Виолончелисты - 2

Глава 1

Друзья!

Как я Вам и обещал, написать рассказ о настоящих виолончелистах, я это сделал и выкладываю его на Ваше обозрение.

Кто был из Вас студентом, подтвердит, что более беззащитного создания, чем студент трудно отыскать, разве, что солдат срочной службы. Тоже, еще то создание.

А вот студент в основной своей массе это, что-то вечно голодное, холодное и неприкаянное. Стипендии маленькие, вот и приходилось подрабатывать, кем придется. То сторожем, то санитаркой, то грузчиком. И в принципе на дополнительную корочку хлеба с маленьким кусочком колбаски хватало.

Однажды ко мне обратился товарищ и коллега по избранной будущей стезе с предложением подработать. Ответ не медлил промедления, потому что уже завтра следовало выйти на работу. Ему, идею о подработке подкинула знакомая сестры соседа по лестничной площадке.

Работа не пыльная. Тридцать минут и рубль в кармане. Дело в том, что в воскресенье в парке в честь городского праздника весны давал концерт сводный оркестр. И так уж случилось, что из общего ансамбля выпало двое виолончелистов. И надо было их срочно заменить.

Где наше не пропадало. Я всегда готов прийти на помощь страждущим, тем более не на безвозмездной основе. Если просят - надо помочь.

Имели ли мы с товарищем хоть какое-то отношение к музыкальной индустрии? Абсолютно никакого. Мало того у моего товарища по сравнению со мной не было ни слуха, ни голоса. Как казалось мне, у меня всего этого было в избытке. Как-никак полтора месяца обучения на аккордеоне не прошли даром. Я знал, что справа у аккордеона находятся в основном клавиши плоские белые, а слева кнопки круглые черные. Да и два-три аккорда на гитаре я всегда брал. И пусть они не всегда звучали чисто и звонко, зато я строго придерживался аппликатуры старых мастеров гитарного жанра. А это уже само по себе дорогого стоит.

Неизгладимый вклад в мое музыкальное мировоззрение внесла еще в школе учительница пения. Урок музыки был самым любимым уроком. Каким преподавательским талантом надо было обладать, чтобы привить любовь к одному из видов искусства. У нас пели все. Мальчики, девочки, отличники, хулиганы, худые и упитанные, хромые и глухие. По немым ничего определенного сказать не могу, потому, что данная категория, как правило обучалась в специализированных школах. Пели романсы, марши, патриотические, современные. Короче никто ни в чем себе не отказывал. Учительница поддерживала всех. Вот только если в группу исполнителей попадало больше половины мягко говоря ограниченных певческими возможностями и талантами, то она просто громче играла на фортепиано. Довольны были все: и ученики, и учительница, за исключением преподавателей соседних классов, где в это же время изучались другие дисциплины.

Так, что морально я был готов. Мой товарищ тоже был готов заработать рубль. Тем более, что нам было необходимо только имитировать игру. Водя по пальцам руки смычком придерживаясь ритма и такта других виолончелистов. Я уже сказал, что оркестр был сводным и большим. В общей массе виолончелистов не хватало двоих, собственно чьи места мы и заняли, а всего их было вместе с нами десять. Представляете – банда из десяти виолончелистов! Двое из которых впервые в жизни держали смычок. Но мы то, ладно все-таки будущая интеллигенция. А вот остальных надо было проверить на профпригодность. А то глядишь – такие же подставные, всякие там слесари, сантехники, дворники, ассенизаторы…

Кому-то вздумалось доложить руководству города о рекорде по количеству участвующих музыкантов. Я Вам еще не сказал, что всего нас должно было быть сто человек. Представляете? Десять рядов по десять! Мы еле-еле уместились на сцене. И это уже не банда – бандище!

Слава Богу, виолончелистам достался последний ряд – играй что хочешь, или не играй. Все равно никто ничего не услышит и не увидит.

Но мы с товарищем к поручению отнеслись ответственно. Сели, как все виолончелисты - гордо, выправили осанку, сделали умное и отрешенное лицо творческого человека. Виолончель взяли в левую руку, в правую смычок. Дирижер постучал своей палкой, привлекая наше внимание. Слегка закатил глаза, и пошел ею махать. Смотрим смычки виолончелистов разом медленно пошли влево – и мы повели влево. Пошли вправо – и мы повели вправо. Да… Не ту я профессию выбрал. Надо было в музыканты подаваться. Сидишь спокойно, работа не пыльная. Но требует внимательности и оперативности. Повели вправо – и ты вправо. Повели влево – и ты влево...

Через пять минут мы уже ритмично водили смычком туда-сюда, как профессионалы. Минут через семь, войдя в азарт даже начали опережать своих визави. В зрительном зале по всей видимости создавалось впечатление, что это мы ведущие, а все остальные у нас на подхвате.

Да, за тридцать минут смычковождения мы заработаем по рублю. А это два-три беляша и две-три кружки пива. Совсем не дурно для студента. Какой студент не пил пива? Студент без пива, что пиво без водки – деньги на ветер. Но Вы не подумайте, чего дурного. Все всегда было культурно и почти в меру.

Я знал, что мой товарищ немножко странноватый и слегка безбашенный. В студенческой компании он всегда был весел и находчив. Девчонки визжали от его приколов. Но, чтобы настолько! Он забылся где мы. Он забылся, что мы не в душном зале, не на скучной лекции еле-еле что-то бубнящего себе под нос профессора. И начал слегка подвывать. Так, сначала очень тихо в унисон с со звуком виолончели – У-уу… Я все сразу понял, но ничего поделать не мог, на меня пристально смотрели глаза дирижёра.

Забыл сказать, что обязательным условием для всех музыкантов была ослепительная улыбка во все 32 зуба, направленная на аудиторию. Я с трудом сдерживался, чтобы не взорваться громогласным смехом. Что делает этот идиот? Да, он просто провокатор. Это невыносимо!

Помните ситуацию, когда хочется ржать – а нельзя! Сильно хочется, а совсем нельзя! Ты просто все испортишь. Годами создавал о себе положительное впечатление с последующей рекомендацией! И в один момент – раз, и все! И если ты не сдержишься, тебя будут считать таким же идиотом, как и всех окружающих. А ты годами старался выглядеть лучше, чем есть на самом деле! Самое, удивительное, что если ты все-таки не сдержишься, то через некоторое время ты полностью согласишься с вышеупомянутым оскорблением в свой адрес.

Тем временем мой товарищ продолжал в унисон через стиснутые зубы – У-уу… Близ сидящие музыканты, как-то настороженно отнеслись к доселе неизвестному звуку, создающему непонятный фон. Наиболее чувствительные начали искать его источник, поворачивая ухом – кто правым, кто левым. У дирижера округлились глаза. Как-будто он все слышал через десять метров музыкальной какофонии. Ария заблудшего волка продолжалась и создавалось впечатление, что она конечно же прекратится с последней нотой музыкального произведения.

Так оно и произошло. Слушатели, как-то не совсем однозначно приняли исполнение известного музыкального произведения в новой аранжировке. Но рекорд состоялся, директора музыкальной школы перевели куда-то на повышение. С моим товарищем на сцене судьба меня больше не сводила.

Концерт оказался благотворительным и каждый заработанный музыкантами рубль в сумме ста, были переведены в фонд какого-то музыкального фестиваля.