Прорвавшийся сквозь время

Пролог

Просто невероятно. До сих пор не могу поверить, что попался на удочку этих… э-э… нецензурные слова употреблять нельзя? Тогда, увы, я не смогу охарактеризовать двух проходимцев, которые так рьяно, так искренне заверяли меня, что…

«Ты будешь, как Терминатор», – пели они мне в уши. Просчитали мой авантюрный характер, гады. «Приключения в Средневековье, дуэли, подвиги... Станешь знаменит, как дон Румата Эсторский». Ага. Знаменит. Тут бы выжить хоть как-нибудь. Без подвигов. Просто с голоду не сдохнуть.

Сволочи!

И ведь обещали выдернуть, если что-то пойдет не так. Но не выдергивают. И стою я тут, как…

Впрочем, обо всем по порядку.

Итак, начиналось все весьма привлекательно. Гуляя по просторам интернета я наткнулся на вакансию в разделе «Работа мечты». Да, бывают такие заманчивые предложения типа: вы живете на субтропическом пляже на полном обеспечении, наблюдаете за какими-нибудь редкими птичками, раз в неделю вносите запись в предоставленный журнал и за это вам платят по двадцать пять тысяч долларов каждый месяц. Контракт заключается на год, после чего, постройневший и покрытый бронзовым загаром вы возвращаетесь в цивилизацию и покоряете всех окрестных дам щедростью и рассказами об экзотических островах.

Чем плохо?

В моем случае предлагали нечто подобное. Хотя точное место, в которое претенденту простоит отправится, на сайте вакансий не уточнялось. Теперь я понимаю почему.

Да-да, именно туда я и попал.

Но не сразу.

Офис конторы, в которой я так неосмотрительно пожелал трудиться, располагался за городом. Трехэтажный особнячок был выстроен в живописном месте возле реки и от нежелательных посетителей ограждался солидным таким забором. Как мне объяснили – чтобы исключить хищение дорогостоящего оборудования, которого в особняке было с избытком. Мне показали. И да, оно внушало!

Впрочем, для начала со мной побеседовали. Изучили документы, которые я, как велели, прихватил с собой. Там было все: от медицинской карты до удостоверений туриста, альпиниста, победителя призового рафтинга и справки от тренера, у которого я пару лет прозанимался каратэ.

А что? Работа мечты предъявляет порой к соискателям довольно жесткие требования.

Беседовали в доброжелательной обстановке – даже выпить предложили, и не по европейским обычаям, когда спиртного наливают максимум на два пальца, а подали полноценный коктейль. Залпом я его глушить не стал, все-таки в приличное место пришел, но сквозь вкусовые оттенки разнообразных манго и авокадо прочувствовал, что алкоголя не пожалели. Хотели, чтобы расслабился и потерял контроль? Ну-ну, видали мы таких.

После того, как предварительное соглашение было достигнуто, мне сообщили за что, собственно, собираются платить деньги.

Дело показалось настолько интересным, что я согласился бы и за меньшую сумму. Но, разумеется, говорить об этом работодателям не стал.

А предложили мне ни много, ни мало, а путешествия во времени.

То есть не в буквальном смысле, а виртуально. Изобретенный владельцами фирмы компьютер через систему датчиков создает в небольшой по объему комнатке мир, достоверно моделирующий заранее выбранную эпоху.

Если вы когда-либо примеряли очки виртуальной реальности, то вы поймете, о чем я. Здесь точно так же человек, помещенный внутрь спец.помещения, видит вокруг себя объеты, которые кажутся абсолютно материальными.

Только теперь новые технологии позволяли экспериментатору не только видеть, но и трогать создаваемые программой предметы, передвигать их и даже использовать для каких-то своих нужд. Полная достоверность в ощущениях! И, как мне тогда казалось, полная безопасность. Ну что может случиться со спортивным, тренированным человеком в цивилизованном месте в тридцати минутах езды от центра Москвы?

Даже если споткнусь и ушибу палец, так тут найти врача вообще не проблема. Хотя, ради солидности, я настоял, чтобы в договор включили пункт о дежурстве в соседнем помещении медработника.

Если бы я знал тогда, что устраиваюсь не в какую-то серьезную организацию, а в фирмочку, основанную двумя студентами-балбесами. Папа одного из них проспонсировал мероприятие, здраво рассудив, что пусть лучше отпрыск возится с электроникой, а не балуется с наркотиками и не носится по ночным улицам в дорогой машине, неся угрозу себе и окружающим.

Ну а детки (те, которые балбесы) с компьютером начали общаться раньше, чем с материнской сиськой. И потому творили нечто такое, чего даже специалисты, понять не могли.

Но данное обстоятельство никого не напрягало – студенты что-то паяли и программировали, законы не нарушали, деньги от папы поступали регулярно и в полном объеме…

Короче все были счастливы.

До тех самых пор, пока не потребовался испытатель изобретенного устройства.

Разумеется, частично балбесы опробовали агрегат на себе, но что-то их не устроило, пришлось переделать, подкупить еще кое-какие чипы, подключить дополнительное питание… А потом вмешался заботливый родитель и запретил экспериментировать на себе.

Так появилось объявление в интернете и приманка в виде высокооплачиваемой «работы мечты». На которую я и клюнул.

Глава 1. Степь да степь кругом…

Вот стою я… нет, не на асфальте.

И не в лыжи обутый…

Но оцениваю себя как раз в том ключе, в котором вы только что подумали.

Потому что вокруг, насколько хватает глаз, раскинулась абсолютно девственная лесостепь. Экологически чистая и незамутненная ни единой молекулой нашего привычного цивилизационного смога.

Да что там смога! Даже запаха дыма нет. Грета Тумберг умерла бы от счастья, едва вдохнув чистейших здешний озон, напоенный ароматами степных трав. Кстати, вспомнил я о экоактивистке не случайно. Довелось вчера встретиться кое с кем из местных, так что ассоциация возникла мгновенно.

Но не это главное.

Те два оболтуса, изобретшие адскую машину, из-за которой я с размаху вляпался в неприятности, объясняли, что пока не умеют настраивать свой агрегат точную дату. То есть отправить меня, например, в 15 июля 1385 года они не могут. Не хватает мощности процессора.

Но вот сбросить круглое число лет от текущей даты вполне доступно. Поэтому в качестве первой попытки меня решили забросить на две тысячи лет назад. Практически в начальную точку нашего нынешнего летоисчисления.

– Это интереснейший период, – вдохновлено и наперебой вещали работодатели. – Двадцать третий год нашей эры! У вас есть шанс увидеть Христа, познакомиться с девой Марией и со всеми двенадцатью апостолами. Вмешаться в развитие событий вы, конечно, не сумеете, все-таки мир мы создали виртуальный, но представьте, сколько нового вы узнаете о той эпохе! Историки умрут от зависти.

– А фотоаппарат можно взять? – спросил я, прикинув за сколько можно будет продать подлинное фото Иисуса.

– Да мы вам видеокамеру дадим! – били себя в грудь оболтусы. – Помните, дон Румата Эсторский носил на голове обруч с большим алмазом? Туда был встроен объектив. Вам мы алмазы не обещаем – слишком вызывающе, да и грабителей будете привлекать. Но вывести глазок камеры через петлицу в камзоле вполне в наших силах.

– Ух ты, – оценил я.

Видео-то гораздо круче, чем статичный снимок. А если потом нарезать кадры и как следует отфотошопить, то все Леонардо да Винчи с их «Тайными вечерями» просто вымрут от зависти.

И не важно, что они уже пятьсот лет как двинули кони. Своими шедеврами я их оживлю, выкопаю и снова похороню!

С таким настроением я был готов приступить к эксперименту немедленно. Но мне дали два дня на завершение неотложных дел. Ну, там газ-свет выключить, родных и знакомых предупредить, что работать теперь буду за городом, девушке позвонить, чтобы не скучала и ждала с подарками… В общем, за отведенный срок еле управился.

Подозреваю, что эти 48 часов мне дали в надежде, что я передумаю и сбегу. Но утром в назначенный день я, бодрый и жизнерадостный, как последний идиот, стоял перед воротами особнячка и в нетерпении бил копытами.

Допрыгался, болван.

И вот степь.

В принципе оно бы и не плохо. Но во-первых, никакими апостолами тут и не пахнет, а во-вторых, стою я абсолютно обнаженный.

Как Терминатор в первую минуту после появления в нашем времени. На мне из одежды только прическа, а в остальном – даже нитки единой нет.

И если герой Шварценеггера мог что-то у кого-то отнять, то для меня данный способ акклиматизации закрыт, ибо вокруг никого нет.

Кажется, компьютерные гении промахнулись, и отправили меня не в начало нашей эры, а в начало времен. Когда человек еще только-только происходил от обезьяны.

Соответственно, вокруг не было баров с припаркованными мотоциклами, которые можно было бы позаимствовать, ни грубых мужиков в кожаных куртках... Наблюдалась только природа со всеми ее прелестями как то: дивные пейзажи, обилие трав, хрустальная голубизна рек, обильные пасущиеся стада каких-то баранов, грациозно пробежавшие невдалеке гепарды, а так же стая волков, целеустремленно направляющихся на охоту.

В общем, экзотики хоть отбавляй. Слава Богу, хоть мамонтов не видно.

Осознав куда попал, я поначалу даже не огорчился. Начал вертеть головой в поисках каких-либо признаков межвременного портала. Должны же мои работодатели сообразить, что закинули меня совсем не в ту эпоху, которая намечалась, и быстренько выдернуть обратно.

Но ничего не происходило. Дрожание горячего воздуха над травой я видел, но то явно был не портал, а просто атмосферное явление, характерное для жаркого полдня.

В ожидании спасения я постарался расслабиться, присел на травку (веьма необычное ощущение, когда садишься в растительность голой попой). Но долго не высидел. Оказывается, в экологически чистой среде водится масса насекомых, которые летают, ползают, жужжат и кусаются.

Будучи атакован сверху (комары, слепни) и снизу (муравьи и еще какие-то неопознанные букашки), я живенько поднялся на ноги. Очевидно, что моя эвакуация затягивалась и требовалось предпринять какие-то шаги для спасения собственной шкуры. В самом прямом смысле этого слова. Ибо когда вас в нежное и ничем не защищенное место кусает слепень (или, не дай Бог, овод) это больно.

Итак, встала просто-таки библейская задача - сделать себе одеяние.

У Адама и Евы это получилось запросто – Господь, изгоняя их из рая лично изготовил им одежду из кож.

Для меня этот путь был закрыт. Чтобы добыть кожу, нужно ее с кого-то снять. Я подходил к пасущимся копытным, внимательно посмотрел и отказался от идеи. Потому как главный баран (у него были самые внушительные рога) решительно не желал делиться со мной даже самой захудалой шкурой своих подопечных.

Ну ладно, можно сделать опоясание из травы. благо растительности кругом немеряно. Просто наклонись и рви все подряд.

Но когда передо мной выросла изрядная охапка, встал вопрос о том, как это богатство закрепить на чреслах. Веревочки-то нет!

И тут меня озарило. Я вдруг осознал, что все лауреаты Нобелевских премий вкупе с Эйнштейном, Ньютоном, Галилеем и самим Нобелем, просто дети перед гением первобытного человека.

Им-то легко было изобретать свои теории относительности: сиди себе под яблоней или кидай шарики с Пизанской башни и готово. Открытие в кармане. А вот суметь приспособить к заднице юбочку из травы… вот тут придется по-настоящему поломать голову! Без дураков.

Промучившись пару часов, справился. Помогло детсадовское воспоминание, о том, как мы под наблюдением воспитательницы плели венки из одуванчиков. Разумеется, навык был давно утрачен, но общий принцип я помнил, так что рано или поздно дело пошло. Свершилось! Я оделся.

* * *

После того, как первая задача была с успехом решена, во весь рост передо мной встала вторая. Как добыть пищу?

Нет, мясо в поле зрения присутствовало, причем в большом количестве. Но оно обладало рогами, копытами и имело собственный взгляд на наши взаимоотношения.

В принципе, это были овцы (во главе с бараном), которых сам Господь велел приручать, держать в овчарнях и регулярно употреблять в пищу. Это ж ходячий шашлык!

Но приручение займет не один месяц, а есть хочется прямо сейчас.

Да и чем, собственно, я могу соблазнить копытных, чтобы они согласились признать во мне главного и пойти под опеку? Корма вокруг достаточно, от хищников отбиваются самостоятельно – вон у вожака какая рожа - не всякий волк рискнет зубами…

Но я же умный! Цивилизованный человек как-никак. На моей стороне двадцать веков эволюции и огромный багаж знаний. Что против меня какой-то баран?

Итак, вспоминаем картинки из учебника истории. Там четко было нарисовано, что первобытные люди рыли огромные ямы (из мелкой выскочит!), устанавливали в центре заостренные колья. Потом загоняли в изготовленную ловушку подходящее животное и добивали беднягу ударами камня по голове. Очень просто.

Осталось только сообразить, чем вырыть яму, как заострить кол и где в степи найти камень.

Тут, кстати, даже в гораздо более цивилизованные времена дома строили из глины вперемешку с соломой. Потому как и с деревом, и с камнем в этих краях всегда была напряженка.

Что же делать? Вспомнив другую картинку из того же учебника, я решил пойти по простому пути и выломать себе дубину.

А что? Подкрадусь незаметно к стаду и хрясть дубиной по башке!

Силушкой, слава Богу, не обижен и вообще спортсмен… Так что если попаду не по рогам, вполне могу какого-нибудь ягненка или хилую самочку уконтрапупить. А мне и ягненок сойдет. Килограмм пять-десять в нем будет, так что хватил даже на несколько обедов-ужинов.

Итак, дубина.

Поскольку у нас лесостепь, кое-какие деревца присутствуют. Подходим и ищем нужный по размеру ствол.

Не то, не то… а вот этот, пожалуй, подойдет. Осталось срубить… в смысле отломать, оборвать лишние ветки и… Проблема только одна - как обломать?

Те ветки, которые поддаются усилиям, на дубину никак не похожи. Так, прутик, пугать нерадивых детишек. А против барана (нет, какие у него все-таки рожищи! И взгляд недобрый какой-то)… или, тем более, волка…

Но я же человек, черт побери! Царь природы и повелитель Вселенной! Я что дубину себе выломать не смогу?

Залез на выбранный стволик, начал его трясти и раскачивать. Дядька я здоровый, вес под сто кило, должна же эта деревяшка не выдержать и обломиться?

Уцепился, уперся ногами, раскачиваюсь…

Не ломается ни фига.

Но эффект есть - сверху сыплются листья, какой-то мелкий мусор. Хрясть -= а вот птенец упал. Видать на вершине гнездо было, и этот, жирненький, не удержался. Ага!

Маловат, конечно, но не будем привередничать – для первого раза сойдет.

Хотел молодецки спрыгнуть с дерева, но зацепился поясом за обломанный сук… Короче, одежка повисла на ветке, а мне вернулся мой первозданный облик. Без штанов.

Но не важно. Главное, добыча прямо передо мной.

Наклонился схватить, и тут по верхней точке организма (в данном случае это была уже не голова!) прилетело.

Оказывается, у птенца были родители, которые намеревались защищать отпрыска до последнего пера. И, что особенно скверно, умели очень энергично пикировать.

Разъярившись от боли, я попытался руками схватить наглых птиц, которые ничуть моих маханий не боялись и не собирались отступать.

Возможно, через какое-то время я бы справился, но заметил, что с соседних деревьев к пернатым подтягивается подкрепление.

Пришлось бежать, прикрывая голову руками. Эти гады вообще не думали о том, что творят, и если такая, вооруженная клювом тушка воткнется в организм, кровищи будет изрядно. А у меня ни бинта, ни йода… Разве что доктор есть. Строго по договору, сидит в соседней комнате две тысячи лет вперед. Прекрасно. Просто замечательно.

Итак, дубины я не обрел, обеда тоже. Зато потерял собственноручно изготовленную юбочку из травы и украсился серией дырок в шкуре. Весьма болезненных, кстати.

Эти пернатые вроде и невелики по размеру, но клювами пользоваться умеют. Так что какое-то время мне пришлось посидеть спокойно, чтобы дать крови возможность свернуться.

Повезло, что нашел подорожник – образовался ему, как родному! – так что пожевал, прилепил… И стал совсем красивым – красно-зеленые пятна по розовому фону.

Погоревал, конечно, но что делать? На помощь никто не придет, так что пора снова рвать траву и плести новый пояс-венок для поддержки штанов.

Нет, грустная жизнь была у первобытных.

Глава 2. Контакт

Намучался в безуспешных попытках поймать хоть какую-нибудь живность – они все бегали гораздо шустрее, чем я. Те же, кто бегал плохо, гениально маскировались. Сныкается этакий мелкий гад куда-нибудь в норку и исчезает из поля зрения. Как его, паразита, искать?

Был бы в наличии какой-никакой пес, ситуация не казалась бы безнадежной. Но увы, собачьих пород пока не существует. А идти договариваться о совместной охоте с волками… Ну, это сильно на любителя.

В итоге, чтобы заглушить подступающий голод, от пуза напился воды. Благо неостатка в ней не было - поблизости протекала река.

Да-да, сразу пришла мысль о рыбалке. Но ловить лещей голыми руками пустая затея. Потому как они здесь, извиняюсь, чувствуют себя «как рыба в воде». И мало того, что верткие, так еще и скользкие. Сплести из травы сеть? Дурная затея. Как обеспечить требуемую прочность и размер ячеек? Проще изготовить острогу.

Я представил, как красиво буду смотреться на мелководье с заостренной палкой, нацеленной на добычу… и отказался от этой мысли. Потому как ножа нет, а грызть деревяшку зубами не хотелось. Со стоматологией в здешних местах еще долго будет напряженка, так что здоровье нужно беречь.

Решил попробовать сплести рыболовную корзину. Кажется, она называется «морда». Опытные рыбаки очень хвалят это приспособление. В самом деле - установил в нужном месте и отдыхай. А через пару часов приди и забери улов. У «морды» только один недостаток: я не знаю, как она изготавливается. Но ивняк на берегу на всякий случай присмотрел, так что пробовать все равно буду. Деваться-то некуда.

А пока, в отсутствие животной пищи, решил пойти по пути вегетарианства, благо набрел на листики щавеля.

Сидел, жевал и грустно думал о своем. Печальное зрелище! Человек, который звучит гордо, царь природы, можно сказать, пасется на травке, как последний козел!

Кстати, ягодки в траве тоже попадались, но какие-то мелкие и на подбор кислые. Похоже, даже дикие растения за две тысячи лет тоже эволюционировали в лучшую сторону, и к нашему времени обрели размеры, сочность и сладкий вкус. А здесь не земляника, а тоска.

Где-то через час, нажевавшись травы и утерев зеленый сок с подбородка, я понял, что человек животное стадное. То есть общественное. В одиночку мне в эти дикие времена ничего не светит, а значит надо искать себе подобных и встраиваться в коллектив. Благо издали я что-то вроде первобытного стойбища видел. Поначалу подойти не рискнул – очень уж характерная внешность была у тамошних обитателей - мощные торсы (у женщин тоже), бицепсы, трицепсы, выступающие надбровные дуги, внушительные дубины … В общем, неандертальцы в чистом виде. И пока голод не подступил вплотную, я считал себя выше этих примитивных существ. Как-никак между нами двадцать веков совершенствования человеческой расы, и я продукт высокоразвитой цивилизации. Но когда приперло, решил, что кочевряжиться глупо. Надо идти в социум.

Поскольку встречают по одежке, тщательно помылся, привел в максимальный порядок свою травяную юбочку. Затем мысленно перекрестился и отправился наводить мосты. В конце концов, должны же предки понять какое счастье в моем лице им привалило?

К сожалению, попытка оказалась неудачной.

Стоило мне приблизиться к группе… как бы их назвать? Братьями по разуму? Не слишком-то они близки. Ну, скажем, к группе особей моего биологического вида… Мда…

Реакция была скорее агрессивной. Женщины (ох и рожи у них! Я столько не выпью!) сбились в кучу, вперед выступили два мужика с угрожающими мордами...

Я постарался изобразить на физиономии максимальное дружелюбие и сделал примиряющий жест. Типа «я пришел к вам с миром». И вообще «мы одной крови, ты и я».

Но формула Маугли не помогла.

Из толпы женщин в меня бросили чем-то вроде камня.

Я наклонился поднять – в здешних обстоятельствах камнями не разбрасываются. Это ж потенциальное орудие труда!

Но оказалось, что… короче, это была засохшая какашка.

Блин! Вот сейчас стало обидно!

Я тут стою весь такой высокоцивилизованный, познавший дзен, умеющий работать на компьютере и видевший обратную сторону Луны так же отчетливо, как вас сейчас… (на экране, конечно, но какое это имеет значение!). И что?

Меня забрасывают гавном!

Обиделся.

Убежал.

Долго потом сидел на берегу, приводя нервы в порядок.

Смотрел на плавно текущие воды, пропитывался умиротворением царящей вокруг природы…

Когда душевное равновесие было восстановлено, решил разобрать причины неудачи. И пришел к выводу, что все произошло вполне себе закономерно. Раньше мог бы догадаться.

Судите сами. Наши предки в смысле общественного (да и любого другого) развития еще не достигли зрелости. А подростковая среда жестко отторгает все, что отличается от стандарта. В ней третируют рыжих, длинноносых, чрезмерно высоких (или наоборот низкорослых), толстых или излишне худых… Думаю понятно.

И тут являюсь я. Лысый. (Не в смысле на голове, а вообще. По телу). Розовый (тут все загорелые и в шерсти), Хлипкий… Да, в двадцать первом веке моя мускулатура выглядела весьма прилично и у многих даже вызывала зависть. Но в здешних реалиях я смотрелся жалковато. Тут у мужиков такие мышцы, что и Шварценеггер казался бы дохляком. Пусть не самым завалящим, но звание «Мистер Вселенная» здесь ему точно не присвоили бы.

А в довершение всего я еще и одет, как бомж. В юбочку из травы. Позор!

То есть даже приличную шкуру добыть не сумел, а претендую на то, чтоб меня приняли в общество.

Дерзкий какой!

Вот и получил какашкой в голову.

Хотя, надо признать, если б засветили каменюком, было бы значительно хуже.

Ну, что делать? Повздыхал, пожалел себя. Однако, кушать-то хочется.

Пока сидел, сумел (практически случайно) поймать лягушку. Повертел в руках, размышляя как французы едят такую гадость… И съел. А что? Чай не хуже привередливых парижан. Жаль только, что к дергающейся квакше не прилагался хрустящий круассан.

Ну, до этого еще долго. Не одно столетие (тысячелетие?) пришлось бы ждать.

Тоска…

Ладно. Как бы там ни было, а сидя на попе проблем не решишь. Времени у меня не так много. Еще неделя, максимум две, и я начну активно протягивать ноги от голода.

Да, я слышал, что человек без пищи может продержаться и месяц, и даже два. Но это в состоянии покоя, например, лежа на плоту, дрейфующем в океане. Или сидя на акции протеста с плакатиком на груди. Мне такой вариант не светит – тут хищники бегают. Так что даже за ради покемарить часок без риска проснуться в чьем-нибудь желудке, нужно искать убежище. На дерево, например, забраться и всю ночь контролировать себя, дабы не сверзиться – веревки-то нет, привязаться нечем.

Господи, да как можно так жить? Ничего нет! И не в нашем бытовом смысле, когда перерыв кучу хлама в шкафу или в гараже, не находишь нужного предмета. Здесь вообще ничего нет! Извольте обходиться тем, что дала природа. То есть в наличии только когти весьма сомнительного качества и зубы. Зубы у меня крепкие, но волкам я ни разу не конкурент.

Интересно, как первочеловек вообще выжил в таких условиях? Это ж абсолютно непроходимый квест получается!

А он не только выжил, но еще и размножился, и то, что я в свое время родился – яркое тому доказательство.

Последняя мысль вдохновила. Раз он смог, то и я справляюсь И воодушевленный этим простым соображением, полез в заросли ивняка. Сейчас наломаю веток, ошкурю и буду плести рыболовную корзину. Не факт, что получится, но других вариантов нет. На французской диете я долго не протяну.

Ива, как растение, любящее воду, росла не просто на берегу. Самые привлекательные для меня ветки торчали из воды. Поэтому, чтобы добраться до них, пришлось залезть в реку по пояс. Там я какое-то время активно копошился, стараясь не только наломать ивняк, сколько не упустить собранное. Так как заготовки для моей корзины так и норовили уплыть по течению.

А вокруг царила благодать! Солнышко светило, вода казалась бархатным зеркалом, по которому изредка проплывали пушинки и отдельные листочки. Сверкали крылышками стрекозы, рыбки играли, схватывая с поверхности зазевавшихся насекомых… Эх, Грета Тумберг, тебя бы сейчас на мое место…

Засмотревшись на красоты природы, я перестал возиться в зарослях и, как оказалось, стал невидим с берега. А туда, ввиду жаркого дня, баран-вожак привел свое стадо на водопой.

Обернувшись на фырканье и меканье, я внезапно обнаружил, что совсем рядом, просто руку протянуть, стоит небольшая овечка и, несколько в стороне от всех, скромно утоляет жажду. Возможно, из-за миниатюрности, малышка тоже была изгоем в своем сообществе. Более сильные собраться (и сосестры) оттирали ее от центра и от наиболее лакомых кусочков пищи, вот она и пристроилась с краешку.

И тут, можете считать меня негодяем и даже подлецом, но я не уронил слезу умиления над тяжкой долей юной овечки. (Кстати, она была с рогами, как и все копытные в данной локации). Совсем другие, кровожадные (!) мысли озарили меня. Ибо милое животное по всем параметрам превосходило съеденную жабу.

Осторожно, стараясь не плеснуть водой, я переместился ближе к намеченной жертве и, вытянув руку из зарослей ивняка, схватил несчастную Бемби за рог.

Хренак!

Овечка сверзилась в воду и начала отчаянно вырываться.

Спугнутое стадо с блеянием кинулось прочь от неведомой опасности, а я, стараясь не попасть под удары бешено бьющих во все стороны копыт, уселся на жертву верхом и изо всех сил старался удержать под водой ее голову.

Это была славная битва!

Овечка рвалась из рук, как схваченный поперек туловища крокодил. Но мой вес был больше, так что через несколько минут гений человека победил.

Бедное животное обмякло у меня под руками и перешло в разряд добычи.

Это был триумф!

Выбравшись на берег, я швырнул свой трофей под ноги и в экстазе от победы исполнил танец первобытной человеко-обезьяны. То есть прыгал, рычал, бил себя кулаками в грудь и кричал:

– Я самый великий! Я чемпион! Я победитель!

Квжется было еще что-то про «триумфатор», «царь природы» и даже почему-то Наполеон.

Потом пришло успокоение и довольно-таки неприятная мысль: «А как, собственно, эту овечку есть?»

Понятно, что я не рассчитывал на жаркое – огня-то нет… и готов был попробовать сырое мясо.

Но я же не волк, чтобы зубами отрывать куски от цельной туши.

То есть я бы попробовал, но бедное животное было сплошь покрыто густой шерстью, в которой помимо колючек и репьев я разглядел еще ползающий насекомых. Экология, мать ее! Все жизнью полно!

Примеряясь к добыче так и сяк, вороша ее то за ногу, то за голову, раздвигая тут и там шерсть в поисках наиболее доступного для укуса места, я не сразу расслышал некие посторонние звуки.

А услышав подскочил на месте.

Что-то совсем я забылся. Здесь в дикой природе помимо сравнительно безобидных копытных водятся еще и волки. Сам видел небольшую стаю, рассекающую в травяных зарослях, как группа эскадренных миноносцев. И вот, без оглядки, без принятия каких-либо мер безопасности, сижу над добычей, позабыв об окружающей среде.

А та, может быть, уже подкрадывается, чтобы укусить за ничем не защищенную попу и отнять с таким трудом добытую овечку.

Испуганно оглядевшись, обнаружил, что, к счастью, подкрались ко мне не волки.

Нет, это была самочка-неандерталка. Страшненькая, как все тут, но вроде бы не агрессивная.

Че надо?

Оп-па.

Судя по жестам самочки, мой статус самца повысился от полного чмошника до… если не до альфа, то по крайней мере до гамма. И уже появилась дама, готовая делить со мной мою пищу.

О женщины!

Коварство ваше имя!

Сколько бы веков ни прошло, ничто не меняется в их сознании. Пока я был гол и бос, то подвергался остракизму путем кидания какашками по голове. Но стоило обрести первое имущество, как зрасьте… Мне уже улыбаются и готовы рассматривать как возможного покровителя.

Оскорбившись, хотел гордо отказаться от сомнительного знакомства. Более того! Я даже кинул бы в незнакомку какашкой, чтобы знала насколько это обидно.

Но в силу обстоятельств личным гавнецом я пока не обзавелся, так что кидаться было нечем. Отсутствовал нужный продукт.

А пока я топтался и вздыхал, размышляя о недостатках женской натуры, неандерталочка подобралась ближе, и я заметил, что у нее на груди, почти скрытый наброшенной на плечи шкурой, прячется младенчик.

О господи… Ну уж прогонять голодную мать с ребеном – это чересчур.

Тем более овечка не очень маленькая, и на двоих (малыш-то молоком питается) ее хватит.

Я махнул рукой и не стал противиться приходу незваной гостьи.

Та, увидев мое непротивление, шустренько подобралась к добыче и чем-то (кажется, то был острый камешек) перерезала овечке горло.

После чего жестом предложила мне пить кровь.

Боже, какая дикость… Но по-любому, это лучше лягушки. Так что кочевряжиться не стал, припал к ране и начал глотать густую сладковато-солоноватую жидкость.

Минуты через две (самочка терпеливо ждала) оторвался от процесса, утер физиономию. Кажется, или я в самом деле стал похож на вурдалака?

Но данный вопрос никого не интересовал. Дамочка, получив свободу действий, приступила к снятию с овечки шкуры.

Хм… А дела обстоят не так уж и плохо. Сам-то я не знал, что делать, а тут, оказывается, уже имеется не только отработанная технология и даже необходимый инструментарий.

Еще бы спички у нее нашлись – цены бы не было!

Вечер стал временем моего триумфа. Я был торжественно принят в племя. Не скажу, что на центральные роли, но в любом случае теперь у меня было место, где можно безопасно выспаться. Причем, на собственной шкуре.

В смысле, на овечьей, которая была признана моей собственностью и подстилкой.

Моя персональная дамочка (с ребенком в нагрузку) тщательно ее выскоблила, прополоскала в реке… В общем, сделала условно пригодной к употреблению.

Разумеется, полная выделка - процесс не быстрый, тем более что химия пока не освоена и даже золы нет, но… Шкура, пусть и непросохшая, гораздо лучшая подстилка чем просто нарванная трава.

А с учетом того, что моя женщина (как звучит, а?) ночью прижалась ко мне, я спал практически в тепле. Тем более, что вокруг пока лето. Ближе к осени нужно будет думать о сооружении какого-нибудь укрытия, но до этого пока далеко.

Да и вообще, может быть в этом мире вообще царит вечное лето – это ж не настоящий мир, а созданный компьютером.

С этой мыслью я мирно заснул, ощущая себя сытым, устроенным хоть и без костра, но в тепле и безопасности.

А жизнь-то налаживается!

Глава 3. Прогрессор

Проснулся от холода.

Мне и раньше в походах доводилось ночевать на природе, то тогда над головой была палатка, на теле одежда, а неподалеку горел костер. И в котелочке приглашающее булькала вода.

А здесь…

Племя давно уже было на ногах. Самочки ушли собирать подножный корм, к которому относились различные корешки, ягоды, червяки, улитки, а так же (если повезет поймать), мыши, тушканчики и лягушки.

Блин, эта французская кухня меня доконает.

Мужики, подхватив дубины, отправились на охоту. Но не все. Возле баб крутился молодой парень, на которого, как я понял, возлагалась функция охраны. А что? Разумно. Мало ли что. Тут волки водятся!

Меня на охоту не взяли, так как по-прежнему считали чужаком и не знали, на что я способен. А непонятный мужик в сыгранном коллективе мог одним движением все испортить. Хрустнет не вовремя веткой, и пиши пропало.

Ну и ладно. Не напрашиваюсь. Своих дел полно.

Кстати, мою добычу накануне утилизировали на все сто процентов. То есть не только сожрали все мясо, жир и потроха, но и раздробили крупные кости и высосали из них мозг.Но я не в обиде. Мне помимо куска мяса выделили еще и мою законную долю: рога и копыта (не смешно!), сухожилия и промытые кишки. Лут, так сказать, выпавший из убиенной овечки.

И я был этому откровенно рад. Потому как сухожилия - это почти настоящие веревочки. Пусть не длинные, но ведь и овца эта не последняя. Еще добудем.

Кишки тоже можно приспособить к делу. Надо только правильно обработать, чтобы не сгнили. Ну на то у меня теперь есть личная женщина!

Кстати, мелкие осколки костей я собрал. Это ж практически иголки! Точнее, шила, но в любом случае подобная вещь в хозяйстве крайне необходима, нужно только решить вопрос в чем их хранить.

Так. Огляделся. Какой-либо коробочки, горшка, кувшина… да хотя бы просто мешочка, в котором мои шила вполне можно было бы утаить, в окрестностях не наблюдалось. Были, правда, глиняные миски, но это чужая собственность. К тому же глину здесь обжигали только на солнцепеке, так что прочность изделия внушала сомнения.

Не найдя лучшего решения, кое-как выцарапал в земле ямку, высыпал туда свои иголки и, зарыв, пометил место одним из овечьих рогов. Обрастаю имуществом!

Надо, кстати, узнать, где аборигены берут глину и налепить своей посуды. Все-таки я не босяк какой-нибудь, человек! Звучу гордо.

Пока глины нет сел плести корзину.

Если кто не понял, то это нехитрое вроде бы устройство является подлинным цивилизационным прорывом. Местные барышни собирали свои трофеи просто в свернутую кульком шкуру. Этакий прообраз бурдюка. Но из-за отсутствия иголок и ниток, их первобытный мешок имел прорехи, через которые ценный продукт мог высыпаться. А в условиях всеобщего дефицита подобная расточительность не просто недопустима. Я бы сказал, что она преступна!

Наличие же корзины позволит собирать урожай большими порциями и без потерь. Разве что какая-нибудь недодушенная лягушка умудрится выпрыгнуть. Но это уже претензия не к производителю.

Плел довольно долго, хотя без особого успеха. Несколько раз переделывал и нащупал несколько приемов, которые помогут довести дело до конца.

Но пока не время. Солнце явно уходило в зенит, так что можно было ждать, что в скорости баран-вожак снова поведет своих подопечных на водопой. А затаившись в ивняке я могу попробовать утащить под воду еще одну овечку.

Во всяком случае, других способов добыть пищу в одиночку я не знаю. Мужики-то охотятся разбившись на партии. Первая таится в кустах, а вторая гонит на них копытных. Далее происходит битва практически равных противников: одни бьют рогами, другие дубинами, и жертвы бывают с обеих сторон. Хотя среди людей, как правило, не смертельные.

Но переломы случаются. А при здешней медицине это весьма чревато. Ведь из медикаментов здесь только жеванная трава. Даже отвар приготовить невозможно из-за отсутствия огня и хоть какой-то огнеупорной посуды. Грустно тут, граждане…

Ладно. Побрел к реке. Сколько бы мяса ни добыли бравые неандертальцы, мой вклад лишним не будет. Главное, чтобы удача от меня не отвернулась.

Увы, увы. Хотя в стаде и были бараны, но дураков среди них не наблюдалось. Так что к зарослям, в которых я коварно затаился, ни одна овечка даже близко не подошла. И просидел я пару часов в воде совершенно напрасно.

Хотя как сказать.

Дело в том, что проведя вчера целый день под летним солнцем, я изрядно обгорел. Вроде бы ерунда, мелкая неприятность. Однако плечи нешуточно жгло. А еще, из-за отсутствия головного убора, от солнечных лучей пострадали уши. Тоже вроде пустяк, однако дотрагиваться больно. И спать на боку (знаете, эта милая поза, когда подкладываешь под щечку сложенные ладошки) тоже неприятно. Уши болят!

Знаю, что народная медицина в таких случаях рекомендует натирать пострадавшие места срезом свежего картофеля.

Блин, вспомнил про картошечку и чуть не подавился слюной.

Однако ж, к моему глубокому сожалению, попал я не в Америку, и до появления на наших берегах ценного американского продукта… Блин, ну нехватка на нехватке! Как жить?

Вернувшись к стойбищу, сел модернизировать свою травяную юбку. На чресла теперь приспособил овечью шкуру, а плечи решил закрыть плетеным материалом.

Значит, разворачиваем имеющееся изделие в ширину, чтобы получился своеобразный плащ. Из пояса сооружаем петельку, которая надевается на шею. А что? У человека не так много мест, на которых можно что-то повесить. Собственно, таковых всего два: талия и шея. Да-да, я знаю, можно еще соорудить рюкзак, армейскую разгрузку… Не надо подсказывать! Придет время я и автомат Калашникова изготовлю. А пока просто делаем петельку на шею.

Еще бы панаму какую-нибудь изобрести, чтобы уши прикрыть… Задумчиво примерил на голову большой лист лопуха, повертев его так и сяк. По размеру вроде подходит, но как его закрепить?. Примотать кишкой? Экстравагантно. Но если похожу еще пару дней без головного убора, обгоревшие уши просто отвалятся. В итоге сплел еще один венок.

Дамы, бродившие неподалеку в поисках съедобной живности, заметили мои потуги и оценили их. Но отнюдь не восторженно. И если они не крутили пальцами у виска, то только потому, что этот жест пока не изобрели.

Кстати, любопытно, что он означает? Требование подвинтить разболтавшийся мозговой механизм? Ну, тогда появления данной невербальной символики ждать придется весьма долго. Как минимум до появления первой телеги.

К вечеру выяснилось, что мужики тоже вернулись без добычи. Так что на ужин был только ассортимент из мышей и лягушек. Я поначалу решил ограничиться растительной пищей, но пожевав горький корешок (других пока не выращивали), решил: «Какого черта?» Помнится, Фарли Моуэрт, изучавший дикую жизнь канадской тундры, писал, что волки там не столько охотятся на стройных оленей и прочую благородную живность, сколько тупо отлавливают мышей, и на этом корме процветают. И это логично! Олень - зверь крупный и способный оказать сопротивление. А мышей вокруг полно, и они совершенно безобидны. Мясо же имеется и тут, и там, важно лишь набрать нужное его количество.

Поднес мышку ко рту. Понюхал.

Фарли Моуэрт сообщал, что есть нужно непотрошеных. Он поначалу чистил и варил, но скоро выяснил, что при таком способе приготовления в продукте пропадают важные витамины. А вот целиковая мышь - кладезь полезных для организма веществ.

Бляха муха.

Дал себе слово, что завтра постараюсь как-нибудь поймать рыбу.

После чего начал есть мышку.

А куда деваться?

* * *

Что мы все о грустном да о грустном?

Пора уже осветить такую важную сферу человеческой деятельности, как секс.

Я заметил, что холостых самочек в нашем племени не было. Каждая или с мелким ребятенком на руках, или беременная.

Чуть подросшие детишки в возрасте от трех-четырех лет и старше, образовывали уже самостоятельную группу. Лениться им никто не давал, малышня вместе с мамками занималась сбором съедобных пустячков.

В общем, детей было даже больше, чем взрослых. И это понятно – смертность тут высокая, так что сохранить (и приумножить) численность сообщества можно было только неустанным трудом. В том числе тем самым. Сексуальным.

И мужики подходили к делу крайне серьезно. Ответственно, я бы сказал.

В первую ночь я спал, как отрубленный, так что ничего не слышал. А вот во вторую, укладываясь то так, то эдак, чтобы не задевать подстилкой обожженные уши, убедился, что к супружескому долгу мужики здесь подходят со всей пролетарской нена… э-э.. старательно. С полной самоотдачей. Во всяком случае характерные охи и стоны раздавались со всех сторон, сигнализируя, что процесс идет полным ходом.

Только я (мысленно загрустил) лежу неприкаянный…с больными ушами… как горький сирота.

Впрочем, при таком питании… и с такими красотками вокруг… В общем, пока воздержимся.

На следующий день побрел искать глину.

В принципе, здешние дамы наверняка знали, где тут месторождение, но как спросить?

Нет, какой-то язык у аборигенов был. В социуме, тем более при условии совместной охоты, без этого не обойтись. Но как из отдельных восклицаний, гортанных звуков, сопровождаемых жестами, и взрыкиваний составить связное предложение? Я затруднился. Поэтому отправился на геологоразведку лично.

Наиболее перспективным местом, где меня могла ждать удача, был берег реки. Разумеется, глины наверняка полно и под ногами, но как разглядеть ее через слой травы?

А там, где вода пробила себе русло, предполагался обрыв. То есть вскрытые слои грунта, которые хорошо видны, и в них можно выбрать то, что требуется. Если повезет, то и камешки попадутся.

Нет, я мечтал не об алмазах с изумрудами, хотя и они наверняка где-то имеются. Мои потребности были гораздо скромнее. Я мечтал найти кремень и огниво. (Знать бы еще как они выглядят).

В любом случае, ударяя камнем о камень гораздо надежнее можно выбить искру, нежели проводя часы в безнадежном трении деревяшки о деревяшку.

Да, я знаю, особо продвинутые паблики в интернете, советуют изготовить нечто вроде лука. Дощечка (бугага) укладывается на землю, на нее пристраивается сухой мох. Потом берется острая палочка, вставленная в петлю из тетивы. Придерживая данную стрелу одной рукой, второй просто водишь луком, как смыском. Палочка быстро вертится и за пару-тройку часов непрестанного труда, дает, наконец, вожделенное тление, а затем и язычок пламени. Дальше просто.

Единственная проблема - мне не из чего изготовить тетиву. Так что камешки и только камешки!

Добрался до обрыва, заросшего кустарником. Пока лез через колючие дебри, размышлял о том, как сложна жизнь в первобытном обществе. Буквально за что ни возьмись – всюду проблема. То ли дело у нас, в двадцать первом веке…

Развздыхался.

Но стонать некогда. Мне еще корзину плести.

Наковырял глины и сразу же слепил три миски. Потому как готовые изделия нести удобнее. Да и лепить разумно сразу, возле воды, которая необходима по технологии.

Пока шел назад, приободрился. А что? Обрастаю имуществом. Вот, уже три миски появилось в хозяйстве. Почти что богач!

Ладно. Шутки шутками, а я по сути Робинзон. И пусть у меня не один Пятница, а несколько десятков, суть от этого не меняется.

Кстати, у героя Даниэля Дефо положение было гораздо лучше. Он сумел добыть с разбитого корабля ружья и порох. И с одеждой поначалу проблем не было. Это уж потом, после двух десятков лет, проведенных на острове, пришлось перерядиться в шкуры. Такая мелочь! Я вот с этого начал.

А еще у него в хозяйстве были и нож, и топор.

И этот чувак еще и ныл недовольно. Хотя…

Помнится, соорудив избушку, он расчертил в тетради две колонки (блин, при воспоминании об этих простых вроде бы предметах, захотелось завыть по-волчьи. Тоска!) и начал заносить в них плюсы и минусы своего положения.

У меня тетради нет, но что мешает заполнять заветные колонки мысленно?

Итак, плюсы: я жив, здоров, имею отвратительную, но все же пищу.

Принят в сообщество и нахожусь в относительной безопасности. Потому как ночами всегда кто-то из аборигенов несет караульную службу. И мы не рискуем проснуться, когда волки уже над нами и половина племени съедена.

Плохо-худо, но у меня уже есть примитивная одежда.

Я изобрел новый способ охоты, благодаря которому за раз можно добыть много мяса. Причем не лягушек!

Я чемпион! Прогрессор! Я корзину сплел собственными руками!

А когда добуду огонь, весь мир признает меня великим магом и повелителем Вселенной.

Ий=я-аху! Ий-я-хо-ха!

Друзья!

Уважаемые читатели!

Не стесняйтесь оставлять комментарии. Для автора это всегда важно и полезно.

Лайки тоже бодрят и стимулируют к продолжению творческого процесса.

Заранее благодарна.

Всех целую.

Глава 4. жить по-людски

После обеда… (это, как вы понимаете, просто фигура речи, так как обедать здесь не принято, ибо нечем) доплел рыболовную «морду» и пошел устанавливать ее в реку.

Признаться, я слабо представлял как правильно такую корзину изготавливать. Исходил просто из здравого смысла. Идея такова - рыба заплывает внутрь и не может выбраться наружу. Система ниппель!

Значит что? Значит выход нужно как-то закрыть. Причем не насовсем, а по типу чернильницы-непроливашки (как-то нашел такую на чердаке и долго дивился простоте и эффективности устройства).

В итоге сплел две корзины. Меньшую (без дна) вставил в большую, а верхние части скрепил. Получилось довольно коряво, но рыбы здесь много, авось какая-нибудь сдуру и заплывет.

Кишкой привязал сооружение к дереву и, сунув внутрь камень (нашел-таки!) притопил.

Будем ждать добычи, а то местные мужики уже начинают посматривать, как на дармоеда. Того гляди захотят высказать неудовольствие прямым физическим способом. Подозреваю, что мое каратэ против их дубин будет смотреться весьма бледно.

Ладно, пришло время отправляться за добычей. Место моей прежней засады теперь не играет, значит надо искать новое. Или затаиться под водой. Читал когда-то, что йоги и всякие нинздя умели часами сидеть под поверхностью, дыша через камышинку. Камыш я нашел, сорвал… Не знаю, как там воины-тени прятались, но здесь вода кристально-прозрачная. И какой смысл нырять в нее? Все равно буду виден, как муха под стеклом. С торчащей соломиной.

Идиотизм.

Надо или место подобрать, где вода темная, скрывающая свои глубины… Хотя нет. Это я, похоже, в омут попаду. Оттуда, если что, можно и не выбраться.

К тому же засаду имеет смысл устраивать только там, где овечки приходят на водопой. Я ведь не смогу подманить их туда, где захочу спрятаться… Проблемы, проблемы…

В общем, весь в глубоких размышлениях, бродил по берегу, собирал камешки, любовался кувшинками… Хм… а вот, пожалуй, под их листочками можно спрятаться.

Я оглядел берег – следы возле среза воды имеются. То есть место водопойное. Только вот отпечатки копыт какие-то странные. Я наклонился, чтобы разглядеть получше… Мать моя женщина! И рванул оттуда с максимальной скоростью. Потому что у баранов когтей не бывает. А вот у волков как раз.

И эти зубастые тоже, как ни странно, ходят к реке, чтобы попить. Хорош бы я был, выскочив из засады на пьющую стаю!

Побрел назад в раздумье. И, надо сказать, решение нашлось достаточно быстро. Если я не могу заставить баранов ходить к реке там, где я могу спрятаться, то почему бы не перетащить кувшинки туда, куда приходит стадо?

Как там у мусульман: «Если гора не идет к Магомету, то Магомет идет к горе». Простые вроде бы слова, но только сейчас осознал сколько в них мудрости!

Прыжками помчался назад выдергивать со дна кувшинки. Буду теперь разводить водную зелень в нужных местах и прятаться под нее, как нильский крокодил. А что? Чем я хуже?

Осталось только научиться дышать через трубочку.

Вечером предъявил соплеменникам пойманную щуку.

Мужчины отнеслись к добыче подчеркнуто нейтрально. Типа - подумаешь, какая ерунда! И в чем-то были правы: что такое одна щучка на такую толпу народа?

А вот подростки заинтересовались. Зубастая рыбища, лежа посреди стойбища, долго еще открывала пасть, не желая сдаваться. И мальчишки, хахикая и пугая друг друга, подкрадывались к хищнице и, набравшись храбрости, тыкали в нее палками. Дети!

Но, как я понял, плести корзины теперь буду не только я. Потому что как ни крути, а рыбина на вкус гораздо лучше лягушки. Да и по размеру больше.

* * *

С утра вместе с подростками полез в заросли ивняка заготавливать материал. Поскольку слева от водопоя я ветки уже изрядно проредил, мальчишек отправил к другому дереву. Там они и бултыхались, вполне довольные жизнью.

Увлекшись процессом, мы прозевали наступление полдня и приход на водопой стада. Я, как более опытный охотник, немедленно присел, так, чтобы над поверхностью остался только верх головы. А вот ребятишки должной выдержкой не обладали.

Увидев добычу практически на расстоянии вытянутой руки, они гуртом, с шумом, с плеском, бросились на нее… Возникла безобразная свалка.

Овцы с ягнятами шарахнулись назад, бараны ринулись на противника. Вода закипела фонтанами брызг.

И я в этом бедламе успел прихватить за ногу зазевавшуюся овечку.

Сопротивлялась она отчаянно, но я сумел затащить ее в воду и там, по уже освоенной методике утопил.

Мальчишки тоже сумели уцепиться за какого-то ягненка, так что в стойбище мы вернулись с триумфом. В то время как опытные мужики не способны добыть достойное питание для племени, мы, дилетанты, становимся основными поставщиками продукции.

Слава нам! Ура! Ура!

В стойбище царило радостное возбуждение. Дамы бросили ловлю мышей и лягушек и занялись разделкой нашей добычи.

А я взялся перебирать найденные ранее камешки, в надежде опознать в них те, которым можно высечь огонь. Потому как свежее мясо это, конечно, хорошо и в чем-то даже приятно. Но шашлык - это шашлык.

Кстати, подозреваю, что именно это блюдо было одним из первых, которые освоило человечество. Кастрюли, сковородки и прочую кухонную утварь изобрели значительно позднее. А шашлык для приготовления требует всего лишь три ингредиента: огонь мясо и прутики. Прутики у меня есть. Мясо тоже Теперь дело за малым.

* * *

Никак не ожидал, что предки окажутся такими жуткими консерваторами. Все-таки я приношу обществу заметную пользу. Научил новому способу охоты, плетению корзин, ловле рыбы… Это все прорывные технологии, по нынешним временам почти что выход в космос!

И неважно, что на голове у меня лопух. Местным-то хорошо, они все длинноволосые, да и уши у них закаленные. А мне без головного убора нельзя. А что вид не соответствует местной соде, так это пустяк. Будет время я такие шапки изобрету, что соседние племена обзавидуются. (Ведь есть же здесь еще люди, не может быть, чтобы наше племя - единственное).

Словом, пойдя по пути гениев и изобретателей всех рангов, я столкнулся с жестким отторжением. Такова судьба великих.

В прежние (в смысле, в будущие) времена таких, как я, сжигали на кострах инквизиции. Но сейчас – шалишь! – подобная участь мне не грозила. Огня-то нет! (Гы-гы-гы).

Впрочем, из племени меня выгнали именно из-за огня.

Набрав сухого моха, каких-то веточек, палочек, пригодных для превращения отдельных искр в полноценное пламя (почему-то сразу девиз большевистской газеты вспомнился), я уселся и принялся цокать набранными камешками.

Какой из них является вожделенным кремнем, я не знал. Поэтому один за другим пробовал все. Получалось фигово. Точнее, не получалось вовсе. Хотя пару раз отдельные искры вроде бы проскакивали.

Соплеменники посматривали искоса, но не препятствовали. Тем более, что сплетенные подростками «морды» принесли очередной улов. И на этот раз добычей стала не одинокая щука, а вполне приличный набор окуньков (или не окуньков, я из рыбы различаю только минтая. И исключительно в жареном виде). Так что игнорировать мою полезность никто не стал.

Просидев около часа и сбив в кровь костяшки пальцев, решил, что мох для извлекаемых искр все-таки грубоват. Нужна более нежная растопка.

Вспомнил, как в интернете мужик показывал использование для разведения костра сухого гриба чага. Он без особого труда и без приспособлений, просто крутя палочку в ладонях, растирал этот древесный нарост практически в пыль. Сухую и горючую. Идеальная растопка!

Я решил пойти тем же путем.

Путешествие к рощице растущих неподалеку деревьев прошло более энергично, нежели предполагалось изначально. Дело в том, что бредя по густой траве – честно говоря, уже достало шарохаться босиком – я наткнулся на отдыхающую стаю волков.

Агрессии они не проявили, видимо дремали после сытного обеда, но оставшаяся часть дистанции промелькнула под ногами, как птица. Сам не ожидал, что могу развивать такую скорость.

Под сенью дерев отдышался и принялся искать на стволах нужный нарост. Под ногами хрустели ветки (надо срочно обувь делать, пока ноги не погубил), в ветвях агрессивно заорали птицы. Сочли мое вторжение повторной попыткой покуситься на птенцов.

Я попытался объяснить им, что прибыл совершенно с другими целями, но понимания не встретил. К счастью, гриб чага достаточно быстро нашелся, и я поспешил ретироваться из негостеприимной рощи.

Снова пришлось бежать, обходя по широкой дуге место, где отдыхали хищники.

Что за жизнь, господи! Человек, царь природы, драпаю то от волков (это еще ладно, все-таки зверь серьезный), то от клевачих птиц… На голове у меня лопух, прижатый венком, на плечах – юбочка из травы… Позор! Позор!

Одно хорошо, никто из знакомых не видит это жалкое зрелище.

Но чагу добыл!

После энергичной пробежки выяснилось, что мне пора воспользоваться советом незабвенного Черномырдина. Помните, он когда-то сказал: «Если что-то делать, то по большому!».

До сих пор этот вопрос не был для меня актуальным. Ввиду скудности пищи для него банально не хватало материала.

А вот теперь накопилось.

Что могу сказать? Листья лопуха, которые пришлось использовать для ликвидации последствий, существенно уступают туалетной бумаге в качестве. Очень существенно уступают!

Но не будем о грустном. Стоит ли вообще концентрироваться на неприятностях? Нас ждут великие дела!

Итак, огонь. С добытой чагой дело пошло веселее. Сначала по методу, подсмотренному в интернете, я растер внутренность гриба в нежный, светло-коричневый порошок. Уже первые искры, попавшие в него, вызвали несколько точек тления. Пламя еще не возникло, но появились тоненькие струйки дыма – о, какое наслаждение было вдохнуть столь знакомый, но почти забытый аромат!

Максимально бережно я подложил к тлеющей искре сухую травинку. Затем вторую. И был вознагражден слабеньким язычком почти прозрачного в дневном свете пламени.

Я выхаживал мой микро-костерок, как слепого, беспомощного котенка. Тот вроде бы шевелился, принимал пищу, но был еще бесконечно слаб и мог погибнуть в любую секунду. Но травинка за травинкой придавала ему силы.

Наконец, я решился предложить огоньку тоненькую сухую веточку. О, yes! Она загорелась. Это была победа. Да, настоящая победа с большой буквы П.

И тут мне чувствительно прилетело по голове.

Оказывается, первобытные люди, в среде которых я очутился, знали огонь. И как все дети природы боялись его.

А тут непонятный чужак создал пламя прямо в центре стойбища! Ужас! Кошмар! Он всех спалит! Изгнать мерзавца из племени!

В одиночку противостоять десятку здоровенных мужиков с дубинами невозможно. Конечно, я мог бы принять красивую позу и гордо умереть ради прогресса, но почему-то не хотелось.

Так что подхватив удачливый камешек, подаривший мне огонь, я кинулся прочь.

Не оборачивался, но слышал за спиной удары дубинами по земле. Это косные приверженцы традиций, как опасного зверя, убивали мой маленький невинный костерок. Дикари-с!

Ну и фиг с ними. Зато я сегодня вечером буду есть не сырое мясо, как последний неандерталец, а… М-м-м… Ну хоть лягушку-то сумею поймать. И сожру ее жареной!

Отбежав достаточно далеко, чтобы больше не видеть изгнавшее меня сообщество, я отдышался и начал оглядываться по сторонам. Требовалось найти какое-то убежище. Разумеется, горящий огонь отпугнет любых хищников, но… Я ведь собирался обрастать имуществом: посуда там, корзины, рыболовные «морды», шкуры и кости съеденных животных и тому подобное. В общем, требовалось что-то вроде пещеры или хотя бы удобного места для строительства шалаша.

И тут обнаружилось, что удрал я не один. Моя женщина, та самая, что помогла мне разделать первую убиенную мной овечку, преданно последовала за своим кормильцем и повелителем. Это было приятно.

Хотя, разумеется, прокормить троих (у нее ведь ребенок на руках!) сложнее, нежели одного. С другой стороны, дамочка знает и умеет много такого, что мне и не снилось.

И не надо тут делать масляные глазки, речь не о сексе.

Моя женщина знаток местных растений, и всяких съедобных кузнечиков. А в первобытном обществе это даже полезнее, чем в наше время кандидатская диссертация у жены. Ибо без дополнительных выплат за научную степень прожить можно, а вот без ужина…

Короче, ее присутствие порадовало.

А когда из густой травы поднялись еще два пацана, с которыми мы вместе ходили на водную охоту, сердце мое возликовало.

Ибо теперь я уже не изгой, а вождь нового племени. Отлично! Уж я позабочусь, чтоб мы жили, как люди.

Друзья!

Уважаемые читатели!

Не стесняйтесь оставлять комментарии. Для автора это всегда важно и полезно.

Лайки тоже бодрят и стимулируют к продолжению творческого процесса.

Заранее благодарна.

Всех целую.

Глава 5. Адам

Ужин получился скудным. Несколько пойманных подростками лягушек и по паре горьких корешков на четверых - это, товарищи, грустно.

Единственная радость – свою порцию пищи я приготовил на костре. Что сказать… вкус специфический. Но списал это на отсутствие соли.

Прочие же члены нового племени от жаркого отказались. И смотрели с изрядным недоумением (даже с испугом!), как я поглощал подрумянившиеся лягушачьи тушки. Ну, ничего, привыкнут.

С утра в первую очередь сели плести рыболовные «морды». Потому как именно они всегда гарантировали добычу и не требовали дополнительного участия в ловле.

И тут, в ходе, так сказать, производственного процесса меня ожидало потрясающее открытие.

До сих пор ребенка моей женщины я практически не видел. Она все время таскала его на руках под прикрытием шкур и своих распущенных волос. А теперь в первый раз выпустила поползать по травке.

И оказалось… Я даже привстал, не поверив сразу своим глазам… мальчонка был мутантом.

То есть совсем не похож на коренастую маму и прочих звероподобных соплеменников. Нет! Он был такой как я – розовый, голенький, без шерсти и с милым личиком. То есть без выступающих надбровных дуг.

Не удивительно, что мамочка его прятала, стараясь не раздражать сообщество столь заметно отличающимся от всех детенышем.

А что? Наверное, именно так и произошли люди. Ученые антропологи досконально изучили весь путь превращения обезьяны в человека. Подкрепили свои изыскания находками соответствующих черепов, челюстей и прочих сохранившихся в веках частей организма.

Но в материально подтвержденных изысканиях они добрались только до неандертальца. Мы же, люди, являемся потомками кроманьонцев, которые возникли внезапно и словно бы из ниоткуда.

Столь удивительный факт породил множество конспирологических теорий о пришельцах, давших начало человеческой расе. А так же о божественном вмешательстве, когда повествуется будто бы Бог, засучив рукава, самолично вылепил первопредка из красной глины, вдохнул душу, выпустил гулять в Рай. Согласитесь, эта версия не слишком правдоподобна.

И вот вижу перед собой маленького человечка. Явного кроманьонца. Причем никаких космических аппаратов в пределах досягаемости не наблюдается.

То есть вероятнее всего - все-таки мутация, которая поначалу казалась нежизнеспособной и даже нелепой, а в итоге…

– Иди сюда, малыш, – ласково позвал я.

Мамочка с тревогой и неодобрением отнеслась к моей попытке протянуть грабки к ее чаду. Но до рукоприкладства, к счастью, не дошло.

Как бы то ни было, вид голенького (без шерсти!) младенчика чрезвычайно вдохновил меня. Оказывается, я присутствую при самом зарождении новой эры - эры появления homo sapiens (человека разумного), идущего на смену homo erectus (человека прямоходящего).

Выходит, этот мелкий засранец, ползающий возле меня по примятой траве – прародитель всего человечества! Адам!

О, сколько нам открытий чудных… Абалдеть!

Воодушевленный, я начал думать о том, как добыть побольше пищи. Дабы перспективный младенчик не загнулся случаем от голода и прочих неблагоприятных природных факторов.

И тут, при взгляде на мамашу, в голову пришла светлая мысль. Помнится в книге «Охота на пиранью» главный герой сделал тетиву лука из волос своей дамы.

Лук мне пока не осилить – там слишком много наворотов. От выбора достаточно упругого дерева, до изготовления стрелы. Понятно, что без наконечника можно обойтись – заострить прутик, обжечь кончик на костре. Но ведь нужно еще оперение! И чтобы стрела летела не куда попало, а точно в цель. При этом, пролетев изрядное расстояние, не просто ткнулась в толстую, защищенную густой шерстью шкуру животного, а воткнулась на изрядную глубину…

Короче, пока недоступно.

Но можно изготовить силки!

Расстелить петли в местах обитания гадких птиц, которые нанесли урон не только моему туловищу, но и самолюбию, накрошить хлебных крошек… э-э… в смысле, съедобных ягодок… или, чем там они питаются?

В общем, жадные пернатые спустятся с небес, дабы вкусить… И (тут раздается зловещий закадровый хохот) запутаются в коварно расстеленных силках. А я, не тратя время даром, прыг из засады и цап-царап! И в бульон.

Для начала, конечно, на вертел, но имея глину и огонь, кастрюлю я рано или поздно изготовлю. Вот тогда наступит пиршество духа. Ну и плоти заодно.

Осталось решить единственную задачу – как побрить мою благоверную.

Резать волосы камнем – трудно и болезненно. Это почти что вырвать. Не всякая женщина согласится на подобную процедуру.

Но при наличии огня я получал новый эффективный парикмахерский инструмент - волосы можно отжечь.

Просто подносишь к нужному месту горящую веточку и ву а ля!

Единственная проблема – как убедить даму, что поднося к ней пылающую деревяшку, я не таю кровожадных намерений.

Даже брить налысо не собираюсь, для начала достаточно одной полноценной прядки.

Задумался, как решить проблему.

Можно, конечно, провести анестезию путем доброго удара чем-нибудь тяжелым по голове. Но женщина у меня здоровенькая, так что не исключены нежелательные последствия. Когда тяжелым прилетит уже мне.

Продемонстрировать безопасность процедуры на себе? Сложно, ибо я, как обычный житель двадцать первого века, носил короткую прическу. Не то, чтобы совсем уж полубокс (когда все сбрито практически под ноль, а впереди челочка), но и не под «битлз». В наше рациональное время так гораздо удобнее.

Что же делать? Как быть?

Единственный путь – коварство и обман.

Старинная пословица утверждает, что «машина любит смазку, а кобыла… то есть какая кобила? Женщина! Женщина любит ласку.

Чтобы подманить соплеменницу поближе к костерку, состоил умильную физиономию и сопроводил это нежными словами:

– Иди ко мне, моя радость! (Красавицей назвать язык не повернулся, а вот «радость» – вполне достойная замена. И, кстати, святая правда).

Дамочка отнеслась к призыву настороженно. Что это, мол, на меня накатило не ко времени? Но после достаточно долгих уговоров, применив весь опыт соблазнения пресыщенных девиц моего времени, удалось все-таки убедить даму в своих честных намерениях. Она приблизилась.

– Сладенькая моя, – произнес я, стараясь смотреть на наиболее женственные части ее организма.

Ага! Это она поняла и приблизилась еще на шажок.

Господи! На какие жертвы приходится идти ради светлого будущего! С этой дамой обниматься все равно, что с паровозом. По твердости и по мощи – примерно одно и то же. Но надо!

Добыть длинные волосы у кого-то другого не представляется возможным. Есть, в принципе, лва подростка, с которыми я, пожалуй, справлюсь в честном бою, но их прически не достигли требуемых параметров. Так что продолжаем процесс обольщения.

Кстати, возник отнюдь не праздный вопрос: обязательно ли мне ублажать даму по полной программе или для того, чтобы она потеряла бдительность, достаточно будет ласкового бормотания и поглаживаний?

Мда…Помнится, я как-то катался на лошади, и тренер показал, какие похлопывания этому крупному животному наиболее приятны. Попробуем применить.

Я старался, и дело явно шло на лад. Дама расслабилась, взгляд ее стал ласковым, дыхание участилось.

– М-м-м… – промычала она страстно.

И тут, совершенно некстати, вспомнилась песня Сергея Трофимова. Э-э… Как у него?

«А когда вы решились на главное,

И сорвали последний покров,

Я сумел проскочить за диванами

И в окно сиганул без трусов»

Очень своевременные слова. Вот только диванов поблизости не наблюдалось, а руки у моей ненаглядной (в хорошем смысле этого слова) оказались заметно длиннее, чем я предполагал. Так что ускользнуть не удалось.

И да! Пряди волос для силков мне все-таки пришлось брать у подростков.

* * *

Идея с силками сработала!

Собственно, иного и ждать не приходилось, ибо опыт тысячелетий, стоящий за мной, непобедим! Й0-хо-хо! Мы еще покажем этому миру на что способен человек!

Подростки, чьи прически сейчас напоминали знаменитый «ирокез» (подпалил я их с обеих сторон для симметрии) радостно ощипали запутавшуюся в коварно расставленных петлях птицу, а я пытался вылепить из глины кастрюлю и мечтал о супе из рябчиков.

Мучался довольно долго, но кривая посудина (Эх, еще и гончарный круг надо изобретать!) никак не желала обжигаться без трещин.

В итоге терпение кончилось и лишенную перьев птицу просто запекли в глиняной скорлупе.

Соплеменники отнеслись к новому блюду настороженно. И это порадовало - мне больше досталось!

Хотя, судя по их физиономиям после трапезы, в следующий раз мне придется распределять пищу более равномерно. Но плевать! Потому что после снятия пробы с рябчиков (вот совсем не знаю, как эти птицы называются, но какая разница? Я же не Карл Линней, мне классификацию фауны не составлять)… так вот, после того как все оценили вкус рябчиков, моя дама добровольно пошла на изменение прически. И теперь у меня на руках отличные длинные пряди, с которыми можно экспериментировать. Если повезет, то я и сеть сплету. Будем с пацанами таскать по мелководью бредень… (Это я размечтался). Мда.

В общем, после ужина, который ни в какое сравнение не шел с лягушачье-мышиной диетой, я стал смотреть в будущее с оптимизмом. И даже задумался об увеличении численности племени. Тем более, что дама прижалась к моему боку и подавала весьма недвусмысленные сигналы.

Ну что же, в данном направлении прогресс тоже не стоял на месте, и мне есть что показать любознательным подросткам – нашей смене!

Глава 6. Облом

Прошло несколько дней. Я неустанно трудился, и по праву мог уже гордиться достижениями. Имущество нашего племени плавно увеличивалось: в реке стояли рыболовные «морды», стабильно снабжающие нас рыбой, на солнцепеке грелся рядок сравнительно приличных мисок. Количество шкур от съеденных животных заметно возросло (составляло уже пять штук!), и я научил свою женщину для удаления жира натирать их золой. Очередная прорывная для каменного века технология! О, я велик! Я гений и благодетель человечества!

Рос склад камешков, каждый из которых я вдумчиво пытался приспособить к делу. Что-то годилось как орудие труда (молот, топор… благо теперь есть чем привязать камень к палке!), что-то использовалось как кухонные принадлежности и приспособления для добывания огня.

Количество перьев так же увеличивалось, и я уже начал делать стрелы. Особого успеха пока не добился, зато головной убор по образцу индейских вождей получился вполне удовлетворительно. Во всяком случае, теперь не приходилось ходить с лопухом на голове, уподобляясь распоследнему первобытному бомжу.

Благосостояние племени стало настолько заметным, что с прежнего стойбища к нам перебежало еще два подростка и молодая неандерталочка. Мужикам это не нравилось, но разбираться не приходили. Видимо, в душе были рады, что уменьшилось количество ртов, которые им необходимо обеспечивать продовольствием. Впрочем, это не мешало им при встречах принимать грозные позы и рычать в мою сторону.

Я не обращал внимания. Консерваторы всегда противятся прогрессу и злобствуют. А мы пойдем вперед! К победе э-э… феодализма!

Беда пришла откуда не ждали. В середине дня, когда я ушел в близлежащую рощицу проверять силки, возле нашего стойбища остались только подростки. И малыш, которого мать оставила буквально на несколько минут. (Вода ей понадобилась, вот и отлучилась к реке).

Костерок по дневному времени практически не горел, так что наглые гепарды просто проигнорировали его присутствие. Одна из кошек, как бы мимоходом, цапнула человеческого младенца лапой. Кажется, даже не из желания сожрать, а просто из озорства.

Но я увидел это, и сердце оборвалось. Лысенький младенчик! Наш Адам! Прародитель всего человечества в когтях хищной кошки!

Дико заорав, я, не разбирая дороги, кинулся спасать первопредка.

Причем в руках не было ни дубины, ни камня, но разум буквально затмило. Я мчался, желая всех гепардов просто передушить голыми руками, а затем порвать в клочья. Моя дикая ярость и готовность драться зубами и когтями были столь велики, что опасные твари почувствовали ее на расстоянии.

Та кошка, которая лапой катала по земле хнычущего ребенка, обернулась в мою сторону и присела на задницу. Остальные тоже развернулись к надвигающейся опасности.

Я понял, что шансов выйти живым из схватки с целым прайдом, у меня нет, но какое это имело значение! Я мчался и мечтал только о том, как бы отвлечь хищников на себя, а, в идеале, отвести в сторону. Так птичка, рискуя жизнью, уводит охотничью собаку от гнезда.

Но тут, в самый последний момент в воздухе произошло помутнение, и я с маху влетел в межвременной портал!

Представьте ужас цивилизованных офисных клерков, которые со стаканчиком кофе в руке мирно сидели в своих подпружиненных креслах, когда в помещение ворвался вопящий дикарь. В шкуре, с перьями на голове, с выкаченными глазами, жаждущий стражаться, убивать и умирать!

Перестроиться мгновенно было невозможно. И я некоторое время еще рычал, кидаясь на стены и расшвыривая мебель в поисках затаившихся врагов.

Загнал всех в угол и скакал, размахивая вырванной ножкой стула… А, главное, никто из присутствующих не мог в эти секунды общаться цивилизованно. Я выл, скалился и вопил нечленораздельно, а они визжали и прятались под столы.

Лишь минут через пять меня несколько отпустило, и я обмяк, выронив свое смертоносное оружие.

Но еще почти полчаса понадобилось жителям двадцать первого века на то, чтобы несколько прийти в себя и поверить, что я уже не стремлюсь сорвать с них скальпы. (А остальное сожрать!).

Лишь после того, как я продемонстрировал умение пользоваться кофемашиной, сотворив себе стаканчик капучино, и уселся в чудом уцелевшее кресло, в дальних углах, за опрокинутой в качестве баррикады мебелью началось робкое шевеление.

* * *

Сутки мы приходили в себя и пытались осознать произошедшее.

Я поначалу был как в тумане – рвался назад, переживал о не спасенном младенчике, кричал что-то о гибели человечества…

Но постепенно осознал, что раз вокруг меня стоят вполне жизнеспособные особи моего вида, то первопредок, очевидно, уцелел.

Или моя женщина родила нового лысенького (без шерсти на теле) младенчика, все же у нас с ней кое-что интимное было… И даже не один раз.

Понемногу успокоившись, я перестал пугать окружающих дикими взорами, привел себя в порядок, цивильно оделся и, наконец, нормально поел. Удивительный все-таки кайф заключается в том, чтобы вкушать пищу за столом и с использованием посуды… Да-а… Совершенно особое чувство.

К исходу вторых суток я созрел до общения.

Первым ко мне подобрался адвокат, который, глядя участливо и с некоторой опаской, завел осторожный разговор о компенсации за пережитое.

Мне он показался мелким и глупым. После того, как осознаешь цену жизни и смерти, разговоры о каких-то там прибавкам к жалованью, кажутся нелепыми и даже смешными.

Впрочем, отказываться не стал.

И да! В полном соответствии с рекламными обещаниями, за время, проведенное в моей… м-м-м… командировке, я существенно постройнел, загорел и окреп. Адвокат не преминул обратить на это мое внимание.

Забавно.

В любом случае увольняться я не собирался. И сам первым завел разговор о повторной попытке проникнуть в прошлое. Первый опыт показал, что калибровка устройства, созданного компьютерными гениями, страдает очень значительным разбросом. В тысячелетия! Но надежда на то, что оно сможет вернуть меня к моему племени, оставалась, и я готов был рискнуть.

Нет, мне совсем не понравилась жизнь в первобытном обществе, а воспоминания о съеденных лягушках вызывали дрожь омерзения, но! Там остались женщины и подростки, доверившиеся мне. С грудными детьми. Как они будут выживать в том беспощадном мире без мужика?

Словом, я готов был к повторному погружению.

Кстати, в процессе переговоров мои работодатели обратили внимание на любопытную подробность. Если в прошлое я попал без какого-либо снаряжения, исключительно в чем мать родила, то обратно вернулся с некими артефактами. И пусть скверно выделанная шкура и корявый головной убор из перьев, вырванных из задницы неизвестной птицы, не такое уж сокровище, но ведь в следующий раз я могу принести что-то более ценное, верно?

Например, яйцо давно вымершей птицы. Или диковинный череп. А то и вовсе доисторическую зверушку, вид которой вызовет мировую сенсацию и сведет с ума всех зоологов мира.

Кроме того, я могу добыть знания. Например о том, где находится потайной ход в сокровищницу какого-нибудь царя. Чем не вариант?

В общем, можно сделать так, что экспедиция в прошлое окупится. А то папа, спонсирующий мероприятие, последнее время стал прижимист. Возможно потому, что его не посвятили в подробности произошедшего. Хотя, кто знает, как бы он отреагировал, если бы посвятили. Шутки со временем – это, знаете ли… Тут можно таких дел наворотить, что предостережение Брэдбери на тему раздавленной бабочки покажутся милой детской шуткой.

– Мы усовершенствовали устройство, – говорили мне компьютерные гении, глядя с некоторой опаской. – Если потребуется срочная эвакуация, попробуйте сделать вот такой жест.

Они продемонстрировали нечто, похожее на упражнение из социалистической производственной зарядки. Требовалось поднять руки над головой и определенным образом повращать кистями. Жест достаточно неестественный, так что спутать его с обычным маханием конечностями сложно.

– Неплохой вариант, – согласился я, надеясь что в решающий момент не буду валяться в отключке. Впрочем, надо просто не доводить ситуацию до критической и постараться спрыгнуть до того, как все станет трагическим и необратимым.

Еще два дня мне отвели на отдых и самоподготовку, после чего вновь спросили не передумал ли я.

– Нет! – ответил твердо и подписал соответствующую бумагу.

И вот вновь стою на пороге той, как оказалось, вовсе не виртуальной комнары. Еще шаг и я окажусь в прошлом. Что ждет меня там?

Глава 7. Я вернулся

Все-таки обидно. Вот так вертишься, как белка в колесе, собираешь в неустанных трудах имущество, корячась, как распоследний раб на галерах. Без инструментов, калеча руки, рискуя, можно сказать жизнью…

И в результате опять стоишь голышом. А вокруг невообразимый простор девственной природы без малейших признаков цивилизации. Начинать все с начала?

А куда деваться?

Перед самым отправлением в очередной прорыв в прошлое моих работодателей озарила светлая идея. Ну, то есть это они так думали, что светлая.

– Раз в прошлое нельзя взять ничего из того, что находится извне (одежда там, рюкзак с палаткой и оборудованием и т.п.), – сообщили они, глядя на меня с наивной, милой простотой, – то можно какие-то особо важные девайсы запихнуть вовнутрь.

Уже при этих словах я насторожился.

Ясно, что большой предмет проглотить невозможно. Но изобретательные умы двух компьютерщиков нашли иной вариант.

– Вот смотрите, – мне продемонстрировали складной швейцарский нож, – в том времени, куда вы отправитесь, это будет настоящая вундервафля. Два лезвия, ножнички, штопор… А какая сталь!

Я прикинул на руке вес и геометрическую форму предмета. Заманчиво, конечно, но…

– Завернем его в полиэтилен, – вдохновенно вещали юные гении, – и поместим вам в… ну, в общем, вы догадываетесь куда.

И смотрят так ласково-ласково…

Каково?

Штопор!

Сами себе его туда вставляйте!

Мда.

И вот стою в чем мать родила на взгорочке, любуюсь природой.

Где там мое племя доисторическое? Где все нажитое непосильным трудом: овечьи шкуры – три, рыболовные корзины - две, пучки перьев из попы птицы неизвестной породы – четыре, а так же черепки, рога, копыта и огнетворные камушки? Где женушка страхолюдная и ласковая?

Нет ответа.

Ладно, как говаривал тургеневский Базаров в «Отцах и детях»: «Природа - не храм, а мастерская. А человек в ней работник». Насчет второго утверждения спорить не стану, а вот насчет того, что не храм… Эх, не видел литературный нигилист всей красоты девственной природы!

Но как бы то ни было, за работу приниматься надо. Требуется какая-никакая одежда, шляпа, чтобы не обгореть на солнце, на ноги тоже необходимо что-то приспособить хотя бы временно. Потом присмотреть место для ночевки… Не хочется, знаете ли утром проснуться в полусъеденном виде.

А раз я выбираю место обитания, то желательно рядом иметь источник воды, глину, россыпь каких-нибудь камешков… Хм… Поймал себя на мысли, что требования выдвигаю, как при покупке загородной виллы. Ага. В Андалузии.

Ну да ладно. Одними мечтаниями дела не сделаешь. Прикинем для начала какие у нас ресурсы.

Первое, что бросается в глаза – огромная гладь воды, раскинувшаяся буквально в десятке метров от места моего попадания. Дальнего берега не видно, так что возможно это очень большое озеро или даже море.

Не поленился, пододел и попробовал попить с ладони. Вода не соленая, что в данных обстоятельствах большой плюс.

Да-да, я знаю, что море дает существенные возможности для развития, и пищи в нем можно добыть больше, и транспортные возможности шире. Но до тех пор, пока я не построю хотя бы плот (как Тур Хейердал с его «Кон-Тики») река предпочтительнее.

Кстати, берег низкий, с обильными зарослями камыша. Это радует – начну плести циновки. А из них и шалашик можно построить, и на землю постелить для теплоизоляции – ибо теплый бок незабвенной супруги отсутствует. Черт! Вот уж не думал, что буду об это страхолюдине тосковать. Да, назвать ее красавицей трудно, но зато заботилась обо мне, корешки всякие приносила, помогала мясо разделывать. (У нее это получалось куда ловчее, чем у непривычного к таким упражнениям цивилизованного человека).

Однако хватит мечтать. Первобытная эпоха не то время, когда можно безнаказанно щелкать клювом. Начинаем опять с нуля, так что идем по проторенному пути: юбочка из травы, лопух на голову...

Только вот корзину для ловли рыбы я пока плести не буду. Сделаю острогу. Как? А у меня нож есть.

И не спрашивайте откуда, не скажу!

Часом позже, сидя у костерка, над которым на прутике жарились куски осетра, я задумчиво плел циновку и мечтал о будущем.

А что? Если есть глина, тростник и огонь (и ножик!) можно делать саманный кирпич. Дом построю… Как там в песне? «И белый лебедь на пруду, качает павшую звезду на том пруду, куда тебя я приведу…»

Лебеди тут вроде бы водятся. Точно не рассмотрел, что за птицы плавали, они близко не подпускают. Так что дело за малым. А едой семью я обеспечу. В этом деле я - король!

Кстати о еде: поправил угли и перевернул осетровый шашлычок, чтобы равномернее прожаривался.

Эх, был бы листок бумаги, составил бы перечень первоочередных задач. Таких как : произвести разведку местности, определить где я нахожусь (хотя бы ориентировочно), какие животные водятся в округе… Пока я видел только птиц и играющую в воде рыбу. И хотя добытый осетр оказался достаточно крупным, вряд ли я сумею из его шкуры сделать какой-то предмет одежды. Рыбий мех, знаете ли, существенно уступает овечьему.

Птицы в этом плане тоже не слишком хороши. Из их кожи (если сумею качественно очистить от перьев) в лучшем случае кошелечек можно сварганить. Тоже полезная вещь, конечно, но я предпочел бы более плотный материал. Из перьев мокасины не выкроишь.

Отложив готовую циновку в сторону, из заготовленной глины принялся лепить тарелки. Потому как из посуды есть гораздо удобнее, нежели с листа лопуха.

Без гончарного круга сложно придать керамическим изделиям совершенную форму, поэтому для хоть какой-то эстетики, палочкой нанес на внешнюю сторону волнистый узор.

И поставил поближе к прогорающему костру для обжига.

Некоторый опыт в этом деле я уже получил, так что знал, что действовать нужно без спешки, аккуратно поворачивая корявенькие изделия то одним боком к остывающим углям, то другим.

Кстати, палочка, которой я наносил узоры, навела на забавные мысли. В древности, как известно, бумаги не было, и грамотные люди писали на чем попало. На папирусе, бересте, высекали свои послания потомкам на камне и (главное сейчас!) выдавливали некие архаичные символы на глиняных табличках.

Это ж какая перспектива передо мной открывается! Сажусь сейчас и пишу на глине что-нибудь сенсационное Например, информацию о спутниках Юпитера или про трансурановые планеты Солнечной системы. Потом (по истечение срока контракта) возвращаюсь в XXI век, оформляюсь разнорабочим в археологическую экспедицию… И ву-а-дя! Делаю сенсационное открытие. Археологи рыдают в тоске и рвут на себе волосы от зависти. Нобелевский комитет судорожно ищет мой адрес и номер телефона, чтобы сообщить о присуждении своей премии. Мой дом осаждают телерепортеры и юные фанатки (гораздо более красивые, чем здешняя неандертальская жена) бросают в мою сторону сорванные с прелестных грудок лифчики.

Мечты, мечты…

А что? План вполне реальный. Все это несложно организовать. Пока же…

Пока просто доел шашлык, постелил свежесплетеную циновку на кучку нарванной травы (так помягче), накрылся юбочкой из травы и смежил веки.

Увы, тяжек путь от первобытного человека до Нобелевского лауреата. Не всякий дойдет.

* * *

Утром скромно перекусил остатками ужина, напился из реки. Экология тут зашкаливает, а вот еду хранить неудобно. Или испортится на солнце, или какая-нибудь живность утащит. И ладно бы волк! Крупного зверя я по крайней мере услышу и буду отгонять. А вот всякие ежики и прочая мелочь, шуршащая постоянно в густой траве… за ними не уследишь. Думаешь, что уже сделал какой-никакой запас пищи, а проверишь – там только обкусанные косточки остались.

Подхватил острогу, пошел искать очередную рыбину на обед. Попутно мелькнула мысль, что хотя и трудным путем удалось протащить в эту древность швейцарский нож, но оно того стоило. Теперь не приходится жрать каких-то зазевавшихся лягушек. Шашлык из осетрины - это благородно!

Вода, в местах, где не было зарослей водорослей, была абсолютно чиста. Косые лучи утреннего солнца пронзали ее насквозь, и я испытывал острое эстетическое нслаждение, созерцая эту сверкающую красоту. Ну заодно наличие рыбы, разумеется.

Как там в японской поэзии?

Вода прозрачна.

В ней рыбка неподвижна.

Только что была.

Жаль только, что берег не был приспособлен для удобства бредущего с острогой рыбака. Пару раз, пытаясь пронзить добычу, я терял равновесие и с громким плеском падал в воду. Но большой беды в этом не видел. Ну упал, ну поднялся. Я же сейчас первобытный, мне не придется сушить одежду, развешивая ее вокруг костра. Встал, отряхнулся… готов к продолжению банкета.

Оступившись в очередной раз, услышал в камышах на берегу какой-то шорох. Вгляделся. Какого-либо крупного (и опасного) зверя в зарослях не просматривалось, так что я пошел поинтересоваться: а нет ли там что-нибудь вкусного?

Предчувствия меня не обманули.

Приникнув к земле, в камышах затаился серый гусь. Окраской перьев он практически сливался с окружающим пейзажем, так что разглядеть его удалось только подойдя практически в упор. Да и то потому, что он шевельнулся.

Это был приятный сюрприз.

До сих пор, правда, пробовать гусятину мне не доводилось, но я точно знал, что внутри этой птицы имеется печень, из которой делают фуа-гра. Говорят, очень вкусная штука.

Странно, но пернатое даже не пыталось улететь, хотя я едва не наступил на него.

Наклонился, чтобы схватить, и тут понял две вещи: во-первых, у птицы повреждено крыло, а во-вторых, это не гусь, а гусыня, сидящая на гнезде.

Да, когда я немного приподнял предполагаемую добычу, под ней обнаружилось четыре довольно-таки крупных яйца.

«Яичница!» – довольным урчанием отозвался мой желудок. И это было соблазнительно, хотя тут же возникла мысль, что яйца, возможно, уже насиженные.

Да, я знаю, есть какой-то народ, который считает блюда из невылупившихся еще птенцов особым деликатесом. Но меня эта мысль почему-то не вдохновила.

К тому же гусыня, бесстрашно закрывающая будущих детей собственным телом… при том, что она уже пострадала в схватке с каким-то хищником… внушала уважение. Ну, а фуа-гра… жили до сих пор без излишеств, не стоит и привыкать.

Хотя…

Озарившись идеей о птицеводстве, я начал придумывать, как перетащить гнездо ближе к месту своей стоянки. Там я бы смог и подкормить птицу, и защитить ее от некрупных хищников. Опять же костер не позволит опасному зверю подойти близко…

В принципе, поднять гусыню было не сложно – не так уж много она и весила.

Но в отрыве от гнезда пернатая тут же начинала биться, и могла совсем угробить свое поврежденное крыло, а это чревато. Вдруг погибнет? Мне что тогда, самому птенцов высиживать?

В итоге сходил за циновкой, перегрузил все найденное на нее и потащил волоком к костру. Птица с мрачной решимостью, видимо уже прощаясь в жизнью, продолжала выполнять свой материнский долг, что меня вполне устраивало. А что? Обзаведусь хозяйством…

Кстати, никто не знает, чем питаются гуси? А то предложенные самоотверженной наседке рыбьи потроха особого восторга не вызвали.

Вроде бы нужно давать зерно, но пока это абсолютно недоступная роскошь.

Поэтому нарвал побольше травы – авось найдет в ней какие-то семена, по возможности замаскировал гнездо, соорудив вокруг нечто вроде шалашика, и, подбросив веток в костер, свалил на реку. Надо было продолжить рыбную охоту.

(Вот не надо шуток на тему, что ловлю рыбы так не называют. Была же книга «Охота на пиранью» и хохма по ее поводу, что при таких раскладах возможна и «Рыбалка на медведя». Мы живем в мире, где всякое случается. Хотя, надеюсь, что медведи в данной местности все-таки не водятся).

Вернулся где-то через час. На душе было не спокойно, все опасался, что бедную гусыню в мое отсутствие кто-нибудь утащит, разорив гнездо.

К счастью, костерок сыграл свою роль охранного оберега, и птища оказалась на месте.

Кучка травы, которую я для нее нарвал, кстати, заметно уменьшилась. Может гуси травоядные? Надо будет водорослей принести. Ведь зачем-то эти птицы живут у воды, значит чем-то там кормятся?

На ужин удалось добыть только две среднего размера рыбки. В отсутствии хлеба или какого-нибудь гарнира – это довольно скудная порция для зрелого мужика. Но не беда, завтра наловлю больше, потому как гусыня вроде бы освоилась в шалашике, и столь сильно беспокоиться о ней уже не буду.

На следующий день, обновив кучку травы для гусыни и подбросив веток в костер, вновь отравился на поиски ништяков. В первую очередь, разумеется, меня интересовала еда. Но и не только. Так что, когда бредя вдоль берега и довольно-таки неосторожно глазея по сторонам, я свалился в овраг с крапивой, то сильно обрадовался.

То есть сначала-то не обрадовался, но потом, когда удалось из этого богатства выбраться и залезть в воду, чтобы кожу не так саднило, тогда да. Моя благодарность судьбе поистине не имела границ. В разумных пределах, разумеется.

Дело в том, что крапива - это своего рода лён для бедных. Помните сказку Андерсена про принцессу, которую злая мачеха выгнала из дома, а одиннадцать ее братьев превратила в лебедей?

Когда в детстве я читал эту трогательную историю, то всегда представлял, что девушка вязала свитера для принцев прямо из сырой жгучей крапивы. Это не так.

Траву требуется нарвать, высушить, потом расцепить ее стволики и извлечь сердцевину. Вот это и будет сырье (кудель), из которого можно прясть нитки. Причем из оборудования требуется только лишь веретено, которое я с помощью ножа легко изготовлю..

Дальше все понятно. Нитки - это настоящий цивилизационный прорыв, потому как из них можно и одежду изготавливать и всякого рода веревки, веревочки и даже канаты. А это такое богатство возможностей… Я даже прижмурился, представляя перспективы.

Но тут со стороны моего оставленного без присмотра костра донесся шум и гвалт. Кажется, моя гусыня опять попала в беду и сейчас отчаянно сражается за жизнь. Перехватив поудобнее острогу, я кинулся на помощь.

Увы, когда я подоспел к месту сражения, гадская лиса уже одержала победу. Единственное, что я смог, это не дать ей утащить безжизненную тушку птицы, с которой уже почти подружился.

В принципе, лисья шкурка могла бы несколько смягчить мое горе, но хищница не согласилась с таким раскладом. Пару раз мне удалось ткнуть ее своим оружием, но критической раны не нанес. Лисица отбежала к зарослям, пошипела оттуда в ответ на мои угрожающие крики и скрылась в кустах. Злодейка!

А я присел над телом гусочки, безвременно ушедшей в страну вечной охоты. Или куда там уходят травоядные?

Блин. А так мечтал заняться птицеводством. Утятки бы вылупились, потом подросли, обзавелись семьями… И я получил бы возможность каждое утро, как английский аристократ, кушать на завтрак яичницу или яичко всмятку. А теперь что делать?

Ладно, в первую очередь надо аккуратно снять шкурку с перьями. И не за ради жестокости или прихоти, а как одеялко для насиженных яиц. Там, на шкурке пух, который хорошо держит тепло. Так что можно попробовать все же сохранить птенцов. Тем более, что большую часть времени гусыня на гнезде уже отсидела. (Может и нет, но мне хотелось думать, что осталось совсем немного, и я справлюсь).

В конце концов, почему не попробовать?

Яйца пока прикрыл подсохшей травой, чтобы не остывали.

А сам, вздохнув, нарезал тушку погибшей птицы на части и нанизал на прутики - буду сегодня есть шашлык. Тем более, что рыбы не добыл, а отходить от гнезда я теперь опасался. С рыжей хищницы станется вернуться.

* * *

Хотя гусочка оказалась довольно-таки костлявой, но все-таки на пару дней продовольствием меня обеспечила. И я потратил освободившееся от рыбалки время на то, чтобы вкопать в землю два столба. Лопаты, разумеется, не было, но удалось два достаточно плоских камня, которым я наловчился сначала разрыхлять землю, а потом отгребать ее в сторону, формируя достаточно глубокие ямки.

Между столбами натянул сплетенную из травы веревку (крапиву я тоже нарвал, но ее, прежде чем пускать в дело, требовалось подсушить и обработать), и туда подвесил появившиеся продовольственные припасы. Теперь можно было не опасаться всяких шуршащих в траве ежиков и прочей мелкой живности, крайне падкой на халяву.

Предполагал, что в дальнейшем на этой веревке буду сушить рыбу. Надо только организовать что-нибудь вроде маскировочной сетки. А то птицы какие-нибудь налетят. Много тут желающих поживиться за чужой счет.

Спать укладывался у костра, придвигая поближе гнездо с яйцами. Не знаю, получится ли у меня высидеть гусят (Боже, до чего я докатился! На яйцах сижу!), но стараться буду до последнего.

Сроки насиживания как ни напрягал память, вспомнить не удалось, но зрела уверенность, что процесс этот не запредельно долгий. Недели две-три максимум. Держа в уме все выгоды предполагаемого птицеводства, я был способен выдержать и больше.

Глава 8 Я остановился, как громом пораженный

Прошло два месяца, и место моего обитания заметно преобразилось. В первую очередь я, подобно Робинзону Крузо, озаботился сооружением забора. Вкопал в землю колья, перевил их прутьями и все обмазал глиной. Сил на это потратил немеряно, но… Был бы я один, не стал бы заморачиваться. Но у меня вылупились гусята, а гадкая лисица никуда не делась. Видать жила где-то поблизости. Нору я не искал, но тяфканье рыжей хищницы слышал. Причем не одиночное. Похоже, у нее еще и лисята были.

Ну, раз такое дело, то рыбьи потроха я вываливал в определенное место за оградой. Пусть кормятся, не жалко. Лишь бы неприятностей не доставляли.

Птенцы вылупились смешные. Желтенькие такие, бойкие. И, главное, у них природой задожено понимание того, что первый движущийся объект, попавший в поле их зрения сразу после освобождения от скорлупы – это мама. Которая будет заботиться, кормить, оберегать, согревать…. Поэтому нужно всюду следовать за ней, а на ночлег устраиваться у нее под крыльями.

Крыльями я пока не обзавелся, но гусят это ничуть не смущало. Так что спали мы в обнимку, что довольно утомительно, так как я боялся лишний раз пошевелиться, чтобы не раздавить детенышей. А с утра отправлялся на рыбалку в сопровождении гусиного эскорта, бодро шустрящего за моими ногами. Причем, двигались они гуськом. В полном, так сказать, соответствии со своим названием.

Я заходил в воду, и птенцы отважно прыгали с бережка следом. В полной убежденности, что мама (то есть я) плохому не научит.

При таком подходе можно было рыбачить сколь угодно долго. Гусята дружной стайкой держались рядом, шурудили клювами по поверхности воды, находя что-то съедобное, глотали жучков, водоросли, и день ото дня набирали вес.

Скажу честно: благодаря этим мелким шустрикам, я постоянно пребывал в отличном настроении, ведь даже в пасмурную погоду они мельтешили вокруг, словно яркие комочки солнышка.

Вечерами, развесив выпотрошенный дневной улов на веревках, сидел у костра и учился прясть. Дело до крайности не хитрое, но требующее сноровки. Нитка никак не желала получаться тонкой и прочной. Но свои клочковатые поделки я наловчился сплетать вместе и получать таким образом веревки, которыми уже можно было пользоваться.

Первое на что я их применил – сооружение укрытия от дождя. Конечно, одежды у меня было немного – только юбочка, чтобы срам прикрыть, и панама на голову. Но в дождь становилось банально холодно, так что крыша над головой существенно улучшила быт.

Потом возникла идея построить плот. Тур Хейердал тоже ведь связывал бревна своего «Кон-Тики» веревками. Чем я хуже?

Тем более, что океанские плавания мне не грозят, а вот добраться противоположного берега реки… Или, возможно, там виднелся остров? Все равно интересно. Мало ли какие открытия меня на нем ждут?

В тот день, вернувшись с рыбалки, я обнаружил лисицу, сидящую возле обычного места. Там, где я постоянно оставлял для ее семейства рыбьи потроха. Вид у Патрикеевны был недовольный, и свое раздражение она высказала достаточно громким тяфканьем.

– По какому поводу скандал? – поинтересовался я, демонстрируя вязку наловленной рыбы. – Сейчас обработаю и получишь свою порцию.

Но лиса этими разумными доводами не удовлетворилась и продолжила ругаться. Такое обращение со мной, царем природы, стоило немедленно пресечь. И я пошел в сторону рыжей хулиганки, намереваясь пинком выразить ей свое мнение о нахальстве некоторых четвероногих.

Однако попытка погнаться за удравшей в кусты лисицей дала неожиданный результат. Неподалеку от того места, где она сидела, на кучке оставшейся от сооружения забора глине, я обнаружил след босой человеческой ноги.

Оп-па!

Как там сказал герой Даниэля Дефо? «Я остановился, как громом пораженный».

Нет, разумеется, если бы я увидел след ноги в ботинке, или хуже того, в солдатском сапоге, потрясение стало бы гораздо большим.

Однако и сейчас внутри буквально все затрепетало.

Первым делом кинулся внутрь моей загородки проверять все ли на месте. Какой-нибудь хищник, забравшийся в мое жилище, мог наделать беды. Но люди всегда и во всем превосходят животных, так что при желании могли вообще вынести все под чистую.

К счастью, неведомые гости оказались деликатны. Я еще в нескольких местах обнаружил их следы, но на мои запасы они не покусились. Хотя кое-что явно трогали и переложили с места на место.

Кажется, надо готовиться к контакту.

Обычно я не особо заморачивался с тем, чтобы выглядеть прилично. Обзавелся только самыми примитивными предметами одежды, которыми пользовался не из соображений красоты или моды, а исключительно для защиты от солнца или от холода.

Но сейчас, в преддверии визита особей моего биологического вида, требовалось создать достойный образ. Чтобы понимали, что перед ними не отчаявшийся босяк, еле-еле сводящий концы с концами, а деловой партнер, с которым стоит налаживать взаимовыгодное сотрудничество.

Итак, что надеть?

У меня имелся головной убор, изготовленный из перьев по типу того, что носят индейские вожди. Выглядел он, правда, не так красиво, как в кино, но все-таки… Я надеялся, что он произведет должное впечатление.

В качестве набедренной повязки приспособил юбочку, изготовленную из крапивы. Я ее связал, как бабушки вяжут свитер, орудуя двумя спицами, вырезанными из прочного дерева. Много времени посвятил этому процессу, философски размышляя о том, что практически волшебным образом превращаю одномерную нить в двухмерную поверхность. Если вдуматься, то настоящее чудо. И я сотворил его собственными руками.

Юбочку неплохо было бы украсить, но чем? Опять перьями? Увы, подобные аксессуары на заднице вызывали у меня самые дурные ассоциации. А больше ничего нарядного под руку не попадалось.

Зато я тщательно подмел территорию и закопал рыбьи кости, разбросанные неаккуратными лисятами.

Кстати, их рыжая мама – молодец! Предупредила о чужаках не хуже сторожевой собаки. Впрочем, лисы ведь тоже принадлежат к семейству псовых, и кто знает, может от волков произошли только суровые собаки типа разного рода овчарок. А симпатичные шпицы, колли и улыбчивые корги имеют в первопредках как раз лисиц?

Даже если это не так, что мешает мне попробовать вывести породу лисо-собак? Волков поблизости (слава Богу!) не наблюдается, а хвостатая рыжуха – вот она. Вдруг получится? Собака – ценнейший помощник. К тому же я всегда с симпатией относился к славному гавкающему племени.

Делегация явилась на следующий день. Если первый визит нанесли как бы разведчики, то теперь передо мной предстала правительственная делегация в составе вождя (здоровый мрачный мужик в гепардовой шкуре) и шамана (старик, увешенный амулетами).

Я встретил их при полном параде: в перьях, в юбке и с копьем. Красавец, что сказать.

После ритуала приветствий присели к костру вести переговоры. Это было мило. Но возникли сложности перевода. И не то, чтобы мои гости говорили на другом языке… Просто словарный запас был крайне ограничен. И попробуйте объяснить, что вам нужно получить да еще торговаться при этом, если собеседники оперируют едва тремя десятками нужных слов.

Я готов был поставлять контрагентам сушеную и вяленую рыбу, а также небольшие куски вязаных из крапивы тканей. Кроме того выставил на торг некоторое количество веревок разной толщины. Взамен хотел получить выделанные овечьи шкуры и хотя бы пару живых овец. В ту эпоху животноводство - это наше все.

Мои немногословные собеседники проявили интерес, но цену сбивали, как одесситы на Привозе. Желая показать, что мои товары не много стоят, вождь демонстративно разорвал две моих веревки. Но тут, знаете ли, на всех не угодишь. Такой буйвол, если дать, и цепь порвет – здоровый мужчина!

Старичок шаман посматривал хитрыми глазками и как бы намекал, что общаются они со мной исключительно из-за собственной доброты. Ибо могли бы просто забрать все, ничего не давая взамен.

Понятно, что в мою пользу говорило знание технологий. Сами-то они, будучи степняками, с рыбой обращаться не умели. Да и изготовление тканей для них долго еще останется тайной за семью печатями.

Но, чтобы сбить цену, оба торговца давили мне на психику тем фактом, что я одиночка. И против даже небольшого племени в тридцать рыл мне не выстоять.

Блин. Даже тут, чтобы тебя не считали чмошником, которого любой может обобрать, приходится демонстрировать силу.

Разумеется, в рукопашную я не пошел – не с моими физическими данными кидаться на такого громилу, как прибывший на торг вождь. Но имелась своя вундервафля.

Я громко свистнул, и мои значительно подросшие гусята ринулись с реки на мой зов.

Понятное дело, они побежали ко мне не пешком по берегу, а поднялись на крыло и…

Взрослый гусь – птица серьезная. Если с лету в вас воткнется десять-двенадцать килограммов живого веса, да еще примется дубасить вас крыльями, то мало не покажется.

Мои гусята еще не достигли полномасштабных размеров, но даже пятикилограммовый живой снаряд производит сильное впечатление.

В общем, эффект получился отличный. Причем главным фактором послужил даже не факт нападения птиц – все-таки в первобытном обществе люди не изнежены и порог боли у них существенно ниже. Гостей потрясло то поразительное обстоятельство, что я (оказывается!) способен повелевать птицами…

Глаза у обоих моих собеседников стали круглыми, как чайные блюдца. Переводя взгляд с моих гусят, которых я отогнал, на головной убор с перьями, украшавший мою голову, они, кажется, вообразили, что я маг и волшебник. Повелитель стихий, так сказать. Способный мановением руки срывать с небес пролетающих птиц.

Ну, а я хотя и принял скромный вид, полностью гостей разочаровывать не стал. Пусть думают, что им повезло познакомиться с великим человеком. (А что? Разве это не правда?)

После этого небольшого происшествия торг пошел значительно продуктивнее. Мы договорились по всем пунктам и решили, что сам акт обмена произведем завтра. Когда представители племени смогут выставить все, что мне полагается по бартеру.

Вечером я отнес лиске двойную порцию рыбы. И пока она с семейством с аппетитом кушала, всячески ее хвалил и говорил ласковые слова. Без особой реакции со стороны рыжих. Но неважно. Лиха беда начало.

И да, своих гусят с реки я обычно подзывал свистом. Всякие умилительные «цып-цып» и «гули-гули» хороши, но на небольших дистанциях. А вот свист над водой распространяется на огромную территорию. Поэтому, опробовав разные варианты, я остановился на этом. Расту над собой!

Спал в эту ночь прекрасно.

Глава 9. Основатель города

На следующий день мне доставили все, о чем мы договорились. И, судя по довольным рожам моих торговых партнеров, я мог бы попросить не две овцы, а больше. Потому как кочующих в степи племен было уже много, и у каждого имелось собственное стадо копытных. А вот рыба и ткани… Блин, да я был в этом монополист!

Ладно, гады. К следующему разу научусь осетрину коптить… За такую вкуснятину они отдадут мне вообще все, что пожелаю. Включая свои бессмертные души. Му-а-ха-ха! (Похож я на Черного Властелина? Нет? Блин…)

Однако же по завершению обмена меня ожидал сюрприз.

Из толпы носильщиков, сбросивших свой груз и сейчас упаковывающих полученные от меня продукты, шаман вытолкнул некую особь. Тощенькую, замурзанную и выглядевшую оборванкой даже на фоне своих соплеменников, отнюдь не обремененных излишками одежды.

Это что, в жены мне такое предлагают? Или в шпионы, чтобы выведала секретные технологии?

Я было насупился, но потом углядел, что вытолкнутая в мою сторону дамочка имеет дефект. У нее одна ножка была кривой.

М-м-м… Стало понятно желание племени пристроить хромоножку к человеку, живущему оседло. Потому как степняки кормились от стад и, следовательно, не только постоянно кочевали, но еще и постоянно бегали, оберегая стадо от хищников и сбивая его в кучку, которую удобно защищать.

А предлагаемая мне девица для таких дел не годилась. Вот и решили сбыть с рук.

Мда.

Кстати, даже поверхностный осмотр показал, что дефект у дамочки не был врожденным. Вероятнее всего это последствия перелома и последующего неправильного срастания кости.

Но, как ни крути, вождь и шаман, получается, поступили гуманно. Не бросили увечную, даже как-то лечили… А теперь сумели нейти ей достойное применение.

А что? У меня очечьих стад пока нет, вот пусть девушка, как положено любой благонравной даме, сидит, прядет нитки и вяжет. Это, кстати, сугубо женская работа.

Обдумав все это, я кивнул вождю и шаману, которые все еще ожидали моего решения, и за руку перевел неожиданный бонус к сделке к себе за спину. Типа беру!

Лица моих торговых партнеров просветлели. И на этой радостной ноте мы расстались. Я повел девицу показывать ей хозяйство, а степняки, увязав, наконец, груз на волокуши, двинулись по своим делам.

Вечером, сидя у затухающего костра, я задумался о великом. Ведь как ни крути, выходит, что сегодня я изменил историю и вошел в анналы, как основатель первого стационарного поселения. Сиречь города.

Пока жил один, такие мысли в голову не приходили. Но теперь…

Кстати, что там сообщает история? Кто указан в древних летописях, как первый горожанин?

Немного понапрягав память, я вспомнил имя и покрылся холодным потом. Ибо Библия однозначно сообщала, что разделение на горожан и пастырей овец произошло еще во времена перволюдей. Конкретно там были два брата, о которых слышали даже неверующие. Первый играл на свирели и ходил за стадом, второй же вел оседный образ жизни. И в один совсем непрекрасный момент посчитал, что брат его пользуется незаслуженной любовью Создателя.

В результате не только проломил безобидному Авелю голову каменюком, но еще и нагрубил Господу, заявив: «Разве я сторож брату своему?».

После чего ушел и основал город.

Я раньше не мог понять, где Каин умудрился набрать жителей для своего города? А теперь сам оказался практически в такой же ситуации. Разве что с каменюками ни на кого не кидался.

Но все же интересно: изменится ли теперь имя в Библии? Или меня будут числить под прозванием, которое уже прославлено, как имя первого в истории негодяя?

Я, разумеется, предпочел бы первый вариант. Но как еще оно повернется, кто знает?

С этими мыслями я откинулся на спину и стал смотреть в небо.

Роскошный куполсловно бы сотканный из черно-синего бархата, мерцающий мириадами звезд, раскинулся надо мной. Прекрасные ночные светила, еще не получившие от людей свои имена, еще не попавшие в сочиненные ими же легенды, мягко светили с небес.

Поразительно. но ведь когда-нибудь мы начнем путешествовать между ними. Пусть до этого еще далеко, но…

Кажется, именно на этой мысли я заснул.

Теперь, когда появился человек, на которого можно оставить хозяйство, я все чаще подумывал о путешествии на другой берег. Неведомое манило меня, обещая географические открытия и приключения.

Устоять перед соблазном было трудно. Ведь по сути, я мог бы стать чем-то вроде доисторического Колумба: открывать новые земли, давать имена островам… В XXI веке таких радостей мы уже лишены. А здесь - полный простор. Положа руку на сердце, кто бы на моем месте удержался?

Остался сущий пустяк: придумать, как мне перебраться через реку.

Да, плот я сделал, но он годился только для путешествий вдоль берега, по тихой воде. И (самое главное) там, где можно передвигаться отталкиваясь шестом от дна. На глубине же такой способ управления плавсредством не годился.

Грести веслом? Неплохой вариант, но потребовалась бы команда минимум из четырех человек, которые расположились бы с правого и левого борта. Плот не лодка, в одиночку на нем не выгребешь. Особенно, если удастся добраться до середины реки, где это весьма неуклюжее сооружение подхватит течение. Река передо мной весьма полноводная, так что человеку не стоит и пытаться меряться с ней силами.

Все время, пока бродил вдоль берега, добывая пропитание для населения города (гы), думал о том, как бы решить загадку.

Вспомнил, что на Кон-Тики был парус. Только вот мне не из чего его сделать. Имеются, конечно, вязаные тряпочки, но их размер годится разве что на флаг. Парус предполагает полотнище значительно большей площади.

Двигатель…

Лодочный мотор я, конечно, не изобрету, но… Лоэнгрин, если верить легенде, использовал в качестве движущей силы лебедей. А у меня как раз птички подрастают. Соорудить им шлейки и вперед. Отлично придумал, верно?

Непонятно, правда, как объяснить им куда плыть. У Лоэнгрина с этим почему-то проблем не возникло, а вот я задумался.

Как быть? Рукой указать? Привесить перед ними на шесте пучок травки?

Не думаю, что мои питомцы настолько глупы, чтобы гнаться за привязанной травой, когда вокруг полно еды. Отпадает.

Что еще можно придумать?

М-м-м… Птенцы уже достаточно подросли, но по-прежнему часто следуют за мной. Привыкли с детства. Значит, если я поплыву через реку, то они, возможно, последуют за мной. И вполне могут потянуть плот.

Хотя, конечно… Как бы не утонуть на таком-то просторе… Да еще и силы течения не знаю. Вдруг мои гуси против напора воды не выгребут?

Мне. конечно, хочется попутешествовать, но жизнь по-любому дороже.

Ладно, если с плаванием на плоту не вытанцовывается, можно соорудить лодку. Но как?

Робинзон Крузо выдолбил таковую из большого дерева. Но у него был топор. И даже, кажется, не один.

У меня же из серьезных инструментов единственный нож с тонким лезвием. Угробить его чисто из любопытства? Вот уж нет.

Ничего толкового не придумав, домой вернулся мрачный.

Завидев мои хмуро сведенные брови, вторая жительница первого на Земле города мгновенно приняла мое скверное настроение на свой счет и вся съежилась. Видно испугалась, что побью или вообще выгоню на фиг. А куда она пойдет, хромоножка?

Тут такие времена, что и здоровому-то в одиночку не выжить. А уж ей… к тому же вырванной из привычной среды… В племени-то о ней хоть минимально, но заботились, а я, слова доброго не сказав, прямо с утра усадил за работу. Сатрап!

Хотя, надо признать, вечером накормил невольную нахлебницу от пуза.

Осознав ошибку, разгладил морду лица и постарался улыбнуться поласковей.

– Рыбу потрошить умеешь? Давай помогай.

Девчонка поспешно отпихнув в сторону неудачную пряжу (я сделал вид, что не заметил какие кудлатые у нее получились нитки), с готовностью подсела ближе к костру.

Мы принялись обрабатывать улов, а я, поглядывая, на соратницу, тихо думал об ее печальной судьбе.

Да, в XXI веке женщина является самодостаточной. Может замутить собственный бизнес или удариться в защиту диссертаций… А тут для женского пола предусмотрена единственная судьба: найти приличного мужа и дисциплинированно рожать детей. Ибо диссертации (на любую тему) пока не в тренде.

А у моей хромоножки и эта стезя (в смысле рожать, а не диссертация) практически недостижима. Кто ее, кривенькую, возьмет?

К тому же и прясть не умеет.

Для этого дела требуется мелкая моторика, которая кстати, напрямую связана с развитием мозга. А с этим беда. Пока могла бегать за овцами, точные движения пальцами не требовались. Это же я, выходец из будущего, пристаю с какими-то невиданными доселе придирками. Как бедной девушке к новой жизни приладиться?

Ладно. Стерпится, слюбится.

То есть не в том смысле, в каком обычно эта фраза произносится. Я лично жениться не собираюсь ни сейчас, ни потом. Но поскольку в нашем городе других жителей пока нет, по-любому придется притираться друг к другу.

Кстати, чтобы вы не думали дурного, сплю я до сих пор в обнимку с гусями. Они так привыкли еще со времен, когда были желтыми пуховыми комочками. Но тогда я согревал их своим теплом, а теперь они греют меня. При отсутствии одеяла – очень неплохой вариант.

За ужином мы беседовали.

Весьма нетривиальное занятие, учитывая что словарный запас моей согражданки примерно соответствовал уровню Эллочки Людоедки. Причем большинство слов так или иначе соответствовало уходу за овцами, а я от этих понятий бесконечно далек.

В общем, разговаривали, как иностранцы. На разных языках. Гы.

Впрочем, удалось выяснить, что даму зовут Яла. Я представился, как Ыых. В первую очередь потому, что сложно составные имена типа Сергей Николаевич Первопрестольский здесь появятся еще очень нескоро. Пока местные жители обходились чем-то односложным.

Как бы то ни было, общение прошло успешно и даже оставило некий приятный осадок.

В конце, когда я жестом показал, что пора и на боковую (тем более, что мои гуси давно уже улеглись), Яла на своем языке попыталась мне что-то сказать. А поскольку я не понял, она перешла к пиктограммам. Начертила на земле две параллельные линии. Потом в верхней трети пересекла их четырьмя более короткими черточками. А в нижней трети нарисовала еще одну линию, совсем короткую, расположенную наискосок.

Некоторое время я разглядывал рисунок, силясь понять что это такое. И вдруг озарился: катамаран!

Точно! Спущу на воду два бревна, над ними на колышках закреплю грузовую палубу. На ней к тому же будет удобно сидеть и грести веслом (короткая косая палочка), как на каноэ.

А поскольку в воде будет не весь неповоротливый плот, а только два бревна, на которые он будет опираться, конструкция получится маневренной и способной к быстрому перемещению.

Гениально!

А еще говорят, что женщины не умеют абстрактно мыслить.

Зря, зря столько столетий их принижали в правах и запрещали голосовать. Я вот всю голову сломал, придумывая как построить удобное в управлении плавсредство, а тут…

Чувствую, земная цивилизация просто немыслимым темпом рванула бы вперед, если бы глупые мужики не узурпировали за собой право на изобретения.

Глядя на мое, озарившееся радостью лицо, Яла тоже несмело заулыбалась.

А я встал и торжественно пожал ей руку. Жаль только, что прочувствованную речь вроде тех, что произносят нобелевские лауреаты при вручении премий, дама не поняла. Что несколько смазало эффект.

И когда я повторил жест, указывающий ей на ложе возле овец, она как-то вся поникла. Видимо рассчитывала на большее с моей стороны. Но что я могу? Надо расширять словарный запас, добиваясь взаимопонимания. Все же передо мной, похоже, гений масштаба да Винчи!

(Впоследствии, правда, выяснилось, что она вовсе не катамаран мне рисовала. А я-то удивлялся, почему косая палочка, изображающая весло, такая короткая…)

Глава 10. Бусы и аборигены

Итак, катамаран… Чтобы его соорудить, требуется преодолеть целый ряд трудностей. Во-первых, надо срубить два хороших дерева, которые станут опорами. А это предполагает наличие топора, пусть даже и каменного.

Далее, чтобы воткнуть в бревна колышки, на которые будет опираться грузовая плуба, нужно сделать углубления. Потому что просто так деревяшку в дерево не вбить. Ножом я ковырять эти углубления точно не буду, чтобы не загубить ценный инструмент. Значит, опять-таки требуется каменное зубило.

Помнится, где-то читал, что первобытные люди ямки в бревнах не ковыряли, а выжигали. И, вроде бы, даже целые лодки делали, выжигая в достаточно большом древесном стволе полость нужного размера.

Буду пробовать все варианты. Какой окажется более эффективным, тем и буду действовать. Но пока очевидно только одно: на сооружение катамарана потребуется чертова уйма времени. А рыбу ловить кто будет?

Нам ведь ежедневный улов требуется не только для личного потребления, но еще и на обмен. Придут в следующий раз кочевники с товаром (хочу дополнительно пару шкур выменять, надоело спать под слоем травы), а мы им что предъявим? Недоделанный катамаран?

В поисках помощника взор мой самым естественным образом остановился на Яле. Ну, в самом деле, раз прясть у девчонки не получается, может в хождении с острогой она сумеет себя проявить?

И тут выяснилось, что моя горожанка не умеет плавать.

То есть по колено (и даже по пояс!) в воду ей заходить доводилось, но глубже – ни за что!

А рыбалка дело такое – иной раз приходится плескаться достаточно далеко от берега.

Что же делать?

Решил следовать завету Владимира Ильича. Помните, как он говорил: «Учиться, учиться и еще раз учиться». Осталось только заманить хромоножку в воду.

Помню рассказы пацанов о том, что обучение девушек плаванию – дело весьма эротичное. Во-первых, во время учебы на обоих (учителе и ученице) одежды имеется самый минимум. Во-вторых, девушку, когда она начинает тонуть нужно подхватывать (и порой под самые волнующие места), а это чаще всего перетекает в объятия и… даже в самые что ни на есть интимные положения тел. Сколько свадеб состоялось после таких обучений!

Сложность для меня заключалась в том, что Яла, несмотря на полученную травму, заметно превосходила меня физически. Тут вообще народ коренастый, крепкий… Не знаю, как насчет горящей избы и коня на скаку, но…времена тургеневских девушек, падающих в обморок от неосторожного взгляда, долго еще не настанут.

И как мне эту культуристку, которая имеет бицепсы почти как у Шварценеггера, затащить в воду?

Проблема на проблеме!

Ладно. Попробую выменять топор у кочевников, когда те прибудут на следующий бартер. А пока будем готовить товар.

В итоге усадил барышню плести веревки (это дело менее тонкое, чем изготовление ниток, так что должна справиться), а сам решил сплавать на плоту в соседнюю заводь. Здесь, в окрестностях города (как звучит!) я крупную рыбу уже повыбил, надо искать новые участки.

Увидев, как я стоя на хлипком плоту, почти полностью залитом водой, отталкиваюсь шестом от берега, оставленная на внутренних работах дама взволновалась и побежала меня провожать.

Вышло трогательно. Почти по Гомеру: герой отправляется в путешествие, а верная Пенелопа машет ладошкой, как бы предчувствуя долгую разлуку.

Ну, я-то планировал вернуться не через двадцать лет, а уже к вечеру, но как это объяснить при катастрофическом недостатке словарного запаса? Эх, надо учить даму разговаривать. В конце концов, мы, горожане, должны отличаться от окружающей деревенщины более высокой культурой. Разве не так?

В соседней заводи, куда из-за густых зарослей колючего кустарника по суше добраться было проблематично, меня ожидало небольшое открытие.

Нет, не эпохального плана, но все-таки.

Вода подмыла высокий берег, значительный пласт земли обвалился, открыв срез слоев разноцветной глины.

Это выглядело удивительно и в чем-то даже красиво.

Как будто художник готовил палитру, смешивая краски и создал вот такой абстракционистский шедевр.

Я решил не проходить мимо. Глина - вообще полезная штука. из нее и посуду можно сделать, а при должном терпении даже кастрюльку. И тогда.. О! Можно будет насладиться вкусом ухи. А это, дорогие мои… в условиях прекрасного на природе аппетита, запаха дымка и при неограниченном количестве рыбы благородных пород… Это, друзья, просто сказка.

Причем насквозь добрая и с прекрасным концом.

В общем, полез ковырять глину.

Лазая по обрыву, перемазался, как черт, но зато набрал комочки всех цветов, до которых смог дотянуться. Попробую помимо мисок-крынок еще и бусы сделать. Если получится, подарю даме. Пусть и у хромоножки будет в жизни какая-то радость.

Заодно и перед кочевниками можно будет понтануться. Пусть видят, что мы не какие-то нищеброды. У нас и украшения есть!

Вечером, скатывая из глины шарики разных размеров и скрупулезно протыкая каждый палочкой, думал, что пора бы озаботиться созданием карты. Колумб я или не Колумб?!

Вопрос только в том, на чем рисовать. Бумаги нет, шкуры используются, как одеяла, то есть постоянно при деле…

Робинзону легче было. Он карт не рисовал, а календарь легко вести, просто прорезая на древесном стволе разные по высоте палочки. В будни – короткие, в выходные – длинные.

То есть календарь можно делать линейным (вдоль бревна. Гы). География же (сиречь землеописание) изначально требует простора. И как быть?

Была бы поблизости скала, опробовал бы на ней что-то нарисовать. (Высекать каменным топотом не стал бы и пробовать. Столь монументальный труд не для меня).

Скалы не было.

С берестой в здешних краях тоже напряженка. Насколько помню, исконно русские деревца растут существенно севернее, так что этот писчий материал пока недоступен.

А у меня, блин, только нитки в руках.

Тряхнул раздосадованно пряжу, которую в данный момент растопыривал на пальцах… И тут меня озарило!

Кипу!

У южно-американских индейцев, помнится, было такое узелковое письмо. Тоже, видать, не могли найти на чем бы писать, вот и придумали. Суть такова: берется достаточно длинная веревка – это как бы поток времени, пронзающий мир от начала времен и до последнего дня (красиво сказал!).

На равных расстояниях, ибо время течет равномерно, привешиваются вертикальные шнурочки с узелками, символизирующими разные события.

В целом получается нечто вроде летописи. Разного рода узелки, вплетение в них каких-либо корешков или бусин символизируют свершения каждого дня. Надо только помнить, какой узел что означает.

Кстати, не отсюда ли пошло выражение «завязать узелок на память»?

Однако, надо разработать какую-никакую азбуку. А то потом запутаюсь в узелках и будет, как в высказывании Марка Твена: «Ума палата, да ключ потерян».

Сел лепить глиняную табличку, на которой доступно все опишу.

Кстати, я ведь собирался послание в будущее оставить. Так что глиняные таблички придется заготавливать в товарных количествах. Большие листы из столь ненадежного материала не изготовишь, а мелкий шрифт технически невозможен. Значит, раз на каждом листе много информации не уберется, нужно брать количеством писчего материала.

(Представил, как через много столетий многомудрые археологи прочтут мои нетленные слова. Что-нибудь типа «Товарищ Сталин, я вам докладываю»… Гы).

* * *

Все бусины после обжига на костре получились одинакового цвета. Видимо разнообразие глине придавали некие органические вещества, которые в огне банально выгорели.

Тем не менее, собрал все на нитку и торжественно преподнес даме.

Обрадовалась. Посмотрела с милым кокетством. Вообще-то, весьма непривычно, когда кто-то комплекции незабвенного Шварца строит тебе глазки, но, как ни странно, начинаю к ее богатырской стати понемногу привыкать.

Отправился опять добывать рыбу и там, в процессе, задумался о плетении корзин. Чтобы бродить с острогой нужно время. А рыболовные «морды» работают самостоятельно: утром установил, вечером забрал добычу. Учитывая, какой объем улова мне требуется для обмена с кочевниками, весьма рациональное решение. Надо даму научить – у нее руки крепкие и не такие нежные, как у меня – удобно будет прутья гнуть.

Вернувшись к обеду, заметил, что Яла переминается на берегу, словно бы чего-то от меня ожидая.

Хм… Будь это в моем времени, я бы подумал, что она платье новое купила и ждет оценки… Или. что сегодня юбилей со дня нашего знакомства… Ну, вы знаете, как много значения женщины придают всяким пустякам типа «Как ты мог не заметить, что я выщипала брови».

Но сейчас, в первобытном обществе я, казалось бы, мог быть свободен от подобных наездов?

Оказалось, что нет.

Наученная мною плести веревки, Яла изменила прическу. Она наплела косичек и теперь ожидала, что я это позитивное изменение в ее облике оценю.

Ага, как же. Ну косички… Казалось бы, что может быть естественнее?

Не учел, что в этом мире подобная прическа создана в первый раз.

Пришлось утешать.

Слова, которые я произносил, типа «очень красиво», «ты вообще неотразима, практически «Мисс Вселенная» и тому подобное, в большинстве своем были даме непонятны. Но интонации она уловила.

Впрочем, полное утешение произошло уже в горизонтальном положении.

И, кстати, все оказалось не так уж и страшно. А через какое-то время, необходимое для притирки, очень даже вполне.

После же завершения процедур Яла стыдливо призналась, что она дочь вождя.

Ага.

С одной стороны это объясняло, почему девушку со столь серьезной травмой не оставили умирать, как бесполезную для племени, а лечили и худо-бедно кормили. Хотя и явно недостаточно. Это сейчас на моих харчах она несколько восстановила форму, а поначалу напоминала крупногабаритный скелет.

С другой…Вождь по определению самый сильный мужик племени. Удивительно ли, что свое высококачественное семя он стремился посеять в максимальное количество доступных влагалищ?

Это евгеника*, Карл!

*Евге́ника (др.-греч. слово, означающее: «хорошего рода», «благородный») — учение о селекции применительно к человеку, а также о путях улучшения его наследственных свойств.

В мое цивилизованное время евгеника считается очень плохой, а политически даже позорной теорией. Типа «деление людей на сорта», «расизм» и тому подобное. Но в первобытные времена, когда люди еще не определились окончательно: оставаться ли им людьми или вернуться в состояние обезьян, такая практика позволяла накапливать в потомстве полезные человеческие (!) свойства.

Впрочем, эта проблема и в XXI веке является актуальной. Хотя уже не в генетическом смысле.

Но не будем отвлекаться.

Так вот: самый жизнеспособный самец (мужчина) оставляет многочисленное потомство, а неудачник нервно плачет в сторонке.

Кстати, не отсюда ли произрастают корни знаменитого «права первой ночи»? Ведь обычно аристократ выгодно отличался статью от подчиненных ему черных крестьян. И поочередно проводя ночи с каждой более-менее симпатичной крестьянкой он банально улучшал породу подчиненного ему населения. Чем не вариант?

* * *

Следующего торга мы ожидали не ранее, чем через два месяца. Просто потому, что кочевники перемещаются по степи не просто так, не по произволу. Они идут за стадами. Объели овцы траву на близлежащей территории – пора перемещаться на свежее пастбище. А назад они вернутся не раньше, чем восстановится травяной покров. То есть через достаточно длительное время. И сроки им, кочевникам, прекрасно известны.

Но, как оказалось, «слух обо мне прошел по всей степи великой». Встретившиеся при перекочевке племена обменялись кое-какими товарами, а заодно и информацией о том, где нахожусь я, как первоисточник прежде незнакомых благ.

И вот, в один прекрасный день, вернувшись с рыбалки, я застал возле своего очага парочку молодых незнакомцев.

На мою Ялу они по-мужиковски поглядывали, но без особого вожделения – оценили ее некондиционную ножку.

Здесь народ о генетике пока ничего не знает и, видимо, опасается, что инвалидность способна передаваться половым путем. А это первобытным людям совсем ни к чему. Во всяком случае, рисковать никто не хотел. Но это и к лучшему. Не придется вразумлять неразумных аборигенов ударами по бестолковым головам.

В процессе общения выяснилось, что новоприбывшие явились договариваться о поставке товаров. Их интересовало все, что я выдал предыдущему племени, плюс ко всему они захотели бы получить еще и бусы.

Сие украшение, гордо красовавшееся на Яле, произвело неизгладимое впечатление. Ведь до сих пор кочевники могли дарить своим дамам только сухие косточки, перья и разноцветные камешки. А камешки с дырочкой, встречавшиеся достаточно редко, вообще проходили по категории «Отпад!».

Я мгновенно просек тему и сделал себе мысленную зарубку, что надо еще ракушки начать собирать. В степи таковые не встречаются, а в качестве подарков дамам подходят идеально. Ибо красивы. Перламутр, то, сё…

(Знал бы я, что красивые раковинки очень быстро будут изъяты у женщин, и перейдут в разряд платежного средства. А я, как житель побережья, богатого данным ресурсом, окажусь в положении Соединенных штатов, обладающих неограниченным запасом валюты. Гы. Магнат, елки, Бреттон-Вудский*!)

*Бреттон-Вудская система, Бреттон-Вудское соглашение (англ. Bretton Woods system) – международная система организации денежных отношений и торговых расчётов, установленная в результате Бреттон-Вудской конференции, проходившей с 1 по 22 июля 1944 года. Сменила финансовую систему, основанную на «золотом стандарте».

И-эх,, наберу ракушек, насверлю в них дырочек (вот и штопор пригодится!) и буду продавать связками. Забогатею немеряно!

Может даже кожаные штаны себе заведу. А то надоело ходить, звеня колокольчиками.

Это шотландцы любят (точнее, полюбят через несколько веков) носить юбки. В них по горам лазить удобно, потому что такая одежда не рвется на заднице, когда нужно задрать ногу на скалу. А в нашем климате штаны куда предпочтительней. Когда их носишь, может не беспокоиться, что в попу надует холодным ветром.

Кстати, непонятно почему кавказцы, которые тоже по горам скачут, как сайгаки, не отказались от порток? Какая-то загадка.

Хотя, я слышал, что столь сложная в изготовлении деталь гардероба была изобретена с появлением всадников. При езде на лошади пятая точка и внутренняя часть нижних конечностей (ляжки) нуждается в дополнительной защите. Брюки (портки, джинсы) здесь ничто не заменит. А на Кавказе лошадь – любимейшее средство передвижения.

Кстати, надо бы разузнать: может предки копытного транспорта уже встречались кому-либо из кочевников? Я бы хорошо заплатил даже за информацию!

* * *

Увеличение спроса на товары, производимые в моем городе (как сформулировал, а?) ребром поставило вопрос об росте оседлого населения.

Обеспечивать сушеной, вяленой и копченой рыбой два племени я, если постараюсь, кое-как смогу. Но явно просматривается перспектива, что на торг вскоре явятся и другие сообщества, выпасающие свои стада в ближайших окрестностях. И что тогда? Начнется война за недостаточный ресурс?

Подобного развития дел мне бы не хотелось. Поэтому я постарался объяснить пришельцам, что готов принять под свою руку несколько новых горожан. Может это будут подростки… Или наоборот старики, из-за возраста утратившие резвость в передвижениях. Мне главное, чтобы у них руки были в порядке. И еще желателен незлобливый характер.

Меня вроде бы поняли и покивали, обещая решить вопрос. Ну, будем ждать.

* * *

Бродя в очередной промысловый день вдоль берега с острогой, я печально размышлял о своей незавидной судьбе. Как скучно я живу! Каждое утро выполняю одни и те же телодвижения: установить рыболовные корзины, потом завтрак из осточертевшей рыбы (мяса хочу!) без хлеба и соли. Затем целодневное брожение по воде, где сверху беспощадно палит солнце, от которого нет защиты (лопух на голове не в счет).

Вечером бесконечное прядение, вязание и скручивание веревок. И так ежедневно без выходных. Ей богу, тружусь как последний раб на галерах!

Из всех радостей – торопливый секс (на что-то серьезное сил уже не остается) и, время от времени, робкая улыбка моей физкультурницы.

И, главное, деться мне не куда. Город еще только зародился. Он сам себя не построит.

Если верить науке, то мне еще предстоит покорить все окрестные племена, стать для них верховным авторитетом и князем. И основать тем самым первое государство.

Честное слово, я бы лучше сбежал.

Собрал бы себе катамаран и пустился наудачу в плавание, открывать новые земли, давать названия островам, рекам, а потом и морям. Но…

Но раз взвалил на себя тяжкую ношу прогрессорства, хоть пищи, да тащи.

А в книгах про попаданцев, которые я во множестве читал в прежней жизни, все было не так трагично.

Там герой, как правило, занимался в основном собственным развитием. Накачивал мышцы, продвигался по карьерной лестнице…

Мне же, для того, чтоб продвинуться, надо сначала эту лестницу построить.

Хотя мышцы я таки накачал! Тут не поспоришь. Целыми днями физически тружусь на свежем воздухе… При таких условиях любой хиляк плечи расправит.

Если, конечно, не отбросит тапки от перенапряжения. Гы.

Но сколько бы я мысленно ни ныл, к торгу мы подошли во всеоружии.

Я, помимо прочего снаряжения, дополнительно украсил себя связкой перламутровых ракушек.

Яла же вообще выглядела блистательно: прическа из затейливо уложенных кос (Юлия Тимошенко обзавидовалась бы), сверху элегантно воткнуты перья. На шее глиняные бусы, на бедрах шикарная ткань из крапивы. На больной ножке интригующая повязка из шкуры осетра…

Глаз не оторвать!

Пришедшие на торг аборигены просто таки застыли, потрясенные нашим богатством и роскошью одежд.

А то! Чай мы - город!

Сели торговаться. Процесс шел достаточно сложно, ибо каждый хотел получить за свое как можно больше чужого…

И где-то часа через два шаман пришлого племени продемонстрировал мне нечто абсолютно забойное – кусок самородной меди.

Не слишком большой, где-то с мой кулак размером, но… Это же металл!

Конечно, я заинтересовался.

Но самое поразительное выяснилось уже через пару минут. Оказывается, хитрожопый первобытный шаромыжник хотел получить за свою фиговину… Вы не поверите! Он предлагал поменять самородок на мой нож.

Давно я так не смеялся.

Конечно, шаман видел мой супердевайс только в сложенном состоянии. И принимал его за камешек необычной формы. Практической пользы он в нем не предполагал, но сообразил, что вещь уникальная. Так что, возможно, он предполагал использовать элитный швейцарский нож в каких-то своих магических ритуалах, дабы производить особое впечатление на соплеменников.

Я прекрасно понял его стремления, но расставаться с ножом не желал категорически. Даже когда в дополнение к медному слитку мне предложили барана и овцу с двумя ягнятами. Бараны везде есть, а вот нож из XXI века… Короче, несравнимые величины.

Торг, впрочем, продолжился и завершился достаточно успешно. Я получил три каменных топора, одно каменное зубило и скребок для шкур. Последний особо приглянулся Яле, и хотя сырых шкур у нас пока что не было, я не стал спорить с женщиной. Может у нее какие-то особые воспоминания связаны с этим инструментом, так что пусть порадуется.

Глава 11. Матриархат и пришлый шаман

В качестве дополнительной рабочей силы мне выделили двух подростков. Не знаю, чем руководствовались вождь и шаман их племени… Возможно, они просто учли пожелания самих мальчишек, которых до глубины души потрясла богатая городская жизнь.

Как бы то ни было, дармоедами новые горожане не стали. Один с энтузиазмом присоединился к процессу ловли рыбы, второй предпочитал дела по хозяйству – плетение корзин, скручивание веревок, потрошение рыбы и развешивание рыбьих тушек над костром… Занятие скорее муторное, чем интересное. Но пацану нравилось. Ну и ладно, нам с Ялой меньше забот.

Прясть она, кстати, так и не научилась, а я задумал изобрести простейший ткацкий станок. Сложности в этом устройстве никакой нет, но мороки – целое море, потому что для того, чтобы получить полотнище более-менее приличной ширины, надо ровно и аккуратно натянуть чертову кучу ниток. Причем так, чтобы они не провисали и не путались. А учитывая тот факт, что нитки у нас не отличаются особой ровностью – ручная пряжа, знаете ли, сильно отличается от заводской – провозился я с этим устройством долго. Но очень уж хотелось сотворить парус… Мечты, мечты…

Мальчишкам рассказал, что буду строить катамаран, чтобы переплыть расстилающуюся перед нами реку. Идея их потрясла. Для них водное пространство такой ширины казалось абсолютно непреодолимым. А мои пояснения и начертанные на песке схемы задуманного плавсредства были восприняты, как труды Циолковского, предложившего землянам выйти за пределы атмосферы и освоить космическое пространство.

Честно скажу, их благоговейный трепет и восторженные восклицания, порожденные смелым полетом моей мысли, изрядно мне польстили. Приятно, когда тебя воспринимают как человека, способного… как там в песне?.. покорять пространство и время.

Пусть даже я и не особенно это заслужил. Хотя, насчет времени…

Черт, а мне ведь и не особо хочется возвращаться в свой XXI век. Кем я там был? Менеджер по продажам, каких на каждом квадратном метре пруд пруди.

Здесь же я уникум! Первооткрыватель и первопроходимец. Основатель городов, человек, с которым советуются вожди, и на которого с благоговейным восхищением смотрят подчиненные.

Никакого сравнения, согласитесь.

Сообщение от автора: Данное произведение завершено. Выкладывать его на АТ целиком не хочу, так как коммерческий статус мне здесь не дают. А хочется получить хоть какую--то денюшку за работу.

Поэтому те, кто желает прочесть текст целиком, напишите мне в личку. Договоримся.