Крылья феи

Глава 1

**Пик-пик-пик-пик! **

Рука зашарила по кровати, пытаясь отыскать телефон и выключить будильник.

— Айщ! Да где он?!

Пришлось оторвать голову от подушки и разлепить глаза. Телефон оказался совсем рядом, лежал на подлокотнике дивана и мелко вибрировал в такт пиканью.

Хёнмин выключил будильник и посмотрел на время. 07:01.

— Чёрт, — жалобно протянул парень. Желание тащиться в универ до сих пор спало и просыпаться не планировало.

Хёнмин соскрёб себя с кровати, впихнул ноги в потрёпанные тапочки и прошёл в ванную. Засунув в рот зубную щётку, парень взглянул на себя в зеркало.

«И когда оно только пачкаться успевает?» — подумал он, разглядывая мелкие белые точки на стекле.

Хёнмин натянул рукав пижамы и попытался привести зеркало в более приличный вид, но лишь сильнее размазал пятна засохшей зубной пасты.

«К чёрту!» — решил он, недовольно поджав губы.

Когда Хёнмин закончил со всеми утренними процедурами, на часах уже светилось 07:15. Ещё две минуты заняли размышления, успеет ли он забежать в кофейню. В итоге парень вылетел из квартиры с надеждой не опоздать на автобус.

На первую пару он всё-таки не успел: автобус попал в небольшую аварию, и остаток пути пришлось преодолевать пешком. «Какао» разрывался от сообщений Юнджи. Подруга строчила, заваливая вопросами о том, куда он пропал, и заканчивая просьбой купить ей холодный американо.

До начала второй пары оставалось ещё полчаса, когда Хёнмин зашёл в небольшую университетскую кофейню. Девушка за стойкой, ещё не успевшая устать в начале рабочего дня, приветливо улыбнулась. Хёнмин сделал заказ и остался ждать у стойки. Телефон снова звякнул.

«Где мой кофе?» — пыхтела через сообщения Юнджи. Переписку захлестнула волна недовольных смайликов.

«Курьер ожидает заказ. Прошу проявить терпение».

«Отвратительная служба доставки. Я поставлю вам 2».

«Боюсь, в таком случае курьеру придётся самому выпить этот холодный американо».

«…»

«Хорошо. Я подожду ещё немного».

Хёнмин ухмыльнулся и покачал головой. Хоть Юнджи и была его нуной, но иногда вела себя совсем как маленькая.

Бариста отдала парню заказ, заигрывающе улыбаясь и как бы невзначай касаясь его пальцев. Хёнмин сделал вид, что не заметил. Хоть сейчас его сердце и было открыто, впускать в него кого-то он не горел желанием.

На улице было свежо и пахло краской: недавно обновляли университетский забор.

Хёнмин заспешил в аудиторию, радуясь тому, что опоздал на первую пару. Не пришлось пропускать такое красивое утро на лекции профессора Го по истории мировой литературы.

Началась перемена, и половина студентов вывалилась на улицу, подальше от душных аудиторий.

— Минмин! — звонкий голос Юнджи добрался до парня сквозь шелест листвы, шум дороги и разговоры других студентов. — Давай сюда!

Девушка махала Хёнмину, сидя за небольшим столиком в тени вишни. Парень поставил кофе перед Юнджи и, улыбнувшись, сказал:

— Ваш заказ, госпожа, холодный американо одна штука. Прошу оцените качество товара и доставки.

Юнджи вздёрнула нос, сделала самое важное и высокомерное лицо, которое только могла, с напускным изяществом взяла бумажный стаканчик и с видом истинного кофейного гурмана сделала глоток.

— Ну что ж, кофе вполне неплох, ставлю четыре из пяти, а вот доставка не оправдала ожиданий, выше двух поставить не смогу.

— Правда? — протянул Хёнмин. — Тогда придётся дать курьеру компенсацию за потраченные время и деньги.

Парень ловко своровал стаканчик и поднёс к губам.

— Нет! Пять! Пять звёзд из пяти! Пять из шести! Прекрасная, замечательная доставка! Верни мне мой кофе.

Юнджи потянулась через стол к своему сокровищу. Хёнмин улыбнулся и вернул подруге кофе. Сел напротив. Снял крышку со стаканчика и оставил остужаться свой зелёный чай с мёдом.

Хёнмин откинулся на спинку стула и внимательно слушал пересказ пропущенной лекции от Юнджи. Изредка он поглядывал на свой стакан, проверяя, не упало ли в него какое-нибудь насекомое.

В светло-зелёном чае отражалось лицо Юнджи. Круглое, курносое, с большими раскосыми глазами. Неожиданно, в момент, когда Юнджи повернулась, чтобы помахать знакомым, её отражение осталось на месте. Хёнмин моргнул. Посмотрел на Юнджи, затем снова на чай. Лицо девушки из отражения смотрело прямо на парня. Губы её растянулись в игривой, но зловещей улыбке. Отражение подмигнуло. Хёнмин потёр глаза. Отражение снова стало нормальным.

— Эй, Минмин! Всё в порядке? Ты чего завис?

Хёнмин перевёл взгляд на Юнджи и покачал головой.

— Всё нормально, — успокоил он подругу.

«Видимо, недосып сказывается», — решил парень и продолжил слушать восхищение Юнджи новым альбомом её любимой группы.

***

Во влажном после дождя, душноватом воздухе сильно пахло вишней. Нежный, слегка приторный аромат смешался с запахом мокрого асфальта и сладкой бобовой пасты. Юнджи ела пунопанн аккуратно, но как-то жадно, стараясь не проронить ни крошки, будто кто-то мог отобрать у неё эту булочку.

Солнце уже клонилось к закату, окрашивало стены домов золотой поталью. Хёнмин провожал Юнджи с вечерних занятий. Она вбила себе в голову, что ни один уважающий себя литературовед не имеет права считаться специалистом без понимания философии английской классики. Потому взяла несколько дополнительных лекций у самого строгого и ворчливого преподавателя в универе. Теперь заедала стресс.

— Ай-щ-щ! Какой он бесячий! — проворчала девушка с полными щеками. — Ну разве можно давать такое задание тому, кто первый раз пришёл на занятие! Или он думает, что я и так всё знаю? И зачем в таком случае мне вообще к нему ходить?

Юнджи пыхтела недовольством. Она целиком запихнула в рот хвостик от пунопанна. Хёнмин подавил в себе смешок: подруга стала похожа на разозлённого хомяка.

— И правда, — сказал он, — мог бы и не загружать так сильно на первой встрече.

Как бы сильно не хотелось Хёнмину подколоть нуну, но он прекрасно знал, что в таком состоянии лучше просто с ней согласиться.

Самому парню тоже не сильно повезло сегодня: профессор Го заставил его полностью пересказывать пропущенную лекцию. Утешало Хёнмина лишь то, что оставшимися парами были его любимые лекции по корейской мифологии у профессора Чхве.

Мимо проехал курьер на мопеде, оставив за собой шлейф из запахов: жжёной резины, свежей пиццы и слишком сильного одеколона. В носу засвербило. Хёнмин чихнул.

— Фу, — Юнджи карикатурно зажала нос пальцами и скривила лицо. — В наше время ещё кто-то не знает, как правильно пользоваться духами?

Затем, не разжимая пальцев на носу, она посмотрела за плечо Хёнмина. Брови Юнджи резко дёрнулись вверх.

— А это что такое? Не видела этого здесь раньше. Недавно что ли открылся?

Хёнмин обернулся. Они стояли у дверей небольшого, выполненного в традиционном корейском стиле, магазина. Вывески с названием не было, но по содержимому витрины парень понял, что перед ним либо сувенирная лавка, либо антикварный магазин.

— Давай зайдём? — Юнджи надула губы и округлила глаза.

Она верила, что такое выражение лица делает её безумно милой и Хёнмин просто не сможет ей отказать. Сам же парень считал, что Юнджи становится похожей на рыбу, когда так корчит лицо. А отказать он ей не мог никогда.

Хёнмин пожал плечами. Юнджи радостно воскликнула. От недовольства, что управляло ей несколько минут назад, не осталось и следа.

Магазин поглотил Юнджи с тихим скрипом дверных петель. Хёнмин зашёл следом. В нос тут же забрался пыльный запах старых книг, подгнивающего дерева, тяжёлых, душных благовоний и почему-то кимчи. Последнее ощущалось особенно сильно. На Хёнмина накатила волна ностальгии, захотелось домой, к матери и её стряпне.

Юнджи ходила от одной полки к другой, от ближайшего шкафа к дальнему. В её глазах искрился интерес. Хёнмин тоже огляделся. Магазин был странным. В нём сочетались современный интерьер и традиционная корейская мебель. Всё, даже пол, было заставлено, занавешено или просто украшено. Хёнмин бродил по большому помещению, внимательно оглядывая статуэтки, вазы, книги, приправы и амулеты.

— Что-то приглянулось? — раздался вежливый женский голос.

Девушка в нежно-розовом ханбоке стояла за стойкой. Такая маленькая, совершенно незаметная в окружении разнообразных товаров.

— Здравствуйте, — Хёнмин вежливо поклонился. — Мы просто зашли посмотреть.

— Правда? — девушка улыбнулась так, будто знала какой-то секрет. — Тогда прошу, осматривайтесь, в этом магазине можно найти много интересного.

Хёнмину стало не по себе. Взгляд девушки, внимательный, цепкий, казалось, видел всё его нутро. Натянув на губы улыбку, Хёнмин снова начал осматривать полки.

В свободном месте на стене был прикреплён ряд крючков, на каждом из которых висели разноцветные норигэ. От самых простеньких и однотонных до разноцветных и сложно выполненных. Хёнмин зацепился взглядом за один из таких.

Основой служила красная нить, нефритовый кружок по центру, ниже узел в виде цветка и наконец разноцветные кисточки. Амулет был самым обычный, такие сейчас можно купить на каждом шагу, но что-то в нём манило, тянуло к себе и казалось родным. Хёнмин снял норигэ с крючка, ноги сами повели его к кассе.

— Вижу, вас уже выбрали, — сказала девушка в ханбоке, продолжая таинственно улыбаться.

— Что? — Хёнмин, с головой окунувшийся в размышления, вынырнул и поднял на девушку глаза.

— Говорю, вы выбрали? Оплата картой? — Девушка протянула руку, чтобы пикнуть штрихкод.

— А, да, да, — заторможено закивал Хёнмин.

— Это всё? — спросила девушка, и на мгновение Хёнмину показалось, что её глаза изменили цвет.

— Да. Да, это всё.

— Спасибо за покупку. Пусть этот амулет защитит вас от всех невзгод, — приторно улыбнулась она и протянула норигэ обратно парню.

— Эм, да, спасибо.

Хёнмин забрал амулет и тут же повесил его на сумку. Погладил цветные кисточки и вдруг ощутил на пальцах приятное тепло. Оно покалыванием прошлось по ладони, через предплечье и плечо, пощекотало шею и вспыхнуло в висках. Хёнмин отдернул руку.

На плечи легло странное, но почему-то такое знакомое чувство.

***

Хёнмин кинул сумку около двери, стянул кроссовки и аккуратно убрал на стойку. Был бы он дома — оставил бы их валяться, но в гостях его приучили вести себя прилично. Юнджи уговорила остаться на ночь.

— Завтра выходной, — сказала она. — Подработка у тебя только вечером. Соглашайся! Будем всю ночь смотреть дорамы.

Это было не самым привлекательным предложением, к дорамам Хёнмин был абсолютно равнодушен. Но он знал, что в холодильнике Юнджи всегда припасена баночка-другая его любимого пива. А если покопаться, то можно найти и кимчи её бабушки, за которое Хёнмин был готов продать душу.

— В душ пойдёшь? — Юнджи выглянула из комнаты.

— Мне переодеться будет не во что, — ответил парень, заглядывая в холодильник.

— Я тебе пижаму купила, — донеслось из спальни.

— И когда только успела? — спросил сам себя Хёнмин, а затем уже громче: — Откуда ты мой размер знаешь?

— Я всё про тебя знаю, — в голосе Юнджи послышалась улыбка.

— Звучит угрожающе, — пробубнил себе под нос Хёнмин и захлопнул холодильник.

Помывшись и переодевшись в розовую пижаму, усыпанную изображениями плюшевых мишек, Хёнмин растянулся на кровати и стал ждать, зависнув в телефоне. Мысли то и дело возвращались к антикварному магазинчику и купленному норигэ. Даже пестрящей постами ленте социальной сети не удавалось эти мысли заглушить.

Шум воды из ванной комнаты затих. Хёнмин поднялся, прошлепал в коридор, снял норигэ с сумки и снова вернулся в кровать.

— Я думала, такие носят только девушки. — Юнджи зашла в комнату, просушивая волосы полотенцем.

— Это же амулет, как у него может быть привязка к полу? Ты что, купила нам парные пижамы?

— Я хотела купить только себе, но мужская шла в подарок, — Юнджи вытянулась поперёк кровати и закинула ноги Хёнмину на живот.

— Эй! Я тебе подушка что ли?

— Неа, для подушки ты слишком костлявый. А вот как подставка для ног сгодишься.

Хёнмин в отместку пощекотал ей пятки. Юнджи расхохоталась, дёрнулась и чуть не свалилась с кровати.

Дораму они смотрели в тишине. Какая-то запутанная история с перерождениями, тайнами прошлого и мистикой. Хёнмин следил за сюжетом одним глазом. Внимание постоянно смещалось на норигэ, что лежало на прикроватной тумбочке. Парень снова взял его в руки и тщательно оглядел со всех сторон. Он не заметил, как Юнджи скосила в его сторону взгляд, глянула на амулет и хмыкнула.

— Интересно, да? — произнёс мужской голос. — Интересно ведь узнать, что в нём такого особенного и почему тебя к нему так тянет.

Хёнмин вскинул голову и непонимающе огляделся. Оказалось, что это говорил актёр из дорамы. Нить сюжета парень уже потерял, но с героем согласился.

Внезапно он почувствовал то же тепло, что после покупки. Знакомое покалывание заскользило змейкой по венам и стукнуло в виски. Перед глазами, с вяжущим ощущением сна, промелькнули картинки: маленькая деревня эпохи Чосон; красивая женщина в ханбоке, гуляющая по рынку; она же в лесу, плетёт тот самый норигэ; теперь рядом появился мужчина, он о чём-то пылко говорит женщине, но по её лицу видно, как ей неприятен разговор; последнее видение — женщина, уже старушка, передаёт взрослой дочери амулет и грустно улыбается.

— Ты же видел это, да? Видел? И что думаешь об этом? Странно, тебе не кажется? — уже знакомый мужской голос прервал калейдоскоп видений.

Кадры в дораме сменяли друг друга. Хёнмин, уже забывший, о чём она, пытался осознать увиденное.

«Более чем странно, — согласился парень с актёром. — Мне показалось? Или это было реально? Может, я просто уснул?»

Предположения толкались в голове Хёнмина, пытаясь занять главенствующее место на пьедестале разгадки.

Парень посмотрел на Юнджи. Подруга хрустела остатками чипсов, внимательно глядя на экран. Почувствовав на себе взгляд, она спросила:

— Чего? — И засунула чипсину в рот.

— Я не засыпал? — поинтересовался Хёнмин. — Кажется, мне что-то приснилось.

Юнджи глянула парня, затем на норигэ в его руке. Нефритовое колечко излучало слабое, незаметное человеческому глазу, свечение.

Юнджи хитро дёрнула уголком губ.

— Не-а, — протянула она. — Не показалось.

— Что значит не показалось? — Хёнмин нахмурился.

Норигэ в ладони медленно остывало, но продолжало покалывать пальцы.

— То и значит, — пожала плечами Юнджи. — Амулет показал тебе прошлое. Значит, решил, что ты уже готов.

— Готов к чему? — Недоумение Хёнмина возрастало с каждой секундой. — Ты шутишь надо мной? Это какой-то розыгрыш?

Он был готов встать и уйти домой посреди ночи, если бы девушка призналась, что и магазин, и амулет, и эти странные видения — один большой розыгрыш. Уж что-что, а это терпеть Хёнмин не мог.

— Никакой это не розыгрыш, — Юнджи потрясла упаковку чипсов, проверяя, что внутри ничего не осталось. Затем сложила её и выбросила в настольный контейнер для мусора. — Просто пришло время узнать тебе правду.

— Какую ещё правду?! — Хёнмин начал злиться. — Перестань говорить фразами из дешёвых дорам! Объясни всё по-нормальному.

— Хорошо, — кивнула девушка. — Но для этого придётся тебе кое-что показать, иначе ты просто не поверишь.

Она перекинула через парня ногу и села ему на бёдра.

— Э! Ты чего творишь?

— Ой, первый раз как будто. Сиди смирно, не дёргайся.

— О чём ты?

Юнджи ухватилась за кисточку норигэ и наклонилась к Хёнмину, явно намереваясь его поцеловать. Парень зажмурился и попытался отстраниться, но спинка кровати помешала это сделать. Мягкие губы Юнджи коснулись лба. Хёнмин, ожидавший совсем иного, открыл глаза.

Первое, что он увидел — оживлённую улицу, будто кадр из исторической дорамы. Маленькие домики с изогнутыми крышами, мощённая неровным камнем дорога, люди в традиционной одежде.

В нос ударил запах земли, дерева и цветущей вишни. Яркое солнце слепило глаза. До ушей долетали обрывки фраз на родном корейском, но отчего-то кажущиеся непривычными, незнакомыми.

— Что происходит? — прошептал себе под нос Хёнмин.

— Мы переместились в прошлое, — спокойно, будто это само собой разумеющееся, ответила Юнджи.

Она стояла рядом, одетая в розовый ханбок. Такой же, как у продавщицы в антикварном магазине.

— В прошлое? — выкрикнул Хёнмин и тут же осмотрел себя.

Пижама сменилась серыми чогори и паджи, домашние тапочки — митхури.

— Ты что-то добавила в пиво, да? — пытался логично объяснить происходящее Хёнмин.

Юнджи обиженно надула губы.

— Ничего такого я не делала. Просто помогла амулету исполнить своё предназначение.

— Ты хоть себя слышишь? — округлил глаза Хёнмин. — Говоришь какую-то чушь!

Юнджи вздохнула.

— Давай пройдёмся, и я всё тебе объясню.

Она развернулась и пошла по улице, лавируя между людьми. Хёнмину ничего не оставалось, кроме как последовать за ней.

— Ты веришь в фей? — спросила девушка.

— Фей? Ты про тех, которые считаются проводниками в мир духов, живут в горах и приходят людям на помощь? Нет, не верю. Это всего лишь легенды.

— Жаль, — сказала Юнджи. — Потому что одна из таких фей прямо перед тобой.

— Что?!

Все слова вылетели у Хёнмина из головы.

«Она сошла с ума, — решил парень, смотря на подругу как на невменяемую. — Несёт какой-то бред. А я этот бред слушаю! Может, это я сошёл с ума? Нет, нет-нет-нет, она точно что-то подмешала в пиво. Другого объяснения просто нет. Это всё сон. Точно!»

Хёнмин ущипнул тыльную сторону руки и тут же потёр покрасневшее место. Было больно. Он не спал.

— Это не сон, и я ничего тебе не подмешивала, — словно прочитав его мысли, ответила Юнджи. — Мы правда в прошлом. И я правда фея. А ты тот, кто может мне помочь.

— И чем же я могу помочь фее? — спросил он неуверенно. Собственные слова звучали как бред.

Юнджи чуть заметно улыбнулась. Напряжение начало сползать с её лица.

— Это долгая история. Ты же видел то, что показал тебе амулет? Это были воспоминания моей бабушки.

— Бабушки? Но ведь… Я уверен, что все видения происходили в эпоху Корё, не позже. Сколько же тогда тебе лет?

— Много, — ответила Юнджи, хитро улыбаясь. — Как и всем феям. Ты же знаешь легенду о фее и дровосеке?

— Да кто ж её не знает.

— С моей бабушкой произошло то же самое, — улыбка на лице Юнджи слегка дрогнула. — Только вот, в отличие от легенды, всё не закончилось так же хорошо. Мой дедушка был обычным человеком и привязал бабушку к себе силой. Он не просто спрятал её одежду, он украл её крылья. А фея без крыльев — всё равно что бабочка, приколотая к доске.

— И причём здесь я? — спросил Хёнмин.

Юнджи подняла на него взгляд, полный мольбы.

— После смерти мужа бабушка так и не смогла найти свои крылья и вернуться на небо. Её тело и душа остались навеки прикованными к земле. Тогда она сделала для моей мамы этот норигэ. — Юнджи указала на амулет, что Хёнмин до сих пор держал в руках. — Он должен был помочь маме найти того, кто сможет отыскать пропавшие крылья. Большую часть жизни мама посвятила поискам такого человека. Затем этот жребий перешёл мне. Я правда не думала, что смогу найти кого-то, у кого получилось бы мне помочь. И уж тем более не думала, что этим кем-то окажешься ты.

— Но почему именно я?

— Потому что в тебе течёт кровь хэчи.

— Хэчи? Ты о божестве справедливости? Говоришь, что он мой предок? Чушь какая-то! Как подобное существо может быть предком человека?

— Ну извини, что не знаю всех подробностей! — всплеснула руками Юнджи.

Несколько человек обернулись на неё, какая-то женщина неодобрительно покачала головой. Только в этот момент Хёнмин вспомнил, что они стояли посреди оживлённой улицы деревни эпохи Корё.

Голова разболелась от количества информации и абсолютного непонимания происходящего.

— Постой, — сказал он, ухватив Юнджи за руку, — давай найдём более тихое место, и там ты мне всё расскажешь.

Девушка кивнула, перехватила руку парня и повела за собой, уводя с улицы в переулки между домами.

Юнджи усадила Хёнмина на ступеньки старого заброшенного дома и села рядом. Улица была безлюдной, и слышно было лишь пение птиц и стрёкот цикад в кустах.

— Так, — Хёнмин упёрся локтями в бёдра и уронил голову в ладони, — а теперь объясни мне всё по порядку. Где мы находимся?

— Это родина моей мамы — небольшая деревня недалеко от Сондо. Где-то тысяча трёхсотые годы.

Хёнмин в ужасе округлил глаза.

— Значит, мы переместились в прошлое?

— Ну-у, — Юнджи склонила голову к плечу и задумчиво увела взгляд в сторону, — это не совсем прошлое. Скорее проекция прошлого, сохранённая в норигэ.

— И что это значит? Мы сможем вернуться домой? — полным надежды голосом спросил Хёнмин.

— Конечно! После того, как будут выполнены все условия, — просто ответила Юнджи.

Парень почувствовал, как начали трястись руки.

— Условия? Какие ещё условия?

— Ты уже забыл, что бабушка создала амулет, чтобы отыскать того, кто сможет найти её крылья? Это главное условие для того, чтобы вернуться в своё время.

— Постой, — Хёнмин покачал головой, — я думал, это ты переместила нас в прошлое.

— А, нет, — Юнджи махнула рукой. — Я была лишь посредником, что-то наподобие батарейки. Передала норигэ часть своей силы, чтобы он смог заработать.

Хёнмин опешил, а затем спросил неуверенно:

— Но поцелуй… Зачем ты тогда меня поцеловала?

Юнджи смутилась, глаза её смешно округлились.

— Э-эм, на счёт этого… — промямлила она, почёсывая ногтем раскрасневшуюся щёку. — Ну-у. Я просто решила так тебя отвлечь! А то, знаешь, все эти перемещения в прошлое — не самое приятное занятие.

— Не знаю, — хмуро ответил Хёнмин. — До сегодняшнего дня ни разу не приходилось подобным заниматься.

— Хах!

Юнджи неловко улыбнулась и стыдливо спрятала взгляд.

— Ладно… — вздохнул Хёнмин. — Давай подытожим. Если отбросить последние ростки здравого смысла и поверить твоим словам, то выходит, что твоя бабушка, фея, создала волшебный норигэ, который может перемещать в прошлое. В этом прошлом я должен найти крылья и вернуть ей… И должен сделать это именно я, потому в моих венах течёт кровь хэчи? Я всё правильно понял?

— Верно! — улыбаясь, кивнула Юнджи.

— А если я откажусь?

— Я откажусь от твоего отказа, — весело ответила она.

— Не время цитировать Луффи, не находишь? — раздражённо бросил Хёнмин.

— Прости, — Юнджи виновато поджала губы.

Хёнмин снова тяжело выдохнул.

— Я так понимаю, выбора у меня нет?

Юнджи покачала головой.

— Пока ты не найдёшь крылья, норигэ просто не выпустит тебя обратно.

— И сколько эти поиски могут занять?! — вспылил Хёнмин. — Месяц? Год? Всё это время я должен торчать здесь? А как же учёба? Родители? Вся моя жизнь?

— Успокойся, — недовольно нахмурилась Юнджи. — Даже если ты проведёшь здесь год или десять лет, в настоящем не пройдёт и минуты. Можешь считать, что время остановилось. Сколько бы ты здесь ни пробыл, настоящее останется прежним, да и ты не постареешь.

Её слова немного успокоили Хёнмина.

«И как я умудрился в это вляпаться?»

Он снова посмотрел на Юнджи, которая глядела на него глазами, полными мольбы.

— Айщ, — протянул парень, скривив лицо. — Не смотри на меня так! Сама же сказала, что выбора у меня нет. Найду я крылья твоей бабушки, найду!

Юнджи радостно вскрикнула и заключила Хёнмина в объятья.

— А теперь объясни мне, как я должен отыскать крылья твоей бабушки? Может, есть какая-то карта, ну или подсказка, стишок там? — спросил Хёнмин.

Юнджи посмотрела на него, как на ребёнка, задающего глупые вопросы.

— Если бы что-то такое было, не думаю, что мне понадобилась бы твоя помощь, — ответила она.

— Тоже верно, — кивнул Хёнмин. — Тогда давай сначала решим, откуда стоит начать поиски.

Юнджи задумалась.

— Думаю, в первую очередь стоит посетить дом бабушки и дедушки. Они прожили там всю жизнь. Наверняка там можно найти подсказки.

— Тогда веди.

Они уходят из трущоб на небольшую, но чистую и тихую улочку. Людей немного, в основном старики и матери с детьми.

Хёнмин старательно пытается не глазеть на всё вокруг. Последний раз он видел подобное на университетском фестивале. Факультет истории тогда знатно постарался максимально точно передать красоту старинной эпохи.

Дорога, выложенная камнем, сменялась обычным притоптанным песком, красные дома с тёмной изогнутой крышей — простенькими глиняными домишками. Солнечный свет путался в листве деревьев и кустарников и пятнами падал на дорогу, стены домов и людей.

Воздух был влажным, вязким. Дышать им было трудно. Хёнмин утёр пот со лба и посмотрел на трёхцветную кошку, растянувшуюся на земле в тени дерева.

«Бедная, — подумал парень, — ей наверняка тяжело с такой густой шерстью».

Мимо, испуганно кудахтая, пробежала тройка куриц, следом — визжащая детвора.

— А ну быстро прекратили животину пугать, — прикрикнула на них старушка, выглядывая из-за забора. — Лучше бы чем полезным занялись! Айщ, и как их только растят?

Хёнмин хмыкнул. Что в прошлом, что в настоящем — люди одинаковые.

— Долго нам ещё идти?

Юнджи покачала головой.

— Дом бабушки находится чуть в отдалении, ближе к лесу. Скоро уже придём.

Парень и девушка свернули с главной дороги на узкую тропинку. Дома начали редеть. Пахнуло лесом: мхом, влажной листвой и корой. Хёнмин шагнул в лесную прохладу с блаженным вздохом.

— А вот и бабушкин дом, — Юнджи зашагала быстрее к небольшому, слегка покосившемуся домику.

Хёнмин последовал за ней, остановившись на мгновение, когда услышал шорох за спиной. Обернувшись, он внимательно огляделся, но ничего не увидел.

Юнджи толкнула тонкую дверцу. Внутри дома было темно и сухо. Убранство было скудным, но ухоженным. Несмотря на клочки пыли, валявшиеся то тут, то там, помещение не выглядело заброшенным.

— Здесь никто не живёт? — спросил Хёнмин.

— Конечно, а ты рассчитывал увидеть моих бабушку с дедушкой?

— Просто деревня такая оживлённая, — протянул Хёнмин. — Вот я и подумал, что здесь будут люди.

— Люди в деревне лишь часть бабушкиных воспоминаний, а здесь… Время остановилось на самом последнем дне бабушки в этом доме, перед тем как она отдала маме норигэ и ушла, — Юнджи натянуто улыбнулась. — Ты что-нибудь чувствуешь?

Хёнмин прислушался к своим ощущениям. Ничего необычного он не чувствовал. А затем мир вдруг начал терять краски, пока полностью не лишился цвета. Хёнмин недоумённо потёр глаза, но вокруг всё так и осталось чёрно-белым. И лишь полупрозрачная тонкая струйка красного тумана зазмеилась по комнате.

— Ты что-то увидел? — Юнджи заглянула Хёнмину в лицо и тоже осмотрела комнату.

— Какой-то туман, — ответил Хёнмин. — Красный такой.

— Красный?! — взволнованно вскрикнула Юнджи. — Да, это оно! Куда он ведёт?

Хёнмин проследил взглядом за туманом, который клубился в помещении, а затем вился через парня и девушку в сторону улицы. Там он обогнул несколько кустов, оплёл кольцом дерево и спрятался в роще.

Хёнмин уже хотел последовать за туманом, когда чужой внимательный взгляд заставил его остановиться. Из-за дерева на него хитро глазели маленькие чёрные глазки на зелёном вытянутом лице.

— Кто это? — спросил Хёнмин и указал пальцем на существо. Низкорослое, с плотной и морщинистой зелёной кожей и рогами на голове.

Красный туман побледнел и развеялся. Окружение вновь обрело краски.

Юнджи посмотрела в указанную сторону, нахмурилась, а затем как-то устало выдохнула.

— Токкэби, — протянула она.

«Демон озорства? А он что здесь делает?»

Хёнмин неосознанно напрягся. Иметь дело с подругой, которая оказалась феей, ещё куда ни шло, но с совершенно незнакомым мифическим существом гораздо страшнее.

Токкэби, будто услышав его мысли, выпрыгнул из-за дерева и, хихикая, подбежал к Хёнмину.

«Хэчи! Хэчи!» — писклявый, скрипучий голос раздался в голове, пока демон носился вокруг парня.

«Эй! Остановись ты уже!»

Слова, что должны были сорваться с губ, почему-то прозвучали только в мыслях. Хёнмин испуганно коснулся горла, но быстро понял, что это проделки демона. Парень попытался ухватить токкэби за ханбок.

«Глупый хэчи!» — увернувшись, заорало в голове существо.

«Почему это глупый?» — прорычал Хёнмин, чувствуя, как начало растекаться по телу раздражение.

«Без меня не найдёшь!» — захохотал токкэби.

«Постой», — зазвучал третий голос — голос Юнджи. — «Ты знаешь, где находятся крылья бабушки?»

«Зна-аю», — протянул токкэби.

«Где?» — шагнула вперёд Юнджи.

Хёнмин заметил, как сильно она сжала ткань ханбока в кулаках.

«Хм-м?» — демон склонил голову к плечу и снова противно захихикал. — «Тебе не скажу, глупая фея. Глупому хэчи скажу!»

«И что ты за это попросишь?» — насторожилась Юнджи.

Хёнмин её настороженности не понял. Токкэби пусть и вёл себя раздражающе, агрессивным или пугающим не выглядел. Скорее был похож на шкодливого щенка.

«Ничего! Абсолютно ничего!», — запрыгал на месте демон.

«Не думаю, что стоит отказываться от помощи», — обратился к Юнджи Хёнмин.

Девушка тяжело вздохнула и согласно кивнула.

«Верни нам голос», — потребовал Хёнмин у токкэби.

Демон капризно поджал губы, запрыгал с одной ноги на другую, а затем жестом великого мыслителя почесал подбородок. И щёлкнул пальцами.

Ничего не изменилось. По крайней мере, Хёнмин этого не почувствовал.

— Отведи нас к крыльям! — первой выпалила Юнджи.

— Глупая фея! Глупая, глупая! — снова забегал волчком токкэби.

Хёнмин положил ладонь на плечо девушки. Юнджи была вся напряжена, как бегун на старте, готовящийся к забегу.

— Эй, всё хорошо? — спросил парень, хотя и так знал ответ.

— Да, — соврала Юнджи. — Просто не верится, что скоро всё закончится.

Хёнмин погладил подругу по спине.

— Юнджи-я, посмотри на меня. Всё будет хорошо, слышишь? Скоро мы найдём крылья твоей бабушки и вернёмся в наше время.

— Очень на это надеюсь, — невесело пробубнила девушка.

Токкэби нетерпеливо подпрыгнул и хлопнул в ладоши.

— Глупый хэчи, глупая фея, идите за мной!

И ускакал по тропинке, петляющей меж деревьев. Парень и девушка поспешили следом.

Шли долго. Под ногами хрустели тонкие стебли мха, ветви деревьев пытались поймать руки и лицо полупрозрачной сетью паутины.

— Долго нам ещё идти? — спросила Юнджи, утирая пот с висков.

Хёнмин задумался о том, как ей должно быть тяжело и душно идти в такой массивной одежде.

— Скоро-скоро! Чуть подальше! — выкрикнул токкэби.

Тропинка начала подниматься в гору.

— Ты точно в порядке? — спросил Хёнмин, помогая Юнджи забраться на выступ. — Может, снимешь ханбок?

— Так сильно хочется увидеть меня без одежды? — попыталась пошутить девушка, но её измождённый вид совершенно не способствовал веселью. — Всё нормально. Это с непривычки.

— Я могу понести тебя на руках, — предложил Хёнмин.

— Обойдусь, — улыбнулась Юнджи. — Не хватало нам ещё свалиться, если у тебя вдруг подкосятся ноги.

— С чего бы это им подкашиваться? — возмутился парень.

Близился закат. Листья, словно отражение неба, стали приобретать нежно-розоватый оттенок.

— А какая она, твоя бабушка? — полюбопытствовал Хёнмин, поняв, что никогда не расспрашивал подругу о семье.

— Она замечательная, — на лице Юнджи появилась мечтательная улыбка. — На самом деле я виделась с ней всего несколько раз, в самом детстве. Когда мне исполнилось десять и проявились мои крылья, мама привела меня сюда. Бабушка была очень рада меня увидеть и долго рассматривала мои крылья. Говорила, что они точь-в-точь такие же, какие когда-то были у неё. Бабушка рассказывала мне легенды, объясняла, кем мы являемся и какие у нас обязанности. Она научила меня обращаться со своей силой. — Юнджи провела пальцами по дереву. Кора вспыхнула жёлто-зеленым светом, из неё вырос росток. — Я провела с ней всего неделю, но это была лучшая неделя в моей жизни.

— Похоже, вы двое очень близки, — сказал Хёнмин, тронутый рассказом.

— Можно и так сказать. — Пожала плечами Юнджи. — Последний раз мы виделись, когда мне было четырнадцать. Именно тогда я получила от мамы норигэ. Бабушка рассказала свою историю и попросила меня о том же, о чём когда-то просила свою дочь. А ещё строго-настрого приказала следить за своими крыльями.

— Постой. Раз норигэ был у тебя, как он оказался в том магазине?

— Я попросила одну свою знакомую-кицунэ повесить его в своём магазине. Он виден только сверхъестественным существам, как мы с тобой.

— Так значит, та продавщица была кицунэ?

Юнджи кивнула.

Пока Хёнмин переваривал услышанное, токкэби остановился. Он привёл их к небольшому утёсу — пяточку ровной земли, окружённой с одной стороны лесом, а с другой обрывом. С утёса открывался великолепный вид на деревню в кольце леса, затопленного золотом заката.

— Пришли! Пришли! — заорал демон, прыгая и хлопая в ладоши.

— И где они? — нетерпеливо спросила Юнджи.

— Прямо тут! — захохотал токкэби.

Девушка сделала шаг назад.

— Здесь что-то не так, Хёнмин, — сказала она, хмурясь. — Ты до сих пор видишь красный туман?

Лицо девушки выглядело испуганно. Хёнмин попытался сконцентрироваться на своих ощущениях. Мир снова начал терять краски, пока полностью не стал чёрно-белым. Парень огляделся, но красный туман так и не увидел.

— Нет, — покачал он головой. — Его нет.

— Глупый хэчи! Глупая фея! — запищал токкэби и расхохотался.

Внезапно земля под ногами задрожала и вспыхнула. Вверх полезли корни, обвили ноги, сковали кисти и потянули вниз, пригвождая к земле.

— Что это?! — вскрикнула Юнджи. — Что происходит?

Токкэби ей не ответил. Он продолжал хохотать и отплясывать, хлопая в ладоши. На фоне заката его чёрный силуэт был похож на ожившую тень.

Лозы нещадно натирали кожу. Хёнмин попытался вырваться, но живой стебель лишь сильнее обернулся вокруг кисти и дёрнул парня вниз.

— Что ты творишь? — кричала Юнджи, одаривая токкэби бешеным взглядом. — Отпусти нас сейчас же!

— Не могу! Глупая фея, глупый хэчи! Хозяин не позволит!

— Хозяин? — Юнджи замерла.

— Что твой хозяин хочет? — спросил Хёнмин. — Зачем приказал связать нас?

— Не знаю, — пожал плечами токкэби и запрыгал. — Не моего ума дело. Хозяин скоро придёт, сами спросите.

Демон мерзко захихикал.

Хёнмин посмотрел на подругу. Юнджи выглядела испуганной и виноватой. Казалось, она вот-вот расплачется.

— Юнджи-я, — осторожно позвал Хёнмин, — всё будет хорошо, слышишь? Мы выберемся отсюда.

— Это я во всём виновата, — булькнула Юнджи дрожащими губами. — Если бы я только не повела тебя в тот магазин.

— Эй! Хватит! — прервал её стенания парень. — Ты же не могла знать.

— И всё же… — начала девушка, но договорить ей не дал женский голос.

— Давно не виделись, моя маленькая феечка.

Женщина неспешно вышла на утёс. Хёнмин узнал её сразу, незнакомку из видения, что послал норигэ.

— Бабушка?! — воскликнула Юнджи. — Что ты здесь делаешь?

— Ну разве так нужно встречать любимую бабушку, с которой давно не виделась, Юнджи-я? Выросла и все манеры растеряла, — женщина осуждающе покачала головой.

Она взмахнула рукой. Лозы отпустили пленников и скрылись под землёй. Стёртая кожа засветилась жёлто-зелёным сиянием и зажила.

— Что здесь происходит, бабушка? — Поддалась вперёд Юнджи. Взгляд её становился всё более и более озадаченным. — Откуда ты здесь? Что вообще происходит?

— Спасибо тебе, дорогая, — женщина присела около внучки и погладила её по голове. — Я уж боялась, что ты забыла про своё обещание.

— Что это значит? — настороженно поинтересовалась девушка.

Бабушка вздохнула.

— Помнишь, я рассказывала тебе о том, что у каждой феи свои уникальные крылья? И что без них она не может вернуться в Небесную обитель?

— Мы найдём твои крылья, — выпалила Юнджи. — Хёнмин сможет!..

Бабушка покачала головой.

— Нет, не сможет, — с грустью в голосе сказала она. — Нельзя найти то, что давно уничтожено.

— Что? — одновременно произнесли Юнджи и Хёнмин.

— Но Хёнмин видел красный туман!

— Он видел лишь то, что от них осталось. Моих крыльев больше нет в этом мире, да и в любом другом. Муж не просто отрезал крылья. Он сжёг их, а пепел развеял по всему лесу.

Юнджи от удивления поперхнулась воздухом. Она смотрела на женщину во все глаза, в уголках которых начали собираться слёзы. Девушка порывисто прижалась к бабушке и зарыдала у неё на плече, шепча в ткань: «Мне так жаль!», «Я не знала», «Прости!».

Старшая фея гладила внучку по голове, приговаривая, что в этом нет её вины.

Хёнмину неловко было прерывать семейное воссоединение, но он всё же спросил:

— Но зачем тогда вы привели нас сюда? Если крыльев больше нет, то что мы сможем сделать?

Юнджи оторвалась от плеча бабушки и посмотрела на друга неодобрительно, будто осуждая за такой вопрос. Сама бабушка снова вздохнула и, внимательно посмотрев на внучку, сказала:

— Как-то раз я говорила тебе, что твои крылья — копия моих. Поэтому… Я прошу тебя, внученька! Отдай мне свои крылья!

Хёнмин застыл, ошарашенный услышанным. По взгляду Юнджи он понял, что она чувствовала то же самое.

— Да как вы можете о таком просить?! — возмущённо выпалил Хёнмин. — Вы же сами прошли через подобное, так как же!..

Недовольства парня прервал уверенный голос подруги.

— Хорошо. Я отдам тебе свои крылья.

— Юнджи! — воскликнул Хёнмин.

— Ох, спасибо! Спасибо тебе, моя маленькая фея!

Женщина кинулась обнимать внучку, рассыпаясь в благодарностях. Хёнмин негодовал.

— Но Юнджи! Как же ты будешь без крыльев?

— Хёнмин, — оборвала девушка мягко, но решительно. — Я всё решила. Я никогда не использовала свои крылья, не была в Небесной обители. Они мне не нужны.

Юнджи посмотрела на друга уверенным взглядом.

— Я ничего не лишусь, если откажусь от крыльев, а бабушка, — она перевела взгляд на родственницу, — сможет вернуться домой.

Женщина уже не сдерживала слёз счастья. Она благодарила внучку, целуя её в щёки и лоб.

— Бабушка, — осторожно отстранила от себя старшую, — что нужно для этого?

Женщина утёрла слёзы и успокоила сбившееся дыхание.

— Нам нужна будет чешуя хэчи, волшебная игла и нить из волоса токкэби.

Притихший демон за её спиной вскрикнул и прижал ладони к куцему хвостику на голове.

Юнджи приспустила ханбок на плечах, обнажая спину. Хёнмин отвернулся, покраснев щеками. Ему не надо было видеть, чтобы понять, почему девушка решила раздеться.

На спине у Юнджи была татуировка в виде крыльев бабочки. Она говорила, что набила её на восемнадцатилетие. Теперь Хёнмин понял, что это было вовсе не тату.

— Точь-в-точь как мои, — прошептала бабушка, оглаживая взглядом крылья внучки.

Юнджи стояла, прикрыв грудь ладонями. Полупрозрачные искрящиеся крылья слегка подрагивали у неё за спиной.

Хёнмин не мог отвести взгляд от её хрупкой фигуры.

— Это больно? — спросила она у бабушки.

Та покачала головой, подошла к Хёнмину и попросила его поднять штаны. Удивлённый парень выполнил просьбу. Женщина наклонилась и коснулась пальцами родимого пятна в виде крупной рыбьей чешуи.

Хёнмин зашипел от боли: пятно жглось и медленно стало приобретать объём, пока наконец не превратилось в настоящую чешую.

— Что это такое? — округлил глаза Хёнмин.

Ответа он не получил. Женщина совершенно безболезненно сдёрнула с ноги чешуйку, которая тут же превратилась в маленький нефритовый нож.

Затем старшая фея сделала небольшой надрез на ближайшем дереве и собрала выступивший сок в широкий лист. Жидкость заискрилась и потеряла цвет, став кристально прозрачной. Древесный сок она протянула внучке, и Юнджи послушно выпила всё до последней капли.

Бабушка тем временем попросила токкэби отдать ей волос. Демон, недовольно кривя лицо, всё-таки выполнил просьбу. Волос в руке феи превратился в тончайшую, словно паутинка, нить. И последним жестом она вытащила шпильку из причёски. Украшение так же, как и предметы до этого, засветилось и преобразилось в изогнутую иглу.

Дальше всё происходящее показалось Хёнмину сном: нож, что резал крылья Юнджи, токкэби, пришивающий крылья на спину старшей фее, и то, как бабушка Юнджи в жемчужино-серебристом тумане исчезла за облаками.

Токкэби тоже куда-то пропал. Быстро и незаметно. А Юнджи и Хёнмин так и остались стоять на месте, смотря на небо. Один неверящим, смущённым взглядом, вторая — тоскующим, но счастливым.

***

Хёнмин и Юнджи стояли до того момента, пока удивление не сменилось неловкостью. Парень, преодолев смущение, спросил:

— И-и… Как нам теперь вернуться домой?

Юнджи обратила на него взгляд и молча подошла ближе. Она притянула Хёнмина за руку, вынуждая наклониться, и, когда его лицо встало на один уровень с её, поцеловала друга в лоб. Хёнмин моргнул — лицо Юнджи сменилось белым потолком её комнаты.

Подруга лежала на нём. Он чувствовал её напряжение и то, как она сжимала в кулаке ткань его пижамной рубашки.

Затем Юнджи выпрямилась, настолько резко, что Хёнмин вздрогнул от испуга. Девушка выбежала из комнаты. Хёнмин остался лежать, разглядывая постер на стене — какой-то персонаж из манхвы, весь белый и с гадкой улыбочкой. Вроде бы русский. Юнджи ласково называла его «Женечка».

Подругу Хёнмин нашёл в ванной. Она разглядывала голую спину в зеркало. Татуировка в виде крыльев исчезла, оставив лишь две кривые чёрные полоски на лопатках.

— Будешь чай? — спросила Юнджи.

Хёнмин кивнул. Произошедшее они не обсуждали. Парень не знал, с чего начать, а девушка сама не выглядела настроенной на разговор. Чай пили тоже молча, лишь голоса из дорамы нарушали тишину. Главный герой произносил долгую и глубокую речь о своих чувствах к главной героине, пока они стояли под снегопадом из лепестков сакуры.

Хёнмин переместил взгляд с экрана на кружку. Отражение снова показывало другую сторону реальности, но на этот раз парень не удивился. Он смотрел на себя через чайное «зеркало», а видел рогатую львиную морду. Родимое пятно на ноге напомнило о себе зудом.

«Теперь ничего прежним не будет», — решил Хёнмин.

Он поднял взгляд на Юнджи. Подруга смотрела в окно, обняв кружку пальцами и положив локоть на согнутое колено. Расстроенной или испуганной она не выглядела. Наоборот, Хёнмин заметил лёгкую улыбку на губах и уверенный, ясный взгляд.

«Хотя, возможно, всё изменится только к лучшему», — понял парень и одним глотком допил оставшийся чай.