Фрейлина Её Высочества

Глава 1

527 г. с Возвышения Триликого

Я с тоской смотрела в окно кареты, без особого интереса разглядывая проносящиеся мимо пейзажи. Впрочем, они были не особо разнообразны – холмы и леса, леса и холмы, испещренные ярами равнины и снова леса. Завязки дорожной шляпки натерли шею, спина и ноги затекли от долгого сидения в неизменной позе, а душа обливалась кровью от того, что я, пусть и вынужденно, но бросила собственную семью, однако я старалась не плакать.

Выехала я рано утром, еще даже солнце не встало. Провожать меня вышла вся весьма немногочисленная родня – старший брат и три сестры. Лисель и Марлин плакали, младшая же – Тересия – с точки зрения своего пятилетнего возраста, очевидно, просто не понимала, что происходит и почему её старшая сестра едет куда-то в такую рань. Астор, к счастью, не плакал, но выглядел хмурым, как никогда.

- Да ладно, будет вам, не в рабство же я попаду. – Попыталась пошутить я, но вышло не очень, поскольку и у самой на душе скребли кошки. Никто даже не улыбнулся, а жаль – улыбки на их лицах мне сейчас хотелось видеть куда сильнее, чем слёзы.

Астор погрузил в карету первый и последний чемодан с моими вещами. Вещей у меня было хоть и немного, но всё же больше, чем должно было влезть в старый дедушкин чемодан, потому пришлось постараться и немного всё это дело умять, потому что второго, пусть и самого захудалого чемодана, у нас не было. Подул пронзительный ветер. Нанятый на чуть ли не последние деньги кучер поежился и плотнее закутался в плащ. Надо было отправляться, но почему-то я продолжала стоять во дворе некогда шикарного особняка.

Я не могла просто взять и бросить их. Да, я еду во дворец исключительно ради них, и всё равно мне было тошно. Я буду блистать на приемах, а они – мерзнуть в полуразрушенных стенах? Или переедут к семье невесты Астора? Даже не знаю, что из этого хуже - нищета или презрение?

Я жалобно посмотрела на брата и даже уже открыла рот, чтобы сказать, что я передумала, я никуда не поеду, я их не брошу, но Астор меня опередил. Он притянул меня к себе и крепко прижал, шевеля теплым дыханием волосы у меня на затылке.

- Всё будет хорошо, слышишь? Хорошо. – Упрямо прошептал он то, во что и сам не верил. – Мы справимся, Бри.

Он сжал меня еще сильнее, так, что я физически почувствовала острую нехватку воздуха. Видимо, брат и сам это понял, потому тут же отпустил, и даже отошел на пару шагов. Тут же стало очень просторно и вместе с тем очень холодно. Впрочем, долго стоять в одиночестве мне не дали – сестры тут же облепили меня сразу с трёх сторон. Я неловко их обняла, не зная, как объяснить им, почему уезжаю, и уж тем более не зная, как утешить.

- Ты скоро вернешься? – всхлипывая, спросила Лисель.

Всё, не могу больше, еще миг – и я разревусь, как маленькая девочка. Резко отвернувшись, я быстро залезла в карету. Назад пути нет. Я делаю это только ради них.

Астор закрыл дверь кареты. Я выглянула в небольшое окошко и ободряюще улыбнулась сестрам, хоть и вышло, полагаю, несколько криво.

Ничего. Прорвемся. Я справлюсь, чего бы мне это не стоило, потому что я не хочу, чтобы они были содержанками Ласторов. Я сделаю всё, что угодно, чтобы им никогда не пришлось выбирать между деньгами и гордостью.

Я проснулась от резкой остановки. Чересчур резкой – я ударилась головой о переднюю стенку экипажа и только тогда осознала, что, кажется, проспала треть пути.

- Приехали. – Гнусаво сообщил кучер, подтвердив мою догадку.

Я быстро расправила складки на платье и подтянула завязки шляпки. Пару раз моргнула, прогоняя усталость, натянула радостную улыбку, распахнула дверцу и вылезла из кареты.

Вернее, попыталась вылезти, но онемевшие за время долгой поездки ноги отказывались слушаться. Я судорожно уцепилась за дверцу, пытаясь сохранить остатки равновесия, однако дверца только сильнее открылась и потянула меня за собой. Правая нога запуталась в недрах многослойного платья, левая зацепилась за чемодан, я тихо запищала и выпала из кареты прямо на площадь перед Цветущим Дворцом. Очень хотелось прокомментировать происходящее словами, которые употребляли только конюхи, а юной леди не положено даже знать про их существование, но я сдержалась. Раздались тихие насмешливые смешки, и я чуть не застонала от осознания того, что нашлось немало свидетелей моего позора. Я жалобно огляделась в поисках потенциальной поддержки, но натыкалась лишь на презрительные улыбки.

Да-а, эффектное явление ко двору, тут уж нечего сказать. Еще, упаси меня Триликий, отправят обратно, откуда приехала. Вдруг сочтут меня слишком неподходящей кандидатурой на должность фрейлины Её Высочества?

- Леди, вы не ушиблись? – Раздался приятный бархатистый голос где-то слева от меня.

Я обернулась и с благодарностью посмотрела на мужчину лет тридцати – тридцати пяти. Он был весьма приятной внешности, хотя чуть более полный, чем, пожалуй, стоило бы. Впрочем, не могу сказать, что это сильно сказалось на его привлекательности.

- Благодарю, нет. – Я вежливо улыбнулась и ухватилась за любезно протянутую ладонь.

- Могу я узнать ваше имя? – Лорд потянул меня наверх, поднимая.

Я замялась и принялась тщательно обчищать платье, хоть оно не так уж и испачкалось. Имя свое я называть не хотела, хоть не знаю, на что я рассчитывала – на то, что мужчина забудет про свой вопрос и уйдет?

- Бриджитхильда. – Хмуро сообщила я.

Имя свое я не любила. Моим сестрам родители дали красивые, милозвучные имена – Лисель, Марлин, Тересия. И я – Бриджитхильда, названная в честь великой воительницы (из нашего рода, кстати) и ненавидящая свое имя всей душой. Я не понимала, что должно стукнуть в голову, чтобы дать ребенку настолько отвратительное имя. А что еще хуже – то, что каждый раз, когда я представляюсь, мой собеседник не преминет с улыбкой уточнить…

- Бриджитхильда? Как Бриджитхильда Эррендерс?

Да-да, именно она. Героическая личность, которую знает всё королевство, носящая то же имя и ту же фамилию, что и я.

- Да, вроде того. – Я криво улыбнулась и только сейчас сообразила, что лорд всё еще сжимает мою руку. Неловко дернувшись, я высвободила ладонь и рефлекторно спрятала руки за спину.

- И зачем же девушка со столь… говорящим именем посетила Цветущий Дворец? – Мужчина слегка прищурился и тут же пояснил: - Никогда не видел вас тут ранее.

- Могу я для начала узнать ваше имя? Приличные девушки не раскрывают все свои карты незнакомцам.

- Приличные девушки не отвечают вопросом на вопрос…

- Может, приличные девушки наконец заберут свои чемоданы и позволят мне уехать? – Не выдержал кучер нашего обмена любезностями.

Упс. Я почувствовала, как кровь прилила к щекам, и потянулась за чемоданами. Вернее, чемоданом…

- Прошу прощения, леди Эррендерс – это вы? – раздался совершенно незнакомый мне голос.

Я уцепилась за ручку чемодана и потянула его на себя. Если я кому-то нужна – подождет, а что я буду делать, если кучер уедет вместе с моими и без того немногочисленными вещами?

Вытащив наконец чемодан, я выпрямилась и устало (восемь часов пути, как-никак) посмотрела на подошедшего только что мужчину. Он был, может, не настолько симпатичный, как первый, однако намного более… чарующий? Да, была в нём какая-то загадка. Длинные белокурые волосы выглядели так, что и многие девушки позавидовали бы. Тёмные карие глаза с затаенной в них насмешкой, обращенной не столько ко мне, сколько, скорее, ко всему окружающему миру. Длинные ресницы и плавные, изящные движения – во многом он был похож на прекрасную леди, но почему-то при взгляде на него становилось понятно, что тому, кто осмелится заметить это вслух, возмущаться потом придется из могилы.

- Верно. – Я вышла из полутранса, в который впала, рассматривая лорда, и чуть запоздало присела в книксене, что, пожалуй, выглядело несколько глупо с чемоданом в руке.

- Отлично, вас я и жду. – С облегчением вздохнул он. – Позвольте представиться – лорд Хенлик Да’Роэлл.

Я сдавленно охнула.

- Прошу прощения, если ваше ожидание затянулось… и позвольте высказать вам мою бесконечную благодарность за…

- Я принимаю ваши и извинения, и благодарность, но, прошу, давайте не будем затягивать со всеми этими раскланениями. – Недовольно фыркнул лорд Да’Роэлл.

- Да, конечно. – Смутившись, пробормотала я.

- Отлично. Идемте со мной, я провожу вас до вашей будущей комнаты и расскажу немного о Дворце…

- Могу я помочь леди донести её чемодан? – Оживленно поинтересовался первый мужчина, имени которого я так и не узнала.

- Лорд Зиррес, прошу меня извинить, но вы будете слишком затягивать процесс ознакомления леди Эррендерс с дворцом. – Холодно ответил Хенлик и, не оставляя ему времени на раздумья, выхватил у меня из рук чемодан и уверенно зашагал в сторону дворца. Мне не оставалось ничего иного, кроме как неловко улыбнуться лорду Зирресу и поспешить за встретившим меня мужчиной.

***

526 г. со смены Триликого

- Бри, бегом сюда! – Голос брата оторвал меня от чтения. Отложив книгу на столик, я вскочила с кресла и быстро направилась к кабинету брата.

- Что стряслось? – Я тщательно прикрыла за собой дверь и повернула ключ в замочной скважине – иначе дверь тут же открывалась обратно.

- Кто такой Хенлик Да’Роэлл? – С явным обвинением в голосе тут же поинтересовался Астор.

Я с искренним недоумением посмотрела на брата. Мне покуда знать? Будто у меня сотни знакомых, особенно, судя по приставке «Да» - магов.

- Кто это? С чего вдруг ты решил спросить?

- Вот и я у тебя спрашиваю, кто это! От него пришло письмо, на твое имя, между прочим! – В подтверждение собственных слов брат выразительно потряс перед собой конвертом.

- Письмо? На мое имя? И что в нём написано? – Полюбопытствовала я, присаживаясь на стул. Конечно, я могла бы нагрубить ему в ответ, но стоит ли развивать конфликт, возникший из простого недопонимания?

- А мне откуда знать? – Буркнул Астор. – Я, между прочим, чужую корреспонденцию не читаю.

- Так дай тогда мне почитать! – С чересчур заметным нетерпением в голосе потребовала я.

- Ты точно его не знаешь?

- Точно! А если бы и знала, что с того? – Любопытство было уже сильнее меня, потому я подошла к столу, за которым сидел брат, и абсолютно неуважительно вырвала конверт прямо у него из рук.

- Бриджитхильда! – Возмутился Астор. Я поежилась – не любила, когда меня так называют. Он об этом, впрочем, знал, потому желаемого эффекта достиг.

Но возвращать письмо или каяться не собиралась, напротив – отошла в другой конец комнаты, забралась на стул прямо с ногами (этикет всё равно уже нарушила, так почему бы не продолжить начатое?) и безо всякого сожаления сломала печать.

Пальцы нервно вытащили сложенный в три раза лист бумаги, глаза быстро пробежались по содержимому, с каждой секундой округляясь всё больше и больше. К концу прочтения я сидела с открытым ртом и жалобно смотрела на брата.

- Ну что там?

- Я… даже не знаю, как сказать… На, сам почитай – возможно, я неправильно что-то поняла… - Я передала письмо брату, и теперь уже он с интересом вчитался в написанные изящным каллиграфическим почерком строчки.

Оказалось, я поняла всё правильно. Один из придворных магов – Хенлик Да’Роэлл, писал о данном моему отцу обещании позаботиться о его детях в случае его гибели. Отец умер четыре года назад, и почему-то лорд Хенлик вспомнил о своем долге только сейчас. Так как придворный маг – человек, видимо, очень занятой, да и в благотворительную службу еще вроде не записывался, позаботиться о нас он решил максимально простым и удобным для него способом. А именно, пристроить меня в качестве фрейлины принцессы Изабеллы. Должность эта почетная и оплачиваемая, еще и мужа при дворе можно найти. Просто мечта для молодой леди, но…

… но почему-то на глаза сами собой навернулись слёзы. Мало того, что нужно бросить семью и переехать… куда, к слову? Так еще и чувство было такое, будто меня продают, как породистую кобылу.

- Бри? – Брат подошел ко мне, присел рядом, положив руки мне на плечи, и встревожено заглянул мне в глаза. – Слушай, ты не обязана этого делать. Мы – прежде всего, семья, и…

- Даже не вздумай! – Я встрепенулась, воинственно вытирая слёзы рукавом и без того не особо нового платья. – Другого шанса может и не быть!

- Глупая, - неожиданно рассердился Астор. – Не такой же ценой! Через несколько месяцев я женюсь на леди Леттиссе, и её приданого должно хватить, чтобы… - Астор запнулся, безуспешно пытаясь подобрать подходящие слова.

Я горько рассмеялась:

- Чтобы что? Чтобы безбедно прожить… год? А что дальше, Астор? Будем сидеть на шее её семьи?

Астор навис надо мной, глядя со смесью бессильной ярости и отчаяния:

- А так мы будем сидеть на твоей шее, Бри!

Я вжалась в спинку стула и отвернулась.

- Мы – в первую очередь, семья… - неуверенно пробубнила я зазубренную еще в детстве фразу.

Брат внезапно поднялся и быстрым шагом отошел к столу. Еще раз взял письмо в руки и уставился в испещренный текстом лист, слово за эти две минуты в нём что-то изменилось.

- Проклятье. – Астор выругался сквозь зубы и перехватил письмо так, чтобы его удобнее было рвать.

- Ас, стой! – Мой голос прозвучал чересчур уверенно даже для меня самой, отчего я испуганно вздрогнула. Но останавливаться не собиралась. – Если ты сейчас сделаешь это и не ответишь на письмо благодарностью, я уеду в Цветущий Дворец сама, без твоего согласия! Разыскать там этого… как его… Да’Роэлла, будет, думаю, не так сложно.

Я твердо чеканила каждое слово. Слёзы высохли сами собой. Я – Бриджитхильда Эррендерс и, черт возьми, буду сражаться до самого конца. Победного, разумеется. И пусть кто-то попробует рискнуть меня остановить!

***

527 г.

- В большинство помещений вам ходу нет, за исключением тех ситуаций, когда туда направляется принцесса. Думаю, остальные фрейлины ознакомят вас с порядком дежурств и списком обязанностей. В свободное от сопровождения Её Высочества время вы можете посещать библиотеку, кухню, двор, лазарет и собственные покои. В другие помещения вам заходить без сопутствующего приказа нельзя, хорошо запомните это, иначе не успеете моргнуть, как вылетите отсюда…

Я слушала вполуха, с куда большим интересом рассматривая Цветущий Дворец изнутри. Шикарные гобелены с изображениями не иначе как героических баталий или религиозных мотивов приводили в ужас (это ж сколько времени ушло у кого-то на их изготовление?), коридоры шире, чем главная улица столицы, и по ним непрерывно сновали люди – вельможи, целители, простые слуги, я даже священника однажды заметила! Уж не знаю, что он тут делал, но…

- Леди Эррендерс, может, вы наконец соизволите ответить на мой вопрос? – Ледяным тоном процедил Да’Роэлл, а я побледнела, осознав, что не слышала вопрос, который маг, судя по всему, повторил уже не один раз. – Я надеюсь, впредь вы будете собранней, леди Эррендерс. Помните о том, что быть фрейлиной Её Высочества – великая честь, которой удостаиваются всего восемнадцать девушек со всей Империи. Получить эту должность в сотни раз сложнее, чем потерять. Надеюсь, я в последний раз повторяю свой вопрос: насколько хорошо вы знакомы с тонкостями придворного этикета?

- П-полагаю, достаточно хорошо… - Запинаясь и глядя на мага большими испуганными глазами, тихо ответила я.

- Я вас не слышу. – Раздраженно бросил Да’Роэлл.

- Достаточно хорошо, лорд Хенлик. – Проглотив ком в горле, уже громче ответила я.

- Лорд Да’Роэлл, леди. – Невозмутимо поправил меня маг. – К тем, кто выше вас по званию, обращаетесь не иначе как по фамилии.

Я отчаянно покраснела и шморгнула носом, уже представляя, как возвращаюсь домой ни с чем…

- Перестаньте дрожать, леди Эррендерс. Вы теперь – фрейлина принцессы, от вас напрямую зависит её репутация. – Лорд Хенлик вздохнул, и его тон смягчился. – Если у вас возникнут вопросы, вы можете обратиться ко мне. Найдете меня в крыле Первого Лика. А сейчас прошу меня извинить, мне пора приступить к своим прямым обязанностям придворного мага. – Он с явным удовольствием выговорил свой титул. Видимо, очень им гордился. – Общая комната фрейлин прямо по коридору, первая дверь направо – надеюсь, не ошибетесь. Ах да… - Он извлек откуда-то (я так и не поняла, откуда) твердый лист бумаги и протянул мне вместе с чемоданом. – Отдадите это статс-даме, Клариссии Норвиг, это приказ о вашем зачислении в ряды фрейлин.

Стоило мне взять приказ в руки, как Да’Роэлл… испарился. Просто испарился, словно и не было его тут только что! Я испуганно дернулась и быстро заозиралась. Магия? Вероятно, да.

«Крыло Первого Лика… первая дверь направо… статс-дама… Клариссия Норвиг», - повторяла я про себя, двигаясь по коридору и стараясь ничего не забыть. Хоть бы убедился, что я всё правильно запомнила, прежде чем испаряться!

Нужную дверь я нашла быстро. Мяться перед ней двадцать минут, раздумывая, стоит ли входить, не стала – и так понятно, что в итоге туда я и войду, а ни времени, ни сил на раздумья не было.

Дверь поддалась легко, и я неуверенно вошла в просторную светлую комнату. Вся противоположная стена состояла преимущественно из окон, частично прикрытых тяжелыми портьерами. Камин у стены, необъятных размеров ковер с высоким ворсом на полу, цветы в высоких вазах, диваны и пуфики – всё было оформлено в золотисто-розовых и белых тонах.

«Вот так живут настоящие леди», - почему-то с восторгом подумалось мне.

Почти все предназначенные для сидения места, и даже ковер, были заняты девушками преимущественно от четырнадцати до двадцати лет. Кто-то заливисто смеялся, кто-то пел, кто-то даже читал. Еще две девушки выглядывали в окно, тихо переговаривались о чем-то, тыкая пальцами на улицу, и хихикали. Девушки казались частью интерьера, без них эта комната, казалось мне, выглядела бы пустой и незаконченной. Не иначе чем под стать обоям, фрейлины были одеты в белые и розовые платья. Только я выделялась со своим темно-синим в клетку, давно заношенным, жмущим в груди и с короткими рукавами.

Мое появление не прошло незамеченным, но не справила никакого эффекта – смерив меня оценивающими взглядами, фрейлины вернулись к прерванным делам и разговорам.

- Извините… - попыталась вставить слово я, но меня никто не услышал. Тогда я подошла к девушке, которая сидела в углу и вышивала что-то, мурлыча под нос незамысловатую песенку, и обратилась к ней лично. – Я прошу прощения…

- Леди, сделайте, пожалуйста, шаг в сторону, вы закрываете мне свет. – Она недовольно сморщила нос и исподлобья посмотрела на меня. – Вы что-то хотели? Комнаты горничных находятся в соседнем крыле, если вы заблудились.

Я растерянно смотрела на девушку, не зная, что ответить. Причем тут горничные?

- Извините, мне нужна леди Норвиг.

- Я тут причем? Если она вам нужна – идите и ищите. – Раздраженно сообщила мне она и вернулась к прерванному занятию, всем своим видом намекая, что не хочет продолжать разговор со мной.

Я почувствовала, что начинаю сердиться. Они все в этом Дворце такие недружелюбные? Или только мой вид вызывает у них подобную реакцию?

- Леди Норвиг у себя в покоях. – Внезапно послышался чей-то тонкий голосок где-то сбоку. Я повернулась и увидела девушку года на два младше меня, тоненькую, как щепка, с длинными русыми волосами и большими серо-голубыми глазами.

- Спасибо. – Я облегчением ответила я. – А где её покои?..

Вместо ответа девушка ткнула пальцем в одну из пяти дверей, расположенных в боковых стенах комнаты.

- Благодарю. – Я радостно улыбнулась, подошла к двери и постучала. Впрочем, ответа не дождалась, потому постучала еще раз. Я уже чувствовала спиной обращенные ко мне заинтересованные взгляды и занервничала.

Открыть дверь без разрешения не могла – это прямое нарушение этикета. Просто развернуться и уйти тоже не могла: во-первых, куда? А во-вторых, это будет выглядеть просто невероятно глупо!

Ни на что особо не рассчитывая, я постучала в третий раз и, не дождавшись ответа, собралась с духом и толкнула дверь.

На удивление, она открылась совершенно легко и даже без скрипа. Комната за дверью разительно отличалась от общей гостиной – выполнена она была в тёмных, преимущественно коричневых и зеленых оттенках. С одной стороны находилась большая кровать с двумя прикроватными тумбочками, комод и даже зеркало в полный рост. С другой же – книжный шкаф и письменный стол, заваленный невероятным количеством бумаг и перьев. Окон в комнате не было, зато была настольная лампа, благодаря чему покои были погружены в приятный полумрак. Однако контраст оказался настолько разительным, что мне пришлось постоять немного, привыкая к почти полному отсутствию освещения.

Видимо, из-за этого я и не сразу заметила статс-даму. Платье её было таким же тёмным, как и остальная комната, а тёмные волосы, уложенные в не сложную прическу, отлично гармонировали со столом, на котором, подложив руки под голову, и дремала леди Норвиг.

Я растерялась окончательно, совершенно не зная, что делать теперь. Не будить же её, в самом деле? О нет, нельзя допустить, чтобы это кто-то увидел! Застать статс-даму в столь неприглядной ситуации!

Но я соображала чуть дольше, чем нужно было. Сзади меня кто-то прыснул со смеху, а большая часть девушек из гостиной подбежали узнать, что происходит, и активно отпихивали друг друга локтями, чтобы заглянуть в комнату леди Клариссы. Моя попытка срочно закрыть дверь увенчалась неуспехом – кто-то подпер её ногой, явно не желая лишаться такого невероятного зрелища. Послышался уже явный хохот и леди Норвиг недовольно заворочалась. Она же сейчас проснётся!

- Отойдите! – Громким шепотом потребовала я, с отчаяньем глядя на проталкивающихся к комнате статс-дамы фрейлин. – Прошу!

К моему удивлению, все моментально затихли и бросились врассыпную от двери. Неужели прислушались к моим словам? Или?..

Я вновь заглянула в комнату. Леди Норвиг проснулась и глядела на меня полными гнева глазами, пытаясь одновременно с этим вправить в прическу выбившиеся оттуда пряди. Я вздрогнула, понимая, что сейчас меня ожидает по меньшей мере буря.

- Я… прошу прощения… кажется, я не вовремя… - явно побледнев, отчаянно пролепетала я.

- Леди, зайдите, пожалуйста. – Сквозь зубы прошипела статс-дама, медленно поднимаясь из-за стола. Почему-то сейчас она мне больше всего напоминала тигра.

Я сглотнула. В конце концов, не вышвырнут же меня отсюда за то, что открыла дверь не вовремя? Вдруг она испугается, что я расскажу об этом всему дворцу?..

Немного приободрившись этой мыслью, я более-менее уверенно шагнула в комнату, закрыла за собой дверь и поставила на пол чемодан – у меня уже не было никаких сил его держать.

- Могу я поинтересоваться, почему вы открыли дверь без стука?

- Как без стука? Я постучала! Трижды…

- И вошли, как и позволяет этикет - дождавшись разрешения, верно? – вкрадчиво уточнила леди Норвиг.

Ей было лет тридцать на вид. Плотная фигура, туго обтянутая корсетом, придавала ей вид весьма… воинственный. Небольшой нос и пухлые щеки делали её лицо визуально круглым и плоским.

- Я прошу прощения, леди Кларисса… ой, то есть, леди Норвиг… я правда, не специально! – Я смотрела преимущественно в пол, лишь изредка поглядывая на статс-даму.

- Ну конечно, не специально! Случайно? Зачем вы приехали, леди? – Женщина поджала губы и села обратно за стол.

Было жарко. Я приехала в теплом шерстяном платье, еще и неудобная дорожная шляпка – хотелось поскорее закончить этот разговор.

- Я приехала с целью стать фрейлиной Её Высочества принцессы Изабеллы, леди Норвиг. – Выпалила я подготовленную заранее фразу.

Женщина неожиданно расхохоталась. Причем как-то злобно.

- Милая, вы в курсе, что смотрины для фрейлин Её Высочества закончились две недели назад? – Произнесла она, с явным удовольствием глядя на мое растерянное лицо. – Боюсь, я не могу удовлетворить вашу просьбу. Всего хорошего.

Она демонстративно взяла в руки перо, медленно макнула его в чернильницу, поглядывая на мою реакцию из-под коротких ресниц, и начала тщательно что-то вырисовывать.

- Но позвольте…

- Леди, вам что-то неясно? – Она сурово посмотрела на меня. – Вы пропустили смотр – ваши и проблемы.

Я почувствовала, как медленно, но уверенно закипаю. Они все сегодня сговорились, или как?

- Леди Норвиг, - это я произнесло четко и громко, чтобы у неё и мысли не возникло меня перебить. В голосе появились странные, не присущие мне нотки. – Я попрошу вас выслушать меня.

Я не ожидала, что она согласится, но…

- Конечно, я вас выслушаю. – Внезапно абсолютно спокойно ответила леди Кларисса, посмотрев на меня абсолютно дружелюбным взглядом. Что с ней? Может, ей плохо стало?

Я нервно дернулась. Дружелюбие в глазах статс-дамы сменилось злостью и непониманием. С ней точно что-то не так. Но, пока она не успела опомниться, мне пришлось продолжить свою реплику:

- У меня личное приглашение от лорда Да’Роэлла. За мной уже утверждена эта должность. – Я с некоторой опаской протянула ей листок, врученный мне магом.

Леди Норвиг посмотрела на документ так, словно он был её худшим врагом. Потом перевела такой же взгляд на меня и процедила:

- Хорошо, леди, - она заглянула в листок. – Эррендерс. Вы приступаете к своим обязанностям с завтрашнего дня. С подробностями вас ознакомят другие фрейлины.

Она спрятала документ в один из ящиков стола, выудив оттуда взамен небольшую, завязанную бантиком розовую ленточку с какой-то золотой закорлючкой. С другой стороны оказалась пришита булавка. И что это? Брошка? Но зачем она мне и где её носить?

- Благодарю, леди Норвиг…

- Для вас я – ваше высокопревосходительство. – Сказала, словно выплюнула.

- Да, ваше высокопревосходительство. Благодарю. – С трудом выговорила я, всё-таки споткнувшись под конец сего весьма сомнительного титула, и, подхватив чемодан, не вышла – вылетела из комнаты статс-дамы.

Глава 2

525 г.

- Ласторы планируют разорвать помолвку? – Спросила я как-то за ужином, понимая, что совсем не готова услышать положительный ответ.

Астор помолчал немного, видимо, собираясь с мыслями, и осторожно ответил:

- Нет.

Я удивленно посмотрела на брата. Насколько я знала, их семейство было жадно к деньгам, а мы медленно, но уверенно двигались в сторону полного разорения.

- Но почему? – И тут же нахмурилась: - Не планируют же они прибрать к рукам графство? У них же нет на это юридического права, верно?

- Верно.

Я совсем растерялась. Ответы брата слегка раздражали – короткие и односложные, почему информацию я должна вытаскивать из него клещами?

- Тогда почему?

- Не знаю. – Брат вздохнул, откладывая вилку. Видимо, не только у меня пропал аппетит. – Может, рассчитывают, что с графским титулом добраться до дворца будет намного проще, чем с баронским. В конце концов, после Леттиссе у них еще три дочери на лавке запасных, так что они не многое теряют. А может, Летти просто попросила их не разрывать помолвку…

Я саркастически подняла бровь:

- Ты сам-то в это веришь?

Да, отношения брата и его невесты назвать радужными уж точно было нельзя. Она всегда вела себя излишне чопорно, всеми правдами и неправдами подчеркивая, что ей этот брак совершенно ни к чему. Астор же если вначале купился на её безусловную красоту, то потом понял, что невеста с таким характером – не лучший подарок. Однако деться уже никуда не мог: брачный контракт с отсрочкой до совершеннолетия Леттиссе был подписан уже давно, а её, к слову, весьма щедрое приданое, было нам необходимо.

Брат нахмурился:

- Следи за словами, Бри.

- Я просто озвучила твои мысли. – С вызовом сообщила я. – Или нельзя говорить, о чем думаешь? Знаешь, уж лучше скрывать что-то от других, но не от себя самого.

- Ты не знаешь, о чем я думаю. – Отрезал брат.

- Зато ты знаешь. – Холодно произнесла я, промокнула губы салфеткой, встала из-за стола и вышла из комнаты.

Настроение, и без того не высшего уровня, упало совсем. Чем бы таким заняться, чтобы это исправить?

Недолго думая, я поднялась в свою спальню, где лежала так и не дочитанная книга о драконах, далеких странах и прекрасных принцессах, которые вовсе не нуждаются в спасении. Астор явно был бы не в восторге, если бы узнал об этом: во-первых, мне запрещалось выносить книги из библиотеки, а во-вторых, ему не нравилось мое увлечение художественной литературой. Он считал, что я должна читать книги об этикете, истории и географии, моде, в конце концов. Потому их я и читала… в библиотеке… а в спальню уносила те, которые хотела читать сама.

Я залезла на кровать с ногами, поправила подушки и даже успела достать из-под матраса книжку, как вдруг услышала слабый удар в окно. Резко села, напряженно всматриваясь в вечерний сумрак за стеклом. Показалось или?..

Но стук повторился. Тогда я соскочила с кровати, спрятала книгу обратно (упаси Триликий, брат решит зайти – и как я буду оправдываться?) и, подойдя к окну, распахнула его.

- Джи, ты спишь? – раздался тихий голос из темноты.

Джи – одно из сокращений моего имени. Вообще, я предпочитала представляться, как Джита, но он упорно продолжал звать меня просто Джи… а Бри – для родных.

- Кейн, что ты тут делаешь? – так же тихо простонала я.

- Пришел тебя увидеть. – Не могу утверждать точно – в темноте ничего не видела, но уверена, что он ослепительно улыбнулся.

- И что, увидел? – с сарказмом поинтересовалась я, опираясь локтями на подоконник.

- Ага. – Под моим окном зажглось несколько небольших магических фонариков – Кейн был магом, пусть и пока необученным. Я неуверенно улыбнулась.

Я не знала, что сказать ему в ответ, да и не хотелось особо – просто продолжала улыбаться, смотря на друга детства.

- Спускайся!

- Что? – я опешила. – Зачем? И как?

Кейн тихо рассмеялся:

- Хочу пойти с тобой погулять. Можешь считать это свиданием.

- Ночью? – Мои глаза стали большими и круглыми, как плошки.

- Ну да, когда же еще, по-твоему, ходят на свидания? Прыгай!

В моей голове всё окончательно перепуталось. На какие еще свидания? С Кейном? Но он ведь мне просто друг! Или нет?

- Куда?

- Вниз, конечно! Не бойся, я поймаю.

Поймает меня, летящую со второго этажа? Звучит крайне сомнительно. Да и вообще…

- А если Ас решит ко мне зайти? – мой голос прозвучал очень жалобно.

- Подопри дверь стулом. – Кейн пожал плечами.

Эта идея мне изначально не нравилась. Но свидание… звучит просто невероятно! Почувствовав себя совсем взрослой, я преисполнилась решимости. Натянула давно изношенные балетки (зато не жалко), подправила прическу, подперла дверь не стулом – креслом (еле дотащила) и подбежала к окну. С облегчением вздохнула, когда увидела, что Кейн всё еще ждет меня, и вообще мне это всё не привиделось.

- Готова? – лукаво спросил он, подходя ближе к окну.

- А м-может, я всё же через дверь?.. – Я сглотнула. Всё же, прыгать было страшно.

- А комнату ты потом как запрешь? А если Астор услышит? И вообще, ты мне не доверяешь?

Я вздохнула. И не поспоришь ведь… но как страшно!

Стараясь не смотреть вниз и не думать о предстоящем (и уж тем более – о том, что будет, если Ас узнает), я влезла на подоконник и села, свесив ноги наружу. И замерла, не то привыкая к вечерней прохладе, не то морально готовясь.

- Ну же! Я ведь маг, не забыла?

Не забыла. Есть вещи, о которых вообще сложно забыть. О принадлежности человека к числу служителей Первого Лика – точно нельзя.

Мне пришлось зажмуриться и собрать всю свою волю в кулак. Подумаешь, ногу сломаю, и что? Не шею же! Да, Ас узнает и по этой самой уцелевшей шее отлупит… зато будет, что потомкам рассказать. И вообще, если я не решусь сейчас – жалеть буду до конца жизни.

- Лови… - Зачем-то прошептала я и прыгнула, оттолкнувшись руками от подоконника. Как-то сразу так вышло, что филейная часть быстро перевесила, и летела я уже не ногами вниз, а ею.

Я не успела ни испугаться, ни сообразить что-либо. Помню, как показалось, что под конец падения я начинаю медленно притормаживать – так, словно влетела в эластичную простынь, которая медленно прогибается под моим весом. А потом я влетела в чьи-то руки, и горячее дыхание опалило висок:

- Надо же, ты еще легче, чем я думал.

Я отчаянно покраснела и, шумно выдохнув, забарахталась, выражая собственное желание снова стоять на земле. Правда, я тут же почувствовала гордость за себя – и ведь даже не пискнула от страха!

- Пошли? – Кейн сделал шаг вперед и кивнул головой, маня меня за собой.

«Куда?» - хотела спросить я, но тут же прикусила язык. Ясно ведь, что не возле нашего дома гулять будем. Потому я кивнула, бросила прощальный взгляд на свое окно и пошла вслед за Кейном – в полную темноту, освещенную лишь тусклым светом магических светлячков.

***

527 г.

Стоило мне выйти из комнаты статс-дамы, как на мне тут же скрестился десяток невероятно заинтересованных взглядов. Я невольно притормозила, нервно смяв ленточку. На неё тоже кто-то обратил внимание:

- Эй, ты что, новенькая?

Они следили за каждым моим движением, и я стушевалась, затравленно переводя взгляд с одной накрахмаленной девицы на другую. Так и не дождавшись от меня четкого ответа, девушка продолжила:

- Я Констанс, а тебя как зовут? – Я подняла нерешительный взгляд на девушку. У неё было красивое круглое лицо, аккуратный носик, румяные щеки и волосы приятного медового цвета. Вычурное белое платье, украшенное километрами рюш и кружев, давало ей на пару лет младше, чем ей реально было. А к плечу была приколота нежно-розовая ленточка – один в один, как у меня.

- Джита. – Ответила наконец я, постаравшись придать своему голосу максимум уверенности. Не преуспела.

- Джита? – Искренне изумилась Констанс. – Что за глупое имя?

Я нахмурилась – уж какое есть.

- Не выбирала, знаешь ли. – Недовольно сообщила я. Имя ей мое не нравится.

Взгляд фрейлины похолодел, она коротко рассмеялась:

- Ну и зря. Тебе идет.

Послышались тихие смешки. Не смешно было, судя по всему, только мне.

Внезапно я поняла, что мне придется работать с этими девушками. Возможно, я им, конечно, не сильно нравлюсь, однако мне однозначно стоило подружиться с ними.

- У тебя красивые волосы. – Решила сделать ей комплимент в надежде, что это поможет. Фрейлина замолчала, недоверчиво глядя на меня. – Извините, леди Норвиг сказала, что я должна приступить к работе с завтрашнего дня, но совсем не объяснила, что надо делать.

- О, это легко. – Вклинилась другая девушка – с редкими темными волосами, кривоватой улыбкой и большим носом. – Нужно всего-то сопровождать принцессу Изабеллу, куда бы она ни пошла; делать то, что она велит, что бы ей не заблагорассудилось, и по мере возможности скрашивать её досуг. Принести чай, сыграть в шахматы, развлечь гостей, - начала перечислять она, загибая пальцы. – Почитать вслух, позировать для картины, сопровождать на прогулке, прибрать ночной горшок…

Она перечисляла еще долго – когда пальцы на руках закончились, она принялась их по очереди разгибать. А потом снова сгибать. Я почувствовала, как от количества информации у меня закипают мозги и поспешила её прервать:

- А что делать с этой ленточкой? – Я демонстративно помахала ею перед собой. – И как тебя зовут? Что мне делать в свободное от обязанностей время?

- Это не ленточка, а вензель Её Высочества! – Наигранно возмутилась фрейлина, уже понемногу начинавшая меня раздражать. Впрочем, судя по всему, только меня – остальные фрейлины переводили радостный взгляд с меня на неё и кровожадно ухмылялись. – Приколи его к платью и не появляйся за пределами комнаты без неё. Меня зовут Юдит. Свободное от обязанностей время? А его у тебя не будет. Ты дежуришь один день. Ровно сутки. Все двадцать четыре часа ты должна безустанно сопровождать принцессу. Даже ночью – и не вздумай уснуть! Остальные семнадцать дней будем дежурить мы все по очереди. А потом – снова ты.

Семнадцать выходных подряд? Я мечтательно вздохнула. Кажется, жизнь при дворе не так плоха, как мне казалось. Вот только чем мне потом заниматься все эти семнадцать дней?

Впрочем, буду решать проблемы по мере их поступления. И сейчас основная проблема – что делать с одеждой и куда я могу сложить свои вещи?

Это и спросила. Ответила третья девушка – она хоть и улыбалась вместе со всеми, но на Юдит косилась как-то неодобрительно. Я бы не назвала её красавицей, но симпатичной – однозначно.

- Одеждой обеспечиваешь себя сама, хотя в особо исключительных случаях принцесса может подарить тебе что-то. Но особо не рассчитывай. Вещи можешь сложить на девятую полку в комоде во второй комнате. Платья, которые не складываются, повесишь в шкаф. Единственная свободная кровать – твоя. Я Аманда, кстати.

- Приятно познакомиться. – Скорее на автомате ответила я. Одежду не выдают – это плохо. У меня всего три платья и еще одно – на мне. Хватит ли этого для титула фрейлины принцессы?

Однако я быстро себя успокоила – у меня всего один рабочий день из восемнадцати, этого достаточно, чтобы каждый раз являться к принцессе в новом платье прежде, чем у меня появятся деньги.

Обдумав это всё, я задала последний вопрос:

- Во сколько начинается рабочий день?

- Будильник звенит в шесть. В восемь нужно быть в опочивальне принцессы. В девять Её Высочество просыпается. – Коротко ответила Аманда.

Я немного постояла, убеждаясь в том, что больше она ничего добавить не хочет, благодарно улыбнулась, громко произнесла полагающееся «Спасибо» и направилась к одной из дверей, на которой гордо красовалась цифра «два».

Не смотря на то, что уже давно стемнело, спать не хотелось. И даже когда я разложила свои немногочисленные пожитки по местам и застелила новым постельным бельем одну из стоящих в комнате девяти кроватей, спать всё еще не хотелось. Общаться с новообретенными коллегами не хотелось тоже – чем-то они напоминали мне пираний и, не смотря на мое желание подружиться с ними, желания общаться по-прежнему не было. Хм… Да’Роэлл что-то говорил про бибилиотеку? Отлично, туда я и отправлюсь. Знать бы еще, где она…

Переоделась в слегка выцветшее желтое платье, подошла к двери, потянулась к ручке и замерла, услышав с трудом пробивающийся сквозь дверь отрывок фразы:

- …она покинет дворец через несколько дней, не сомневайтесь. – Не могу утвреждать точно, однако голос говорившей был невероятно похож на голос Юдит.

- Почему она вам так не нравится? – Я бы предположила, что это Аманда, но этот голос был мне незнаком. Совсем. Однако в душе я была безгранично благодарна неожиданной заступнице.

- Выгораживаешь её?

- Нет… - девушка явно смутилась.

- Тогда сиди тихо и не лезь, куда не просят.

После этого за дверью установилась тишина – по крайней мере, я ничего больше не слышала.

Получается, мне тут совсем не рады. А это плохо, очень плохо. Не могу сказать, что это сильно меня расстроило: и сама была не в восторге от их компании, да и не ожидала я теплого приема во дворце. Потому, натянув на лицо вежливую улыбку, толкнула дверь и вышла в гостиную. На меня тут же бросили несколько обеспокоенных взглядов, а я занервничала – неужели догадались, что я подслушивала? Ох, стоило выждать еще хотя бы несколько минут…

Но большинство даже не посмотрели на меня, продолжая заниматься тем, чем занимались до моего появления. Надеюсь, всё же, не догадались.

Недолго думая, я подошла к Аманде. Она общалась с другой фрейлиной, на вид – чуть старше меня, и по красоте ничуть не уступавшей Констанс (которая, должна заметить, действительно была очаровательной), но я понадеялась, что они не обидятся, если я ненадолго прерву их диалог:

- Простите, - право слово, я уже устала начинать каждую фразу с извинений! – Вы не подскажете, как добраться до библиотеки?

- Смотря какой… - начала было Аманда, но её собеседница тут же весьма некрасиво её перебила.

- Выйдешь из комнаты, повернешь налево, коридор заканчивается лестницей – спускаешься по ней и попадаешь в переход. Ищешь крыло Второго Лика, проходишь немного по коридору, первая винтовая лестница налево, второй этаж, библиотеку опознаешь сразу – массивные двухстворчатые двери, справа от них – табличка с надписью «Библиотека».

Я неуверенно проговорила путь, дождалась утвердительного кивка девушка и, сделав короткий книксен, вышла из комнаты фрейлин.

Вернее, почти вышла – на выходе мне не повезло столкнуться с самой красивой девушек из всех, которых я когда-либо видела. Она выглядела на три года младше меня, если не больше, была на голову ниже и казалась невероятно тонкой и хрупкой. Даже её белоснежная кожа казалась фарфоровой, особенно на фоне ослепительно-светлых волос и огромных карих глаз. Я замерла, не то от шока, не то от восхищения. Девушка отмерла первой и, недовольно сморщив кукольный носик, обвинительно ткнула в меня пальцем:

- Неужели так сложно смотреть, куда идешь? – раздраженно спросила она тоненьким голоском. – Если уж врезаешься в кого-то, будь так добра извиниться!

И замерла, уперев руки в бока и глядя на меня выжидающим взглядом. Я оторопела – она обвиняет меня в том, что я врезалась в неё? Будто только я в этом виновата! Сколько можно извиняться?! Надоело!

- Не нужно бежать так быстро – глядишь, и врезаться в тебя никто не будет. – Недовольно фыркнула я.

- Значит, это я виновата? – Удивленно переспросила девушка и её губы сложились в презрительную ухмылку, отчего она перестала казаться мне такой уж красивой: - Я никуда не бежала. Это ты летишь куда-то в неурочное время.

- Пусть даже так, однако я не буду извиняться за то, в чем виноваты как минимум мы обе. – Уверенность в собственной правоте стремительно покидала меня, однако идти на попятную я не собиралась.

К счастью, вмешалась другая девушка:

- Хельга, не обращай на неё внимание. Не стоит ждать знаний этикета от этой провинциалки. – Подойдя к белокурой, незнакомая мне фрейлина цепко ухватила её за предплечье и уверенно потащила в гостиную.

Хельга смерила меня еще одним оценивающим взглядом и неожиданно искренне улыбнулась:

- А ты смелая. Мне это нравится.

И, не сказав и слова больше, прошла в комнату. Я же – наоборот, вышла из неё, закрыла за собой дверь и остановилась.

И что это только что было?

***

525 г.

В свой первый побег я не учла только одного – как буду возвращаться. Мы с Кейном гуляли весь вечер и половину ночи, говоря о самых разных вещах, сидели на берегу ночного озера, смеялись и веселились. Это была лучшая ночь в моей жизни, и даже осознание того, что дома меня, вероятно, ждет разгневанный Астор, не пугало.

Мы вернулись к моему окну, и Кейн задумчиво почесал макушку: не смотря на то, что он был на два года меня старше, план возвращения меня обратно не продумал. В итоге мне пришлось второй раз за день довериться его магии и позволить полупрозрачному кокону поднять меня к окну второго этажа.

Возвращение меня на место завершилось удачно. Я влезла в свою комнату, чуть не рухнув с подоконника, помахала на прощенье Кейну и закрыла окно. На большее я была уже не способна, да он и не требовал.

Подвинула кресло на место, погасила свет и легла спать.

Наутро оказалось, что Ас даже не заметил моего отсутствия – всё еще дулся на неосторожно сказанные за ужином слова, но брать их обратно я не спешила: чего бегать от истины? Он не разговаривал со мной неделю, а я каждый вечер убегала гулять с Кейном, придвинув к двери кресло и свесив через окно привязанную к ножке кровати толстую веревку.

В прочем, даже когда брат перезлился, он всё равно не спешил наведываться ко мне в комнату вечерами, а я была только рада.

Через три недели мы уже гуляли за руку, и, видит Триликий, это было лучшее время в моей жизни.

А два месяца спустя случилось то, что случилось.

Я уже была готова к прогулке и бегала по комнате, пытаясь найти любимую заколку, привязать веревку к кровати и придвинуть кресло к двери одновременно. Получалось не очень, и я нервничала: Кейн должен был прийти с минуты на минуту!

Я еле успела до его прихода и, когда раздался легкий стук в окно (за время нашего общения Кейн достаточно поднаторел в магии и стучался уже весьма прилично), с готовностью полетела его открывать.

- Я чувствую себя рыцарем, спасающим прекрасную принцессу из башни. – Лукаво сообщил мне знакомый голос из темноты. Зажглись магические светлячки. Я ахнула, всеми силами показывая, насколько я в восторге от того, насколько он замечательный маг.

- А принцессу стережет злой дракон, который следит за каждым её шагом, потому сбегать она может только по ночам. – Дополнила историю я, залезая на подоконник и перекидывая веревку.

- И каждую ночь рыцарь неизменно приходит к её окну, потому что другой радости в его жизни нет.

- А принцесса лишь ждет, когда она станет свободна от влияния дракона. Лови!

Я привычно прыгнула вниз. Конечно, я могла спуститься по веревке, но зачем, если есть рыцарь, в объятиях которого так тепло и приятно?

- До твоего совершеннолетия всего четыре года. – Произнес рыцарь, аккуратно ставя меня на землю, но не выпуская из объятий. – А потом, можешь не сомневаться, я украду тебя навсегда.

И мое сердце трепетало, как бабочка, от счастья и благодарности за то, что кто-то может хотеть меня украсть.

Мы снова гуляли: по опустевшим улицам небольшого городка, по широкой дороге, проходящей сквозь лес, по мосту, перекинувшемуся через речку. И разговаривали: обо всем, что только можно придумать! Только мне почему-то было неспокойно. Будто шестое чувство во мне проснулось и тоскливо скреблось откуда-то изнутри.

Было жаль, когда прогулка подошла к концу, а мы – к дому. Я заметила, что сегодня забыла выключить свет – как тогда, когда мы отправились гулять в первый раз. Я встревожилась – что, если Астор заметит? Повернулась к Кейну, чтобы озвучить эту мысль, но не успела: он резко наклонился и впечатался в мои губы своими.

Я замерла, не понимая, как реагировать. Разве этикет позволяет поцелуи на втором месяце общения? А с другой стороны – с Кейном я общаюсь с детства, так что тут не два месяца, а все девять лет… Дальше додумать я не смогла – все мысли срочно спаковались и покинули голову, оставив за собой лишь щемящее чувство пустоты.

Я внезапно с удивлением обнаружила, что охотно отвечаю на поцелуй, привстав на носочки, а мои ладошки доверчиво упираются в грудь Кейна. Да и он не стоит просто так, собственнически обняв меня за талию. Но довольно скоро во мне всё-таки взыграло воспитание – я отстранилась и почувствовала, что покраснела до кончиков ушей. А Кейн внезапно рассмеялся и прижал меня к себе, крепко обнимая.

- Я буду ждать, принцесса. – Шепнул он мне на ухо, отпустил, развернулся и ушел.

Я постояла еще с минуту, пытаясь осознать, что только что состоялся мой первый поцелуй (благодаря чему я чувствовала себя невероятно взрослой) и, чувствуя что-то близкое к эйфории, вскарабкалась в свою комнату…

Мечтательная улыбка тут же слетела с моего лица – в комнате, развалившись в кресле и без интереса листая страницы забытой мною на кровати книги, находился Ас.

***

527 г.

Я бодро шагала в сторону библиотеки, повторяя про себя путь, чтобы не забыть. Уже стемнело, но я совсем не чувствовала себя уставшей – видимо, сыграло то, что до того я «отдыхала» все десять часов, проведенных в дороге.

«Спускаюсь по лестнице, попадаю в переход…» - повторяла я про себя, скатываясь по ступенькам.

И действительно попала в переход – огромный вытянутый зал с панорамными окнами, в который вело множество лестниц и коридоров. Окон было больше, чем стен, из-за чего создавалось ощущение, будто находишься на улице, вот только тут почему-то было совсем тепло, как в помещении. Вероятно, температура поддерживалась магией, поскольку, оглядевшись, я не увидела ни одного, даже самого завалящего камина.

Свет нескольких хрустальных люстр со странными светящимися кристаллами вместо свечей рассыпался по залу. Везде были люди – шикарно разодетые дамы, снующие туда-сюда слуги, серьезные лорды: кажется, я не одну минуту простояла с открытым ртом, пытаясь ощутить себя частью всего этого.

Да-а, а вот с «серьезными лордами» я явно поторопилась: мне навстречу неслись два парня примерно моего возраста, громко что-то обсуждая и бурно жестикулируя. Оба русые и смуглые, я бы даже предположила, что они братья, но почему-то они были совсем не похожи. К слову, я бы не обратила на них особого внимания, если бы они внезапно не обратились ко мне:

- …так пускай прелестная леди нас и рассудит!

- Ну и пускай! Надеюсь, тебе будет несложно признать свою ошибку при девушке!

- Посмотрим! – С азартом воскликнул первый, хлопая собеседника по плечу и хватая меня за руку.

Я удивленно воззрилась на него, не ожидая такой наглости. Интересно, что, согласно придворному этикету, надлежит делать в таких случаях?..

- Привет! Ты тут недавно, да? Я Шин, а это Сейр, приятно познакомиться. – За это время он успел пожать мне руку (чего девушкам в принципе делать не положено), придирчиво осмотреть меня с ног до головы, махнуть рукой куда-то вбок, указать на себя, на своего собеседника и еще раз пожать мне руку.

- Джита… - на автомате промямлила я в ответ, пытаясь собраться с мыслями и сообразить, как нужно реагировать на столь необычное знакомство.

- Джита, какое необычное имя! – С абсолютно непривычным для меня восторгом воскликнул Шин.

Я перевела отчаянный взгляд на Сейра в надежде, что хоть он спасет меня от этого ходячего урагана, но тот лишь смотрел на меня с беспомощным сочувствием. А Шин между тем не замолкал ни на секунду:

- Нам с моим другом срочно необходима твоя помощь! Можно сказать, это вопрос жизни и смерти! Каково настоящее имя автора «На произвол Судьбы»?

- Дайен Шварт. – Послушно отрапортовала я имя одного из известнейших писателей нашего королевства. «На произвол Судьбы» - книга, которая никогда мне не нравилась, однако была необходимой к изучению для представительницы графской семьи, так что все гувернантки втолковывали мне информацию о Шварте с небывалым рвением. Я никак только не могла понять, чем ему настолько не угодило собственное имя, что публиковался он под псевдонимом «Ханс Толберг»?

Сейр нахмурился и поспешил уточнить:

- Дайен или Дайерс?

Я открыла рот, чтобы ответить… задумалась. Закрыла. До его вопроса я была уверена, что Дайен, а теперь внезапно засомневалась. Дайерсом звали совсем другого писателя, фамилию которого я совершенно позорно забыла. Помнила только, что у Дайерса была какая-то абсолютно дурацкая фамилия.

- Дайен, вроде бы. – Уже не так уверенно, как в первый раз, повторила я.

- Ха, я же говорил! – Воодушевленно заметил Шин, еще раз хлопая Сейра по плечу.

- Странно. – Сейр нахмурился. – Я совершенно точно уверен, что его зовут Дайерс…

- Дайерс – другой писатель. – Осторожно заметила я. – Он написал «Восшествие к небу».

- Оо-о. – Сейр задумался, явно вспоминая что-то.

И я бы с удовольствием осталась, чтобы принять участие в дальнейших дебатах, но их стиль общения меня не пугал – скорее, приводил в полнейший ужас, потому я незаметно освободила руку из хватки Шина и сделала несколько аккуратных шагов вперёд, взглядом выискивая, где тут переход в крыло Второго Лика.

Шин что-то увлеченно втолковывал другу, тот хмуро и коротко отвечал, и я уже понадеялась, что мое внезапное исчезновение останется незамеченным. Но увы.

- Леди, постойте! – Раздался голос Сейра позади меня и я непроизвольно сделала еще пару шагов прежде, чем остановится. Опасливо повернулась к юноше. – Прошу, простите моего кузена, он был весьма… неучтив. Позвольте нам представиться, как подобает.

- Не стоит! – Вырвалось у меня прежде, чем я успела прикусить язык. Сейр нервно засмеялся, и тут к нам подскочил Шин. Я с трудом удержалась, чтобы не шарахнуться.

- Ну что вы, леди! – Бодро начал он, пытаясь придать своему голосу как можно больше серьезности. – Нам совсем не сложно!

Я недоуменно посмотрела на него, пытаясь осознать, к чему была последняя фраза. Возможно, они сочли мое «не стоит» нежеланием их обременять знакомством со мной? Странные какие…

- Лисейр и Шиннери Эн’Вебальд к вашим услугам. – Сейр слегка поклонился и дернул брата за рукав, призывая следовать его примеру. И, не успела я уточнить, как юноша с улыбкой дополнил сам: - Мы кузены.

Эн’Вебальд?! Мои брови поползли куда-то вверх. Значит, они из касты Третьего Лика, да? И до чего же знакомая фамилия… ох, не их ли родственник был генералом Нессенской армии в последней войне?

Всего основных каст три – маги, дипломаты и воины. Первые, что логично, владели способностями к магии – то есть, они могли «управлять магическими потоками в чистом виде» - дословно зазубренная цитата из учебника, которую я не понимала, потому что магом не была. Вторые были исключительно аристократами и отличались феноменальными способностями к общению. И под «феноменальными способностями к общению» подразумевалось всё, начиная от того, что им намного проще находить общий язык с окружающими, и заканчивая своего рода ментальным принуждением. И, наконец, воины, обладавшие большей выносливостью, скоростью и регенерацией, нежели обычный человек.

Покровителем их всех был Триликий – единственный бог пантеона нашего королевства – Нессенса. Соответственно, маги – последователи Первого Лика, к их фамилиям добавлялась приставка «Да’», и они, как и воины, не делились на графов, маркизов и прочих. Они были просто магами – этого достаточно для всеобщего уважения и почета. Воины принадлежали к Третьему Лику с приставкой «Эн’», и, наконец, дипломаты с приставкой «Ре’» – ко Второму. Что примечательно, все дипломаты являются аристократами, но далеко не все аристократы (и я тому живой пример) – дипломаты.

Да и в целом чистых последователей каст осталось немного, из-за чего они ценятся невероятно высоко. Связано это с тем, что способности передаются исключительно по чистой линии. «Полукровок» почти не бывает – из тысячи детей от смешанного брака один рождается со способностями обоих родителей, да и те обычно проявляются не очень сильно. В остальных же случаях получается самый обычный человек. Потому такие браки редко получают одобрение – кто захочет терять возможность получить еще одного кастового ребенка? Еще до моего рождения существовал закон, обязывающий каждого представителя какой-либо касты произвести на свет минимум двух детей со способностями, однако позже из моральных соображений этот закон был отменен.

Завороженно глядя на лордов, я присела в реверансе:

- Бриджитхильда Эррендерс.

- Серьезно?! – В глазах Шиннери снова зажегся какой-то несколько фанатичный огонек, отчего он перестал быть похожим на лорда и стал – на ураган. – Как ту самую Бриджитхильду Эррендерс?

Сейр шикнул на кузена, одергивая его за рукав, а я почему-то впервые в жизни почувствовала гордость за собственное имя:

- Да, именно так.

Глава 3

525 г.

Увидев Астора в своей комнате, я чуть не вывалилась обратно на улицу. В последний момент уцепилась за край подоконника и испуганно замерла, прикидывая, куда можно бежать. В окно не выпрыгнешь: Кейн уже ушел, и ловить меня никто не будет. Выход из комнаты перегораживает кресло, в котором сидит Ас. Разве что под кровать залезть, так не поможет ведь.

- А, вернулась. – Чересчур спокойно заметил брат, захлопывая книгу и небрежно откидывая её на кровать.

Я сползла с подоконника и закрыла окно, чувствуя нарастающую с каждой секундой панику. Брат встал с кресла и начал медленно приближаться ко мне.

- Итак, где ты была?

Я бы и рада была ответить, но не могла найти сил даже для того, чтобы повернуться к Астору лицом.

- Где. Ты. Была?! – Ас был уже совсем близко, и я буквально физически ощущала, насколько он взбешен.

- Гуляла… - пробормотала я, поворачиваясь, но так и не решаясь взглянуть брату в глаза.

- Ночью? – Вкрадчиво уточнил Астор. Я испуганно кивнула. – Бри, ты абсолютная, беспросветная идиотка. И с кем же ты гуляла, позволь поинтересоваться?

- Сама. – Я сглотнула, надеясь, что смогу отделаться малой кровью.

- Бриджитхильда, я даю тебе еще одну попытку, чтобы сказать правду. С кем ты гуляла?

- Но это правда, я гуляла сама! – Упрямо повторила я, скрещивая руки на груди.

- Ты меня за недалекого держишь? – Ас смерил меня долгим, изучающим взглядом. – Ты сама пошла гулять ночью… уже далеко не в первый раз, полагаю? И что, почему не днём?

- Ну-у… - я замялась, спешно пытаясь придумать подходящую причину. – Ночью всё такое тёмное и загадочное – не то, что днём, когда всё как на ладони…

Брат вздохнул:

- Либо ты называешь мне имя прямо сейчас, либо завтра вечером я встречаю его вместе с тобой.

Я снова запаниковала – что делать теперь, я не знала. И я сдалась:

- Кейн.

Астор протяжно застонал, разминая руки, видимо, чтобы задушить или меня, или Кейна. А может, обоих по очереди. Однако мне показалось, что он уже не так злится.

- Маг? Бри, ты в своем уме? – кажется, я поторопилась с выводами.

- Какая разница, маг он или нет? – истерично спросила я, с отчаяньем глядя на брата. – Он мне в первую очередь друг, а маг, воин или вообще никто – какая разница?

- Друг? – Ас хохотнул. – Что ты там говорила про самообман? «Уж лучше скрывать что-то от других, чем от себя самой»? О да, Бри, я это запомнил. – Глаза брата недобро блеснули.

- А я ничего не скрываю, ни от тебя, ни от себя. – Я уже слабо понимала, что несу, и не находила собственные слова противоречащими самим себе.

- Мы продолжим этот разговор утром, Бриджитхильда. И не думай, что ты сможешь избежать наказания.

Астор шумно выдохнул, быстрым шагом подошел к двери, буквально отшвырнул кресло со своего пути и вышел, громко хлопнув дверью. Я осталась в комнате сама, со слезами на глазах, перевернутым креслом и полным смятением в душе.

Естественно, той ночью заснуть мне не удалось: мало того, что вернулась я далеко за полночь, так еще и после разговора с братом не спалось. Я не плакала, но было страшно от незнания того, что ожидает меня утром, а ближе к рассвету еще и голова разболелась.

***

527 г.

Не смотря на моё активное сопротивление этой идее, новообретенные спутники неуклонно решили меня проводить, куда бы я ни шла…

- Если вы, конечно, не спешите на свидание! – Бодро дополнил Шин, после чего я покраснела и с трудом отрицательно мотнула головой, а Сейр «незаметно» ткнул кузена локтем в бок.

- Я иду в библиотеку. – Смущенно заверила их я, отчаянно озираясь по сторонам, ибо не знала, как отделаться от подобной компании.

Конечно, два молодых и красивых воина, желающих тебя сопроводить – мечта любой девушки, однако меня общение с ними несколько напрягало. Во-первых, с определенных пор я не стремилась поддерживать связь с представителями каст, а во-вторых – уж слишком специфичной была манера их общения, и даже не их, а одного вполне конкретного из них.

- Что может понадобиться леди в библиотеке в столь поздний час? – Удивился Сейр.

Я бросила короткий взгляд на маятниковые часы, стоявшие в зале перехода. И совсем не поздно – всего половина девятого. Или – я ощутимо побледнела – этикетом запрещается выходить из собственных покоев после определенного часа? Не попала ли я сейчас в абсолютно компрометирующую ситуацию? Да вроде нет – вон, сколько дам по коридорам разгуливает… и куда они все идут, интересно?

Раз можно им, значит, и мне можно – решила я и относительно уверенно ответила:

- Хотела почитать немного перед сном или хотя бы узнать, какие книги есть в дворцовой библиотеке.

И мы отправились в библиотеку. Почему Эн’Вебальдов удивило моё стремление попасть туда, я так и не поняла. Может, так не принято? Может, мне нужно было читать свои книги, а сейчас я, согласно этикету, вторгаюсь в чью-то собственность? Но ведь Да’Роэлл сам сказал, что можно…

По дороге мои спутники много шутили, а я – много смеялась, хотя, признаться честно, мои мысли были весьма далеко отсюда. Я думала о том, как там моя семья без меня? Смогут ли они продержаться до первой моей зарплаты? А еще я думала о своих соседках и о том, смогу ли я продержаться до своей первой зарплаты? Глупы те, кто говорят, что счастье не в деньгах. На деньгах стоит весь мир и по мне, счастье без них невозможно. По крайней мере, так я думала.

Я старалась внимательно следить за дорогой. Всё же, в этом дворце мне ещё предстоит жить, и неплохо было бы изучить его по мере возможностей. Да и, черт возьми, мне было ужасно интересно. Кому не было бы интересно, окажись он в настоящем дворце с королями, принцессами и иностранными послами?

Итак, до библиотеки мы добрались довольно быстро и предстали пред огромными двустворчатыми дверьми. В высоту они были чуть больше, полагаю, чем две меня, оббитые по периметру оловом. Рядом висела оловянная же табличка с выгравированной надписью «Королевская библиотека Цветущего Дворца». С обеих сторон от двери стояла по два стражника в форменных мундирах и с железной выправкой. Они стояли настолько неподвижно, что вначале я даже подумала, что это статуи, и лишь присмотревшись, увидела, что они дышат.

Я понадеялась было, что на этом наши с Эн’Вебальдами дороги разойдутся, но они, очевидно, и не собирались никуда уходить, затеяв очередную литературную дискуссию о каком-то авторе, имя и фамилия которого мне – о, ужас! – были совершенно незнакомы. Позориться я не желала, а потому перед входом в библиотеку я остановилась и выжидательно и даже, пожалуй, с некоторой мольбой посмотрела на них.

- Джита, мы с кузеном приносим извинения за то, что злоупотребляем вашим временем, - верно истолковал мой взгляд Лисейр. – И сегодняшним вечером больше не будем доставлять вам неприятности…

- Вы вовсе не!.. – Сделала я неудачную попытку протеста, но Сейр предупреждающе поднял руку, не дав мне закончить фразу.

- Однако нам было крайне приятно с вами пообщаться. Если вам вдруг понадобится помощь или вы просто захотите встретиться, вы сможете найти нас по этому адресу. – Юноша протянул мне небольшую карточку, на котором аккуратной вязью был выведен адрес. Я аккуратно сжала её пальцами, радуясь, что мне так повезло. – На этом же мы с вами прощаемся. Всего доброго!

Шин хотел ещё что-то добавить, но кузен схватил его под локоть и они направились прочь.

- Спасибо! – Только и успела я крикнуть им вдогонку прежде, чем служители Третьего Лика скрылись за ближайшим поворотом.

В общем, я была чрезвычайно рада и новому (и весьма, к слову, полезному) знакомству, и тому, что оно так быстро закончилось. Компанию, в которой мне нужно было тщательно подбирать слова, чтобы Шин снова не озвучил что-то компрометирующее, я находила несколько утомляющей. Даже не смотря на то, что на данный момент они нравились мне больше всех из тех, кого я успела пока что встретить в этом дворце.

Пропустили меня в библиотеку без проблем, но на входе я застыла, как вкопанная, пораженная увиденным. Я никогда не думала, что в одном месте может быть собрано такое невероятное количество книг! Всегда была уверена, что наша домашняя библиотека – одна из самых больших в королевстве, однако, кажется, невероятно ошиблась. Не берусь сравнивать, во сколько раз королевская была больше – просто потому, что, стоя возле входа, я не видела конца этой необъятной комнаты. Конечно, много места в ней занимали ковры, кресла и столы, а книжные шкафы находились преимущественно под стенами, но какой высоты были эти шкафы! Чтобы достать книги с верхних полок, нужно было взбираться по лестнице, а разве воспитанные леди лазают в библиотеках по лестницам? И как при таких обстоятельствах найти интересующую книгу?

Я медленно двинулась вдоль книжного ряда, чувствуя себя до ужаса растерянной. В зале почти никого не было – видимо, час для дворца действительно поздний. Рассеянно пробегала глазами по названиям книг, но пока встречала только классику нессенских авторов – вроде упомянутых уже сегодня «Восшествия к небу» и «На произвол Судьбы», написанных исключительно для того, чтобы восхвалять тогдашних королей. Мне такой вид подлизывания, как и любой другой, не особо нравился, однако своей головой я пока ещё дорожила, а потому не рисковала высказывать подобные мысли вслух.

Когда я прошла чуть дальше, классическая литература сменилась исторической – в следующем ряду было собраны древнейшие хроники и летописи нашего королевства. Однако эти шкафы были застеклены – и, думалось мне, надежно защищены магически. Реликвии, как-никак. «Свидетели древности», - так почтительно называла их вторая моя гувернантка, питавшая неуемную страсть к истории. Однако если она и пыталась привить своё увлечение мне, ей это слабо удалось. Потому, не заинтересовавшись особо, я прошла ещё дальше.

Внезапно часы, которые были и в этом зале тоже, пробили девять вечера. За то короткое время, что я тут была, зал опустел почти полностью, и мне стало ужасно неловко. Представив, что будет, если я действительно нарушаю этикет, и об этом узнает Да’Роэлл, я нервно сглотнула и, придя к выводу, что поход в библиотеку можно отложить на какой-нибудь другой день, быстро направилась к выходу.

Шум в дворцовых коридорах понемногу утихал, в гостиной же фрейлин – напротив, было шумно, как никогда. Большинство расселись вокруг круглого журнального столика и играли в карты, кто-то же занимался тем же, чем и раньше – читал или вышивал. Несколько девушек не делали ни то, ни другое, а просто наблюдали за игрой. К их числу я и поспешила присоединиться.

В карты я играла, как я полагала, неважно. Астор считал, что карточные игры – занятие не для леди, а потому мне интересоваться ими было запрещено. Конечно, я всё равно играла – меня научил Кейн, и ещё в детстве я много играла с ним и его друзьями. А потом обстоятельства вынудили превратиться из непоседливой девчонки в «настоящую леди».

Правила же игры, в которую играли сейчас фрейлины, были мне совершенно незнакомы, так что мне оставалось только наблюдать.

- Джита, почему на тебе нет вензеля Её Высочества? – недовольно прошипела Аманда, подходя ко мне.

Я похолодела. Как можно было забыть про вензель?! Триликий, лишь бы об этом не узнала леди Норвиг – я не сомневалась, что она не упустит ни единой возможности выгнать меня отсюда за малейший промах.

Я дернулась в сторону комнаты, но Аманда внезапно схватила меня за руку.

- Не шевелись. Если они обратят внимание на то, что ты побежала за вензелем – тут же донесут. Если спросят – скажи, что уже сняла его. Но впредь будь внимательней.

Фрейлина отпустила мою руку, а я благодарно посмотрела на неё. Невероятным облегчением было осознание того, что не все среди моих новых «подруг» ведут себя так же отталкивающе, как, например, Констанс.

- Хорошо, спасибо. – Я слегка улыбнулась. – Кстати, что это за игра?

- Валлис, никогда не слышала? Я думала, она распространена среди аристократов.

Я удивлённо посмотрела на девушку. «Среди аристократов»? А она тогда кто? Абы кого в фрейлины не брали – это я знала точно. Может, она из служителей Первого или Третьего Лика? Странно это всё.

- Валлис… - Задумчиво повторила я, решив обдумать эту мысль несколько позже. – Нет, не слышала.

- Она чем-то похожа на граций, только может играть больше четырёх человек и система счёта очков куда более запутанная. – Услужливо пояснила Аманда.

Я понятливо закивала головой. Уж граций – самую распространённую, пожалуй, карточную игру во всём королевстве, я знала, и даже неплохо играла в неё в то время, когда вообще играла.

- Эй, новенькая!

Я с некой опаской перевела взгляд на девушку, обращавшуюся, очевидно, ко мне – других новеньких здесь пока не было. И ничего хорошего в её серебристо-серых глазах я, увы, не увидела.

***

525 г.

В то роковое утро проснулась я, как и следовало ожидать, не выспавшейся и растрёпанной. Синяки под глазами и осунувшееся лицо вполне однозначно свидетельствовали о бессонно проведенной ночи. До завтрака оставался час, и весь этот час я провела у себя в комнате – возможность встретить Аса раньше установленного времени не прельщала. Более того: мне настолько не хотелось торопить этот, безусловно, крайне неприятный для меня, разговор, что я чуть ли не впервые в жизни позволила себе опоздать и задержалась в комнате еще на полчаса.

Дальше оттягивать было бессмысленно, и я, нервно одергивая манжеты платья, спустилась в столовую. Попытка придать себе как можно более гордый и независимый вид оказалась, полагаю, тщетной.

Астор трапезу, как и следовало ожидать, уже закончил, однако уходить не спешил и терпеливо ждал меня. Я прошла к столу и села, не отрывая взгляда от пола.

- Доброе утро. – Неожиданно спокойно, а между тем холодно поздоровался брат.

Я ничего не ответила, но наконец-то решилась посмотреть на него.

Астор, впрочем, тоже выглядел так, как будто долго не мог заснуть. Взгляд его был усталым, а короткие, дерганые движения выдавали, что он тоже нервничает.

«А ведь он просто волнуется за меня», - внезапно осенило меня и впервые за последние несколько часов мне стало стыдно. Не за ночные побеги, нет – о них я не жалела ни капельки. Скорее, за то, что не оправдала ожидания брата. Но разве я должна жить согласно чьим-то ожиданиям?

- Ешь. – Всё также сухо сказал Астор, не дождавшись ответного приветствия.

- Не хочу. – Ответила не столько из-за того, что действительно была не голодна, сколько из упрямства.

Астор выгнул одну бровь:

- Что ж, как знаешь.

Брат как будто бросал реплики. Они были коротки и не эмоциональны, осудительны. Неужели он настолько на меня обиделся?

- Неужели было так трудно сообщить мне? – наконец спросил Ас ещё минуту молчания спустя.

- Сообщить о чём?

- О том, что уходишь по ночам непонятно куда непонятно с кем.

- Мы просто гуляли…

- Просто гуляли? – В голосе брата появились злые нотки. – А у меня разрешение ты получить не хотела?!

- А ты бы разрешил? – я нервно рассмеялась.

- С этим магом? Нет, ни за что.

- Но почему? – я потеряла и без того жалкие остатки самообладания и вскочила. Впрочем, тут же села обратно.

- Ты действительно не понимаешь? Он – служитель Первого Лика, Бри! Ты вообще представляешь, какая огромная пропасть между вами?

- Между нами девять лет дружбы! И вообще, я же не собираюсь за него замуж! – крикнула я и прикусила язык, но поздно. Последняя фраза была ужасной ошибкой, совершенной под губительным влиянием эмоций, и если до того у меня ещё были кое-какие шансы склонить Астора на свою сторону, то теперь не осталось ни одного.

Он настолько опешил, что далеко не сразу нашел, что ответить. Сначала он побледнел, потом – покраснел. Сжал руки в кулаки.

Конечно, сейчас он расскажет мне о том, что у меня есть обязанности перед своим родом, и что такое компрометирующее поведение недопустимо. Потом он скажет, что так близко общаться с лордом, не собираясь выходить за него замуж – непозволительно и позорно. Сообщит, что лорд и сам не хотел бы жениться на мне, учитывая разницу наших положений. Закончит тем, что ему за меня стыдно, и родители, будь они живы, наверняка не гордились бы мной.

С какой-то стороны я могла его понять – у нас не осталось ничего, кроме гордости и титула. Союз с магом сулил бы лишение второго, а отсутствие союза – первого.

Я вжалась в стул, готовясь к ужасной буре, но её не последовало. Ас просто молчал. Смотрел на меня, как на вероломную предательницу. Не мог выбрать между братскими чувствами и обязанностью соответствовать возложенной на него ответственности.

- Вы больше не будете видеться. – Сказал наконец брат – так тихо, что я с трудом расслышала.

- Что? – непонимающе переспросила я, до последнего надеясь, что услышала его слова неверно.

- Вы больше не увидитесь. – Повторил он громче. Слова явно давались ему с трудом.

Я попыталась найти аргумент в свою пользу. Взяла со стола салфетку, нервно её смяла.

- Это невозможно. – Как можно более настойчиво сообщила я.

- Но неизбежно. – Отрешенно сообщил Ас, и я поняла, что переубедить его не получится. И всё же, надежда во мне ещё тлела.

- Хорошо. Я больше никогда не выйду ночью. – Я опустила голову.

- Нет, Бри, ты не поняла. Ты больше не будешь общаться с лордом Да’Хэлси. Вообще. Никогда.

Я почувствовала, что сейчас заплачу, и закусила губу – кажется, до крови. Воинственно посмотрела на Астора, не собираясь сдаваться так просто.

- Ты мне не указ и никак не сможешь препятствовать нашим встречам.

- Ой ли? – насмешливо поинтересовался брат, как-то безнадёжно глядя на меня. Я сглотнула. – Прости, Бри, но ты должна понять, что я не могу поступить иначе. Я пригласил лорда Да’Хэлси на ужин. После ужина ты должна будешь сказать ему что угодно, после чего он перестанет искать встреч с тобой, иначе это придется сделать мне.

Я почувствовала, как что-то, что раньше находилось внутри меня сильно натянутой струной, лопнуло. Спина не держалась больше ровно, руки разжались, роняя скомканную салфетку на пол, а я разрыдалась. Я никак не могла остановить этот поток слёз и чувствовала себя жалкой и разбитой.

Мне было плевать, что подумает обо мне Ас. Не хотелось его ни видеть, ни слышать, ни знать, что он об этом всём думает. Собрав остатки сил, я выбежала из столовой, взбежала на второй этаж и заперлась у себя в комнате, напоследок громко хлопнув дверью.

Во мне медленно, но верно поднималась всепоглощающая волна протеста, и я ничего не могла с этим поделать.

***

527 г.

Я устало посмотрела на обратившуюся ко мне фрейлину, понимая, что слишком устала для того, чтобы парировать её нападки в случае, если те будут.

- Откуда ты? У тебя титул хоть есть? – девушка хищно сощурилась.

Выглядела она бледно и невзрачно – невыразительные серо-голубые глаза, пепельно-русые волосы и светлая кожа с россыпью как будто выцветших веснушек.

- Я… - внезапно заметила, что все, находящиеся в комнате, умолкли, и теперь с интересом ожидали моего ответа. Только те, кто играли в карты, продолжили игру, хоть и не так активно, и всё же тоже поглядывали на меня. Мне стало неловко, и всё же, проглотив ком в горле, я продолжила: - из графства Эррен. Виконтесса Эррендерс.

Я присела в неглубоком реверансе, надеясь, что на этом вопросы ко мне закончены и я могу идти. Но несколько ошиблась.

- Эррендерс? Вы обнищали после Второй Нессенской войны, верно? – в её голосе явно читалось презрение, а худшим являлось то, что мне было нечем возразить.

- Ценою нашей нищеты была куплена победа. – Прошипела я. Мои родители пожертвовали собой в последней битве, уводя значимую часть вражеской армии по ложным следам и давая возможность основным силам выиграть время на подготовку. Они даже получили титул Героев Нессенса. Посмертный и, увы, абсолютно бесполезный как для них, так и для их потомков.

- Конечно. Служители Первого и Третьего Лика, которые погибли, сражаясь, к победе, очевидно, ни при чем. – Девушка саркастично улыбнулась.

- Героизм не определяется кастовой принадлежностью. – Зло бросила я. Почему мои родители заслуживают меньшего почёта просто потому, что не были ни магами, ни воинами, ни дипломатами?

- Зато определяется вкладом в победу. Твои родители сделали, полагаю, недостаточно, раз уж король не соблаговолил оказать хоть какую-нибудь поддержку их наследникам, как думаешь?

Я почувствовала, как побагровела от ярости. Как она смеет говорить такое про моих родителей?

- Я думаю, - говорила я как можно тише, всё ещё пытаясь взять свой гнев под контроль. – Что подобное обращение приравнивается к публичному оскорблению Героев Нессенса.

Если раньше все, кроме меня и этой фрейлины – как её зовут хоть? – молчали, то сейчас комната взорвалась бурными обсуждениями. Обвинение было достаточно серьезным, чтобы отстранить девушку от двора на достаточно долгий срок, стоит мне только донести эту информацию до нужных ушей и доказать её правдивость.

Фрейлина прищурилась и медленно приблизилась ко мне, очевидно, ни капли не сомневаясь в собственном преимуществе.

- Рискни. – Её глаза в самом что ни на есть прямом смысле, почернели. Всего на долю секунды, но этого хватило.

- Маг… - раздался за моей спиной многократный шепот – не то восхищенный, не то испуганный.

Я сглотнула – это обстоятельство конкретно меняло постановку вопроса и существенно сокращало шанс того, что мне поверят.

- Именем Таллора Сэнтиса я, Ваэлира Картолла, требую, чтобы ты извинилась.

И снова все принялись громко обсуждать полученную информацию. Я же буквально почувствовала, что смертельно побледнела. Таллор Сэнтис – высший духовный наставник Первого Лика. По сути, второй человек в королевстве сразу после монарха. Сильнейший маг Нессенса с огромным влиянием при дворе. Нужно обладать незаурядной храбростью, чтобы требовать что-то исполнить от его имени, и ещё больше – чтобы ослушаться.

И, будто этого было мало, я узнала, что «имею честь» общаться со старшей дочерью герцога Картолла – Ваэлирой Калиссией, графиней Заура.

Простая стычка с одной из фрейлин приняла действительно серьезный оборот, и теперь передо мной стоял выбор: подчиниться, наступив на горло собственной гордости, или же идти морально готовиться к казни. Конечно, если дело дойдёт до казни, Ваэлиру по головке никто не погладит – куча мороки с бюрократией (не так-то просто казнить виконтессу, как ни крути), да и истребление и так почти исчезнувшего рода может пошатнуть политическую стабильность Нессенса. Вот только мне до гнева, который обрушится в таком случае на голову Ваэлиры, не будет никакого дела. Ну пожурят немного, меня это из мёртвых не вернёт.

Все замолчали, напряженно ожидая моего решения. Уверена, сейчас они запомнят абсолютно каждое мое слово, чтобы потом разнести по дворцу новую сплетню. Новенькая сцепилась с Ваэлирой Картоллой, как уж тут не обсудить такую острую весть?

- Я… - голос резко сел, и мне пришлось прокашляться. – Я прошу прощения, Ваша Светлость. – Сцепив зубы, присела в книксене.

- За что? – Въедливо поинтересовалась фрейлина.

Лишь бы не сорваться… не разрыдаться, но и не разозлиться. Не показывать испуга, не улыбаться. Наверное, со стороны мое лицо сейчас напоминало мраморную маску. Только нездоровый блеск в глазах мог выдать, что со мной что-то не так, потому я смотрела в пол, не отрываясь.

Должность фрейлины была последним шансом для нашей семьи вернуть былое влияние, и я не собиралась его упускать из-за прихоти какой-то девчонки.

- За непочтительность, Ваша Светлость.

- Я прощаю тебя. – Ваэлира явно была недовольна таким исходом. Кажется, она рассчитывала, что я не сумею справиться с эмоциями. Однако я считала, что, если она хочет позабавиться – пожалуйста, но не за мой счёт.

Я ещё раз присела в книксене и удалилась в спальню. Уже закрывая дверь, я услышала, как остальные фрейлины принялись громко обсуждать произошедшее. Я заметила, что многие из них также были недовольны тем, как всё закончилось. Явно считали, что нужно поставить выскочку (то есть, меня) на место, а лучше – выпереть отсюда.

Я уже очень сомневалась в том, что идея стать фрейлиной была хорошей, однако отступать не собиралась.

Однако теперь у меня появилась ещё одна цель – не просто вернуть нашему роду былую славу, а ещё и уважение, да такое, чтобы никто и никогда не осмелился больше смеяться ни надо мной ни над кем-то из моих родственников.

Заходя в комнату, я была готова разреветься от чувства несправедливости и унижения, теперь же была преисполнена решимости. О да, я достигну того, чего хочу, чего бы мне это не стоило.

Глава 4

525 г.

Астор грохнул кулаком по столу. Вскочил, отпихнул стул – тот упал. Смахнул со стола стоящие рядом тарелки. Беспомощно зарылся руками в волосы, с отчаяньем глядя куда-то вверх. Никак не мог понять, почему в столь юном возрасте на него свалилась такая огромная ответственность в виде четырёх сестёр и разорённого графства.

Выбежал на улицу, хлопнув дверью и на ходу накидывая плащ – это утро было прохладным. И, оказавшись во дворе, замер, растерянно глядя на подъехавшую к воротам поместья карету. Несколько секунд недоуменно рассматривал знакомый герба на дверцах кареты, потом хлопнул себя по лбу: за всеми этими разборками он совершенно забыл, что сегодня Леттисе собиралась нанести им визит.

Возвращаться обратно в дом, учитывая то, что его, вероятно, заметили, было бы глупо. Потому, тяжело вздохнув, Астор направился к карете, попутно поправляя ворот плаща. Выглядел он после бессонной ночи, вероятно, не очень презентабельно. В прочем, от обнищавшего графа вряд ли кто-то ожидал расхаживания в расшитых золотом камзолах.

Какой-то шустрый лакей уже открыл дверцу кареты и даже помог Леттисе выбраться оттуда.

Выглядела она, как всегда, безупречно: аккуратно уложенные рыжие локоны, собранные в нехитрую прическу удачно оттеняли нежно-розовые румяна. Маленький слегка вздёрнутый носик и узкий подбородок придавали будущей графине несколько детский вид. Не слишком вычурное зелёное платье, белые перчатки на нежных ручках, небольшой ридикюль. Шляпы Леттисе не носила – считала, что столь неудобный головной убор носят лишь те, кто готовы на всё, что угодно, лишь бы уподобиться столичным модницам. Не соглашалась носить их даже зимой, заменяя вычурно расшитыми платками.

Девушка тоскливым взглядом смерила словно посеревшее поместье, с печалью осознавая, что когда-то ей придется тут жить. Покровительственно улыбнулась как раз подошедшему Астор, протянула руку для поцелуя.

- Доброе утро, граф. – Решила она заговорить первой. – Прохладно сегодня, не так ли?

- Да, не самое приятное сегодня утро, миледи. – Астор едва заметно поморщился, что, естественно, не укрылось от цепкого взора Леттисе. Смерив жениха задумчивым взглядом, махнула рукой кучеру. Тот истолковал жест правильно и отправился обратно в поместье Ласторов.

Граф подал невесте руку, и вместе они отправились в давно заброшенный сад, окружавший поместье. Впрочем, даже в таком, потрепанном и заросшем виде, сад не утратил своего прежнего очарования, хоть и не вызывал уже благоговейных вздохов. Пока Астор беззаботно рассуждал о всяких мелочах вроде новых веяний в литературе, Леттисе молча слушала, задумчиво изучая жениха.

- Граф, что у вас произошло? – оборвала она его наконец на полуслове, притормозив и требовательно глядя в глаза Астору.

Тот опешил. Конечно, внутренне он был куда более напряжен, чем внешне, однако вываливать груз проблем на голову невесты, которая даже младше его сестры – немыслимо! Не решатся ли Ласторы на то, чтобы расторгнуть помолвку, если узнают о непозволительном поведении Бри? Не сочтут ли это ниже своего достоинства?

Абсолютно вопреки голосу разума, Ас заговорил. Сначала спокойно, однако с течением времени он распалялся всё больше. К концу рассказа он плюнул на всё, перестав скрывать выходящие за рамки приличия детали, и нервно ходил из стороны в сторону, перестав обращать на Леттисе какое-либо внимание.

Ему этого не хватало. Вся его жизнь за последние несколько лет сводилась к тому, чтобы кое-как выплатить долги, в которые влезло графство за время войны, к сохранению помолвки, которая была единственным шансом на восстановление прежнего величия, к заботе о младших сестрах. Вот только кто бы позаботился о нём? Сейчас перед Леттисе стоял не граф, на плечах которого лежит ответственность за множество жизней, а обыкновенный восемнадцатилетний мальчишка, которому просто хотелось, чтобы его выслушали. И баронесса слушала, не перебивая, не раздавая никому не нужных советов.

Конечно, в здравом рассудке Астор никогда и ни за что не доверил бы подобную информацию постороннему лицу, однако противопоставить что-либо представительнице Второго Лика, коей являлась Леттисе, он не мог. О её даре вообще мало кто знал – даже братья и сёстры пребывали в неведении. Кровь дипломатов, доставшаяся ей, была сильно разбавлена смешанными браками, потому дар не мог раскрыться полноценно, однако для того, чтобы немного подтолкнуть графа к искренности, его хватило.

Наконец, Астор выдохся и обессилено опустился на стоящую неподалеку полуразвалившуюся лавочку. Обхватил голову руками. Он был противен сам себе – за то, что не мог справиться с проблемами сам, а в особенности за условие, поставленное перед Бри. Но как иначе объяснить ей, что союз с магом – шаг в пропасть?

Воцарилось неприятное молчание, прерываемое лишь шелестом листвы. Леттисе аккуратно села рядом с женихом, сетуя об испачканном платье, однако она понимала, что жаловаться сейчас не стоит.

Она не знала, что сказать, чтобы её слова не звучали, как жалкая попытка утешить, потому она просто сидела рядом.

Прошло ли полминуты, или полчаса прежде, чем Астор встал, лично он затруднялся ответить. Судорожно выдохнув, взърошил волосы и подал невесте руку.

- Прости. Я не должен был этого говорить.

Продолжать «выкать» в подобной обстановке было странно.

Леттисе и тут промолчала – на самом деле, действительно не должен. А впрочем…

- Хочешь, я поговорю с ней?

Ас задумался – так было бы проще всего, но…

- Нет. – Граф вздохнул. – Мои отношения с сестрой – это мои проблемы. Не хочу в семейные разборки втравливать… - Вовремя прикусил язык, с которого уже готово было сорваться слово «посторонних» - на такое Летти точно обиделась бы. - …кого бы то ни было.

- Астор, - девушка замялась – крайне редко она обращалась к нему так. Тряхнув головой, продолжила: - Ты поступил правильно, не нужно себя винить. Я уверена, она поймёт… когда-нибудь.

Граф озадаченно посмотрел на невесту – ему ещё не доводилось видеть её такой собранной и серьезной. Капризной, нетерпеливой, требовательной, сердитой – да, множество раз. Но вот такой, готовой протянуть руку помощи – нет.

- Я могу поговорить с отцом, - продолжала между тем Леттисе. – Возможно, наша семья сможет оплатить ей пансион… вероятно, не лучший в королевстве, сам понимаешь. Если хочешь, конечно.

Увы, все знания, которые мог дать ей пансион, Бри уже получила от частных преподавателей ещё при жизни родителей. А упекать её в пансион просто подальше от соблазна… стоит ли?

- Я справлюсь, Леттисе. Мы справимся. – Подчеркнув голосом слово «мы», Астор замолчал.

- Тогда давай пойдём в поместье. Я замерзла. – Надув губки, потребовала девушка. Граф усмехнулся, снова узнавая собственную невесту.

Справится ли?

***

527 г.

Будильник издал короткий неприятный звон. Кто-то недовольно застонал. Я с трудом разлепила глаза и осмотрела полутёмную комнату. Все не спеша вылезали из постели, не смотря на то, что дежурить сегодня предстояло только мне.

Фрейлины одна за другой покидали комнату, я же быстро надела одно из двух повседневных своих платьев и поспешила присоединиться к общему потоку.

На выходе из общей гостиной ко мне подошла Аманда.

- Доброе утро! – Она лучезарно улыбнулась, хватая меня за предплечье. Я не стала вырываться, полагая, что у них так принято.

- Доброе утро. – Я неуверенно улыбнулась в ответ. – Куда все идут?

- На завтрак, конечно же. Или ты собираешься полдня ходить голодной?

Вообще-то, я полагала, что буду завтракать с монаршей семьей, однако озвучивать это предположение не рискнула, предпочтя тактично промолчать. Да и в принципе до меня начинало доходить, что в моей ситуации лучше поменьше говорить и побольше слушать, запоминать, анализировать.

Негромко переговариваясь, процессия из восемнадцати фрейлин добралась до небольшой столовой, находившейся в этом же крыле. Стол уже был накрыт, и я поняла, что безумно голодна. Ещё бы – последний раз я ела вчера в карете (да, прямо на ходу, ужасное нарушение этикета, но об этом ведь никто не узнает?). Здесь же был устроен, по моему мнению, целый пир.

После смерти родителей мы остались с крайне ограниченным штатом прислуги – кухаркой с сыном, который выполнял небольшие подсобные работы, и старой служанкой. Роскошью наши трапезы в силу ограниченности средств не отличались, потому завтрак из двух блюд и небольшой чашечки кофе для меня был более чем впечатляющим.

Наконец, наступил самый волнительный момент за последние два дня. Судорожно поправляя небогатое, выцветшего голубого цвета платье, я топталась у покоев принцессы, не зная, имею ли право входить. Вернее, очевидно было, что имею не только право, но и обязанность, но всё равно было очень страшно.

Топталась я в итоге так долго, что дверь открылась сама, и на пороге показалась совсем не сонная русоволосая девушка в неожиданно простом платье. Несколько секунд я стояла, замерев от паники, а потом моментально присела в самом глубоком реверансе, на который только была способна.

- Выше Высочество… - начала было я, но была очень некультурно перебита.

- Какое я тебе Высочество?! – Зашипела девушка – Ты почему опаздываешь?

Я стушевалась – не так-то и опоздала, на пару минут всего, и то – исключительно из-за собственной нерешительности. И вообще: в смысле, не Высочество? А кто тогда?

Я шустро поднялась, всё так же испуганно смотря на девушку. Она нахмурилась:

- Не видела тебя раньше… новенькая, да?

Я кивнула. Девушка мученически возвела глаза к небу, прислонила палец к губам, призывая к тишине, и втащила меня в комнату.

Пока я с восторгом осматривала просто огромных размеров опочивальню, девушка со скепсисом рассматривала меня. Я покрутилась немного на месте, чтобы получше всё рассмотреть. А чего тут только не было! И невообразимых размеров гардероб, и позолоченная люстра, и потрясающе мягкий ковер на полу – такой, что по нему хотелось ходить исключительно босиком. Небольшими шажками подошла к стоявшему у стены туалетному столику. Он был абсолютно розовым и казался кукольным, совсем не настоящим.

- Я Ринда. – Представилась девушка наконец, правда, шепотом. – Личная камеристка Её Высочества. А где остальные?

- Остальные? – Словно сомнамбула отозвалась я, делая шаг к кровати с балдахином – такой огромной, что поместиться на ней могло человек десять, не меньше.

Это было ошибкой. В полумраке комнаты, да ещё и ослеплённая всей этой роскошью, я не особо смотрела, куда иду. И не знаю, как умудрилась споткнуться о стоящий здесь же пуфик. В поисках опоры я облокотилась на туалетный столик, но ковер под моими ногами начал стремительно отъезжать куда-то в сторону, и я упала окончательно, с громким дребезгом погребя под собой миллионы флакончиков и тюбиков, стоявших на столике.

Всё, это конец. Моя карьера фрейлины закончится, не успев толком начаться.

От чрезмерной паники я кое-как выпрямилась и замерла, представляя всевозможные кары, которые обрушатся на мою голову после подобной выходки. Ринда побелела до состояния накрахмаленной скатерти, и стояла, как и я, не шевелясь.

О, Триликий, за что мне всё это?

Глупо надеяться, что после шума, который я учинила, принцесса не проснется, и, тем не менее, надежда во мне теплилась до последнего.

- Ринда? – раздался сонный голосок откуда-то из недр кровати с поразившим меня балдахином. – Всё в порядке?

Принцесса села, обвела комнату затуманенным взглядом. Остановилась на мне, нахмурилась:

- Ты ещё кто такая?

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы сообразить, что делать:

- Бриджитхильда Эррендерс, Ваше Высочество. Я ваша новая фрейлина, прибыла только вчера, и…

- Хватит. – Принцесса несколько раздраженно подняла руку, останавливая этот словесный поток. Я прикусила язык (жаль, поздно), коря себя за болтливость. Её Высочество прикрыла глаза, очевидно, размышляя о чём-то. – Ринда, платье уже готово?

- Ещё не успела, Ваше Высочество, вы проснулись раньше обычного…

- Так займись этим. – Несколько грубо оборвала она камеристку. Впрочем, была в своём праве. – Теперь ты. – Она повернулась ко мне, ненадолго задержав взгляд на разрушенном туалетном столике. – Подойди. Как тебя зовут, говоришь? – Уже дружелюбнее поинтересовалась она.

- Джита, Ваше Высочество. – Я снова присела в реверансе и подошла к принцессе.

- Никаких «Высочеств», если мы не на официальном приёме. Просто Изабелла… или «миледи». – Добавила она, видя мою неуверенность по поводу того, можно ли обращаться к принцессе просто по имени.

- Как скажете… миледи.

- И этого тоже не нужно. – Остановила она меня, когда я снова попыталась сделать реверанс.

Я удивлённо посмотрела на принцессу. Странная она какая-то. Я думала, все особы королевской крови упиваются своей властью и кичатся ею направо и налево, Изабелла же почему-то была не такой.

- Ваше Высочество, платье готово. – Позвала Ринда. Хм, ей разве не позволяется обращаться к принцессе так же, как мне?

Пока Ринда помогала Изабелле одеться, я коротко рассказала о том, что послужило причиной столь резкого пробуждения принцессы. Попыталась заикнуться о том, что оплачу всё, что сломала, но была прервана:

- Ты не выглядишь, как человек, который может позволить себе раскидываться деньгами направо и налево. А эти стекляшки… переживу как-нибудь.

Действительно странная.

Около получаса понадобилось принцессе, чтобы умыться и уложить волосы (укладывала, конечно, не она, а Ринда), и всё это время мне приходилось поддерживать с ней разговор. Впрочем, поддерживала его скорее она, чем я, задавая мне целую кучу бессмысленных, на мой взгляд, вопросов: как добралась до дворца, нравится ли мне здесь, нашла ли я уже себе подруг среди остальных фрейлин. Рассказывать всё, как было, мне не хотелось – ни к чему Её Высочеству забивать себе этим голову, потому я постаралась ограничиться максимально общими фразами.

- Кстати, где остальные? – Повторила она наконец тот же вопрос, который мне задавала уже сегодня Ринда. Смысла его я ни тогда, ни сейчас не поняла, потому осмелилась переспросить:

- Остальные, миледи?

- Обычно фрейлины дежурят по трое. – Услужливо пояснила мне принцесса. Я нахмурилась:

- Мне ничего такого не говорили…

- Действительно? – удивилась Изабелла, после чего тоже нахмурилась. – И как леди Норвиг допустила подобное?

- Это не её вина, Ваше Высочество. – Поспешила я заступиться за статс-даму. – О таком распорядке мне рассказала одна из фрейлин…

- Значит, леди Норвиг даже не удосужилась проинструктировать тебя? – Холодно осведомилась принцесса, отчего я поежилась. Кажется, я сделала только хуже. – И что же за фрейлина решила дать тебе такой… полезный совет?

- Я… - на секунду запнулась, обдумывая варианты ответа. – Я не помню её имени, Ваше Высочество.

- Врать совсем не умеешь. – Констатировала принцесса. Я потупилась. – Ладно, сделаем вот как… не говори об этом разговоре остальным фрейлинам, хорошо? – Я кивнула. – А с леди Норвиг я чуть позже сама поговорю…

Хищный взгляд Изабеллы не предвещал статс-даме ничего хорошего. Я же была совсем сбита с толку: принцесса благоволит мне, веля называть её по имени, однако не позволяет такого Ринде; держится со мной подчеркнуто дружелюбно, не смотря на то, что я не сделала ничего хорошего, зато леди Норвиг явно грозит что-то не очень приятное. Как на подобное реагировать, я не совсем пока понимала, и старалась вести себя нейтрально.

- Ринда, когда подадут завтрак? – к величайшему облегчению, принцесса решила закрыть тему моих отношений с остальными фрейлинами.

- Через полчаса, Ваше Высочество. Никто не рассчитывал, что вы проснётесь сегодня раньше обычного, прошу прощения. – Спокойно отрапортовала камеристка.

- Хм… тогда сыграем в шахматы. – Решила Изабелла, поднимаясь и направляясь куда-то в угол комнаты. Тут что, даже шахматный столик есть? – Ты ведь умеешь играть в шахматы?

- Немного умею, Ваше Высочество. – С некой опаской ответила я, двигаясь следом за принцессой.

- Миледи, Джита. – Недовольно поправила она меня.

- Прошу прощения, миледи.

Почему-то принцесса Изабелла напоминала мне рысь. Грациозную, изящную, пушистую... и смертельно опасную. И, честно говоря, мне очень хотелось надеяться на то, что я ошиблась.

***

525 г.

Я уложила последнее платье в баул и буквально упала на кровать, не чувствуя ног от усталости. Подчиняться брату, прекращая встречи с Кейном? Не дождется. Только когда я перестану быть хозяйкой собственной жизни.

Собралась я на удивление быстро: натянула любимое домашнее платье (благо, жесткие корсеты из китовых усов, которые самостоятельно надеть было невозможно, вышли из моды ещё лет двадцать назад), передние пряди заколола, чтобы не падали на лицо. Слишком скромно? Возможно, однако домашний приём не требует особого официоза, да и… полагаю, сегодня комфорт будет для меня важнее сногсшибательного вида.

Ужина я дождалась с трудом, изнывая от нетерпения. Раз восемь проверила, ничего ли не забыла: нитки с иголками, запасная одежда, обувь, деньги, еда и ещё много всего, что может пригодиться в дороге. Я много читала, потому ни капли не сомневалась, что прекрасно знаю, что может понадобиться в пути, и не переживала по этому поводу.

Кейн пришел не один, а со своим старшим братом. Полагаю, официально именно старшего брата Кейна Ас и пригласил, завернув это во что-то вроде «необходимость обсудить, безусловно, важный вопрос взаимоотношений между нашими родами – магическим и аристократическим». Приглашение остальным членам семьи, конечно, прилагалось, вот только вряд ли они захотели прийти. Райс – брат Кейна – понятно, он не мог отклонить прямое приглашение. У Кейна же, очевидно, нашлись свои причины принять приглашение.

Я старалась выглядеть обиженной и расстроенной, чтобы Астор ничего не заподозрил, хотя на самом деле все мои мысли были поглощены будущим планом. О, я не сомневалась, что Кейн не откажется сбежать со мной! Опека брата начинала душить, и побег показался мне самым подходящим способом от неё избавиться. Лишусь титула и наследства? Да и черт с ними! Я жаждала свободы и приключений и уже представляла, как мы с Кейном побываем во всех странах этого мира, покорим Алазорскую пустыню, искупаемся в ласкающих волнах Женерского моря! Кейн не мог отказаться. Он ведь твердил, что любит меня?

Скосила глаз на Кейна. Тот с вежливой заинтересованностью слушал разговор ни о чём между Астором и Райсом. Райс держался весьма холодно, то и дело бросая презрительный взгляд на потрепанную мебель и вообще всем своим видом показывая, что мы должны быть счастливы уже тому, что милостивый лорд снизошел до общения с нами. Я фыркнула. Мысленно, естественно.

Вообще, определение «званый ужин» сюда подходило с натяжкой. Обсуждать что-либо с набитым ртом было не слишком удобно, потому расположились мы в гостиной. На столике стояло несколько подносов с напитками и закусками, служанка Мари закончила растапливать камин и поспешила удалиться.

Сидела я как на иголках, расположившись в самом дальнем углу комнаты и поглядывая на остальных поверх фарфоровой чашки с чаем. Сложно передать, что я в тот момент ощущала: какую-то дикую смесь из страха, обиды, нетерпения и воодушевления.

Астор с Райсом, усевшись напротив друг друга, обсуждали достоинства генерала Нессенской армии. Тема оказалась для них такой увлекательной, что Райс даже забыл, что собирался выражать брезгливость ко всему вокруг, и с огнём восхищения в глазах описывал тактическую схему последнего сражения. Кейн слушал, не вмешиваясь, да и вообще выглядел так, будто думал сейчас о чём-то совершенно далеком. Лисель, Марлин и Тересия примостились на небольшом диванчике, грызя печенье и перешептываясь о чём-то. Было видно, что им очень скучно, но уйти, пока их не отпустят, не смеют.

Наконец, Астор решил, что пора переходить к тому, зачем мы тут собственно и собрались. Решительно поднявшись, он широким взмахом руки пригласил Райса следовать в его кабинет, кивнул младшим сестрам, разрешая им удалиться и, бросив на меня многозначительный взгляд, вышел.

Мы с Кейном остались вдвоём, и я почувствовала, что былая решительность и тяга к действию стремительно меня покидают. Может, стоит всё же просто поступить так, как того требуют обстоятельства?..

Тряхнула головой, отгоняя так не вовремя пришедшие сомнения. Пересела поближе к Кейну, несколько секунд оценивающе на него смотрела. Потом не выдержала, вскочила и принялась расхаживать по комнате. Кейн с легкой улыбкой наблюдал, потом тоже встал.

Заговорили мы одновременно:

- Бри, я должен тебе кое-что сказать…

- Кейн, нам нужно поговорить…

Замолчали, ожидающе глядя друг на друга. Рассмеялись.

- Вы первая, миледи. – Кейн отдал шутливый поклон.

- Ну уж нет! – Я уселась в кресло и демонстративно сложила руки на коленях. – Ты говори первый.

Кейн прищурился. Подождал немного, надеясь, видимо, что я передумаю, но в итоге всё же не выдержал и заговорил:

- Меня приняли на факультет боевой магии и инженерии в столичном университете.

И выжидающе уставился на меня, надеясь получить в ответ хоть какую-то реакцию, но я ещё не поняла, что это значит, потом ответный взгляд был недоуменным.

Видимо, Кейну всё же очень хотелось как можно скорее поделиться новостями, потому он продолжил:

- Учеба начнётся в сентябре… Триликий, Бри, ты не представляешь, как я счастлив… С семи лет я готовился к поступлению туда, и мою заявку одобрили! – По лицу друга блуждала мечтательная улыбка, моя же с каждой секундой становилась всё более и более вымученной. – Если я закончу этот факультет… а я его обязательно закончу… то смогу получить должность офицера Корпуса инженеров. Почёт и место при дворе тогда мне будут обеспечены!

- Ты уезжаешь? – глухо спросила я, всё ещё надеясь, что ответ будет отрицательным.

- Завтра. – Кивнул Кейн и уставился в потолок. Несколько минут мы молчали, потом друг наконец очнулся: - Бри, это не значит, что мы не сможем видеться! У меня будут выходные, и каникулы, и… Эй? Бри?

Я смотрела на него абсолютно непроницаемым взглядом, до боли впившись ногтями в ладони и крепко сжав губы. Бежать? Ну да. Уверена, как раз сейчас он и согласится бросить так старательно лелеемые планы, чтобы сбежать… с девчонкой из обнищавшего рода? На что я вообще надеялась?

Только сейчас я в полной мере смогла осознать слова брата. Он – маг, и мы действительно не ровня. И цели у нас, кажется, разные.

Я медленно поднялась, стараясь смотреть вверх, чтобы не расплакаться.

«Ты больше не будешь общаться с лордом Да’Хэлси. Вообще. Никогда».

Что ж, братец, кажется, на этот раз ты был прав.

- Лорд Да’Хэлси, - подчеркнуто официально обратилась к нему я. – Думаю, вы сможете посвятить свои выходные и каникулы куда более интересным занятиям, нежели общение со мной. По крайней мере, магия вас уж точно интересует больше… - думала ли я так на самом деле? Нет, конечно, но в тот момент боль, злость и обида застилали мне глаза и разум. – К тому же, уверена, в столице вы точно встретите подходящую партию, и будет неуместно посвящать свои выходные и каникулы мне. – «Ну же… уколи его побольнее… избавь его от выбора между тобой и гордостью…» - Вы смешны в своем стремлении иметь всё сразу, лорд. Я и магия несовместимы, так что прошу вас, не стоит даже пытаться ухватиться за призрачную возможность получить офицерскую должность, не потеряв меня. Тем более, что вы, кажется, не достойны ни того, ни другого.

Я развернулась и, четко чеканя шаг, вышла из комнаты.

А по щекам моим катились слёзы.

Глава 5

527 г.

Закончить шахматную партию мы ожидаемо не успели. Слуги пришли с известием о завтраке как раз когда ладья принцессы «съела» моего коня.

Завтрак накрыли, вопреки моему ожиданию, прямо у принцессы в комнате. Я-то, наивная, представляла большую столовую, в которой каждое утро собираются монаршая семья с придворными. Шикарный стол с шелковой скатертью, золотые сервизы и замершие у стены гвардейцы…

Впрочем, завтрак, накрытый в комнате у принцессы, скромным назвать было нельзя. С полдюжины основных блюд, десяток разных десертов, огромные тары с фруктами, кувшины с морсом. Я с легкой опаской покосилась на принцессу, не совсем понимая, как она будет это всё в себя впихивать.

Оказалось, не будет: поела леди Изабелла хоть и плотно, однако со стола не исчезло и четверти блюд. Меня принцесса тоже пригласила за стол, и я, наверное, согласилась бы, но вовремя перехватила предупреждающий взгляд Ринды и вежливо отказалась.

А после завтрака началась настоящая каторга.

Для начала, не успели слуги унести всю посуду обратно на кухню, как в комнату заглянул дворецкий (просветила меня о том, что это – дворецкий, разумеется, Ринда). Принёс огромную стопку бумаг, аккуратно перевязанную атласной ленточкой, торжественно водрузил её на письменный стол и удалился.

Изабелла с Риндой выжидающе уставились на меня. Я нервно сглотнула, не понимая, чего от меня хотят. И не спросишь ведь… Ринда попыталась кивком головы указать мне на принесенную стопку, но не пойду же я самолично вскрывать письма принцессы?

Наконец, леди Изабелла поняла, что ждать инициативы с моей стороны бесполезно и, горестно вздохнув, сообщила:

- Конечно, Джита, мне будет угодно ответить на утреннюю корреспонденцию.

«Утреннюю? А это ещё вечерняя будет?!» - с трудом удержала я почти слетевший с языка вопрос, с почти священным ужасом глядя на внушительных размеров стопку писем и открыток.

Не знаешь, что ответить – сделай реверанс. Этому замечательному совету я и последовала, после чего, сообразив наконец, что мне нужно сделать, засеменила к столу. Дернула за скрепляющую письма ленточку, и бумаги веером рассыпались по столу. Краем глазом заметила, как принцесса с какой-то вышивкой расположилась на стоящем возле стола диванчике. Ринда не спешила уходить, напряженно наблюдая за тем, как и что я буду делать. Вытащив письмо наугад, я аккуратно взломала печать, прокашлялась и принялась зачитывать:

- Пишет герцог Ре’Вердерс, письмо отправлено двадцатого числа сего месяца. «Да хранит Триликий Ваше Сиятельное Высочество! Позвольте высказаться…»

- Да ты что, вообще ничего не умеешь? – с каким-то отчаяньем в голосе вскрикнула Ринда.

Я запнулась. Её Высочество, хоть и выглядела крайне раздраженной, всё же наградила камеристку ну очень недружелюбным взглядом, после чего та поспешила удалиться. Принцесса Изабелла прикрыла глаза и глубоко вздохнула, видимо, успокаиваясь. Потом заговорила:

- Джита, если ты будешь полностью зачитывать мне каждое письмо… в общем до вечера не управимся. Читаешь про себя, мне озвучиваешь только имя отправителя и краткое содержание письма. Впрочем, если там ничего важного – поздравления с Днём Возвышения, например, или ещё что-то в таком духе – можешь даже не говорить ничего, просто пиши ответ. Первое письмо я тебе продиктую, остальные можешь переписать по этому образцу. – Добавила она, наткнувшись на мой испуганный взгляд. – Если же это приглашение куда-то, или конкретный вопрос – я скажу тебе, что должен содержать ответ, и ты его напишешь. Нечего смотреть на меня такими испуганными глазами, перо бери!

Полтора часа утомительной работы длились, казалось, вечность. С трудом выводя аккуратные каллиграфичные буковки онемевшей от усталости рукой, я молилась о том, чтобы эта пытка наконец закончилась.

Я не успела ответить на все письма, когда в комнату постучал лакей с приглашением на завтрак. Я недоуменно воззрилась на него: вроде же уже завтракали?

Оказалось, завтрак полагался вовсе не один, а целых два. И вот второй завтрак в точности соответствовал моим ожиданиям: тут тебе и монаршая семья, и напудренные придворные, и личная гвардия короля.

На всём этом празднике жизни я удостоилась места по левую руку от принцессы, ещё два места слева от меня пустовали. Напротив сидели, заинтересованно на меня глядя, фрейлины Её Величества королевы Беатриссы Лавинии Кольдерс – их можно опознать по вензелю, похожему на тот, что крепился к моему платью, только не розового цвета, а алого. Враждебности в их взглядах я не заметила. В прочем, оно, наверное, и понятно: новое лицо при дворе, как-никак, вдруг окажется высокой шишкой, и доказывай потом, что не осёл. Высокой шишкой я, конечно же, не была, но они об этом пока не знали, вот и старались держаться нейтрально.

Фрейлин Её Величества было сразу целых пять, и красотой они уж точно не могли похвастаться. Наверное, специально таких подбирали, чтобы ненароком не затмили королеву. Принцессе в этом плане было попроще: она отличалась поразительной красотой, и все фрейлины, взятые разом, не годились ей и в подмётки.

Украдкой оглянулась, словно опасаясь, что кто-то может подслушать мои мысли. За такое неуважение к великим мира сего и до плахи ведь недалеко…

Не смотря на обилие блюд на столе, ела принцесса совсем немного – можно сказать, вообще почти не ела. Ещё бы: сложно остаться голодным после того завтрака, что подали ей в комнату. Смысл подобного оставался для меня загадкой, однако я старалась поражать поведению Её Высочества, справедливо полагая, что так меньше шансов выкинуть что-то из ряда вон.

За столом тут же началась оживленная беседа из разряда «обо всём и ни о чём». Монаршая семья пока что предпочитала отмалчиваться; я, поскольку была не уверена в своей осведомленности, тоже. Вместо этого я старалась повнимательнее слушать и побольше запоминать. Особенно меня интересовали имена, титулы и манера поведения – хотя вряд ли во время дворцового завтрака можно было реально определить черты характера человека.

Внимательнее всех я рассматривала королевскую чету. Восседавший во главе стола король Мартиус Ровандерс был погружен в свои мысли и мало обращал внимание на происходящее вокруг. Впрочем, вид у него был такой, словно он вообще не привык обращать внимание на окружающих. По правую руку от короля восседал кронпринц, явно старавшийся подражать поведению отца. Даже выражение лица у него было похожее. Напротив кронпринца сидела его мать – королева Беатрисса, а справа – младший брат. Насколько я помнила, он был лишь немногим младше Астора, хотя выглядел значительно младше своего возраста. Пожалуй, выглядел он даже младше меня. За ним сидели Изабелла и я, а слева от королевы – младшая сестра Изабеллы, Фелисиа Астальда, и фрейлины Её Величества. Фелисиа, в отличие от своих ближайших родственников, активно дискутировала с каким-то молодым человеком, при этом периодически помахивая рукой, словно прогоняя назойливых мух, и забавно сводя брови к переносице. Однако явно не поздоровилось бы тому дураку, который рискнул бы назвать младшую дочь дома Нессендерс забавной. Глядя на принцессу, я почти не сомневалась в том, что она не простит и намека на оскорбление.

- Прошу прощения, Вы ведь виконтесса Эррендерс?

На мне скрестились ничего не выражающие взгляды всех, кто сидел неподалеку. Я чуть не подавилась, не ожидавшая такого внимания к собственной персоне, потом от греха подальше чуть отодвинула тарелку и положила приборы.

Внимательным взглядом изучила спрашивающую. Женщина, на вид – около сорока, хотя в волосах нет и намека на седину. Смотрит… не то чтобы недружелюбно, скорее хищно. С трудом удержалась, чтобы не отвести взгляд, за что была удостоена лёгким кивком.

- Верно… - я замолчала, поскольку не знала даже, как к ней обратиться, а спрашивать, когда к нашей беседе так внимательно прислушиваются, было как-то неловко.

- Герцогиня Ре’Лайандерс, рада знакомству. – Почему-то поспешила она помочь, явно осознав мое бедственное положение.

Об этой женщине наслышана была даже я. Вышла замуж в пятнадцать, выбравшись из небогатого, хоть и дипломатического, рода, в высшую аристократию. Овдовела в семнадцать, став наследницей титула и немалого состояния, а также опекуншей двух дочерей супруга от бывшего брака. Дочери были, к слову, старше неё почти на десять лет. Не смотря ни на что, умудрилась стать причиной нескольких политических скандалов, обвинялась в шпионаже, однако до сих пор является чуть ли не самой весомой фигурой при дворе.

Мне было страшно даже подумать, чем такую персону могла заинтересовать я. Возможностью поиздеваться, указать мне моё место? Не похоже.

- Это честь для меня. – Я кивнула, приложив руку к груди, как и положено при поклоне за столом. Уж этикет, пусть и несколько устаревшую его версию, в меня вбивали со всей тщательностью.

Я ожидала, что сейчас герцогиня озвучит, что она от меня хотела, но та внезапно отвернулась и как ни в чём ни бывало продолжила прерванную беседу. Остальные, кажется, были удивлены подобному поведению герцогини не меньше моего, однако никак не прокомментировали эту ситуацию. Я же чувствовала себя так, будто только чудом пережила нападение голодной акулы.

Лорд Да’Роэлл, герцогиня, Её Высочество принцесса Изабелла… такое количество высокопоставленных людей, проявивших в том или ином роде заинтересованность ко мне, начинало пугать.

Возникало ощущение, будто я – часть какой-то совершенно непонятной мне игры, и это ощущение мне совсем не нравилось.

***

518 г.

На моей памяти ещё не было дня, когда наше родовое поместье выглядело настолько помпезно.

Гости начали прибывать ещё в полдень, и мне, наряженной в своё самое красивое платье – желтое, с огромным бантом сзади – приходилось стоять на месте, вежливо улыбаясь в ответ на приветствия. Как я в этот момент завидовала Лисель и Марлин, которые были ещё слишком маленькие для подобного рода приёмов, и могли остаться у себя в комнате под чутким присмотром гувернантки!

Последними прибыли Ласторы. Я как можно выразительнее скривилась, когда они вошли, и даже отвернулась, чтобы они не подумали ненароком, что я рада их приезду. Леттисе, как назло, выглядела абсолютно безмятежно-счастливой. Впрочем, её платье было такое пышное, что саму девочку не было толком видно в ворохе рюш и кружев.

Взрослые тут же прошли в зал для приёмов, с ними же ушел и Астор. Как же, наследник рода. И что, что ему всего одиннадцать? Все остальные дети, и мы с Леттисе в том числе, были отведены в другую комнату, где и оставлены под присмотром нескольких доверенных служанок.

Я села в самый дальний угол комнаты, презрев все детские развлечения, и скрестила руки на груди, полагая, что так все поймут, что я сильно чем-то недовольна. Леттиса подбежала ко мне почти сразу:

- Бри, пойдём, поиграем! – Потребовала она, дёргая меня за косичку.

- Летти, ты ведёшь себя, как простолюдинка! – Возмутилась я, надеясь поскорее избавиться от общества этой надоедливой девчонки. – И вообще, я уже слишком взрослая, чтобы играть вместе с вами. – Я гордо задрала нос.

- Вообще-то, мне уже столько же лет, сколько и тебе. – Обиженно сообщила Леттисе, как будто я не знала. Но как тут не знать, если её День Рождения мы праздновали всего неделю назад?

- А ведёшь себя так, как будто тебе пять. – Наставительно сообщила я и, решив, что уже достаточно её обидела, чтобы она отцепилась, спрыгнула с кресла, аккуратно расправила складки на платье и гордо направилась к выходу из комнаты.

- Ваше Сиятельство, вам нельзя покидать комнату, пока не придут ваши светлейшие родители. – Моментально перехватила меня одна из служанок, и я была вынуждена с позором вернуться в покинутое кресло.

- Бри-и, ну давай поиграем! – Заныла Леттисе, с каждой секундой раздражая меня всё сильнее и сильнее.

- Пойди поиграй сама, я не хочу с тобой играть.

- Почему ты не хочешь со мной играть? – Опешила девочка. Кажется, до того она предполагала, что я отказываюсь с ней играть исключительно из вредности.

- Потому что ты – ужасная, непослушная, невоспитанная девчонка! Никто не хочет с тобой играть! – Я окончательно разозлилась и уже совсем не думала, что говорю… впрочем, будучи восьмилетней девчонкой, я и до того не думала.

- Это неправда! – Отчаянно возразила Летти, стараясь меня перекричать. – Все хотят со мной играть! – Она обернулась к остальным детям в поисках поддержи, но те были слишком увлечены своими играми.

- Вот и играй с теми, кто хочет с тобой играть. – Зашипела я, залезая на кресло с ногами, чтобы казаться, видимо, выше и опаснее. – А я – не хочу! Ты хочешь забрать моего брата! Я тебя ненавижу! Ненавижу!

Вбежавшие в комнату родители застали испуганных служанок, не знающих, что предпринять в такой ситуации, меня, яростно повторяющую «ненавижу!» и Леттисе, рыдающую от отчаяния.

Меня ожидаемо отругали и в наказание пообещали, что за моё плохое поведение Леттисе будет сидеть не в конце стола, как полагалось, а на моем месте, рядом с Астором, я же должна буду сесть на её. От такой несправедливости у меня перехватило дыхание, но возразить я не могла ровным счётом ничего. Но нет, я не буду, как эта противная рыжая Летти! Я не буду заливаться слезами просто для того, чтобы меня пожалели!

После была церемония. Отвратительная церемония, которая ещё очень долго вызывала у меня максимально негативные ассоциации.

Викарий стоял в центре некогда бального зала, откуда предварительно вынесли всю мебель. Гости – и я в их числе – вынуждены были стоять, благо, недолго.

Перед викарием, держась за руки, стояли Астор и Леттисе – она, казалось, уже забыла о недавней обиде и с интересом оглядывалась вокруг. Впрочем, её мать, вместе с остальными родителями стоявшая там же, наставительно клала ей руку на плечо, когда девочка начинала крутиться уж очень непоседливо. В самой помолвке также принимали участие скорее взрослые, чем их дети. Дети, вероятно, вообще не особо понимали, что происходит и к чему это всё. Астор старался казаться более взрослым, чем он есть, хотя по его лицу было видно, что это всё для него очень скучно и что он уж точно не хочет когда-то там, через одиннадцать лет, жениться на этой мелкой девчонке. Он хотел быть полковником, как его отец, и абсолютно искренне считал, что для этого свадьба ему вовсе ни к чему.

И я была с ним совершенно согласна.

К чему вообще это всё? Почему все смеялись, когда я спросила, почему невестой моего брата должна стать Летти, а не я?

Я хотела закрыть глаза, чтобы не видеть всего этого, но в то же время мне было безумно любопытно. Я никогда до того не видела чьей-то помолвки, и сейчас мне было интересно наблюдать, как поверх скрещённых рук жениха и невесты кладут длинную голубую атласную ленту и аккуратно завязывают снизу. Затем оставшиеся свободными концы лента взяли родители наречённых. Заиграл оркестр. Дети развернулись лицом к выходу и, неуверенно переглянувшись, двинулись вперёд. Родители – за ними. А потом толпа двинулась следом, закрывая мне обзор. Я попыталась пойти вместе со всеми, но гувернантка схватила меня за руку и повела куда-то в сторону, очевидно, собираясь увести меня в свою комнату. А я заливалась слезами, осознавая, что последние мгновения того, как Астор не был ещё обрученным, он смотрел не на меня, а на неё, и почему-то это оказалось до боли обидным.

***

527 г.

Уж не знаю, был ли такой порядок дня обыденным, или же принцесса совсем разочаровалась в моих фрейлинских способностях, но остаток дня прошёл на удивление куда менее напряжённо, чем его начало. К моему огромному облегчению, закончить разбор корреспонденции поручили Ринде – она, кажется, была этому рада куда меньше меня, и всё время, что мы с Её Высочеством провели в комнате, пыталась, вероятно, испепелить меня взглядом.

Затем принцесса высказала пожелание совершить полуденный моцион. Я попыталась помочь ей надеть шляпу и перчатки, однако так занервничала из-за того, что находилась столь близко к монаршей особе, что руки мои невероятно тряслись, и вместо того, чтобы завязать аккуратный бантик, я несколько раз дёрнула принцессу за волосы. Она какое-то время стоически терпела, то и дело бросая мученические взгляды на корпящую над письмами Ринду, после чего несколько нетерпеливо отодвинула меня и завязала непослушные ленты самостоятельно.

На выходе из комнаты, к моему великому удивлению, стояло четверо стражников. В парадной форме и при оружии. Я была более чем уверена, что до того их тут не было, однако леди Изабелла, кажется, совсем не удивилась. Только, выходя из комнаты, как-то неопределённо махнула им рукой и быстрым шагом двинулась по коридору. Я шла чуть левее и позади неё, с любопытством оборачиваясь на стражников, идущих, хоть и на некотором отдалении, однако всё же определённо за нами.

- Не думаешь же ты, что королевская особа может гулять без сопровождения телохранителей? – сказала принцесса, не смотря на то, что я не задавала никаких вопросов.

- Я полагала, что они будут не такими заметными, чтобы не раздражать вас своим присутствием, миледи. – Честно ответила я.

- Они защищают мою жизнь, так почему они должны раздражать меня? – Искренне удивилась Её Высочество. – Да и, - добавила она, чуть погодя, - почему ты думаешь, что видишь всех?

Мои глаза удивлённо расширились. Я украдкой оглянулась, рассчитывая увидеть ещё несколько таких же стражников, прячущихся от наших и посторонних взглядов во всяких непримечательных местах – в шкафах и за углами, к примеру. Ожидаемо никого не увидела, однако теперь мне стало несколько не по себе от мысли, что кто-то беспрестанно наблюдает за нами.

- Без охраны появляться во дворце опасно, особенно - мне. – Продолжила меж тем принцесса, поддерживая беседу сама с собой. – Везде найдётся желающий занять твоё место или, по крайней мере, сдвинуть тебя с него. Запомни это хорошо, Джита. Возможно, однажды это наставление спасёт тебе жизнь.

Я сглотнула. Стало ещё более не по себе. Конечно, я и до того не сомневалась в том, что так оно и есть, но почему-то истина озвученная пугает куда больше, чем истина надуманная.

Принцесса шла хоть и весьма бодрым шагом, однако не менее грациозно от этого. Мы быстро добрались до выхода из дворца, однако, к моему удивлению, не парадного. Эта дверь была выполнена полностью из стекла с выгравированными на нём геометрическими узорами. Невероятных усилий стоило мне удержать челюсть на месте, когда я увидела эту дверь, и ещё больших – когда я прикинула её стоимость. Почему-то тут же появилось раздражение – аристократы могли потратить на не особо полезную вещь состояние, на которое целая крестьянская семья могла безбедно жить год. И хоть теоретически я и сама относилась к аристократии, практически же не понаслышке знала о бедности и совершенно не понимала, как подобное может считаться справедливым.

Сад в эту пору года уже не отличался особой красотой. Деревья ещё с неделю назад скинули последние листья, и теперь от их былой красоты остались лишь серые, покорёженные стволы. Прошедшие дожди размозжили землю под ногами, и, если бы не широкие тропинки, перемещение по саду не представлялось бы возможным. Небо было затянуто плотными серыми тучами, а ледяной ветер, дующий прямо в лицо, лишь усугублял мрачную атмосферу, царящую в саду. Неудивительно, что людей тут, за исключением прислуги, практически не было.

Я поёжилась от холода – всё же платье, которое я надела сегодня утром, не было рассчитано для подобных испытаний, а взять с собой пелерину и шляпку я не додумалась.

Её Высочество такие мелочи, как плохая погода, казалось, совсем не интересовали. Она лишь подставила лицо ветру и слегка улыбнулась, однако тут её взгляд упал на меня, и она недовольно нахмурилась:

- Вот потому фрейлины и дежурят обычно по трое. Пожалуй, мне стоило позаботиться о том, чтобы послать кого-то за твоими тёплыми вещами.

Я не нашлась, что ответить, потому молча опустила голову. Принцесса же, не дожидаясь моего ответа, двинулась дальше по тропинке, я – за ней. Однако шли мы недолго: едва мы приблизились к немолодому уже мужчине, сметающему размокшие листья с тропинки, как принцесса обратилась к нему:

- Добрый день. Вы окажете мне небывалую услугу, если разыщете какую-нибудь горничную и пошлёте её за верхней одеждой леди Бриджитхильды Эррендерс от моего имени. – Леди Изабелла лёгким кивком указала на меня.

Мужчина, бывший, вероятно, садовником, пробежался по мне быстрым взглядом, чуть задержавшись на вензеле фрейлины и, низко поклонившись принцессе, двинулся в сторону дворца.

Горничная, принёсшая мне пелерину и шляпку (вероятно, их ей выдали другие фрейлины), не заставила себя долго ждать. Я благодарно кивнула ей и аккуратно приняла у неё вещи. Первым делом надела шляпку, дабы уберечь то, что осталось от моей причёски после знакомства с местными ветрами. Затем накинула пелерину… и онемела. Мех, что некогда был пришит к подолу накидки, был бессердечно отпорот – настолько небрежно, что по краям торчали нитки. Серебряные застёжки оказались срезаны, так что мне пришлось просто завязать ленту у горловины. Эта пелерина досталась мне от матери и, хоть и раньше была поношенной, сейчас выглядела вовсе жалко. Я почувствовала, как к глазам подступают слёзы, и лишь невероятным усилием мне удалось их удержать.

- Благодарю, Ваше Величество. – Я присела в реверансе и опустила голову в попытке скрыть, насколько я потрясена.

Я не знала, что делать в подобной ситуации. Очевидным казалось, что это – дело рук одной из моих новых «подруг», однако что я могла сделать? Если их накажут из-за меня, на меня окончательно обозлятся. Если же это – дело рук кого-то влиятельного, как, например, Ваэлира, либо меня выкинут отсюда (за клевету, естественно), либо же горничную (ведь, конечно, это она испортила вещь, пока несла её). Нет уж, лучше стерпеть в этот раз. Это всего лишь вещь, пускай и крайне дорогая и памятная для меня.

- Миледи, Джита. Сколько можно повторять? – На этот раз в голосе принцессы скользило неприкрытое раздражение, и я дала себе мысленную пощёчину. Надо собраться, иначе отправлюсь домой.

- Прошу прощения, миледи. – Хотела смирённо сказать я, но слёзы сдавили горло, и получился лишь шёпот.

- В чём дело, Джита? – Её Высочество недовольно свела брови к переносице и, аккуратно сжав мой подбородок, вынудила поднять голову и посмотреть ей в глаза.

- Это дело не стоит вашего времени, миледи. – В этот раз мне удалось произнести фразу более-менее чётко.

- Уверена?

- Да, миледи. – Совсем неуверенно ответила я, нервно теребя торчащие из пелерины нитки, которыми некогда был пришит мех. Принцесса опустила взгляд и несколько секунд наблюдала за сим действием, так что я поспешно спрятала руки за спину.

- Что ж… как скажешь.

Не произнеся больше ни слова, принцесса отвернулась и зашагала по тропинке. За остаток прогулки ни одна из нас не произнесла ни слова.

***

517 г.

- Джита, присмотри за сестрой! – крикнул мне Астор, уносясь куда-то в сторону пруда.

Я удивлённо и в то ж время радостно посмотрела ему вслед. Мне ещё никогда не поручали следить за младшей сестрёнкой, и теперь я имела возможность почувствовать себя по-настоящему взрослой.

Год назад её появление стало невероятным потрясением для меня. Я росла с Астором и не могла представить, что в нашей семье могут появиться ещё дети. И если Ас относился к маленькой Лисель со всегда удивлявшим меня раздражением, то я очень часто просила родителей пустить меня поиграть с ней, но… «Нет, Бри, вы обе ещё слишком маленькие. Подожди, пока она немного подрастёт».

Я с замиранием сердца приблизилась к расстеленному на траве мягкому розовому покрывальцу, сидя на котором, Лисель, очевидно, пыталась оторвать кукле голову.

- Милая, с куклой надо играть не так! – Воскликнула я и, незамедлительно отобрав у неё куклу, тут же принялась рьяно показывать, как это надо делать.

Девочка, к моему удивлению, расплакалась. Я недоуменно посмотрела на сестру, не понимая, что её так огорчило. Тут же испугалась – вдруг кто-то увидит, что она плачет, подумает, что из-за меня, и мне больше никогда не разрешат играть с Лисель?

Решив, что надо срочно её отвлечь и развлечь каким-то другим образом, я схватила сестру на руки и поднялась на ноги. Она оказалась куда тяжелее, чем мне казалось, однако я мужественно донесла её до ближайшего дерева.

Этот ветвистый дуб рос тут, сколько я себя помнила, и был моим самым любимым деревом на всём белом свете. Часто, играя с Кейном, мы залезали на него и представляли, что это – наш корабль, а сами мы – отважные путешественники, переплывающие необъятное Ангардское море в поисках приключений.

Я была уверена, что Лисель тоже понравится эта игра, однако для начала на дерево надо было залезть. Привстав на носочки, я с трудом подняла сестру до уровня своих плеч и попыталась усадить на нижнюю ветку дуба. Та, вопреки моим ожиданиям, почему-то не спешила залезать туда, и только ещё сильнее расплакалась.

- Ну же, садись, глупая! – разозлилась я, ещё упорнее подпихивая малышку.

- О, Триликий! Бри, что ты делаешь?! – Внезапно раздался где-то позади меня полный ужаса голос моей матери.

Я вздрогнула и обернулась. Видит Триликий, я вовсе не хотела отпускать Лисель, но уставшие детские руки отпустили её как бы сами собой, и девочка полетела вниз, захлёбываясь оглушительным плачем. Слишком поздно я среагировала, пытаясь ухватить её за платье или за ногу, но сумела лишь приостановить падение.

- Мы просто играли, мама…

Но она, казалось, не слышала меня, подлетев к сестре и схватив её на руки.

- Ты не ушиблась, милая моя? – Обратилась она к годовалому ребёнку, обеспокоенно осматривая девочку со всех сторон, однако ожидаемо осталась без ответа. Лисель всё так же продолжала рыдать, прижав к себе ушибленную ручку.

Тут я увидела буквально посеревшего от испуга Астора, нехотя плетущегося со стороны озера. Заметила его и мать:

- Позволь объяснить, где ты был и почему за Лисель присматривает Бри, а не ты? – Гневно спросила она, трепетно прижимая к себе дочь.

- Я был у озера, мама… друзья позвали меня и я подумал, что могу отойти на несколько минут… - неуверенно пролепетал брат, не отводя глаз от земли.

- Это не оправдание, Астор Эррендерс! Ты, как-никак, наследник, будущий виконт, и подобная отговорка для тебя непростительна!

В подобном гневе я не видела её никогда в жизни, и Ас, кажется, тоже. Не сразу поняла, что по щекам катятся слёзы. Я совсем, совсем ничего подобного не хотела!

- Бриджитхильда, - повернулась мать ко мне, и я испуганно дёрнулась. – Ты знаешь, что тебе не позволено пока что сидеть с сестрой. Вы будете наказаны, оба. Следуйте за мной.

Резко развернувшись на месте, она быстрым шагом направилась в сторону поместья. Мы были вынуждены буквально бежать, чтобы поспеть за ней.

- Я просто просил присмотреть за ней. Почему всегда за твои проступки наказывают меня? – вытирая злые слёзы, прошипел мне Астор, больно дёргая за руку. Я не нашлась, что ответить.

Усадив нас за письменный стол, виконтесса Эррендерс вручила каждому из нас по карандашу и стопке листов.

- Мы – прежде всего семья, запомните это, дети! Для вас не должно быть никого дороже ваших братьев и сестёр, и не должно быть слов более авторитетных, чем слова ваших родителей! Я надеюсь, вы хорошо запомните это. А для лучшего запоминания вы не встанете из-за стола, пока не испишите свои стопки листов фразой «Мы – прежде всего семья».

Я с ужасом посмотрела на предстоящий объем работ. Да тут писать неделю придется! Астор, горестно вздохнув, уже взялся за карандаш, я же пока только нерешительно теребила уголок первого листа.

- Всё из-за тебя, глупая девчонка. – Прошептал Ас.

- Никаких разговоров! Не успеете закончить сегодня – продолжите завтра. И я настоятельно рекомендую вам уяснить эту фразу. – И, отвернувшись, тихо, обращаясь как будто бы к самой себе, добавила: - И угораздило же эту глупую гувернантку покинуть нас как раз сегодня утром…

И вышла из комнаты, утешая Лисель, которая, впрочем, уже и сама видимо выдохлась и перестала хныкать. Я же начала кривым детским почерком неуверенно выводить слова, которым суждено было стать ключевыми в моей жизни ещё очень, очень надолго.

Глава 6

527 г.

Ночь я провела у кровати принцессы. Не знаю, по какой причине ещё с утра она не распорядилась прислать двух других фрейлин, которые должны были дежурить сегодня вместе со мной. И если днём я чувствовала себя в обществе принцессы лишь несколько скованно, то ночь походила на сущий ад. Бороться со сном становилось с течением времени только тяжелее, и, пожалуй, я бы не справилась, если бы не Ринда, из сочувствия предложившая подменить меня на час ближе к утру.

Как оказалось, дверь в комнату Ринды находилась прямо в покоях принцессы, и помимо её собственной, тут стояло ещё две кровати. Вероятно, они как раз и были рассчитаны на то, чтобы на них спали уставшие за день фрейлины. Впрочем, тогда я не особо об этом задумалась – просто упала и погрузилась в столь манящее небытие…

Сон мой потревожили голоса, доносящиеся из спальни принцессы… Принцессы?!

Резко вспомнив, что я – дежурная фрейлина, и нынче должна быть подле Её Высочества, а вовсе не спать тут, я живо вообразила, какие кары меня ждут за подобное. Подскочив, я кое-как расправила платье и, стараясь выглядеть как можно более невозмутимо, вошла в опочивальню принцессы.

- …всё именно так, Ваше Величество. Леди Эррендерс сама вызвалась дежурить в одиночестве, поскольку «не желает иметь с нами никакого дела». – Я узнала голос Юдит ещё до того, как увидела её. И тут же поняла, что речь обо мне.

Я? Сама вызвалась дежурить в одиночестве?! Я почувствовала, как возмущение поднимается из глубины моей души. Именно она утверждала, что именно таков порядок, и теперь ещё смеет клеветать на меня?

Замерла, стараясь справиться с эмоциями. Хладнокровие – вот мой лучший друг во дворце. Перехватила взгляд Юдит – насмешливый, злорадный.

Перед явно недавно проснувшейся принцессой стояло двое – та самая Юдит, и неизвестная мне фрейлина. Вернее, я видела её в общей гостиной, однако имя не знала. Ринда была тут же, однако находилась чуть осторонь, присев на краешек одного из пуфов и смотря на меня сочувствующим взглядом.

- Вероятно, между вами возник определённый конфликт, раз уж вы настолько не поладили? – спокойно произнесла принцесса, не оборачиваясь, хотя я не сомневаюсь, что она слышала, как я вошла в комнату.

- Верно, Ваше Величество. – Юдит склонилась в лёгком полупоклоне.

- И вы, конечно же, говорите правду, поскольку понимаете, что любой служитель Второго Лика с лёгкостью распознает потенциальную ложь?

- Разумеется, Ваше Величество. – Фрейлина выглядела непринуждённо и абсолютно уверенной в своей правоте.

Я даже неволей восхитилась и поняла, почему лишь немногие становятся фрейлинами. Юдит не повышала голос, не махала руками, не приводила больше аргументов в пользу собственной правоты. Она просто излучала ауру неоспоримо правого человека, что производило впечатление куда более сильное. Что ещё хуже – мне было абсолютно нечего возразить, ведь сейчас любое моё слово выглядело бы как попытка оправдаться, и ничто не служит признанием вины лучше, чем оправдания.

На некоторое время в комнате повисла тишина. Принцесса задумчиво накручивала тёмный локон на палец, Юдит косилась на меня недружелюбным взглядом, я же изучала пол, ожидая развязки. До выдержки Юдит мне было, очевидно, далеко. Положение у неё куда более высокое, так что поверят ей, а вовсе не мне. Остаётся лишь ждать развязки и надеяться на справедливость принцессы Изабеллы.

- Леди Эррендерс. – Наконец обратилась ко мне она, не оборачиваясь.

- Да, Ваше Величество? – Не смотря на то, что я стояла у принцессы за спиной и она никак не могла меня видеть, я присела в книксене.

- Ты можешь быть свободна. И я ожидаю увидеть вас через семнадцать дней… всех троих. – Голос принцессы звучал крайне холодно, из чего я заключила, что она таки поверила Юдит.

- Как скажете, Ваше Величество.

Склонив голову, я пятясь вышла из комнаты – согласно этикету, в подобной обстановке я не имела права поворачиваться к монаршей особе спиной.

Ринда закрыла за мной дверь, и я осталась стоять сама посреди коридора. Обидно? Да, и очень. Меня оклеветали за поступок, в результате которого только я и пострадала. Дежурить сутки подле принцессы оказалось очень, очень утомительно, и уверена, было бы куда легче, если бы нас было трое. Но прошлого уже не воротить, а впредь мне не стоит так легко верить всему, что мне говорят. В произошедшем я могла винить только собственную неосмотрительность.

И пускай неприятный осадок от сегодняшнего утра останется со мной ещё очень надолго, сдаваться так просто я не собиралась. Выпрямив спину и гордо вздёрнув нос, я направилась обратно в Фрейлинский коридор.

Общая гостиная фрейлин не пустовала. Сейчас тут было куда меньше фрейлин, чем позапрошлым вечером – всего семь человек. Из них я пока что знала лишь двоих – Аманду, относившуюся ко мне хоть и не дружелюбно, но как минимум с добротой; и Констанс – красавицу, невзлюбившую меня с первого взгляда.

- Ну что? Как прошёл первый рабочий день? – Едко осведомилась последняя, когда я вошла в комнату.

- Сложнее, чем я ожидала. – Я решила, что разжигать ещё один конфликт сейчас ни к чему, потому ответила спокойно и честно, после чего развернулась и направилась в свою комнату.

Сейчас мне хотелось только рухнуть на мягкую дворцовую постель и отоспаться за ночь дежурства.

Однако сделать это я не успела – сразу за мной в комнату вошла Аманда и, плотно закрыв дверь, вполголоса обратилась ко мне – благо, других фрейлин в комнате не было:

- Не обращай на них внимания. Освоится в этом змеином кодле непросто, однако дальше будет лучше.

- Спасибо. – Я слабо улыбнулась, искренне благодарная за поддержку. Надеюсь, хотя бы этим словам я могу доверять.

- В полдень сюда явится дворцовая швея, так что если ты собираешься лечь спать сейчас, то рекомендую поставить будильник.

- У меня нет денег на такое, так что, боюсь, меня это не очень волнует… - Честно призналась я, доставая заколки из волос. Волосы сильно запутались, потому удавалось мне это с трудом.

Аманда раздражённо вздохнула:

- Не переживай, все в курсе твоего финансового положения. Швею оплачивает дворцовая казна – тебе предоставят повседневное и парадное платья. В первое ты обязана облачаться, когда дежуришь при Её Высочестве, второе – на случай некоторых официальных приёмов. На балы, чаепития и прочие мероприятия ты вольна одеваться, как пожелаешь, и об этом гардеробе тебе придётся заботиться самостоятельно.

После слов Аманды я внезапно осознала, что сегодня Юдит и пришедшая с ней фрейлина были в одинаковых платьях, оформленных под стать вензелю – нежно-розовые с откидными рукавами и белыми вставками. Да и вчера во время трапез мне стоило обратить внимание, что фрейлины королевы также были одеты одинаково, только их платья были пунцового цвета с желтыми вставками и богатой вышивкой.

- Хорошо, я поняла… я что насчёт жалованья?

- На остальные вопросы тебе ответит статс-дама. – Категорично сказала она и, кивнув в знак прощания, вернулась в гостиную.

Что ж, пускай так. Обрести тут дружбу я в любом случае не надеялась, а за совет Аманде я признательна в любом случае.

Три часа утреннего сна не намного улучшили моё состояние, если не ухудшили его. С трудом заставив себя подняться с постели под оглушительную трель будильника, я подошла к зеркалу и ужаснулась. Светло-каштановые волосы торчат во все стороны, на щеке отпечаток от подушки, глаза красные от недосыпа. Интересно, позволяет ли этикет показываться дворцовым швеям в таком виде?

Пожалуй, всё же нет. Кое-как расчесавшись и наскоро соорудив несложную укладку, я надела второе своё повседневное платье и выскользнула в коридор. Добрела до ванной комнаты, где плеснула в лицо холодной водой. Надеюсь, теперь я выгляжу не так плохо.

Когда я вернулась в гостиную, швея – невысокая женщина лет тридцати, - уже была тут, как и почти все фрейлины. Все они столпились возле диванчика, сидевшая посередине которого Ваэлира неспешно листала какой-то журнал – полагаю, в нём были изображены фасоны платьев, которые фрейлины могла заказать у дворца.

Швея, видимо, уже была осведомлена, кто я и как я выгляжу, так что сама обратилась ко мне с просьбой снять с меня мерки.

- Дежурное платье будет готово примерно через неделю. – Нейтральным голосом сообщила она, обхватывая мою талию мерной лентой. – Парадное постараемся успеть в три дня, чтобы к приёму вам было что надеть.

Я не стала уточнять, что за приём – в любом случае собиралась сегодня зайти к леди Норвиг, чтобы подробнее расспросить о моих обязанностях и прочем. Фрейлинам в этом деле я доверять больше не хотела, а позавчера она была, кажется, не в том настроении, чтобы объяснять мне что-то.

Итак, как только мерки были сняты, я, убедившись, что от меня ничего больше не требуется, направилась в кабинет статс-дамы, однако тут меня ждал «сюрприз». Вместо уже знакомой мне Клариссии Норвиг за её рабочим столом сидела совершенно другая женщина. Она была моложе и выглядела куда менее угрожающе. Перо буквально танцевало в её руках, пока она заполняла какие-то документы. Я же стояла на пороге комнаты в полной растерянности, не понимая, имеет ли эта женщина право находиться здесь – возможно, мне нужно позвать охрану? – и как к ней обращаться.

Она, тем не менее, среагировала первой:

- Добрый день! – И, обратив внимание на приколотый к моему платью вензель, добавила: - Вы – одна из фрейлин Её Высочества принцессы Изабеллы, верно?

Я неуверенно кивнула, всё ещё сомневаясь, стоит ли звать стражу.

- Я – новая статс-дама, Лоиза Вернс. Леди Норвиг, к сожалению, вынуждена была уйти в отставку по состоянию здоровья.

- Бриджитхильда Эррендерс. – Я присела в неглубоком реверансе. – Я пришла, чтобы уточнить список своих обязанностей как фрейлины Её Высочества, а также узнать, когда я могу рассчитывать на получение первого жалования.

- Леди Эррендерс… Вы новенькая, верно? Что ж, прошу. – Она указала мне на стоящий перед рабочим столом стул для посетителей. Дождавшись, пока я сяду, продолжила: - Фрейлины дежурят группами по три человека, дежурство длится три дня. Обязанности в эти три дня вы распределяете по своему усмотрению. Эти три дня фрейлины обязаны носить предписанные дворцом платья – насколько мне известно, вас сегодня уже посещала дворцовая швея. Несоблюдение формы допускается за ужином – на ужин можете надевать, что хотите. Также трое суток при принцессе всенепременно обязана находиться хотя бы одна из вас – даже ночью и при посещении дамской комнаты. Если на какой-то из этих трёх дней выпадает приём или мероприятие, все три фрейлины должны посетить его вместе с принцессами. Тем же, кто не несёт в это время дежурство, присылают приглашения за три дня до события, и посетить их вы можете по своему желанию. На официальные приёмы надеваете дворцовое парадное платье, в иных случаях пользуетесь собственным гардеробом. – Она ненадолго замолчала, переводя дыхание. Постукала пером по столу, очевидно, вспоминая, о чём ещё не сказала. – Покидать территорию Цветущего Дворца вы не можете, разве что напишете заявление, которое будет одобрено в Канцелярии Её Величества. Иначе должности фрейлины очень быстро лишитесь. Жалованье выдают в конце сезона. Для фрейлин Её Высочества эта сумма составляет около трёхсот нэссов. Ещё вопросы?

Я, пребывая в некотором смятении от такого потока информации, отрицательно покачала головой:

- Нет, это всё. Благодарю за ответ, ваше высокопревосходительство.

Дождавшись ответного кивка, я покинула комнату и растерянно замерла, переваривая услышанное.

Триста нэссов – сумма очень, очень приличная. Это тысяча двести годового дохода. И, хоть даже всей этой суммы не хватит, чтобы восстановить наши имения, однако по крайней мере позволит моим сестрам не донашивать одежду друг за другом, а моему брату – нанять хоть сколько-то приличный штат прислуги. И не стоило забывать, что и мой гардероб должен соответствовать званию фрейлины. Иначе, полагаю, при дворе я задержусь ненадолго. До конца сезона чуть больше двух недель – надеюсь, до тех пор деньги мне не понадобятся.

Только сейчас вспомнила, что ещё хотела узнать, о каком приёме говорила швея. Однако возвращаться не хотелось, а приглашение, насколько я поняла, мне и так должно в скором времени прийти.

Вызывала вопросы столь стремительная смена статс-дамы. Уж не дело ли это рук самой принцессы? Может ли быть такое, что она за день сместила с поста одну из самых уважаемых дам при дворе из-за… меня? Если да, то мне оставалось надеяться лишь на то, что для меня это не повлечёт множество ещё более неприятных проблем…

В общей гостиной фрейлины до сих пор, оживлённо переговариваясь, выбирали себе наряды. Мне это, ввиду многих причин, было совершенно неинтересно, потому я направилась в библиотеку, где и провела всё оставшееся до обеда время.

После обеда я вернулась в комнату, где обнаружила неизвестного мне происхождения сверток и два письма, лежащие на моей кровати. Долго боролась с любопытством, не зная, что мне открыть первым. Решила начать всё же с писем. На одном красовалась алая печать Королевской Канцелярии, второе же было написано Астором. Только сейчас я сообразила, что так и не написала брату, что я добралась до Дворца и что со мной всё в порядке. Ввиду этого второе письмо сулило мне множество порицаний, потому начать я решила с него.

«Каллиэн, 12 ноября

Милая моя сестра! Знаю, ты, вероятно, ожидаешь увидеть выражение моего недовольства тем, что ты не написала мне по прибытию. Однако я понимаю, что, скорее всего, столько нового навалилось на тебя, что ты попросту забыла. Потому пишу тебе первый в надежде, что ты жива и здорова и нашла общий язык с остальными фрейлинами. Знай, что ты в любой момент можешь вернуться домой, ведь мы – прежде всего семья.

Через месяц, как ты, скорее всего, помнишь, день рождения у Леттисе. Понимаю, что вряд ли ты сможешь приехать из-за своих новых обязанностей, однако ты в любом случае приглашена. Думаю, ей будет интересно узнать о том, как на самом деле живёт дворец.

В ожидании ответного письма,

твой брат Астор»

Что ж, кажется, на этот раз буря прошла мимо – улыбнулась я и, пока не забыла, тут же написала ответ, в котором кратко пересказала события минувших дней и известила, что со мной всё в порядке. Надо будет только узнать у Аманды, как я могу это письмо отправить.

Затем вскрыла второе письмо, которое оказалось вовсе и не письмом, а приглашением на приём в честь приезда наследного принца Валлурии Лесвельда Атхаезского, который состоится через три дня. Я задумчиво повертела приглашение в руках. С одной стороны – идти на подобное мероприятие было страшно, очень. С другой же, моё отсутствие там могут посчитать проявлением слабости, как будто я спрятаться пытаюсь. Да и, в конце концов, ужас как интересно было посмотреть на принца другой страны!

Решила пока что окончательное решение не принимать – в любом случае, многое зависит от того, успеют ли закончить моё парадное платье вовремя. Если не успеют, то и думать нечего.

Наконец, аккуратно развернула сверток. И обомлела. Ибо в руках я сжимала невероятной красоты меховую пелерину с восхитительным вышитым воротником и позолоченными застёжками. Эта вещь была настолько дорогая, что у меня тут же возникли сомнения касательно того, точно ли мне она адресована. К моему счастью, к пелерине прилагалась короткая записка:

«Предметы гардероба редко когда достойны того, чтобы кто-то лил из-за них слёзы.

Бриджитхильде Эррендерс»

А на насыщенного изумрудного цвета батистовой подкладке был старательно вышит вензель принцессы Изабеллы.

***

524 г.

Я нервно ёрзала на стуле, с нетерпением ожидая, когда наконец положенные полчаса истекут и можно будет, не нарушив этикет, сбежать отсюда. Конечно, очень хотелось дождаться десерта, однако даже это желание не способно было заставить меня остаться за столом и дальше наблюдать за тем, как Леттисе нагло флиртует с моим собственным братом. Более того – периодические кидая на меня полные злорадства взгляды, явно давая мне понять, что всё это шоу она устроила ради меня.

Не смотря на то, что она была младше меня, выглядела намного старше. Слегка припудренное лицо, ненавязчиво подкрашенные глаза, туго облегающее уже сформированную фигуру платье и высокая мудрёная причёска придавали ей вид скорее взрослой женщины, нежели пятнадцатилетней девчонки. И даже не знаю, чем было вызвано моё недружелюбное отношение к ней – тем, что через четыре года она выйдет замуж за моего брата, или же завистью к её внешнему виду.

Сегодня мы ужинали у Ласторов. Они часто приглашали нас к себе на ужины с тех пор, как началась война. И хоть подобные вечера не доставляли мне никакого удовольствия, кормили тут вкусно. Да и возможности отвертеться и провести время с книгой вместо этого, у меня не было.

Покосилась на Лисель, усердно пытавшуюся стащить котлету с тарелки младшего брата Леттисе. Почему-то никто не делал ей замечания. Ну, или… видимо, брат просто был нынче слишком занят, чтобы обращать внимание на кого-то кроме своей ненаглядной невесты. Я насмешливо фыркнула и тайком показала девушке язык.

- Бриджитхильда! Приличные девушки не показывают другим язык, особенно – за столом! – Не упустила возможности упрекнуть меня мать Леттисе. Я с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза, и уткнулась в свою тарелку. И почему к Лисель она не цепляется?

Марлин и Тересия были ещё слишком маленькими, чтобы ходить к Ласторам с нами, потому они были дома под присмотром няни. Надо признаться, я им очень завидовала. Украдкой бросила взгляд на часы. Совсем недолго ведь осталось, так почему время тянется так долго?

Внезапно в комнату вошёл лакей, сопровождавший нас в поместье Ласторов. Разговоры за столом быстро стихли, трапезничающие вопросительно повернулись к нему. Должно было произойти что-то из ряда вон выходящее, чтобы он позволил себе прервать ужин.

Лакец выглядел встревожено и несколько испуганно. Приблизившись к столу, он протянул Астору конверт. Астор посерел, я выронила вилку, Леттисе шарахнулась и прикрыла рот рукой. Мы все поняли, что могло быть написано в этом письме. Конверт был чёрным.

Не с первого раза Ас смог сломать печать. Словно сомнамбула, дрожащими руками развернул конверт. Быстро пробежался взглядом по первым строчкам письма. Дальше читать пока что не стал. Осмотрел присутствующих за столом. Медленно поднялся.

- Прошу меня извинить, но я вынужден на какое-то время вас покинуть.

Он стремительно покинул в столовую. Воцарилось неприятное, тяжёлое молчание. Никто не решался ничего сказать, пока Астор не вернётся и не скажет, что написано в письме. Я закусила нижнюю губу. Не могу я тут больше сидеть!

Поднявшись, я вышла вслед за Астором. Брат был хмур, как никогда. Отвернулся и поднял голову, очевидно, сдерживая слёзы. Я аккуратно вытащила из его рук письмо. Читать было страшно, но не читать – ещё страшнее.

«Они не вернутся», - запульсировала в голове мысль, причиняющая почти физическую боль, когда я дочитала. Письмо выскользнуло из моих онемевших рук и плавно осело на пол.

Наших родителей больше нет. Они погибли, жертвуя собой во благо королевства. Думали ли они в тот момент о нас?

Не говоря ни слова, я обняла брата со спины и прижалась к нему, чувствуя, как по щекам стекают слёзы. В тот момент мне казалось, что нет на всём свете человека, с которым провидение обошлось бы более жестоко и несправедливо, чем с нами. Хотелось убежать, спрятаться, исчезнуть. Всё, что угодно, лишь бы избавиться от тупой ноющей боли в груди.

Астор отцепил меня от себя и решительным шагом направился к выходу. Дверь за ним захлопнулась, а я так и осталась стоять посреди коридора, закусывая губу в тщетной попытке сдержать слёзы. Я не понимала, как он мог оставить меня тут саму в такой момент, и эта обида внесла ещё большую смуту в раздрай в моей душе.

***

527 г.

Платье успели закончить к сроку. И даже не знаю, была я больше обрадована или расстроена этим обстоятельством. С одной стороны, платье это было воистину великолепным. Нежно-голубого оттенка, с приспущенной линией плеча и объемными рукавами. Глубокий вырез и подол были обрамлены серебряной вышивкой. По краю белоснежной, шёлковое нижней юбки было пришито тонкой работы кружево, игриво выглядывающее из-под края верхнего платья. В общем, у меня никогда не было такого красивого платья, и надеть его очень, очень хотелось. С другой же… именно это платье лишало меня законного повода не идти на приём. Почему-то я ни капельки не сомневалась, что если явлюсь туда, то обязательно опозорюсь.

И я была твёрдо намерена отказаться от посещения сего мероприятия, но… моя уверенность пошатнулась, когда я увидела, как остальные фрейлины готовятся к приёму, и окончательно растаяла, когда я подумала о том, что в таком платье, вероятно, буду выглядеть ничем не хуже них.

Чтобы помочь фрейлинам подготовиться к мероприятию, нам прислали сразу двадцать служанок – больше, чем фрейлин. И это с учётом того, что три дежурные фрейлины собирались отдельно.

Не успела я полностью снять своё платье, чтобы переодеться в официальное, как ко мне уже подлетела одна из служанок, вооружённая множеством лент, булавок и приколок. Волосы мои были уложены в замысловатую причёску, богато украшенную и слегка припудренную. Я вздохнула – хоть я и не была любительницей одеваться по последнему писку моды, однако мне однозначно хотелось бы иметь возможность выглядеть так чаще. Украдкой скосилась на других фрейлин. Те использовали собственные украшения для причёсок, да и, в общем-то, не только для причёсок. У меня драгоценностей от родителей осталось немного: большая часть из них была распродана, чтобы погасить семейные долги.

Я понимала, почему к нашему внешнему виду прилагают столько усилий – и дорогущие платья, и временно предоставленные украшения. Вся придворная челядь, а в особенности – фрейлины, были основным украшением двора, именно они демонстрировали уровень обеспеченности целого королевства. Разумеется, к приёму в честь приезда наследного принца другой страны нас принарядили ещё более старательно, чем в другие дни.

Когда с приготовлениями было покончено, явилось несколько лакеев, которые сопроводили вереницу разодетых девиц в приёмный зал.

Он был просто огромен, с множеством отполированных мраморных колонн и выдраенным до блеска полом. Впрочем, его как раз видно не было – прямо посередине зал рассекал широкий ковёр насыщенно бордового оттенка, ведущий от массивной входной двери к стоящему в противоположном конце зала трону. На троне, что неудивительно, восседал король – немолодой уже мужчина, однако разглядеть его получше с моего места представлялось проблематичным. По обеим же сторонам от ковра столпилось множество людей. Стоящие между ними и ковром стражники в сияющих доспехах скорее просто делали вид, что сдерживают толпу, дабы та не встала на ковёр – туда и так никто не лез.

По бокам зала располагалось несколько просторных округлых балкончиков - лож для других представителей монаршей семьи. На один из таких балкончиков нас и вывели. Принцесса Изабелла выглядела сегодня ещё более неотразимо, чем обычно – хотя, если честно, такое представлялось не особо возможным. Она стояла спереди, положив руки на перила балкончика и без особого интереса наблюдая за происходящим внизу. Фрейлины столпились чуть позади, перешептываясь о чём-то из-за расписных вееров.

Всего таких ложи было три. На правой – самой дальней от короля – находились мы. Я знала, что ближе всего к королю находится ложа наследного принца нашего королевства – Дэриела Ровандерса. Центральная же ложа принадлежала королеве, с ней же находились отпрыски королевской династии, не достигшие ещё совершеннолетия.

С другой стороны зала также было несколько балконов, однако на них расположились музыканты.

В зале было шумно. Челядь о чём-то непрерывно переговаривалась, хоть негромко, но их множественные голоса, накладываясь, сливались в один сплошной гул. Даже король, слегка повернувшись, беседовал со стоящим возле престола человеком.

Я нервно постукивала сложенным веером по внутренней стороне кисти. Пользоваться им с такой виртуозностью, как это делали другие девушки, у меня не очень получалось. Я знала базовые правила обращения с сим предметом, и даже на некотором уровне владела языком веера, но случайные намёки и акценты были мне неподвластны. Да и мой веер был старый и потёртый на сгибах, так что мне, пожалуй, было даже в некоторой мере стыдно раскрывать его здесь. К счастью, в данной ситуации это было не обязательно.

Я даже не пыталась протиснуться к краю балкона, чтобы лучше видеть – сомнительно, что мне бы это удалось, а если даже и так, то лишний раз ссориться с окружающими мне не хотелось. Вход и часть зала я со своего места видела распрекрасно, а большего мне было и не нужно.

Мы простояли тут довольно долго – около получаса или даже больше, в ожидании приезда принца со свитой. Наконец, раздались звуки фанфар. Заиграла торжественная музыка. Двустворчатые двери распахнулись, и в зал ступила целая процессия. Тут было человек сорок, не меньше. В первом ряду шло шесть человек, несущие флаги Валлурии. Сразу за ними – юноша возраста примерно Астора. Он был наряжен в расшитый серебром и золотом костюм. Длинные светлые локоны, чуть закручиваясь на концах, ниспадали ему на плечи, и дальше – на спину. Голову его венчала небольшая корона. Не оставалось и места сомнениям, что он и был кронпринцем Лесвельдом, однако влияние на это оказывала не столько корона, сколько необычайно гордая манера держаться. Думаю, даже если нарядить его в последние лохмотья и водрузить на голову соломенную шляпу, всем будет очевидно: перед ними – будущий правитель.

По крайней мере издали он был необычайно, несравненно красив, и я очень пожалела, что не имею возможности разглядеть его поближе. Зачарованно вздохнула, неотрывно глядя на принца. Что ж, пожалуй, его красоте найдётся хорошее применение. Недаром его невеста обладала красотой не менее отличительной, и они наверняка будут великолепно смотреться вместе. К слову, невеста его, в платье, полностью вышитым серебром и украшенным множеством маленьких жемчужин и бриллиантов, стояла прямо передо мной. Всем было известно, что наследник Валлурийского престола ещё с шестилетнего возраста помолвлен с принцессой Изабеллой Мартинией Ровандерс.

Следом за моим, на нашем балконе раздалось ещё несколько восхищённых вздохов. Её Высочество даже не шелохнулась, хотя, скорее всего, прекрасно понимала причину. Процессия тем временем скрылась из моего поля зрения, и вновь принца я увидела только со спины, и очень издали – уже когда он подошёл к трону. Поднялся по нескольким невысоким ступенькам, ведущим к возвышению, на котором стоял престол. Склонился в низком поклоне, приложился лбом к руке, протянутой королём Несссенса. Произнёс несколько слов, которые я с такого расстояния, разумеется, не расслышала. После спустился и отошёл немного в сторону, наш монарх же напротив – поднялся.

Дальше мы слушали длинную речь, произнесённую королём, суть которой сводилась к тому, как рады мы принимать у себя Его Высочество Лесвельда Атхаезского, принца Валлурии и виконта Западной Адезии. Слушать эту речь никому не было интересно, однако выбор никому не предоставляли. Затем принц поднялся на то же место, откуда только что вещал король, и сделал то же самое. Голос у него был чистый, звонкий и крайне милозвучный. И вот его речь я готова была бы послушать ещё раз или даже два.

Дала себе мысленную пощёчину. Разве смею я даже мечтать о человеке, предназначенном принцессе Изабелле? Да и, в конце концов, нельзя, нельзя влюбляться за внешность!

На этом церемония подходила к концу. После провозглашения речей несколько неизвестных мне людей с обоих сторон обменялись рукопожатиями, а затем принца и его людей проводили в покои, в которых они будут проживать до окончания своего визита.

И всё же почему-то, направляясь в свою комнату, я очень жалела о том, что не родилась принцессой.

Глава 7

Без приключений в комнату возвратиться мне не удалось. Я успела только покинуть ложу Её Высочества и сделать несколько шагов, как вдруг меня довольно грубо схватили за руку и буквально выдернули из общего потока фрейлин. Я тихо вскрикнула и рефлекторно попыталась вырваться, и лишь после обратила внимание на того, кто позволил себе столь противоречащее этикету поведение.

- Лорд Эн’Вебальд, добрый день, очень рада встрече. – Выпалила я и присела в неглубоком реверансе. Получилось так себе, с учётом того, что моя рука всё ещё находилась в цепком захвате Шиннери.

Лисейр, что меня совершенно не удивило, очень быстро оказался рядом и, к моему небывалому облегчению, первым делом освободил мою руку из загребущих лап своего кузена. Я бросила на него благодарный взгляд и также присела в приветственном реверансе.

- Лорд Шиннери, - с явной угрозой в голосе обратился Сейр к последнему. – Вы же не хотите, чтобы вашему достопочтенному отцу пришлось нанимать для вас очередного преподавателя этикета и хороших манер?

- Чтобы он отправился туда же, куда и все остальные? – Легкомысленно отмахнулся Шин. Я сглотнула, боясь даже представить, куда же они все отправились. Надеюсь лишь, не в мир иной.

- Лорд Лисейр, какая встреча! – Раздался тонкий женский голосок у меня за спиной. Спускать с Шина глаз я не рискнула, потому не обернулась. Благодаря этому я успела заметить панику, мелькнувшую в глазах более серьезного из кузенов прежде, чем его лицо приняла бесстрастное выражение.

- Леди Эн’Лоренс. – Эн’Вебальд кратко поклонился и поцеловал протянутую леди руку.

Наконец, она приблизилась, и я узнала её – одна из фрейлин, Джулия. Я с трудом удержалась, чтобы не скривиться – разносящие сплетни всегда вызывали у меня отторжение, а Джулия была именно из таких.

Я обратила внимание на то, что она, в отличие от Сейра, обратилась к нему по имени. Интересно, чем вызвана подобная вольность – ведь служитель Третьего Лика по статусу явно выше не только фрейлины, но и практически любого придворного.

- Леди Эррендерс, не желаете ли вы посетить со мной библиотеку сегодня вечером? – Не обращая на Джулию совершенно никакого внимания, произнёс Шин.

Я опешила. Предложение было вполне заманчивым, хотя, если честно, самой посетить её мне было бы куда спокойнее. Однако… я же хотела заводить полезные знакомства при дворе? Вот они, пожалуйста, сами напрашиваются.

Согласно кивнуть я не успела – Джулия, очевидно, решила, что раз она стоит рядом с нами, то и в диалог может влезть спокойно:

- Лорд Шиннери, - недовольно сморщив носик, сказала она. – Не забывайте, что у вас есть невеста.

Мы с Эн’Вебальдом удивлённо посмотрели на девушку. Я – потому что не сразу поняла, причём тут невеста. Приглашение Шина я даже близко не восприняла даже за намёк на ухаживания. В конце концов, кто я, и кто – он. Причину же своего удивления Шиннери тут же озвучил:

- Разве запрещено посещать библиотеки при наличии невесты? Не припомню такого в протоколе…

Удивление его было настолько искренним, что я прыснула, чем заработала враждебный взгляд Джулии. Сейр решил тоже е оставаться в стороне:

- Я думаю, леди Эн’Лоренс намекает, что вашу, лорд Шиннери, невесту, тоже необходимо пригласить. – С трудом сохраняя серьёзное выражение лица, подсказал он, с явным наслаждением наблюдая, как вытягивается лицо Джулии – она явно вовсе не на это намекала.

- Думаете, она будет рада подобному приглашению? – с сомнением протянул Шин, а потом махнул рукой: - Впрочем, ей решать. Леди Эн’Лоренс, не утруднит ли вас передать своей сестре приглашение от моего имени?

Лицо Джулии выражало святой ужас. Она явно совершенно не понимала, как можно приглашать куда-то свою невесту, и вместе с ней – постороннюю девушку. Впрочем, быстро прикинув что-то, она, очевидно, решила искать в таком событии преимущества для себя. Раскрыв веер, она принялась неспешно им обмахиваться, параллельно обращаясь к Сейру:

- Лорд Лисейр, вы, полагаю, тоже там будете? – И, не успел он отрицательно покачать головой, как фрейлина тут же добавила: - В таком случае я, разумеется, передам приглашение леди Филиппе. Всего доброго.

И, развернувшись, неспешно направилась в свою комнату. Грубо говоря, сейчас она предоставила Эн’Вебальду выбор – отказаться от приглашения, оскорбив обеих девушек, или же согласиться, отодвинуть свои планы на этот веер и провести его в библиотеке. Зачем это может быть нужно Джулии, я пока не особо понимала, однако узнать, чем закончится эта её интрига, мне было до жути интересно.

- Благодарю за приглашение. – Ответила я наконец Шину. – Полагаю, у меня нет причин отказываться от вашего приглашения.

Он радостно хлопнул меня по плечу, как старого знакомого, позволив мне окончательно убедиться в том, что никакого романтического посыла в его приглашении не было.

- Пожалуй, всё же стоит подумать о новом преподавателе этикета… - Задумчиво, как будто к самому себе обратился Сейр. Я улыбнулась. При более близком знакомстве кузены пугали не так, как при первом. Более того – на контрасте с холодным, исключительно официальным дворцом общение с ними выдавалось лёгким и ненапряжённым.

Раскланявшись, мы разошлись в разные стороны, утвердив, что братья будут ждать меня у выхода из Фрейлинского коридора сразу после ужина.

По возвращению в комнату фрейлин ожидал сюрприз в виде приглашений на бал, устраиваемый через три дня в честь приезда принца. В отличие от многих других девушек, которые тут же бросились распечатывать приглашения, я решила сначала переодеться. Несмотря на красоту, парадное фрейлинское платье было очень тяжелым. Сколько же весило платье принцессы Изабеллы, мне не хотелось даже думать…

В общем, к тому моменту, как я, разумеется, не без помощи, переоделась, распечатывать приглашение для меня уже не было нужды, ведь я и так во всех деталях знала, что там написано. И от посещения этого приёма мне точно придётся отказаться. Во-первых, вечернее платье у меня было только одно, а явиться в свет два раза подряд в одном и том же у меня не получится. Посещение этого бала было не обязательным, и я не знала, могут ли во дворце вскоре провести ещё один, от присутствия на котором откреститься не удастся. А во-вторых – хотелось сначала немного освоиться при дворе, обзавестись полезными знакомствами, а уж потом – посещать балы.

В общем, конверт с приглашением я, даже не открывая, просто переложила в ящичек в своей прикроватной тумбочке. Пускай останется. На память.

Однако, обернувшись, я увидела несколько фрейлин, оцепивших меня полукругом и с лёгким недовольством наблюдающих за моими действиями. Триликий, я опять сделала что-то не так?

- Ты даже не соизволишь прочитать его? – Стоящая по центру девушка лёгким кивком указала туда, куда я спрятала письмо.

Её я узнала – именно с ней в мой первый день во дворце я столкнулась в дверях. Если я не ошибаюсь, её звали Хельга, и она была самой молодой фрейлиной из всех. Самой молодой и, на мой взгляд, самой красивой – единственным потенциальным недостатком мог быть её невысокий рост, однако его она легко компенсировала каблуками.

- Я уже знаю содержание письма, так к чему его читать? – Я пожала плечами, решив до последнего верить в свою правоту.

- Это письмо написано в Канцелярии Её Величества. – Хельга недовольно нахмурилась. Стоящие вокруг неё фрейлины зашептались. – Это непочтение к королевскому дому!

- Сомневаюсь, что человек, писавший это письмо, оскорбится, узнав, что я его даже не открыла.

Девушка прищурилась, и какое-то время мы сверлили друг друга взглядом. Наконец, она усмехнулась.

- Пожалуй, это и вправду так.

Повисла гробовая тишина. Как же, все надеялись лицезреть, как Хельга утрёт зарвавшейся новенькой нос, а она со мной согласилась. Я смотрела на неё удивлённо – мне казалось, в таком месте крайне важно сохранять симпатию окружающих тебя людей. Эту же фрейлину её репутация, кажется, нисколько не беспокоила. Тут уже оставалось два варианта – либо она очень глупа, либо же очень влиятельна.

- Значит, идти на бал ты не собираешься? – Хельга слегка склонила голову на бок, не обращая внимания на окружающих её фрейлин.

Я отрицательно покачала головой. Собеседница, к моему удивлению, рассмеялась – громко и беззлобно.

- Ну, хоть кто-то остался в стороне от чар принца Лесвельда! – Пару раз махнула веером и удалилась, оставив меня и остальных фрейлин стоять в недоумении.

И, надеюсь, она была права.

На назначенную Шиннери встречу я пришла, едва прошло пятнадцать минут после ужина. Шин уже был тут, в отличие от Сейра. Неужели он решил не приходить?

Я, конечно, была морально готова к тому, что невеста Шина тоже будет тут, однако присутствие ещё и Джулии меня несказанно удивило. Не припомнится мне, чтобы её приглашали. А вот её сестру – да. И сестра эта оказалась девушкой, поддержавшей Юдит в её клевете против меня перед принцессой. Она была, как и Джулия, светловолоса и сероглаза. Филиппа – кажется, её звали так – мило беседовала о чём-то со своим женихом, не обращая никакого внимания на всё вокруг. Шин отвечал её с явной неохотой – видимо, помолвка эта была заключена против его воли и ничуть не радовала юношу.

- Добрый вечер. – Я подошла к ним и сделала книксен. Девушки тут же присели в ответных книксенах, а Эн'Вебальд, чуть склонившись, легко коснулся губами тыльной стороны моей ладони.

- Мы должны дождаться моего кузена, и сможем идти в библиотеку. – Пояснил мне Шин, и я кивнула.

Повисла неловкая тишина – никто не знал, что тут можно сказать. Шиннери делал вид, что очень увлечён высматриванием Сейра в толпе, две девушки сверлили меня неодобрительными взглядами. Было очевидно, что они считают меня лишней в этой компании. Но разве меня это волнует?

Волнует, конечно. Никому не хочется быть отвергаемым обществом. Однако я уже поняла, что при дворе мне придётся идти против желаний многих.

Лисейр не заставил себя долго ждать, подойдя к нам буквально через минуту. Раскланялся со всеми, чуть задержав взгляд на Джулии, однако удивления при её виде в его глазах я не заметила.

Мы двинулись в библиотеку. Филиппа, ухватив Шина за локоток, тут же принялась ему увлечённо докладывать о своих впечатлениях от сегодняшнего приёма. Джулия же тут же пристроилась рядом с Сейром и завела разговор о некоем лорде Да'Нарвене. Лорд сей не был мне знаком, и поддержать разговор я не могла. Вмешиваться же в диалог Шиннери и его невесты, даже если мне казалось, что её обществу он не рад, я не могла. Так и получилось, что, пока остальные оказались вовлечены в беседу, я в полном одиночестве шла следом.

Это получается, дамы ненавязчиво… да почему ж ненавязчиво, если как раз навязчиво? Дамы навязчиво пришли на назначенную мне встречу, да ещё и обстроили всё так, что я оказалась не при делах вовсе? Я, конечно, была довольно терпеливым человеком, однако подобная наглость переходила уже все границы! Почему-то я не сомневалась в том, что сделали они это нарочно.

Чуть ускорившись, я подошла к Лисейру с другой стороны от Джулии. Тот, оценивающе на меня глянув, предложил мне руку, и я, недолго думая, положила ладошку ему на предплечье. Фрейлина явно была не рада такому повороту событий – особенно с учётом того, что ей руку никто не предлагал. Видимо, пытаясь смутить меня, Джулия язвито обратилась ко мне:

- Леди Эррендерс, вы, наверное, в курсе… хотя откуда вам знать, с вашим-то воспитанием? В общем, вам стоит знать, что служители Третьего Лика, в отличие от двух других, редко заключают союзы вне своей касты.

Ах так?

- Всё верно, леди Эн'Лоренс, вы потрясающе осведомлены. Однако вы, верно, не знаете, что закон, обязующий поддерживать чистоту крови в наследниках, был аброгирован уже довольно давно? – Равнодушно ответила я. Почему-то в присутствии того же Лисейра вступать в дебаты с другими фрейлинами было не так страшно. Хотя, возможно, дело в том, что зачастую фрейлины нападали толпой, пытаясь задавить количеством. Сейчас же у Джулии не было никакого численного преимущества.

- Конечно же, я знаю это. – Покраснев, ответила Джулия и гордо отвернулась.

Итак, сейчас я показала ей, что её пренебрежительное обращение на мне не работает. Однако я вовсе не хотела лишний раз с кем-то ссориться, а, если эта перепалка продолжится, именно это и случится. Потому я решила сделать небольшой примиряющий шаг, позволяющий Джулии блеснуть перед Сейром своими знаниями тонкостей дворцовых отношений, а мне – узнать больше об интересующем меня человеке.

- Скажите, леди Эн'Лоренс. – Я сделала небольшую паузу, формулируя вопрос. – Вы близко знакомы с герцогиней Ре'Лайандерс? – Решила я зайти немного издалека.

- Не то что бы. – Фрейлина так удивилась столь внезапной смене темы, что ответила почти сразу же. – Пересекались несколько раз на приёмах. А с какой целью интересуетесь, леди?

В обращённом ко мне взгляде Лисейра читался тот же вопрос.

- Когда я дежурила при Её Высочестве, она также обедала с монаршей семьёй. Она упоминала вас, вот мне и вспомнилось… - Соврала я, и глазом не моргнув. В данном случае без лжи пришлось бы трудновато: сказала бы, что мне нужно узнать о герцогине побольше – и Джулия назло не сказала бы больше ни словечка. А так… кому не интересно узнать, как о нём отзывалась влиятельная личность, да ещё и такая скандалистка? Мне нужно было лишь перевести фокус фрейлины с себя на Ре'Лайандерс, и я была уверена, что информация польётся на меня рекой – держать язык за зубами Джулия совершенно не умела.

- И что же она обо мне сказала? – Недоуменно поинтересовалась девушка, полностью оправдывая мои ожидания.

- Уже и не припомню толком… кажется, о последнем платье, в котором вы выходили в свет.

- Но её не было на том чаепитии.

- Я имела в виду то, на котором она с вами в последний раз пересекалась. – Я пожала плечами.

Пожалуй, принцесса недооценила меня, когда сказала, что я не умею врать. Врать-то я умею, хоть и не люблю. А Её Высочеству лгать было в любом случае страшно.

- Удивительно, что она вообще обратила на меня внимание. Кажется, она предпочитает общаться с фрейлинами Её Величества королевы Беатриссы. Оно и не удивительно – слышала, они с королевой были дружны ещё до того, как последнюю взял в жёны король. Кажется, на почве этого замужества они и повздорили… - Джулия запнулась, видимо, придя к выводу, что посреди дворцовых коридорах не стоит так отзываться о великих мира сего.

На этом беседа и завершилась – мы подошли к двустворчатой двери Королевской Библиотеки. Как ни манили стеллажи с художественной литературой, взять мне пришлось учебник по этикету из секции новой литературы – я чувствовала себя действительно не очень уверенно в этом деле. Вот уж когда я пожалела, что в своё время брату так и не удалось усадить меня за подобные книги. Впрочем, оно, может, и к лучшему – в Королевской Библиотеке были книги, в которых указывались действительно насущные нюансы. По тем же книгам, которые хранятся у нас дома, учились ещё мои родители, так что вряд ли стоило ориентироваться на поданную там информацию.

Мы расселись вокруг одного невысокого столика – всё же, как-никак, вместе пришли. Что выбрали для прочтения Сейр и Шин, я не видела, однако Джулия с Филиппой, к моему величайшему удивлению, не взяли ничего. И зачем, спрашивается, им надо было идти в библиотеку? Чтобы произвести впечатление на Эн'Вебальдов? Сейчас же девушки, чуть сдвинув свои кресла, негромко о чём-то переговаривались. Одна из них даже достала вышивку из небольшой сумочки.

Кажется, мне придётся прожить в светском мире ещё немало времени прежде, чем я действительно смогу его понять. И никакие учебники по этикету тут, боюсь, не помогут.

***

516 г.

- Астор, зачем ты притащил с собой эту девчонку? – Воскликнул темноволосый мальчишка чуть младше моего брата. Ас закатил глаза и с лёгким раздражением посмотрел на меня.

Был жаркий августовский день, и с самого утра по дому носились служанки с простынями и тазами с водой. Стоял жуткий шум, и взволнованный отец попросил Астора взять меня с собой – в доме за нами было присмотреть некому.

Естественно, присматривал за мной не только старший брат – наша гувернантка, подойдя к другим гувернанткам, которые точно так же присматривали за присутствующими тут детьми, тут же принялась эмоционально о чём-то им рассказывать.

Я испуганно жалась к Асу. У меня не было абсолютно никакого желания знакомиться с его друзьями, и я не понимала, почему мы не можем поиграть только вдвоём где-нибудь ещё?

Мальчик, которого так возмутило моё присутствие тут, меж тем не унимался:

- Она же ещё совсем мелкая! Как тебя зовут, малявка?

- Её зовут Бриджитхильда. – Ответил Астор за меня, крепко сжимая мою руку.

Его собеседник попробовал выговорить моё имя, но вышло у него далеко не с первого раза.

- Будешь Джи. - Изрёк наконец он, обращаясь ко мне.

- Я Джита! – Воинственно заявила я, недовольная таким сокращением собственного имени.

- Как скажешь, Джи. – Кривляясь, ответил мне мальчик.

Я была девочкой хоть и не очень смелой, но очень… обидчивой. И мстительной. Не успел Ас открыть рот, чтобы сказать что-то в мою защиту, как я уже набросилась на обидчика с кулаками. К сожалению, я не доставала макушкой даже до его плеча, так что стукнуть по голове у меня вряд ли вышло бы. Потому вместо этого я, недолго думая, заехала темноволосому головой в живот. Вернее, попыталась заехать, поскольку его реакция оказалась куда лучше моей, и он проворно отскочил в сторону, заливаясь смехом.

- Джита! Кейн! Что вы как дети малые? – Возмутился Астор, не учтя только, что именно детьми малыми мы и являлись. – Ладно Джита, но ты, Кейн?

Впрочем, его слова канули втуне. Ещё несколько мальчишек, стоящие тут же, почувствовали вкус битвы и радостно набросились на смеющегося друга с кулаками, поддерживая меня. Я же, возмущенная такой несправедливостью – как этого, чтобы все и на одного? – попыталась встать на защиту Кейна. Ас, как самый старший и ответственный, решил нас разнять, за что получил от обеих сторон.

Когда к нам приблизились разозлённые гувернантки, я уже успела получить несколько синяков – естественно, намеренно в меня никто не целился, но кто в пылу сражения обращает внимание на то, что он может задеть кулаком? Как только строгие леди подошли, все моментально успокоились и выстроились в ровный рядочек, взирая на воспитательниц честными и невинными глазами.

- Что здесь происходит, лорды? – Сурово глядя преимущественно на Астора, спросила гувернантка.

Естественно, далеко не все тут были лордами, хоть и многие. Но дети – не взрослые, для них не имеет значения, играть с герцогом или с простолюдином.

- Мы просто играли, леди Марисса. – Сообщила я ей, пока Астор не успел на кого-то нажаловаться.

- От вас, леди Эррендерс, я и вовсе такого не ожидала! Надеюсь, впредь ваши игры будут спокойнее, иначе придётся отвести вас домой.

Я активно закивала головой, что, разумеется, вовсе не было гарантия благочинности нашего дальнейшего поведения. Женщина прекрасно это понимала, но возразить ей было нечего, потому она просто вздохнула. Гувернантки вновь отошли, правда, теперь на куда меньшее расстояние, чем прежде – видимо, рассчитывая разнять нас быстрее в случае очередной потасовки.

Судя по тому, каким смехом все разразились, стоило гувернанткам опять заговорить о чём-то, меня приняли «своей».

***

527 г.

Нам наконец-то выдали жалованье. Триста нэссов – да за эту сумму можно было безбедно прожить почти год! Конечно, для восстановления графства нужно куда больше, но… маленький шаг – тоже шаг, верно?

Решила, что Астору отправлю двести. Я пока ещё не знала, какие расходы могут ожидать меня во дворце и во сколько мне обойдётся тот минимум гардероба, которым я обязана обладать. В конце концов, в случае чего я всегда смогу отправить ему лишнюю сумму.

Набросала короткое письмо, в котором сообщила лишь, что я жива и здорова – за последние две недели не произошло абсолютно ничего такого значительного, о чём хотелось бы поведать брату.

Отсчитала сто монеток в собственный кошелёк, оставив двести прямо в том мешочке, в котором нам их выдали, и, приободрённая, направилась в крыло Первого Лика.

Именно здесь находилось что-то вроде почтового отделения, откуда можно было довольно быстро связаться с близкими, если они находились в пределах нашего королевства. С другим королевством связаться тоже, конечно, было можно, но… тогда уж проще и быстрее воспользоваться обычной почтой. И дешевле – такая услуга хоть и была очень удобной, однако и стоила немало. К счастью, мне, как фрейлине Её Высочества, она оказывалась бесплатно. И, так как располагалось всё это дело прямо во дворце – гарантировало, что моя посылка дойдёт до получателя в целости и сохранности. В общем, магия – замечательная вещь, и я очень часто сожалела, что не владею ею. Хотя с другой стороны – будь это так, мне пришлось бы посвятить всю свою жизнь. Хочу ли я этого?

На самом деле, служители Первого Лика зачастую были бесповоротно помешаны на собственном даре. Магия становилась для них не просто смыслом жизни, а, фактически, заменяла саму жизнь. Дипломаты и воины осваивали свои способности в течение пары лет, в то время как маги могли тратить на их изучение десятилетия. Отсюда же брало истоки несколько недоверчивое отношение к служителям Первого Лика – они настолько зацикливались на своём даре, что со временем превращались в заносчивых, самовлюблённых эгоистов.

Я уже возвращалась из отделения мгновенной почты, когда внезапно из-за угла на меня вылетел Хенлик Да'Роэлл.

- Прошу прощения. – На автомате пробормотал он, шарахнувшись, и лишь потом разглядел, в кого он, собственно говоря, чуть не врезался.

- Добрый день, лорд Да'Роэлл.

- Леди Эррендерс. – Произнесли мы одновременно, склонившись в приветствиях. – Как ваши успехи на новой должности?

- Я стараюсь, лорд Да'Роэлл. – Нейтрально ответила я, надеясь, что на этом наш диалог и закончится.

- Я не видел вас на последнем балу, могу поинтересоваться причиной?

Я удивлённо посмотрела на него, не понимая, с какой стати его это вообще интересует. Да и сам факт того, что он посещает балы - откуда иначе ему об этом знать? - казался странным.

- Я ещё недостаточно освоилась при дворе, и у меня нет вечерних платьев.

Тут я слегка слукавила – одно платье у меня всё же было, однако скроено оно было по моде столь давней… в общем, лучше не явиться вовсе, чем явиться в нём.

- Вот как… - Растерянно пробормотал он и… просто пошёл дальше. Ни пояснения, к чему эти расспросы, ни прощания. Всё же эти маги очень странные.

Пожав плечами, я продолжила путь к собственной комнате. Я была рада, что этот диалог так быстро и внезапно закончился – не то, чтобы лорд Хенлик меня пугал, просто рядом с ним было как-то некомфортно.