Поэмы Туманного города
Забытая книга в старой башне
Свет солнца скупо освещал небольшую комнату, проникая сквозь прекрасные цветные витражи. На пыльном столе лежал старый фолиант в красивом переплёте. Лежал давно. Но кто-то все равно до него добрался. Открыл и начал читать страницу за страницей.
Топот сапог гулким эхом разносился под каменными сводами. Пламя факелов металось в тёмном коридоре. Отряд бежал рысцой, не слишком медленно, но и не торопясь. Вот из распахнувшейся двери выскочила пара бойцов охраны, в кольчугах, со щитами и секирами. Оба тут же ринулись в бой и сразу получили арбалетные болты в головы, нападавшие действовали профессионально и слаженно. Они хорошо знали расположение комнат, где охрана и сколько. Заминка вышла недалеко от цели, королевской спальни, у двери которой стояли телохранители, четверо здоровенных громил, каждый из которых в рукопашной стоил нескольких бойцов. Но арбалеты и тут не подвели, арбалетчики были натасканы для боя ночью, а здесь стрельба в упор, громил истыкали стрелами и добили короткими копьями и секирами. Дверь в спальню была красивой, изящной и лёгкой, её вышибли сразу. Король, в отороченном мехом халате, успел схватить меч и сам бросился на нападавших, понимая что будет жить лишь до тех пор, пока сможет удерживать дверной проём. Он был ещё очень крепок и хорош в бою, когда-то, ему удалось вот так же устроить переворот и силой захватить власть, но долгое правление притупило бдительность. Одно копьё ударило в горло, другое в живот. Секиры довершили дело. В глубине спальни, с кровати встала очень красивая женщина, в одной льняной рубашке и улыбаясь подошла к предводителю нападавших. Тот крепко обнял её и поцеловал в губы. Поцелуй был долгим и страстным, но не мог длиться вечно.
- Моя Королева, мы сделали всё, согласно твоему плану. Что теперь?
- Мой господин, народу будет объявлено, что короля убили заговорщики. Ты и твои люди, спасли Королеву и уничтожили нападавших. Через неделю мы с тобой обвенчаемся, а после, церемония коронации. Всё подготовлено.
- Но семьи Канцлера и Главного Казначея не согласятся с этим! Нам придётся воевать с ними.
Лёгкая тень усмешки проскользнула по её губам.
- Мой господин, Канцлер, и его семья, отравлены. Кто-то накормил их ядом во время обеда. Поползли слухи, что это сделано по приказу Главного Казначея. Многие семьи поверили этим слухам. Главный Казначей, со своей семьёй, бежал из города. Так что всем сейчас не до нас. Добейте телохранителей, и возьмите под охрану дворец.
- А город?
- В особняках Монтенбьяцо и Фьерческо шестьсот наёмников. Они контролируют южные ворота города. Утром здесь будут две тысячи всадников и полторы тысячи пехотинцев. Эта армия будет подчиняться тебе.
- С чего им меня слушать? Кто я для них такой?
- Указом убитого короля, ты был назначен Главным Адмиралом. Указ не был озвучен, но слухи о нём поползли ёщё с утра. Никто не удивится. Не медли. Бери под охрану дворец.
Застывшие было бойцы, тут же разбежались, согласно отданным и полученным приказам. Для охраны внешнего периметра очень пригодились двести наёмников из особняка Фьерческо. С рассветом, в город организованно входили стройные колонны всадников и пехотинцев.
Через неделю состоялась пышная свадьба Главного Адмирала и Королевы. Еще через несколько дней коронация. Город почти на месяц погрузился в атмосферу празднеств, музыки, танцев, гуляний. Прежний, прижимистый король, не слишком баловал горожан развлечениями, так что народ был очень доволен. И солнце ярко освещало в эти дни улицы Туманного города.
Яркая роза в цветном витраже, В башне старой, веками забытой, Тёмная пыль на дощатом столе, Стёртые буквы в книге открытой.
Память истории древних страниц, Память страстей, закипающих ядом, Множество масок, множество лиц, Сколько интриг и усмешек рядом.
Сладкая лесть и в спину кинжал, Мех горностая на мантии красной, Кто-то стремился, кто-то сбежал, Чья-то любовь оказалась напрасной.
А кто-то здесь в игры просто играл, Со смехом пьяным, плевать что опасно, В кровавой резне корону забрал, Женщин чужих обнимая страстно.
И золото грудой, на чаше весов, Весит легче заточенной стали, И бродят давно в лабиринте снов, Все те, кто власти себе искали.
Поэмы старой цитадели
Туман снова опустился на город рваными облаками, скрыв от взглядов свет звёзд и Луны. Отряд наёмников в хороших доспехах приставил лестницы к окнам первого этажа одного из домов и быстро разбив секирами ставни, бойцы начали ловко проникать внутрь. Если бы на них было кому смотреть, то бросалась в глаза их слаженность и обученность. Через некоторое время из помещения донёсся шум боя. Кажется те, за кем пришли наёмники, тоже представляли из себя не слишком лёгкую добычу.
Хорошо, что Тьеро успел их предупредить и они кое-как успели подготовиться к встрече. Даже успели послать гонца мальчишку, предупредить своих, в надежде, что за ними первыми придут и остальные успеют уйти. Им все равно нужно было дождаться ночи, чтобы уходить по крышам. По крутой винтовой лестнице они медленно, вдвоём, отступали наверх, стараясь прикрывать щитами друг друга, хотя пространства было мало и получалось кое-как. Нападавшим было ещё неудобней, к тому же на Гьярди был полный латный доспех, а в левой руке прихваченная по случаю павеза, прикрывавшая его почти как дверь, правой же пока получалось отмахиваться булавой от наседавших противников. Силы заканчивались очень быстро, но и пройти оставалось совсем немного. Почти добравшись до двери в каморку, они с Тьечо, не сговариваясь, навалились на того, кто был перед ними, самого ретивого и сбили его на остальных наступающих, выиграв тем самым заветные мгновения, позволившие проскочить в каморку и захлопнуть дверь на засов перед самым носом нападавших. Гьярди как можно быстрей, с помощью напарника сбросил доспех, пока дверь ещё выдерживала и лишь трещала под ударами топоров нападавших и они тут же юркнули в тайный лаз, который вёл на крышу, где и разбежались в разные стороны. Уходить ночью по крышам, имея некоторую фору по времени, это было совсем не тоже самое, что отбиваться от навалившегося отряда профессиональных бойцов, к тому же когда ты знаешь куда идти, а твой противник нет.
В таверне "Медный якорь" как всегда был полумрак и совсем немного людей. Гьярди уже разделался с похлёбкой и принялся за бобовую кашу с небольшими кусками мяса, запивая всё это молодым вином. Хорошо, когда в животе не урчит от голода, как во время похода. Гьярди позволил себе роскошь слегка расслабиться и память тут же начала донимать тем, что хотелось забыть и тем, чего забывать не хотелось. Да, старый король конечно отличался преизрядной скупостью, но за победы платил исправно. А они хорошо воевали, имя Гьярди Энериго зазвучало во весь голос, особенно когда он лихим обходным манёвром и ударом во фланг своего конного отряда при Нугеролле завоевал победу. Каждый кондотьер славен своим именем, и его имя получило громкую славу. Но сейчас все его люди на севере, а он, по приказу старого короля зачем-то отозван в столицу. Тьеро настойчиво советовал ему остаться с отрядом, но искушение ещё раз увидеть Клариче оказалось просто непреодолимым. И лишь здесь он узнал, что она должна вот-вот выйти замуж. Сердце заледенело. А ведь Алессия предупреждала его, чтобы он не вздумал связываться с этой хитрой бестией, она её за версту чуяла. Вспомнилась осада какого-то городка, давно, их отряд тогда походил больше на шайку прибарахлившихся грабителей, а не на солидных воинов солидного нанимателя. Но юная и вечно слегка чумазая Алессия Ниара, уже тогда в полном латном доспехе, с апломбом зрелого мужа пыталась наставлять его в любовных делах. Но кто слушает советы друзей, когда сердце полно восторгом любви? Даже если это друг, который спас твою жизнь. Гьярди как раз поднял забрало, чтобы лучше осмотреться, когда вдруг откуда не возьмись выскочила Алессия со своей маленькой павезой и прикрыла его лицо от внезапной стрелы. Старый Бо и другие ветераны после этого конечно слегка посмеивались, Красотка Али стала Главным Телохранителем Господина Капитана, но зауважали девушку серьёзно. И конечно же на счёт Клариче Фьерческо и её отношения к Гьярди Алессия тоже оказалась права.
Скоро в зале появился Тьечо, с каким-то низкорослым парнем и направился прямо к столу. Хозяйка таверны, ни слова не говоря и ничего не спрашивая, принесла ещё кувшин вина, две кружки, большой ломоть хлеба и две тарелки с кашей. Напарник и низкорослый так же молча принялись разделываться со своими порциями, периодически запивая вином.
Наконец с едой было закончено и Гьярди вопросительно взглянул на друга. Тьечо не медлил с ответом:
- Король убит. Королева заявила, что это дело рук каких-то злоумышленников и предъявила убитых телохранителей, но всё это полная ерунда. Уже понятно, что весь наш отряд специально убрали из города, чтобы провернуть всю эту интригу с переворотом. Так что нам надо сваливать из города, пока нас не грохнули, как ненужных свидетелей. Приятель Миго поможет нам с местами на корабле.
- Какая предоплата?
Низкорослый задумался, потёр переносицу и промямлил:
- Десять золотых. Как договаривались. Дешевле не получится.
Гьярди пододвинул к нему кошель, который тут же исчез за пазухой Миго. Тот кивнул головой и поднявшись из-за стола, неспешно направился к выходу. Гьярди с сомнением посмотрел ему в след.
- Он не продаст?
- Ему нет смысла. Они здорово проиграли с этим переворотом, устроенным семьёй Монтенбьяцо и будут пытаться отыграться.
- Значит мы уходим?
- Да. Если сердце Гьярди Энериго не рвётся остаться рядом с Клариче Фьерческо.
- Значит мы уходим.
- Любовь забыта?
- Любовь забыта. И печаль тоже. А сломанный меч брошен в озеро.
- Ха, ты заговорил совсем как Микелоцо. Может возьмёшь лютню и пойдёшь выступать вместе с ним?
- Нас ждёт город Мудреца. Пошли на пристань, думаю твой приятель уже обо всём договорился.
- Скажи, а ты не хочешь продолжить игру? Найдутся те, кто даст золото. И найдутся люди, которые пойдут за тобой. Весь наш отряд пойдёт за тобой и без денег. Все помнят твои победы. Если ты захочешь, то снова победишь. Вся эта шушера хороша в интригах и заговорах, а не на поле боя.
- Мой меч сломан. И брошен в озеро. И не стоит подставлять наших людей под войну непонятно с кем. Пусть служат новому Королю. По крайней мере он точно будет платить.
- Твой меч сломан вместе с любовью?
- Вместе с любовью.
- Вот уж кто бы подумал, что меч самого Гьярди Энериго, победителя при Нугеролле, сможет сломать любовь к смазливой женщине, пусть и высокородной.
- Какая разница, любовь или что-то другое? Меч сломан. И брошен в озеро. Остался лишь город Мудреца.
- Где ты будешь читать книги вместе со стариной Мигецо? Что-нибудь умное и философское?
- В тишине и покое.
- Да тебе ведь быстро надоест. Знаю я тебя. Тебе скучно станет. Давай лучше сразу хорошую войнушку устроим. Прямо здесь.
- Вот когда надоест, тогда и о войнушке подумаем. А пока прекрасный сад и книги.
Стоя на палубе корабля, Гьярди задумчиво смотрел как удаляется пристань. Могучая Цитадель нависала над домами огромной и мрачной скалой. И туман стелился по улицам Туманного города белым молоком.
Там далеко на холмах где раскинулся и притаился, Город, чьи створки ворот на путников мрачно глядят, Средь башен и стен в нём кто-то спешно укрылся, На рыночной площади где торговцы кричат и галдят.
И ждёт в таверне тарелка похлебки с кувшином вина, И пьяная горечь обыденных но очень странных встреч, А грусть давно усталых побед больше не будет видна, Как брошенный утром в озеро кем-то сломанный меч.
А где-то так громко звенит булатная сталь, И где-то забыты давно любовь и печаль.
Громадой скалы застыла на сотни веков цитадель, Часы на башне время не помнят и только молчат, Но ведёт разговоры свои о чём-то смешная метель, А ночью по камню площади гулко копыта стучат.
А где-то так громко звенит булатная сталь, И где-то забыты давно любовь и печаль.
Утро, рассвет и с ветром морским уплывут корабли, Им не истлеть в этой гавани быстро с волной засыпая, Вместе с зарей их паруса миражом испарятся в дали, Словно яркие светлые грёзы в сказочных снах исчезая.
И будут их ждать города с океаном цветущих садов, Где старый мудрец выстроил летом уютный дом, Там шпили рвущихся ввысь белоснежных дворцов, И улицы что уводят в мечты своим волшебством.
А где-то звенит булатная сталь, И где-то забыты любовь и печаль.
Серая мантия тронного зала
Зал Совета поражал огромностью своих размеров и конечно поражал роскошью. Потолок расписанный самыми дорогими художниками, стены, обитые красным и синим бархатом, гобелены. Пожалуй это был лучший из залов в цитадели, даже лучше и роскошней тронного. Собрались завсегдатаи, почти все, не было лишь недавно убитого заговорщиками Короля, зато был новый, не было Канцлера и Главного Казначея. Рядом с Королевой расположились Его Величество, по правую руку и Виджо Монтенбьяцо, глава семьи, почтенный сеньор с почтенным брюхом, в почтенной и дорогой одежде, по левую руку. Тут же занимал своё всегдашнее место герцог Эрколе Фьерческо, могучий чернобородый муж с тяжёлым взглядом. Очередной этап изящной дискуссии только что завершился громкими рыками и господа аристократы и примкнувшие к ним Величества слегка отдыхали и набирали в лёгкие воздуха для новой порции разрешения возникших несогласий и недоразумений с помощью слов. На губах Королевы застыла лёгкая тень улыбки. Наконец Виджо промолвил:
- Ладно, мы хорошо и весело поговорили, а теперь давайте всё же займёмся делом. Инесса, ты сказала, что у тебя есть человек, предлагающий компромисс, который должен устроить всех.
Королева немного помолчала, улыбнулась, уже широко и ответила:
- Да дорогой дядюшка. Позвать его?
- Зови. Не знаю уж, что удумал твой умник, но у нас идей не осталось.
Королева ещё раз улыбнулась и зазвонила в колокольчик. Вошёл слуга и молча поклонился.
- Позови господина Советника, он должен быть в приёмной.
Слуга снова поклонился и так же молча вышел. Через некоторое время вошёл человек в серой одежде и сером плаще, которого с первого взгляда можно было принять за приказчика из небогатой лавки. Человек поклонился и представился:
- Советник Её Величества, Тьеро Риаци к услугам сиятельных господ.
Сиятельные аристократы смерили взглядом вошедшего. Виджо пожевал губами и наконец выдавил:
- Ну и что же господин Советник хочет нам предложить такого, до чего мы не смогли додуматься сами?
- Господин Эрколе Фьерческо сможет стать Главным Казначеем если его дочь госпожа Клариче выйдет замуж за сына герцога Барчини. Герцог в этом случае уступит свой пост и вернёт казну.
Господа аристократы смерили господина Советника презрительными взглядами. Виджо промолвил через губу:
- Это всё, что ты смог придумать, умник? Барчини собирает войска и королевская казна, которую он утащил ему в этом очень способствует. Когда к нему придут северные наёмники он просто скинет нас в море и посадит на трон кого-нибудь из королевских бастардов.
- У меня есть основания предполагать, что господин герцог изменит своё мнение, если прочитает это письмо.
Господин Советник приблизился к Виджо и с глубочайшим и почтительнейшим поклоном передал ему бумагу. Глава семьи Монтенбьяцо быстро пробежался по строчкам и громко захохотал. Наконец отсмеявшись, оглушительно рыкнул:
- Эрколе, моя племянница не зря сделала этого парня Советником, он действительно кой-чего стоит. Это письмо Тичи Барчини и пишет он из Римити самому герцогу, значит вся казна там. Значит старый Барчини не успел вывезти золото к себе в столицу. Все дороги на Римити мы контролируем. Действительно можно попробовать с ним договориться.
Эрколе с сомнением скривился и выдал:
- А если он упрётся? Тогда нам все равно придётся воевать с северными наёмниками.
- Не придётся. Мы предложим им взять Римити вместе с нами и они согласятся. Барчини это прекрасно понимает, ему есть смысл с нами договориться.
- Да, пожалуй ты прав.
- Конечно я прав! Но скажи мне, Советник, как ты раздобыл это письмо? Впрочем не говори, ты все равно не скажешь правду. Не важно, главное это письмо у нас. С сегодняшнего дня можешь считать себя не только Советником Королевы, но и Секретарём Канцлера. Ты сможешь организовать нам переговоры с Барчини, Господин Секретарь?
- Полагаю, господин герцог, что я в состоянии это организовать.
- Ну тогда не медли, организовывай.
Господин Секретарь Канцлера низко поклонился и пошёл было к выходу, но Виджо, пожевав губами, снова окликнул его:
- Погоди, Господин Секретарь, у меня есть к тебе небольшой разговор по моим личным делам. Пошли в соседнюю комнату пошепчемся. А их Величествам полагаю будет пока о чём поговорить с Господином Герцогом.
Соседняя комната представляла собой небольшой зал, в который и сам годился для совещаний, но не такой торжественный, хотя в комфортности пожалуй превосходил помпезный Зал Совета. Виджо плюхнулся на ближайшее кресло за столом и рукой указал Тьеро на место напротив. Снова пожевал губами, не изменяя своей любимой привычке и с сомнением посмотрел на собеседника. Тьеро терпеливо ждал, с вежливой улыбкой.Виджо наконец заговорил:
- Понятно, что сейчас наша главная проблема Барчини, но с твоей помощью мы её решим. Ну а дальше Господин Советник, что по твоему мы будем делать?
- Полагаю Господина Канцлера интересует Геньер?
- Ого, а ведь Инесса действительно в тебе не ошиблась. Ты прав, меня интересует Геньер.
- Только город или вместе с Герцогством?
- Город. Но желательно с Герцогством.
- Тогда потребуется время на разработку детального плана.
- Ха, а я уж думал, что ты этот план вытащишь мне сейчас прям сразу из рукава, прям как те фокусники на площади.
- Господин Канцлер, я видимо был недостаточно точен. В общих чертах план есть, в Королевской семье Микенаци есть с кем договариваться, но проработка деталей займёт определённое время.
- Ты хочешь сказать, что нам удастся заполучить Геньер без войны?
- О нет, Господин Канцлер, каке-то боевые действия безусловно будут, старый король никогда не согласится на лёгкую сдачу. Но полагаю всё обойдётся несколькими полевыми сражениями.
- Ты очень красиво говоришь, Господин Советник. Посмотрим будет ли всё так же красиво на деле, как на словах. У нас не так много войск. И у нас совсем мало толковых командиров. Гьярди Энериго сбежал вместе с Тьечо. Их люди не отказались нам служить. Пока не закончится их контракт.
- Позвольте спросить, Господин Канцлер, почему Гьярди и Тьечо сбежали?
- Эрколе подослал к ним своих убийц, во время неразберихи. Фьерческо до сих пор не простил, что Гьярди чуть не увёл Клариче. Но мы отвлеклись. Из серьёзных командиров у нас есть только Эгерио Саци, но тогда придётся идти на поклон к этим тупым Вечиарди и доверять их молокососу Гино всю компанию. А это так себе план. Есть ещё конечно Кирамани, но уровень не тот. Ах, как бы нам сейчас пригодился Гьярди! Но это уже мой вопрос. Ты разрабатывай план. В деталях.
В таверне "Медный якорь" было как всегда немноголюдно, так как публика, опять же, как всегда, была вполне солидной. Миго плюхнулся за стол Господина Секретаря Канцлера и налил себе вина. Тьеро Риаци подождал пока тот удовлетворит жажду и только после этого спросил:
- Тичи согласен передать предложение Монтенбьяцо отцу?
- Да, он всё сделает. Но помни, ты обещал, что он получит руку Клариче.
- Он её получит. Гьярди и Тьечо уплыли в Город Мудреца?
- Да, я всё сделал как ты сказал.
- Тогда, можешь передать Тичи, что Клариче будет его.
Выйдя на улицу, Тьеро Риаци некоторое время смотрел на цитадель Туманного города. Цитадель была огромна как скала. И такой же мрачной. Хоть и туман был очень слабый.
Он серая тень, что сменила тысячи масок, Грусть или хохот, восторг ироничной улыбки, Падает свет на картины ярких раскрасок, На образы, что чередой отражений так зыбки.
И ему безразлично, быть ферзём или пешкой, Веселит лишь игра с ироничной усмешкой.
В стенах дворца, где толпа у подножия трона, Мантии серой здесь так легко затеряться, Эхом звучит, шутовским бубенцом перезвона, Искусство в искусстве и в мастерстве претворяться.
Сила его не в мече, а в знании тайн сокровенных, Собранных быстро, словно большой мешок золотых, О развлечениях тронных сеньоров почтенных, Теряющих разум во всех этих играх хмельных.
И ему безразлично, быть ферзём или пешкой, Веселит лишь игра с ироничной усмешкой.
И блеск тронных залов призывом фанфар позовёт, Шёпотом торга и криком толпы из смеющихся лиц, И кто-то искал и нашёл и корону и власть и почёт, А кто-то в историях книжных сотни и сотни страниц.
И ему безразлично, быть ферзём или пешкой, Веселит лишь игра с ироничной усмешкой.
Играй менестрель, играй
Её прекрасные глаза как всегда лучились смехом. Даже сейчас, на ложе любви. Микелоцо вновь впился жадным поцелуем в эти манящие губы, что свели с ума столько мужчин и эти губы конечно же ответили так же жадно. Потом он долго смотрел на её лицо и волосы, разметавшиеся по подушке и не мог наглядеться. Алессия улыбнулась.
- Что, Господин Поэт, тебе пришли в голову новые стихи, или может быть сразу песня?
- А если вдруг Музы покинут меня и я перестану писать стихи и песни, прекрасная Алессия Ниара разлюбит бывшего поэта?
- Ах ты мелкий шантажист, ну что ещё тебе надо?
Девушка шутливо ткнула его в бок кулаком, но так как тычок был хоть и лёгким, но весьма профессиональным, то рёбра ощутили этот тычок весьма преизрядно. В ответ Микелоцо снова впился поцелуем в её губы и ещё некоторое время им уже было совсем не до разговоров. Потом они пили вино и ели виноград и солнце светило в распахнутое окно. Господин Поэт, глядя на возлюбленную, слегка нахмурился, являя всем видом полную серьёзность. Алессия расхохоталась.
- Ты такой смешной, когда серьёзный и хмуришься. Нет, я тебя никогда не разлюблю, Господин Поэт. Даже если перестанешь писать стихи и песни. Ну кто ещё меня сможет так рассмешить?
- Ты знаешь, я действительно сочинил новую песню.
В глазах Алесси прямо заплясали искры.
- Правда? А ну давай пой!
- Может потом?
- Ну я же говорю, мелкий шантажист! Пой давай!
Микелоцо добрался до лютни, лежавшей на столе, снова переместился на кровать и начал играть и петь. Это была совсем не любовная баллада, но Алессия слушала заворожённо. Струны лютни замолчали, но девушка продолжала молча смотреть в одну точку. Потом, очнувшись, попросила:
- Спой ещё раз.
Микелоцо подчинился. Произведённый эффект был аналогичным.
- И как ты назвал эту песню?
- "Маска, маска".
- А теперь быстро запиши мне слова. Я хочу выучить эту песню и спеть.
Микелоцо снова подчинился. Разве есть на свете мужчина, который может отказать Алессии Ниаре?
Когда всё было закончено, он снова вернулся в постель и принялся целовать девушку, легко касаясь губами её лица. Алессия слегка улыбнулась, самым уголком губ.
- Господин Поэт желает получить оплату за свою песню?
- Господин Поэт желает! Очень желает! Всю Алессию Ниару! Целиком и сразу!
И снова некоторое время им было совсем не до разговоров. А потом они снова пили вино и ели виноград. И солнце всё так же светило в открытое окно. Вдруг, дверь в спальню с треском распахнулась от сильного пинка и в комнате внезапно оказался Тьеро Риаци, собственной сероплащностью. Но говорил Господин Секретарь Канцлера конечно же как всегда спокойно и уравновешенно:
- Скажи мне, о болван болванов, почему ты ещё не прячешься в Туманном лесу, как я тебе сказал, а валяешься на кровати?
Микелоцо некоторое время недоумённо глядел на друга, потом всё же соизволил ответить:
- Ну так ты не говорил, что убираться надо немедленно, вот я и решил проститься с Алессией.
- Я тебе сказал - быстро. Быстро, значит немедленно!
- Да что случилось то такого, что мне надо драпать отсюда голым, со штанами под мышкой?
- А случилось, мой поэтичный друг, точней может очень скоро произойти несколько наёмных убийц, посланных Виджо Монтенбьяцо прямо за твоей рифмосочиняющей персоной. Так что у тебя есть прекрасный шанс всплыть где-нибудь в нижнем течении реки со вспоротым брюхом.
- Да что я ему сделал-то? На кой я ему сдался?
- Хватит тупить. Он подарил твоей подружке один из фамильных перстней и теперь Алессия Ниара его официальная фаворитка. Это почти как если бы ты начал крутить шашни с его женой.
- Но у него же нет жены.
- Зато теперь есть официальная фаворитка и даже Эрколе Фьерческо больше не посещает подругу нашего детства.
Сама Алессия, тем временем поднялась с постели и набросила атласный халат на своё прекрасное тело. Невольные мужские взгляды конечно же в очередной раз порадовали любимую модель всех скульпторов и художников Туманного города. Алеессия улыбнулась и обратилась к Тьеро:
- Скажи малыш, а ты не преувеличиваешь? Старый Виджо никогда не был ревнив, его даже заводило, когда я рассказывала о других мужчинах.
- Дело не в ревности. Просто положение обязывает, если ты родишь ему ребёнка, то ни у кого не должно быть сомнений, что это его наследник.
- Всё зашло так далеко? Он подумывает о наследниках? Ему же всегда было плевать!
- Было! А теперь он Канцлер! И хочет получить Геньер, не только город, а всё герцогство. Для себя и для своих наследников. Которых ты ему родишь.
- Тогда почему от меня? Он спокойно может жениться на какой-нибудь аристократке, которая нарожает ему кучу маленьких Монтенбьяцо.
- Ты же знаешь Виджо, он с прибабахом. Он хочет красивых детей именно от тебя. И твой песнесочиняющий любовник в этом раскладе определённо лишний.
Микелоцо тем временем уже оделся. Тьеро окинул его критическим взглядом и протянул ему кошель.
- На, здесь серебро, устройся где-нибудь подальше, потом ещё пришлю.
- Пф, истинные любители Искусства, коих немало не только в нашем королевстве, но и в других, не оставят такого поэта как я умирать с голоду.
- Не выпендривайся и бери. Лучше всего конечно было бы отправить тебя в Город Мудреца, но ты ведь не поедешь?
- Ещё чего не хватало! Ты хочешь, чтобы я там превратился в каменную статую в процессе чтения философских трактатов? Такую смешную каменную статую с каменной книжкой?
- Ну может и статую, зато живую.
- Нет, братец дорогой, не поеду я туда.
- Ладно, поезжай куда хочешь, но давай о себе знать хоть иногда в Город Мудреца. Мне передадут. А теперь быстро топай на кухню, Мисара выведет тебя через чёрный ход, а дальше через таверну уйдёшь по крышам.
Алессия бросила на Тьеро взгляд чуть недовольной ревности и промолвила с нотками стали в голосе:
- Ты всё ещё крутишь шашни с моей служанкой?
- Да и собираюсь крутить и дальше. Сама головой подумай, это прекрасный повод всё время у тебя появляться. А встречаться нам скоро придётся очень часто. Всё, а теперь ты Микелоцо беги как можно быстрей.
Алессия вдруг бросилась к своему поэту и с жадной страстью поцеловала его в губы. Тьеро чуть ли не силой их растащил и толкнул Микелоцо к выходу, но вдруг улыбнулся и промолвил:
- Играй менестрель, играй.
- Может споёшь эту песню вместе со мной?
- Топай уже.
Пробираясь по хорошо знакомой дороге в Туманном лесу, Микелоцо обернулся и посмотрел на оставшуюся вдалеке цитадель Туманного города. В свете звёзд и Луны Цитадель нависала над городом могучей громадой. Это было очень поэтично.
Играй менестрель, играй, Пока старая лютня звучит, И луна в темном небе не спит, Играй менестрель, играй.
Но чудится взгляд её ясных глаз, Прекрасных как неба синий атлас, И локон её золотистых волос, Видением ярким из светлых грёз.
Напевай свою песнь, напевай, Есть в кувшине вино, И не видно в нем дно, Напевай свою песнь, напевай.
Но чудится взгляд её ясных глаз, Прекрасных как неба синий атлас, И локон её золотистых волос, Видением ярким из светлых грёз.
Выбирай менестрель, выбирай, Где сегодня пройти, Где добычу найти, Выбирай менестрель, выбирай.
Но чудится взгляд её ясных глаз, Прекрасных как неба синий атлас, И локон её золотистых волос, Видением ярким из светлых грёз.
Не смыкай своих глаз, не смыкай. В лютый холод в ночи, У дороги не спи, Не смыкай своих глаз не смыкай.
Но чудится взгляд её ясных глаз, Прекрасных как неба синий атлас, И локон её золотистых волос, Видением ярким из светлых грёз.
И пока рядом нет волчьих стай, Ты не слышишь их вой, И их бег за спиной, Играй менестрель, играй.
Но чудится взгляд её ясных глаз, Прекрасных как неба синий атлас, И локон её золотистых волос, Видением ярким из светлых грёз.
Маска, маска
Солнце пробивалось сквозь щель ставни, настойчиво пытаясь разбудить своим лучом. Алессия зевнула и потянулась. Вставать совсем не хотелось, хотелось спать дальше. Но вставать было надо и вставать пришлось. Пришлось шатаясь дойти до стола и позвонить в колокольчик, который на этом столе был специально оставлен, чтобы не было соблазна снова отвернуться на другой бок и заснуть. На звон тут же влетела в распахнувшуюся дверь молодая служанка и принялась открывать ставни в спальне. Алессия ещё раз зевнула и ревностно оглядела с ног до головы свою служанку. И что такого Тьеро нашёл в этой Мисаре? Ну слегка личико смазливенькое, ну фигурка ничего, но так то обычная девица, каких много. Почему не кто-то из знатных дам, которые периодически поглядывают на него с интересом? С заметным интересом, который не спрячешь. Впрочем пытаться понять этого умника, это совершенно пустое и бессмысленное занятие. Служанка тем временем быстро сделала все положенные утренние дела и поклонилась.
- Госпожа, пришёл посыльный в ливреи Бичераци, с ним десять наёмников охраны. У него в руках сундучок, видно что-то важное принёс. Прикажете позвать?
- Подай мне халат и позови.
Халат напоминал скорей платье из тяжёлой и дорогой парчи, сама бы Алессия не справилась, Мисара помогла в него облачиться.
- Зови.
Служанка ещё раз поклонилась и убежала. Почти сразу в спальню вошёл посыльный и держа в руках резной деревянный ларец, склонился в низком поклоне.
- Говори.
- Приветствую Вас, о Благороднейшая Госпожа!
Алессия слегка скривила губы, но посыльный продолжал:
- Мой Господин прислал Вам эти подарки и письмо.
- Поставь ларец на стол и давай бумагу.
Посыльный всё исполнил как велено и Алессия, сломав восковую печать принялась читать. В письме было вежливо и витиевато изложено приглашение на сегодняшний карнавал в доме Бичераци и не менее вежливая просьба принять его вместе с подарками. Алессия подошла к столу и открыла ларец, тут же замерев от восторга. Гарнитур из колье и серёжек с изумрудами настолько поражал великолепием, что аж дух захватывало. Постояв немного и полюбовавшись на эту красоту, Алессия заметила ещё один предмет, завёрнутый в атласную ткань. Она развернула свёрток, в котором обнаружилась полумаска отделанная красным шёлком с золотой нитью. Девушка задумалась. Глубоко задумалась. Да, Тьеро предупреждал, что Бичераци будут искать её дружбы, но всё же это слишком дорогой подарок. Она обернулась к посыльному.
- Господин что-то велел передать мне на словах?
- Да Госпожа. Господин Герцог просил передать, что если Благородной Госпоже будет угодно подарить танец Господину в зелёной маске с серебряной и золотой нитью, то Господин Герцог будет невероятно признателен за это Благородной Госпоже.
- Но если такая маска будет не одна, то как я узнаю кому подарить этот танец?
- Госпожа, у этой маски левая сторона будет вышита серебряной нитью, а с правой золотой, такой маски точно больше не будет.
- А если будет?
- На этом Господине будет короткий красный плащ.
- Но всё бывает на маскарадах, если и маски и плащи повторятся?
- Тогда Госпожа сама выберет с кем танцевать.
Алессия ещё раз задумалась. Всё это её насторожило. Но Бичераци слишком влиятельная семья и ссора с ними определённо не входила в планы. Пожалуй всё же стоит согласиться.
- Хорошо, передай Господину Герцогу, что я в точности выполню его инструкции.
Посыльный низко поклонился и быстро вышел из комнаты. Алессия с холодным выражением лица подождала пока за ним закроется дверь и вприпрыжку подскочила к столу, тут же распахнув крышку ларца. Гарнитур был так прекрасен, что непроизвольно вызывал девчоночий восторг. Руки сами потянулись примерить и колье и серёжки. И всё же это стоило целое состояние, за такой гарнитур можно купить поместье с замком. Значит Бичераци затеял какую-то игру, которая стоит сильно дороже, чем поместье. И выйти из этой игры она не может и отказаться было не возможно, придётся исполнять свою роль.
Особняк Бичераци был построен совсем недавно, со всей виданной и невиданной роскошью, мраморные колонны, дорогие породы дерева, отличные гобелены. Вокруг разбили сады и пруд с карпами, содержание которых по всей видимости обходилось в целое состояние. Но Господин Герцог мог вполне позволить себе такие траты, его торговые корабли очень бодро возили специи. Бичераци не обманул, в маске, описанной посыльным, присутствовал лишь один человек на всём многолюдном карнавале и спутать его с кем-либо не представлялось возможным, она сразу узнала молодого Гино Вечиарди. Господин Граф неоднократно подбивал к ней клинья и плевал на её статус официальной фаворитки Виджо Монтенбьяцо. Рядом с ним, так же в карнавальном костюме, находился вполне узнаваемый Эгерио Саци, знаменитый кондотьер, подкреплявший своим немаленьким отрядом независимое мнение семьи Вечиарди. На его боку болталась новомодная шпага, лёгкий меч с корзинчатым эфесом, штука вполне годная, чтобы отбиваться в подворотне, Алессия уже испробовала новшество на уроках фехтования с Мастером Мигуци, но на войне всё же предпочла бы латную перчатку с мечом. Впрочем кому как. Но что эти почтенные Господа делают здесь? Бичераци решил наладить отношения со своими кровными врагами? Странно всё это. Алессия заняла предназначенное для неё место за столом, не так уж далеко от молодого Графа. После того, как присутствующие насладились прекрасными винами и закусками, настало время танцев и конечно же партнёром Алессии оказался Гино и конечно же в этот раз она ему не отказала. Господин Вечиарди всячески распускал руки, на грани приличий и немного за гранью и потом совсем уж за гранью, но отпора не получал и действовал всё смелей и смелей. Алессия, тем временем, краем глаза заметила рядом танцующего с какой-то дамой Эгерио Саци, хорошо кстати танцующего, кондотьер ни на миг не отпускал от себя своего подопечного, опекая его как усердный телохранитель.
Через некоторое время подуставшие пары снова разбрелись по своим местам за столом, всем хотелось слегка освежиться прекрасными винами. Алессия лишь пригубила из своего бокала, наблюдая краем глаза за молодым Вечиарди, заметила, как к тому подошёл слуга, тоже в маске и что-то сказал, а потом положил на стол нечто, завёрнутое в шёлковый платок. Гино лишь откинул край кусочка ткани, чтобы соседи не увидели, что за вещь там скрывается и вдруг в упор посмотрел на Алессию, плотоядно улыбнувшись. Он вдруг резко вскочил со своего места и рванул к выходу. И видимо только Алессия заметила, что Эгерио Саци в этот момент отвлекла какая-то дама, да так, что тот просто не мог увидеть уходящего молодого Вечиарди. И что-то задело ещё, ах да, слуга, передавший Гино вещь, осанка с прямой спиной, уверенная походка. Не похож на слугу, похож на Господина, и не просто на Господина, а кажется на самого Господина Герцога. Странно. Что здесь всё таки происходит? Алессия ещё раз пригубила вина и снова повела глазами в сторону убежавшего Гино. Вкрадчивый голос прошелестел у неё над ухом:
- Прекрасная Госпожа, спойте нам пожалуйста.
Алессия медленно повернула голову в сторону говорившего. Маска шута с бубенцами. Но голос, голос ей был хорошо знаком. Ну конечно же Тьеро! Ну что ж, раз сам умник сюда припожаловал, то значит она сделает всё, что он скажет. Господин Секретарь Канцлера никогда ничего не говорит просто так. Если надо петь, она будет петь. Человек в маске шута протянул ей лютню. Люди, стоявшие за спиной Тьеро в каких- то простецких масках и нарядах чуть ли не в один голос закричали:
- Госпожа будет петь! Прекрасная Госпожа будет петь!
Все обернулись и Алессия краем глаза заметила всполошившегося Эгерио Саци, увидевшего наконец, что молодого Графа нет на своём месте. Кондотьер резко вскочил, отшвырнув стул и бросился к выходу. Алессия тем временем провела пальцами по струнам лютни и запела песню Микелоцо. Зал замер.
Маска, маска, красная маска, Туманом осенним в дурман уведет, Рвущихся криков - тихая сказка, Прячься - не прячься, быстро найдёт.
Маска, маска, все тебя знают, Даришь из ярких иллюзий сон, В зале роскошном, где скрипки играют, Мороки шепчут со всех сторон.
Праздничный стол, смеясь накрывает, Льстивая маска - маска Слуги, С низким поклоном легко угождает, Пряча в улыбке волчьи клыки,
И достает свою шпагу из ножен, Грозная маска - маска Бойца, Ловкий удар изящен и сложен, Лезвие острое - речь Мудреца.
Скалится пасть лисьей усмешкой, Маска смешливая - Шут в бубенцах, Только глупцам кажется пешкой, Ферзь ледяной в светлых дворцах,
Маска, маска, серая маска, Страхов ночных - вязкая власть, Рваных теней вечная сказка, Звуков безликих - мягкая страсть.
Некоторое время зал молчал потом разразился аплодисментами. Человек, в маске шута сказал на этот раз громко, чтобы слышали все:
- Прекрасная Госпожа, спойте пожалуйста ещё раз!
И Алессия конечно же спела.
Огромный вороной конь с синим отливом галопом нёс молодого Вечиарди к назначенному месту встречи. Ноздри Гино широко раздувались в предвкушении, почти как ноздри его скакуна. Наконец-то эта ломака, Алессия Ниара, сдалась под его напором! Ну конечно же, какая женщина сможет устоять перед самим Вечиарди? Доскакав до нужного места, он соскочил на землю и привязав к дереву вороного, пошёл по тропинке пешком. Грот, где назначила ему встречу Алессия, должен быть рядом. Он остановился, достал изумрудный перстень, из того же гарнитура, что были колье и серёжки Алессии и тут же ему в спину, залпом, прилетели пять арбалетных болтов. Гино рухнул носом в землю, умерев раньше, чем успел что-либо понять. Человек в ливреи и маске слуги неспеша к нему подошёл и вырвал кольцо с изумрудом из крепко сжимавших его пальцев, проронив остальным лишь одно слово:
- Уходим.
Вся компания быстро растворилась в лесу. Через некоторое время из-за дерева вышел человек в тёмном плаще и опасливо озираясь, приблизился к лежавшему Гино. Потом опустился вниз и бросил рядом с рукой молодого Графа белый женский платок с вензелем Чимани.
Вороной всё так же стоял привязанный у дерева и Эгерио Саци понял, что след привёл куда надо. Вместе с ним с лошадей спрыгнули четверо, остальные остались на месте. Кондотьер подбежал к остывшему Гино и заметив платок, сунул его в свою сумку. Лицо Эгерио исказилось от гнева. Он отомстит! Он знает кому нужно отмстить. Рваные клочья тумана обволакивали деревья как тысячи масок.
Маска, маска, серая маска, Страхов ночных - вязкая власть, Рваных теней вечная сказка, Звуков безликих - мягкая страсть.
Поединок в саду чайных роз
Солнце било в глаза прямыми лучами и Алессии просто пришлось проснуться. Ставни конечно были распахнуты, за столом напротив развалился на стуле Тьеро и потихоньку хрумкал солёные орешки из вазы. Какой непорядок!
- А-ну перестань трескать моё лакомство!
- Не могу, отличные орешки!
- Прекрати, негодяйский похититель лакомства!
Алессия запустила в наглеца подушкой, но так как целилась сильно выше, умник лишь немножко склонил голову. И продолжил есть орешки.
- Да я тебя на дуэль вызову!
- Ну тогда выбор оружия за мной. Кто быстрей съест орешки, тот и победил.
Алессия, как была, в ночной рубашке, быстрой кошкой подскочила к столу и перевернув вазу, загребла к себе всё что осталось. Но Тьеро лишь невозмутимо промолвил:
- Все равно я уже победил.
- Да, стрескал больше половины! Не честно! Не честно! Не честно! Всем расскажу, как ты обманываешь женщин!
- Но я готов оплатить твоё лакомство интересным рассказом.
- Что интересного могло произойти со вчерашнего дня, когда ты заставил меня петь на маскараде? Виджо захватил Геньер?
- Нет, не захватил. Но новости такие, что весь город гудит как большие трубы.
- Ну тогда отрабатывай мои орешки и подробно рассказывай. И смотри, чтобы мне было не скучно.
- Разве я когда-нибудь, что-нибудь рассказывал скучно?
- Перестань меня дразнить и говори толком и по делу.
- Хорошо. Гино Вечиарди убит. Вчера. Получил пять арбалетных болтов в спину около грота. Не скучно?
Алессия резко посерьёзнела и пристально взглянула на собеседника.
- Рассказывай.
- Его грохнули как раз пока ты развлекала своим пением гостей на маскараде.
- И кто же его так щедро накормил арбалетными болтами?
- А вот никто не знает точно. Эгерио Саци решил, что это были люди Кирмани.
- Да ну? С чего так?
- По непроверенным слухам он нашёл рядом с остывшим Гино платок Ферчелины Чимани.
- Любовницы Кирмани?
- Ну да.
- И он в это поверил? Он что, идиот? Платок ведь подбросить могли.
- Это ты сейчас такая умная. А Эгерио был в ярости и дал волю чувствам. Помчался в город и вызвал Кирмани на поединок. Кирмани выбрал шпаги.
- Да, Саци редкостный идиот. Кирмани хорошо владеет шпагой. Мы с ним провели несколько тренировочных боёв и бились на равных. А Саци мне на шпагах проиграл. Если бы они дрались в доспехах на мечах, молотах или секирах, у Эгерио были бы неплохие шансы. Но шпага? И когда же дуэль?
- А дуэль уже состоялась. На закате. В саду чайных роз. И как ты правильно предположила, Кирмани очень быстро укокошил Саци уколом в горло.
- Трижды болван! Дать убить себя так легко и глупо! Но, я так понимаю, без Бичераци в этом деле не обошлось?
- Правильно понимаешь. Можно предположить, что он хотел оказать услугу Виджо и заодно разобраться с Вечиарди.
- А Виджо то оно всё зачем?
- Ему нужен толковый Капитан для похода на Геньер. И так как наш друг Гьярди уехал по совершенно неотложным делам, оставался лишь Саци. Виджо хотел лишить его работодателя и нанять на сходных условиях по хорошей цене. Ты же знаешь, Виджо хоть и аристократ, но по натуре торговец. Перекупить Эгерио бессмысленная затея, а заполучить необходимо. И недорого. Так что Гино во всём этом был по любому лишний. Но никто не ожидал, что Эгерио напрыгнет на Кирмани и так быстро умрёт. В планы Виджо это точно не входило.
- А в чьи входило?
- На этот счёт ходят разные слухи. Больше всего о Кирмани.
- Он хочет сам стать во главе армии?
- Хотеть то он хочет, да вот нанять его никто не наймёт. Ни для кого не тайна, что он хороший боец, но совершенно никуда не годный командир. Да и некоторые друзья Эгерио не прочь с ним потолковать. Джикеното публично обсмеял на площади Ферчелину Чимани и теперь если Кирмани не бросит ему вызов, то прослывёт трусом. А это, как ты и сказала, уже будет бой в доспехах и на мечах.
- Да, Джикеното серьёзный боец. И очень хладнокровный. Я видела его у Мигуци. Джикеното любит поединок ради поединка, для него это Искусство. И забава. В реальном бою против Джикеното, я бы предпочла твой любимый арбалет и стрелять из-за угла. Одолеть его могут только Гьярди, Тьечо, Старый Бо и сам Мигуци. В доспехах и на мечах он убьёт Кирмани. И кто же после этого возглавит армию в походе на Геньер?
Тьеро лишь пристально посмотрел на неё и холодно улыбнулся. Алессия наморщила лоб и в её глазах промелькнули искры. Она открыла рот, но говорить не стала. Не всё и не всегда нужно произносить вслух. Даже у себя в спальне. Да и Тьеро предпочёл перевести разговор на другую тему.
- Когда пойдёшь к Мигуци, скажи ему, чтобы зашёл ко мне в приёмную. Их Величества желают получать у него уроки фехтования.
- Что и Инесса собирается подержать в своих нежных ручках тяжёлые железяки? Она же натрёт мозоли на пальчиках и как после этого будет проявлять своё благорасположение к Его Величеству?
- Не забывай, что Инесса выступила на нашей стороне и очень сильно нам помогла. Она наш союзник. Так что спрячь свои острые зубки. И кстати, Инесса приглашает тебя на скорый приём во дворце. Официальное приглашение тебе скоро пришлют. А сейчас пошли завтракать. Орешки это хорошо, но мало. Я приказал Мисаре накрыть на стол.
А в саду чайных роз продолжали осыпаться лепестки.
Здесь в небе прозрачном играет закат, В облаках, полыхающих красным, Что огромными тушами мягко лежат, На своем одеяле атласном.
На промокшей земле, в зелёном саду, Так легко за шпаги взялись, И отбросив любезных слов череду, В поединке быстром сошлись.
И мелодией дивной странно звучат, Щебетание птиц и вода в роднике, А в висках кузнецы молотками стучат, И ярость, волной в реке.
Чёрная маска и чёрный камзол, Затейлива вязь на клинке, Противник устал, а может и зол, И шпага дрожит в руке.
Ядовитых острот затейливый вкус, Видно сильно его раздражает, И стального жала злобный укус, Лишь ярит и совсем не пугает.
И в атаку пошел, что было сил, Словно шпаги навстречу не ждал, Но укол прямо в горло он пропустил, И ничком на траву упал.
И закат, что совсем не знает тоски, Оглянулся задумчивым взглядом, На кусты и упавшие лепестки, Чайных роз, засыпающих рядом.
Поединок в яблоневом саду
Виджо Монтенбьяцо метался по залу как раненный носорог, как разъярённый раненный носорог. Тьеро Риаци расположился за столом, с самого угла, наблюдая за всеми действиями патрона с выражением холодной и почтительной доброжелательности на лице. Пожалуй хорошо, что зал такой большой. Виджо с его габаритами и массой мог легко попортить дорогую мебель и прочую обстановку, а это совершенно необязательно. Наконец начальство сдавленно проревело:
- Что, что происходит в этом городе, в этом королевстве? Откуда столько идиотов? Эти болваны, всей толпой должны отвоёвывать мой Геньер, а они убиваются друг о друга с какой-то невероятной скоростью!
Господин Канцлер посмотрел на своего подчинённого, в лице которого кажется прослеживалась ирония, совсем лёгкая и тем не менее прослеживалась, пожевал губами и продолжил:
- Да, я помню, что ты меня предупреждал о неподготовленности и непроработанности этого плана, но вот мне сейчас, именно сейчас, от этой мысли совсем не легче!
Наконец Сиятельнейший Господин Герцог как-то несколько поник широченными плечами и плюхнулся в кресло. Махнул рукой:
- Ладно, рассказывай, что там хоть произошло.
Тьеро поднял на него глаза:
- О, Господин Канцлер, зрелище получилось презанимательнейшим! Как знаток и любитель Искусства, Вы просто не сможете не оценить красоту всей этой постановки от Джикеното. На рассвете, в яблоневом саду, в сияющих на солнце доспехах. Жаль, что там не было Микелоцо! Такой поединок запомнится надолго. Я не знаю кто ещё умеет с таким невероятным изяществом управляться с мечом и баклером. Кирмани пытался соответствовать, но надолго его не хватило, Джикеното так быстро и ловко упорол его остриём клинка в подмышечную впадину, что тот просто рухнул на траву. Но мои слова просто жалки по сравнению с увиденным зрелищем, вот если бы кроме Микелоцо там отметился бы ещё и Пиченацо, то Вы имели бы удовольствие насладиться эпическим полотном этого поединка.
Господин Канцлер как-то устало скривился и промолвил:
- Ты конечно красиво рассказываешь, ну как всегда, но скажи мне умник из умников, что нам теперь делать то? Что там теперь происходит?
- Господин Канцлер, там ничего нового и необычного, как я имел уже возможность Вам ранее докладывать. Все люди Саци идут за Джикеното, который совсем не собирается никем командовать, ему это просто не интересно. Людьми Кирмани теперь командует Никомати.
- Это что ещё за жаба с кочки?
- Один из заместителей Кирмани по части снабжения отряда. Командовать боем не умеет, но за хлебом, жалованием и женщинами следит исправно. Для нас хорош тем, что никаких счётов сводить не собирается и совсем не прочь договориться и встать под то начальство, на которое Вы укажете. Хоть под Джикеното.
- А что сам Джикеното?
- Он полон чувства исполненного долга, купается в лучах славы и женского восхищения. Но командовать явно не собирается. Не интересна ему вся эта рутина с картами и размышлениями.
- Вот что я тебе скажу, умник. Как хочешь, любыми путями, достань мне Гьярди. Обещай ему золотые горы, ползай перед ним на коленях, но достань мне его! Он должен командовать моей армией, тогда Геньер будет мой.
- Но Господин Канцлер, Вы же знаете, есть препятствие, которое вне моего влияния и моих возможностей. Господин Эрколе Фьерческо будет категорически против.
- Пока Эрколе не получил должность Главного Казначея, мы можем на него влиять. Придумай, как нам увязать эту должность с Гьярди.
Господин Герцог отвернулся к окну и не заметил лёгкой, но торжествующей улыбки на лице Тьро Риаци.
- Господин Канцлер, это возможно, но мне потребуется Ваша помощь и помощь Их Величеств.
Виджо резко повернулся в сторону Господина Секретаря.
- Ты действительно сможешь вернуть Гьярди? И я, и Инесса, и этот её .... Король, сделаем всё, что ты скажешь.
- Господин Канцлер, я могу пообещать Гьярди город Фираджу, в том случае, если герцогство Геньер станет Вашим?
Виджо ухмыльнулся:
- Ну конечно можешь. Я с удовольствием отдам Гьярди город семьи Вечиарди, если Геньер станет моим. Хоть на что-то этот бесполезный Гино сгодится. Кстати, что там сейчас делается, в этой графской семейке?
- Тимьере Вечиарди заявил свои права на наследство. Манчи Вечиарди тоже заявил свои права на наследство.
- Поторопись с отрядами Саци и Кирмани. Нам совершенно незачем, чтобы их перекупили эти шуты для своих междуусобиц.
- Господин Канцлер, могу ли я от Вашего имени и от имени Их Величеств пообещать Джикеното, что его портрет напишет Пиченацо?
- Да, я заплачу Господину Художнику, а Их Величества попросят его написать портрет Джикеното.
- Господин Канцлер и ещё один вопрос касаемый Пиченацо. Интересующие нас люди из королевской семьи Микенаци тоже хотят заполучить некоторые его полотна.
- Ты хочешь. чтобы я купил и их? Хорошо.
- Нет, Господин Канцлер, это как раз те полотна, которые Пиченацо ни за что не хочет продавать. Ни Вам, ни Микенаци.
- Тогда что же ты хочешь от меня?
- Я прошу Вас поручить это дело Благородной Госпоже Алессии Ниаре. Уговорите её. Она дружна с Паолиной Джиенти. Только Паолина может уговорить Пиченацо продать Микенаци эти полотна.
- И что же такого в этих полотнах, что Господин Художник наотрез отказывается их продавать?
- Он написал их во время чумы, в том числе портрет самой Паолины.
- И ты думаешь Алессия сможет его уговорить продать эти полотна?
- Или написать копии этих полотен, что Пиченацо тоже отказывается делать. С копиями полагаю у неё вполне может получиться. Они с Паолиной достаточно близкие подруги. Но Вам придётся уговорить Благородную Госпожу Алессию Ниару найти подход к Микенаци, чтобы никто не заподозрил, что идея исходит от Вас. Их король сразу сделает стойку, как охотничий пёс. Он очень подозрительный. Если же всё произойдёт так, как будто Микенаци сами попросили Благородную Госпожу об этой услуге, то никто ничего не заподозрит. Всем известно, что принцы Микенаци наперебой пытались купить эти полотна.
- Ты хочешь снова использовать Бичераци?
- Совершенно верно, Господин Канцлер. Кто лучше родни сможет справится с этим? Но сможете ли Вы уговорить Благородную Госпожу Алессию Ниару?
Виджо пожевал губами, задумавшись. Потом промолвил:
- Алессия конечно взбалмошная и иногда совершенно неожиданно капризная. Я поговорю с Инессой, пусть как-нибудь погладит Алессию по шёрстке, подарит ей что-нибудь и попросит выслушать Бичераци, которого я сам проинструктирую. Слушай, а что они вобще прицепились к этим полотнам? Ну заказали бы Пиченацо что-нибудь другое? Любые его полотна с каждым часом лишь дорожают и являются прекрасным вложением денег. Какая им разница?
- Господин Канцлер, на эти полотна нацелился Император, так что перебить эту покупку для них вопрос престижа и приятного утирания носа семье Алицети, в том числе и в глазах их подданных.
- Всё никак не могут простить конкурентов за проигранную на выборах Императорскую корону?
- И это конечно, но они не считают эту игру совсем проигранной. Именно поэтому Геньер значительно менее важен для принцев, чем деньги на борьбу за Императорскую корону. А для их короля всё наоборот.
- Даже так? Ну ладно, нам это на руку. Мы обсудили все текущие дела?
- Да Господин Канцлер.
- Ну тогда расскажи мне в подробностях всё про этот поединок. Какие латы были на Джикеното? Помнится на турнире он выиграл у Бичераци прекрасные ганмийские доспехи с клеймом самого Мастера Керавими. Давай, рассказывай в деталях, как ты это хорошо умеешь!
А яблоневый сад алел своими спелыми плодами, недалеко от быстрой и бурной реки, через которую был перекинут старый каменный мост.
В том зелёном саду, где вкус яблок так терпко цветёт, мы взялись за мечи, это было и грозно и славно. Чтоб сейчас наконец-то узнать, кто из нас на траву упадёт. Это было забавно. Очень забавно.
Здесь деревья склонились, ветками, вниз головой. От созревших плодов, что алеют спелостью красной. И не страшен им дождь, и усталый, полуденный зной. Их фруктовая власть никогда не бывает напрасной.
А вдали, у холмов, там, где гладь изумрудной реки, с виноградной лозой всегда говорит безмятежно, и мечтая бегут облака, совсем невесомы, легки, и сияющий купол застыл, и сверкает улыбкой безбрежно.
И сшибается в рваные искры звенящая сталь, что на солнце хрустальной слезой поёт серебристо. Вот противник упал, и становится искренне жаль, красоту поединка, что тает снежинкой. Так быстро.
В том зелёном саду, по задумчивой утром листве, шёл безмолвный туманный рассвет, это было недавно. И слегка загрустил мотылёк, средь цветов, на промокшей траве. Это было забавно. Очень забавно.
Менестрель в утреннем лесу под дождем
Монотонная и скучная служба всегда расхолаживает даже самых ретивых. Поначалу все так бдительны и полны служебного рвения, но потом, постепенно, это всё утекает как хорошее вино в глотку пьяницы. Дни так одинаковы и похожи один на другой, ничего не происходит и большое событие, когда кто-то из местных крестьян или горожан устроил потасовку в таверне. Да ещё и вино дрянь, но его хотя бы много. Караульные сторожевой башни, позёвывая играли в кости. Старший ушёл по домашним делам даже не предупредив начальство. Подъёмный мост был опущен, ворота центральной башни открыты, а чего всё время напрягаться опуская туда-сюда мост и открывая туда-сюда ворота, всё равно никаких вражеских армий поблизости нет и не предвидится. Вдруг в ворота сторожевой башни заколотили. Один из караульных, нехотя и неторопясь подполз и открыл смотровое окно. Какой-то незнакомый мужик, а за ним телеги, кажется с дровами. Караульный резко рявкнул:
- Чего надо?
Мужик низко поклонился и подобострастно ответил:
- Дрова привезли.
- А где Пити?
- Старик приболел, Почтенный.
- А ты кто такой? Что-то я тебя не знаю.
- Почтенный, я племянник Пити, из соседней деревни.
Будь на месте старший, он всё же заинтересовался бы, почему именно сегодня дрова привезли, стал бы расспрашивать подробно, к начальству бы побежал, но караульный думал лишь о партии в кости, поэтому подозвал двух напарников, которые помогли открыть ворота и первая телега въехала внутрь сторожевой башни. Племянник Пити, перед которым сгрудились все трое стражников, внимательно осмотрел опущенный мост и открытые ворота центральной башни, вдруг оскалился хищной улыбкой и у двоих караульных внезапно оказалось перерезано горло, а третий, тоже впрочем ничего не успевший понять, получил кинжал под кадык по самую рукоять. Всё таки вино не способствует быстрой реакции и быстрому пониманию ситуации, особенно когда его выпито много. Телеги с максимально возможной для них скоростью въехали в ворота центральной башни, из них выскочили вооружённые люди и тут же рванули к караулке замка. Командир, назвавшийся племянником Пити, вышел из ворот сторожевой башни и махнул древком с красным полотнищем в сторону ближайшей к замку рощи. Оттуда тут же начал выезжать галопом отряд всадников и быстро приближаться к сторожевой башне. Очень скоро всё было кончено, гарнизон вырезан и замок захвачен целиком.
Дверь в спальню резко распахнулась от удара и в комнату влетел десяток бойцов стащивших из кровати сладко почивавшего Управляющего Бено. Двое воинов повалили его на пол, практически усевшись на него всем своим весом. Господин Управляющий застонал и приподняв голову увидел вошедшего в спальню человека в полном латном доспехе. Человек присел на край кровати, рядом с лежащим Бено. Усмехнулся и начал с сарказмом:
- Удобно ли Вам, Господин Управляющий? Ну я же вижу, что удобно! А значит Вы не откажетесь ответить на некоторое количество моих вопросов? Вы ведь будете так любезны? Ах да, как человек вежливый я конечно же должен представиться и отрекомендоваться! Зовут Чигаро. Граф Чигаро Джильего.
Господин Управляющий сдавленно пискнул. Негромко, но окружающие услышали. Чигаро-бастард! Господин Бено быстро понял какие вопросы ему сейчас зададут. Назвавшийся Графом тем временем махнул наёмникам рукой и они подняли Господина Управляющего на ноги. Тот стоял пошатываясь с огромными от ужаса глазами. Чигаро посмотрел на него с милой улыбкой злого леопарда и продолжил:
- Я вижу ты, тварь, уже понял о чём я тебя спрашивать буду? Ну давай, выкладывай, как ты отравил Господина Канцлера и всё его семейство, моё семейство.
Господин Управляющий бухнулся на колени и завопил тонким голосом:
- Не сам я! Не сам! Приказали мне!
- Кто приказал?
- Господин Герцог!
- Какой Герцог? Говори толком.
- Господин Эрколе Фьерческо!
- Ну вот видишь, как у нас всё хорошо получается. Ты конечно же хочешь жить?
Господин Управляющий так резво закивал головой, что она наверное чуть-чуть не оторвалась. Чигаро снова улыбнулся:
- Вот и славно. Мы с тобой потом в одно место поедем, ты там всё подробненько расскажешь, всю правду, как сейчас и жить будешь долго. Потому, что ты мне в таком случае живой понадобишься. Только бежать не пытайся, хорошо? Молодец. Может быть даже станешь чуть богаче, чем был.
Господин Управляющий, в своём полуобморочном состоянии тем не менее нервно улыбнулся. Он всё же сообразил, что Чигаро-бастарда никогда не привечали в доме бывшего Канцлера и это говорит о том, что самозаявленный Граф пришёл не мстить, а просто ищет предлог оттяпать некоторую часть земель его отца, захваченных после переворота семьёй Фьерческо. А значит Господин Бено действительно нужен как свидетель. Кажется ему суждено ещё некоторое время пожить. И это было очень, очень хорошо! Просто замечательно!
В большом зале постоялого двора на обед народу собралось совсем немного, Микелоцо потихоньку расправился с жаркое и нехотя, небольшими глотками, тянул паршивое местное вино, заедая ветчиной с хлебом. Вся эта романтическая история с захватом замка чудесно просматривалась из окна и очень напоминала театральную постановку. Уж слишком всё по-дурацки легко получилось, вряд ли Тьеро закладывался именно на такой результат, скорей на то, что наскок провалится, но напугает Фьерческо. Но вот теперь вдруг оказалось, что на глупый план некоторые люди могут ответить ещё более восхитительной глупостью. А может наоборот, всё удалось именно из-за такой простоты? Не важно, важен достигнутый результат. Со второго этажа в зал спустились Кигу, Бари и Тиу. Кигу неодобрительно покосился на стол Микелоцо в центре зала и плюхнулся напротив. Бари и Тиу расположились как раз за соседним столом, прикрывая менестреля таким образом, чтобы никто не смог всадить ему в спину нож. В зале некому было нападать, все постояльцы были известны наперечёт и проверены, но телохранители предпочитали перестраховаться. Так как всё действо лучше всего просматривалось именно из этого окна, Микелоццо сполна убедился в успехе предприятия. А ещё грела мысль, как будет орать Фьерческо, когда обо всём узнает. То-то веселье получится! Телохранители расправились с обедом и Микелоцо коротко бросил:
- Уходим.
Уже на дороге, верхом на лошади, менестрель про себя напевал давно сочинённую песню:
Пусть дождь печалится с утра, Вина во фляге не осталось, В лесу холодном лёг вчера, Но что-то пел пока смеркалось.
А здесь дорога, менестрель, Совсем размокла и раскисла, Но где-то слышна птичья трель, Печаль же не имеет смысла.
А в чем же смысл тебе сыскать, И для струны здесь в чем забава, Но кто прикажет здесь молчать, И для струны нужна ли слава?
Но что-то из вчерашних нот, Пришло на память, и смеётся, И что-то птица там поёт, И где-то дым харчевни вьётся.
Пусть порван плащ и сапоги, Оркестр в животе играет, Зато в строке слова легки, И рифма выше звёзд летает.
И надо воздушный замок найти, Но здесь так легко сбиться с пути.
Эту песню, как и многие другие, он сочинил для Алессии.
Взмыленный гонец на взмыленной лошади добрался наконец до ворот Цитадели и показав караульным пропуск с печатью Фьерческо был препровождён в приёмную Господина Секретаря Канцлера. Очень скоро гонцы из его кабинета побежали за Сиятельными Господами и Их Величествами.
На этот раз в Зале Советов царила почти полная тишина и молчание, лишь Герцог Эрколе Фьерческо периодически издавал звуки, похожие на мычание коровы. Мычание отличалось нотками жалобности, грусти и растерянности и сопровождалось периодическими и крайне беспорядочными маханиями обеих рук в разные стороны. Господин Секретарь Канцлера сохранял на лице всегдашнее выражение бесстрастности и почтительной холодности. Виджо Монтенбьяцо старательно делал лицо умной задумчивости и торжествующей мыслительной деятельности. Его Величество, с некоторой отстранённостью от существующей проблемы бросал на Её Величество взгляды нежной влюблённости. Её Величество проявляла очень умеренную вежливую заинтересованность. Кому-то всё же нужно было нарушить эту неловкую паузу и Господин Канцлер взял инициативу в свои руки, неспешно процедив сквозь зубы:
- Дорогой Друг, может нам не стоит так уж драматизировать произошедшее? В конце-концов Тиркапи, это всего лишь пограничный замок, даже не город.
Господин Фьерческо надулся, покраснел и выпалил:
- Всего лишь? Всего лишь? Да это прямая дорога на мои владения, на Уфинцу, столицу Графства, которая не готова к обороне и совершенно беззащитна перед отрядами, а может и армией бастарда! Надо срочно перебросить туда войска из под Римити. Любой ценой нужно спасти столицу!
- Но Дорогой Друг, тогда мы откроем дорогу Барчини и не будет никакой сделки с женитьбой Тичи на Вашей дочери Клариче. И мы получим намного более серьёзную опасность, мы это уже обсуждали. Но дело даже не в этом, войск под Римити слишком мало и они готовы служить лишь до окончания контракта, который окончится раньше, чем они дойдут до Уфинцы.
- Тогда мы сами возглавим все войска которые есть в Туманном городе и сами поведём их на столицу Графства!
- Друг Мой, конечно и Вы и я можем командовать отрядами. Небольшими. И своими. Но вся эта наёмная сволочь слушает лишь своих командиров. Если мы с Вами соберём их всех скопом и поведём на Уфинцу, то по дороге они в лучшем случае разбегутся грабить Ваши владения, а в худшем просто прейдут на сторону бастарда, он, в отличии от меня и Вас, настоящий Кондотьер и имеет у наёмников определённый авторитет. Не достигнув победы мы оставим на произвол судьбы Туманный город.
Тут очнулся от любовных взглядов на супругу Его Величество и вставил своё веское слово:
- Да, Сиятельные Господа, защищать Туманный Город будет нечем. Вся армия королевства - это Ваши отряды в две тысячи всадников и две тысячи пехотинцев, к этому можно добавить несколько сотен человек из абордажных команд галер.
Господин Эрколе Фьерческо обернулся к Его Величеству и задал вопрос:
- А Ваше Величество могли бы возглавить армию наёмников?
Его величество усмехнулся:
- Сиятельный Господин Фьерческо, я морской командир абордажных команд, войну в поле знаю плохо. И наёмники это знают. Как сказал Господин Канцлер, они просто перебегут к бастарду.
Со взглядом тлеющей надежды, Господин Герцог Эрколе Фьерческо уставился на Тьеро Риаци и почти прокричал:
- Ну а Вы то что скажете, Господин Секретарь? До этого момента Ваши советы всегда помогали нам решать проблемы! Предложите нам какой-нибудь умный и быстрый выход из этой ситуации!
Тьеро потёр переносицу, помолчал, потом снова потёр переносицу и наконец изволил высказать своё мнение:
- Сиятельнейший Господин, выход конечно есть, но главный противник данного решения именно Вы. Решение очевидно - вернуть Гьярди Энериго.
Теперь настала пора молчать Господину Герцогу. Молчание затянулось, но его никто не торопил. Наконец Эрколе Фьерческо выдавил:
- Наёмники будут слушаться Гьярди?
- Да Сиятельный Господин.
- Клариче я ему не отдам. Она выйдет замуж за Тичи Барчини. Есть ли ещё что-то, что мы можем ему предложить?
- Город Фираджа. Если Вы дадите своё согласие, это будет та плата, которая устроит Гьярди Энериго, с учётом отказа от руки Вашей Дочери. Господин Канцлер и Их Величества дали своё согласие.
- Вот как? Сговорились значит за моей спиной?
- Господин Герцог, это единственное решение, другого нет.
- Но Фираджа, это же владение Вечиарди?
- Совершенно верно Сиятельный Господин. И если мы не поторопимся, то отряды Саци и Кирмани будут перекуплены Тимьере Вечиарди и Манчи Вечиарди, которые вот-вот начнут междоусобную войну за наследство Гино. Для наёмников это значительно интересней, чем сражаться с бастардом.
- Это же сильно меньше денег?
- Но и риска никакого. Воевать с бастардом они пойдут только под руководством Гьярди, тогда все будут уверены в победе и им будет за что рисковать. И контракт с отрядом Гьярди будет продлён.
- Хорошо, я согласен. Пусть забирает эту Фираджу. Ты будешь вести с ним переговоры?
- О нет, Господин Герцог, Гьярди не станет со мной разговаривать. Но если Господин Канцлер уговорит Благородную Госпожу Алессию Ниару провести переговоры, то Гьярди согласится. Он ей не откажет.
- Ты уверен?
- Да Господин Герцог.
Эрколе Фьерческо посмотрел на Виджо и тихо спросил:
- Ты же уговоришь Алессию?
- Думаю да, Дорогой Друг.
Эрколе тут же повернулся к Тьеро:
- Всё. Запускай переговоры.
Тьеро снова потёр переносицу. В который уж раз. Помолчал. Посмотрел на Эрколе и промолвил:
- Ещё один вопрос Господин Герцог. Для всей этой кампании Гьярди потребуются пушки, осадные и полевые орудия. Предоставить их могут только Ваши литейные мануфактуры.
- Но у меня же контракт с Императором!
- Господин Герцог не сможет сослаться на некоторые обстоятельства, которые повлекут задержку поставок?
- Придётся. Хорошо, пушки будут. Это все вопросы?
- Да Господин Герцог.
- Тогда действуй! Действуй быстрей! Действуй! Действуй! Действуй!
- Всенепременно Господин Герцог. Позвольте откланяться?
- Иди и сделай!
Тьеро Риаци откланялся всем присутствующим и вышел из зала.
Этот вечер был на удивление хорош и Благородная Госпожа Алессия Ниара, стоя у открытого окна с наслаждением вдыхала свежий воздух. Тьеро, в это время, за обеденным столом увлечённо поглощал ветчину с хлебом, запивая всё отличным молодым вином. Потом перешёл на засахаренные фрукты, стоявшие рядом. Получился такой вполне насыщенный полу обед, полу ужин. Закончив с фруктами, вытер руки о салфетку и глубоко задумался. Алессия тем временем присоединилась к нему за столом и тоже неспеша полакомилась засахаренными фруктами. Закатное солнце освещало комнату, создавая атмосферу тихого уюта. Тьеро вдруг очнулся от своих мыслей и в упор посмотрел на девушку.
- А скажи мне, о прекрасная Благородная Госпожа, много ли людей осталось у тебя под началом?
- Пара десятков, Господин Секретарь Канцлера.
- Мало. Наёмники сейчас будут в дефиците, потому, что всем нужны.
- Я могу связаться с Берги, ты же знаешь, он даст нам всех своих людей.
- Не нам, а тебе, моя прекрасная Благородная Госпожа. Мне не даст.
- Перестань. Нам.
- Ты спасла Гьярди. Берги верит только тебе. Но сейчас его дёргать рано. Для северных наёмников будет другое время. И они нам будут очень сильно нужны.
- У Мигуци ещё человек десять.
- Нет. Это резерв на крайний случай. Нам нужно ещё хотя бы пол сотни.
- Чтобы Гьярди мог держать в латных рукавицах наёмников Саци и Кирмани?
- Именно так Госпожа. Именно так.
- Можно перекупить абордажную команду Аникато. Это надёжные ребята, на них можно положится. Если конечно честно и вовремя им заплатить.
Алессия с удивлением заметила удивление на лице Тьеро. У него даже нижняя челюсть отпала. Но он быстро справился и спросил:
- Они готовы сменить работодателя? Ты не шутишь?
- Ну надо же! Случилось нереальное и невозможное! Мне удалось удивить самого умного умника!
Но заметив укоризненный взгляд Тьеро, Алессия продолжила уже на полном серьёзе:
- Да, они готовы сменить работодателя, у них на днях заканчивается контракт, а молодой Сантири собирается сильно сократить их денежное содержание. Мы перемолвились об этом с Аникато в фехтовальном зале.
- Отлично! Здорово, что молодой Сантири настолько жадный и недальновидный. Договаривайся с Аникато.
- Завтра я с ним встречусь.
- Нет, пошли кого-то из своих телохранителей к нему прямо сейчас. Кого Аникато знает.
Алессия зазвенела колокольчиком. Тут же вбежала Мисара.
- Позови Лернино.
Через некоторое время вошёл телохранитель и поклонился Алессии и Тьеро.
- Слушай меня Лернино. Ты сейчас найдёшь Аникато, на пристани, ты его знаешь и он тебя знает. Скажешь ему, что я нанимаю его абордажную команду на его условиях. Ты всё понял?
Телохранитель лишь молча поклонился.
- Всё, иди. Как только вернёшься обратно, сразу мне доложишь.
Телохранитель ещё раз поклонился и вышел. Алессия повернулась к Тьеро.
- Доволен?
- Ты всё сделала правильно.
- А скажи мне, Господин Секретарь, у бастарда действительно столько войск? В городе ходили слухи о десятитысячной армии. Понятно, что всё это ерунда, но если у него тысяча бойцов, то это серьёзная сила. Бастард хороший Командир. И очень дерзкий.
- Ну откуда у него такие несметные полчища? Он ведь не король и не Император. Нет, у него сотни полторы, не больше. А замок, который он взял, полное барахло. Артиллерия разнесёт его стены в два счёта. Бастард это прекрасно знает и конечно же не станет дожидаться Гьярди в этой ловушке. Но это уже вопросы нашего Капитана.
- И всё же это очень серьёзная сила. Я помню, что у него было человек пятьдесят всякого сброда и нанимался он к кому попало. А сейчас он сам взял замок, пусть и старый. Кто дал ему денег на такой отряд?
- Полагаю Император, разумеется не сам.
- Зачем Империи лезть в эти дрязги?
- О, это очень старая история. Кстати, ты в курсе, что Император до сих пор именуется титулом короля Туманного города?
- Понятно. Нам придётся иметь дело ещё и с Империей?
- Не бери в голову. А тебя я завтра попрошу встретиться с Паолиной, надо чтобы она помогла тебе уговорить Пиченацо.
- Не переживай, уговорит. Я подарю ему одну из песен Микелоцо, которую он написал про них. Пиченацо не устоит перед таким искушением. А если устоит, то подарю две. И тогда он точно не устоит.
Алессия вдруг посмотрела на лежавшую на столе лютню и улыбнулась. Улыбнулся и Тьеро.
- Ты вспомнила Микелоцо?
- Да. И ещё вспомнила одну из его песен, которую он написал очень давно. "Менестрель в утреннем лесу под дождём".
Пусть дождь печалится с утра, Вина во фляге не осталось, В лесу холодном лёг вчера, Но что-то пел пока смеркалось.
А здесь дорога, менестрель, Совсем размокла и раскисла, Но где-то слышна птичья трель, Печаль же не имеет смысла.
А в чем же смысл тебе сыскать, И для струны здесь в чем забава, Но кто прикажет здесь молчать, И для струны нужна ли слава?
Но что-то из вчерашних нот, Пришло на память, и смеётся, И что-то птица там поёт, И где-то дым харчевни вьётся.
Пусть порван плащ и сапоги, Оркестр в животе играет, Зато в строке слова легки, И рифма выше звёзд летает.
И надо воздушный замок найти, Но здесь так легко сбиться с пути.
Алессия немного помолчала, вспоминая и продолжила:
- Микелоцо написал эту песню когда однажды повёл меня в лес с утра, слушать пение птиц, но пошёл такой сильный дождь, что мы совсем промокли. А потом отогревались в комнате ближайшего постоялого двора.
- Ну и как, отогрелись?
Алессия мечтательно улыбнулась:
- Отогрелись! Здорово отогрелись! А потом он написал эту песню.
Алессия вдруг посерьёзнела от нахлынувших воспоминаний. Тьеро тоже был серьёзен, но в глазах сверкали весёлые искорки.
- Не грусти прекрасная Благородная Госпожа. Вернётся к тебе твой менестрель и снова согреет тебя в своих объятиях.
- Ого! Прав был Микелоцо, тебе надо вместе с ним песни петь!
- Споём, обязательно споём! Но потом. А сейчас к нашим вопросам. У нас их ещё очень много.
Но всё же это был тихий, тёплый и очень уютный вечер. Туманный город был сегодня щедр.
Портрет прекрасной Паолины
Императорский дворец в Тиене поражал своей роскошью почти так же, как Цитадель Туманного города, но конечно не мог похвастаться такой же древней историей. В этом были и свои преимущества, комплекс зданий отличался воздушной лёгкостью и изяществом, не подавлял, а создавал хорошее настроение. Так как новые бастионы для защиты столицы возводились с учётом применения тяжёлой осадной артиллерии, в мощных стенах сам дворец просто не нуждался. Обеденный зал Императора скорей походил на большую комнату с невысокими потолками, в быту Леовальд не любил помпезность, предпочитая комфортный уют, но отделка дорогими сортами дерева, гобелены, полотна лучших художников, доспехи Мастера Керавими, конечно же присутствовали. Император наслаждался медовым тортом с яблоками, не торопясь и растягивая удовольствие. Сёстры Игинамара и Матинара, официальные фаворитки Его Императорского Величества так же неспешно развлекались солёными орешками, запивая их мускатом. Мода на это лакомство недавно пришла из Туманного города, впрочем и как и мода на всё остальное, например ночные рубашки из почти прозрачной, невесомой ткани с разрезами на бёдрах, что были нынче на сёстрах. Наконец Император отвлёкся от очередного десертного шедевра Мастера Ньокаци и соизволил заговорить:
- Скажи мне Игин, что у нас происходит с полотнами Пиченацо?
Старшая сестра слегка напряглась, сосредоточилась и ответила:
- Ваше Величество, судя по тому, как развиваются события, принцы Микенаци смогут получить копии полотен Пиченацо. Алессия Ниара, фаворитка Виджо Монтенбьяцо уговорит Господина Художника, она дружит с Паолиной Джиенти.
Леовальд задумчиво крутил пальцами золотую ложку. Потом поднял глаза на старшую сестру:
- Виджо всё это мутит, чтобы оттяпать у нашего дорого короля Жармени герцогство Геньер?
- Именно так Ваше Императорское Величество. Планирование осуществляет Секретарь Канцлера - Тьеро Риаци.
Император улыбнулся:
- Да, этот славный малыш очень изящен в своих умственных упражнениях. Пожалуй нам бы тоже пригодился на службе этот дерзкий бутуз. У всей этой гильдии торговцев, которая правит нынче Туманным городом просто не хватило бы фантазии на такую игру ума. Геньер, Геньер, я бы сам им его отдал, в обмен на полотна Пиченацо.
Сёстры переглянулись, не скрывая удивления. Старшая всё же решилась на вопрос:
- Но Ваше Величество, Герцогство за полотна, пусть даже самого Пиченацо? Неужели такой обмен хоть сколько - нибудь равноценен?
- Моя Дорогая Игин, на вас на всех производит неизгладимое впечатление то, что Геньер, это герцогство. Ну да, герцогство, ну и что? В краткосрочной перспективе Геньер может дать хорошие деньги, но вот удержать его всем этим королям и торговцам так же сложно, как Империи Туманный город. Как только Виджо получит Геньер, а он его получит, Монтенбьяцо увязнут в нём как в болоте, приблизительно как сейчас наш дорогой друг Жармени.
- Ваше Величество, принцы Микенаци, получив деньги от Туманного города за сданный Геньер, устроят переворот в королевстве Зелёной равнины и сместят короля Жармени, Вашего союзника. Потом объявят Императорские выборы недействительными и часть королей Северного союза их поддержат, после чего двинут свою армию на нас.
- Ты абсолютно логична в своих умственных построениях моя Игин, именно так думают все эти короли, принцы и торговцы. Именно так они и должны думать. Но есть одно соображение, которое рушит всю эту прекрасную пирамиду из апельсинов.
- Какое же, Ваше Величество?
И тут Игин наткнулась на взгляд Императора и замерла. Эти ледяные глаза смеющейся кобры завораживали. Игинамара глубоко задышала и бабочки запорхали в её животе. Очень большие бабочки. Слова Императора звучали для неё как шелест:
- Милая Игин, у нас есть маленькая пешка, которая скоро станет ферзём. Чигаро Джильего. Граф Чигаро Джильего. Его будущая армия как раз уравновесит армию принцев и поможет нашему другу Жармени вести войну на равных. Что же касается Геньера, то поначалу вассалы короля с удовольствием перебегут на сторону Туманного города, но как только Виджо попытается отбить за счёт них свои издержки, то сразу же получит сперва недовольство, а потом хорошую гражданскую войну.
Матинара вопросительно посмотрела на Императора и тот одобрительно махнул рукой - говори.
- Ваше Величество, но ведь Чигаро Джильего захватил этот замок с сотней солдат. Армия Виджо запрёт его как в мышеловке.
- Дорогая Мати, наш будущий ферзь прекрасный Командир и конечно же скоро уйдёт из замка. Замок старый и плохой, артиллерия армии Гьярди Энериго, который скоро прибудет в Туманный город, разнесёт стены в мельчайшую каменную крошку. Так что Чигаро просто свалит по быстрому, оставив им пустой и целый замок. После чего армия Туманного города отправится решать проблемы с Вечиарди. Но это как раз нам очень на руку. На определённое время они будут выключены из большой игры, а потом увязнут в Геньере. А у Графа Чигаро Джильего появится армия, которая будет долго воевать с армией принцев Микенаци. Когда они достаточно истощат друг друга, то придут к нам, за посредничеством, явив покорность нашей Империи. Так что фигуры уже расставлены и их ходы определены. А вам, мои дорогие, надо думать о полотнах Пиченацо. Войны утекут в реку времени, а Искусство останется. Я хочу, чтобы потомки помнили меня как Императора, собравшего для них лучшую коллекцию Шедевров. Серебро, золото и власть ничто по сравнению с Искусством.
- Ваше Величество, но ведь Вечиарди просто балаганные шуты. Их задавят очень быстро.
- Да, моя милая Мати, они ничтожества. Но набрав себе по банде всякой сволочи вполне сумеют доставить кучу неприятностей Туманному городу. Добропорядочные обыватели совсем не будут в восторге от массовых грабежей. Виджо придётся решать эту проблему. Конечно это всё не игра в шахматы по правилам и будет ещё много сюрпризов для всех и для нас в том числе, но общую картину это существенно не поменяет. И в любом случае все наёмные отряды хлынут к местам боевых действий и значит в Империи будет тихо, а это тоже важно. Да, кстати, посмотрите, сможем ли мы прикупить несколько сочинений Микелоцо, найдите подходы к Алессии Ниаре.
Дверь в обеденный зал вдруг распахнулась и внутрь впорхнула Её Величество Императрица, в такой же модной ночной прозрачной рубашке с разрезами по бокам как и у сестёр, в сопровождении двух молодых оруженосцев.
- Ах, Ваше Величество, Мой Император, Вы не оставили мне лакомство от Мастера Ньокаци?
- Конечно же оставил, Ваше Величество, Моя Императрица. Присоединяйтесь к нашей маленькой компании.
Её Величество, вместе с оруженосцами удобно расположившись за столом, принялась поглощать золотой ложечкой оставленный и так любимый грушевый пирог с пряностями. Молодым людям досталось по порции солёных орешков с мускатом. Съев половину порции пирога, Императрица взглянула на супруга:
- Ваше Величество, позволит мне присоединиться к беседе? О чём шла речь вместе с этими дивными лакомствами?
- Моя Императрица, мы говорили о поэзии.
- О книгах Микелоцо?
- Вы как всегда удивительно проницательны, Ваше Величество. Было бы неплохо прикупить некоторое количество его сочинений, для нашей библиотеки.
Императрица улыбнулась:
- Вероятно поспособствовать этому могла бы Благородная Госпожа Алессия Ниара?
Император лишь склонил голову в поклоне и Её Величество продолжила:
- Будет ли угодно Вашему Величеству, что бы я сама занялась этим вопросом?
- Вы безусловно меня очень обяжете, Ваше Величество. Меня бы очень порадовали копии некоторых стихов Микелоцо, переписанных рукой самой Алессии Ниары.
- В таком случае, Мой Император, считайте что я уже вся в делах. Ну а теперь о главном. Ваше Величество, будет ли Вам угодно объявить о состязании десертов Мастера Ньокаци с блюдами Мастера Бетильо этим вечером?
- Уважаемый Мастер Бетильо жаждет реванша?
- Да, Мой Император. Он уверен, что на прошлой неделе его подвели поставщики пряностей.
- Мы, вместе с Комиссией будем оценивать только блюда?
- О нет, Ваше Величество, Оркестр Императорского театра и прима, Госпожа Венимари представят нам новую танцевальную феерию от Мастера Гиантими.
Император довольно улыбнулся:
- Ваше Величество, полагаю Мастер Ньокаци примет вызов Мастера Бетильо.
- Итак, Ваше Величество, сегодня вечером.
- Сегодня вечером, Моя Императрица.
А грушевой пирог оказался совершенно великолепен.
Маскарад большого карнавала в Чевекье собирал не только местную знать, нобилей, горожан, крестьян и всех кого попало из окрестностей королевства, но и огромнейшее количество приезжих господ и дам. Даже для Туманного города здешняя свобода нравов представлялась несколько чрезмерной, что собственно и привлекало потоки богатой иностранной публики и любителей приключений. Зато поступления в королевскую казну обеспечивала преотличнейшие. Впрочем этому радовались лишь сундуки Короля Жармени, но никак не принцев. Даже поясным кошелькам Сиятельных родственников ничего не перепадало. Именно поэтому Принц Регьярди Микенаци смотрел на весь этот праздник из окна своего дворца с таким раздражением, ну а кто бы не злился при виде своей законной прибыли уплывающей в чужие, пусть и родственные, но совершенно чужие руки! Его дражайшая супруга, дама в возрасте, но всё ещё приятной наружности, саркастически улыбнулась:
- Мой милый Реги, хватит кривить рот, это не добавит нам золотых, пойдёмте на улицу и развлечёмся!
- Дорогая Гини, у меня нет настроения праздновать. Пока просто нечего. Ваша родня молчит, наши планы под большим вопросом, Король дал денег бастарду и у того всё получилось.
- И всё же Вашему Высочеству не стоит так расстраиваться, я не сомневаюсь, что Господин Герцог Тиамальво Бичераци сдержит слово, договорится с Благородной Госпожой Алессией Ниарой и мы купим полотна Пиченацо. Но скажите, Дорогой Супруг, Вы действительно уверены, что Жармени потом клюнет на эту простецкую приманку и сам полезет в капкан? Ограбить наш загородный дворец, только для того, чтобы достать эти полотна для Императора?
- Ты плохо знаешь моего родственничка, точней не знаешь его так хорошо, как знаю я, Жармини не устоит перед соблазном положить деньги Императора за эти полотна, немалые деньги, себе в карман, а самому просто украсть картины из нашего дворца.
- Ваше Высочество совершенно не сомневается, что жадность Короля лишит его разума?
- Это не только жадность, это ещё прекрасный повод посмеяться над нами и восхититься собственной хитростью. Он хочет расхохотаться нам в лицо. Но когда мы поймаем разбойников, которые придут за картинами и заставим во всём признаться, да даже если не признаются, всё равно след приведёт к Королю, вот тогда у нас будет прекрасный повод объявить Жармини разбойником с большой дороги и на этом основании отказаться от вассальной присяги. Войска Виджо тем временем захватят Геньер и Король пошлёт всех своих наёмников его отбивать, а мы получим армию от Северного союза. Столица будет нашей, а вместе с ней и всё королевство. И вот после этого мы посчитаемся с Алицети. Пусть попробует удержать свою Императорскую корону.
В дверь зала постучали. Принц обернулся и крикнул:
- Входи!
Дверь распахнулась, вкрадчиво вошёл Господин Секретарь, поклонился и так же вкрадчиво подойдя к Его Высочеству протянул письмо. Принц нетерпеливо сломал печать и принялся жадно и быстро читать. Потом расхохотался:
- Ты была права Гини, ты как всегда была права! Тиамальво договорился о встрече с Алессией Ниарой! По поводу полотен. Фаворитка Виджо согласна обсудить.
- Ну вот видите, Дорогой Супруг, теперь нам вполне можно развлечься.
- Да, пойдём на улицу праздновать! Сегодня отличный день! Захватите наши маски.
Они спустились вниз и уже скоро, в толпе, нашли себе компанию из двух молодых женщин и двух мужчин, по видимому тоже супружеских пар, ищущих веселой ночи.
В это же время в королевском дворце Чевекьи, прямо в тронном зале, хохотал Король Жармини. Королевский смех отличался беззаботной бархатистостью, впрочем как и вся королевская внешность, этакого почтенного и добродушного весельчака, с окладистой седой бородкой.
- Ах бастард, ах разбойник! Как ловко всё провернул!
Господин Королевский Секретарь, в почтительном полупоклоне склонился несколько поодаль. Король на него обернулся и процедил:
- Говоришь он тащит нам этого отравителя, Бено?
- Совершенно верно, Ваше Величество. Бено готов признаться во всём публично, во всём, что знает. И в том, что мы скажем, тоже готов признаться.
- Хорошо. Отправляй серебро наёмникам.
- Всё серебро, присланное Императором отправлять?
Глаза Короля сверкнули холодной жадностью. Он ещё раз взглянул на Господина Королевского Секретаря и снова процедил:
- Ни в коем случае. Отправь треть, в качестве задатка. Половину заберут посредники. Остального хватит, чтобы наёмники пришли и начали воевать. А там посмотрим, сколько их останется. Нечего деньгами разбрасываться.
Было понятно, что наёмники получившие столь небольшой задаток разграбят всё, до чего смогут дотянуться, но Господин Королевский Секретарь оставил эту мысль при себе, незачем щеголять догадливостью, его дело исполнять Королевские желания, а не выглядеть самым умным в этом дворце. Король тем временем задумался и промолвил:
- Позови мою дочь.
Господин Королевский Секретарь молча поклонился и отправился исполнять приказание. Через пол часа он вошёл в тронный зал уже вместе с Принцессой. Король оторвался от бумаг, которые просматривал, улыбнулся и бархатным голосом сказал:
- Дочь моя, я решил, что Вам пора выйти замуж.
Принцесса склонила голову и произнесла:
- Ваше Величество скажет мне, кто мой будущий муж?
- Да, дочь моя. Ваш будущий муж - Граф Джильего. Граф Чигаро Джильего.
Красивое лицо Принцессы сохранило бесстрастное выражение, но далось это видимо не легко. Тем не менее она спросила:
- Ваше Величество собирается выдать свою дочь за бастарда?
- О нет, моя милая дочурка, конечно же нет! Граф Чигаро Джильего единственный прямой и законный наследник бывшего Канцлера Туманного города, который был отравлен своим слугой Бено по приказу Эрколе Фьерческо. Господин Граф Джильего везёт сюда этого Бено, который признается во всём публично. Так что Вы, дочь моя, скоро станете Графиней Джильего. Надеюсь Ваша благодарность мне за столь удачный для Вас брак будет просто огромной.
- Да Ваше Величество! Я конечно же стану Графиней Джильего.
- Можете идти дочь моя. И готовьтесь к свадьбе.
Принцесса поклонилась и молча вышла из зала. Вместе с Господином Секретарём. Король весело расхохотался.
В этом саду не было дорогих цветов и экзотических растений, как во дворцовых садах и тем не менее Алессия его очень любила, этот уютный маленький садик, в котором так комфортно расслабиться и подумать. И пусть погода уже давно не баловала теплом, но даже Сиятельный Герцог Бичераци предпочёл вести разговор именно здесь, за небольшим деревянным столиком. Мисара принесла им мускат и солёные орешки, всё это создавало атмосферу такой спокойной и неторопливой созерцательности.
- Итак, Благородная Госпожа, у меня есть к Вам просьба от Его Высочества Принца Регьярди Микенаци.
- Я вся внимание, Сиятельный Господин Герцог.
- Не секрет, что Его Высочество мечтает приобрести несколько полотен Господина Пиченацо, те самые, которые он не хочет продать. Либо приобрести копии этих полотен, кисти самого Пиченацо. Принц просит Вас поспособствовать и уговорить Художника. Я понимаю, что это совсем не просто, но Вы имеете очень дружеские отношения с Госпожой Паолиной и это единственный шанс уговорить Пиченацо.
Алессия внимательно посмотрела на Господина Герцога.
- Сиятельный Господин Герцог, Вы же понимаете, что мои шансы весьма призрачны?
- Госпожа, я всё равно прошу Вас попытаться. Вне зависимости от результата, я прошу Вас принять от меня этот подарок. Только за попытку.
Бичераци достал из поясной сумки атласный свёрток и развернул его. На куске ткани лежал перстень с изумрудом, из того самого гарнитура подаренных ей серёжек и колье. Алессия улыбнулась:
- Хорошо, Сиятельный Господин Герцог, я попробую.
- Если у Вас получится, то моя сестра, Принцесса Гинимера Микенаци прислала другой гарнитур, бриллиантовый, ничуть не хуже.
- Её Высочество очень щедра. Я попробую, Сиятельный Господин Герцог. Сегодня же.
- Благодарю Вас Благородная Госпожа. В таком случае позвольте откланяться, чтобы не отнимать у Вас время, нужное для дела.
- Позвольте проводить Вас, Сиятельный Господин Герцог. Делом я займусь немедленно.
Джикеното и его люди облюбовали для себя трактир "Клешня краба", заняв его весь. Основной отряд Саци квартировал в деревнях за городом, здесь находились только командиры. И конечно же их женщины. Джикеното развалился за столом, обнимая сразу двух дам. Алессия вошла в обеденный зал в сопровождении Лернино и ещё четырёх телохранителей и направилась прямиком к гуляющей компании. Джикеното улыбнулся и приветственно махнул рукой:
- Привет тебе, моя сестра по Искусству Поединка. Присоединишься к нашему пиршеству?
- Привет тебе Мастер Клинка. Не хочу напрягать почтенных Господ и Дам скучными разговорами о деле. Уделишь мне немножко своего времени?
- Хорошо. Пошли за тот угловой столик.
Они расположились у окна, где светлей, а главное свежей.
- Итак Али, ты пришла предложить мне контракт с Гьярди?
Алессия скривила губы в усмешке:
- В Туманном городе ничего не может быть тайной. Кто тебе сказал?
- Никто. Я сам догадался. Это не сложно. Весь город гудит о лихом рейде бастарда. Очевидно, что собрать против него армию может только Гьярди, за другими не пойдут. Ты наняла Аникато, это тоже весь город знает. Значит пришла нанимать и меня.
- Какой ты умной. Почему же тогда сам командовать не хочешь?
- Не моё. За Гьярди пойдём, люди согласны.
- Ты не прогадаешь. Будет не только поход на Тиркапи. Будут ещё дела. Интересные. И денежные. Но командование отрядом на тебе.
- Есть и другие. Зачем тебе я?
- Сейчас, после нашей встречи, я пойду к Пиченацо. Её Величество будет готово заказать у него твой портрет.
Джикеното ухмыльнулся, почесал голову, подумал и сказал:
- Умеешь ты уговаривать Али. Хорошо, отряд на мне.
В Мастерской Пиченацо, как всегда, свет буйно струился через все распахнутые окна, не смотря на уличную прохладу. И на столе, как всегда, развалы винограда и яблок и конечно же мёд и вино. Алессия и Паолина звонко смеялись, Господин Художник здорово умел веселить шутками и байками. Почти как Микелоцо. Потом Пиченацо вдруг посерьёзнел:
- Итак Али, рассказывай. Что заставила такую Благородную Госпожу вспомнить о своих друзьях?
- Скоро, от Её Величества тебе будет хороший заказ написать портрет Джикеното.
- Хорошо. Но ради этого ты бы не пришла.
- А ты не думаешь, что мне просто захотелось встретиться с близкими друзьями? После того, как уехал Микелоцо. Я вчера перечитывала его стихи. И слёзы вдруг полились из моих глаз.
- Что же это были за стихи, заставившие расплакаться такого мастера клинка, как ты?
- Хочешь прочту?
- Прочти.
Алессия достала из сумки бумажный свиток и стала читать:
- Портрет Паолины.
Милая донна, не печалься, не плачь, Совсем не пришло еще время для слёз, И ветер несёт едкий дым как палач, Но вслед наши жизни пока не унёс.
Дождь, небо темнеет, чума вокруг, В палаццо двери крепко закрыты, Нет больше служанок и верных слуг, Бежали, пропали, или убиты.
Но здесь, в мастерской, струны звенят, И кисти с красками жаждут работы, Холсты белоснежным стихом говорят, От мастера ждут тепла и заботы.
А там, на столе, бокалы с вином, На блюде яблоки, мёд с виноградом, И свечи горят весёлым огнём, Цветы улыбаются крохотным садом.
И сколько бы нам не осталось дней, Чума их проглотит за пару часов, Когда внезапно встретимся с ней, Когда поведёт нас в обитель снов.
Но кисти выводят феерию цвета, С бликами краски капризно играют, Дышат жарой в безумии лета, Носятся в танце и замирают.
Пока не выпала кисть из руки, Бьется сердце и разум ясный, И не смолкает дыхание в груди, Полёт за мечтой - труд не напрасный.
Пусть минут века и тысячи лет, И краски выцветут, станут темней, Но юной весны согревающий свет, Светом согреет, в любой из дней.
Пиченацо посмурнел взглядом и отвернулся. В углу тихо плакала Паолина. Алессия некоторое время молчала, но наконец произнесла:
- Потом Микелоцо написал другой вариант. Он надиктовывал его мне, так что стихи записаны только моей рукой:
Милая донна, не печалься, не плачь, Совсем не пришло еще время для слёз, Пусть ветер несёт едкий дым как палач, Но вслед наши жизни пока не унёс.
А здесь, в мастерской, струны звенят, И кисти с красками жаждут работы, Холсты белоснежным стихом говорят, От мастера ждут тепла и заботы.
Здесь кисти творят свой собственный мир, И светом играет музыка лир.
А там, на столе, бокалы с вином, На блюде яблоки, мёд с виноградом, И свечи горят веселым огнём, Цветы улыбаются крохотным садом.
Но кисти выводят феерию цвета, С бликами краски капризно играют, Дышат жарой в безумии лета, Носятся в танце и замирают.
Здесь кисти творят свой собственный мир, И светом играет музыка лир.
Пока не выпала кисть из руки, Бьётся сердце и разум ясный, И не смолкает дыхание в груди, Полёт за мечтой - труд не напрасный.
Пусть минут столетия и тысячи лет, И яркие краски станут темней, Но юной весны согревающий свет, Светом согреет, в любой из дней.
Здесь кисти творят свой собственный мир, И светом играет музыка лир.
Это песня. Микелоцо спел мне её.
Пиченацо ещё некоторое время молчал, потом через силу выдавил из себя:
- Чего ты хочешь?
- Я хочу, чтобы ты написал копии "Портрета Паолины" и "Весны". Не для себя, а для заказчиков. Эти полотна должен увидеть мир. Люди должны смеяться и плакать, глядя на эти полотна. И радоваться жизни.
Художник ещё помолчал, взглянул на заплаканные, умоляющие глаза прекрасной Паолины и наконец промолвил:
- Хорошо. Я напишу. Для кого скажешь. Но стихи ты оставишь мне.
- Оставлю. Сейчас.
Потом они ещё долго пили вино и ели фрукты. И Пиченацо веселил их своими шутками и байками. А над Туманным городом светило яркое солнце.
Баллада ночного бриза
Облака периодически скрывали звёздный и лунный свет, подгоняемые слабым ветром. В гавань Чимацы вошли три торговых корабля, судя по всему хорошо загруженных товаром. Суда неторопясь пришвартовались и с одного из них были сброшены сходни, по которым через некоторое время спустился Господин Нитимаци, хорошо известный и стражникам и Господину Таможеннику Пикаманти, с двумя сопровождающими, в полном латном доспехе, которых никто не знал, судя по всему нанятым охранником. Господин Торговец широко улыбнулся, поприветствовал встречающих и предложил немедленно заняться оформлением. Господин таможенник поморщился, но согласился, всё же за быстрое оформление предполагалась некоторая премия, от которой совсем не хотелось отказываться. Как только городские ворота распахнулись, Господин Пикаманти вдруг обнаружил у своего горла кинжал, который держал продолжавший вежливо улыбаться Господин Нитимаци, а стражники почему-то упали как по команде, сперва те двое, что его сопровождали, а потом и те двое, что стояли на воротах. От кораблей тем временем уже шустро бежал отряд, в сотню человек, как-то очень быстро оказавшийся около ворот, ну по крайней мере именно так показалось Господину таможеннику. Ни слова ни говоря, бойцы проникли в башню, как раз туда, где находилась караулка. Через некоторое, очень непродолжительное время, большая часть из них уже спускалась обратно. Скоро к воротам подошёл ещё один отряд, человек в пятьдесят. Господин Пикаманти продолжал пребывать в состоянии прострации. Господин Торговец убрал от его горла кинжал и вежливо спросил:
- Мой Господин, Вы хотите жить?
Пикаманти очухался и закивал головой. Жить ему хотелось. Господин Нитимаци продолжил:
- Тогда делайте всё, что я Вам скажу и Вы не только останетесь живы, но и сохраните свой пост. И вполне возможно станете несколько богаче. Вы же хотите разбогатеть?
Господин таможенник снова энергично закивал. Он всё ещё не пришёл в себя, но волшебное слово "разбогатеть" ему понравилось. Его подхватили под руки и первый отряд, в сотню бойцов, двинулся прямо к цитадели. Оказавшись в прямой видимости от ворот крепости, бойцы рассредоточились по улице так, чтобы крепостная охрана не могла их заметить. Господин таможенник, Господин Нитимаци и двое его первоначальных сопровождающих, судя по всему командиров нападавших, двинулись к воротам. По требованию Господина Пикаманти старший караула конечно же приказал открыть ворота, но встретили их совсем не те расслабленные городские стражники, а ребята покрепче. Старший конечно же получил свой кинжал в горло и ближайший стражник тоже, но из оставшейся троицы двое успели выхватить короткие мечи, а один бросился наутёк, поднимать тревогу. Латникам пришлось некоторое время повозиться со стражниками, тем временем подбежал отряд нападавших, рванувший к воротам, как только они открылись. Часть бойцов, в полном латном доспехе, таком же, как у командиров выстроились у внутренних ворот в три шеренги, выставив вперёд копья и алебарды, остальные, с арбалетами и луками, рванули наверх. Хотя несколько арбалетчиков всё же осталась внизу. Защитники цитадели к тому времени уже успели построиться и попёрли вперёд. Они действовали грамотно и их было не меньше нападавших, но в вооружении они сильно уступали, куртки с пришнурованными пластинами и простые железные колпаки выдавали в них пограничных наёмников, безусловно отличных бойцов на крутых склонах и в лесах, но сильно уступавшим отряду профессионалов в прекрасных доспехах. Их стрелки ещё пытались вести перестрелку из своих слабых арбалетов и луков, но арбалетчики нападавших, вооружённые мощными арбалетами абордажных команд, а так же наёмные лучники, быстро выкосили их всех очень метким и плотным огнём, тем более стреляя сверху, из бойниц башни, после чего принялись за пикинеров и оставшуюся пехоту. Защитники цитадели отчаянным броском попытались проломить шеренги латников, но с такой непосильной задачей справится им не удалось. Наконец их строй развалился и латники, единым строем двинули вперёд, связывая гарнизонных воинов боем и не давая им оторваться, тех же кому удавалось выскочить из схватки достреливали арбалетчики. Скоро всё закончилось, десятку выживших и прижатых к стене предложили почётную сдачу, из уважения. Воины гарнизона приняли столь великодушное предложение.
Спрятавшегося под кровать Господина Управляющего, вытащили и поставили на ноги. Один из командиров оглядел его с ног до головы и представился :
- Здравствуйте Господин Киченьяри. Меня зовут Гьярди Энериго. Вероятно, Вы слышали обо мне. Я принимаю должность Управляющего Чиамацы именем Господина Канцлера Виджо Монтенбьяцо. Вот документ подтверждающий мои полномочия.
Буквы расплывались перед глазами Господина Киченьяри, он ровным счётом ничего не мог прочесть в бумаге, которой ему тыкали в нос, но это и не казалось важным и обязательным в текущем моменте. А вот всё остальное вокруг, представлялось до невозможности важным, особенно слова, произносимые Капитаном Энериго. Гьярди тем временем продолжил:
- Вы, Господин Киченьяри, отказались принимать сторону обоих Вечиарди и тем самым поступили очень мудро. Эти господа не обладают правом на Графство Римартани, которое Их Величество объявили Королевским Владением. Оба Вечиарди сохранят свои баронства, если не будут мутить воду. В связи с этим у меня будет вопрос к Вам. Не желаете ли Вы, Господин Киченьяри, перейти на Королевскую службу?
- Да! Да! Да! Конечно же да! Я с огромным удовольствием и почтением принимаю предложение перейти на службу к Их Величествам!
- Я даже не сомневался в Вашем благоразумии, Господин Киченьяри. Данными мне полномочиями объявляю Вас Главным Казначеем Города. Вы согласны принять эту должность, Господин Киченьяри?
- Да!
- Вот и прекрасно. Господина Нитимаци я назначаю Секретарём Главного Казначея. Он введёт Вас в курс дела.
Утром, горожанам было объявлено о нападении на город неизвестных врагов, которое было отбито совместными усилиями стражниками города и прибывшего к ним на помощь отряда Их Величеств, а так же о переходе Чимацы и всего Графства в Королевское Владение. Горожане встретили данное известие с философским спокойствием. Новыми властями было объявлено о городских празднествах.
Чуть позже, попивая вино в обеденном зале цитадели, командиры обсуждали дальнейшие действия. Говорил Гьярди:
- Первая часть плана нам удалась, сработал фактор внезапности. Но теперь, Тьечо, всё будет не так легко и просто.
- Думаешь? Ты уверен, что эти болваны Вечиарди объединятся против нас?
- Не сомневайся. Не настолько уж они болваны. Жадные и недалёкие оба, но не совсем уж дураки. Объявят малолетнего племянника Гино Господином Графом и попытаются отбить Чимацу. Мы сейчас почти разорвали Графство на две части и других портов у них нет. Чимаца главный денежный козырь и даёт две трети доходов всего Графства. Так что жди гостей. И не проворонь город, с тобой могут попытаться провернуть такой же фокус как мы сами только что. Найми всех, кого можно нанять в округе и кому можно верить, среди местных дворян у Вечиарди есть враги, которых они согнали с земли, попробуй привлечь их на нашу сторону, организуй ополчение для внутренней службы, а всех стражников на стены, только не забудь им за это заплатить.
- Ты всерьёз считаешь, что хоть кто-то признает Графом сына сестры Гино, отца которого даже никто не знает?
- А это не важно. Важно, что они объявят его Графом. Потом объединят всех, кого смогут собрать под свои знамёна и заявятся сюда.
- И что они здесь будут делать, со своим ничтожным отребьем? Да ещё и без пушек? Основные дороги перекроют? Так здесь объездных полно.
- Тьечо, самая большая ошибка Командира - недооценка противника. Переоценивать конечно тоже не стоит. Но к противнику надо подходить очень внимательно. Пушки у них появятся, не осадные конечно, но лёгкая полевая артиллерия по стенам города постреляет.
- Кто даст этим клоунам пушки?
- Король Жармени, Император, желающие найдутся. Пришлют им и пушки и немного серьёзных бойцов. Твоё дело город сохранить в наших руках. Уж больно лакомый кусок мы отхватили. Да ещё и с артиллерией.
- Да, это тебе не рейд бастарда. Ты уже послал известия в Туманный город?
- Послал. Там должны всё вовремя узнать.
- Ты когда отплываешь?
- Через неделю. К моему приезду думаю уже всё будет готово.
- Передай привет от меня Тьеро, а Красотку Али поцелуй в щёчку.
- Пусть её Микелоцо в щёчку целует, а я от тебя привет передам.
- Ладно, давай вино допьём. И откуда здесь такое вино хорошее?
- Чимаца один из центров торговли Горячего моря, сюда много что везут. В том числе и хорошее вино. Мясо попробуй, повар Господина Киченьяри отлично готовит.
Повар у Господина Киченьяри действительно оказался Мастером, вполне бы мог поспорить с Мастерами самого Императора. А город готовился к празднику. Горожане любили праздники.
Настроение царившее нынче в Зале Советов Цитадели Туманного города можно было назвать скорей ироничным. Виджо Монтенбьяцо улыбался как подобревший внезапно бегемот, впрочем сохраняя при этом определённую долю скептицизма. С некоторой ленцой, Господин Канцлер соизволил промолвить куда-то в пространство зала:
- Так вот значит зачем ты у меня эту бумагу истребовал. Шустро однако наш Капитан всё дело обернул. Только вот не пожалеем ли мы потом о такой его ловкости?
Тьеро Риаци, с непроницаемым лицом с не менее непроницаемой вежливой улыбкой привычно потёр переносицу и ответил:
- Сиятельный Господин Герцог, мы ведь обсуждали этот вопрос. Вечиарди безусловно бы превратились в проблему, не сейчас, в будущем. После того, как Гьярди объявил, что Графство Римартани стало Владением Их Величеств, все их усилия будут направлены на Чимацу.
- Они объединятся?
- Безусловно. Более того, объявят Графом сына сестры Гино. Соберут всех дворян, которые на их стороне. Получат небольшую помощь от Императора и Короля Жармени, может от Барчини и двинут в рейд по окрестностям Чимацы.
- Думаешь Барчини тоже встрянет в эту игру?
- Конечно. Для него это дополнительный козырь в торговле, которую мы с ним ведём. Но не это главное. Главное в том, что это всё уже успело наделать много шума, а наделает ещё больше. И это отвлечёт внимание от Геньера.
- Да, ты как всегда красиво говоришь, ну прям заслушаться можно! Слушал бы тебя и слушал, до того красиво! А если они возьмут Чимацу?
- Не возьмут. Гьярди оставит там Тьечо. Осадной артиллерии Император не пришлёт, у Жармени её мало. Всё, что смогут сделать Вечиарди, это разорять окрестности, но и в этом всё будет для них не так просто. Есть немало дворян, у которых они отняли земли, пока Гино графствовал. Тьечо, от имени Их Величеств, объявит эти захваты незаконными, так что большой вопрос, кто кого разорить сильней сможет. Там и так всё было на грани открытого мятежа, а теперь мятежниками станут сами Вечиарди. Но и это не всё. Пожалуй не менее важно то, что все наёмники Джикеното и Никомати с преогромнейшим нетерпением ждут Гьярди. Все хотят пойти в поход под его началом. Да и ещё желающие появились.
- У нас денег то на всех этих желающих хватит?
- Гьярди заберёт часть казны Чимацы, так что должно хватить.
- А вот это действительно отличная новость! Кстати, как продвигаются наши дела с Геньером?
- По плану, Сиятельный Господин Герцог, по плану. Пиченацо закончил полотна, скоро они будут переданы Бичераци, который отдаст их своим родственникам. Торговый дом Сичи выплатит все деньги остальным принцам Микенаци, как мы с ними изначально договаривались.
- Жармени ничего не заподозрит?
- Жармени уверен, что принцы, владея Геньером по частям, никогда не смогут сговориться друг с другом.
- А Император? Если он просчитает наши планы?
- Обязательно просчитает. Но главный интерес Императора в том, чтобы все сцепились со всеми и истощили друг друга максимально. Только так он сможет закрепить Императорскую корону для своего сына.
Замок темнел мрачностью и рвался ввысь башнями, но не громадой Цитадели Туманного города, а какой-то утончённой красотой остывшего пепла, застывая серыми стенами под серым небом, омываемый серыми волнами недружелюбного моря. Впрочем, местные рыбаки рисковали выходить за уловом и в такую погоду. Но во дворце, не так давно перестроенном, было довольно сносно, в каминах отдавал своё тепло сгорающий уголь, что давало возможность не заворачиваться в меха по самый кончик носа. Молодой человек, с гримасой нервных переживаний на лице, так же нервно вышагивал по одной из небольших спален, обшитой деревом и увешанной гобеленами, а главное хорошо нагретой. За столиком расположилась дама хоть и в возрасте, но ещё достаточно красивая и прекрасно это осознающая. Перед ней, на резной деревянной поверхности, привлекала внимание шахматная доска с расставленными фигурами недоигранной партии. Дама иронично наблюдала за быстрой ходьбой молодого человека молча, но и её терпению всё таки пришёл конец, заставив промолвить:
- Сын мой, ходьба прибавила мыслей в Вашей голове?
- Да, Ваше Высочество, Вы прекрасно знаете, что так мне легче думается.
- И что же Вам надумалось, мой дорогой Реньеро?
- Нам надо принять предложение Виджо Монтенбьяцо и взять его деньги. Иначе мы останемся и без доходов Геньера и без денег Виджо.
Дама фыркнула:
- Вот уж не думала, что Вы, сын мой, так легко поддаётесь панике и чужому внушению. Мне достаточно сообщить королю обо всех этих интригах и никто не сможет захватить Геньер. И почему ещё я до сих пор этого не сделала?
- Вы не сделали этого потому, что не можете не понимать, Жармени воспользуется этим как поводом, чтобы всё отобрать не только у остальных принцев, но и у нас с Вами. Если конечно остальные принцы не сыграют на опережение и не сдадут Геньер ещё раньше и без нас с Вами.
- Какая ерунда! Бастард Чигаро поведёт королевскую армию. После того, как он притащил этого отравителя и Жармени признал за Чигаро титул Графа Джильего, да ещё и собирается женить бастарда на своей дочери, сила на стороне короля. И для нас самое разумное примкнуть к этой силе, всегда хорошо держаться рядом с теми, кто победит.
- А вот у меня нет уверенности, что король победит.
- Конечно же победит! Наёмники пришли, бастард отличный командир, Император за короля и торговый дом Чимарди дал деньги. Чигаро играет белыми, он скоро поставит мат Туманному городу.
Реньеро криво усмехнулся и промолвил:
- Война, это не партия в шахматы, на войне не играют по правилам. И уж тем более, если войсками Туманного города командует Гьярди Энериго.
Впервые за время разговора Её Высочество нахмурила брови и наморщила лоб.
- Сын мой, Вы уверены, что это достоверная информация? Гьярди будет командовать?
- Гьярди уже командует. И не просто командует. Он взял Чимацу. А это значит, что скоро у торгового дома Чимарди начнутся некоторые сложности с поступлением серебра. Не очень большие, но всё таки сложности.
Её Высочество открыла рот от удивления, но потом смогла выдавить:
- Этого не может быть. Этого просто не может быть! Тебя обманули!
- Нет, не обманули. У меня есть шпионы при дворах обоих Вечиарди. И я получил эту информацию от всех сразу. Хорошо, что мы узнали об этом раньше, чем все остальные. Нам надо брать деньги Монтенбьяцо и сдавать Геньер вместе с остальными принцами. Пока ещё данное предложение в силе.
Её Высочество поникла. Потом воскликнула:
- Да, тогда ты прав! Ты конечно же прав!
- Тем более, что денег Вечиарди нам как раз хватит, чтобы купить Джинероти. И Вам пора обсудить это с Вашими родственниками. Можете не сомневаться Ваше Высочество, для нас с Вами это будет выгодный обмен. И город Джинероти и поместье, мы сможем удержать даже если Жармени попытается их отнять, для этого у нас достаточно сил. А если не хватит, то торговый дом Сичи, через который мы получим деньги Виджо Монтенбьяцо, нам поможет, у них в Джинероти есть свои интересы.
- Но ты же понимаешь, что когда Чимарди узнают о наших делах с Сичи, они разорвут с нами все деловые отношения, а у них так много друзей и клиентов.
- Чимарди ведут слишком рискованную игру, они зарвались, решили, что им всё можно. Сичи действуют осторожней и хитрей, они пьют вино со всеми, не делая ставок на все деньги. Они надёжней. И друзей и клиентов у них сейчас больше, чем у Чимарди.
Её Высочество вдруг с улыбкой посмотрела на своего сына и произнесла:
- Да, куда только ушли добрые старые времена, когда все споры решал меч. А Вы, сын мой, выросли. Как же быстро летит время!
Рифи Чимарди с юных лет имел благообразную внешность, а в нынешнем возрасте напоминал доброго дедушку с окладистой седой бородой. Казалось он прямо сейчас выйдет на улицу и бросится угощать прохожих сладкими булочками и крендельками. Совершенно бесплатно. То есть даром. Но Рифи не только не собирался кого-либо угощать чем-либо, Рифи всегда предпочитал, чтобы угощали именно его, конечно же даром. И побольше. А если угощать окружающие по каким-либо причинам не спешили, то Глава торгового дома Чимарди и сам преспокойненько мог себя угостить за счёт окружающих. Совершенно бесплатно. То есть даром. Но вот сейчас, добродушный дедушка пристально взирал на своих сыновей и подчинённых, собравшихся за семейным столом особняка Чимарди и все присутствующие определённо высказывали овладевшее ими чувство неловкости, ерзая в резных креслах. Дело в том, что Господин Рифи не спускал и малейшие просчёты даже своим членам семьи и сотрудникам, заставляя за всё расплачиваться собственными деньгами. И совершенно неважно, кто принял неправильное решение, подчинённый, или сам Глава торгового дома, отвечать все равно приходилось тому, кого дедушка назначил. Поэтому нынче все присутствующие прятали глаза, активно стараясь уменьшиться в размерах, или хотя бы каким-нибудь образом спрятаться друг за друга. Но не получалось. Рифи ещё раз внимательно оглядел всех и наконец соизволил высказаться:
- И что же скажет наш многоуважаемый сын и наследник по поводу полученных нами новостей? Как получилась, что жемчужина нашего торгового дома, Чимаца, которую мы так долго холили и лелеяли, вдруг укатилась в чужие загребущие лапы?
Мужчина лет тридцати, с напряжённым лицом, сын и наследник семьи, понурил голову, опустив глаза и только молчал. Господин Чимарди продолжил:
- Кьефи, мы все доверили тебе такой ответственный участок работы в надежде, что ты приумножишь наше богатство, а ты всё проспал. И вот, накануне величайших исторических событий, которые должны способствовать невиданной славе торгового дома Чимарди, мы вдруг узнаём, что внезапно лишились важнейшего портового города, который обеспечивал значительную часть нашего дохода, но главное даже не в этом, а в перекрытом торговом потоке. Нам теперь придётся искать обходные пути, что дорого, сложно и долго. А ведь Император потребует от нас выполнить все взятые на себя обязательства и нам конечно же придётся это сделать. Что скажешь, сын мой?
Но Кьефи Чимарди продолжал молчать. Он конечно же мог бы сейчас вслух вспомнить о том, как предлагал за этим же столом уговорить молодого Гино Вечиарди перевести часть отряда Эгерио Саци в Чимацу или хотя бы нанять дополнительный отряд наёмников для защиты порта, но был высмеян Главой торгового дома как робкий глупец, всюду ищущий противников, особенно там, где их нет и быть не может, и ради своей глупости готовый бросить на ветер огромные деньги, но всё же предпочёл промолчать. Было ясно, что старик уже назначил его крайним за провал и никакие объяснения роли не сыграют, а лишь разозлят благообразного родителя. Рифи снова пристально посмотрел на сына, немного помолчал, подчёркивая важность момента и наконец молвил:
- С этого момента ты больше не наследник, сдай все дела и ожидай моего решения на загородной вилле.
В спальне не горел свет масляной лампы и лишь редкий лунный свет пробивался сквозь витраж узкой бойницы. Кьефи, в состоянии полной прострации, застыл на резной табуретке как каменная статуя. Вдруг нежные женские руки обвили его шею сзади, но он даже не шелохнулся. Через потайной ход к нему снова пришла Имифа Сичи, супруга Герлини Сичи, Главы торгового дома Сичи. Их связь продолжалась больше года и каждый раз, каждая встреча наполняла радостью сердце Кьефи, но только не сегодня. Надо решится ей всё рассказать прямо сейчас, всё равно скоро узнает. Кьефи решился:
- Ими, всё кончено. Чимацу взяли люди Виджо Монтенбьяцо, старик отстранил меня от дел. Скоро меня убьют, братья не упустят своего шанса. Тебе больше не стоит оставаться рядом со мной. Это опасно для тебя.
Он почувствовал нежное прикосновение её губ к его виску и только после этого она ответила:
- Кье, глупый мой Кье, конечно же я не брошу тебя. И ты не погибнешь, если конечно сам того не захочешь и будешь слушать меня.
Кьефи наконец обернулся к ней, в глазах его загорелась надежда на чудо, он сам понимал, что надежда безумна, но отказаться от неё просто не мог.
- Что ты предлагаешь?
- Кье, просто доверься мне. Ты готов мне довериться?
- Ими, мне нечего терять. Я сделаю всё, что ты мне скажешь.
- Тогда пойдём со мной.
Герлини Сичи отличался чеканным профилем, делавшем его больше похожим на кондотьера со старинной картины, чем на Главу торгового дома. Не хватало лишь доспехов и меча, но выглядел он все равно невероятно героически. Господин Сичи внимательно посмотрел на горящие надеждой и чуть безумные глаза Кьефи Чимарди и медленно промолвил:
- Господин Чимарди, если я правильно понял, решение Рифи ещё не вышло за пределы узкого семейного круга? И оно конечно же вряд ли известно в представительствах торгового дома?
- Да, это так.
- Тогда Вам следует торопиться. Вы ведь пока продолжаете оставаться руководителем торгового представительства в Фирадже?
В глазах Кьефи мелькнуло удивление, но он ответил:
- Да, конечно!
- У Вас там есть люди, которые выполнят Ваши приказы?
- Там люди, которые знают только меня. Отец и братья мало интересовались этим представительством. Их интересовала только Чимаца.
- Вот и отлично, Господин Кьефи, просто отлично! Поезжайте в Фираджу и сделайте всё так, как объяснит Вам Ими, она поедет вместе с Вами.
Супруга Господина Сичи подошла к Кьефи, наклонилась и с улыбкой нежно поцеловала его в губы. Потом обернулась к мужу:
- Герли, он пока ещё ничего не понимает, но я всё ему объясню.
- У тебя всё готово, моя дорогая Ими?
- Да мой дорогой супруг, всё готово. Мы немедленно выезжаем и помчимся быстрей ветра! Мы всё сделаем как надо!
- Скачите Ими, скачите. Вы должны успеть.
Имифа взяла за руку Кьефи Чимарди и повела за собой.
Чевекья давно не видела столь величественного и внушительного зрелища, Граф Чигаро Джильего вёл через столицу авангард своей армии, точней армии наёмников, предоставленной ему Королём Жармини. Громко звучали трубы, кавалеристы в латах, пехота с пиками и алебардами в яркой одежде, упряжки лошадей с пушками. На горожан это зрелище производило огромное впечатление. Да, будь здесь военный профессионал, он конечно бы заметил, что латной кавалерии несколько десятков, а в пехоте почти нет бойцов на двойном жаловании в доспехах, а стрелки так и совсем уж какие-то жалкие оборванцы с маломощными арбалетами и короткими и плохими луками, а пушки всего лишь лёгкая полевая артиллерия, но для обывателя вся эта армия представлялась грозной и могучей.
Принц Регьярди Микенаци смотрел на всё это через стекло витража с улыбкой полной иронии и сарказма. Его Высочество никогда не водил армии в бой, но определённые, пусть и теоретические знания, подчёрпнутые из новых книг по военному искусству всё же имел. За плечом стояла супруга, смотревшая на всё это зрелище с некоторой опаской. Принц уже по доброму улыбнулся ей, потом расхохотался.
- Моя дорогая Гини, не стоит так серьёзно относиться к этой показухе. В Чевекье слишком узкие улицы и даже небольшой отряд кажется огромной армией. Но для реализации нашего плана этих бойцов вполне хватит.
- Ваше Высочество полагает, что именно эти молодцы ограбят наш загородный дворец?
- Именно так, моя дорогая. Их как раз хватит для такой героической битвы. Полотна Пиченацо нам скоро пришлют. Ваш родственник прекрасно постарался.
- Король узнает об этом вовремя?
- Конечно! У него достаточно шпионов в нашем доме. Полагаю сейчас он уже обсуждает план нападения с бастардом.
- А Северный союз?
- Они тоже всё уже знают. И тоже обсуждают свои планы. Армия, которую они готовят для нас будет несколько больше армии бастарда. Торговый дом Сичи поможет по мере возможности, а возможности у них обширные.
- Кстати, Дорогой Супруг, Принцесса Саличе совсем не в восторге от предстоящей свадьбы с бастардом. Мягко говоря не в восторге.
Принц обернулся к супруге с приподнятой от удивления бровью. Кажется даже нижняя челюсть его несколько отвисла вниз.
- Моя дорогая, сказать, что Вы меня сейчас сильно удивили, это совсем ничего не сказать. Вы уверены в правдивости этой информации? Не игры ли это Жармени, чтобы подцепить нас на лживые сведения и заставить искать подходы к Принцессе?
- Нет Реги, это абсолютно точно. Поверьте, я узнала об этом от трёх моих подруг, которые совсем не дружат друг с другом. Принцесса тщательно скрывает своё отношение к бастарду и к свадьбе, но людей, которые её хорошо знают обмануть невозможно.
- Попробуйте тогда найти к ней подходы. Я пока не очень верю во всё это, но попытаться не мешает. Разумеется сохраняя осторожность.
На балконе королевского дворца Его Величество приветливо махал рукой собравшимся внизу на площади зевакам. Задуманная демонстрация военной силы удалась на славу. Рядом с Жармини находился будущий муж его дочери в полном латном доспехе и это была прекрасная возможность обсудить некоторые планы без посторонних ушей. Король обернулся к Чигаро и негромко промолвил:
- Дорогой Граф, у меня к Вам есть небольшая просьба.
- Да Ваше Величество, я весь внимание.
- Мои неблагодарные родственники собираются спрятать у себя в загородном дворце несколько вещей, которые принадлежат мне. Эти вещи нужно изъять. Ваши люди смогут это сделать?
- Конечно Ваше Величество. Что нужно возвратить Вам из украденного ими Вашего имущества?
- О, это сущая мелочь! Две картины. Они скоро будут в загородном дворце. Премия за возвращение мне моего имущества составит пятьсот серебряных империалов.
Чигаро улыбнулся, сумма представлялась ему вполне приличной, наёмникам будет достаточно сотни, остальное он положит в свой кошель. Граф всего лишь уточнил:
- Какова будет охрана?
- Человек десять.
- Ваше Величество может считать своё имущество возвращённым. Когда нам начинать?
- Мои люди во дворце подадут знак.
- Мы будем ждать Вашей команды.
Миркана, столица Королевства Барцин сражала своей роскошью и богатством ничуть не хуже столицы Империи, но при этом отличалась древностью. Именно здесь Король Тиобарнис объявил о создании Северного союза Северных королевств Империи ещё при предыдущем Императоре. Изначально предполагалось лишь создать перевес голосов в Большом Имперском Совете, но после прихода к власти выскочки Алицети цели изменились. Изначально его выбрали как слабую и управляемую фигуру, но хитрец оказался настолько не прост, что требовались срочные меры, дабы указать наглецу его истинное место говорящей куклы. Или поменять на другую говорящую куклу из семьи Микенаци. Истинная Власть Империи это Большой Имперский Совет, а не какой-то там Император. Для этого собрались на свой съезд сегодня северные властители, именно этот вопрос предстояло решить Северному союзу.
Конечно же никто никуда не торопился, не зачем, да и торопливость не свойственна столь важным решениям, которые предстояло принять. Пир, маскарад, выступления циркачей, актёров и менестрелей, всё удалось на славу. Лишь на следующий день, после обеда, Короли собрались в Зале Совета. Речь держал Тиобарнис и она звучала громко, эхом отдаваясь под сводами Дворца:
- Друзья мои, настало время собирать армию. Вы все внесли свой вклад и у нас достаточно золота для того, чтобы смести с трона Жармени. Торговый дом Сичи оплатил все нужные суммы наёмникам и скоро все воинские контингенты соберутся на границе Королевства Зелёной равнины и под руководством Принцев Микенаци нанесут свой удар. После этого мы объявим выборы Императора недействительными и скинем Алицети.
Собственно говоря ничего нового для присутствующих Тиобарнис не сказал, а лишь повторил то, о чём давно договорились. Но всё же требовалось соблюсти эту пустую, но необходимую формальность. А значит можно продолжить столь прекрасные пиры, маскарады и другие развлечения. Хотя конечно же после того, как большинство королей разошлись праздновать, в узком кругу, уже в небольшом зале, Теобарнис собрал ещё троих, тех, кто вместе с ним и сделал основные вклады в предстоящую компанию. Мускат и солёные орешки присутствовали на столе, что ни говори, а Туманный город был повсюду. Их Величества не упустили случая отдать должное и орешкам и мускату, хотя мускату конечно же больше, хорош, ох как хорош этот напиток! Но наконец, после соблюдения всех этих формальностей, Король Мейбергис, жизнелюбивый, весёлый и краснощёкий толстяк неспешно промолвил:
- Дорогой Друг, Теобарнис, так как же продвигаются дела со сбором армии?
Теобарнис хмыкнул, помолчал и наконец соизволил ответить:
- Торговый дом Сичи нанял всех, кого успел, но не всех кого мы планировали. У нас будет пехота из Бранчейви, много пехоты, пикинёров и алебардистов.
- А стрелки, кавалерия, артиллерия?
Теобарнис снова помолчал, сомневаясь говорить или нет, но потом всё таки продолжил:
- Будут стрелки, немного кавалерии и лёгкая артиллерия из Печенарджи.
Остальные присутствующие переглянулись. Мейбергис спросил от лица их всех:
- Каким образом мы получаем солдат оттуда?
Теобарнис ответил на этот раз сразу же:
- Пьефи Чимарди согласился навербовать для нас наёмников в Печенардже. Тамошний Герцог его должник.
- И что, старый Рифи не знает об этом?
- Конечно же знает, но в случае чего скажет что он не при делах, и это сыновья шалят за его спиной.
- Ваше Величество, Дорогой Друг, как Вам удалось уговорить Пьефи работать с нами?
- Король Жармени украл слишком много денег Алицети и торговый дом Чимарди заработал значительно меньше того, что рассчитывал на найме солдат. Так что они решили добрать прибыль у нас.
- А если Сичи узнают об этом? Что они скажут?
- Они знают. Значительная часть пехоты для Жармени навербована в Бранчейвисе, Тичифа Сичи навербовала пехоту и для них и для нас. Так что все и всё знают. Все равно быстро нанять войска ни им ни нам просто негде, кроме Бранчейвиса и Печенарджи.
Остальные трое ещё раз переглянулись и на этот раз свой вопрос от их имени задала Королева Теодзинас:
- Ваше Величество, Дорогой Друг, кто реально будет командовать нашими войсками? Наёмники из Бранчейвиса и Печенарджи ненавидят друг друга, кто удержит их от взаимной резни до того, как они вступят в бой с войсками бастарда? Чигаро отличный командир и как-то сможет их удержать от драки, но кто это сможет сделать в нашей армии?
- Старик Тьярчини.
- Он ведь давно отошёл от дел? Как Вам удалось его уговорить?
- У него с бастардом личные счёты. Чигаро убил в поединке его племянника.
- Ясно. Ну что ж, тогда игра началась.
- Игра началась.
В эти холодные дни воздух Тиены поражал своей чистотой и прозрачностью, даже дым из труб лишь дополнял прекрасный пейзаж. В спальне хорошо грел камин и Леовальд стоял перед витражом в одном халате, а Игинамара и Матинара лежали в кровати лишь укрытые одеялом. Император улыбнулся своим мыслям и обернулся к прекрасным фавориткам.
- А скажи мне Игин, всё ли у нас идёт по плану?
- Да Ваше Величество, полотна Пиченацо скоро прибудут в Чевекью. Ваш союзник, Король Жармени эти полотна либо купит у Принца Микенаци, либо достанет каким-либо иным способом.
- Полагаю, что всё же иным способом, а деньги прикарманит. Но пусть, эти деньги ещё очень понадобятся ему в предстоящей войне, так что окажем нашему другу эту скромную любезность. И конечно же полотна! Полотна! Я сомневался, что у нас получится с полотнами, но тем не менее всё удалось. И это меня очень радует. Вся эта возня ничто, по сравнению с Искусством!
В дверь спальни негромко постучали. Император не оборачиваясь бросил:
- Входи.
Дверь приоткрылась и в спальню прямо таки просочился Господин Канцлер, сразу же поклонившись спине Императора и так и застыв в поклоне. Леовальд неспешно повернулся и махнул рукой:
- Говори!
Господин Канцлер выпрямился и неспешно и чётко доложил:
- Ваше Величество, Гьярди Энериго взял Чимацу.
- Ого! Господин Капитан не зря овеян славой лучшего кондотьера! Но могу предположить, что без хитроумного Тьеро Риаци здесь не обошлось?
- Да Ваше Величество, захват Чимаци тщательно подготовили, для Рифи Чимарди всё это оказалось полной неожиданностью. Не говоря уже о всяких там Вечиарди.
Император обернулся к фавориткам:
- Вот видишь милая Игин, я же говорил, что будет ещё много сюрпризов!
Господин Канцлер продолжил:
- Есть ещё новости, Ваше Величество. Северный союз официально выступил против Короля Жармени.
- Что прямо вот совсем официально?
- Ну почти. На съезде Теобарнис объявил о выступлении. Совсем официально видимо объявят, когда Принцы Микенаци выступят против Короля Жармени.
- Отлично! Здесь всё по плану. Что с наёмниками?
- Все стороны наняли всех, кого смогли нанять торговый дом Сичи и торговый дом Чимарди.
- Никого больше не осталось?
- Северные наёмники. Но с ними ведёт переговоры и Барчини и Монтенбьяцо.
- И больше никого?
- Ещё торговый дом Берипи, и прочая мелочёвка, но и они не спешат. По всей вероятности тоже с кем-то ведут переговоры.
- Хорошо Господин Мечино, пока всё идёт по плану, за некоторыми несущественными расхождениями.
- Ваше Величество, представители Герцога Фьерческо заявили о срыве сроков контракта по артиллерии.
- Ну это совершенно ожидаемо и по плану. Всю осадную артиллерию они отдадут Гьярди. Это неважно, Ваша главная задача, Господин Канцлер, контролировать поставки пороха. Всем воюющим сторонам. Без пороха, все их драгоценные пушки всего лишь бесполезный хлам. Никто из воюющих сторон не должен получить преимущества. И как только порох у всех начнёт заканчиваться, взвинтите на него цены, мы должны отбить свои вложения.
- Слушаюсь Ваше Величество.
- Можете идти Господин Канцлер.
Господин Мечино низко поклонился и так же неспеша просочился сквозь приоткрытую дверь. Матинара тем временем вылезла из постели и не одетая ничем, подошла к Императору поближе.
- Ваше Величество, но что будет если одна из сторон всё же выиграет генеральное сражение?
- Моя милая Мати, во всей этой игре не две стороны, а сильно больше и одно и даже несколько выигранных сражений ничего не решат. Всё как всегда сведётся к манёврам, занятию выгодных позиций и перекрытию ключевых дорог снабжения. И конечно же к наличию или отсутствию пороха. Поверь, очень многие будут бегать из одного лагеря в другой и всё время менять стороны. Наша задача стоять в стороне, ждать пока они все истощат друг друга и максимально заработать на войне.
Вслед за младшей сестрой из постели вылезла Игин, так же не одетая ничем, она была чуть выше Матинары и несколько изящней, но Император в очередной раз залюбовался обеими фаворитками, ну до чего же они были хороши! Недаром придворные художники так любили изображать на своих полотнах обеих сестёр вместе. Не одетых ничем. Как сейчас.
Во двор дома Алессии Ниары вошли Гьярди Энериго и Тьеро Риаци. Несмотря на прохладный день, сад поражал своим уютом. Хозяйка вскочила с резного стула и вприпрыжку бросилась к ним, повиснув на шее Гьярди.
- Капитан! Капитан, ты приехал!
Гьярди слегка смутился, его всегда несколько обескураживало такое бурное проявление чувств со стороны девушки, ещё с тех времён, когда она служила в отряде. Алессия чмокнула его в щёку. Гьярди снова смутился и произнёс:
- Ну вот, Тьечо хотел, чтобы я поцеловал тебя от него, а вместо этого ты целуешь меня.
- Я бы целовала тебя в губы, если бы ты на мне вовремя женился!
Алессия шутливо надула губки и продолжила:
- Капитан, как ты мог отдать своё сердце этой ледяной льдышке, когда рядом с тобой всегда была такая красотка как я?
Но Гьярди посерьёзнел и ответил:
- Моё сердце больше не отдано никому. А твоё - Микелоцо.
- Ну да, он не такой бесчувственный болван как ты, он мне всё время говорит красивые слова о любви и пишет стихи. Но все равно, даже не думай подходить близко к этой кривляке Клариче, а то я заколю её шпагой!
Гьярди снова ответил очень серьёзно:
- Моё сердце свободно. И в нём лишь война.
- Ну вот и ты заговорил почти стихами.
Стоявший рядом Тьеро наконец тоже решил вставить слово:
- Если приветственные речи наконец закончены, то не соблаговолят ли присутствующие здесь приветствующие перейти к делу? Джикеното и Никомати ждут нас за обеденным столом.
Теперь посерьёзнела и Алессия:
- Да Капитан, умник прав, нам пора в дом. Дела не терпят отлагательств.
Приветствуя Гьярди и хозяйку, Джикеното и Никомати встали из-за стола. Наконец, когда приветственные церемонии оказались завершены, все приступили к обеду, быстро и без затей утоляя первый голод, поглощая очень недурно приготовленные блюда. Начали звучать тосты. Настала очередь Гьярди, который решил совместить выпивку с делом и вдумчиво произнёс:
- Предлагаю выпить за моих заместителей, Командира конницы - Джикеното, и Командира лагеря - Никомати.
Вновь назначенные заместители переглянулись, тост им явно понравился, они ожидали таких назначений, но не ожидали, что всё произойдёт так быстро и без дискуссий и споров. Все выпили. Гьярди немного подумал и продолжил:
- Ну а теперь полагаю, можно обсудить план предстоящей компании. Все согласны?
Все выразили своё согласие с Капитаном. Потом ещё выпили вина, но немного. Гьярди обвёл всех взглядом и произнёс:
- Никомати, твоя задача - обоз и артиллерия. Ты будешь в относительной безопасности проходя по территории Туманного города, но когда начнётся Графство Берципьяги, бастард ударит по твоей колонне с правого фланга, со стороны Герцогства Геньер. Ты должен быть к этому готов.
Джикеното поднял бровь и спросил:
- Капитан, ты думаешь Чигаро пойдёт на такой риск?
Гьярди усмехнулся:
- А ты сам бы что сделал?
Командир конницы ненадолго задумался и ответил:
- Пожалуй ты прав. Я бы именно так и поступил, Тиркапи в качестве приманки, а дальше неожиданно атаковать всю колонну снова и снова. Это лучшая стратегия.
- Вот именно, бастард так и поступит. Поэтому твоя задача взять всю кавалерию какая есть и насколько возможно прикрывать правый фланг, следуя параллельными просёлочными дорогами так, чтобы услышать сигнал труб от колонны Никомати и вовремя прийти ему на помощь. Ну или в идеале перехватить летучие отряды противника. Но это вряд ли получится, Чигаро прекрасно просчитает наши манёвры и тут уж кто успеет раньше. Твоя задача не дать нанести серьёзного ущерба обозу. В Графстве Берципьяги я встречу тебя с подкреплением, так что конницы у нас будет достаточно. Я в ближайшее время иду в Уфинцу с отрядом лёгкой кавалерии, в любом случае мы должны первым делом обезопасить столицу Графства. Ну что, кажется всем всё понятно?
Оба Командира в знак согласия кивнули головой. Они ещё немного выпили вина, но чувствовалось, что мыслями уже в походе. Гьярди не стал их задерживать и Никомати с Джикеното ушли к своим отрядам. Алессия взяла лютню и стала наигрывать какие-то лёгкие мотивы. Гьярди немного послушал, мечтательно улыбнулся, вспомнив былые походы всей их компании, но потом посерьёзнел и произнёс:
- Али, отправляй гонцов к Берги, мне нужны все его люди. Тьеро, ты дёрни Старого Бо, что-то засиделся он у Римити, он будет мне нужен в столице Графства. Сколько людей у вас здесь и сколько лёгкой кавалерии подготовит для нас торговый дом Бипи?
Тьеро как всегда потёр переносицу и только после этого медленно ответил:
- Здесь сотня людей Аникато и Бипи подготовили четыре сотни бойцов.
- Отлично! Вы хорошо подготовились.
Тьеро улыбнулся, было видно, что похвала друга не оставила его равнодушным. Он ещё подумал и произнёс:
- Мы даже собрали для тебя небольшой запас пороха, дополнительно к тому, что поставит Фьерческо.
- Это очень хорошо, пороха всегда мало. Но у нас будут ещё поставки из Герцогства Ганми. И об этом никто не знает. Главное, что Император об этом не знает.
Тьеро и Алессия разом удивлённо взглянули на друга и девушка резко спросила:
- Откуда у них порох? Они же его сами покупали?
- Раньше. А теперь делают сами. Не очень много, но нам должно хватить.
- Они его нам продадут?
- Должны. По крайней мере Нитимаци обещал. Он хоть и имеет дела с Сичи, но как-то связан с Ганми и они заинтересованы в этих поставках. Не знаю какой у них интерес в этом, но он у них точно есть.
Тьеро усмехнулся:
- Так вот зачем ещё ты так быстро взял Чимацу. А мы думали, что только ради серебра.
- И ради серебра тоже. Но порох важней. Чимаца обеспечит нам эти поставки. Ладно, хватит о делах. Али спой что-нибудь. Из песен Микелоцо.
Алессия улыбнулась, перебрала пальцами струны лютни и запела:
Свет жёлтой луны в ясном небе ночном, И жадные морды уличных крыс, Успеешь отбиться острым мечом, И может быть встретишь утренний бриз.
По улицам ночью ветер гуляет, Кого-то ведь там метель скрывает, И в тусклом сумраке тенью тает, Тот, кто все тайны в городе знает.
И те, кто выходят под лунный блик, Узнать хотят чей клинок острей, Но если ты к драке кровавой привык, Легко одолеешь столь разных зверей.
Вдыхая на палубе воздух морской, Услышишь вой ветра и шелест волны, И песню, что в небо летит стрелой, Под тусклыми бликами жёлтой луны.
По улицам ночью ветер гуляет, Кого-то ведь там метель скрывает, И в тусклом сумраке тенью тает, Тот, кто все тайны в городе знает.
Но здесь бокалы полны вином, И ночью тёмной светло как днём, И отблески звёзд танцуют огнём, В таверне мы весело песни споём.
Потом они ещё долго пили вино и вспоминали старые шутки из своей походной жизни.
Купленный город
Военная колонна, растянутая по дороге, всегда похожа на змею. Ленивую такую и неторопливую. А куда торопиться? Те кто спешат, могут и без обоза остаться. А что это за армия такая, без обоза? Голодная армия. Воюет плохо. Разбегается быстро. Армия должна быть сытой. Так что обоз - это главное, обоз - это стратегия. А уж особенно когда на дворе такая холодрыга. Только глупцам кажется, что управлять обозом легко, но настоящие Капитаны очень ценят специалистов, владеющих таким Мастерством. И Никомати безусловно был таким Мастером, Гьярди никогда не ошибался в выборе подчинённых, ошибался он только в выборе женщин. По крайней мере так ему сказала Алессия. И сейчас, Командир лагеря безусловно находился на положенном месте, блестяще справляясь с обязанностями руководителя. Человек неторопливый, с тяжёлым лицом, без лишней суеты продумывал всё до мельчайших мелочей. Во всех замках он вышибал из управляющих все положенные припасы и ещё немного сверх положенного. Армия следовала в полном порядке, прикрывая обоз со всех сторон, вся лёгкая кавалерия Джикеното регулярно выходила в разведывательные рейды, это стало особенно актуально, когда закончились непосредственные владения Туманного города и потянулись земли Берципьяги, начались наскоки кавалерийских отрядов бастарда. К удивлению всех, сам Чигаро находился в Чевекье, а здесь всем командовали какие-то его заместители, по крайней мере так говорили пленные. Набеги получались мелкие, Джикеното их запросто отражал, но расслабиться колонне не давали. Попытка навязать им серьёзный бой ничего не давала, отряды бастарда тут же растворялись в окрестностях, как и предупреждал Гьярди. Впрочем, долго это всё продолжаться не могло, земли Берципьяги скоро закончатся и начнутся владения Фьерческо, а там замки на расстоянии дневного перехода и местные вассалы Герцога, знающие на своей земле все ходы и выходы, убежать от них у наёмников бастарда просто не получится. Так что где-то ближе к границе Берципьяги, отряды Чигаро собрались в небольшую армию и решили дать бой, но на своих условиях. Впрочем боя не случилось, только Джикеното вывел и построил своих, собираясь атаковать, с фланга кавалеристов бастарда появился Гьярди со своими наёмниками. Командиры Чигаро не стали рисковать и отступили. Быстро. Гьярди прислал Джикеното вестового, с приказом совершить быстрый марш лёгкой кавалерией на Тиркапи и если получится, взять замок с ходу, если не получится, блокировать. Никомати, со всей остальной армией и обозом повернуть на Берципьяги и двигаться по дороге вперёд, до дальнейших указаний. Отряд самого Капитана, не мешкая бросился в погоню за кавалерией бастарда. Это была предсказуемая шахматная партия, просчитанная с обеих сторон. Почти просчитанная. Гьярди вцепился как волк в наёмников Чигаро, не давая им оторваться и тем ничего не оставалось, как бежать в сторону Геньера. Сплетение дорог позволило отсечь отряд бастарда от столицы Герцогства, но это же сплетение дало возможность разбежаться противнику мелкими группами по окрестностям. Командиры Чигаро уже видимо праздновали победу, одержанную без сражений лишь благодаря ловким манёврам, просчитанным бастардом, но тут вступило в игру это самое почти. Ворота Геньера оказались открыты. Отряд Гьярди, ночью, сходу вошёл не только в саму столицу Герцогства, но и каким-то образом занял цитадель. Верная королю часть гарнизона не успела очухаться, как её наскоро вырезали. И никто не знал, сделали это люди Гьярди, или всё таки принцев. Часть пешей колонны Никомати вдруг оказалась на лошадях, предоставленных Графом Берципьяги и быстро, очень быстро рванула в сторону Геньера, через несколько дней добежав до столицы. Город успел лишь проснуться, а уже находился под полным контролем Капитана Энериго. Отряд Джикеното с налёта взял Тиркапи, в котором обнаружился лишь десяток пьяных в лёжку стражников бастарда, пьяных до такой степени, что даже ворота замка не закрыли. Отряды Чигаро снова собрались вместе и попытались было наскоками затормозить движение колонны Никомати, но Гьярди выслал часть своей лёгкой кавалерии навстречу обозу и этого оказалось достаточно, конечно не для полевого сражения, но для прикрытия колонны от внезапных ударов. А там подоспел и вернувшийся Джикеното. Тиркапи он оставил на подошедший отряд Графа Берципьяги. Сказать, что такого никто не ожидал, это ничего не сказать. От имени Их Величеств, Короля и Королевы Туманного города, в зале Городского Совета, при полном собрании всех Господ Советников, Гьярди Энериго объявил о переходе города Геньер и всего Герцогства под власть нового Герцога - Сиятельного Виджо Монтенбьяцо.
В Зале Советов Цитадели Туманного города веяло теплом. Камины топили не жалея дров. Виджо Монтенбьяцо всячески старался скрыть торжество, но удавалось плохо. Его распирало. Нет! Его Распирало! Герцог Геньера! Владений в совокупности у него теперь больше чем у Их Величеств. Да что ему теперь корона! И без короны хорошо. Его физиономия лоснилась торжествующим лукавством ярмарочного хитреца. Очень хотелось смеяться, ржать как огромный боевой конь. И петь. Нет, реветь как труба, во всю силу своих лёгких. На месте он усидеть не мог и потому кружил вокруг длиннющего стола как сумасшедший бегемот. Герцог Эрколе Фьерческо напротив поражал задумчивостью, смотревшейся столь нелепо и смешно, что невольно хотелось расхохотаться. Жалобные бровки домиком на грозном, бородатом лице, выглядели преуморительно. Тьеро Риаци, как впрочем обычно, показывал своим равнодушным видом бесстрастность ледяного ферзя. Её Величество так же позволила себе лёгкую улыбку на прекрасном лице, некоторые пошлины, которыми Геньер облагал транзитные товары теперь определённо снизятся, что не менее определённо и не менее благоприятно повлияет на наполняемость бюджета Туманного города. Его Величество настойчиво проявлял свою обычную влюблённость, при взгляде на Её Величество. Видя, что никто не начинает, Сиятельный Господин Герцог Фьерческо соизволил начать:
- Господин Канцлер, может Вы всё таки объясните, что это всё значит?
Виджо вновь не удержался от торжествующего взгляда:
- Дорогой Друг, Тиркапи снова в Ваших руках, как мы Вам и обещали. Более того, теперь Графство Берципьяги прикрыто от удара Геньером и Вы спокойно можете перебросить войска к Тиркапи, чтобы избежать повторения той пренеприятной истории.
- Да, но Геньер? Это же открытая война с Жармини! А что скажет Император?
- Дорогой Друг, вышеозначенным персонам теперь не до нас, у них своих забот нынче предостаточно. Полагаю Господин Секретарь нам всё сейчас изложит в подробностях.
Тьеро немного помолчал, потёр переносицу и начал излагать:
- Как правильно заметил Господин Канцлер, Королю Жармени и Императору теперь совершенно не до нас. У них другие заботы в повестке дня.
Тьеро чуть помолчал и продолжил:
- На виллу Регьярдо Микенаци совершили нападение неизвестные, которые очень быстро стали невероятно известными, но не популярными. Наёмники бастарда перебили почти всю охрану и утащили полотна Пиченацо. Оставшийся в живых слуга принца, раненный, перебудил весь город и раструбил об этом на площади. Регьярдо объявил свою вассальную присягу утратившей силу. Потом объявил Короля Жармени низложенным. Его Высочество нынче возглавляет армию, которую ему предоставил Северный союз. Армию Короля Жармени возглавляет Чигаро. Пока они маневрируют, но воевать собираются серьёзно.
- Соотношение сил?
- Приблизительно равное и по количеству и по качеству. Так как финансируют эти предприятия с одной стороны Император, а с другой Северный союз, то в деньгах пока недостатка нет ни у одной из сторон. Но цены на наёмников сильно выросли.
- И что по Вашему, Господин Секретарь, будет дальше?
- Война до полного истощения сил, Господин Герцог. Кстати, Гьярди Энериго хотел бы получить свою плату - город Фираджу.
Эрколе вопросительно взглянул на Виджо, тот кивнул головой.
- Хорошо, пусть забирает свой город. Но армия должна остаться в Геньере, кто-то же должен прикрывать фланг Берципьяги.
- Конечно, Сиятельный Господин Герцог, конечно. Гьярди решит этот вопрос другими силами. Армию в Геньере возглавит Джикеното.
- Это хороший вариант. Меня он устраивает. Надеюсь и Господина Канцлера тоже.
Виджо снова кивнул. Мнением Их Величеств конечно же никто не поинтересовался. Но Их Величества кажется и не очень хотели своим мнением делиться с окружающими. Поэтому поняв, что основные вопросы решены, Их Величества первыми свалили с рандеву. Почти сразу за ними, важно нахмурив густые брови, в свой особняк отправился решать проблемы важной важности Сиятельный Герцог Эрколе Фьерческо. Виджо наконец расхохотался. Надо было дать выход буйной энергии хорошего настроения. Потом снова посерьёзнел.
- Ну а теперь, Господин Секретарь, давай поговорим о том, чего хочешь ты. Какой награды ты желаешь?
Тьеро улыбнулся уголком губ.
- Если Господин Канцлер пожалует мне право сбора пошлин за порох в Чимаце, я посчитаю это достаточным вознаграждением.
Виджо удивлённо повернул голову в сторону Тьеро.
- Я чего-то не знаю? Впрочем это уже твоё дело. Забирай свои пошлины. Заслужил.
- И ещё, Господин Канцлер. Гьярди просил Вас, чтобы вопрос с Фираджей решила Благородная Госпожа Алессия Ниара. Вы же знаете, Капитан верит только ей. А у него ещё много дел в Геньере.
Взгляд Сиятельного Господина Герцога Монтенбьяцо наполнился ещё большим удивлением. Но потом он просто махнул рукой.
- Хорошо, будь по твоему. Я поговорю об этом с Алессией. А ещё лучше, поговори-ка ты с ней сам. От моего имени. А то я сейчас в слишком хорошем настроении и она за это стрясёт с меня слишком много, а я не удержусь и уступлю. Ты же знаешь, как сложно ей не уступить. А у тебя получше получится с ней поторговаться.
Тьеро почтительно поклонился. Виджо продолжил:
- И ты, помнится, обещал мне какое-то старое вино из Империи. И доспешный гарнитур ганмийских мастеров.
Тьеро снова поклонился.
- Господин Кацлер, комплект лат для Вас уже прибыл в Туманный город и сегодня Вам его доставят. С вином придётся немного подождать. Вы же знаете, как ревностно Император относится к редкостям, особенно из Империи. Он убеждён, что всё это принадлежит только ему. Так что придётся повозится и придётся подождать.
- Ну хорошо. А теперь рассказывай мне в красочных подробностях о том, как всё прошло с захватом Геньера. Рассказывай, как ты любишь и умеешь. Хочу услышать об эпических подвигах своей армии. Надо будет заказать Микелоцо поэму, если он конечно пообещает не приближаться к Алессии. И пусть прославляет мою гениальность для потомков. Вся слава мне! Только мне! Ну рассказывай. Я весь нетерпение.
Доспехи Алессии стоили как целое поместье и значительно дороже того дома, в котором они сейчас находились. Новомодные латы, облегчённые и крепкие, произведение искусства мастеров из Ганми. Доспешный гарнитур прибыл вместе с заказом для Виджо Монтенбьяцо. И все равно вес чувствовался и отвыкшее от таких нагрузок тело яростно протестовало. Да, это не парчовое платье. Хотя оно тоже тяжёлое. Девушка поморщилась.
- Отвыкла я от этой железной шкуры.
Тьеро бросил свой всегдашний взгляд, полный скепсиса.
- Не скрипи, старушка, всё только начинается. Тебе ещё к этим железкам привыкать и привыкать. Набегаешься и напрыгаешься вдоволь.
Алессия зевнула.
- Может сбросить это всё и ехать как все приличные дамы?
Тьеро саркастически ухмыльнулся.
- Ага, ты будешь прекрасной мишенью для стрелы, вся такая яркая и расфуфыренная. Ничего, привыкнешь снова. Не так уж давно ты бегала в этом железе как заправский бегун.
Алессия мечтательно улыбнулась.
- Ах, я была так молода и влюблена. Крылья любви несли меня, позволяя не чувствовать тяжёлой тяжести стали.
Тьеро не выдержал и расхохотался, хотя конечно скорей заржал.
- Ну да, влюблённые весов не наблюдают. А что, Господин Поэт уже не пробуждает в твоём сердце романтических чувств?
- Не говори ерунды, бесчувственный болван. Микелоцо я люблю. А тогда была влюблённость. Романтическая. Но тебе, о жестокосердный, этого не понять! Никогда!
- Зато я хорошо понимаю в цифрах. А Мисара вполне довольна мной в ночное время и без всякой романтики. Ночью темно и романтики не видно. Романтика ночью спит. А я работаю.
- Да, вижу я, что ты с ней хорошо работаешь, то-то у неё тёмные круги под глазами, после проведённой с тобой ночи.
- Зато она довольна. А довольная женщина всегда лучше недовольной. Ладно, не бухти, увидишься ты скоро со своим Поэтом. И тоже будешь довольна. И ночью и днём.
Алессия посерьёзнела.
- Что, прям уже скоро?
- Али, не придирайся к словам. Просто выполни задуманное. Без фантазий и импровизаций.
Лицо девушки стало совсем серьёзным, Даже чересчур.
- Я не буду своевольничать, не переживай. Всё поставлено на карту и пока твой план срабатывает даже лучше, чем мы все ожидали.
- План срабатывает, пока мы играем на опережение. Поэтому с Фираджей всё должно пройти максимально гладко. Желательно без шума и грома. Когда наши противники очухаются, всё станет сильно прозаичней.
- А они быстро очухаются?
- Быстрей, чем ты думаешь. Тимьере Вечиарди и Манчи Вечиарди уже готовятся объявить Графом своего племянника. Пока их отвлекает Тьечо, но если всё получится с Фираджей, то они пойдут в разнос и будут договариваться со всеми, с кем смогут. Такой удар окончательно рассекает Графство Римартани на две части и и его полное поглощение Туманным городом станет вопросом времени. Очень недолгого времени.
- Слушай, а от кого Нанчи родила своего сына, ты знаешь?
- Этого никто не знает. Ходят разные слухи, что она имела нежные отношения сразу и с Тимьере и с Манчи, но всего лишь слухи. От кого-то родила. Это неважно. Важно то, что Графом они его всё-таки объявят и поставят под свои знамёна всех, кто захочет под них встать, а таких наберётся немало. Гино не просто так наотнимал столько земель и роздал их своим сторонникам. И сейчас эти сторонники сплотятся вокруг нового Графа, это единственный способ легитимизировать отнятое.
- Мы не сможем с ними договориться?
- Нам нет смысла с ними договариваться. За нас будут все те, у кого земли отняли. И мы будем возвращать их земли. Так что потаскать на себе доспехи тебе ещё придётся некоторое время.
Алессия вдруг улыбнулась.
- Ха! А ведь не всё знает Господин Умник!
- То, что надо знать - знаю.
- Тогда может быть Ваше Наиумнейшество расскажет почему Фираджу называют Цитадель Зимних Теней?
- Конечно знаю! Однажды в Фираджу пришли злые ледяные чудовища и заморозили весь город. А потом они стали уносить туда слишком любопытных детей. И как-то раз, тёмной-тёмной ночью, они схватили своими ледяными лапами маленькую Али и спрятали на дне холодного-холодного ледяного колодца. Потому, что маленькие дети не должны проявлять столько любопытства, как самая любопытная на свете Али!
- Нет, ну вы только посмотрите на этого Сказочника! Тебе бы в балаган народ после пьянки зазывать, а не серьёзным людям о стратегии рассказывать. Значит не знаешь!
- А вот и знаю. Лет пятьдесят назад, пришли дикие холода и всё замёрзло. А так как Фираджа тёплый город, то местные настолько обалдели от такой погодной радости, что вот так и назвали - Цитадель Зимних Теней.
С улицы послышалось лошадиное ржание. Тьеро обернулся.
- Всё, Старый Бо приехал.
Через очень короткое время в дверь особым образом постучали. Алессия встала и сделала серьёзное лицо.
- Входи, Лернино!
Телохранитель просочился через приоткрывшуюся дверь и поклонился.
- Госпожа, прибыл Командир Бо и командиры отрядов.
- Пусть заходят.
Лернино снова поклонился и вышел. И почти тут же вошли Старый Бо и двое наёмников. Командиры поклонились, Бо кивнул.
- Приветствуем Вас, Госпожа. Приветствуем Вас, Господин Секретарь Канцлера. Это Тирк и Геттер, командиры отрядов лёгкой кавалерии.
Али внимательно пригляделась к наёмникам и медленно промолвила:
- Приветствую вас, почтенные господа. Я слышала о вас много хорошего от заслуживающих уважения людей. Командир Бо доведёт до вас план действий. Вы свободны.
Наёмники низко поклонились и удалились с чувством собственного достоинства. Но лишь за ними закрылась дверь, Али с визгом бросилась на грудь Старого Бо, повиснуть у него на шее мешали доспехи. Она по детски дёргала его за щёки, усы и бороду и лишь повторяла:
- Бо, Бо, старый медведь, как же давно я тебя не видела!
А он лишь гладил её по копне волос, совсем как в детстве.
- Ну всё, всё Госпожа, мы должны обсудить дела.
Он повернулся в пол оборота к Тьеро, но Аллесия его не отпускала, пришлось говорить так:
- У меня всё готово. Выступаем?
Тьеро улыбнулся.
- Привет Бо! Да. Вы выступаете. Всё по плану.
- Славно! Пусть привыкают ходить под знамёнами Госпожи.
Тьеро не нахмурился и его лицо ничего не выразило, но взгляд стал очень пристальным.
- Бо, о знамёнах Госпожи рано говорить. Вы идёте под знамёнами Туманного города.
Бо ответил не менее пристальным взглядом, но первым отвёл глаза. Тьеро сказал уже очень мягко, с оправдательными нотками в голосе:
- Ну ты же знаешь, всё должно идти по плану. Распускать знамёна Госпожи пока рано. Не надо путать игру, Благородная Госпожа Алессия Ниара представитель Туманного города, Их Величеств и Господина Канцлера.
- Хорошо Умник. Ты всегда знаешь, что делаешь. Будь по твоему.
Алессия наконец отпустила Бо и обернулась к Тьеро.
- Какие вести от Берги?
- Тоже всё по плану. Он скоро прибудет со своими людьми в Чимацу, захватит приготовленные для него пушки и двинет вам навстречу. Заодно, по дороге, немножко разберётся с людьми Вечиарди.
Свой вопрос задал Бо, он просто не мог его не задать:
- Для него найдётся там кавалерия?
- Какую-то даст Тьечо, что-то прибудет по морю. Отбиться от летучих отрядов хватит, да и для сражений с Вечиарди вполне достаточно.
- Хорошо. Вы готовы, Госпожа?
Алессия улыбнулась, с некоторой укоризной.
- Бо!
- Хорошо. Ты готова, Али?
- Да. Можем выступать.
- Тогда в путь!
Этот день вполне годился для начала похода. Хоть и был холодным.
Керта, столица Графства Римартани, могла удивить приезжего одновременно своей красотой и обветшалостью. Давным-давно, Господа Графы перебрались в Туманный город, где жизнь веселей и интересней, представители младших ветвей Вечиарди обитали по своим местным столицам, а в графском дворце жила только Нанчи со своим сыном. Но вот уже несколько дней в городе стоял невероятный шум от понаехавших свит Тимьере и Манчи, ну а сами Господа без перерыва заседали в Зале Советов, вместе со своей кузиной. Главный зал графского дворца всё же больше поражал своей обветшалостью, чем роскошью, но для Нанчи это уже было не важно. Важно лишь то, что о ней наконец-то вспомнили, о ней и её сыне. Она с глубокой нежностью поглядывала на обоих кузенов, получая в ответ такие же нежные взгляды. Ни Тимьере, ни Манчи, не знали от кого из них родился Гино младший, каждый считал ребёнка своим. Ну вот пусть и дальше не знают, от кого родился её сын, да и вобще, от кого-то из них, или от другого. Пусть всё остаётся как есть. Так даже лучше. Её брат не слишком интересовался сестрой, племянником и столицей. Его интересовали только доходы. Но у него были воины, которые эти доходы гарантировали, а у Нанчи нет ни доходов, ни воинов, есть только сын и кузены. И сейчас кажется появилась прекрасная возможность обзавестись хоть чем-нибудь. Для сына. И для себя. В делах, о которых толковали кузены, она ничего не понимала, но зато слуги дворца несли свою службу исправно, в рамках невеликого отпущенного бюджета конечно. И Тимьере и Манчи так сильно нервничали и налегали на вино, что к вечеру ни один из них пока ещё так и не добрался до спальни Нанчи и ей как обычно приходилось находить утешение в объятиях молодого менестреля, который недавно прибился ко двору, да так и остался, точней был оставлен, он хорошо пел и с ним не приходилось скучать не только ночью, но и днём. Хотя конечно именно сейчас, Нанчи предпочла бы видеть в своей спальне кого-нибудь из кузенов, необходимо понять их дальнейшие планы и что делать ей. А оба Вечиарди тем временем продолжали накачивать себя вином. Их речи становились всё бессвязней и смелей. Наконец Тимьере громко произнёс, почти прокричал:
- Да что говорить, объявим Гино младшего Графом!
Кузен уставился на него осоловевшими глазами и наконец промямлил :
- А ведь ты прав! Именно так и надо сделать. Все наши вассалы признают. У всех в этом свой интерес.
- Конечно признают! Соберём армию и покажем этим выскочкам из Туманного города, кто мы такие и как воевать умеем! Завтра всех соберём и объявим!
Тимьере схватил колокольчик и бешено зазвонил. Тут же влетел слуга.
- Эй, позови нам Господина Управляющего!
Слуга умчался, вскоре выполнив поручение. Бледный и потеющий от страха Господин Управляющий, всё внимательно выслушал, низко, очень низко поклонился и бегом сорвался исполнять приказ.
В эту ночь, в спальню Нанчи сразу постучался Тимьере. А потом, когда он уже заснул, пришёл и Манчи. Пришлось выгонять служанку из её комнаты. Тимьере проснулся раньше и ушёл, Манчи проснулся позже, немного повалялся и тоже ушёл. Лицо Нанчи сияло довольством. Кажется их с сыном дела пошли на лад.
Утром, Господин Управляющий доложился по всей форме о хорошо выполненном приказе Господ. На трезвую голову, кузены уже не так горели воинственностью, но повернуть назад не получалось. Что оставалось? Только выпить вина. Проделав такую манипуляцию, потом ещё раз проделав и ещё, Господа Вечиарди добрались до нужного градуса и церемония провозглашения Гино младшего Графом прошла триумфально. По крайней мере так показалось самим кузенам. Отмечали всей кучей в Зале Советов, весело и долго, вассалы, оценив достоинство хорошего вина, зарядились воинственными настроениями и хотели уже ринуться в бой, отбивать Чимацу прямо сейчас, но недопитое вино требовало сперва решить именно этот вопрос и его решили. До самого дна. Тем не менее нужные распоряжения, те, кому надо, получили и маховик сбора армии потихоньку закрутился. Светлая голова Господина Управляющего додумалась предложить отправить посольство к Императору, для легитимизации нового Графа. Предложение приняли с восторгом, посольство оперативно снарядили, заодно проинструктировав попросить у Его Императорского Величества оружия и денег. Вся эта затея уже не казалась кузенам нелепой пьяной выходкой. Они сами поверили в обдуманность такого решения. Но больше всех радовалась Нанчи. Такой поворот ей очень понравился. Ну просто очень. Теперь её маленький сын Господин Граф. Большой Господин.
Лояльные вассалы Вечиарди тут же принялись грабить нелояльных вассалов Вечиарди, которые быстро решили, что они больше не вассалы Вечиарди. Главной движущей силой всей движухи разумеется стала месть и сведение личных счётов. Бывшие вассалы Вечиарди моментально поняли где надо кучковаться и устремились в Чимацу. Тьечо смотрел и радовался, радовался и смотрел. Ещё спокойно и обстоятельно организовывал феодальное ополчение из всей этой разношёрстной толпы, давно отвыкшей воевать. В первом же сражении, вся эта пёстрая орава не выдержала первого натиска латной кавалерии Вечиарди и разбежалась по окрестным полям. Тьечо отнёсся к этому философски. Ну бывает. Ничего, ещё попробуем, нам торопиться некуда. В следующем сражении местные дворяне держались чуть получше и чуть подольше, но второго натиска латной конницы Вечиарди всё равно не потребовалось. Всё же бывший Граф не зря держал отряд кондотьеров, с которым иногда ходили в походы его вассалы, кой-чему они научились. Тьечо продолжал философствовать. А если точней, радовался тому, что всё так замечательно укладывается в план Гьярди. Когда с местных дворянчиков наконец-то слетела спесь, Тьечо разбил их на небольшие отряды, придав им по несколько своих командиров и начал войну по правилам, то есть организованные рейды по тылам противника совсем без правил. Армия Вечиарди побегала за ними в догонялки, но догнать не смогла, в результате пришлось использовать тактику Тьечо, разбиться на маленькие отряды и применить все приёмы маневренной войны. Но преимущество латной конницы такая война свела к минимуму. Вся эта круговерть продолжалась до тех пор, пока Император не прислал пушки своему новому Господину Графу. Разумеется мелкую полевую артиллерию. Но Тимьере и Манчи Вечиарди так поверили, что они гении войны, что решились на осаду Чимацы. Всё это войско, впрочем немногочисленное, пафосно разбило лагерь с красивыми шатрами недалеко от города и попыталось немножко пулять из пушек. После того, как ответным огнём с крепостной стены несколько орудий оказались разбиты, гениальные полководцы подумали и решили, что пожалуй достаточно, так и совсем без артиллерии остаться можно. Опустошив окрестности, армия Вечиарди принялась немножко голодать. Какой-то подвоз продовольствия разумеется осуществлялся, но попадал в основном на стол к Господам. Армия почесала затылок и принялась мужественно убегать туда, где ещё осталась хоть какая-то еда. В конце-концов вся осада обернулась героическим бегством. Тьечо, с крепостных стен, философски наблюдал и за драпаньем армии противника и за регулярно прибывающими к нему в порт кораблями с продовольствие, артиллерией, порохом и амуницией. Всё это навевало на него лёгкую грусть и задумчивость, от такой предсказуемости человеческого поведения. Никакой феерии неожиданных и непредсказуемых ходов, сплошная рутина. Ну что стоило этим болванам предпринять что-нибудь этакое, безумное, какой-нибудь нестандартный ход, что так любил Гьярди и сделать всю эту игру хоть немного интересней. Но нет, эти безмозглые тупицы оставили для него лишь философские размышления и чёткое следование плану Капитана. Его творческая натура требовала и искала выхода, но не находила его. И оставалось лишь вино и хорошенькие женщины. Это не война, а какие-то шахматы!
В Керте, тем временем, царила некоторая атмосфера в некотором роде праздника, для дам во дворце определённо. Император открыл кредит для Вечиарди у торгового дома Чимарди и Нанчи пользовалась этим на всю катушку. Новые и модные платья из Туманного города, мускат и орешки из Туманного города, парфюмерия, безделушки, всё чего так не хватало в этом пресном и скучном существовании вдруг обрушилось бурным потоком, водопадом, на местных дам, пока их мужья скакали на лошадях на свежем воздухе, занимаясь разными видами физических упражнений с железом, их жёны яростно навёрстывали упущенное. Поползли даже слухи, что недавно нанятый ещё один молодой менестрель, периодически провожает дам в их спальню во дворце, особенно после приёма муската с орешками, но что взять с этих клеветников! Или клеветниц? Не важно. Задумались даже о маскараде. Нанчи осталась очень довольна своим менестрелем. И его приятелем тоже. Они оба отлично пели. Ну и не только пели. А ещё у дам появился светский салон во дворце, где они с весёлым смехом обсуждали все новости от мужей. А менестрели в это время пели. А может быть иногда и слушали. Да какая разница! Всем ведь было весело! Приток денег обеспечил и некоторое оживление торговли в самом городе. Столице нравилась эта война. И столицу радовал новый Господин Граф.
Давно прошли времена, когда Фираджу сковало льдом. Но прозвище - Цитадель Зимних Теней, осталось. Сейчас холод конечно присутствовал, но без перебора, обычный такой и привычный холодок. Поэтому стража у ворот ничуть не удивилась, увидев Господина Кьефи Чимарди и его свиту в тёплых плащах, с капюшонами почти до подбородка. Наверное новые телохранители, старых в городе знали. Но не дело стражи в таких тонкостях разбираться, дело стражи ворота охранять. И Господину Чимарди не забыть низко поклониться, когда он мимо проезжает. Так как Фираджа выполняла роль военного форпоста в большей степени чем торгового, весь транзит товаров и денег из Чимацы до недавнего времени шёл через столицу Графства, старый Рифи местными делами не интересовался совсем. Какой-то доход от города конечно был, но почти весь уходил на содержание самого торгового представительства, Господина Управляющего и стражу. Никто не воспринимал Фираджу как нечто важное, способное на что-то влиять. В особняке Чимарди не жалели угля, печь жарила почти как летнее солнце, а вино создавало атмосферу расслабленного веселья. Начальство никто не ждал. Но начальство появилось, материализовавшись из воздуха. Внезапно. Трое служащих застыли как ледяные скульптуры, в самой что ни на есть настоящей Цитадели Зимних Теней. Начальство оглядело всех из под насупленных бровей и плюхнулось в кресло. Сбросив тёмный шерстяной плащ, рядом опустилась на стул красивая черноволосая женщина. Начальство ещё раз всех внимательно осмотрело и рявкнуло:
- Вина! Мне и Госпоже.
Самый расторопный, старший приказчик, дал себе команду - отомри и резво бросился исполнять приказ, не забывая угодливо поглядывать на Господ. Кстати только сейчас служащие заметили семерых спутников Господина и Госпожи, рассредоточившихся по залу и стоявших молчаливыми тенями, завёрнутыми в тёмные плащи. Впрочем у некоторых из них вполне проглядывались короткие мечи, кулачные щиты и кольчуги, что говорило об их статусе телохранителей. Прежних громил, разбойничьего вида, они не напоминали ничем, но вот опаску почему-то внушали значительно большую. Господин Кьефи Чимарди залпом проглотил вино из кубка и напряжение наконец отпустило. Здесь ему уже ничего не угрожало, ни отцу, ни братьям его теперь не достать. Впрочем медлить тоже не следовало. Старшего приказчика он сразу же отправил за Господином Управляющим. Тот явился через очень короткое время, почти бегом, Дело в том, что Господин Канчи проявлял внешнюю лояльность ко всем политическим силам сразу и ни к кому одновременно. На словах он признавал и нового Графа Вечиарди и Их Величеств из Туманного города. Но денег не слал никому. Впрочем, всё серебро ограничивалось тем, что ему передавал старший приказчик Господина Кьефи. А вот городская казна с трудом покрывала расходы города. Так что и приказы Господин Управляющий собирался исполнять только те, которые поступят от Господина Кьефи. Тот, тем временем, представил свою спутницу - Госпожу Имифу. Господин Управляющий оценил красоту этой женщины. Но её приказы теперь приравнивались к приказам самого Господина Кьефи. Господина Управляющего это полностью устраивало, тем более, что его чутьё просто кричало о предстоящих переменах, возможно в лучшую сторону. Чутьё не подвело, Госпожа Имифа озвучила радужные перспективы, в случае безоговорочного выполнения её приказов. Господину Управляющему всё очень понравилось, особенно та часть, где говорилось про серебро. Тем более, что вся эта компания Вечиарди его раздражала, они всё время доставали какими-то идиотскими приказами, а главное всё время требовали денег. И приказы и требования Господин Управляющий мягко игнорировал, посылая в ответ лесть, ещё больше лести, невообразимо огромное количество медовой лести. Если бы его льстивые письма действительно смогли бы превратиться в натуральный мёд, Господа Вечиарди в нём просто бы утонули и не выплыли. Они договорились и выпили вина, оказавшегося неожиданно на редкость хорошим. Потом выпили ещё. И ещё. И уже ночью, в спальне, Госпожа Имифа подарила Господину Кьефи несколько страстных часов, после которых он наконец-то смог хорошо выспаться. Впервые, после долгой скачки и постоянного ожидания погони от отца и братьев. И сейчас всё это кажется закончилось.
Когда армия тащится по жаре, хорошего настроения ей это не добавляет, но переться в холодрыгу тоже удовольствие не очень. Тем не менее армия шла вперёд, армия маневрировала, пусть и не так бодро, как в книгах военных историков, но всё же двигалась. Принц Регьярдо Микенаци тоскливо поглядывал на всё это действо, взирая на тянущиеся колонны пехоты сверху, из седла усталой лошади, в окружении не менее уставшей свиты. На рыцарский роман вся эта война не походила вовсе. Отряды из Печенарджи и Бранчейвиса шли отдельно, но поглядывали друг на друга угрюмыми волками. Ни для кого не было секретом, что наёмники по тихому резали друг друга, но до открытых столкновений пока не доходило. Хотя это конечно вопрос времени. Старому Капитану пока удавалось силой своего авторитета удерживать всех в рамках, но подавленная ненависть клокотала внутри и регулярно пыталась вырваться наружу. Но всё это казалось сущей мелочью по сравнению с санитарными потерями, когда целые отряды, обожравшись какой-нибудь награбленной дрянью, начинали мучаться желудком. Или напившись пьяными, замерзали на холодной земле до смерти. Не дав ни одного сражения, они уже понесли потери в пятую часть всей армии. Его Высочества не переставал удивляться, как же всё-таки старику Тьярчини удаётся гнать эту толпу вперёд, да не просто гнать, а даже сохранять какое-то подобие порядка и относительно дисциплины. Ещё большее удивление вызывал обоз, всей своей пёстрой ярмаркой торговцев и женщин, они как-то тоже умудрялись не отставать и это являлось для Его Высочества главной загадкой шумного марша их славного войска. Радовало одно - судя по донесениям шпионов, у бастарда всё приблизительно так же. Пока они играли с Чигаро в кошки-мышки, где кошки и мышки всё время менялись местами. Это утомляло, но других вариантов не проглядывалось. Старый Капитан сразу заявил, что даст генеральное сражение только на том поле, которое выберет сам и ни в коем случае не допустит рискованной баталии, способной подставить армию под удар.
Уже вечером, в наскоро поставленном шатре, Принц в очередной раз думал о том, как ему это всё надоело, как он от всего этого устал и как хочется больше никуда не двигаться завтра, а просто валяться в походной постели и спать. Но скоро в шатёр набились друзья и соратники, которых тоже утомительные марши утомили до невозможности, но они все благородные люди и никогда в этом не признаются. Развлекались как могли, играли в шахматы и кости, пытались натужно и скабрезно шутить давно надоевшими шутками, или просто пили вино. Казалось, что уже ничто не способно изменить устоявшийся порядок, но командир телохранителей внезапно ввёл в шатёр падающего с ног гонца, нашедшего тем не менее силы в себе поклониться. Принц приблизился и жадно рявкнул:
- Говори!
- Ваше Высочество, Гьярди Энериго взял Геньер!
Соратники разразились громкими криками радости а Принц с шумом выдохнул. Он сам налил вина гонцу, тот сразу осушил кубок залпом, после чего Его Высочества не забыл одарить гонца тугим кошелём с серебром. Эта новость стоила того. Молодой барон Джирцани не удержался:
- Мой Принц, наконец-то! Наконец-то Жармени придётся воевать на два фронта сразу! Теперь мы точно загоним их в ловушку!
Принц слегка улыбнулся.
- Ну с ловушкой я бы пока не торопился, но положение наше сильно улучшилось, а положение Жармени значительно осложнилось. Теперь против него две армии, вместо одной. И к этому он явно не готов. Более того, теперь именно Жармени необходимо навязать нам генеральное сражение, чтобы попытаться нас разбить и перебросить армию на Геньер.
Они хорошо выпили, это было просто необходимо, а потом, когда почти вся компания расползлась по шатрам, молодой барон Джирцани послал в обоз за двумя знакомыми женщинами, очень приятной наружности и Его Высочество, пожалуй впервые за всё время похода, получил истинное удовольствие от женского общества.
Король Жармени пребывал в состоянии полной обескураженности, как внезапно проторговавшийся купец. Вся эта история с Геньером случилась полной неожиданностью, ну прям как детская неожиданность! Логика принцев, точней её полное отсутствие, просто не умещалась у него в голове. Компания этих жадных и ненавидящих друг друга сквалыг просто не могла так поступить! Ну вот просто не могла и всё! Никогда! Ни за что! Ни при каких обстоятельствах. Но поступила. Почему-то. Внезапно, без стука и объявления, в зал вошёл Чигаро, в последнее время бастард перестал утруждать себя церемониями. Король улыбнулся ему своей самой сладчайшей улыбкой.
- Дорогой Граф! Как же я рад Вас видеть! Вы уже знаете новость?
Чигаро, приблизившись, немного помолчал и неспеша ответил:
- Приветствую Вас, Ваше Величество! Вы о взятии Геньера? Да, уже знаю.
- Ну и что Вы обо всём этом думаете, Дорогой Друг?
- Неожиданно, Ваше Величество. Очень неожиданно. Совершенно непонятно, как всей этой компании принцев, ненавидящих друг друга, удалось сговориться, да ещё так ловко?
- Вот и я о том же! Но ведь как-то они сговорились! И главный вопрос для нас с Вами, не в том, как им это удалось, а что нам со всем этим делать? Есть ли у Вас какие-то мысли на этот счёт?
- Есть, Ваше Величество. Микенаци ждёт теперь от нас, что мы безрассудно, потеряв голову, ринемся в генеральное сражение, чтобы разбить их и увести армию отбивать Геньер.
- Вы знаете, Друг Мой, а ведь я думал точно так же. Но у Вас видимо какие-то другие соображения?
- Да, Ваше Величество. Если нам навяжут сражение в невыгодном для нас месте, наша армия проиграет. У нас почти равная армия с Регьярдо Микенаци и по количеству и по качеству. Всё решит выбранная позиция и так как выбирать её будет противник, нас разгромят. Без вариантов.
Король задумался. Потом всё же произнёс:
- И что нам делать? Наше положение безвыходно? Мы оказались между двумя армиями, если они соединятся, то просто сотрут нас в пыль.
- О нет, Ваше Величество, совсем не безвыходно. Мы даже можем попытаться обернуть его в свою пользу.
Король удивлённо поднял бровь.
- Каким образом мы это сможем сделать? Скажите же скорей, Дорогой Друг! Я весь нетерпение!
- Мы сможем это сделать, Ваше Величество! Надо лишь действовать противоположным образом тому, чего ждёт от нас противник. Мы не дадим генерального сражения. Напротив, мы будем всячески его избегать, не давая при этом Регьярдо отрезать нас от путей снабжения. В Геньере, в самом Герцогстве, а не в городе, у Вас остались сторонники, которые сейчас пребывают в полнейшей растерянности, надо их собрать и организовать. У Гьярди хорошая армия, но её не хватит, чтобы контролировать всё Герцогство, её хватит, чтобы контролировать город и пути снабжения из Берципьяги. Вашим сторонникам вполне по силам повиснуть у этой армии на плечах, так же не давая сражения. Просто повиснуть на плечах, лишить манёвра и ударных возможностей.
- И что нам это даст? Ни наша армия, ни армия моих вассалов из Геньера не смогут бесконечно бегать от противника. Их все равно всех загонят для сражения.
- Терпение, Ваше Величество, терпение. Часть нашей армии, примерно треть, ударит через Герцогство Геньер по Берципьяги, когда все силы противника будут скованы. Это позволит если и не обрушить всё снабжение Гьярди, то сильно его затруднить. Во взятых нами городах Графства, мы раскидаем гарнизонами часть Ваших сторонников из Геньера и когда Гьярди возьмёт их в осаду, вернём треть своей армии, вместе с остальными Вашими вассалами, после чего с двух сторон начнём загонять армию Микенаци.
- Красивый план. Прям как шахматная партия.
- Этот план станет ещё прекрасней, если Ваше Величество попросит у Императора помощи. Например армию Принца Фрейгерского.
- Какое неожиданное предложение? С чего Вы взяли, Дорогой Друг, что Император для нас это сделает? Принц верный сторонник Императора, зачем лишать себя столь значительной поддержки в такой ситуации?
- Ваше Величество, есть подозрения, не безосновательные, что Император этой поддержкой несколько тяготится. Принц - спесивый болван, но он станет для нас очень не лишним в Берципьяги. Гьярди, скорей всего, его где-нибудь разобьёт, но это сильно отвлечёт Капитана Энериго от нас. И мы спокойно навяжем Микенаци нужную нам войну.
- Ах, как красиво всё это звучит! Кажется я в Вас совершенно не ошибся, Дорогой Друг! Всё же я умею хорошо разбираться в людях, надо это признать! Кстати, надо ускорить подготовку Вашей свадьбы с Принцессой Саличе.
- Да, Ваше Величество!
Принцесса Саличе металась по своей спальне как разъярённая тигрица и гнев искажал прекрасное лицо. Этот жадный дурак, её папаша Король, готов продать что угодно, кому угодно, лишь бы заработать немного серебра! А теперь она должна стать игрушкой для этого ублюдка Чигаро! Говорят, он держит у себя целый гарем и всё время его пополняет новыми женщинами. А теперь ей, Принцессе, предстоит стать всего лишь одной из них! Нет! Нет! Нет! Не бывать этому! Она не допустит такого любой ценой. И ей есть с кем это обсудить. Молодая баронесса Чимаре недавно стала близкой подругой Принцессы и успела поведать много интересного о политике, Туманном городе и Северном союзе. У неё есть хорошие связи и она знает с кем можно договориться. Принцесса улыбнулась. Уж если за кого она и выйдет замуж, то это конечно же будет красавчик Реньеро.
А в это время Микелоцо сочинил новую песню. Она называлась "Купленный город". Гонец принёс много интересных сведений и так хотелось перенести это всё на бумагу и в музыку.
Цитадель укреплённая, сходу не взять, И у города стены крепки, Бесполезно по ним из пушек стрелять, Да и башни его высоки.
Можно долго под ним осадой стоять , Но не место здесь глупым спорам, Ни к чему нам попусту время терять, Не возьмём мы его измором.
И чей будет город, власть будет чья, Не меч решает, а тот, кто хитрей, Кто в дерзкой интриге умней и злей, Кто сможет легко обмануть короля, Кто будет сильней и будет быстрей, Тому и достанется эта земля.
И нужен лишь чёткий и дельный план, И хорошей картой играть, В королевской семье есть один изъян, В ней всегда есть кому предать.
Там немало жадных и зависть в чести, И плевать им на долг и честь, Если золото им в ларце принести, И к монетам добавить лесть.
Так что в путь собирайте с деньгами гонцов, Что быстрей там всех смогут купить, Если выберем правильно мы хитрецов, Сможем город без боя добыть.
Нам ворота откроют, сдадут цитадель, Гарнизон легко перебить, Будем слушать в саду соловьиную трель, И вино за победу пить.
В этот город, застывший в чудесных снах, Что осадой и штурмом не взять, Мы вошли в него ночью, на резвых конях, И в фанфары не стали играть.
Но грустную песню принцесса поёт, Любовь свою лютней печально зовёт, О принце своём слышит вести так редко, И стены дворца словно крепкая клетка. А ветер всё тучи по небу несёт, И дождь беспокойный идёт и идёт.
Цитадель Зимних Теней
Утренняя Тиена просыпалась легко. Горожане знали, что их ждут неплохие заработки с каждым новым днём и вставали с постелей в предвкушении серебряных монет, а это всегда весело, можно выпить, можно закусить, когда есть на что. Император навёл порядок в сборе налогов, бывшие чиновники, дравшие три шкуры себе в карман, давно болтались на виселицах, это те, кого за руку поймали, ну а кого не поймали, или случайно из окна выпал, или вдруг съел чего-то не того, вобщем больше не препятствовали. Империя брала лишь своё, строго оговорённое, более того, допускались отдельные договорённости с цехами о дополнительном снижении в отдельных случаях. Не только нобили, но каждый ремесленник видел, что каждый день у кого-то из них в кошельках, а у кого-то в сундуках, прибавляется монет, где-то мелких, а иногда и покрупней и это делало жизнь предсказуемой, довольные улыбки на женских лицах стали обычным делом, а радующиеся днём женщины, радуют своих мужей ночью. Даже жизненный ритм Столицы убыстрился, все спешили по делам, казалось, что солнце светит ярче и греет сильней, особенно в тавернах и на рынках. Недовольными остались короли Северного союза, политика Императора заставила сместиться торговые потоки в Тиену, лишив множество коронованных особ привычных доходов, а это всегда раздражает, никто не хочет лишаться таких приятных привычек, роскошь Туманного города стоила недёшево, но никто не спешил от неё отказываться. А горожане плевать хотели на раздражение всех этих индюков в горностаевых мантиях, они славили Императора и своё нынешнее процветание.
Камин, как всегда справлялся со своей работой, отлично обогревая спальню. Его Величество неторопливо фланировал в халате, обозревая полотна Пиченацо и этот процесс доставлял ему видимое удовольствие. Игинамара даже заметила в его взгляде проблески чего-то человеческого, почти неуловимые, но она уже успела немного изучить Леовальда, насколько это представлялось возможным и понимала, что за всегдашней маской слегка отрешённой картонной улыбки проглядывает нечто такое, чего до сего момента не было. Император никогда так не смотрел ни на них с сестрой, ни на свою супругу, даже на своего сына так не смотрел. Леовальд тем временем промолвил:
- И всё же они у меня. Эти картины у меня.
Обернулся к сёстрам:
- Вы отлично поработали. Мы все отлично поработали.
Матинара оторвалась от муската и солёных орешков, слегка поклонилась и ответила:
- Мы очень рады, что Ваше Величество довольны. Но есть ещё одно Ваше пожелание, которым мы сейчас с сестрой занимаемся.
- Стихи Микелоцо?
- Да, Ваше Величество. Нам удалось найти некоторые подходы к Паолине Джиенти, а через неё к Тьеро Риаци. У Господина Секретаря есть стихи Микелоцо, написанные рукой Алессии Ниары.
Брови Императора слегка дрогнули.
- «Цитадель Зимних Теней», я правильно тебя понял, дорогая Мати?
- Совершенно верно, Ваше Величество.
- Чего же хочет за это наш умный бутуз? Предполагаю, что не денег?
- Не денег, Ваше Величество. Взамен он хочет чтобы Ариани Кичираниа продал ему какую-то Пинесту, то ли мелкий городок, то ли большую деревню.
Император расхохотался. Потом посерьёзнел.
- Да, у малыша недурный вкус. И отличный аппетит. Сумеет ли он только переварить куски, которые пытается сожрать?
Заметив недоумённые взгляды сестёр, Его Величество соизволил пояснить:
- Пинеста сейчас действительно маленький и бесполезный городок, но если Гьярди возьмёт обещанную ему Фираджу, то эта маленькая пешка сразу превратится в ферзя. Пинеста, в этом случае станет обходной дорогой на Бираци. Горной дорогой, фактически ключом ко всем владениям Барчини. У малыша грандиозные планы. Ну что ж, пусть влезает в эти расклады, нам это вполне на руку. Гьярди конечно творит чудеса, но даже ему такие манёвры вряд ли под силу. Но пусть попробуют. Интересно, что у них получится.
Тут подала голос старшая сестра:
- Они собираются схлестнуться с Барчини? Но ведь это не какой-нибудь Вечиарди и даже не Чигаро. Старый хищник сам может сожрать кого угодно. И как они собираются на него напрыгнуть, если его сын женится на дочери Эрколе?
- Ты права, милая Игин, сплошные загадки. Но, как я уже сказал, нам всё это на руку. Пусть себе резвятся. А мы, тем временем, получим экземпляр «Цитадели Зимних Теней».
Император задумался, потом продекламировал:
В саду, что заснул уж который век, И спит тысячи дней, На деревья ложится тающий снег, В Цитадели Зимних Теней.
Лишь стены из камня, что его хранят, От мира и от людей, Помнят яркой, зелёной листвы наряд, И пляску солнца лучей.
И во рву глубоком, что заполнен водой, Темно-серая, ледяная гладь, Что за тайна в ней скрыта, секрет какой, Не дано никому узнать.
И на окна фасадов из цветного стекла, Что мерцают загадочным взором, Пелена из инея сетью легла, Украсив их странным узором.
А в фонтане причудой скульптур ледяных, Из воды фигуры застыли, Они помнят людей из времён седых, Что смеялись здесь и любили.
В тишине звенящей снежной мечтой, В грёзах льда, уснувших под ней, Наслаждается ясной, холодной игрой, Цитадель Зимних Теней.
И город огромный в туман упадёт, Когда лунный блик звёздный дождь прольёт.
У Его Величества отлично получилось, почти как у профессионального актёра из Императорского театра. Леовальд немного помолчал и продолжил:
- Как я хотел бы услышать эту песню в исполнении Алессии Ниары. Но удовлетворимся стихами, написанными её рукой. Дайте согласие на этот обмен. Хотя сперва сами выкупите у Ариани Кичераниа маленький городок Пинеста, а потом продайте Тьеро, за ту же цену. Нам надо чтобы обмен прошёл без проблем. Пусть наш славный бутуз попробует укусить старого волка. Ах, какое прелюбопытнейшее выйдет зрелище! Кстати, ходили слухи, что Пиченацо сделал набросок портрета Алессии. Если это не враньё, передайте Тьеро, что мы готовы поменять замок Биго на этот набросок. Тогда у бутуза будет полный набор козырных карт против Барчини.
Игинамара подошла к Императору поближе и он не скрывая залюбовался старшей сестрой, одетой лишь в полностью прозрачную ночную рубашку. Как же она хороша! Как хороши они обе, и старшая и младшая сестра! Но Игин уже думала о другом и поделилась мыслями вслух:
- Ваше Величество, с огромнейшей долей вероятности, можно предполагать, что это не слухи. Мы получили информацию из других источников, что такой набросок существует. Не от Паолины Джиенти, которая об этом ничего бы нам не сказала, а совсем от других людей. Можно даже сказать почти случайным образом.
Император снова приподнял брови, соизволив открыто выразить своё удивление.
- Милая Игин, ты приберегла эту новость на десерт? Должен признаться, на меня это произвело впечатление.
Игинамара сделала лёгкий книксен, что в этой прозрачной рубашке выглядело несколько забавно, но изящно и ответила:
- Ваше Величество, мы не знали, что разговор зайдёт именно об этом, но на всякий случай собрали информацию.
- Очень своевременно, Игин, очень своевременно. Предложите Тьеро такой обмен. Полагаю он постарается достать нам этот набросок. У него есть что предложить Пиченацо. И ему действительно нужна Пинеста. И Биго ему пригодится.
На сей раз из-за стола встала Матинара, в такой же прозрачной рубашке как у сестры, и приблизившись к Императору задала вопрос:
- Ваше Величество уверены, что Гьярди быстро возьмёт Фираджу?
- Милая Мати, я в этом совершенно не сомневаюсь. Совсем.
- Но ведь Господин Энериго сейчас в Геньере. Не на крыльях же он прилетит в Фираджу?
- Не знаю как он это всё сможет провернуть, но в том, что он это сделает я уверен.
- И Барчини ничего не предпримет против?
- У старого хищника сейчас другие заботы. И он сильно недооценивает Гьярди. Слегка забеспокоится только после того, как Господин Энериго возьмёт Фираджу, да и то не сильно. Барчини слишком самоуверен, надо признаться не безосновательно, в своё время ему очень многое удавалось из того, чего не удавалось другим. Но всё же он слишком самоуверен. Именно на пренебрежение к своим противникам Тьеро и постарается его поймать. И это отличная идея! Нас это развлечёт. И ещё, для нас это откроет некоторые возможности, очень не лишние.
Внезапно лёгкая дверь широко распахнулась и в спальню почти влетела Её Величество в несколько растрёпанном виде и без сопровождающих.
- Ваше Величество! Мой Император, Эмьери Винчемьер нанял для Вашего племянника солдат. Это наёмники Паргано. Им вовремя не заплатили и Граф успел их перекупить. Торговый дом Сичи заплатил им аванс. Наёмников доставят корабли. Они начали свою игру.
Леовальд слегка приподнял брови, помолчал, подошёл к супруге и поцеловал её в губы долгим и затяжным поцелуем. После чего промолвил:
- Отличная новость Ваше Величество! Просто отличная! Я ждал этого несколько позже, но сейчас это очень кстати. У старого графа видимо всё же сдали нервы, ему не терпится начать свою игру. Он явно хочет успеть увидеть, как его дочь станет Принцессой Нертийской.
Её Величество, всё ещё пребывая в некоторой прострации от поцелуя супруга, тем не менее нашла в себе силы возразить:
- Но Ваше Величество, что будет делать Принц? А если он сговорится с Северным союзом?
- Если сговорится, то это будет повод объявить его государственным изменником и конфисковать Нертию. Мы сделаем это быстро и никакая наёмная армия ему не поможет. Нертия слишком близко и имеет много открытых дорог для наших войск, не прикрытых замками. Нет, старый граф не такой дурак.
- Тогда зачем ему армия? У дома Винчемьер конечно много серебра с рудников, но и для них это очень серьёзные расходы. Эмьери скупой, зачем ему бросаться деньгами?
- Они предложат эту армию нам. Точней предложат, чтобы мой племянник возглавил объединённую армию Империи для подавления мятежа Северного союза. А после этого пойдут на Геньер.
- На Геньер? Зачем?
- Им всем мерещится, что это ключ к Империи. Главный перекрёсток торговых путей, мощные крепостные стены и неприступная цитадель.
- А это не так?
- Это не так. Издержки по удержанию Геньера превышают прибыль от него. Это цифры, которые не бьются никаким мечом. Так что пусть гоняются за этим призом. Подальше от нас.
- Вы дадите Принцу своих воинов?
- Конечно. Нам тоже кое-кого нужно убрать из столицы. Кое-кто стал слишком самостоятелен и опасен. Пусть поучаствует в этом славном приключении.
Император обернулся к Игинамаре:
- Милая моя Игин, пусть эта информация обязательно дойдёт до Тьро Риаци. Окольными путями.
Старшая сестра сделала ещё один книксен:
-Непременно, Ваше Величество.
Дворец семьи Винчемьер блистал обаянием почтенной старины и неброской роскоши истинных потомков королей и Императоров. Гобелены и старинное оружие, развешенное по стенам, как ни странно, добавляли шарма, очарования и какого-то тёплого домашнего уюта. Принц с удовольствием сюда приходил, поиграть в шахматы со старым графом, поговорить о жизни, послушать о старых временах. Рассказы о героях и полководцах былого его завораживали. Герой турниров, любимец местных дам и женщин всех сословий скучал во всей этой праздной жизни. Манили подвиги и слава! Хотелось настоящей войны, как в рыцарских романах, поединков и славы! Славы! Славы! Славы! Это о нём должны сочинять поэмы менестрели, это о нём молодёжь должна слушать рассказы, замирая от восторга, это о нём должны писать романы! Но сегодня у них был серьёзный разговор. Граф сам налил вина в кубок Принца и чуть пожевав губами произнёс:
- Ваше Высочество, у нас появилась возможность уговорить Императора дать Вам армию.
- Дорогой Господин Граф, мы с Вами говорим об этом уже даже не в двадцатый раз. Это становится скучно.
- Ваше Высочество, в этот раз у нас действительно есть надежда уговорить Вашего дядю. События развиваются слишком быстро, Император за ними не успевает. Никто не ожидал такого фокуса с Герцогством Геньер. Это сильно покачнуло равновесие чаши весов. Но это открывает для Империи некоторые возможности. Вы же знаете, что моя дочь имеет некоторые, пусть и дальние права на Геньер, через мою жену. Если бы Вы, с полученной от Императора армией, разбили этого наёмника Энериго и вернули бы законные владения нашей семье, то это принесло бы Вам и славу и нашу благодарность.
- Друг мой, ну какой интерес мне, Принцу, племяннику Императора в победе над каким-то наёмником? Мои противники короли! Вот если я разобью весь этот Северный союз, то обо мне будут говорить даже собаки с кошками в Тиене.
- Ваше Высочество, захватив Геньер, Вы обретёте множество благородных противников, соответствующих Вашему титулу! Обретёте множество побед и славы!
Принц задумался и продолжил своим зычным голосом, заставлявшим трепетать множество женских сердец:
- Но у меня нет прав на Геньер. А захватывать его без прав я не стану. Принцу не пристало творить беззаконие, как какому-нибудь жадному торговцу или наёмнику!
- Если моя дочь станет Вашей супругой, у Вас будут права на Геньер.
Принц снова задумался. Его задумчивость несколько затянулась. Но всё-таки ответил:
- Да, Вы конечно правы. Это хорошая мысль. Я возьму Геньер и женюсь на Вашей дочери.
Старый Граф облегчённо выдохнул:
- Ну вот и славно, Ваше Высочество, вот и славно! Полагаю Ваш дядя даст Вам армию.
В тоже самое время, на другой половине дворца, в покоях молодой дочери Графа звучал звонкий женский смех. В девичьей компании царило расслабленное утреннее веселье. Одна из дам наигрывала на лютне, другая обратилась к хозяйке покоев:
- Вы знаете, Госпожа Лемеола, маркиз Гинути обещал сочинить в Вашу честь поэму, которая превзойдёт все стихи Микелоцо!
- Кто сочинит? Этот толстяк? Да он двух слов связать не может, Ну насмешила! Вот молодой Господин Чимарити действительно может сочинить стихи, не хуже Микелоцо!
- Да, Госпожа! Молодой рыцарь своими строчками разбивает сердца всех дам! Ах, как я хотела бы выслушать эти рифмы ночью, в его объятиях!
- Кемелина, скверная девчонка, и думать забудь о молодом Чимарити! Если ты к нему хотя бы прикоснёшься, я скажу отцу и он выдаст тебя замуж за старого Пикулури. Вот будет потеха!
Кемелина игриво улыбнулась и томно проворковала:
- Ах, Госпожа моя, ну он же мужчина, от него не убудет если я подарю ему своё тепло в одну из ночей.
- Замолчи, замолчи, замолчи! Чимарити не такой, чтобы тратить своё время на обычных девчонок! Он поглощён поиском своей Прекрасной Дамы!
Госпожа молодая дочь Графа задумалась и продекламировала:
Она сегодня взяла меня в плен,
У чистого горного родника,
Я замираю рядом, у её колен,
Словно у весеннего цветка.
И мне хорошо только вместе с ней,
Сердце моё крепкой цепью сковано,
Любовью, что всего на свете милей,
Что мне навсегда от неё дарована.
Посмотри на меня, Госпожа моя,
Взглядом своим прекрасным,
Восторг мне дарит любовь твоя,
Делая радостным и несчастным.
Пусть знает весь мир как в тебя я влюблён,
Пусть знает весь мир как тобой покорён.
Подала наконец свой голос дама, игравшая на лютне:
- Да, я тоже согласилась бы остаться с ним наедине, ночью. Мы наверняка сочинили бы музыку к этим стихам.
Лемеола бросила в подругу маленькую подушку, но так как целилась сильно выше, то девушка даже не нагнула голову. Дочь Графа рассмеялась:
- Нет, ну что за день такой! И ты Фемилена о том же! Нет уж, не точите на моего поэта зубки и коготочки! А то кто меня будет развлекать, когда я выйду замуж за Принца и он уедет на войну?
Фемилена оживилась:
- Так ты выходишь замуж?
- Ну думаю прямо сейчас Господин Граф об этом договариваются с Его Высочеством.
- Тогда можно тебя поздравить, по Принцу сохнет половина дам Тиены.
- Но я то не сохну! Да и у Принца на уме одни турниры и слава. Он думает, что война, это тоже турнир. Главное, чтобы противник был благородным. А мне с того какая радость? Кто согреет мою постель ночью?
- Думаешь он теперь на войну поедет ?
- А как же! Все турниры он уже выиграл. Господин Граф купит для него армию и поедет Его Высочество добывать себе почести и славу. А мне это всё зачем? Я так состарюсь в этом дворце, одна. Нет уж, молодой Чимарати доставит мне все радости жизни.
- Ну а вдруг Принц не сразу воевать поедет? Да и как он воевать будет, если не умеет?
- Сразу. Сама слышала, как Господин Граф говорил про Геньер. У него это навязчивая идея. Армию с наёмным Капитаном он уже купил. Так что наёмники будут воевать, а Принц красоваться и получать славу. А ещё, Господин Граф мечтает, что Принц когда-нибудь станет Императором, а я Императрицей.
- Ух ты! Императрицей!
- Эх, ну и глупая же ты! Ну зачем оно мне надо? Всё время на императорскую корону кто-нибудь зуб точит. Сейчас вон Северный союз, потом ещё желающие найдутся. Так и будет одна сплошная война. А я хочу праздника! И стихов. Стихов. И праздника! И пусть круглый год будут карнавалы, маскарады и танцы.
Подруги ещё долго весело болтали, а лютня играла задумчиво и немножко грустно. Но через некоторое время в покои ворвалась Госпожа Графиня и разогнала компаньонок своей дочери с важными поручениями.
В спальне маркиза Эрки Гинути камин грел так сильно, что даже дышалось с трудом, дров никто не жалел. Кемелина отбросила тонкую простыню и сладко, по кошачьи потянулась на кровати. Господин маркиз жадно посмотрел на ладное женское тело и не выдержав, начал покрывать его поцелуями, не замечая ироничного взгляда своей дамы. Впрочем, через некоторое время Кемелина начала издавать громкие стоны и звуки. Почти натурально. По крайней мере сам маркиз не сомневался в их искренности. Хорошо, что сил Господина Гинути не хватало надолго и вскоре получилось перейти к приятной части встречи, за столом, с мускатом и орешками. Маркиз, глотком осушив сразу половину кубка, приступил к расспросам:
- Ну, ты передала Лемеоле про мои стихи?
- Да, Господин. Но она кажется не поверила.
- А если я всё-таки их принесу?
- Она быстро поймёт, что их для Вас написали по заказу.
- Да, эта девка хорошо разбирается во всей этой писанине. Не то что я. Что же делать то? Как к ней подступиться?
- Ну Господин маркиз может купить какую-нибудь красивую вещь, картину, или ювелирное изделие, а лучше всё вместе.
- Но я в этом ничего не понимаю! Получится как со стихами, я принесу, а она только посмеётся!
- Ну не знаю, что тогда ещё посоветовать Господину маркизу. Обратиться к кому-нибудь, кто понимает.
- Так ты же понимаешь! Ты же знаешь, чего хочет Графская дочка!
Кемелина пожала с сомнением плечами, пригубила мускат и с таким же явным сомнением в голосе ответила:
- Есть несколько вещей, которые Госпожа хочет приобрести у ювелира Фикардини, но это дорогие вещи.
- Насколько дорогие?
- Я не знаю сколько ювелир за них запросит, но предполагаю, что не меньше тысячи серебряных империалов.
- Да действительно недёшево! Запросы у этой девки что надо!
- Ну она же дочь Графа, а не кабатчика. Да и потом, ювелир уже мог всё это продать.
Господин маркиз встрепенулся и быстро затараторил:
- Нет, нет, нет, надо успеть купить эти цацки раньше других! Мне нужно втереться в семью Графа! По крайней мере быть у него принятым! Так, быстро одевайся, я пошлю с тобой людей с тысячей серебряных империалов, купи для меня всё это!
- Господин маркиз, Вы право ставите меня в неловкое положение!
- Я ставлю тебя в какое мне надо положение! Быстро одевайся, говорю! Или я тебе плачу мало?
- Хорошо, Господин маркиз! Я конечно же сделаю всё, как Вы хотите!
В доме ювелира Фикардини было не так жарко натоплено, как в спальне Гинути, но все равно веяло приятным теплом. Особенно в маленькой комнате, где золотых дел мастер предпочитал вести свои приватные дела. Господин ювелир с сомнением пожевал губами, бросил исподлобья взгляд на Кемелину и снова спросил:
- Значит Вы говорите, что маркиз покупает тот самый гарнитур, что Вы оставили у меня?
- Да, господин Фикардини. За тысячу серебряных империалов. И как мы и договаривались изначально, Вы получаете половину.
Господин ювелир бросил очередной взгляд исподлобья и недоверчиво протянул:
- Но я должен быть уверен, что моя репутация не пострадает. Гарнитур конечно же хорош, но красная цена серьгам и колье двести серебряных империалов.
- Не беспокойтесь, господин Фикардини, этот гарнитур маркиз подарит дочери Графа Винчемьер, а она сама хочет получить эти серьги и колье, я много ей о них рассказывала. У гарнитура есть своя история, а Лемеола любит вещи с историей.
- И Вы считаете, что эта история стоит восемьсот серебряных империалов?
- Конечно, господин Фикардини, не сомневайтесь. Об этой истории Господин Чимарити недавно написал свои стихи и Лемеола их обожает. Как впрочем и всё, что связано с Господином Чимарити.
Ювелир пожевал губами:
- Господин Чимарити? Он конечно из высокородной и знатной семьи, но всего лишь четвёртый сын. Какой интерес к нему может быть у Графа Винчемьер?
- У Графа никакого. А вот у его дочери сильный интерес. Впрочем как и у многих дам в Тиене.
- Но она же не собирается выйти за него замуж?
- Замуж она скоро выйдет за Принца Нертийского. Но Господин Чимарити предмет её любовных воздыханий. Так что она примет этот гарнитур.
Господин ювелир сохранил бесстрастное лицо, услышав эту новость и ничем не выдал своего удивления, но всё же поёрзал на стуле. Снова с сомнением взглянул в лицо своей собеседнице и задал вопрос вопросов:
- Госпожа Гини, а Вы могли бы сказать Госпоже Лемеоле о том, что этот гарнитур куплен у меня?
- О да, господин Фикардини, я даже могу сделать так, что об этом узнает и сам Господин Граф и его супруга и даже Принц Нертийский. Но зачем это делать такой бедной девушке как я?
В глазах господина ювелира запылали огоньки:
- Госпожа, в этом случае каждый десятый империал за проданное Господину Графу, Госпоже Графине и Принцу Нертийскому будет Вашим.
- Это хорошее предложение, господин Фикардини. Не сомневайтесь, я приложу максимум усилий.
В таверне“Кабан на вертеле” как всегда было чинно, спокойно и пахло жаренным мясом. Солидная публика солидно и неторопливо поглощало еду и вино, являя собой образец столичной зажиточности. Кемелина поднялась по лестнице на мансарду и постучав в одну из дверей и сразу её распахнула, не дожидаясь ответа.Тимани Чимарити ожидаемо находился за столом, уперевшись взглядом в восковую дощечку. Девушка подошла впритык и ещё больше взъерошила ладонью уже взъерошенные волосы. Наклонившись, поцеловала молодого человека в губы, положила на стол мешок с монетами и улыбнувшись промолвила:
- Здесь двести серебряных империалов. За гарнитур.
Молодой человек поднял на неё удивлённый взгляд:
- Не может быть! Бути не давали за него больше девяносто! Как тебе удалось?
- Мне удалось потому, что я очень хотела порадовать своего малыша.
- Но всё же, как тебе удалось?
Кемелина вздохнула:
- Бути слишком возомнили о себе, поставляя ювелирные украшения для большинства знатных домов Тиены. Есть другие ювелиры, которые тоже хотят свой кусок пирога. И они не так жадничают.
- Ты творишь чудеса! Как же я тебе благодарен!
Девушка пристально посмотрела на него:
- Ты же знаешь, мне нужна другая благодарность.
Уже потом, когда они обессиленными лежали в кровати, Кемелина вдруг поймала себя на мысли о том, что постельное бельё здесь чистое. Да, солидная таверна для солидных господ!
Торговый дом Бипи занимал очень маленькое здание в Тиене, но в самом центре, престижном и богатом. Как всегда, Кемелину встретил старый Минтучи, в своей крошечной каморке, но мускат с орешками присутствовали на столе, впрочем исключительно для угощения гостьи, сам хозяин предпочитал лимонную воду. После соблюдения всех приличий, девушка положила на стол мешок с деньгами, после чего подняла взгляд на старика и произнесла:
- Господин Бипи, здесь триста серебряных империалов, это первый взнос по закладной. Я обещала Вам, что всё выплачу, я сдержу своё обещание.
Старый Минтучи слегка рассеяно улыбнулся и ответил:
- Госпожа Гини, я не сомневался в Вашем слове. Но может быть Вы порадуете меня какими-нибудь интересными новостями? Здесь так скучно и однообразно, что не спасают даже книги.
Кемелина ненадолго задумалась, потом начала чётко и последовательно излагать все новости,, стараясь не упустить ни одной мелочи. Старик, с той же рассеянной улыбкой слушал, но иногда, довольно неожиданно, задавал вопросы, которые казалось не имели прямого отношения к новостям, казались мелкими и неважными, но девушка и здесь не терялась, давая максимально подробную информацию. Наконец она закончила, хозяин встал, молча вышел из комнаты, так же молча вернулся и положил на стол бумагу, от которой у Кемелины участилось дыхание. Старик промолвил, медленно растягивая слова:
- Госпожа Гини, вот Ваша закладная, я возвращаю её Вам. Можете считать, что мы в расчёте. Но прошу Вас постараться выполнить всё, что Вы пообещали маркизу Гинути и ювелиру Фикардини. Впрочем если Вам интересно продолжить наше дальнейшее сотрудничество, то я готов обсудить условия.
Кемелина улыбнулась:
- Конечно, господин Бипи, мне очень интересно продолжить наше сотрудничество. Вы меня не обманули, полагаю и в дальнейшем Вы оцените мои услуги сообразно их стоимости. Я готова полностью положиться на Вашу порядочность.
- Хорошо, госпожа Гини, мы поняли друг друга.
- И в качестве демонстрации моего желания сотрудничать с Вами, мне хотелось бы рассказать Вам одну интересную историю. Некоторое время назад, одна моя подруга, провела весёлый вечер с двумя телохранителями Господина Канцлера, которым всё так понравилось, что они постоянно повторяли, что эта девушка ничуть не хуже Благородной Госпожи Киньёлы Санди. Не знаю будет ли Вам это интересно, но я это слышала.
Господин Бипи очень пристально некоторое время смотрел на Кемелину, пожевал губами и наконец тихо сказал, почти шёпотом:
- Госпожа Гини, Вы можете забрать свои триста серебряных империалов. Я очень, очень рад нашему сотрудничеству. Истории Вашей подруги я всегда готов выслушать. И конечно же я всегда буду благодарен.
После того, как за радостной Кимелиной закрылась дверь, господин Бипи посмотрел на ковёр на стене и коротко бросил:
- Выходи.
Вышедший из-за ковра был молод, силён и бородат. Бипи снова коротко бросил в его сторону:
- Ты всё слышал. Бери людей и скачи к тому, кого ты знаешь, всё ему расскажешь.
Бородатый молча кивнул и быстро вышел из комнаты. Господин Бипи задумчиво цедил крошечными глотками лимонную воду.
Фемилена шла по Галерее, лениво разглядывая безделушки на прилавках. Наконец, добравшись до нужной лавки, зашла внутрь. Солидный господин Агельери важно и неторопливо поклонился и провёл её в маленький внутренний дворик, где на деревянной лавке уже расположилась женщина в дорогом наряде. Красивая женщина. Матинара. Одна из сестёр фавориток Императора. Женщина улыбнулась и похлопала ладонью по лавочной доске, рядом с собой. Фемилена низко поклонилась и аккуратно присела на краешек лавки. Матинара, так же улыбаясь промолвила:
- Рассказывай.
Фемилена очень подробно рассказала всё, что слышала и всё, что заметила сегодня в графском дворце. Матинара задумалась, помолчала, потом попросила рассказать всё тоже самое ещё раз, но медленнее и обстоятельнее. Фемилена выполнила приказ, разбив повествование почти по пунктам. Каждый раз, она убеждалась, что в процессе повторения вспоминает что-то новое, то что упустила рассказывая новости первый раз. Особенно, фаворитку Императора заинтересовали новости о Чимарити и слова о нём Кемелины. Потом, пришлось очень подробно рассказывать о самом молодом поэте. Потом снова о Кемелине. Подробности, много подробностей. Кажется, фаворитка осталась довольной. Она снова улыбнулась и спросила:
- Сейчас ты конечно же пойдёшь к Сичи?
- Да, Госпожа. Если Вы позволите Госпожа.
- Отлично. Иди и расскажи им всё, что они захотят узнать.
- Мне всё им рассказать?
- Всё. Попробуешь что-то соврать или утаить, они сразу же поймут. И обязательно скажи, что после них, ты пойдёшь всё это рассказывать Чимарди.
- Как прикажете, Госпожа.
В комнате, господин Агельери вручил ей мешочек с флаконом дорогих благовоний, именно тех, что заказывала Госпожа Графиня. Фемилена вышла в Галерею и принялась уже с интересом разглядывать товары. Настроение у неё поднялось.
В обеденном зале Императорского Дворца стояли накрытые столы для приглашённой публики. За столом Его Величества находился он сам, по левую руку Императрица, по правую руку Матинара и Игинамара. На балконе играл оркестр Императорского театра. Гости демонстрировали наряды по последней моде Туманного города, щеголяя золотым шитьём и драгоценностями. Получить приглашение на состязание Мастера Ньокаци и Мастера Бетильо было делом сложным и затратным, не помогали даже громкие титулы, всё контролировали Императрица и сёстры фаворитки. Но те, кого пригласили, чувствовали себя избранными. Мастер Бетильо отличался огромным ростом, могучим телосложением, рыжей бородой, очень зычным, громогласным голосом и напоминал скорей императорского телохранителя, чем Мастера Кулинарии. Его команда выступала первой. Мастер Ньокаци не был столь высок, но имел весьма крепкое телосложение, острый взгляд и повадки леопарда. На своего соперника и друга он взирал с чуть философской и ироничной улыбкой. Мастер Десертов не сомневался в победе своей команды. Вот наконец оркестр стих, заиграли фанфары и состязание началось. Никто из приглашённых гостей никогда не жалел о потраченных усилиях для того, чтобы сюда попасть. Никто не пожалел и в этот раз. Это была изумительная феерия, Искусство Блюд и Праздник Вкусов. Мастер Бетильо и Мастер Ньокаци шутливо переругивались друг с другом, но это было частью представления и развлечения. Наконец Император, Императрица, сёстры фаворитки и остальные гости вышли прогуляться в Императорский сад. Его Величество со своими спутницами находился чуть поодаль от остальных гостей, ровно настолько, чтобы никто не мог услышать разговор. Он бросил взгляд на Матинару. Девушка улыбнулась, удостоверилась быстрым взглядом, что все гости на необходимом расстоянии и отчиталась:
- Ваше Величество, Гинути ищет подходы к семье Графа Винчемьер.
Император немного подумал и ответил:
- Значит всё-таки Канцлер решил начать свою игру. Не смог удержаться. Ну что ж, глупец сам выбрал свою участь.
Императрица выразила удивление:
- Ему то это всё зачем? Куда он лезет?
Император ухмыльнулся:
- Считает себя самым хитрым. Всё как всегда. Уверен, что сможет быть посредником между Принцем и Графом Венчимьер с одной стороны и Северным союзом с другой стороны.
- Но ведь Принц действительно не захочет иметь дел с Северным союзом. Как он думает всё это провернуть?
- Скорей всего этот болван Чимарди его уговорил. И пообещал большие прибыли. Наш Канцлер не устоял перед искушением.
- Этот банкир совсем с ума сошёл, в такие игры играть? Кто он такой? Его же прихлопнут как муху.
- У Рифи Чимарди действительно потеряно адекватное восприятие реальности. Слишком резко в своё время у него дела пошли в гору и слишком резко обвалились сейчас. От того он и пошёл в разнос. Не увидел вовремя серьёзных конкурентов в Сичи, а они его сейчас обходят везде. Дать деньги Канцлеру на эту игру мог только Чимарди.
- Какой безмозглый идиот!
- Ну не совсем уж безмозглый. Скорей слишком отчаянный игрок. Рифи делает ставку на то, что Канцлер, тайно, но от имени Империи постарается остановить несколько войн, с помощью дипломатического посредничества.
- И что ему это даст?
- Несколько освободившихся наёмных армий. Это серьёзный аргумент.
- И что они будут делать с этими армиями? За кого воевать?
- Сам Канцлер ничего не будет делать. Он прекрасно понимает, что если попробует устроить открытый мятеж, то умрёт раньше, чем успеет нанять кого-то. Но вполне может предложить эти армии Барчини. В этом интерес Рифи, он хочет обратно Чимацу, для него потеря этого города слишком сильный удар и по деньгам и по престижу.
- А Граф Венчимьер им зачем?
- Старик имеет влияние на несколько королевств, а на других могут повлиять короли из Северного союза.
- А если Северный союз потребует освободившиеся армии?
- Может, но не потребует. По крайней мере сразу. Для них это тоже не дёшево. Барчини идеальный кандидат. Его казна заблокирована в Римити, но деньги у него есть, это знают все.
Император обернулся к Игинамаре:
- Игин, доведи эту информацию до Тьера Риаци, как можно быстрей. Он скорей всего и так всё это узнает, но нам надо, чтобы как можно раньше.
Фаворитка молча поклонилась. Императрица снова спросила:
- Ваше Величество, но может нам наоборот развязать руки Барчини? Он ведь может выбить Туманный город из игры, что ослабит Северный союз?
Император посмотрел на неё каким-то отрешённым взглядом и это напугало Императрицу. Наконец он промолвил:
- Моя дорогая и любимая супруга, все эти корольки, из Северного союза, жадная и крикливая мелочь, впрочем как и наш дорогой союзник Жармени. А вот Барчини, это очень серьёзный и опасный зверь. Я не знаю, чего он хочет и чего задумал. Информация из его дворца ничего не стоит, он сейчас, после переворота в Туманном городе, стал слишком осторожен. И он слишком опасен. Нам нужно, чтобы он сидел в своей клетке.
Тут наконец подала свой голос Матинара:
- И всё же Ваше Величество, мне совершенно непонятно, как такой осторожный человек, как Канцлер, мог втянуться в эту странную историю. Интересы всех остальных понятны, но Канцлер?
Император помолчал, потом ответил:
- Ты права, милая Мати, ты конечно же права. Есть что-то в этой истории, чего мы не знаем. Но действовать надо на опережение. Как я уже говорил, всего просчитать невозможно.
Под резкий голос труб их кавалерийская колонна торжественно въезжала в Фираджу. Выглядело это немного роскошно и даже слегка торжественно. Алессия держалась с холодной, слегка надменной улыбкой, как и проинструктировал Тьеро, ещё тогда, в Туманном Городе, всем видом показывая окружающим могущество Их Величеств, коих она здесь представляла, но горожане кажется радовались и этому, наконец хоть какая-то ясность, Капитана Энериго знали все и то, что он теперь объявлен Господином Фираджи, местных вполне устраивало.
Но сам поход, неожиданно дался Алессии очень нелегко, хотя она по простоте душевной и девичьей наивности ожидала лёгкой прогулки и развлечения на свежем воздухе с игрой в догонялки и немножко фехтованием, но ведь с ней был Бо, Старый Бо и приключение обернулось ночным кошмаром школьной учёбы. Вдруг выяснилось, что чистое бельё не появляется из воздуха, а на пять пехотинцев нужно одного мулла, и масло для чистки доспехов находят не под кустом, и уксус с вином всегда должны присутствовать, особенно когда колонна разбила лагерь в чистом поле, дров нет и кипятить воду не на чем, а после сырой водички вся армия в чистом поле может и остаться. Но самым большим кошмаром оказалась пёстрая толпа торговцев, маркитанток, и ещё огромное множество какого-то народа, непонятно откуда взявшегося и непонятно что здесь вообще делавшего, но совершенно необходимого и незаменимого. Алессия вдруг со всей ясностью осознала, как ловко её ограждали от всей этой бытовой прозы Тьеро и Микелоцо, во время их походов с Капитаном Энериго. Но сейчас рядом с ней был Бо, Старый Бо и вся рутина лагерной жизни выливалась на неё бурлящим и мутным потоком, в котором с непривычки можно запросто утонуть и не выплыть. А сколько должно в повозке находиться инструментов? А походная кузня, для починки доспехов на сколько человек? Алессия поначалу возмутилась таким варварским с ней обращением и если уж её взялись учить, то пусть учат расставлять бойцов для битвы, но Старый Бо лишь ухмыльнулся и ответил, что хорошего Капитана найти не в пример легче, чем хорошего Командира Лагеря, так что пусть заткнёт свой милый ротик и учится чему приказано. Девушке казалось, что ничего хуже и придумать нельзя, что это огромное, извивающееся по дороге чудовище, с длинным хвостом из топчущихся фигурок, просто сожрёт её как дракон своей гигантской пастью, а потом проглотит необъёмным желудком, в котором она будет бултыхаться и кричать о помощи, но так никто и не придёт. Но самый жуткий кошмар начинался вечером, в походной палатке или каком-нибудь доме на постое, когда старый медведь сперва просто раскладывал перед ней бумаги с отчётами и заставлял их изучать, а потом и вовсе заставил её саму их писать. Алессия плакала и ныла, солёные слёзы падали на бумагу и смешивались с чернилами, образуя кляксы, она попыталась устроить подкуп песнями и танцами, но не вышло. Старый Бо проявлял непреклонность, холодную непреклонность. Выбившись из последних сил, Алессия ползала перед ним на коленях, обещая каждый день самолично вычищать его сапоги до блеска, но кошмар продолжался. Все эти цифры бухгалтерских отчётов представляли из себя какую-то сплошную абракадабру, кажется созданную специально для того, чтобы хорошенькие девушки вздрагивали от неё в ночных кошмарах, разобраться во всей этой жуткой белиберде невозможно никогда и ни при каких обстоятельствах. Отчаявшись, Алессия называла Бо своим мучителем, предлагала немедленно заколоть её кинжалом, избавив от этой пытки бумагами и цифрами, но этот бесчувственный человек лишь посмеивался над ней, накладывая всё новые и новые кипы бумаг. В конце-концов она лишь тихонечко и жалобно скулила, но продолжала бултыхаться в этой трясине отчётов.
Значительно легче всё прошло с непосредственным руководством заместителями, вся их армия кажется уже знала, что Алессия в бою спасла жизнь Капитана Энериго и это сразу подняло её авторитет на очень серьёзную высоту, а уж когда Бо устроил спектакль во время их утреннего тренировочного боя, красиво поддавшись несколько раз, на неё и вовсе стали поглядывать с некоторой опаской. Вот это уже вызывало некоторое непонимание, командиры наёмников сами оказались ребята не промах, что неоднократно демонстрировали в тренировочных боях как друг против друга, так и против нескольких бойцов, но и они кажется купились, или сделали вид что верят. Алессия пристала с этим вопросом к Бо, но тот лишь отмахнулся, заявив, что Мигуцо не зря тратил на неё своё время и она действительно многому научилась. Это никоим образом не развеяло её сомнений, ну очевидно же, что если десяток таких как она, встретятся в реальном бою с Бо, то живы останутся лишь те, кто сумеет убежать. Соперничать с Бо в бою можно вообще лишь крепостным арбалетом, а ещё лучше пушкой. Но предпочла всё же оставить эти мысли при себе. Бо одобрил такое решение.
Вряд ли Рифи Чимарди сейчас кто-то бы назвал мечущимся по клетке львом, скорей он напоминал растерянного хорька, суетливо и бесполезно бегающего из угла в угол. Но тем не менее, его глазки буравили сыновей, от чего тем становилось не по себе, хотя конечно и само нынешнее поведение отца, с которым они до сих пор не сталкивались, тоже сбивало с толку, все привыкли, что Глава их торгового дома всегда самоуверен, даже иногда излишни, а сейчас нате вам, кушайте. Тьефи и Мьефи очень хотелось поменяться местами с хитрецом Пьефи, неплохо отработавшим контракты с поставками наёмников, а главное прекрасно себя чувствующем в далёкой Печенардже, но они находились там, где находились. Отец, тем временем обрушился на обоих:
- Как вы допустили, что это мерзавец сбежал? Ну вот как! Ну почему же я его сам не грохнул?
Тьефи робко возразил:
- Но отец, ты не приказывал нам его убить. Ты приказал лишь следить за ним.
- А вы сами не могли допереть своими дурными бошками, что ему нельзя дать сбежать? Где он теперь? С кем?
Ответ на этот вопрос кажется нашёлся у Мьефи:
- Отец, единственное место, которое Кьефи для себя приберёг, это Фираджа. Думаю там его надо поискать.
Рифи уставился на сына долгим взглядом, наконец выдавил:
- Почему так думаешь?
Мьефи почесал нос и ответил:
- Это единственный город, в котором нам нечего ловить, но Кьефи ездил туда регулярно, у него там даже филиал нашего торгового дома. Денег оттуда никаких, только если развлечься и отдохнуть. Ему больше просто некуда бежать.
- Вы сможете его там достать?
- Попробуем.
- Ну так действуйте, болваны! Действуйте!
Сыновья поклонились и почти выбежали из комнаты. А Рифи кажется немного отпустило, он плюхнулся на деревянное кресло и налил себе в бокал мускат. И закусил солёными орешками. Всё же эта новая мода из Туманного города очень хороша. Настроение поднимает. Эти болваны понятия не имеют, каких сил ему стоило уговорить Господина Канцлера влезть во всю эту авантюру с Графом Венчимьер и Принцем. Всё же Киньёла не зря стрясла с него столько денег, не устоял перед ней Господин Канцлер. Ничего, если удастся вернуть Чимацу, все расходы окупятся. Рифи взглянул на картину, где была изображена Киньёла, в виде купающейся пастушки. Голой купающейся пастушки. Ну до чего же хороша! Но эта картина всего лишь копия, а оригинал в своё время был подарен Господину Канцлеру. Да, мало кто смог бы устоять перед прелестями этой женщины! Вот и Господин Канцлер потерял голову, как юнец. Но как же эти два болвана могли потерять Кьефи? Сейчас, когда всё так хорошо складывается! Что сейчас удумает старший сынок, кому и чего расскажет? Глупец, он и есть глупец, сдаст всех, чтобы свою шкуру спасти. А, плевать! Пора навестить Киньёлу, она так настойчиво зазывала в гости, а ему как раз привезли бриллиантовый гарнитур, о котором она мечтала. Недёшево конечно, но оно того стоит, да и переговорить кой о чём с кем надо на маскараде, который она устроит, очень даже нужно. Информацию кой-какую получить, а то окружающие его бездельники сами ничего не могут. И хороша Киньёла, ой как хороша! Рифи аж облизнулся, представив в красках их ночную встречу.
Перед зданием ратуши Фираджи собрался весь местный нобилитет, во главе с Господином Управляющим. Вся группа низко поклонилась подъехавшей на лошади Алессии. Девушка неторопливо спешилась и подошла к Господину Управляющему, стоявшему чуть впереди. За её спиной очень быстро материализовался Лернино с тремя телохранителями. Алессия максимально торжественно произнесла:
- Приветствую Вас, Господин Канчи.
Господин Управляющий смешался, но нашёл в себе силы промычать:
- Приветствую Вас, Госпожа!
Алессия улыбнулась краем губ:
- Господин Канчи, нам с Вами нужно как можно быстрей произвести церемонию вручения грамот Их Величеств.
- Мы все полностью к Вашим услугам, Госпожа. Готовы выполнить все Ваши приказы, Госпожа.
- Очень хорошо, Господин Канчи, очень хорошо. Тогда проводить нас в зал ратуши, где мы сможем провести церемонию.
Господин Управляющий и его сопровождающие ещё раз низко поклонились и резво потопали к парадному входу ратуши. Алессия и её свита последовали за ними. Церемония прошла быстро, буднично и даже скучно. После чего Алессия, прихватив за локоток Господина Управляющего, поинтересовалась наличием в городе некоторых персон, с которыми ей надо встретиться и за которыми тут же послали. Вскоре, город то небольшой, перед ней низко склонились господин Кьефи Чимарди и госпожа Имифа. Алессия улыбнулась им со всей приветливостью, на которую была способна и пригласила на торжественный обед, в честь вручения грамот Их Величеств. Господин Кьефи и госпожа Имифа выразили наиглубочайшую благодарность и откланялись. Вскоре откланялись и Господин Управляющий и его сопровождающие, и в зале, кроме Алессии, остались лишь телохранители и её помощники, отвечавшие за деловую часть мероприятия. Это были люди Умника и девушка не стала им мешать исполнять должностные обязанности. Она подошла к небольшому арочному окну, посмотрела сквозь стекло на площадь и продекламировала:
В саду, что заснул уж который век, И спит тысячи дней, На деревья ложится тающий снег, В Цитадели Зимних Теней.
Лишь стены из камня, что его хранят, От мира и от людей, Помнят яркой, зелёной листвы наряд, И пляску солнца лучей.
И во рву глубоком, что заполнен водой, Темно-серая, ледяная гладь, Что за тайна в ней скрыта, секрет какой, Не дано никому узнать.
И на окна фасадов из цветного стекла, Что мерцают загадочным взором, Пелена из инея сетью легла, Украсив их странным узором.
А в фонтане причудой скульптур ледяных, Из воды фигуры застыли, Они помнят людей из времён седых, Что смеялись здесь и любили.
В тишине звенящей снежной мечтой, В грёзах льда, уснувших под ней, Наслаждается ясной, холодной игрой, Цитадель Зимних Теней.
И город огромный в туман упадёт, Когда лунный блик звёздный дождь прольёт.
Кондотьер
В таверне «Медный якорь» народу с утра находилось немного, так что Тьеро, вместе со своими четырьмя телохранителями конечно же привлекал внимание, но это не имело значения. Господин Секретарь Канцлера с наслаждением поглощал еду, сытную кашу с мясом, приправленную маслом и зеленью, запивая всё это хорошим вином, не забывая при этом улыбаться симпатичной хозяйке. Ах как была хороша, эта зрелая, фигуристая красотка! Впрочем, таверну купил ей Тьеро, очень давно, так что их отношения имели не только романтический характер. Через некоторое время, как всегда опасливо озираясь и во все стороны крутя головой, появился Миго. Просочившись мимо столиков, он плюхнулся прямо напротив Тьеро, тот подал знак хозяйке и она тут же ушла за порцией еды и вина для гостя. Миго смотрел напряжённо. Тьеро улыбнулся:
- Расслабься, все, кого ты видишь, мои люди, чужих здесь нет.
Миго ещё раз опасливо осмотрелся и наконец выдавил из себя:
- Не могу я расслабиться, Господин Граф стал совсем нервным, подозревает всех и вся, кажется даже себя самого.
Тьеро усмехнулся:
- Семья Чибалья на измене?
- Семья Чибалья на измене давно. Прямо с переворота. Их земли вот-вот начнут делить Фьерческо и Берципьяги. Торговля в Туманном городе валится после того, как придурок Сантири не захотел платить Аникато и его абордажную группу забрал Гьярди Энериго.
- С морской торговлей проблемы?
- Проблемы, это слабо сказано! Ганмийский галеры взяли на абордаж несколько грузовых кораблей со специями.
- Почему же Господин Граф не обратился ко мне, как к Секретарю Канцлера? Ганми очень трепетно относятся к нашим протестам, так же как и мы к их протестам. Все понимают важность договора и никто не хочет его нарушать.
Миго замялся, но всё-таки ответил:
- Потому, что это специи, украденные с ганмийских складов местными управляющими.
Тьро расхохотался. Потом уточнил:
- Чибалья совсем голову потерял? Нашёл у кого воровать. Удивляюсь, как ганмийцы к нему ещё убийц не прислали.
- Господина Графа просто загнали в угол. Сантири обещал, что со всеми договорился. Теперь сбежал куда-то. А самое главное, что в доле Рифи Чимарди.
Тьеро от хохота чуть не свалился под стол, даже собственные телохранители на него обернулись. Отсмеявшись, продолжил:
- Да уж, ну ты меня повеселил.
- А вот мне совсем не до смеха. Нам так скоро самим всем придётся разбегаться.
- А что Граф?
- Вино пьёт. Ему трезвым страшно быть. Нам всем тоже.
- Ну а с Чигаро он не пробовал договориться?
- Господин Граф при упоминании бастарда кричать начинает. Это же он Чигаро тогда по приказу своего дяди Канцлера вышвырнул из дворца Джильего, во время обеда. Прилюдно, ещё смеялся. Бастард его точно не простил и разговаривать с нами не захочет.
- А вот здесь друг мой, ты ошибаешься. Чигаро конечно ничего не забыл и не простил, но вот договориться он с вами сейчас очень даже не прочь.
Миго вскинулся:
- Ты серьёзно?
- Серьёзней некуда. У бастарда сейчас такая игра, что всеми этими старыми обидками просто подотрётся. Он сейчас небось недоумевает, чего это вы к нему переговорщиков не шлёте?
- Думаешь стоит послать?
- Думаю скоро он вам своих пришлёт.
- И о чём говорить будет?
- Потребует, чтобы вы сдали ему Пинекью.
- Если мы такое сделаем, Эрколе нас всех тут же вырежет, прямо здесь и имени не спросит.
- Миго, не тупи. Просто укажите ему, кого из командиров вашей стражи купить можно. Уберите всех, кто сразу продаться не готов и всего делов.
- Ну хорошо, ну возьмёт бастард Пинекью, а нам то что за выгода?
- Миго, ты совсем думать разучился? Эрколе и Берципьяги будет ну вот совсем не до вас. Бастард в Пинекье поставит их в позу задумчивой козы. В этом городе верховодит торговый дом Сичи, с бастардом туда зайдёт Рифи, так что и с этой стороны вы решите проблему, это нормальная компенсация за потерянные корабли со специями. Твоя главная задача перехватить переговорщиков бастарда самому, чтобы другая родня случайно в это не вписалась.
- Да они бастарда бояться больше чем дядю. Перехвачу. Сейчас все из дворца разбежались, из всей семьи сейчас там только я и всё время пьяный дядя.
- Вот и отлично! Не давай ему просыхать! Все дела с бастардом должен решить ты. И с Рифи тоже. Тогда ты наконец сможешь жениться на своей кузине, после такого дядя тебе точно не откажет, да и ты будешь держать его в своих руках очень крепко и надёжно.
Миго встрепенулся и очень внимательно посмотрел на Тьеро. Потом задал главный вопрос:
- А чего ты потребуешь от меня сделать, или не сделать?
- Ты не должен идти на союз с Барчини, Никоим образом. Как бы он не уговаривал и какие бы золотые горы не сулил. Продолжай переговоры по поводу свадьбы его сына и Клариче, но это всё.
- Ну это не сложно. Дядя не верит ему так же, как и бастарду.
- Я сейчас не про дядю, а про тебя. Не пытайся играть собственную игру.
Миго ухмыльнулся:
- Тьеро, ты меня с самим собой не перепутал? Я ведь не ты, мне хватает ума это понять, потому и жив до сих пор. Мне сейчас одна надежда, что ты меня из всего этого вытащишь.
Тьеро внимательно посмотрел на приятеля и усмехнулся:
- Ладно, будем надеяться, что здравомыслие тебе не изменит. И твоей будущей супруге тоже.
- Издеваешься? Она тебя боится до икоты.
- Серьёзно? Значит я где-то прокололся.
- Даже умники совершают ошибки. Ты сам мне это говорил.
- Да говорил. Но я не люблю совершать ошибки.
- Ну а ты как думал? После переворота у нас во дворце тебя все боятся. Все уверены, что это ты переворот устроил. В семье Канцлера знали, что ты Советник Королевы.
- А вот это ты мне сейчас интересную новость рассказал. Значит это не мой прокол. Ну ладно, с этим потом разберёмся. Я тебе всё сказал, а ты меня услышал. Ешь давай, а то всё уже остыло.
Миго с огромным удовольствием принялся за еду, он любил её не меньше Тьеро, что в глазах Секретаря Господина Канцлера серьёзно добавляло ему очков. Приятель наконец расправился с трапезой и всё запил хорошим вином. Потом попрощался с Тьеро и быстро просочился к выходу. Тем временем красотка хозяйка во всю строила глазки. Тьеро ухмыльнулся и пошёл к двери в знакомую комнату. У него ещё оставалось время на романтическое свидание с красоткой.
В шатре Регьярдо Микенаци собрались все хоть сколько-нибудь значимые лица армии перед походным столом с расстеленной картой. Но при этом все понимали, что главным здесь является старик Тьярчини, за ним последнее слово, который стоял сейчас с недовольным лицом и грозно смотрел на присутствующих. Недовольство имело основание, Принц только что изложил план бастарда, полученный от супруги и молодой барон Джираци, горячо поддержанный компанией своих друзей, тут же выразил желание провести рейд по тылам той трети армии Чигаро, которая отправится в Берципьяги. Тьярчини горячился:
- Не знаю, Ваше Высочество, кто Вам прислал эту новость, но всё это полная ерунда. Бастард не станет разделять армию, это дезинформация, специально рассчитанная, чтобы ввести нас в заблуждение.
Принц улыбнулся:
- Поверьте Господин Капитан, эта новость пришла из самого надёжного источника, из королевского дворца. Тот, кто нам передал разговор Короля с бастардом лично заинтересован в их поражении. Это очень надёжный источник.
Тьярчини мотнул головой, выражая несогласие:
- А я Вам говорю, что нас водят за нос. Допускаю, что бастард рассказал Королю всю эту ерунду именно для того, чтобы информацию передали нам, как правдивую, но это ложь! Не станет Чигаро делить армию, он прекрасно понимает, что мы его догоним и сотрём в пыль на любой позиции.
Тут в разговор встрял молодой барон Джираци, с улыбкой превосходства:
- Господин Капитан, Чигаро уже разделил армию, как и сказал Королю. И эта треть двигается другим курсом, на Берципьяги. Факты, Господин Капитан, говорят нам о том, что информация правдива.
Тьярчини, в запале, плюнул прямо на пол, застеленный досками:
- Там все дороги через лес и перевалы, как вы уследите, куда они пойдут? Как вы уследите, куда пойдёт сам Чигаро? Никакие шпионы ничего вам не скажут, просто не успеют.
Джираци снова ответил с улыбкой:
- Господин Капитан, у Чигаро пехота и артиллерия, он все равно не сможет нас догнать, даже если очень сильно захочет. Мы не собираемся ввязываться в сражение, мы будем лишь придерживаться его собственной тактики, нападая на обоз.
Тьярчини посмотрел на него, как на умалишённого:
- Чигаро действует лёгкой кавалерией и это правильно. Как вы собираетесь осуществлять налёты своей латной конницей?
- Наша конница хоть и латная, но всё же это конница. У бастарда сейчас и такой нет. Вся его лёгкая кавалерия в Геньере, пытается тревожить коммуникации Гьярди. Мы все равно быстрей.
Тут в разговор встрял Принц:
- Господин Капитан, людей утомили эти марши, у них нет добычи. Дворянское ополчение, это не наёмники, они либо будут сражаться, либо разойдутся по домам. Мы их все равно не сможем удержать.
Тьярчини поморщился:
- Мы останемся без кавалерии. Это именно то, чего добивается бастард.
Джираци рассмеялся:
- Не останемся, Господин Капитан. Бастард нас не догонит.
Тьярчини развернулся и молча вышел из шатра.
Часть обоза армии Чигаро застряла на дороге. Тяжёлые кавалеристы Джираци, не спеша, словно хищник, играющий с добычей, выстраивались в линию для атаки. Кто-то из обозных бестолково метался туда-сюда, кто-то кричал, кто-то просто застыл на месте от ужаса и страха. Наконец построившись в две шеренги, стальная лавина неспешно двинулась вперёд шагом, постепенно набирая ход и переходя на рысь. Но тут из-за кустов с флагов, дали залп замаскированные пушки, а разрывы между телегами наполнились пехотой с пиками и алебардами. Тело барона Джирацы оказалось разорванным на части, оставшиеся в живых латники остановились. Вскочившие с телег в полный рост арбалетчики открыли по ним стрельбу. Латники стали разворачивать лошадей, пытаясь уйти из под обстрела, но с ужасом увидели надвигающуюся с тыла другую линию латной конницы, непонятно откуда взявшуюся. Они попытались построиться и даже контратаковать, но попытка получилась жалкой. Некоторым из оставшихся в живых дворянам из отряда барона Джираци всё же повезло попасть в плен. Как и предупреждал Тьярчини, армия Принца осталась без кавалерии.
Граф Чигаро Джильего бесстрастно осматривал поле боя в сопровождении своих командиров и союзников. Барон Тимарино, командовавший в этом бою кавалерией, довершившей разгром, спросил:
- Скажи мне, друг мой, что ты намерен делать дальше? Мы идём громить армию Принца?
- О нет, дорогой друг, мы идём на Пинекью, всей армией.
Барон расхохотался, но потом удивлённо поднял брови:
- Да, узнаю Чигаро! Никто не сможет предсказать, что у него в голове! Надо ли мне спрашивать, почему мы действуем именно так, или пусть всё это остаётся маленьким сюрпризом и для нас и для Короля Жармени?
- Даже не спрашивай. Но надеюсь, что всё получится как задумано.
- Кстати, а как всё-таки правильно, Жармени, или Жармини?
- И так и так правильно. Немного разное произношение в Туманном городе, Империи и Королевстве. Но в документах Королевства пишут Жармени. Твой отряд доволен добычей?
- Да, вполне. Нам есть с кого взять жирный выкуп. Это хорошая война. А что же всё-таки с Принцем?
- Старик Тьярчини уведёт армию во владения Реньеро. Это не просто лучший ход, это единственный выход.
- Ты уверен?
- У Тьярчини задачи не совпадают с теми, что ему поставил Принц и Северный союз. Ему нужен я, а для этого надо любой ценой сохранить именно эту армию. Другой у него уже не будет. Но дело даже не в этом.
- А в чём?
- Саличе. Она сдала нас с потрохами и копытами.
- Это дочь Короля, на которой ты должен жениться?
- Она самая. Теперь играет против нас.
- Это проблема?
- Сейчас нет. Но потом не знаю. Если она выскочит замуж за Реньеро, вопреки воле отца, это выбьет из нашей партии несколько выигрышных фигур. Я упустил эту даму, а теперь поздно.
- Из-за этого такой смурной? Прям не узнаю прежнего Чигаро.
- Поверь, тут есть о чём задуматься. Ну да ладно, попробую обсудить это с одним человеком.
Остальные командиры старательно делали вид, что не слышат этого разговора и осматривают поле боя. И заняты исключительно этим занятием и больше ничем.
В Джинероти царил карнавал и праздник. Реньеро всегда трепетно относился к настроениям народа. Да, карнавал это конечно вложения, первоначальные, но отбиваются вполне неплохо, если конечно толково всё организовать. Молодой Принц, в отличии от остальных Микенаци, не отличался жадностью, деньгами не сорил, но и расставался с ними, при необходимости, без особых душевных терзаний, в отличии от остальных родственников. Джинероти - отличная покупка, это было понятно сразу, особенно в нынешние военные времена, но и серебро пошло в казну неплохо, лучше чем первоначально ожидалось, на праздник приехало немало торговцев, Реньеро перезапустил старые шерстяные мануфактуры, и в порт начали приходить корабли с тюками, набитыми шерстью. Надо бы устроить турнир, денег конечно уйдёт больше, но и соберётся потом больше.
Спальня имела размеры маленькие, но Реньеро любил эту уютную и тёплую комнату, в ней и зимой можно спать под лёгким одеялом. А можно и совсем без одеяла. Вот и сейчас на его кровати расположилась собственной персоной, собственной совершенно голой персоной Госпожа Гинимера Микенаци. Принцесса, не смотря на совсем не юный возраст была всё ещё очень хороша и совсем без стеснения демонстрировала все свои прелести при свете. Её связь с молодым Принцем длилась уже довольно долго и устраивала обе стороны. Реньеро стоял у окна, в небрежно накинутом парчовом халате и смотрел на веселящихся на площади горожан. Он уже давно мог переехать во дворец в цитадели, но ему нравилось здесь, в старом особняке Микенаци, где прошла часть детства. Гинимера потянулась, подумала, потом всё же произнесла:
- Ты знаешь, Саличе хочет за тебя замуж.
Принц ответил не оборачиваясь:
- Какая неожиданность. Неужели в Королевском Дворце ещё остались служанки, которые об этом не знают?
Принцесса кажется ожидала совсем не этих слов, поэтому ответила не сразу:
- Как здорово ты научился скрывать свои чувства. Только не говори, что совсем не удивлён.
- Не удивлён. Сдать план Чигаро, рассказанный Королю, могла только она, больше некому.
- Ну надо же! А вот ты меня удивляешь всё больше и больше. Но ты прав, это действительно так.
- Чем вы ей заплатили?
- Большой бриллиант в старинном ларце. Помнишь?
- Понятно. Вполне разумно с её стороны. Но не слишком ли дорогая плата за шпионскую информацию?
- Не слишком. Регьярдо должен был победить. А для Саличе это приданое.
- Да приданое.
- Ну так как на счёт свадьбы?
Принц повернулся, пристально посмотрел на любовницу и ответил:
- Пока у меня с Королём формальный нейтралитет, нет смысла в таких поступках. Да и Чигаро, вполне возможно, наш противник не навсегда. Если Саличе прибежит ко мне прятаться, то я её приму. Но как жена она мне не нужна. Король потому и отдаёт её бастарду, чтобы не давать приданого. Для него достаточно её титула.
- Но она кажется любит тебя?
- А я её не люблю. И выгоды мне от брака с ней никакой.
- Но у неё же сейчас есть приданое. Ты же знаешь сколько стоит этот бриллиант.
- После того, как мы продали Геньер, это не то приданое, которое мне нужно.
- Тебе не нужно серебро?
- Нужно, но у меня оно сейчас и так есть. Сичи обеспечивают сбыт тканей.
- Так вот как ты с ними договорился. Понятно.
- Да, меня очень устраивает эта сделка. Так что мне нет никакой выгоды жениться на Саличе.
- А если выгода появится?
- Тогда и поговорим. А пока вполне достаточно того, что я приму армию Регьярдо у себя.
- Почему ты думаешь, что мой муж приведёт к тебе свою армию?
- Перестань. Им больше некуда идти. После разгрома этого глупца Джираци для твоего мужа это единственный выход. Это знаю я, это знаешь ты, это знает твой муж, Чигаро, Король, это знают вообще все.
Гинимера расслабилась, главный вопрос кажется решён. Она подошла к Принцу и улыбнувшись, обняла и поцеловала в губы долгим поцелуем.
Зал Советов Королевского Дворца в Миркане плохо прогревался зимой, поэтому все присутствующие утеплились преизрядно. Впрочем в огромном камине горели целые брёвна, но это не спасало от прохладной свежести. Король Тиобарнис, яростно размахивая руками, всего этого просто не замечал. Его Величество говорил очень громко. Хотя пожалуй всё-таки орал. Как осёл. И эти вопли эхом отражались от стен зала. Королева Теодзинас, слегка поморщившись, предпочитала в очередной раз рассматривать обстановку, определённо заслуживающую внимания, строили ведь старые Мастера, мозаика, лепнина, роспись, всё поражало величественностью и роскошью. Искусство явно вызывало больший интерес, чем бестолково брызгающий слюной коллега. Лучше бы спел что-нибудь, с таким громким голосом наверняка получилось бы. Наконец собрат по королевскому ремеслу выдохся и взял передышку. Слегка закашлял Мейбергис. Теодзинас перестала глазеть по сторонам и сосредоточила внимание на нём. Толстяк, не взирая на внешность и репутацию простака, совсем не глуп, очень даже. Кузен, тем временем, заговорил негромко и вкрадчиво:
- Дорогой Друг, мне кажется Вы напрасно горячитесь, конечно Регьярдо мог бы воевать и получше, но сделано, что сделано. Это не проигранная война и даже не проигранное генеральное сражение. Да, армия лишилась кавалерии, это неприятно. Ну отступят для перегруппировки в Джинероти, кузен Реньеро любезно согласился оказать гостеприимство. Но так драматизировать всё же нет поводов.
Тиобарнис бросил на него горький взгляд:
- Друг мой, Вы напрасно пытаетесь меня утешить, я всё помню и не снимаю с себя ответственности за то, что настоял на кандидатуре Регьярдо Микенаци в качестве командующего армией, но поверьте, поверьте, я был совершенно уверен, что он человек начитанный, образованный и не склонный к необдуманным решениям. Ну как, как он мог поддаться на уговоры этих сопливых болванов!
Тиобарнис драматично всплёскивал руками, потом театрально заламывал их, потом снова всплёскивал. Теодзинас снова поморщилась, ей уже успел надоесть этот дурацкий балаган и наконец тоже решила высказаться:
- Дорогой кузен Теобарнис, а вот у меня есть информация, позволяющая нам испытывать некоторый оптимизм, даже несмотря на этот незначительный военный казус.
Теперь уже сильно поморщился Тиобарнис, произношение его имени на восточный манер вызывало у него сильное раздражение, поэтому имя кузины он произнёс с подчёркнуто западным акцентом:
- Дорогая Тиодзинас, может быть Вы не станете держать нас в неведении и улучшите наше настроение своими положительными известиями?
Теодзинас улыбнулась, ей нравилось с детства задевать этого напыщенного индюка, но ответила ровным тоном:
- Император собирается отправить Принца Нертийского отбивать Геньер.
- И что же по Вашему, кузина для нас интересного в том, что Император отправляет воевать против нас армию кузена Фрейбургского?
- В том, кузен, что армия Принца Нертийского отправится воевать не против Регьярдо Микенаци, а против Гьярди Энериго. А это совсем не тот Капитан, которого можно победить легко и быстро. Кузен увязнет в этой войне на весьма продолжительное время. Это даст отличную возможность Регьярдо собраться с силами. Он получил хороший урок и теперь думаю не будет мешать своими приказами Тьярчини.
- Ну Принц Фрейбургский тоже имеет репутацию отличного воина!
- Наш кузен, Принц Нертийский, прекрасный турнирный боец и любимец дам. А вот воевать он умеет приблизительно как мы с Вами. А Капитан Энериго вполне бодро разделался с бастардом, во время своего похода на Геньер.
- Ну я слышал, что Эрколи Фьирческо не слишком жалует Капитана Энериго? Какая-то у них там история с дочерью Герцога.
- Да Эрколе Фьерческо не слишком рад Капитану. Но сторону Гьярди держит Секретарь Канцлера, а это сейчас человек влиятельный.
- Да, кузина, я слышал, Тиеро Риации.
- Имено так, кузен, Тьеро Риаци, говорят Виджо Монтенбьяци шагу не делает без его совета. И Инесса тоже.
Тут решил вставить своё слово толстяк:
- Кузен, одно сражение ничего не решает в этой войне. Поэтому относитесь ко всему спокойно. А то от слишком громкого голоса у наших сторонников может случится несварение желудка и они всей толпой побегут к Императору.
- Хорошо, уговорили. Ну так как мы будем решать вопрос с кавалерией для нашего дорогого Принца Регьярдо?
- Ну в запасе у нас всегда есть дворянское ополчение.
- Это не наёмники, это дворяне. Они стоят совсем других денег. Если мы их наймём, месяца через три наши сундуки покажут дно. И их не удастся держать в латных рукавицах, они будут грабить всех, до кого смогут дотянуться, в том числе и владения наших союзников.
- Тогда давайте пока всё спокойно обдумаем и переговорим с кем можно. Полагаю у кузины есть некоторые мысли на эту тему.
Теодзинас помолчала немного, посмотрела с сомнением и ответила:
- Попробую поговорить с представителями всех торговых домов. Может быть у них будут какие-нибудь предложения.
Вечером, в особняке, у Королевы Теодзинас получилась очень хорошо согретая постель, даже скорей жаркая, с чем весьма постарался молодой оруженосец, красивый блондин, расслаблено лежащий под простынёй, пока Её Величество, в халате, за столом попивая мускат, обдумывала сегодняшнюю встречу с кузенами. Наконец она зазвонила в колокольчик. Вошёл слуга. Королева приказала позвать Господина Секретаря. Через некоторое время в дверь постучали. Её Величество позволила войти. Господин Секретарь, одетый в чёрное, имел солидный возраст, проницательные умные глаза и окладистую, тёмную бородку. Королева прищурилась и сказала:
- Господин Секретарь, договоритесь о встрече с Бипи. Как можно скорей. Если он на месте, то пусть идёт сюда прямо сейчас.
Господин Секретарь молча поклонился и вышел. Впрочем отсутствовал он весьма недолго, Её Величество даже не успела допить мускат. Кажется господин Жано Бипи уже находился в особняке. Господин Секретарь явно просчитал необходимость данной встречи и позаботился обо всём заранее. Её Величество в очередной раз с интересом посмотрела на главу местного отделения торгового дома Бипи, молодой человек не отличался высоким ростом и атлетическим сложением оруженосца в постели, выделялся скорей утончёнными и изящными чертами лица, но именно этим каждый раз обращал на себя внимание Королевы. Что-то в нём заставляло Теодзинас дышать чуть быстрей, чем обычно. Её Величество жестом указала на свободные кресла, допила наконец мускат и сказала:
- Господин Бипи, Вы вероятно уже в курсе произошедших событий. И Вы конечно в курсе того, что нам нужна кавалерия. Срочно.
Молодой Жано поклонился и ответил:
- Ваше Величество, наёмников выбрали всех, даже приговорённых к казни.
- Но кого-то же можно перекупить? Не всем же платят вовремя.
- Наёмников Капитана Паргано недавно перекупил Граф Венчимьер, но это оказалась случайная сделка. И Господин Граф очень быстро заплатил серебром, коего у него много. И это пехота не лучшего качества, в основном всякий дешёвый сброд, купленный совсем недёшево. Кавалерии не осталось никакой. Совсем. Для того, чтобы появились свободные отряды, хоть кто-то должен заключить мир.
- А северные наёмники?
- Значительную часть нанял Туманный город, Капитан Берги двигается в Чимацу. Остальные пока в раздумьях, но они присоединятся или к Туманному Городу, или к Господину Герцогу Барчини. Альянс Свободных Городов решает исключительно собственные политические задачи, их отряды будут воевать только за тех, кого Совет Городов оценит как наиболее предпочтительного союзника, даже если отдельные Города будут этим не слишком довольны. И скорей всего, это будет Туманный город, Господин Канцлер Виджо Монтенбьяцо сделал несколько заманчивых предложений Совету Городов.
- Понятно. Здесь нам нанять некого. Ну а если поспособствовать миру в селёдочной войне?
Тут подал свой голос Господин Секретарь:
- Ваше Величество, это очень запутанная история. Основная проблема в том, что мы не понимаем, с кем там можно иметь дело. С первого взгляда всё ясно, в Торговом Союзе всё время кто-то с кем-то воюет, но если раньше мы хотя бы относительно понимали, кто против кого, то сегодня такого понимания нет. Цех солеваров объединился с Цехом пивоваров против Цеха бочкарей в одном городе, Цех рыболовов воюет против Цеха корабельщиков в другом городе, Цех мясников вцепился в Цех хлебопёков в третьем, в остальных городах так же. При этом все эти противостояния носят временный характер и всё время меняются. Совершенно непонятно, с кем там договариваться и о чём. А главное будет ли кто-то эти договорённости соблюдать. Формально, всем управляет Торговый совет, реально коалиции нобилей, которые и наняли всех наёмников, которые нам сегодня очень нужны. Там шатается не меньше десятка отрядов, каждый день образуются и распадаются какие-то коалиции.
- Но мы же вполне успешно с ними торгуем?
- Да, торговые потоки никто не трогает, все понимают от чего зависит их благополучие, да и друг другу они только морды бьют, никто никого не режет, воюют только наёмные отряды. Но вот с кем разговаривать, совершенно непонятно. Они подписывают друг с другом соглашения и никто ничего не выполняет.
- А что скажете Вы, господин Бипи?
- Ваше Величество, я полностью согласен с Господином Секретарём.
- Но представители Чимарди и Сичи кажется придерживаются другого мнения?
- Ваше Величество, Вас обманывают, поверьте, я знаю о чём говорю. Ни мы, ни Чимарди, ни Сичи, не имеем влияния и веса в городах Торгового Союза. Я там был недавно.
- Что, совсем никаких шансов с ними договориться?
Жано замялся:
- Если только давление пойдёт и со стороны Северного союза и со стороны Императора, может быть удастся их временно примирить. Господин Канцлер предпринимает определённые действия, но пока это только со стороны Империи, это не даст результата. Торговый союз должен по настоящему испугаться торговой блокады.
Королева задумалась, потом промолвила:
- Но ведь Вы, господин Бипи, знакомы с местным нобилитетом.
- Да, Ваше Величество, но я для них никто. Так же как и представители торговых домов Чимарди и Сичи. Точней мы все просто партнёры, вполне взаимозаменяемые. Там не только местные нобили, там даже цеховые подмастерья сами по себе со своим собственным мнением, которое они регулярно высказывают друг другу кулаком по морде.
Теодзинас задумалась, продолжая рассматривать молодого Жано. Как бы случайно закинула ногу на ногу так, что полы лёгкого атласного халата распахнулись до середины бедра. Реакция Жано ей понравилась, бросив быстрый взгляд на её открывшиеся ноги, он судорожно сглотнул. Она приняла решение и промолвила:
- Господин Бипи, Вы поедете к нобилям Торгового союза как мой представитель. Господин Секретарь, подготовьте бумаги, Тэйнс Вас проводит.
Здоровенный оруженосец блондин без всякого стеснения вылез из кровати и принялся напяливать одежду. Закончив, подошёл к Господину Секретарю, они оба молча поклонились Королеве и вышли, плотно закрыв за собой дверь. Теодзинас встала, подошла к Жано и сбросила халат. Молодой человек смутился и быстро задышал. Королева улыбнулась, в свои тридцать лет, она всё ещё оставалась одной из любимейших моделей скульпторов и художников и ей нравилось производить впечатление.
- Раздевайтесь, господин Бипи. Это единственный способ убедить Ваших нобилей в серьёзности Ваших полномочий. Можете не сомневаться, нужные слухи до них дойдут.
Под барабанный бой и рёв труб, торжественной процессией в город Пинекью входили ровным строем кавалерийские и пехотные колонны армии Графа Чигаро Джильего. В глазах толп глазеющих горожан зрелище выглядело невероятно внушительным, здесь очень давно такого не видели, тяжёлая кавалерия барона Тимарино поражала мощью, пехотинцы с пиками и алебардами дисциплиной и слаженностью, они двигались как огромный, ощетинившийся зверь, ну и конечно пушки, наверное каждый горожанин про себя радовался, что ядра этих грозных орудий не летят в их дома.
Чигаро медленно ехал в сопровождении свиты, пажей и знаменосцев, по обеим сторонам шли пешие телохранители с короткими копьями и алебардами. С лица Графа Джильего не сходила ироничная улыбка, когда стало понятно, что его армия марширует на Пинекью, Фьерческо и Берципьяги быстро собрали кого успели и двинули подкрепление на помощь гарнизону, предполагая, что тот какое-то время продержится в осаде. То, что гарнизон, вместе с командирами перейдёт на сторону Чигаро, не ожидал никто и сейчас отряды противника не решались даже приближаться к городу. Около здания ратуши застыла делегация местных нобилей в окружении городской стражи. Нобили выглядели не столько испуганными, сколько озадаченными, неделю назад, прежний командир отправил весь свой гарнизон в столицу Графства, а цитадель и город заняли какие-то новые отряды, а потом куда-то исчез и сам прежний командир.
Чигаро не торопясь спешился, подошёл к ухмылявшемуся громиле в доспехах и слегка ударил латной перчаткой по его кирасе.
- Здорово Бэй! Ты я вижу уже освоился, приятель?
Громила вытянулся в струнку и отрапортовал:
- Всё сделано как Вы приказывали, Господин Капитан! Все Ваши приказы выполнены.
- Молодец!
Потом Чигаро неспешно повернулся, подошёл к нобилям и иронично улыбаясь сказал:
- Господа, приветствую вас! Как вы наверное уже поняли, я Граф Джильего, а ваш город теперь моя временная столица, пока я не выбью Фьерческо из своих законных владений. Сегодня я размещаю на постой свою армию в городе и окрестностях, а завтра жду вас всех с финансовыми отчётами.
Чигаро повернулся к громиле:
- Бэй, поставь в ратуше охрану, чтобы никто не утащил документы или ещё чего-нибудь!
- Будет сделано, Капитан!
- Мы сейчас во Дворец, когда здесь закончишь, приходи туда.
- Слушаюсь, Господин Капитан!
Граф Джильего пешком проследовал до Дворца, который находился прямо напротив ратуши. Стража быстро открыла ворота во внутренний двор и отдала честь Капитану.
В Зале Советов было хорошо натоплено и потому тепло, хотя тепло было ещё потому, что и зал то сам был маленьким, скорей комната. Чигаро, Тимарино, Командир Лагеря Льинаро, Командир Пехоты Нуи, развалились за столом и пили вино. Вошёл Бэй и снова отрапортовал:
- Ваш приказ выполнен, Господин Капитан!
- Давай за стол, Бэй. Вина себе наливай. Ты, с сегодняшнего дня, Командир Гарнизона Пинекьи, временной столицы Графства Джильего.
Новый Командир плюхнулся за стол, налил из кувшина вина в кубок и произнёс тост:
- За Господина Графа!
Все выпили. Чигаро спросил:
- Скажи, Бэй, сколько здесь сейчас Весёлых домов?
- Три, Капитан. Самый лучший для местных господ, остальные попроще.
- Ну тогда из самого лучшего тащи всех женщин сюда, да скажи им, что они внакладе не будут. Льинаро сегодня выдаст мелкого серебра всей армии, пусть сразу идут в остальные Весёлые дома, чтобы не приставали к горожанкам и уж тем более супругам местных нобилей. Это теперь наш город, мы здесь собираем налоги и ведём себя прилично. Играть пусть тоже идут в Весёлые дома.
- Будет сделано, Капитан!
- И предупреди всех, кто попробует грабить местных, повешу. Это мои деньги.
Чуть позже, местные слуги подали обед в Большом Зале Дворца. Обед плавно перетёк в ужин, к которому вскоре присоединились дамы из Весёлого дома. Бэй был прав, женщины оказались не просто очень ничего, а очень даже вполне соответствующими взыскательному вкусу Господина Графа. Впрочем, ничего удивительного не было, в Пинекье пересекались несколько важных торговых путей, а господа богатые купцы тоже любят красивых женщин. Так что вечер прошёл весело. Ночь тоже получилась просто отличной, Чигаро выбрал себе двух красивых сестёр и чувствовал себя почти Императором. У него тоже теперь две сестры фаворитки.
На следующий день, в ратуше, двое помощников Командира Лагеря проверяли все бухгалтерские книги Городского Совета. Господа нобили потели, кряхтели, краснели, но давали безупречные отчёты. Льинаро доложил Господину Графу, что господа управляющие решили не юлить и играют честно. К концу дня Чигаро пригласил нобилей во Дворец. В Зале Советов, за столом, хватило места всем. Господин Граф начал свою речь:
- Господа, меня полностью устроил ваш отчёт о проделанной работе. Я понимаю, что все доходы вы уже успели выслать в Туманный город, я так же понимаю, что постой моей армии ложится серьёзной нагрузкой на горожан. Значит эту проблему нам предстоит решать вместе, но таким образом, чтобы никто не чувствовал себя проигравшим. У меня к вам будет следующее предложение, в Графском Дворце достаточно большое количество дорогого имущества, которое я готов выставить на торги. Но это имущество должно быть оценено и куплено по его реальной цене, а не на скорую руку по дешёвке. Право первой покупки я предоставляю вам, но всё, что вы не захотите купить по реальной стоимости, я по этой реальной стоимости всё равно продам, Пьефи Чимарди готов выкупить всё, что есть в этом Дворце.
Нобили некоторое время молчали, задумавшись. А этот парень явно понимает толк в ведении дел! Вдруг раздался голос одного из господ управляющих городом, дорого, но неброско одетого темноволосого человека:
- Господин Граф готов продать и книги из библиотеки?
Чигаро с интересом взглянул на задавшего вопрос:
- А Вы желаете что-то купить из книг? Кстати, как Ваше почтенное имя?
- Меня зовут Кьерио, Симани Кьерио, Господин Граф. Я бы хотел купить сборник стихов Микелоцо, если Господин Граф согласится продать мне эту книгу.
Чигаро взглянул на говорившего с ещё большим интересом и в его взгляде читалось некоторое уважение:
- Нет, господин Кьерио, книги я продавать не буду, это единственное, что я хочу оставить у себя. Но скоро, при моём Дворе будут проводиться чтения этих книг и если желаете, я приглашаю Вас и всех присутствующих, вместе с их почтенными семействами на эти чтения. Но мы отвлеклись от главного. Сейчас, мои помощники будут называть предметы, приготовленные к продаже и их начальную цену. Желающие приобрести громко заявят о своём желании и их имена будут записаны вместе с самим предметом и его ценой. Если кто-то захочет перебить цену, то будет торг.
Нобили переглянулись, а в это время один из помощников Льинаро, в углу, за столиком, начал зачитывать название предметов. Господа управляющие городом тут же включились в процесс, все прекрасно понимали, что покупка вещей из Дворца, это в любом случае выгодная сделка, способная сильно поднять престиж каждой из семей. И всё это будет со временем только дорожать. По каждому объявленному предмету сразу же развернулся очень бурный торг, за которым Господин Граф наблюдал с довольной улыбкой. Процесс затянулся несколько дольше, чем рассчитывал Чигаро, но оно того стоило. Когда нобили разошлись, помощник Льинаро подвёл итоговую цифру и показал Господину Графу. Цифра вызвала удивление, сильно поднимавшее настроение, такой результат весьма превзошёл ожидания. Барон Тимарино, цедивший мускат маленькими глотками иронично хмыкнул:
- Может и дальше будем захватывать всякие дворцы и продавать с торгов барахло из них? Уж больное выгодное дело получается, выгодней, чем за пленных выкуп брать.
Чигаро взглянул не менее иронично:
- Это хорошее предложение, но такие дворцы быстро закончатся, их не так много. Чибалья долго собирали здесь всё это барахло, так что мы просто вовремя сюда пришли. Было бы у Чибалья время, они бы это барахло утащили.
Тимарино продолжил:
- Слушай, Чигаро, мой разъезд тут в одной деревне на театр наткнулся, какой-то совсем захудалый, но играют здорово и пантомимы и пьесы. Я проверил. Может пристроим у себя?
- Театр? А вот это нам очень кстати! Тащи их во дворец, это то, что нам нужно. Нам необходимо устраивать праздники и при Дворе и карнавалы, для народа! Так люди спокойней будут воспринимать присутствие армии. У актёров будет много работы. Нам бы ещё циркачей, акробатов и фокусников где-нибудь раздобыть.
- А мы в этом городе надолго застряли?
- До конца зимы. Армия должна отдохнуть, она утомлена быстрыми маршами, бойцы должны отъесться и повеселиться. И потом, необходимо, чтобы Эрколе и Берципьяги собрали армию, которую мы разобьём в поле.
- А Тьярчини?
- У него тоже самое, что и у нас, ему надо дать отдых армии и решить вопрос с кавалерией, а это сейчас не быстро.
- Думаешь у них будет кавалерия?
- Будет. В крайнем случае дворянское ополчение наймут.
- А Эрколе и Берципьяги долго армию собирать будут?
- Раньше конца зимы вряд ли управятся. Им придётся сбор ополчения созывать и в Фьерческо и в Берципьяги и в Джильего. Но в Джильего это будет очень долго, там желающих с нами сражаться практически нет. Впрочем так же, как и в Чибалья. Так что, выставят они против нас ополчения Фьерческо и Берципьяги.
- Мы их разобьём?
- Мы их разобьём. У Фьерческо есть пушки, но почти нет пороха.
- А если они Гьярди подтянут?
- Хотели бы подтянуть, уже подтянули бы. Но Эрколе на это согласится только после того, как мы разобьём его и Берципьяги. Уж очень он зол на Капитана Энериго.
В Туманном городе, с утра, чувствовался лёгкий, но вполне бодрящий морозец, не тот, что пробирает до костей, а тот, что заставляет ускорять шаг. Но в Зале Совета в цитадели холод не чувствовался, а может присутствующие были просто хорошо и тепло одеты. А Эрколе Фьерческо наверное было бы жарко даже будь он совсем голый, Господин Герцог носился по залу, как сумасшедший конь, Виджо Монтнбьяцо наблюдал за этим забегом с любопытством, Их Величества с иронией, Тьро Риаци как всегда с непроницаемым выражением лица. Интересней всех было Господину Канцлеру, при возможности он бы точно сделал ставку на выносливость Эрколе, но в данный момент, это наверное всё же было бы бестактно. Виджо успел выхлебать целый кубок муската, прежде чем силы покинули Герцога Фьерческо и он наконец соизволил плюхнуться за стол. Господин Канцлер любезно придвинул кувшин с вином поближе к Эрколе, тот себе налил в рядом стоящий кубок и осушил залпом, грозно вращая глазами. Все ждали, когда Господин Герцог соизволит выразить собственное мнение. Наконец, Господин Герцог соизволил:
- Вы все, вы все радуетесь тому, что произошло!
Виджо поморщился, Герцог продолжил:
Как вы могли это допустить! И Вы, Господин Секретарь Канцлера, всегда такой умный и рассудительный!
Тут уже показала свои зубки Её Величество:
- Дорогой Господин Герцог, мы все помним, как Господин Секретарь настоятельно просил Вас созвать ополчение Фьерческо и Берципьяги и передать его под командование Гьярди Энериго. И мы все помним, как Вы закричали тогда, что Господин Секретарь собирается Вас разорить. Да, никто не ожидал такого идиотизма от Микенаци, но Господин Секретарь предлагал Вам от него подстраховаться.
Эрколе на некоторое время застыл, уставившись в одну точку, но потом снова поделился мыслью с окружающими:
- Это всё Чибалья! Он предал меня! Я его на куски разрублю!
Господин Секретарь Канцлера, в ответ на эту угрозу в пустоту, холодно заметил:
- Господин Граф Чибалья уже длительное время находится в состоянии перманентного опьянения и не контролирует ситуацию. Он не при чём. Пинекью сдал бастарду бывший командир городской стражи, какой-то родственник Сантири.
Господин Герцог прищурил глаза:
- Так вот кто предатель! Мерзавца схватили?
- Какого? Сантири или родственника?
- Обоих.
- Оба сбежали. Но полагаю далеко не убегут.
- Я поймаю их сам! И сам убью обоих!
- Конечно, Господин Герцог, конечно. Но для этого придётся поторопиться, очень сильно поторопиться. Сейчас образовалась огромная очередь из желающих задать вопросы Сантири. Этот придурок обманул половину Туманного города. Скорей всего это именно он договорился с Чигаро, чтобы сдать Пинекью.
- Надо обязательно найти этих мерзавцев!
- Конечно, Господин Герцог, приложим все усилия. Но сейчас для нас главным вопросом является что делать дальше.
- Я объявил сбор ополчения Фьерческо, Берципьяги и Джильего. Надо, чтобы Чибалья тоже объявил сбор ополчения.
- Не сомневайтесь, Господин Герцог, Граф Чибалья всенепременно объявит сбор ополчения, если не сам, то передаст для этого полномочия своему племяннику. Кто возглавит армию?
Герцог зло посмотрел на Тьеро:
- Не Гьярди Энериго, об этом даже не мечтайте. Армию возглавит мой сын.
- Как будет угодно Господину Герцогу.
Эрколе ещё раз оглядел всех присутствующих из под грозно насупленных бровей и попрощавшись, удалился быстрыми шагами. Виджо усмехнулся:
- Наш Дорогой Друг сам загнал себя в угол. Ну ничего, это бывает. А теперь к нашим делам. Рассказывай.
- Канцлер Императора собирается замирить Торговый союз, тоже самое хочет сделать и Северный союз. Наёмников не хватает. Селёдочную войну решили прикрыть, хотя бы на время.
- Ну и что нам с того?
- Часть освободившихся армий Канцлер Императора хочет передать Барчини, для захвата Римартани и Чимацы.
Вот теперь уже нахмурился Виджо:
- Это серьёзная проблема, Что предлагаешь?
- Для того, чтобы блокировать горные дороги на Римартани, нам нужен город Пинеста и замок Биго.
- Они чьи?
- Ариани Кичираниа.
Виджо нахмурился ещё сильней:
- Он мне не продаст.
- Зато готов продать Благородной Госпоже Алессии Ниаре. Если Вы конечно сможете уговорить Их Величества сделать её баронессой Биго.
- Ему это зачем?
- За Пинесту Благородная Госпожа Алессия Ниара, точней Баронесса Алессия Ниара, принесёт вассальную присягу самому Ариани Кичираниа.
- Этот шут балаганный всерьёз решил, что его после этого королём признают?
- Пинеста и Биго нам необходимы.
- Ладно, будь по твоему.
Виджо вдруг криво улыбнулся:
- Ты меня на Алессии женить что ли решил? Госпожа Баронесса! Недостаточно ей быть официальной фавориткой? Хочет стать Госпожой Герцогиней, Супругой Канцлера? Да, говорил же я, Алессии трудно отказать. Что скажешь Инесса?
- С каких это пор, дорогой дядя, Вас интересует моё мнение? Впрочем я конечно же согласна. Алессия Ниара достойная девушка и станет прекрасной Госпожой Баронессой. Его Величество тоже согласен.
Его Величество кивнул головой. Виджо вздохнул и задал главный вопрос:
- Денег на всё это баронство надеюсь нам хватит?
- Мы покроем эти расходы из доходов Чимацы.
- Ну хоть этим порадовал. Ладно, пора заканчивать говорильню и идти делом заниматься.
Когда Инесса с Виджо, в коридоре завернули за угол, Его Величество придержал Тьеро за локоть:
- Скажите, Господин Советник, а склады Сантири можно было бы выкупить? Ну если он все равно сбежал.
- Разумеется Ваше Величество. Вам стоит лишь приказать.
- Господин Советник, я буду Вам очень обязан, если Вы решите для меня этот вопрос. Её Величество очень хотела снарядить ещё несколько кораблей в Ганми, она будет очень рада, если склады дадут нам такую возможность.
- Ваше Величество, эти склады принадлежат не самому Сантири, а Графу Чибалья. Господин Граф конечно же не откажет.
- Спасибо, Господин Советник.
- Всегда к услугам Вашего Величества.
В большой комнате достаточно роскошного особняка Микелоцо перечитывал только что написанные стихи:
В этом городе днём лица темны, В них лишь золото будит свет, О монетах своих видят яркие сны, И других желаний здесь нет.
В подворотнях грязных, ночной порой, Всадят в спину ржавый кинжал, За поношенный плащ, за медяк простой, Тут любой бы глотку порвал.
Здесь легко и просто каждый предаст, Хоть в лачуге, хоть во дворце, И Принцесса твоя за деньги продаст, За бриллиант в роскошном ларце.
Но Отвагу и Доблесть им не купить, Тем, кто дыма войны не знали, Богачей, как они, легко победить, Ведь их золото мягче стали.
Когда воины в латах в город войдут, Показав, кто тут всех сильней, На колени падут и всю власть отдадут, И ключи от города к ней.
И будут всласть, власть и покой, Музыкой горних сфер, Пока не бросит вызов другой, Такой как и ты - Кондотьер.
Ах как было бы здорово, если бы эту песню спела Алессия!
Спасибо за чтение
Вернуться к книге