История деда

Глава 1 "Сказочное богатство"

- В конце декабря 1944, наша мать, не только она, наряду с другими сосланными, участвовала на разгрузочно-погрузочных работах.

- На железнодорожной станции? Как ее…

- Рулиха, ближайшая. Дома одни с больным братом. Вообще он болел редко. Еды не осталось. Встал я утром, затопил плиту, хотел на сковородке пожарить зерна пшеницы, но солома оказалась слишком сырой.

- Для топки?

- Ну да. Не мог затопить плиту, намучился я. Договаривались славить Христа – поздравлять с Новым годом. Соседский мальчишка отказался, то ли дела, то ли плохо себя чувствовал. Положение безвыходное, хлеб по карточкам съели. Пошел на мельницу один. Водяную, был свиносовхоз. На мельнице дробили зерно для свиней, чтобы легче запаривать и скармливать им.

- Бедные свинюшки. Ты продолжай.

- До мельницы пройти нужно было полтора километра, около того. Ниже поселка, где мы жили, место знакомое по ловле рыбы.

- В летнее время. Ловля рыбы.

- Накануне мороз ослаб, относительная оттепель, наст не прочный. Шел не по низине, а по гряде мелкосопочника.

- Чтобы не провалиться в глубокий снег, понятно.

- Мельник жил в доме рядом с мельницей, когда я подошел, он вышел из него с двумя собаками. Прихрамывал. Мне: ты что, мальчик? Я: пришел поздравить с Новым годом. Он: уже были. Такой мне отворот-поворот. А я пока к нему шел, замерз. Помедлил, посмотрел, куда он, в мельницу. Решил забраться в сарай.

- Погреться. Проник в сарай.

- Сарай не запертый, сложено солома и сено, две овцы, корова жевала, посмотрела на меня внимательным умным взором. Привязана за рога к стойлу, агрессии не проявила.

- А овцы?

- Овцы тоже поглядели. Забрался я в сено, высунув голову. Дверь сарая стала открываться, вошла женщина. Свекровь, мать?

- Мельник же, наверное, был не молодой, почему ты не подумал, что она его жена? В детстве человек чуть за тридцать кажется не молодым.

- Мне она показалась почти старухой. Пожилая женщина. Я от нее не прятался, не вор ведь. Женщина пришла с ведром, пока корова из него пила, мы разговаривали. Знаешь, как поздравляли? Доставали из кармана просо, пшеницу и рассыпали, за неимением изображали, приговаривая: сею - подсеваю – с Новым годом поздравляю – и здоровья вам желаю - что-то там и семь коробов. Женщина мне: были двое, поздравляли. Извините, я не знал.

- Те соседские мальчишки? Прохиндеи!

- Она спросила, я назвался эвакуированным, не сказал, что ссыльный, да и не знал до Победы, догадывался. Она: кто у тебя? Я: мама и брат, постарше, он сейчас болеет. Она: подожди здесь, погрейся. Вернулась женщина с завернутым в тряпку гостинцем. Сказала: тебе и брату, чтобы выздоравливал. Спасибо вам, пятое-десятое и оправился я обратно. Оглянулся на, мельницу, дом, заметил собак. И совершил ошибку.

- Побежал?

-Да, и собаки погнались за мной. Укорачивая путь, побежал через речку, там оказалась наледь, у берегов вода выступила из-подо льда. Все-таки Сибирь. Угодил я туда, промочил ноги. Хватаясь за прибрежные кусты, еле вылез.

- Заболел потом?

-Да, но не сильно, отделался насморком. Вылез на берег, лежал специально неподвижно.

- Боялся, покусают?

- Собаки побыли, погавкали на меня и отправились восвояси. Когда они скрылись, я побежал, весь мокрый. Генке потом сказанул, он до самого лета напрашивался обратно в дружбу.

- Не взял?

- Взял, когда рыбалка началась.

- Что за гостинец?

- Вывалил брату на стол: смотри, что у нас есть! Чуть-чуть початый каравай белого хлеба. Сказочное богатство! Добрая душа.

Глава 2 "Три щуки"

- Летом следующего года я ловил рыбу неподалеку от дома. Братец велел поймать несколько пескарей.

- Поймал?

- Поймал. С бидоном домой, зову брата щук ловить. За железнодорожную станцию. На крючок удочки надевали пескарей, щуку ловить.

- На живца.

- Щука ведь хищница. Брат отказался, дела у него. Пескарей мало, надо ловить еще рыбы. Пошел по речке, она маленькая, вниз по течению, ямы, там глубоко и водилась крупная рыба. Поставил три жерлицы.

- Что поставил?

-Жерлица – это удочка для ловли большой рыбы. Пойманных насаживал на кукан, и в воду, чтобы не протухали, придавливая грузом (камнем, грязью). Кукан изготавливался из ветки.

- Кукан, жерлица - это из народа?

-Да. Я даже не знаю, как их называли в Европейской части России. И многих птиц, растений по-другому.

- Назовешь кого-нибудь?

- Например, птичку удод там звали петатуйкой. Кандык, он рос на сопках, там, где камни, - дикий чеснок. Здесь я его не видел.

- Ясно. Ловил рыбу, что дальше?

- Окуня, небольшие рыбы. Время шло к закату, и тут поймал три щуки, две большие и одна поменьше. Главная ценность!

- Как по заказу. Поймал перед закатом.

- Темно стало, смотал удочки. Домой мимо мельницы, вспомнил про ту пожилую женщину. Решил подарить ей самую большую щуку на уху.

- Собаки тебя поджидали?

- Меньшая собака гавкнула, большая лежала, поглядела. Женщина там же, я ей: здравствуйте, вы меня не узнаете? Зимой вы были так добры, выручили нас здорово, и протягиваю ей щуку. Она: а себе? Я: у меня еще две. Женщина: ну, подожди. Взяла щуку, пошла в дом. Вынесла водички из колодца, я просил, и две белые круглые булочки. Я голодный, по пути съел одну.

- Да, рыбу же не съешь сырую.

- Вторую булочку дал брату. Он: откуда? Я ему напомнил о мельничихе. Брат: и не долго был, повезло с рыбалкой. Мать уехала в Шемонаиху, поэтому я так распорядился булочками.

- Больше вы не встречались с той женщиной?

- Проходили с братом несколько раз мимо, но зайти не случалось, он инициативы не проявлял. Я боялся, понесет там еще что-нибудь. Про подаренную щуку ему не сказал. Да, мы тогда жили в Михайловке.