.

356.. 357… 358! Ламити замер, память заменяла ему приметы. Из-под толстовки показался накладной заряд. Направленный взрыв пробил дыру в полу. Убийца нырнул в провал. Штаб-квартиру Валыка он раньше видеть не мог, да и ни к чему подробности интерьера, сейчас трехмерная модель пространства заметно дополняет зрение. Три контуженные девицы ползали по полу, одну вывернуло под ноги киборгу.

Дверь… еще одна… Подземные хоромы Полянского обставлены куда безвкуснее гнездышка Торка, но участь их в итоге равнозначна. Ламити выскочил в комнату с тремя аугментированными охранниками. Двое на одном диване, еще один напротив. Между ними столик с оружием и вазой. Киборг рванулся вперед, ноги в стоптанных кроссовках даже не коснулись стеклянной столешницы. Ламити не оборачиваясь, нырнул в боковую дверь, а на диванах остались неровно порубленные куски плоти.

Возле главного резервуара скучали еще двое. Оба не успели рассмотреть, как в руке Ламити возник пистолет с глушителем.

– Пфыык! Пфыык! – раздраженно фыркнул пистолет.

– Хруп! Хруп! – покорно откликнулись кости черепа.

Киборг приблизился к резервуару, старательно переступая брызги крови – отпечатки следов могут выдать направление перемещений. Две тысячи литров рециркулированной воды… Она не должна снова попасть в импланты. Ламити извлек крохотную пробирку с токсинами. Ни фильтрация, ни выпаривание не помогут вернуть этой воде изначальные свойства.

– Первый! – вышел на связь Шадис, – я нашел Цель, требуется твоя поддержка. Срочно!

–Ти! – выругался Ламити, определяя положение напарника. – Иду!

Ураганом киборг промчался по встревоженному бункеру. Глушитель захлебывался пороховыми газами, когда пистолет короткими очередями выкашивал бандитов Полянского. Ответный огонь дважды достиг плоти Ламити, но эти раны быстро перестали кровоточить.

Шадис нашелся у запертой бронированной двери.

– Ч-то? Г-де? – командир не повысил голоса, но сумел выразить все недоумение по поводу несостоятельности напарника. – Вышли из строя импланты взлома?

Вместо ответа Шадис распахнул прикинутую с чужого плеча куртку. Торс киборга покрывали многочисленные следы пулевых попаданий. Причем, несколько сквозных.

– Несерийный шагоход с крупнокалиберными пулеметами, – пояснил второй. – Очень неуклюжий.

– Время не ждет, – Ламити вручил напарнику электромагнитную мину.

– Ос! – Шадис рванул на себя бронедверь и скрылся в проеме. Зарычали пулеметы, от рикошетящих пуль задрожала стена. Воздух разорвал громовой раскат, все стихло.

Ламити без спешки проник внутрь. В центре небольшой залы замерла приземистая самоходная турель. Четыре грозных ствола пятидесятого калибра бессильно опущены. Рядом на четвереньках Шадис – импульс выжег электронику шагохода и вызвал перезагрузку имплантов киборга.

В следующей комнате Валыка не оказалось – делец успел бежать на поверхность по канализационной лестнице. Ламити включил связь с беспилотниками. Полянского уже отследила группа техподдержки – полезные сотрудники, пусть им и далеко до полноценных киборгов.

Скобы гнулись под весом Ламити, но лучше уж грохнуться с десятиметровой высоты, чем признать поражение. Подъем вывел на задний двор. Пришлось с ходу нырять в густой кустарник. Ветки схлестнули по лицу.

– Цель садится в машину! – предупредил оператор.

Киборг рванулся сквозь заросли, на ветках остались клочья одежды. Перехватить Валыка до машины не успеть, но это не конец охоте!

Солнце уже немного отклонилось от зенита. Ламити вихрем пронесся по бетонной кромке водосточной канавы, встречный ветер трепал лохмотья, оставшиеся от толстовки. Расширенные ноздри дразнит горький запах степных трав. Цель свернула к полуразрушенной многоуровневой развязке. Полянский хочет скрыться из полиса? Ему придется описать полукруг по остаткам асфальта или ломиться через заросли годами некошеной растительности. Киборг с разбега перемахнул через ограждения автострады и увидел внизу черно-коричневый от грязи внедорожник.

«Дистанция около ста метров… скорость семьдесят километров в час, траектория параболическая… возвышение минус семь метров…» – пронеслись в голове предварительные условия для стрельбы. Ламити отомкнул глушитель, перезарядил пистолет бронебойными, в системах наведения он не сомневался, но патроны, как и ствол, имеют показатель кучности.

Семнадцать выстрелов прозвучали единой очередью – агент всемогущей корпорации делал микропаузы, подстраиваясь под гармонические колебания ствола. Лобовое стекло джипа взорвалось брызгами осколков. Перезарядка. Еще одна очередь до последнего патрона, стрелять по колесам нет смысла – у этой модели автоподкачка шин. Темный борт внедорожника окрасился белыми отметинами попаданий. Вильнув, авто замерло у обочины. Открылись двери, три человека бросились в разные стороны. Побежал и Ламити, но к машине – ни один из трех не был Валыком Полянским.

Делец обнаружился в пыли на проезжей части, дальше уползти не смог – мешало объемистое брюшко и простреленные ноги. Впрочем, и на своих двоих ему от киборга «Нисимуры» не убежать.

– В-се…

Перепуганный торгаш сдал поставщика без применения спецсредств. Его жизнь можно было пресечь одним ударом, но Ламити предпочел наступить проблемной цели на горло. Киборг дозировал нажатие, чтобы смерть не наступила слишком быстро.

Не прошло и пяти минут, как появился Шадис.

– Я подвел тебя.

– Да.

– Я искуплю.

– Да.

– Каков наш следующий шаг?

Ламити выбросил из джипа мертвого водителя, напарник молча сел рядом. На взлом системы распознавания ушло двадцать секунд. Внедорожник мягко тронулся с места.

– Восстановим человеческие ткани, твоя броня нуждается в ремонте, но долго откладывать следующую акцию нельзя, наша цель слишком осторожна – это Септ.

Нелегальная лаборатория по очистке воды притаилась в руинах довоенного металлургического завода. Септ верно рассчитал наличие некогда развитой инфраструктуры. Пока рубцевались послеоперационные швы на теле Шадиса, Ламити пристально вглядывался в данные с беспилотников. За последние шесть часов у лаборатории не наблюдалось активности – пара старых репликантов в роли наружной охраны, да четыре метки на тепловизорах – персонал. Киберхирург известен скрытностью, но с его талантом к модернизациям, Септ мог бы окопаться куда существеннее. Убийство Полянского должно всколыхнуть окраину, но перемен в охране не заметно.

«Этот гаденыш уходил от таких облав, что наш скромный рейд меркнет в сравнении, – успокоил себя Ламити. – Уничтожения лаборатории хватит, чтобы считать операцию завершенной успешно. Ну, а в случае поимки или ликвидации Септа…»

Мечты прервало появление Шадиса:

– Жду приказа, – второй чуть склонил голову в намеке на поклон.

– Нанести удар по лаборатории управляемыми ракетами, – Ламити позволил себе насладиться недоумением подчиненного. – Возьми два дополнительных магазина бронебойных – все-таки репликанты живу-чи.

Разделяться не стали – слишком рискованно. Киборги не пытались прикидываться местными – Септа лохмотьями не проведешь. Черные деловые костюмы почему-то деморализуют людей эффективнее самой агрессивной экипировки-милитари.

Камеры видеонаблюдения взломали заранее – техподдержке пришлось задействовать немалые ресурсы, чтобы справиться с многоуровневой защитой. Просчитать алгоритм перемещений всего двух репликантов – задача для новичка. Возможно, списанные андроиды могли отпугнуть шайку уличных грабителей, но Ламити ждал чего-то большего. Где, в конце концов, знаменитая опергруппа Септа? За голову Брекса дают хорошие деньги.

«Не будем рисковать», – Ламити мог проникнуть через наземный вход, но предпочел спуститься под землю и долго ползти по ленте остановившегося транспортера. Костюм и туфли быстро пришли в негодность. Нынешние, а может, предыдущие, хозяева знали о ходе – по пути встретились две самодельные мины и «растяжка» со связкой осколочных гранат.

Ход вывел в бункер со шлаком. Киборгов приветствовал стеклянный глаз камеры наблюдения, разумеется, взломанной. Ламити сориентировался по меткам тепловизора. Две из четырех всего в пятидесяти метрах тремя уровнями выше. Две минуты ушло на осторожное пересечение заброшенного цеха. Не зря – местами попадались лазерные «сигналки» в инфракрасном спектре. Метки переместились на двенадцать метров.

Ламити первым зашел в административные помещения. Время не пощадило творение человеческих рук – на полу обвалившаяся штукатурка и остатки костра, стены вымазаны углем с претензией на умение рисовать. А в дальнем углу притаился репликант. Два пистолета с рокочущим шипением выплюнули с десяток пуль. Уцелевшая половина головы давно отключенного андроида шлепнулась в кучку экскрементов, весьма похожих на человеческие.

Киборги миновали коридор, изодранные туфли с хрустом давили битое стекло на ступеньках обнаруженной лестницы. Неожиданно дорогу преградил кусок листового железа, до половины закрывший дверной проем. Шадис аккуратно разрезал странное препятствие. До меток осталось пятнадцать метров. Киборги ринулись вперед по коридору, на бегу Ламити сменил бронебойные на экспансивные. По пути снова попались экскременты. Вот и заветная комната.

– Пфрррр! – сплюнули пистолеты.

–Уиии!!! – ответили перепуганные свиньи. Пули выкрошили облупившиеся стены как раз над ушами неучтенных животных.

Ругательства застыли на языке Ламити – мир вспыхнул, перед глазами пронеслось сообщение об электромагнитной атаке. Киборги безвольно рухнули на пол.

«Так не должно быть, – подумал первый, – где перезагрузка?»

Опергруппа ожидала Септа у проходной. Двухэтажное здание терялось на фоне гигантских цехов мертвого завода. Солнце почти в зените, немного жарко.

Ботинки хирурга оставили рифленые оттиски в черной заводской пыли. Из тени возник Брекс. Командир выглядит спокойным, но готовв любой момент вскинуть к плечу висящий на груди спецавтомат. Полгода назад выжили только он и Мазик, с тех пор не удалось накомплектовать в группу новых бойцов. У Синдиката хватает отчаянных парней и девчонок, но Септ набирает людей по другим критериям. Потому и жив.

– Пошли, – Герпет прервал не начатый спецом доклад, – скоро второе действие спектакля начнется…

Брекс пожал плечами, он всякого повидал еще до встречи с Септом – и войну, и набеги на полисы, и бандитские разборки по беспределу. Он – киборг первых поколений, но еще умудряется как-то топтать эту землю. Пижоны «Нисимуры» навели шороху, но с главной задачей не справились – рециркулированная вода отменного качества, не смотря ни на что, будет в имплантах жителей закордонья всех степеней.

Пойманных киборгов переносили в подвал по одному – каждый весил по триста килограмм.

– Отменно! – Герпет с восхищением оглядел безвольные тела на массивных сборочных столах. – С такими я еще не работал. И фирменная защита от ЭМИ при вас, как и фирменная «дыра» в протоколах перезагрузки, – Белиньский воздел указательный палец к потолку. – А я говорил руководству, что Масазуке Тосикава не вытянет проект на должном уровне! – Герпет вдруг сник и обреченно махнул рукой. – Да кто б меня слушал… Ладно, молодые люди, сейчас я изыму у вас собственность корпорации и оставлю в покое. Посудите сами – вы нарушили мне сбыт, скомпрометировали перед здешними торговцами. Пусть хоть ваши импланты послужат компенсацией.

– Да ты маньяк! – прорычал Шадис.

– Нет, маньяком я был бы, если бы слил из ваших имплантов воду и оставил подыхать насухую. Но я слишком меркантилен, чтобы так поступить.

– Со временем мы уничтожим Синдикат, и ты это знаешь! – не выдержал Ламити.

– Вот ведь интересная штука со мной все время приключается, – Септ полез в котомку, – когда я был ученым, науки не видел – только карьеристов да завистников, – из вещмешка показался герметичный футляр с инструментами и мотки тонких кабелей. – Когда, хм, эмигрировал за Пятый кордон, мне говорили про трущобы и отбросы общества, а я вижу обездоленных людей и наплевательство Правительства. Вот и сейчас – ты говоришь – Синдикат, а что это? Знаю Хекса, Винсента, лупоглазого Бистли, Лукаша… а Синдикат не знаю. Знаю, ты сейчас пытаешься вызвать подмогу по резервному каналу, и теперь я знаю, где располагается ваша техподдержка. С удовольствием нагрянул бы по этому адресу, но сил пока не хватает. Хотя найдутся добрые люди, у которых счеты с «Нисимурой».

Герпет подключился к имплантам киборга. Через пару минут хирург удовлетворенно пробормотал:

– Контакты зрительного узла имеют наносовмещение с нервной системой, это дает хорошее быстродействие, к сожалению, у меня нет соответствующего размыкателя, – Белиньский натянул одноразовые перчатки, со щелчком распахнул футляр, – зато есть набор пинцетов и брюшистый скальпель. Не волнуйся – имплант я помещу в физраствор и потом очищу устройство от плоти, – хирург наклонился к лицу киборга, – будет больно – кричи.

И Ламити заорал, пока Септ поморщившись, не отнял у него голос.

Время относительно. Спустя два часа напряженной работы Герпет Белиньский устало сложил инструменты в футляр. Брекс и Мазик подхватили увесистые сумки с добытой продукцией корпорации «Нисимура».

Хлопнула дверь, в подвале погас свет. На столах остались два еще живых человеческих обрубка.

В закатном пламени догорали небеса. Герпет Белиньский посмотрел в окно и пригубил бокал с остывшим чаем. Последние глотки всегда самые сладкие.

8-10.08.2017