Вивьен II. Дело о пропавшем перстне

Глава 1

Год спустя от последних событий

***

- От имени всего преподавательского состава, поздравляю наших выпускников с успешным окончанием Императорского Института, особенными наградами готов отметить двоих студентов: это мсье Уотерс и мадмуазель Де Клер! Поздравляю, мои хорошие! – Пожимая руку, отец счастливо улыбался, вручая мне медаль за успехи в учёбе. Он гордился мной, как и мать. После ареста убийцы профессора Свена и Бассета, я смирилась с отъездом инспектора, начав жить обычной жизнью, стараясь не ввязываться в сомнительные расследования, что не могло не радовать родителей. Мать счастливо взирала на меня, утирая накрахмаленным платком, подступившие слёзы. Я выполнила всё, что они от меня хотели, делая огромные успехи в учёбе, оставалось выбрать профессию. Но я уже была не уверена, что хочу стать врачом, меня тянуло к абсолютно запрещённому, а именно, я хотела стать императорским стражем. Но женщинам туда был путь закрыт, что очень расстраивало, поэтому я выбрала обходной путь, решив стать секретарём при Комиссариате. Родителей мой выбор не то, чтобы огорчил, они до сих пор не могли с ним смириться, предлагая лучшие профильные Институты Империи, но я отказывала.

- Вивьен! Ну, как ты не поймёшь! Не женское это дело, работать с преступниками!

- Мама, в сотый раз повторяю, я не буду работать с ними! Моя работа будет заключаться в регистрации заявлений граждан, сидя на посту, и ведением картотеки!

- Дамы, сколько можно ссориться, гости уже заждались! – Заглянув в кабинет, отец ласково мне улыбнулся. – Сегодня именинница должна быть в центре внимания и сиять от счастья, Ивет!

Укоризненный взгляд заставил мать умолкнуть и ненадолго прекратить препираться по поводу моей будущей профессии. Ведь в соседней комнате нас ожидали приглашённые на праздник гости, половину из которых я не знала.

- Спасибо, папа! – Отец умел находить слова, чтобы погасить молнии между нами с матерью, выступая в роли примирителя.

- Дорогая Вивьен! – Подошла ко мне солидная дама с меховым воротником, по-моему, она – моя дальняя тётка, точнее не вспомню. – Твоя мать очень гордиться тобой, нахваливая музыкальный вкус, прошу, исполни нам что-нибудь.

Под всеобщим пытливым взглядом, мне пришлось подчиниться и сыграть свою любимую сонату. Погрузившись в музыкальное наслаждение, не сразу поняла, что закончила играть, томно прикрыв глаза, покуда меня не заглушили аплодисменты.

- Великолепно!

- Браво!

- Мадмуазель, я покорён! – Ко мне подскочил молодой гладко выбритый мужчина, целуя руку. Честно признаться, я видела его впервые и не припомню, кем он мне является. Удивлённая его порывом, нервно оглянулась на мать, которая довольно ухмылялась, глядя на нас. Её рук дело, он мне не родственник, это точно. – Прошу, примите от меня этот скромный подарок в честь вашего совершеннолетия!

Мужчина протянул мне небольшую бархатную коробочку, внутри которой оказался изумительный золотой перстень с огромным рубином. Хотелось присвистнуть от такой красоты, но я сдержалась и, отдавая дань уважения мужчине, натянула его поверх белоснежной перчатки. Драгоценный камень переливался при свете камина, сверкая гранями и приковывал взгляд гостей.

***

Мужчина оказался унтер-офицером Императорской стражи, недавно вернувшись с войны на Южных землях. Он поведал нам историю моего подарка.

- Однажды, мы возвращались с тяжёлой кровопролитной бойни, потеряв половину бойцов и набрели на местную деревушку. Мы никогда там прежде не были, но, измученные ранениями, мы остались там с ночёвкой, местные не слишком радостно нас приняли, но смирились с нашим пребыванием. Мы пообещали, что останемся только до утра, покинув их на рассвете. Но, увы, обещание мы не сдержали. Ночью на нас вновь напали катарцы (южные революционеры, желавшие свергнуть Императора, чтобы восстановить на своей территории демократию), положив половину бойцов, они скрылись во тьме. – Послышался протяжный дамский возглас, слишком страшные речи для женских ушей говорил офицер, а мне, наоборот, было интересно, кто предал стражей, рассказав о месте ночлега. - Но я, оскорблённый такой наглостью, вооружившись ружьём и пистолетами, последовал за ними, чтобы обнаружить их схрон. Я осторожно передвигался по лесам, старясь не привлекать внимания, и вскоре набрёл на лесное поселение. Там были только женщины, все мужчины ушли на войну, оставив их одних с маленькими детьми, варвары! – Не удержался от высказывания, мужчина окинул меня взглядом и продолжил. – Я пришёл к ним в надежде узнать, местоположение воинов, но они упросили меня молчать об их поселении, подарив вот это самый перстень, и я согласился.

- Вы такой благородный, несмотря на то, что это наши враги! – Воскликнула мать, пнув меня локтём.

- О, великодушно благодарю, мадам Ривз! – Мужчина склонился, чтобы поцеловать ей руку, не сводя с меня глаз. – А, ты как считаешь, Вивьен?

- Прекрасно, но, что было дальше? Вы нашли воинов? Вы убили их? Жители той деревни предупредили катарцев о вашем ночлеге? – Поинтересовалась, понимая, что вокруг образовалась гробовая тишина. Офицер, казалось, удивился моим расспросам, не выпуская руки матери.

- Д-да, как я уже говорил, местным не нравилось наше пребывание, они и предупредили своих воинов, где мы находимся.

- Вы убили их? – Не унималась я, получив от матери удар веером по колену.

- Кого? – Испуганно заикнулся тот.

- Ну, местных!

- О, это не та история, которую следует рассказывать милым дамам! – Стараясь улыбнуться, мужчина поднёс мою руку ко рту. – Не хотите прогуляться, я могу рассказать вам ещё много историй!

- Конечно, она хочет прогуляться! – Почти вытолкнув меня из кабинета, проговорила мама.

***

- Вы необыкновенная девушка, мадмуазель Де Клёр! Но почему вы скрываетесь под другой фамилией? – Прогуливаясь по парку, поинтересовался мужчина. А меня, почему-то раздражала его компания. Он гордился тем, что обнаружил поселение женщин в Южных лесах, подвергнув их опасности и убив поселение, приютившее их на ночь. Должна же быть хоть капля человечности! Я понимаю, что на войне все способы хороши, но они ведь тоже люди! Захотелось скинуть перстень и помыть руки, казалось он оставляет кровавый след на моём пальце.

- Я Де Клер, мсье…

- Оу, я не представился! Прошу прощения, мадмуазель! – Мужчина остановился, снова целуя мою руку, как он надоел! – Унтер-офицер Императорской Стражи Себастьян Ротмур!

- Мсье Ротмур, тут прохладно, вы не против войти в дом? – И, не дожидаясь ответа, юркнула в помещение, скрывшись в своей спальне, где на столе меня ожидали подарки.

Разобрав ворох цветастых воротников своей тётки, набор костяных щеток с жемчужинами и пары книг о ведении домашнего хозяйства, поняла, что мать собралась выдать меня замуж. Книги точно по её части, да и этот офицер был приглашён не случайно. Тяжело вздохнула, осматривая кучу не нужных вещей, бросив к ним злосчастный перстень и пошла отмывать руки, пока в комнату не постучались.

- Милая, ты уже вернулась? – Заглянула мать.

- Мама, я очень устала и хочу спать. – Не выходя из умывальной, проговорила, не желая вновь спорить с родительницей по поводу её взглядов на моё будущее.

- Я не надолго, просто хотела спросить, как тебе мсье Ротмур? Он милый не правда ли? Ещё и офицер!

- Мама не начинай, он подлый гадёнышь, не стесняющийся восхвалять свою гнусность на людях! Не удивлюсь, если он за это получил ещё и награду! Наглый, напыщенный мерзавец! Я, надеюсь, он в нашем доме больше не появиться! – Нервно отозвалась, ожидая криков матери, но вместо них послышался голос отца.

- Родная, я зашел пожелать тебе спокойной ночи. – Я медленно вышла, осматривая комнату.

- Мама уже ушла! – Ласково улыбаясь, объявил он, заключая в объятия. – Прости за подарок, мама настояла на этих книгах, утверждая, что они тебе в жизни понадобятся! Не обижайся на неё, она ведь переживает…

- Знаю, пап, но она снова перебарщивает! – Перебила родителя и увидела, как перед моими глазами засверкал золотой кулон на длинной цепочке.

- Это тоже от нас! Внутри наши фотокарточки, чтобы ты всегда помнила: мы тебя любим и поддержим, что бы не случилось!

Застегнув украшение на шее, отец замешкался, не собираясь уходить, будто хотел сказать ещё что-то но не решался.

- Пап, что-то ещё?

- Вообще-то да. Присядь. Мы с мамой тебе не рассказывали, но у тебя есть родной дядя. Точнее был.

- У меня? Дядя? Что с ним? – Не веря своим ушам, прошептала, до сих пор считая, что родители единственные дети в семье. – Почему вы не говорили?

- Послушай! – Перебил отец. – Твой дядя, мой брат, был очень своеобразным человеком, презирающим людей. Своей ненавистью он на войне заработал ранг генерала, ступая по головам не покорившихся врагов. Он был страшным человеком, поверь мне. И мы с матерью не хотели тебе о нём рассказывать. Он всё равно не принял бы тебя. Но в той битве, о которой рассказывал мсье Ротмур, брат погиб, наконец освободив мир от своей злобы.

- Зачем ты мне это всё рассказываешь? – Не понимающе уставилась на отца, которому тоже было тяжело поведать о смерти своего брата, пусть он и был последним мерзавцем.

- Он оставил тебе наследство. Не знаю, зачем, но всё недвижимое имущество в столице достаётся тебе, и ещё вот это. – Родитель отдал мне конверт, поцеловав в макушку и удалился.

Глава 2

***

Конверт был самым обычным, но вот восковая печать заставила содрогнуться. Кроваво-красным отливом на меня смотрел лев, извергая пламя.

«Здравствуй, дорогая малышка Вивьен!

Не знаю, что тебе рассказал обо мне Эдриан, у нас с ним до сих пор немного натянутые отношения. Но я на него не злюсь, уже нет. Всё это стало неважным, после того, как я увидел тебя, такую несмышленую крошку, тянущую ко мне ручонки. Ты, вероятно, уже не помнишь тот день, когда мы столкнулись на вокзале, ты тогда потерялась и я помог тебе найти родителей, даже не подозревая, что держу на руках родную племянницу . Но я продолжаю помнить твои огромные, полные детской наивности, золотые глаза, в них не было страха. До сих пор помню, как твои каштановые кудряшки щекотали мою щёку и пахла ты яблоками.

Сейчас ты выросла, моя крошка, и стала взрослее. Запомни, ты единственный человек в этом мире, доверявший мне, за это я постарался позаботиться о твоём будущем, чтобы ты ни в чём не нуждалась.

Для меня любовь не значила ничего, пока я не встретил тебя. Твои родители позаботились о том, чтобы я не смог тебя отыскать, боясь, что я плохо на тебя повлияю, но, поверь, я бы никогда не причинил тебе боль. Только не тебе, такой храброй девочке.

Я сделал одну вещь, о которой ты узнаешь немного позже, но надеюсь, она поможет тебе освободиться от влияния матери. Злопамятная она женщина, надеюсь, ты не станешь похожей на неё.

P.S.: В глубине души я питаю надежды на то, что хоть немного искуплю свою вину перед тобой, малышка.

Единственной звезде моей тьмы

Дорогой Вивьен

На веки твой, дядя Томас Де Клер»

Слезы градом посыпались на пожелтевший лист, неужели родители не могли рассмотреть в этом человеке столько трепетной нежности? Почему они считали его ужасным? По-моему, он был глубоко несчастен и одинок!

Дядя ошибался, я помню, тот день, но воспоминания о нём смазались. Мы тогда впервые переезжали в другой город, которых, в последствие, поменяли очень много, точно не помню куда, но нам приходилось ехать на поезде. Помню, как крохотная я оказалась совершенно одна, посреди огромного потока людей, среди которых не было видно родителей. Все проходили мимо, словно не замечая меня, кроме одного мужчины. Тогда он мне казался необычайно высоким, возвышаясь на остальными на целую голову. Он поднял меня на руки, чтобы родители увидели и больше ничего не помню.

Почему они не рассказывали мне о нём? Что случилось между ним и отцом? Или виновата мама, в своей манере оставлять последнее слово? Если честно, я никогда не задумывалась, почему мы постоянно переезжаем, неужели всё дело в дяде? Просто из-за того, что он хотел со мной общаться мы покидали насиженное место и отправлялись в другой город? Глупо.

Сон, как рукой сняло. Что же ещё такого сделал дядя, чтобы открыть мне дорогу в будущее? Он так ласково обо мне отзывался, что я не могла соотнести его отношение с рассказами отца.

***

- Доброе утро, милая? Как спалось? – Поинтересовалась мама, стараясь спрятать улыбку за кружкой кофе.

- Доброе утро, мама, ты почему не на работе? – Удивилась, не обнаружив вещей отца.

- Твой папа дал мне выходной для одного очень важного дела. – Загадочно отозвалась она, кивнув на пианино.

На нём громоздилась огромная корзина со свежими розами, благоухая на всю комнату. Ненавижу розы, и, кто только придумал срезать живые цветы, чтобы ненадолго поставить их в вазу?! Варварство!

- Это от тайного поклонника! – Воскликнула мать, явно довольная появлением букета в нашем доме больше меня. – Правда, он прекрасен?

- Что ещё за тайный поклонник? Где Миранда? – Поинтересовалась, оглядываясь в поисках горничной, но её нигде не было.

- У неё выходной, я отправила её домой. – Неожиданная для матери снисходительность к прислуге меня пугала ещё больше, чем выходной, который она сама себе организовала. Тут ещё и этот тайный поклонник, не мсье Ротмур ли это?

- Мама, ты не приболела? Всё в порядке?

- Милая, я чувствую себя прекрасно! За последнее время я забыла, что такое быть счастливой, но сейчас я безмерно счастлива! – Глупо улыбаясь, мать отхлебнула, загадочно взирая на букет.

***

Я раздала цветы мсье Ротмура, а была почти уверена, что они именно от него, прохожим женщинам, ни о чём не жалея и отправилась в церковь, принести пожертвования.

- Мадмуазель Де Клер! – Воскликнул святой отец, завидев меня ещё издалека. Мне нравилось сюда приходить, в этом месте всё было настолько уютно и просто, что я не смогла себя побороть и жертвовала только им. Деревянная церквушка стояла на окраине города, спрятавшись в тени деревьев, святой отец тут выполнял и работу дворника, убирая двор, и плотника, чиня покосившийся забор, и успевал накормить вкусным обедом нищих. Прекрасный человек, который заботился, казалось о целом мире, именно это и покорило меня.

Ровно год назад я впервые пришла сюда, чтобы помолиться об инспекторе, ведь, когда преступник выпил цианид, тем самым лишив себя жизни, инспектору грозил суд. Что решили присяжные, я так и не узнала, продолжая молиться о его спасении. После того дня, церковь стала мне вторым домом, где я могла чувствовать себя нужной.

- Отец Федерик! Рада вас видеть! – Обняв мужчину, мы пошли по уже протоптанному маршруту, вдоль тоненького источника, пробивающегося у церкви. – Как ваши дела? Еды на всех хватило?

- Вашими силами, мы накормили в два раза больше! Спасибо! Вон, сегодня прихожане помогли починить крышу над источником, только за горячий обед, ваша помощь творить чудеса, мадмуазель! Как ваша проблема? Разрешилась? – Поинтересовался отец, сложив руки за спиной.

- По-моему, мама опять решила за меня. Вчера к нам приезжал один офицер, на которого у неё есть виды. Я думаю, она хочет меня выдать за него замуж.

- Голубушка, вы слишком строги к своей матери. Не спорю, что в этом мире мы и только мы – вершители своих судеб, и она не права, вмешиваясь в вашу жизнь, но, поймите, она же ваша мать. Постарайтесь с ней поговорить и выяснить ситуацию, не стоит полагаться на свои догадки.

- Я постараюсь, отец, но я здесь по другому поводу. Вот! Возьмите это и почините кровлю церкви, а, то она скоро обвалиться! – Протянув ему бархатную коробочку с золотым перстнем, я остановилась.

- Мадмуазель! – Воскликнул изумлённый мужчина. – Я не смогу принять такой щедрый подарок! Это не правильно!

Мне долго пришлось его убеждать, чтобы он всё-таки его взял, успев зайти в заросли шиповника, у которых брал своё начало источник.

- Мадмуазель! – Неожиданно серьёзно проговорил отец, смотря куда-то мне за спину. – Прошу вас, умоляю, не оборачивайтесь! И скорее бегите за стражами! Только не…

Мужчина не успел договорить, как я ослушалась его просьбы, падая в обморок. На обложенном диким камнем источнике лежала бледная женщина, словно в последний раз желающая напиться, протянув руки к воде. Этой женщиной была моя мать.

Глава 3

***

Захлёбываясь принесённой водой, я старалась забыть о том, что видела, но образ матери всплывал в сознании, вызывая новый приступ истерики. Успокоилась я только после прихода отца, который примчался в церковь уже после приезда стражей. На нём, ка и на мне, не было лица от горя, он хотел расплакаться, я это видела, но мужественно держался ради меня. Мой бедный папа.

- Скажите, вы знали, куда ваша мать собиралась в этот день? – Учтиво поинтересовался страж, присаживаясь напротив в любезно предоставленной святым отцом келье.

Я отрицательно помотала головой, отгоняя прошлогодние воспоминания о допросе, но тогда в роли инспектора выступал Артур Монфор – начальник секретной службы Императора.

- Как она вела себя утром? Была расстроена? Взволнована?

- Нет, она сказала, что в это утро она была самой счастливой за последнее время. Я давно её такой не видела, вы просто не знаете мою мать, мсье…

- Донован, мадмуазель. – Подсказал молодой мужчина, тщательно записывая мои слова в блокнот.

- Мсье Донован, я могу рассчитывать на то, что вы поймаете убийцу моей матери? – Наклонившись ближе, прошептала, понимая, что сейчас снова расплачусь.

- Положитесь на меня, миледи! – Накрыв ладонью мою руку, он снова напомнил мне Монфора, только он называл меня так. Это старое обращение к дамам, означающее «моя леди». Где-то под сердцем кольнуло и я отобрала руку именно в тот момент, когда двери кельи с грохотом ударились о стену. В проёме показался взбешённый унтер-офицер, стремительно приближающийся к нам.

- По какому праву вы допрашиваете мою невесту без моего присутствия? – Закричал он так, что уши заложило. – Да, я вас за такое своевольство под трибунал отправлю! Пошёл вон! И впредь, не смейте приближаться к ней без моего ведома!

- Вы что себе позволяете? – Опешила я от такой наглости, поднимаясь из-за стола. Мне было обидно за несчастного стража, просто выполнявшего свою работу. – Кто вам дал право называться моим женихом? Мсье Донован, прошу прощения за поведение этого человека, мы с ним…

- Моя дорогая, прошу, пойдём отсюда! – Нервно оборвал меня офицер, ловко подхватив под руки и выводя наружу.

- Да, отпустите же меня, наконец! – Вырвалась из цепких рук только на улице, гневно взирая на «жениха». – Что вы творите? Вы самый настоящий хам! Разве можно себя так вести?! Вы совсем из ума выжили на своей войне, потеря остатки человечности?...

Мой поток оскорблений был оборван внезапным поцелуем, который, к счастью, длился недолго, потому как я ловко навернула офицера ридикюлем. И стремительным шагом отправилась домой, стараясь не оборачиваться.

***

Мерзавец, экий нахал! Да, что он себе возомнил? Что он вообще творит? Злобно чеканила шаг по гостиной, в которой последний раз видела маму. Ласково прошлась ладонью по изголовью кресла, в котором она сидела и вспомнила какой счастливой она была этим утром. Я не помню, когда в последний раз видела её такой! Что же произошло? Куда она собиралась? И, кто это тайный поклонник, приславший цветы?

Отец не вернулся вечером, не вернулся и под утро, заставив меня изрядно поволноваться и с первыми лучами отправиться в Институт. Охранник сообщил, что папа пришёл далеко за полночь изрядно пьяным. Сказал, что пришлось его вести в кабинет лично, опасаясь кабы он не упал. Поблагодарив мужчину, вошла внутрь и обнаружила отца, спящим на софе с фотокарточкой матери в обнимку. Поэтому он не пришёл домой, чтобы я не видела его в таком состоянии, бедный отец.

Родитель часто задерживался на работе, предпочитая ночевать в кабинете, поэтому у него в шкафу хранился плед, которым я заботливо укрыла папу и ушла, рада, что с ним всё в порядке.

- Мадмуазель, прошу прощения, но вам записка от того мужчины за дальним столиком! – Официант учтиво склонился надо мной, подавая на подносе листок бумаги. Я приходила в чайную почти каждый день, занимая именно тот столик, за которым мы беседовали с инспектором. Сотрудники даже переставали его отпускать другим посетителям, говоря, что он уже занят, ожидая моего появления. Я потянулась к записке, в которой значилось: «У меня к вам срочный разговор по поводу вашего дяди». Не успела оглянуться, как перед глазами возник пожилой мужчина в круглом пенсне, присаживаясь за мой столик.

- Мадмуазель Де Клер? – Я удивлённо кивнула, не до конца понимая, что вообще происходит.

- Моё имя полковник Сандерс, мы служили с вашим дядей. – Нервно оглядываясь по сторонам, прошептал странный мужчина. – Послушайте, я знал генерала всю жизнь, начиная служить под его началом, и отказываюсь верить, что он умер просто так! Его убили, я в этом уверен!

- Послушайте, мсье Сандерс, у меня сейчас нет времени разбираться со смертью дяди. Вчера утром убили мою маму. – Стараясь деликатнее закончить разговор, я уже хотела подозвать официанта, как полковник перехватил мою руку. – Вы чего творите?

- Мадмуазель, я прошу вас, подпишите этот документ и спрячьте в надёжное место! Это маленький подарок дяди ко дню рождения. – Сунув под столом свиток, мужчина с надеждой всмотрелся в моё лицо, пока я не кивнула. – Берегите себя, и никому не показывайте этот документ, пока не вступите в наследство.

И мужчина молниеносно выскочил из чайной. Странный человек, подумала я, пряча свиток за пазуху, самое надёжное место хранения.

***

- Могу я видеть мсье Донована? – Спросила у сидящей за стойкой женщины, которая окинула меня презрительным взглядом и фыркнула.

- Свои дела делайте в нерабочее время! Мсье работает!

- Я знаю, поэтому и прошу его увидеть! – Я начинала злиться, догадываясь, за кого меня приняла эта странная дамочка.

- Вы меня не поняли? – вспылила та, поднимаясь с удобного кресла, но в этот момент из коридора вышел сам мсье Донован.

- Мадмуазель, у меня сейчас нет времени разбираться с вами и вашем женихом, у меня срочный вызов!

- Мсье Донован, я хотела спросить, как продвигается дело? – Едва поспевая за торопящимся мужчиной, бежала следом.

- Милая леди, я прошу вас, давайте поговорим позже, у меня ещё одно убийство!

Но, я это и сама видела. Прямо посреди площади, словно отдавая последнюю честь, лежал мертвый полковник, всего пару часов назад беседовавший со мной в чайной. Обнимая кружу кофе, предложенную стражем, я задумалась о том, что все, кто находиться со мной рано или поздно умирают. Взять хотя бы события прошлого года: профессор Свен, профессор Бассет, Клаус – мой верный защитник! Мама, полковник, не знаю, в чём они провинились, но покинули этот мир не по своей воле. Сердце царапнуло воспоминанием о посмертной позе родительницы, она словно пыталась дотянуться до воды, или показать мне что-то. Вспомнила полковника, он словно отдавал честь неизвестному, может тоже подсказка?

- О чём вы разговаривали с этим человеком? – Осторожно поинтересовался страж, устроившись у стены со своим блокнотом.

- Он сказал, что знал моего дядю, убитого в бою на Южных землях.

Мне пришлось поведать историю моего непродолжительного знакомства с родственником и полковником. Рассказать об утреннем букете от тайного поклонника и состоянии матери, что снова заставило утирать слёзы. Как бы я не старалась сдерживаться, но печаль брала своё, терзая душу.

- Мадмуазель, приношу свои соболезнования, вам пришлось несладко, три смерти и двое из них близкие вам люди, простите, что приходится допрашивать вас. Но это моя работа. – Тихо отозвался мужчина, закрывая блокнот, но внезапно открылась дверь.

- Вы?

Инспектор Глок даже не посмотрел в мою сторону, всецело обратившись к молодому стражу.

- По приказу его высочества это дело переходит под мою юрисдикцию, прошу ознакомиться с приказом. С этого часа я веду дело об убийстве полковника Сандерса, мне нужны все ваши записи и свидетели.

- Мадмуазель Де Клер с ним беседовала накануне смерти. – Не отрываясь от бумаги, ткнул в меня пальцем Донован.

- Вы и тут успели отметиться? Неужели ни одно убийство в этих местах не обходиться без вашего участия? – Неожиданно очень жёстко отозвался инспектор, и я поняла, что слёзы вновь стекают по щекам, одиноко скатываясь на платье.

- Мсье Донован, если будут ещё вопросы, вы знаете, где меня найти! – И выскочила из Комиссариата, прикрывая глупые слёзы.

Глава 4

***

У дома меня уже поджидал нервный Ротмур, расхаживающий по клумбе. При виде меня, он мгновенно подскочил, хватая за руку, которую я успела выдернуть до того, как он снова примется её слюнявить.

- Моя милая Вивьен!

- Не называйте меня так!

- Как скажете, мадмуазель! По какому праву ваша горничная меня не пустила в дом? Я надеялся подождать вашего появления внутри. – Следуя за мной по пятам, причитал несносный офицер.

- Я ей приказала! И прошу впредь не преследовать меня! Оставьте меня в покое! – Вспылила я, останавливаясь на пороге и мгновенно изменила свою тактику, схватив ничего не подозревающего мужчину за локоть. А, всё из-за того, что невдалеке, из-за поворота, появился инспектор Глок, которого я не хотела видеть. – Не хотите выпить чашечку чая? Вы наверное замёрзли на улице, пока ждали моего появления?

- Д-да, мадмуазель, но вы же только что…хотя не важно! В вашей компании всё, что угодно! – Мгновенно приосанившись, мужчина пропуская меня внутрь.

- Мсье Ротмур, позвольте поинтересоваться, вы утром не присылали мне розы? – Неожиданно спросила, выглядывая в окно, но инспектора Глока нигде не было.

- Моя дорогая, если бы вы хотя бы намекнули, какие цветы предпочитаете, я бы услал ими весь дом, но вы так поспешно удалились в тот вечер, что я не успел спросить. – Сладко потягивая чай, мужчина, не стесняясь, поглощал эклеры, один за одним.

- Значит они были не от вас…- тихо прошептала, понимая, что, сама того не осознавая, уничтожила единственную зацепку, ведущую к возможному подозреваемому.

- Почему вы не носите перстень, который я вам подарил? – Застал врасплох мужчина, но спас меня от очередной лжи отец, наконец появившись дома.

***

- Пап, почему мама попросила выходной? Она ведь никогда так не делала? – За ужином поинтересовалась у отца, не проронившего ни слова с момента возвращения домой.

- Не знаю, родная. Она была так счастлива, надеясь на твою скорую свадьбу, что я подумал она поедет выбирать тебе платье, вот и отпустил, старый дурак! – Отец отбросил приборы, зарывшись лицом в ладони, завывая, словно раненый пёс.

- Папочка, это не твоя вина, ты же не знал, что произойдёт! – Приобнимая родителя за плечи, рыдала вместе с ним. – Иди отдыхать.

Отправив отца спать, я села в гостиной, всматриваясь темноту ночи и размышляла о последних событиях. Кто мог желать моей маме смерти? Да, она была сложным человеком, её многие боялись, но, чтобы убивать! Никто бы не осмелился. А полковник?! Кто его убил и зачем? Неужели из-за того документа, который мужчина мне передал перед самой смертью?

Развернула свёрток, снова столкнувшись с восковой печатью в виде головы льва. Почему у меня складывается впечатление, что дядя каким-то образом причастен к тайному обществу, пытающемуся свергнуть Императора?! Именно такой герб я видела в прошлом году, помогая инспектору Глоку расследовать дело об исчезновении секретных разработок профессора Свена. Проведя рукой по листу бумаги, убедилась, что уже имела дело с ней. Шершавый желтоватый лист был выполнен из той самой рисовой бумаги, которая впитывала секретные чернила. Совпадение? Что-то их слишком много!

В документе шла речь о том, что после смерти генерала все его титулы и место во дворе присваиваются мне, либо моему мужу в случае моей смерти. Дядя перестраховался, обеспечив мне тем самым доступ к Императорскому дворцу и безбедную старость мне и моим детям, присвоив титул герцогини. Не задумываясь подписала документ и временно спрятала его под подкладку пальто, которая, как оказалось, была наилучшим местом хранения. Спасибо, дядя, и прости, что так и не смогла с тобой нормально поговорить.

Внезапная догадка заставила открыть глаза, как только утренние лучи солнца озарят спящую землю. Мама, она мне точно на что-то указывала, следовало ещё вчера вернуться в церковь, чтобы осмотреть место убийства, но меня слишком поразило внезапное появление инспектора и его безразличие в голосе.

Церковь оказалась пуста, хотя обычно отец Федерик встаёт ещё до рассвета, чтобы подготовиться к службе. Обошла двор, но и там его не было, сердце снова пропустило удар, когда я услышала полный боли крик, доносящийся от источника. Со всех ног бросилась к тому месту, не обращая внимания на острые кусты шиповника, рвущие платье, но снова опоздала. Священник полулежал у раскидистого дуба, а над ним склонился человек в чёрном плаще, замахиваясь кинжалом.

- Нет! – Не сразу поняла, что это мой голос, пока не заметила, молниеносное движение убийцы, вонзившего остриё прямо в сердце несчастного отца Федерика. Неизвестный взмахнул плащом и быстро умчался вглубь леса, а я кинулась к священнику, едва подающему признаки жизни. Мужчина хрипел и тянул ко мне руки, но я уже ничем помочь не могла, обессилено рыдая над умирающим.

- Перстень…перстень… – Глаза святого отца застыли, изумлённо взирая на бесконечно голубое небо, освободив душу от бремени этого грязного мира. Ещё одна смерть…до каких пор это будет продолжаться? Сколько людей должно умереть, прежде чем эти монстры достигнут своей цели? Почему их жертвами становятся дорогие моему сердцу люди? Чего они добиваются?

- Мадмуазель Де Клер?! Почему я не сомневался, что найду вас здесь! – Послышалось за спиной и я отпрянула от священника, утирая слёзы. – Что вы наделали?

- Это не я! Я его не убивала! Я хотела спасти! Хотела помочь…но опять не смогла. Сколько можно терзать меня этими убийствами? Что вам от меня нужно? – Расставив руки в стороны, прокричала в пустоту, ни к кому не обращаясь. – Если хотите меня убить, так действуйте! Я в вашей власти, кем бы вы ни были…

Упав на колени, я снова зарыдала, понимая, что уже ничего не хочу. Ни докопаться до истины, ни помочь стражу поймать убийцу, даже жить не хотелось. Тёплые руки обняли за плечи и куда-то повели, словно пряча от жестокого мира.

***

- Прошу прощения, я не знал, что вы потеряли мать. Но, Бога ради, объясните, что у вас тут происходит? – Присаживаясь за молитвенную скамейку рядом со мной, заговорил инспектор.

- Где мой отец?

- Скоро прибудет, я послал за ним. – Я больше не хотела разговаривать, мне надоело быть в центре трагичных событий, я хотела спрятаться, чтобы меня не донимали глупыми расспросами. Больше всего на свете я хотела, чтобы меня оставили в покое. – Поговорите со мной.

Умоляюще протянул ко мне руки мужчина и я отскочила от него, словно ошпаренная. Не хочу! Не хочу, чтобы ко мне кто-то прикасался.

- Он говорил о перстне. – Сказала, надеясь, что после этого от меня точно отстанут. – Мне его подарили на день рождения, а я пожертвовала церкви.

- Кто подарил? Если это подарок, тогда зачем отдали его церкви? Какое он вообще имеет отношение к убийству священника? – Мгновенно встрепенулся инспектор, возникая рядом.

- Вивьен! Дочка!

- Папа, увези меня отсюда! – Рыдая на родительских руках, умоляла я.

Глава 5

***

Я неделю не выходила из комнаты, погрузившись всвои печальные мысли, отец пытался меня утешить, но сам страдал, не зная, как помочь. Каждый день под окнами я наблюдала, как настойчиво топчет клумбу офицер Ротмур, сжимая разные букеты, которые я даже не принимала. Один раз заходил страж Донован, поинтересоваться, всё ли у меня в порядке, а инспектор Глок так и не появился.

- Мадмуазель, к вам посетитель. – Объявила горничная, осторожно шепча в двери.

- Я никого не принимаю!

- Мадмуазель, я не смогла его остановить! – Выкрикнула она, прежде чем двери комнаты слетели с петель.

- Долго вы будете себя жалеть, миледи? – Разъярённо вопил инспектор, поправляя пиджак. – Хватит быть тем, кем вы не являетесь! Вы сильная, отчаянная и смелая девушка, так, что, собирайте вещи, едем пить кофе! Если через пять минут вы не спуститесь, я лично буду вас переодевать!

Наглость мужчины заставила меня подняться и выполнить приказ, скорее потому, что я была очень зла на него. Кто он такой, чтобы ломать мои двери и командовать?

- Настрадались? – Продолжая раздражать меня, мужчина попивал кофе, сидя у окна.

- Вам какое дело? Это вы нашли собственную мать у колодца! Не вы слышали последние слова священника!

- Я держал на руках собственного ребёнка и жену, перед тем, как они оба погибли! – Наклонившись ко мне, прошипел мужчина. Его глаза вмиг остекленели, словно застыли. В них пропала та привычная мне живость и лукавство, превращаясь в маску скорби. – Каждый несёт свой крест! И, если однажды вас поглотит печаль, вы из неё никогда не выберетесь! Она сожрёт вас изнутри! Её нужно вырвать, пока она не захватила вас полностью!

Я изумлённо взирала на инспектора даже не подозревая, что и у него была семья, которой он лишился. Этот человек носил в сердце столько боли, о которой я даже не догадывалась, считая его бесчувственным эгоистом. А, на самом деле, он пытался мне помочь выбраться из трясины скорби, в которую я увязла по самую шею.

- Простите, я не знала…

- Никто не знал. Вам не за что извиняться. А, теперь, когда вы пришли в себя, расскажите мне всё, что вас связывает с этими убийствами!

И я поведала ему историю запоздалого «знакомства» с дядей, умолчав только о том, что он присвоил мне титул, оставив имущество в столице. О последнем дне жизни матери, о дне рождения и о подарке мсье Ротмура, который я пожертвовала церкви. Почему-то меня не покидало ощущение, что святого отца убили именно из-за этого перстня.

- Опишите мне его!

- Крупный рубин со множеством граней, в толстой оправе из золота, большего сказать не могу, я пыталась быстрее от него избавиться. – Почти беззвучно закончила фразу, в надежде, что мои слова останутся не услышанными.

- Вам так сильно не нравится унтер-офицер Ротмур? – Ехидная улыбка озарила до этого собранное лицо инспектора. – Мне казалось, у вас прекрасные отношения! О, легок на помине!

Из дальнего конца чайной ,с бешенной скоростью, к нам спешил «жених». И мне захотелось спрятаться под стол, лишь бы его не видеть.

- Он нас заметил? Он идёт к нам? – Видя мою панику, мсье Глок открыто потешался.

- Моя дорогая, вы заставили меня поволноваться! – Подставляя стул возле меня, бесцеремонно вмешался в разговор наглец. – Почему вы меня избегаете?

- Мсье Глок, вы можете меня избавить от общества этого человека? – Стараясь не смотреть на офицера, злобно прошептала я.

- Увы, сердечные дела меня не касаются, если только вы его не убьёте, тогда милости прошу за помощью! – Хохотнул тот, одновременно серьёзным взглядом окинув мсье Ротмура, но тот невозмутимо продолжил раздражать меня.

- Неужели вы предпочитаете моё общество этому неотёсанному мужлану?!

- Неотёсанный мужлан здесь вы! И прошу впредь не приближаться ко мне! – Вспылила, поднимаясь со стула.

- Вы ещё об этом пожалеете! – Прошипел он на ухо, прежде чем скрыться.

- Забавный человек, однако! – Снова хохотнул инспектор, глядя как «жених» столкнул официанта и вышел вон.

- Не напоминайте!

- Пожалуй, нам тут не дадут договорить, Пойдёмте!

***

- В то утро я пришла в церковь, чтобы подтвердить свою догадку о том, что мать мне на что-то указывает. – Сидя в гостиной инспектора, наконец начала облегчать душу рассказом. – Обычно в это время отец Федерик не спит и готовится к утренней молитве, но его нигде не оказалось, тогда я услышала крик, доносящийся от источника. И увидела его: убийца был в длинном чёрном плаще, скрывая лицо под капюшоном. После моего появления, он вонзил нож священнику в сердце и скрылся среди деревьев. Отец Федерик перед смертью несколько раз повторил слово «перстень», прежде чем покинуть этот мир. Я считаю, что убийца забрал с собой украшение, из-за которого отобрал жизнь у священнослужителя. Пока не могу сказать как это связано, но мне кажется, что во всех трёх преступлениях участвовал тот неизвестный в плаще.

Как ни странно, но это напоминает прошлогодние события, когда смерти, одна за другой, преследовали меня, покуда нам не удалось прервать этот дьявольский круг.

Я засмотрелась, как языки оранжевого пламени танцуют в камине, задумавшись о дяде. Я его не знала, да и родители отзывались о нём не слишком лестно, но письмо, адресованное мне, терзало сердце.

- Мадмуазель, ну, почему у вас всегда такие логичные объяснения, которые никто подтвердить не может? – Вспылил инспектор, расхаживая по комнате с бокалом коньяка. – Вы же понимаете, что снова являетесь подозреваемой во всех трёх убийствах. И, как бы я вам не верил, не могу доказать это остальным. Страж Донован собирался вас арестовать, и мне пришлось убедить его, что вы под домашним арестом и он на время затих, но мне кажется, это ненадолго. Комиссар требует поймать убийцу, и ему не будет ничего стоить, как запереть вас в камеру с дальнейшеё отправкой на каторгу!

- Плевать! – Отозвалась, не в силах оторвать взгляд от танцующего пламени. – Скажите, вы знали моего дядю?

- Скажу честно, мне поступали неоднократные жалобы на слишком жёсткое командование генерала Де Клера, за которым я вёл негласное наблюдение последние семь месяцев. В то время ваш дядя прибыл вместе с гарнизоном в Чалу (столица Южного объединённого королевства, входящего в состав Империи), чтобы урегулировать конфликт, возникший из-за бунта катарцев (коренное население Южных земель). Ожидалось, что генерал, обходясь малой кровью, вынудит революционеров умолкнуть и разъехаться по домам, но у вашего родственника были иные взгляды на урегулирование разногласий. Ослушавшись прямого приказа Императора, он взял в плен семью губернатора королевства, лишь усугубив конфликт. Он ожидал, что под страхом потери близких, губернатор заставит катарцев сложить оружие, но вышло всё намного хуже. Революционеры пошли штурмом на крепость, оставляя после себя горы трупов. Потеряв кавалерию, ваш дядя принялся позорно отступать и набрёл на деревушку на западе от Чалы. Там-то их и настигли, жаждущие расправы, катарцы, в той битве повезло немногим, но ваш жених отличился, предоставив данные по местоположению поселения в дождевых лесах королевства. На следующий день наша гвардия ударила, под чётким руководством новоиспечённого унтер-офицера Ротмура.

- Не вспоминайте этого мерзавца! – Отчеканила, начиная злиться.

- Но он не просто остался жив, но и вышел победителем! – Не обращая внимания на мой протест, продолжил мужчина. – Поговаривали, что из катарского святилища был похищен священный камень…хоть я и не считаю вашего жениха виновным в этих убийствах, но на его счёт у меня имеются более серьёзные обвинения.

- Так, арестуйте его!

- Не могу, миледи. Уже не могу! Я прибыл в этот город, чтобы представить офицера перед трибуналом, но он оказался изворотливее меня. Змеёнышь заключил один очень щекотливый договор, который не разрешает его арестовать.

- Так, аннулируйте этот договор! Вы же начальник секретной службы! Что он мог сделать такого, что вы не можете его арестовать?

- Заключил брачный договор и, в случае его ареста, его супруга окажется в изгнании по уговору сторон.

- Что за женщина могла подписать такой документ? – Удивилась, насколько слепа женская любовь.

- Вы…

- Это уже слишком! Я не помню, чтобы подписывала какие-то брачные бумаги! Да, я даже замуж не собиралась, тем более за этого проходимца!

- Прошу, ознакомьтесь! – Протянув мне свиток, мужчина мрачно закурил, щурясь от едкого дыма.

А я сидела и не верила своим глазам. Я не могла этого сделать, никогда в жизни! Тут что-то не так!

- Это какая-то ошибка! Я не могла этого сделать!

- Мадмуазель, теперь вы понимаете всю серьёзность ситуации? Я не знаю, как доказать, что вы действительно не подписывали этот договор.

- Но такие вещи ведь заверяются кем-то? – В надежде спросила, понимая, что хватаюсь за соломинку. – Нам нужно найти этого адвоката и выяснить, кто расписался вместо меня.

- Миледи…мадмуазель Де Клер, я не знаю, как вам помочь…во время вашей хандры я ездил в столицу, уточнить некоторые сведения об адвокате Моррисе, заверившим подлинность этой бумажки и узнал, что тот отбыл во Флоренцию по деловому вопросу, а когда вернётся, его секретарь не знает. Увы.

- Это конец? Получается, я уже больше недели замужем за офицером Ротмуром и это никак не исправить?

- Мне жаль…

Глава 6

***

Отцу я пока ничего не говорила, чтобы лишний раз не расстраивать, он и так, бедный, сутками находился на работе, не в силах вернуться в их общий с мамой дом. Поэтому я была предоставлена сама себе, что давало отличную возможность обдумать всю ситуацию.

Зачем мсье Ротмур так стремился жениться на мне? Неужто из-за наследства дяди, они ведь служили в одном гарнизоне? Да, и странное совпадение, погибает дядя и офицер с жертвенным камнем приезжает в наш город, хотя сам не местный, и начинаются странные убийства. Возможно, инспектор растерял свою способность читать людей. Скорее всего, он ошибся в том, что Ротмур не убийца, я же считала его таковым и планировала отправить на каторгу в ближайшее время.

- Миранда! Срочно отправь почтой во Флоренцию! – Приказала служанке, понимая, что дело начинает сдвигаться с мёртвой точки.

Во-первых, я написала в посольство Флоренции, являющееся автономным государством, от имени герцогини Де Клер, коей являлась с недавних пор, чтобы срочно депортировали мсье Морриса, потому как тот обвиняется в подделке документов. Надеюсь, это сработает.

Во-вторых, отправилась на личную аудиенцию к мсье Ротмуру, чтобы посмотреть в бесстыжие глаза этого мерзавца. Он обитал в лучшей гостинице города, занимая два номера, о чём мне поведал портье, провожая на верхние этажи.

- Прошу прощения, но это будет абсолютно неудобно! – Нервно бубнил тот, ища ключи от номера. – Мсье в отъезде, не вынуждайте меня, я же работу потеряю!

- Пошлите в Комиссариат за мсье Глоком, скажите от Де Клер, он поймёт!

- Но, мадмуазель! – Возмутился он, дрожа всем телом.

- Не переживайте, об этом никто из постояльцев не узнает!

Молча сунула нервному мужчине купюру, который мгновенно отыскал нужный ключ и удалился, оставив его в замке. Мне предстоял обыск.

- Не задавайте лишних вопросов! – При виде удивлённо застывшего на пороге инспектора, я ехидно улыбнулась, понимая, что застала его врасплох.

- Что вы творите! Это подсудное дело! Это против закона! – Возмутился было он, но я втянула его внутрь, усаживая в кресло.

- А, теперь смотрите, что я нашла, пока вас ждала! – И выудила из-под матраца бархатную коробочку со злополучным перстнем. – Именно его я пожертвовала отцу Федерику, и именно его забрал убийца, так как после обыска церкви, страж Донован сказал, что никакого перстня он там не нашёл! Как вам такое совпадение?

В двери осторожно проникнул портье.

- Мадмуазель, вам телеграмма. – И удалился, получив дополнительную плату. В письме значилось, что адвоката Морриса по моей просьбе депортировали обратно в Империю и он через два дня прибудет в город. Я счастливо улыбнулась, понимая, что дела идут на лад.

- Скоро всё наладиться, сюда едет тот адвокат, который якобы заверил наш брачный договор!

- Но, как? – Вскочив с места, инспектор оказался совершенно близко, сверкая небесными глазами. – Даже у меня не было такого доступа!

- Я обещаю всё вам рассказать, но только позже. Наберитесь терпения, мон шерри, и верьте мне.

- Вы полны загадок, миледи! – Всматриваясь в моё лицо, мужчина застыл с таким выражением, словно впервые увидел. – На что вы ещё способны? Что ещё я о вас не знаю?

- Потом, мсье, давайте поговорим о деле. Перстень доказывает связь Ротмура с убийством священника, а адвокат подтвердит, что я не подписывала никаких договоров и аннулирует его, тогда вы арестуете мерзавца и отправите на каторгу! Как вам? – Продолжая счастливо улыбаться, я не заметила, как в комнате возник и сам хозяин апартаментов.

- Что вы здесь делаете?

- Вот, поэтому я и произвожу обыски только после официального разрешения. Положите перстень на место, мадмуазель. Прошу прощения за вторжение, мсье Ротмур, мне показалось, что из вашей комнаты доносились крики о помощи, пришлось войти. Ещё раз приношу свои извинения!

- Вы всё-таки его носите! – Счастливо воскликнул офицер, подлетев ко мне. Он, словно не видел инспектора, буравя меня взглядом. – Я знал, что вам не безразличен. Я знаю, что периодами бываю слишком назойливым, но уж простите, влюблённость ослепила меня!

Непонимающе уставилась на мужчину, пока его руки не схватили мои. Перстень, он посчитал, что я ношу его. Выходит, он не знал, что этот перстень побывал в руках у убийцы и каким-то образом вернулся к нему под кровать? Либо он прекрасный актер, ловко обводящий всех вокруг пальца. Внимательно всмотрелась ему в глаза, ища подвоха, но не увидела ничего кроме животного обожания. Он больной!

- Вообще-то, не совсем, мы нашли…

Не дав мне договорить, инспектор вытащил меня наружу.

- Что вы творите! Мы бы сейчас все выяснили! Пустите!

Меня затащили в подсобку и прижали к стене.

- Нет, это вы меня послушайте! Вы несётесь к своей цели, не замечая последствий! Вы сумасшедшая, которая подвергает себя смертельной опасности! А, что если он действительно убийца, и вы бы сейчас открыли ему все карты? Вы вообще хоть иногда думаете?

Мне хотелось расплакаться от настолько обидных слов. Да, я неслась, словно горящий состав, но я хотела помочь! Себе помочь!

- Я ведь…

- Что? – Мужчина тяжело дышал, захлёбываясь от злости. – Уезжайте! Как можно дальше! А, лучше всего смените имя, чтобы я не смог вас отыскать! Вы не видите всей картины! То, что перстень нашёлся лишь усугубило ваше положение! Теперь вас можно обвинить не только в убийстве собственной матери, которая мешала вам жить, но и в смерти священника!

- Я любила их…-прошептала, глотая обидные слёзы. – И никого не убивала!

- Это знаю только я. – Тихо прошептал инспектор, внезапно прижимая к себе.- Остальным вы это не докажете, поэтому бросайте всё и уезжайте, чтобы никто не знал, где вы, особенно я.

***

И снова я сидела в своей комнате одна. В последнее время мы с отцом очень отдалились друг от друга, переживая горе по-своему. Он пытался забыться, зарывшись по уши в работу, я же предпринимала неудачные попытки найти убийцу матери, но ни ему, ни мне от этого легче не становилось. Я всё думала о словах инспектора, о том, как он просил меня уехать, чтобы не подвергаться каторге. Но я просто не могла этого сделать, было бы позорно убегать, не доказав своей правоты. Я не виновата, и он это знал, но не мог доказать. Изо дня в день я всматривалась в окно, в ожидании, что за мной приедет конвой и увезет в темницу, но пока горизонт оставался печально пустым, как и моя душа. Она рвалась на части от бессилия, хотелось рыдать, но, увы, слёзы закончились, оставляя внутри только пустоту, с которой я уже справиться не могла. Инспектор был прав, нужно было искоренить скорбь, сжигающую меня изнутри, пока она не поглотила меня полностью, но я, похоже, опоздала.

- Милая, ты ещё не спишь? – Папа осторожно вошёл в комнату, присаживаясь на кровать. – Мы с тобой в последние дни мало разговаривали. Прости меня за то, что бросил одну, я должен был заботиться о тебе, но не смог даже себе помочь!

Я видела, как мутная слеза скатилась по его бороде и просто обняла, благодарная за то, что он всегда рядом.

- Пап, расскажи мне о дяде. Какой он был? Мы правда с ним виделись, когда мне было три?

- Милая, я не думаю, что сейчас… - но видя мои глаза, полные надежды, отец не смог отказать. – Мой брат ещё с детства любил командовать, выдумывая всякие гнусности, за которые всегда доставалось мне. Но я на него не обижался, потому что мы были семьёй. Когда мы повзрослели, наши пути разошлись, он решил строить карьеру военного, я же был абсолютно далёк от этого всего, став в его глазах слабаком и посмешищем рода. С тех пор мы не виделись очень долго, потом я женился на твоей матери, и вскоре родилась ты. Узнав о том, что у нас появился ребёнок, Томас поспешил приехать, чему я сильно удивился. Но, когда он узнал, что на свет появилась девочка, почти проклял нас, грубо обзывая. Брат надеялся, что у нас родится мальчик и он заберёт его к себе под крыло, чтобы тот стал настоящим мужчиной, но ты девочка, которая была для него настоящим браком. Обвинив нас в неспособности родить сына, он скрылся на долгие три года. И, когда мы узнали, что Томас прибыл в город в котором мы жили на тот момент, твоя мама приняла решение о переезде, ты же её знаешь! – Грустная улыбка озарила лицо отца, застыв тенью. – И, когда мы уже были на вокзале, каким-то образом, ты потерялась в толпе, а он нашёл тебя, поменявшись до неузнаваемости. Томас словно ожил, я видел искру любви, промелькнувшую в его глазах, до этого считая, что он не способен на это чувство. После этого он снова пропал, потом снова появлялся, чтобы наладить с тобой отношения, но мать была категорично против, держа под сердце обиду за его слова, однажды сказанные после твоего дня рождения, считая, что он не достоин твоего общения. Мне было его жаль, и я разрешал издали наблюдать за тобой, большим я помочь не мог. Потом началась война и он первым вызвался на передовую, погибнув в бою. Я даже не догадывался, что он оставил тебе наследство, но я очень этому рад, моя дорогая, значит, Томас всё же умел любить.

- Это жестоко…- прошептала, жалея тяжёлую судьбу дяди.

- Он с нами поступил не лучшим образом, в чём был полностью виноват.

- Пап, кто пригласил мсье Ротмура? Откуда он вообще взялся?

- Твоя мать услышала о его приезде в город, считая, что он являлся прекрасным кандидатом тебе мужья, наслушавшись сплетен. Я ничего против не имел, офицер прекрасная партия, молод, богат, ему предвещают прекрасное будущее. Но, вижу, что тебе он не нравится.

- Он мне противен! Гнусный мерзавец! – В сердцах воскликнула я, вспоминая то обожание с которым он взирал на меня. – Надеюсь, ты не давал согласия на брак с ним?

- О чём ты, малышка, вы ведь только познакомились, какой брак? – Удивился отец, доказывая, что вообще был не в курсе аферы, устроенной мсье Ротмуром. – Что Ивет уже натворила?

- Причём тут мама? – Испуганно переспросила, глядя, как отец виновато опускает глаза. – Папа, что случилось?

- В тот день, твоя мать серьёзно была настроена выдать тебя замуж, и собиралась обсудить это с мсье Ротмуром, который, кажется, был готов жениться в любую минуту.

- Папа! – Отчаянно воскликнула, понимая, что столько времени упущено из-за того, что он не рассказал инспектору. – Почему ты молчал?

- Я не думал, что это как-то связано, тем более, я не знал когда именно она пойдёт к мсье Ротмуру! Господи, какой я дурак! – Неожиданно воскликнул отец, зарываясь в ладони. – Я ведь сам хотел с тобой поговорить, чтобы после похорон ты подумала о замужестве!

- Папа! Я не собираюсь замуж! Тем более за него! Так, нам нужно срочно к мсье Ротмуру!

- Но, милая, скоро ночь! – Попытался возразить папа, но, увидев мой взгляд, моментально подчинился.

Глава 7

***

- Мсье Ротмур, разрешите войти! – Осторожно постучав в двери номера, поинтересовался отец, но я вошла внутрь, не обращая внимания на правила приличия.

- Моя дорогая! – Воскликнул офицер, поднимаясь со стула. За столом, рядом с ним, сидел ещё один посетитель, разговор с которым мы бесцеремонно прервали. – Проходите! Мсье Ривз, рад вас видеть! Проходите! Прошу!

Мгновенно выставляя нам стулья, замешкался офицер, странно поглядывая на седеющего мужичка, испуганно застывшего за столом. Казалось, он боялся даже вздохнуть, нервно бегая глазками в сторону выхода.

- Вы не представите нам своего гостя? – Присаживаясь рядом, заметила, что неизвестный, испуганно прижимает к себе портфель.

- К-конечно, моя дорогая! Прошу любить и жаловать, мой дядя, только что прибыл по делам в ваш город, мсье Моррис. – Не тот ли это адвокат, заключивший между нами брачный договор?

- Ой, какой совпадение! Я знаю одного адвоката, не гнушающегося проводить незаконные сделки, и, представьте, какое совпадение! У вас одинаковые фамилии! – Глядя, как мужчина ещё сильнее вжался в спинку кресла, поняла, что попала в точку, это именно тот человек, который почти разрушил мою жизнь. – Вы только что приехали? А, вы, случайно, не во Флоренции были?

- Милая, о чём ты? – Отозвался отец, будучи не в курсе происходящего.

- Сидеть! – Рявкнула, увидев, что адвокат, хотел рвануть к выходу. – И, вы, мсье Ротмур, присядьте! А, теперь, господа, прошу, расскажите, что вы вдвоём провернули у меня за спиной!

- М-моя дорогая, не понимаю, о чём вы! – Заикнулся под моим пристальным взглядом офицер.

- Мсье адвокат, я знаю, кто вы! Рассказывайте!

- Вивьен! – Окрикнул отец. – Что ту происходит, ты объяснишь?

- Дорогой папа, прошу познакомиться с двумя аферистами, которые у нас за спиной заключили брачный договор, защищающий мсье Ротмура от ареста, а адвокат Моррис, не гнушаясь брать деньги, навсегда опозорил благородную профессию!

- Мил-лая! Мы ничего такого не делали! Ваша мать сама предложила! – Воскликнул офицер, поджав хвост.

- Врёшь! – Воскликнула, поднимаясь с кресла. – Она бы никогда так со мной не поступила!

- Она хотела позаботиться о вашем будущем! Я просто помогал! – Неожиданно тонким голосом отозвался адвокат, всё ещё прижимая к себе портфель.

- Папа, срочно зовите инспектора Глока!

После того, как отец помчался исполнять мою просьбу, я снова накинулась на двоих, виновато потупивших глаза.

- Советую вам сознаться, это поможет облегчить вашу вину, пока не явился инспектор.

- Ваша мать предложила мне провернуть эту сделку, чтобы позаботиться о вашем будущем. Она очень переживала, что вы останетесь одна, волнуясь из-за избранной профессии, мадмуазель. И я согласился, потому как без памяти в вас влюбился, ещё задолго до приезда! Ваш дядя описывал вас в точности, какой вы являетесь, слушая его рассказы, я не смог ничего поделать со своим юным сердцем, решительно заявив, что хочу на вас жениться, но генерал мне отказал, посоветовав попытать счастья у ваших родителей. Но я знал, что он сделает всё, чтобы вы мне не достались, поэтому я и пошёл в ту деревню с женщинами, чтобы доказать генералу, что стою вашей руки, но опоздал, когда я вернулся, ваш дядя уже был мёртв, поэтому, после возвращения, я сразу же помчался к вашим родителям, и ваша мать благосклонно откликнулась мне помочь. Вот и вся история.

- Нет, не вся! – Возмутилась, уже не так уверенно себя ощущая. Единственный, кто видел в Ротмуре мерзавца, это был мой дядя, но он погиб, так и не заступившись за меня. А, мать! Что она себе думала, совершая такую ошибку?! Почему она всегда поступала так, как считала нужным, не считаясь ни с чьим мнением?

- Как вы всё это провернули?

- Ваша мать накинула вуаль, выдавая себя за вас, мсье Моррис не виноват. Он просто не знал, кто именно перед ним. – С горечью в голосе произнёс офицер, удивив меня таким поступком. Неужели, он может думать ещё о ком то, кроме себя?

- Мсье совершенно прав, я здесь ни причём! – Пискнул мужчина, и снова осел, когда я взглянула на него.

- Если вы находитесь в этой комнате, значит причём! Где этот инспектор? – Повернулась к выходу и почувствовала острую боль в виске, потеряв сознание.

Глава 8

***

Очнулась от того, что по телу пробежалась дрожь, но это была не она, а огромная крыса, сидящая у меня на груди. Она внимательно смотрела на меня маленькими красными глазками, и стучала зубами.

- Ану, брысь! – Шикнула на монстра, понимая, что руки прикованы цепями к стене, а ноги связаны. Скинула недовольное животное и осмотрелась. Я находилась в каком-то подвале, глубоко под землёй, воздух здесь был наполнен ужасной сыростью и затхлостью, мешая нормально дышать. За дверью моей темницы послышалась возня.

- Эй! Здесь кто-нибудь есть? – И замолкла, наблюдая, как ко мне входит офицер Ротмур с подносом, на котором стояла ваза с алой розой и серебряная крышка.

- Простите меня, моя дорогая, я был вынужден это сделать, иначе…- слабо прошептал тот, ставя поднос рядом со мной.

- Ах, ты мерзавец! Негодяй! – Завопила, желая скорее освободиться, чтобы влепить ему хорошую пощечину.

- Вы не поймёте, меня, если я вам расскажу. – Достав белоснежный платок, он принялся вытирать моё лицо, я старалась отвернуться, лишь бы он больше никогда ко мне не прикасался. – Вы и сейчас отказываетесь со мной разговаривать.

- Что такого вы можете рассказать? Что вы убили мою мать? Полковника и священника? Это? – Злобно выплюнула в его испуганное лицо.

- Вы, что? Я никого не убивал! Как вы могли такое подумать? – Он очень искусный актер, в чём я опять убедилась. В огромных глазах читалось непонимание и обида? Он, что, ещё вздумал на меня обижаться? – Я всегда пытался вас защитить, но вы не давали мне момента, чтобы я открыл вам душу, моя дорогая!

- Никогда не называйте меня так!

- Не кричите, прошу вас! – Испуганно оглянулся мужчина. – Он может вернуться в любую минуту! Прошу, послушайте, вы ему не нужны, он убьёт вас, как только вступите в наследство, но я постараюсь что-нибудь сделать, положитесь на меня!

- Кто он? – Неуверенно переспросила, думая, что офицер является единственным преступником.

- Прошу вас, молчите! – И в спешке, удалился, заперев меня на ключ.

За дверью послышались голоса, говорили двое мужчин, они что-то обсуждали, прямо как в моём сне, год назад, когда я летала при помощи Клауса. Помню тогда я спряталась в самом тёмном углу башни, когда входили двое о чём-то беседуя.

- Она не приходила в себя? – Утробный мужской голос заставил содрогнуться не только меня, дрожащий голос Ротмура доказал, что офицер боится незнакомца.

- Нет, ваша светлость.

- Как придёт в себя, приведи ко мне, нам нужно поговорить! – И голоса удалились, отбиваясь эхом шагов от пустого коридора.

Куда я попала? Кто этот мужчина, имеющий власть над офицером? Интересно, отец позвал инспектора? Надеюсь, он как можно скорее разберётся во всём этом. Ведь, предупреждал меня мсье Монфор, чтобы меньше рассказывала Ротмуру о деталях дела, но я опять его ослушалась, попав ловушку. Что ж, сама виновата, самой и выпутываться. Оглянулась на поднос, заботливо принесённый офицером, потом на свои кандалы. Ничего из этого не поможет мне скинуть цепи. Хотя…мои оковы держались на металлическом крюке, если попытаться их снять оттуда, может что-нибудь и получиться. Стараясь не звенеть цепями, приподнялась на носочки, но моего роста было недостаточно, тогда я начала прыгать, пока не поняла, что так ещё быстрее приближаю час гибели, грохоча металлом. Подвинув ногами поднос, стала на серебряную крышку, и после нескольких неудачных попыток, мне удалось освободиться от крюка. Но в этот момент, в двери вставили ключ. Мгновенно юркнула за неё, схватив вазу, и, как только показалась чья-то голова, со всей силы ударила, посетителем вновь оказался офицер. Пошарив по карманам, обнаружила ключи от кандалов и помчалась навстречу свободе, но когда мне до неё оставалось десяток шагов, кто-то снова ударил по голове и я опять провалилась в небытие.

***

- Я знаю, что вы меня слышите, мадмуазель! – Осторожно прозвучало над ухом, и я перестала притворяться, до этого боясь открыть глаза. – Приятно познакомиться герцогиня Де Клер!

Но я ничего не видела из-за повязки, скрывающей говорящего от моих глаз.

- Откуда вы знаете, что я герцогиня? – Неуверенно поинтересовалась, стараясь угадать обладателя утробного голоса, но ничего не получалось. Я не знала никого, кому бы он мог принадлежать. – Кто вы?

- Называйте меня хозяином! – Я слышала, как он усмехнулся, забавляясь моему положению слепого котёнка. – Ваша мать была находкой, которая упростила мне жизнь, жаль, что пришлось от неё избавиться!

Я рванулась, понимая, что на этот раз крепко привязана к креслу, без возможности освободиться, чем пользовался незнакомец, наблюдая мою бессильную ярость.

- Вы монстр! Я до вас доберусь!

- То же самое говорил ныне покойный полковник Сандерс, но я первым нанёс удар! Хоть он и успел передать вам свиток, это не изменило моей игры, маленькая герцогиня!

- Так, это вас я видела у источника, а не Ротмура! – Наконец до меня дошло, что убийцей являлся этот неизвестный, а не офицер.

- Этот слюнтяй не оказался способным на убийство! Слабак постоянно ныл о своём разбитом сердце! И посмел подарить моё кольцо, олух!– Злобно отозвался тот, словно выплёвывая слова. – Но он был нужен мне, пока вы не вступите в наследство. Неблагодарный щенок! Я устроил ему отличную возможность для убийства вашего генерала, а он упал в обморок! Пришлось всё делать самому!

- Вы убили моего дядю? – Всхлипнула, поражаясь чёрствости этого человека. Насколько нужно быть бессердечным, чтобы так говорить об убийстве живого существа? – Да, кто вы такой?

- Ещё не время, моя герцогиня, скоро…

Но за спиной послышался крик и возня, что-то с силой ударилось у моих ног, поднимая пыль.

- Ты? – Услышала знакомый голос и чуть не расплакалась. Мгновенно к виску приставили что-то прохладное и наступила гробовая тишина.

- Не с места, Артур! – Проговорил незнакомец. – Или я выстрелю.

- Ты не посмеешь!

- Ты же знаешь, что посмею, если не хочешь, чтобы история повторилась, оставайся на месте! Между прочим, ты сам назвал меня сумасшедшим, перед тем как выбросить с работы! Но не переживай по этому поводу, теперь у меня другой хозяин.

- Отпусти её!

- Не сейчас, Артур! – Я чувствовала, какопадают путы и меня с силой поднимают вверх. Попыталась вырваться, за что получила слабый удар пистолетом по голове, мгновенно успокоившись. Нужно позволить инспектору обо всём позаботиться, я верю, он спасет меня. Поэтому покорно позволила увести себя в неизвестном направлении. Шли мы недолго, как только я смогла вдохнуть свежий сырой воздух, меня отпустили, слегка подтолкнув. Я пошатнулась, но устояла. Руки по-прежнему были связаны за спиной, поэтому я не могла снять повязки, осторожно, маленькими шагами продвигаясь вперёд. Неизвестный пропал, оставив меня одну, словно выбросив ненужную вещь. Я хотела сделать ещё один шаг, но нога провалилась в пустоту, потянув за собой тело и я полетела в пропасть.

***

- Вам нравится подвергать свою жизнь опасности? Женщины! – Выплюнул инспектор, расхаживая перед моим лицом. – Вам всегда нужно быть в центре внимания! Мне надоело вас спасать! Вы хоть понимаете, что пока я вас искал, преступник скрылся!

Я молча глотала слёзы, понимая, что он прав, если бы я не ворвалась в номер уже бывшего офицера Ротмура, инспектор обязательно поймал бы убийцу. Но мне нужно было действовать самостоятельно, чтобы доказать ему, что я тоже чего-то стою! Я всем сердцем хотела, чтобы он мной гордился, и хоть раз сказал спасибо за мою помощь, но вместо этого снова выслушивала унизительные оскорбления.

- Глупая девчонка! Надо было не аннулировать договор! Может быть замужество исправило вашу глупость! – Мужчина скинул ни в чём не повинную вазу, одиноко стоящую на камине, повернувшись спиной. – Я же просил вас уехать! Почему вы меня опять не послушали? Почему вам так обязательно мешать мне работать?

- Мсье Монфор, - глотая слёзы произнесла, поднимаясь с кресла. – Рада вам сообщить, я уезжаю, как вы и советовали, надеюсь больше не увидимся!

- Вы что? – Мужчина резко развернулся, взирая почти чёрными глазами. – Куда?

Глядя, как я надеваю пальто, он оставался неподвижно следить за моими движениями, не предпринимая никаких попыток помочь.

- Вы же сами говорили. Уже не помните? Особенно ВЫ не должны знать, куда я еду. Видите, я умею слушать! Прощайте!

***

Было тяжело расставаться с поместьем, в котором мы провели три года, но теперь нас с отцом здесь больше ничего не держало. Сообщив ему о том, что теперь я герцогиня Де Клер, и собралась в столицу, чтобы вступить в дядино наследство, купила билеты и через три дня мы должны будем уехать. Оставив поверенного, чтобы тот без нашего участия продал имение, мы взяли самое необходимое и отправились в долгое путешествие, оставив позади только горе.

Как бы я ненавидела мсье Ротмура, но мне было его жаль. После моего спасения, он пришёл в Комиссариат, чтобы признаться в убийстве трёх человек, включая мою мать. До сих пор не могу понять её поступка! О чём она думала, когда подписывала договор, вероятно, не о том, что через несколько минут умрёт. Я до сих пор помню полные раскаяния глаза офицера, устремлённые только на меня, в то время как судья выносил приговор о смертной казне. Но он сам виноват, что связался с ужасным человеком, который бесследно исчез, прихватив злополучный перстень с собой, который мог привести к нему. Все концы в воду, как говориться.

«Пишу выразить вам свою благодарность за очередное спасение. Вы доказали мне, как важно ценить тех, кто ещё рядом с тобой, надеюсь, у вас всё хорошо. Желаю счастья, и навеки прощайте!

Герцогиня Де Клер»

Я отправила это письмо, ещё будучи в городе, попросив, чтобы его доставили через три дня, когда я уже буду слишком далеко, чтобы жалеть. Надеюсь, на этом и закончилась моя история спасения, отныне я полагаюсь только на себя.

Но я ошибалась…