Фракиец. Путь

Глава 1

ФРАКИЕЦ. ПУТЬ

Эпиграф «Фракийцы — народ самый многочисленный на земле после индийцев. Будь фракийцы только единодушны и под властью одного владыки, то, я думаю, они были бы непобедимы и куда могущественнее всех народов. Но так как они никогда не могли прийти к единодушию, то в этом-то и коренилась их слабость». Геродот

Ферктанес был кем угодно, но не рабом… Им он и не стал. До конца жизни. А жизнь его была короткая и насыщенная. Попробуем изложить в виде синопсиса его путь: путь воина; путь воина?

Все началось во фракийской деревне; проще некуда: долги, налоги, младший сын и… рабство. Продали так продали. Фракийцы одновременно и гордый и продажный народ, поэтому… Поэтому не прошло и нескольких лет, как Ферктанес убежал (вот, св@лочь).

В горах Самнии (среди Апеннинских ущелий набрел на горцев-сепаратистов) он приобрел спутника: огромную (3 пальмы роста*) собаку местных пастухов. Такого рода злобные, действительно огромного роста псы (от 2-х с половиной до 3-х пальм в холке) всегда ценились купцами, воинами и… контрабандистами. Плюс черный окрас и желтые глаза – у-у-у-у! – это всегда устрашающе действовало.

Вакх его знает зачем и почему, но поступил он в школу гладиаторов. (Хороших воинов-наемников туда всегда брали, а уж «кукол» (то есть рабов),– для них хватало). Поскольку он явился с нормальным денежным залогом, то и приняли его в школу без вопросов. (И почему-то с собакой.)

Его черный пес – звали Асант, был злобен, угрюм и чудовищно необщителен; как и хозяин. Можно сказать, что Ферктанес его приучил, нежели чем приручил – а это большая разница!!!

Ферктанес знал, что страх рационален, храбрость – иррациональна. Посему и дрался всегда рационально и успешно. Он умел ценить страх, пользоваться им, показывать его перед толпой и, в последний момент, высказывая дикую смелость берсерка, убивал изощренно и с наслаждением. (Радуйтесь, Римляне! Я пришел!). Чем и завоёвывал толпу. Ну и деньги, само собой. И женщин. Он «работал» из-за денег, из-за свободы (не той – та у него была), из-за власти над толпой, из-за любви… Отдельная история и ее опишем чуть ниже. Асант тоже дрался. Но…

Канисы такого плана (звероватые, хищные) всегда дерутся одинаково со всеми: люди ли, собаки ли, звери ли. Все едино. Рациональный «подход» (это доли секунды) и сразу иррациональный «вход». За счет рационального «подхода» собаки рода домашнего и проигрывали как раз главному из хищников: человеку. Ибо тот, кто приручает, завсегда морально сильней того, кого приручают. Не говоря о том, что гомо сапиенс физически сильней такого хищника как представитель одного из канид – собака домашняя.

И все ж Асант дрался. И дрался так, что мало кто из людей готов был выйти против него на «ринг». Его боялись заранее. Крупный (порядка 3-х пальм в холке), черно-бурого окраса (римляне называли его бурундук), с ярко-желтыми пронзительными глазами, с беложелтыми (четырехглазый) точками бровей – он был олицетворением силы, мощи и неумолимости дикого мира зверей, но подчиненного (почти) человеку. Это «почти» – и был Ферктанес. *** В те времена слово инцест было знакомо, но трактовалось совсем по-другому и уж точно не использовалось в значении «порча крови», хотя и не приветствовался. Сестру Ферктанеса (старшую) продали годом раньше. Долги-с. А у них была любовь. Беда-с! А попала Нантия (сестра) аккурат к одному патрицию, коего звали Брут (не тот, хотя сюрпризы делать любил тоже). И был тот Брут владельцем одного спецподразделения, куда, собственно, и собирал гладиаторов, даже выдержавших так называемый предсмертный добивающий удар на потеху публике (рабов «кончали» по-настоящему, а вот бойцов высокого класса ценили и после проигрыша их немножко «добивали» (бычья кровь и актерское умение «умирать» на арене) и отправляли куды подальше с глаз долой; например в регулярные войска на границу – там быстрей можно было им помочь «двинуть кони»).

Нантия со временем сильно полюбила Брута (такое бывает). А вот сильно обросший и изменившийся Ферктанес Брута совсем не любил. И уж точно можно сказать, что никого из них не любил Асант. (Почему он подчинялся хоть как-то нашему герою – одному Марсу известно, но то, что тоже не любил – факт).

Во время боев Ферктанеса пес никогда не вылезал, да и, что характерно, вылезать не хотел. Мысль была одна: «Да ну их… Старшие дерутся – у нас яйца трещать». Но вне «ринга», вне боевых эмоций человека он ловил тот момент, когда будет нужна его помощь – то есть когда его «брат» испугается, сделает попытку к смерти, попытку «умереть» не приняв боя. И ведь ловил, гад! Возникал невидимой мрачной тенью; тихо, неслышно, с горящими глазами и легким дыханием убийцы! Так было.

Так было тогда, когда тот висел, державшись кончиками пальцев за скалу и мрачно обдумывал следующую мысль: "Так умирать нельзя. Прям совсем как ребенок! Хоть бы кровь что ли пустили…». Пес его спас; быстро и незаметно пустил кровь всем, кто над ним издевался. В благодарность Ферктанес затравил вместе с ним кабана, и они убили его на двоих, пользуясь оба – и человек и пес – только зубами и лапами и руками.

Последний бой Ферктанес провел блестяще, но плохо; увидел (глазастый, блин, как все пастухи) на трибуне Нантию, коя любвеобильно прижималась к Бруту. Забыв (почти) всю свою рациональность, он, спросив разрешения своего ланисты, бросил песок в сторону означенного претендента на кровавые разборки. Тот, ясень пень, не отказал, ибо был неплохой воин и мужик что надо.

И драка была что надо!!!

Но закончилась через 3 секунды, ибо бывший раб, профессиональный гладиатор и будущий покойник (такого рода убийства на рингах не прощали) быстренько закончил все дело безо всяких поклонов, реверансов и тому подобных изысков; взял да хлопнул человека, скотина эдакая!

Народ молчал (обдумывал, как бы так его прикончить-то поинтереснее за такое гадство). Молчал трибун (соображал, то ли за сердце взяться, то ли за голову). Молчала собака (с явным интересом – а чё будет?!!!). Не молчала лишь сестра…

Она с визгом стартанула вниз и, подхватив обломок меча, кинулась к Ферктанесу. Он нелепо отмахнулся и упал пораженный в шею, но живой. Ишо. Но она не успела его добить….

Пес увидел, услышал, учуял, что его сотоварищ испытал в первый раз иррациональный страх! И перед кем? Это был проигрыш за жизнь. Так умирать нельзя. С легкостью сломав горло ему, он обернулся в сторону женщины и… И проиграл.

Его подвела рациональность. За ту долю секунды, когда он обдумывал, стоит ли делать прыжок, его тело пронзило несколько копий. Нантия умерла за секунду до его будущего прыжка... поглядела в желтенькие глазки, бедолага.

Ах, ... как все это грустно… Но правда!

Изготовлен сей хм..., ну пусть будет синопсис:

Во-первых, по материалам голливудских «исторических» фильмов;

А в-вторых, благодаря таким авторам:

Анри Валлон «История рабства в античном мире» Блох Иоганн «История проституции» Теодор Моммзен «История Рима» Покровский И. А. «История римского права» Публий Овидий Назон "Наука любви" , "Средства от любви","Метаморфозы".

Примечания *пальма (лат. palma, из греч. palame — "ладонь"), вначале: "длина пальца" (греч. palmos), равная 7,39 см ,"большая пальма" = 22,18 см. Имеется ввиду как раз и «большая пальма», то есть собака (большая!!!!!Огромная!!!) равнялась почти 67 см.