Хозяин, я подожду

Глава 1

Высокий забор разлетелся обломками брёвен. Груженая телега, разогнанная сильными руками, въехала в огороженную деревню. Следом за ней ворвались грязные, орущие, яростные люди и враги не стали их дожидаться. Они кинулись к домам на холме внутри забора. Сейчас враги были похожи на добычу, но мы не успели за ними броситься. Весь пролом был забит людьми хозяина Эрнандо, а когда стало посвободнее, добыча уже была в домах и снова стала врагами. – Назад! Назад, вы все! – когда нам кричат "назад", мы не лезем вперёд. Ещё настанет момент. Пока враги в домах, нам до них не добраться. Алано рядом со мной рычит и двигается в обход вдоль забора. Я следую за ним. Разумно. Пусть сперва хозяин Эрнандо со своими людьми выбьет врагов из укрытия.

Враги недолго продержались в домах. Несколько стрел вылетели из крошечных окон и застряли в стеганых накидках или отскочили от щитов, а после этого никому в окнах было и не мелькнуть. Вскоре соломенные крыши уже горели, и враги в домах вновь стали добычей. Те из них, кто ещё пытались быть врагами, выскочили и схватились с людьми хозяина Эрнандо, а остальные бросились прочь. Настало наше время! – Томалос! Взять их! – сколько помню, этот приказ всегда звучит вдогонку. Мой приятель, Весёлый-Негро, уже переломил зубами ногу ближайшему из убегавших. Добыча передо мной визжит, визг стихает, когда я хватаю за горло. Мы, аланос, легко можем запрыгнуть человеку на плечи и разорвать ему шею раньше, чем он упадёт. Хозяин Эрнандо говорит, что местные часто называют нас "демонами". Иногда он смеётся и добавляет, что так и есть. Добыча сбилась в кучу у забора и пытается отбиваться. Так бывает даже с мелкими зверями, а уж с людьми и подавно. С такой добычей интересно. В ноги и сразу вверх, на руку с каким-то камнем на палке. Хрустнуло, теперь сбить, шея! – и к следующему.

Часть сбившихся у забора опять пахнет врагами. Они бегут на людей хозяина Эрнандо, кричат и машут разными штуками. Другие враги выскочили из-за крайнего дома, от них летят стрелы. "Берём их! За мной!" – ко мне присоединяются не все, многие аланос продолжают рвать добычу. Стрела бьёт в плечо, больно. Сбиваю бегущего с копьём, рву, бросаюсь дальше. Враги бьют наших своими штуками, вокруг хозяина падают люди. Рвать! Что-то втыкается в бок. Перекусываю руку врага. Рвать! Приятели рядом не отстают. Обойти копьё! Вонзается около шеи, больно внутри. Свалить! Хруст дерева, потом хрустит хребет в челюстях. Врагов больше нет, кругом опять добыча. Гоним, берём!

Медленно вхожу через пролом в заборе. Больно и очень устал. Между домами множество тел. Люди хозяина Эрнандо занимаются обычными делами. Кто-то выносит из домов всякое нужное и тащит на телегу, кто-то вытаскивает стрелы из накидки. Другие оттаскивают раненых на свободное место у забора, где уже хлопочет Мигель, друг хозяина. От него всегда очень интересно пахнет сразу множеством запахов. Некоторые я знаю, это липкости, которые он носит в сумке. Он много раз мазал ими мои раны, намажет и сейчас, как закончит с людьми. И вынет всё это, застрявшее во мне. Мешает. Отдохну и подожду. Хозяин Эрнандо говорит с людьми. После этого они оживляются и шевелятся бодрее. В сторону раненых хозяин старается не смотреть. Он потом всё равно к ним подойдёт, он всегда подходит. И ко мне тоже. Я много раз видел такое, как в этой деревне.

Я был ещё щенком, когда хозяин Эрнандо выбрал меня. Он пришёл к общему хозяину Диего и долго смотрел на множество щенков, а потом принялся хватать всех руками и переворачивать на спину. Я только недавно встал на ноги и мне не нравилось падать. Когда он схватил меня, я тоже схватил его руку и укусил. Он всё равно опрокинул меня, я поднялся и зарычал. Эрнандо протянул ко мне руку, не пытаясь меня взять. Я попробовал снова его укусить, но он посмотрел мне в глаза и я остановился. Хозяин.

Несколько человек въезжают на лягающихся в деревню. Один сразу соскакивает на землю и что-то говорит хозяину Эрнандо. Что-то скверное, потому что сразу многие начинают ругаться. Слышу слово "индиос" между проклятьями. Похоже, люди из стаи хозяина обнаружили, что похожие на добычу местные, которые много дней шли вместе с нами, удрали. Насколько я помню по запаху, они это сделали, как только начался бой. Скверно. Они тащили много нужного людям хозяина, теперь всё придётся грузить на лягающихся, которых и так не хватает. А вся разведка достанется нам, аланос.

Бою, охране и поиску меня и моих братьев начали учить тогда же, когда стали кормить мясом. Общий хозяин Диего показывал нам, запертым в загончике, большие капающие кровью куски и уходил с ними, а вернувшись, выпускал нас. И мало было найти мясо, его приходилось ещё и отбить - над ним стоял энемиго де лос перрос, наш враг. В толстой одежде, с замотанным лицом и с длинным прутом, а потом и палкой. Он отступал не раньше, чем все мы в него вцеплялись и вырывали большие клочья из штанин и рукавов. Я тогда его во сне часто видел! Во сне энемиго оказывался со всех сторон и бил всё сильнее, а ухватить его никак не получалось. Я просыпался, рычал и иногда кусал братьев. Забавно вспоминать сейчас. В другие разы мясо оказывалось в ящике, энемиго де лос перрос приходил и пытался его у нас забрать. Если ему это не удавалось, общий хозяин Диего открывал для нас ящик. Потом энемиго стал появляться прямо в нашем дворе и пытался украсть нашу еду. Хозяин Эрнандо и другие, чужие хозяева приходили посмотреть, как мы отгоняем его. Потом нас стали кормить мясом досыта только тогда, когда энемиго де лос перрос появлялся во дворе и мы успевали его заметить и не позволить уйти. Как он кричал, когда я сбоку допрыгнул до его плеча и разорвал ему ухо сквозь все тряпки! Хозяин Эрнандо смотрел на меня, и это было счастье!

Хозяева часто не могут сами за всем уследить. Вот как сейчас вышло, пока мы все дрались с врагами и рвали добычу, похожие на добычу местные убежали и ещё много нашего с собой унесли. Если бы они оставили сторожить хотя бы половину из нас, аланос, никто бы не сбежал. Но хозяин Эрнандо повёл всех к этой деревне, он был в ярости, такой ярости я никогда раньше не видел. Разве что у давнишнего хозяина Санчо, когда мы вместе с ним дрались в последний раз. Хозяин еле вырвался из деревни, потеряв там часть своей стаи, и он хотел убить всех за этим забором. Особенно их вожака, огромного, пахнущего опасной добычей. Этот огромный много раз говорил с хозяином Эрнандо, и всегда я чуял хитрость и готовность стать врагом. Я указывал на него, но хозяин смеялся: "Да, я знаю, Бебе, этот марикон Таскалуса – злобная и хитрая тварь. Но он не посмеет напасть лицом к лицу, так что я буду давить на него, не давая времени обойти меня." И когда хозяин Эрнандо пошёл в гости в деревню, он не взял меня с собой. Хозяева часто не могут уследить за всем, чем надо.

Нас, аланос, хозяева забирают к себе, когда энемиго де лос перрос отказывается к нам подходить даже за двойную плату. Так говорил общий хозяин Диего. Я думал, что мне осталось ждать уже недолго, когда порвал ухо нашему постоянному врагу, но он приходил снова и снова. В первый же раз я попробовал сделать, как тогда, но в прыжке получил ногой в брюхо и ещё палкой по морде. Было очень больно. А энемиго посмотрел на меня, отшвырнув не глядя моего брата, и засмеялся. Я бросался на него несколько раз и падал снова. Но когда две сестры вцепились ему в зад, он взвыл и побежал. Общий хозяин Диего смеялся, и я тоже радовался. Тогда все мы получили много мяса и хорошо запомнили, что если враг отбит, то это хорошо и правильно. Даже если сам не сумел его порвать.

Тела людей из стаи хозяина оттаскивают к дальней части забора. Тел много. Во время этого похода уже многие из стаи отправились дальше, но столько сразу ещё не бывало. В ту сторону хозяин Эрнандо тоже старается сейчас не смотреть. Потом он, конечно, будет долго глядеть на каждого, а потом стоять рядом с тем из стаи, кто будет говорить непонятные слова про отправившихся дальше. Когда скажут все слова, тела закопают. Люди всегда так делают с теми, кто из их стаи. Очень мешает деревяшка, торчащая около шеи. И больно внутри. Хорошо бы Мигель скорее убрал все эти воткнувшиеся штуки и помазал липкостью. Липкости у него очень скверные на вкус, но пахнут интересно.

Во дворе хозяина Эрнандо всё время было много людей и приходилось очень быстро узнавать, кто чужой хозяин, а кто похож на врага или добычу. Сперва помогало пробежаться по двору среди людей, сразу про каждого становилось понятно. Но хозяин Эрнандо стал говорить мне "Не пугай! Не пугай без надобности, Бебе!" – и я принялся учиться узнавать всё нужное про людей, сидя невдалеке от хозяина. Вот пахнущий как женщина чужой хозяин резко говорит с моим. Ведёт себя как вожак, но я ему не верю и слегка чую врага. Хозяин отвечает ему тоже резко. Когда чужой хозяин уходит, он становится немного похож на добычу. Хозяин Эрнандо коротко смеётся. – Пусть дон Франсиско сам приходит, а не присылает слуг! Вижу, Бебе, тебе этот каброн тоже не понравился. Но он свой, запомни. Другой чужой хозяин, узколицый, иногда теребит бороду. Говорит тихо, но я сразу узнаю вожака. Пришедшие с ним люди смотрят на меня. Я улыбаюсь им, они скалятся в ответ. – Видите, дон Франсиско, мой пёс тоже готов идти с вашим отрядом. – Никуда я не собираюсь идти без хозяина Эрнандо! Но он явно пойдёт куда-то вместе с этим вожаком.

После этого было очень интересно. Хозяин каждый день брал меня с собой, я учился бежать рядом с лягающимся, на котором он ехал, и при этом замечать всё вокруг. При этом лягающегося нельзя пугать, и опасно было оказаться около его ног. Один раз я недоглядел, и удар копытом чуть не сломал мне плечо. Было очень больно и обидно, потому что хозяин Эрнандо ещё и накричал на меня.

С разных сторон ко мне подходят собратья. Многие ранены, из двоих торчат стрелы. Нас, аланос, осталось теперь меньше половины из тех, кто вышел в этот поход. Внутри забора я вижу троих из нас, кто отправился дальше. Их тела лежат среди множества местной добычи. Хозяин Эрнандо смотрит на нас и что-то говорит Мигелю, возящемуся с ранеными. Тот на мгновение оборачивается и кивает. Хорошо. Значит, он потом вынет эти штуки. Болит очень глубоко.

Впервые хозяин пустил меня за настоящей добычей через несколько дней после того, как меня ударил лягающийся. Это было в деревне местных людей, "индиос". Они немного похожи на чужих хозяев, но перепутать невозможно в любой одежде. От местных всегда тянет добычей и иногда ещё пахнет врагом. Хозяин Эрнандо много говорил с вожаком местных, а я присматривался к тем, что были неподалёку. Один из них постоянно поглядывал на нас, и от него всё сильнее пахло добычей. Когда он бросился бежать, я дёрнулся вслед, но тут же остановился – хозяин молчал. Я вернулся к его ногам. Хозяин Эрнандо потрепал меня по голове. – Отлично, Бебе, очень хорошо. Хорошо. А теперь… томалос! Да! Взять! Догоняю бегущего на полпути к реке, уже слишком далеко, чтобы хозяин рассмотрел, как я схвачу добычу. Забегаю сбоку и рычу, местный кидается от меня, опять обгоняю, заворачивая его обратно. Он вопит, запах страха от него уже нестерпимый. Взять, взять, ВЗЯТЬ! Нет, гоню дальше. Пахнет врагом! Другой местный выскакивает наперерез, машет палкой. В прыжке хватаю за руку. Сейчас бы я руку перекусил, а тогда только сильно сжал и бросился дальше за добычей. Догоняю вблизи хозяина, прыгаю на плечи, сбиваю, сейчас порву горло… – Стой! – хозяин Эрнандо смотрит мне в глаза. – Стой! Хорошо. Хорошо, Бебе. Ко мне. Добыча трясётся на земле, шаг за шагом отхожу. Хозяин бросает ещё пару слов местному вожаку, который сейчас тоже похож на добычу, и мы отправляемся прочь из деревни.

Через некоторое время мы вышли в поход. Множество чужих хозяев верхом на лягающихся, люди из их стай, идущие пешком со всяким оружием на плечах, похожие на добычу местные, в основном со всякими мешками, но часть тоже с оружием. Пойманный мной тогда в деревне идёт с копьем, и когда он смотрит на нас, аланос, от него пахнет врагом. Но стоит кому-то из нас посмотреть на него – снова пахнет добычей. Забавно. Нас всегда берут в походы. Давнишний хозяин Санчо без меня и моих собратьев никуда далеко не отправлялся, и другие хозяева тоже. Мы присматриваем за местными, взятыми в поход, сторожим, чтобы никто не подобрался незаметно, а когда приказывают – нападаем. В походе гораздо интереснее, чем во дворе у хозяина, даже такого, как Эрнандо. И любому алано нравится, когда приказывают то, что он уже начал делать за миг до команды. У меня это начало получаться быстро, это здорово.

Хозяин Эрнандо говорит с несколькими из своей стаи. Один быстро выходит через пролом в заборе и бежит к лягающимся. По пути он зовёт двоих из нас. Один бежит за ним, другой лежит среди местной добычи, он уже отправился дальше. Человек из стаи хозяина, который обычно говорит над телами, подходит к раненым и присаживается около одного из них. Поговорив с раненым и подвигав над ним рукой, пересаживается к следующему. Мигель мрачно на него смотрит и продолжает что-то делать с ногой чужого хозяина в середине сидящих у забора. Тот стонет и ругается. Такое я много раз уже видел. Всегда так бывает после боя. Много тел и раненые, потом часть раненых оказывается среди тел. Эта часть походов мне не нравится.

В моём первом походе довольно долго не было больших боёв. Зато был всё более интересный лес по сторонам, полный запахов, которые с первого раза даже не удавалось запомнить. И после каждого перехода нас отправляли охотиться! Не всех, конечно, часть аланос оставалась сторожить лагерь и следить за местными, чтоб не сбежали. Но всё равно много раз пускали за добычей, жаль только, что сам хозяин Эрнандо редко отправлялся на охоту. Зато каждый раз, когда я возвращался, весь в грязи, листьях и крови добычи, он хвалил меня. Я был счастлив. Несколько раз к хозяину Эрнандо приходил вожак чужих хозяев, которого все называли "дон Франсиско". С ним приходили другие люди и несколько аланос, которые в остальное время были от нас далеко. Резкая-Альбита, одна из них, очень мне нравилась, мы с ней играли и она намекала, что когда у нее настанет подходящее время, хорошо бы мне оказаться поблизости. Я очень ждал этого времени.

Потом случился бой. Люди из стаи хозяина Эрнандо и других стай кричали, перебегали с места на место и периодически останавливались, всматриваясь туда, откуда всё сильнее пахло врагами. Похожие на добычу стояли толпами с копьями и луками, оглядываясь на нескольких аланос, приставленных к ним. Мне хозяин Эрнандо велел оставаться с ним. Начали грохотать эти штуки, которых так боятся все местные. С ними много возни, но когда случается бой, они очень помогают. От врагов летят стрелы, всё больше и сильнее, сжимаюсь среди корней. Хозяин надо мной грохочет и принимается возиться с шумной штукой. Рядом двое из его стаи пускают стрелы из луков на доске, бальестас. Враги всё ближе, стрелы всё чаще, грохот над головой… – Томалос! – кричит хозяин Эрнандо. Да! Взять их всех! Бросаюсь вперёд, враги прямо передо мной. Оружием они машут куда хуже, чем энемиго де лос перрос своей палкой. Прыгаю на грудь ближайшему, рвать! Он падает, теперь рвать этого! Того уже перехватил другой алано, которого я почти не знаю, так что кидаюсь дальше. Они начали пахнуть как добыча! Сбоку в толпу местных врезаются чужие хозяева на лягающихся. Теперь уже все враги стали добычей! Берём их!

В этом бою никто из аланос не отправился дальше, среди чужих хозяев тоже было лишь несколько раненых. Нас, аланос, хвалили все. Этот первый бой мне очень понравился, но я понял, что могло быть и иначе. Позже я много раз увидел, как бывает иначе, но сами бои мне всё равно нравятся. С давнишним хозяином Санчо их было очень много, с другими я плохо помню, но наверняка тоже хватало. Резкая-Альбита попалась мне вскоре после боя, вся ещё в крови добычи. У неё начинается подходящее время! Я это почуял издалека. Мы вместе убежали в ближний лес, хозяин Эрнандо и чужие хозяева что-то кричали вслед и смеялись. У людей с этим гораздо сложнее, у их самок то ли всё время подходящее, то ли вообще никогда. Трудно понять – и самим людям, по-моему, тоже. Поэтому они очень забавно и долго играют друг с другом. Хорошо, что у нас не так.

Мой первый поход с хозяином Эрнандо длился долго, очень долго, и оказался очень интересным, не меньше, чем нынешний. Тогда хозяин почти всегда был в хорошем настроении, а в бою становился вообще как алано на охоте. Он приказывал своей стае, угадывая приближение врагов, похожие на добычу местные, что несли в походе всякие вещи, смотрели на него, как на вожака, даже аланос чужих хозяев выполняли его команды. Когда приходил вожак нескольких стай дон Франсиско, он говорил с хозяином Эрнандо как с равным, и все вокруг глядели на них, как я на хозяина.

Нынешний поход тоже оказался долгим и пока мы не тронулись в путь из той деревни, где провели зиму, хозяин тоже был в хорошем настроении – разве что начал торопиться и подгонять всю стаю. Он вообще постоянно спешит с тех пор, как мы снова переплыли долгую воду. До того, как мы отправились по долгой воде в первый раз, хозяин Эрнандо был спокойнее. Казалось, что он всегда находится там, где ему нужно, и именно тогда, когда следует. Таким он был весь первый мой поход, таким он был во время последнего боя того похода, когда местные враги заполняли весь лес и все окрестные края. Так он ехал вместе с доном Франсиско вслед за убегающей без счёта добычей. И позднее, когда огромные поселения местных на время стали нашим домом, хозяин Эрнандо оставался вожаком, которому не требовалось повышать голос, приказывая. Да, таким он был, такой он и сейчас, только сейчас он торопится.

К тому времени, как мы вошли в большие поселения местных, я вспомнил, как часто давнишний хозяин Санчо пускал меня на "индиос", как они снова и снова становились добычей, даже когда сперва пытались быть врагами. Он ввязывался в драки и бои куда чаще подросшего щенка алано. Его друг Понсе часто ругался из-за этого, но пока стая хозяина Санчо побеждала, ругался он не очень сильно. А меня он вообще называл хранителем своего друга. "Бесерильо," - говорил он. - "Пока ты рядом с этим доном Фуриосо," – так он называл Санчо, – "Я уверен, что он выпутается из очередной своей авантюры." И так и было, пока я оставался с хозяином. Нынешний поход без нас, аланос, тоже далеко не ушёл бы, это любой из нас понимает. Люди без присмотра и защиты очень легко попадаются врагам. Но в этот раз меня поранили действительно сильно. Зад и ноги онемели, трудно двигаться. Скорее бы Мигель занялся мной, а то когда пойдём дальше, надо присматривать, чтобы хозяина Эрнандо не застали врасплох, особенно с этой его спешкой. Мне надо набрать сил, а пока что отдых не помогает.

С тех пор, как в конце моего первого похода мы заняли большое поселение местных, хозяин Эрнандо редко затевал бой или даже драку. Обычно ему достаточно было просто явиться с частью своей стаи, чтобы уже не было для этого повода. Так что моей основной службой стало охранять небольшой домик без окон, где были сложены "оро" и "плата", добытые в здешних краях. Хозяевам всегда нужны "оро" и "плата", и чем больше, тем лучше. Притом "оро" хорошо даже маленькими кусочками, а вот "плата" требуется много, чтобы порадовать хозяев. На мой взгляд, это какие-то почти бесформенные железки, но хозяевам они нужны. Настолько нужны, что домик с ними постоянно сторожили несколько аланос. Местные много раз оказывались поблизости, но сразу начинали пахнуть добычей, когда замечали нас. Нам не приказывали брать их, пока они не пытаются подойти к "оро" и "плата". А они не пытались, так что было довольно скучно. Интересно оказывалось только дважды, и оба раза попадались чужие хозяева из разных стай. Они надеялись, что аланос охраняют только от местных, но нам велели сторожить от всех, кроме наших хозяев. Одного неудачника мы погоняли и потом мой приятель порвал ему горло, пока на шум не сбежались люди и не помешали. А вот другому я только успел раздавить ногу, как прибежал его алано с другого конца поселения и заслонил хозяина. Драться между собой нам не хотелось, поэтому в этот раз мы дождались прихода других чужих хозяев. Они забрали вора, но как потом мы услышали среди своих, его нога распухла и он отправился дальше до того, как с ним что-то сделали люди.

Резкая-Альбита больше не бегала со мной в лес, зато бегали другие. Много еды, время от времени охота и самки, готовые со мной в лес. И хозяин Эрнандо, постоянно занятый чем-то, но довольный. Это было прекрасно. Это длилось долго. Но это было не насовсем. – Я знаю, что Вы пришли сюда с доном Франсиско, – говорит вожак, которого я раньше почти не видел рядом с хозяином. – Но вспомните, какова цена его обещаниям. Великий инка дал за себя выкуп и покорился, и что с ним стало, пока Вы, дон Эрнандо, искали несуществующую армию по приказу дона Франсиско? Вспомните и то, как он теперь смотрит на меня, его компаньона, с тех пор как Его Величество разделил губернаторства! Много непонятных слов, но этот вожак явно уговаривает хозяина Эрнандо на что-то интересное. – Ничего нового Вы мне не сказали, дон Диего. У меня нет привязанности к дону Франсиско, однако чтобы перейти к Вам, нужны веские основания. Богатство у меня уже есть. Новые земли, новая слава – добавьте к этому официальное звание Вашего помощника и я пойду с Вами. Судя по тому, как уходит вожак, он не договорился с хозяином Эрнандо. Тот рассеянно смотрит на меня. – Пожалуй, пора отправляться из этих мест. Готовься, Бебе, нас ждёт долгое путешествие.

В большой лодке было тесно, хоть она и впрямь оказалась большая. В ней даже был пол из досок, и на этом полу толпилось множество людей, ловко двигающихся между бочками, веревками и кучей других вещей. Хозяин Эрнандо поселился в одной из хижин, построенных на полу большой лодки, а в подвале лежали его "оро" и "плата", за которыми я присматривал. Ещё там можно было поохотиться на крыс, и это оказалось, кстати, сложнее, чем хватать "индиос", даже врагов. Крысу очень непросто застать врасплох и поймать зубами. И всё время хозяин Эрнандо был рядом! Он часто говорил со мной, хотя я и не понимал многих слов. Особенно много он говорил, когда приказывал подать себе ещё и ещё вина. Люди его любят почти так же, как "оро" и "плата", а на мой вкус так гадость непонятная. – Я разбогател в этой земле, Бебе. На то, что ты сторожишь в трюме, можно богато жить всю жизнь и хорошее наследство оставить. Так я и сделаю. Но есть места и богаче. Не те земли, где бедолага Атабалипа собирал своё богатство вслед за предками, обобрав множество племён, нет, другие края. Этот де Альмагро упорный парень, но Господь не дал ему удачи. Хорошо, что я с ним не связался, – хозяин пьёт и наливает себе ещё. – Дон Франсиско забрал себе всю славу покорения этих мест. Бедолага Диего не смог перехватить свою часть, а мне и подавно не досталось. Знать бы, куда идти… – Хватит мне добытого, Бебе, с лихвой хватит. Не слава, так богатство-то уже вот оно, в трюме лежит. Сходи, глянь, покажись там. Ха, индиос тебя демоном называли, а вижу, и некоторые наши так же посматривают! Иди туда, иди, Бебе! Охранять! – от запаха вина и постоянной качки меня подташнивает и я отправляюсь в трюм. Хозяина Эрнандо, кажется, тоже тошнит.

Края, куда нас привезла большая лодка, оказались прекрасными и совсем другими. Огромные сухие равнины и горные склоны, покрытые лесом. Лес совсем иной, чем я видел до путешествия через долгую воду. Бежать по нему было сплошное удовольствие, и добыча попадалась. Правда, охоту хозяин Эрнандо устраивал нечасто, но каждый такой раз был отличным. "Индиос" здесь не было, а местные, выглядящие и даже пахнущие скорее добычей, всё равно держались как чужие хозяева. Поселений здесь я увидел гораздо больше, чем за всю жизнь до путешествия через воду. Много домов из камня, а некоторые очень большие и сложные. В одном из таких поселился хозяин Эрнандо.

Гости в доме бывали часто, и хотя все они держались как друзья, от некоторых порой пахло врагом. Хозяин Эрнандо искоса смотрел на меня, когда я поднимал шерсть, глядя на такого, и говорил "Свой, Бебе, здесь все свои!" Я укладывался на пол, раскинув лапы, а хозяин говорил с гостем уже как-то иначе. Потом он смеялся: "Может, ты и впрямь демон, Бебе, но ты мой демон, благослови тебя Господь!" Я был счастлив. А когда хозяин отправлялся на охоту или приводил меня к местному общему хозяину, я был счастлив особенно. Там каждый раз находились самки, готовые побегать, да ещё сперва надо было пару собратьев отогнать. Хорошо! Именно тогда я вспомнил, как раньше отправлялся дальше, как там было радостно всё время. Но мне туда совсем не пора! Хозяин наверняка ещё затеет что-то интересное, а без меня он точно за чем-нибудь недоглядит и влипнет!

Хозяин Эрнандо принимает гостей, от которых пахнет большой лодкой и долгой водой. От них веет теми местами, откуда мы отправились сюда. – Огромные земли, полно населения и нет общего правителя. И представьте, почти не воюют между собой. – Строят большие дома, насыпав под них холмы, вообще живут богато для индиос. Ну а вглубь от побережья никто пока не разведал, много сил и средств нужно. И предводитель, который сможет повести людей к чёрту в зубы и обратно. Хозяин Эрнандо много ездит, оставляя меня дома или у общего хозяина. Возвращается радостный, как на охоте, а иногда как перед боем. Часто пахнет вином, но дома пьёт его немного. – Недолго ждать осталось, Бебе! Мы отправимся в новые земли, где никто не перехватит у меня славу и богатство без счёта! Ты увидишь края, где не бывал никто из христианского мира! И ты, Бебе, увидишь всё первым, ведь ты вечно бежишь впереди!

И впрямь этот поход оказался самым интересным из всех. Равнины с высокой травой, покрытые лесом холмы, другие леса, через которые даже мы, аланос, идём с трудом, а люди прорубают себе дорогу шаг за шагом. Как и говорил хозяин Эрнандо, я всё время был впереди всех. Первым видел всякую странную добычу, первым встречал зверей, которые оказались врагами. Первым замечал приближение местных, которые подходили через лес незаметно для людей. И каждый раз местные удивлялись, когда хозяин или люди из его стаи окликали их, и каждый раз они сразу меньше пахли врагом. Драться приходилось нечасто, но охотиться и следить за местными было здорово. И хозяин часто радовался, оглядывая свою стаю, ну и нас, аланос, тоже. "Не Эльдорадо, так Платиссима!" – часто говорил он. Хозяин говорил так в долгом пути, напоминая своей стае о богатых землях, что ждут впереди, повторял это всю зиму, проведенную в местной деревне, и продолжал надеяться, когда встретился с огромным вожаком индиос, пригласившим его сюда.

Когда, наконец, Мигель вытащит из меня эти деревяшки? Болит уже меньше, но стало холодно. Когда он разберётся с моими ранами, я смогу прилечь, привалюсь к кому-нибудь из собратьев и отдохну как следует, пока хозяин Эрнандо наводит порядок. А, вот он как раз идёт ко мне. Почему-то я его сразу не заметил. Наконец-то! Как больно! Оказывается, я уже почти не чувствовал этих штук, а теперь опять! Давай уже, Мигель, вытаскивай, каброн! Куда ты идёшь, ты же оставил всё, где было! Больно же! Мигель что-то говорит хозяину Эрнандо. Слегка качает головой и отходит обратно к раненым людям. Боль слабеет и опять становится холодно. Теперь я вспомнил это ощущение. Пришло время отправиться дальше. Ну ладно, было хорошо. Пора – значит, пора.

Теперь я хорошо помню, как здорово было, когда я отправлялся дальше от прошлых хозяев. Уже вижу тот прозрачный лес, полный добычи, и холмистые поля рядом, слышу лай собратьев, отдыхающих перед следующим разом, чувствую запах самки, за которой предстоит побегать в лесу. Каждый раз, оказавшись там, я чувствую, что здесь можно радоваться сколько угодно, и совершенно не хочется снова в щенки. Мне говорят, что потом всё равно захочется, даже в этих прекрасных краях становится со временем скучно. Не знаю. Меня каждый раз посылают щенком гораздо раньше, говорят, что пора-пора, заигрался тут. Щенком я, конечно, ничего про всё это не помню, и прошлых хозяев тоже. Вспоминаю позже, когда вновь становлюсь собой, настоящим алано – неважно, как меня зовут в этот раз. Бебе, Бесерильо, много других имён и хозяев было – но так интересно, как с Эрнандо, ни с кем не оказывалось. Он всегда будто на охоте, совсем как лучшие из нас, аланос.

Я бы с удовольствием побыл ещё с хозяином Эрнандо. Может, отправившись дальше, мне ещё удастся увидеться. Я попрошу, чтоб помогли встретиться, с давнишним хозяином Санчо позволили. Не отстану, пока не разрешат. Лишь бы опять не послали щенком раньше времени… Судя по тому, в какие интересные места ты привёл свою стаю, хозяин Эрнандо, я вполне успею тебя дождаться. Хорошо, что ты сейчас подошел ко мне, надо тебя особенно запомнить, чтобы объяснить потом, кто мне нужен. Хозяин Эрнандо, ты так неловко прячешь руку за спиной. Ты собираешься сделать так, чтоб перестало болеть и я мог отправляться? Давай, хозяин, уже пора. Я тебя там подожду. Делай скорее, хватит морду кривить!