Аргонавты

Глава 1

Солнце достигло зенита, когда молодой человек по имени Ясон, едва не сгибаясь под тяжестью корзины с уловом и при этом пританцовывая, вошел под тень «навеса», где седой кентавр чинил рыболовные сети.

Хирон, так звали старого кентавра, воспитавшего не одно поколение героев, делал так не один раз. В смысле чинил сети, порванные вот этим мальчишкой, Рыбак тот был, прямо скажем, так себе. Рвал сети почем зря, чуть ли не каждый день. Но сегодня, определенно, особый день, так как он ушел вообще без сети, видимо просто позабыв ее, но… неожиданно вернулся с добычей.

— Дядя Хирон! Дядя Хирон! Я сумел! У меня получилось! — юноша чуть не приплясывал от возбуждения.

— Что такое, мой мальчик? Ты наконец поймал морскую нимфу? И та коварно научила тебя забавным штукам, которые, в твоем возрасте, уже давно пора бы познать? — Хирон хрипло заржал. Что ни говори, а его животная сущность иногда вносила своеобразный эмоциональный окрас в его обычно мудрые речи.

— Да нет же! — Ясон вспыхнул, как девица, и скинул корзину с плеча наземь. — Просто сегодня рыба будто сама прыгала мне в руки. Даже сети не понадобились. Только корзину успевал подставлять. Никогда такого не видел!

— Хм, — кентавр поскреб за ухом и с сомнением посмотрел на юношу. — К чему бы эта милость богов?

Молодой человек, продолжая приплясывать, схватил глиняный кувшин и жадно отпил. Потом, скривившись, поставил на место, — фу, обычная вода…

— Можно подумать, что ты когда-нибудь пил что-то иное. Да, виноградники здесь не растут… — Хирон развел руками, — так что где тебе было вкусить тончайший вкус благословенного напитка, полученного из золотистых ягод, лозы, взошедшей на обильно окропленной благодатными дождями хорошо унавоженной почве, давшей щедрый урожай плодов, созревших под солнцем и накопивших восхитительную сладость. Которым позднее, в процессе брожения, вызванного результатом жизнедеятельности мельчайших организмов и бесконечно мучительного ожидания, было предначертано преобразиться в божественный нектар… О, Амбро-о-о-зия! — Хирон мечтательно прикрыл глаза и зачмокал губами.

Юноша зачарованно слушал. Потом сглотнул и выдохнул: — Ох, дядя, ну и сладко же ты рассказываешь про это. Я же и впрямь кроме воды не пил ничего больше, но вот прямо-таки чувствую вкус этой твоей амбро-о-о-зии. Меня с нее вроде даже покачивает! Я иногда путаюсь и теряюсь, когда ты так длинно сочиняешь, но вот после этих твоих рассказов… ну, других, к примеру… про прекрасных нимф и проказливых сатиров, я даже спать не могу — все мне что-то мешает, особенно когда с боку на бок ворочаюсь…

— Ну, в твоем возрасте это нормально. — пожал плечами Хирон.

— Ах да, про возраст-то я и хотел сказать. — Ясон выпрямился, кажется даже привстал на цыпочки и уперся головой в крышу навеса, отчего та даже немного приподнялась. — Ты знаешь, что сегодня за день?

— Ну, — Хирон смерил юношу взглядом, потом посмотрел на жердь, поддерживающую крышу, и посчитал зарубки на ней. — 5. 12… 18… 19… Да неужто сегодня тебе исполнилось двадцать? Ха, наконец-то! Ну, хвала богам, дождался! — Хирон от избытка чувств аж встал на дыбы, чуть не опрокинув шаткий навес и трубно заржал.

— Это, кстати, многое объясняет, — перестав смеяться сказал он и кивнул на корзину с рыбой.

И тут… неожиданно повернулся ко мне.

— Орфе-е-ей, — ехидно пропел он, — я тебя вижу-у-у. Выходи-и-и!

— Всем здрасти. — я, с виноватым видом, вышел из кустов, где прятался все это время, наблюдая за явлением героя и и придумывая начало его истории. Хотя вот это бла-бла-бла про вино из винограда, который здесь не растет, возможно получилось несколько затянуто.

— Орфей? Дружище! Ты? — вскричал обрадованный Ясон и бросился обниматься. Сдавленный тисками его объятий я еле выдавил обращаясь кентавру.

— Не думал, учитель. что вы заметите. Я все же… старался… быть скрытным… ох, Ясон… да отпусти же меня уже!

— Хр-р-р! У меня звериное чутье! — старик по-лошадиному раздул ноздри и фыркнул. — Не забывай, что я наполовину конь! А ты, — он подвигал ноздрями и фыркнул — по всей видимости, еще и давно не мылся.

— Ммм… Путь был неблизким, учитель… — смущенно промямлил я, потирая помятые ребра.

— К тому же там, сидя в кустах, — продолжал обличать старик, — ты довольно громко бормотал себе под нос. Что-то про нас с Ясоном, рыбу и вино. Я не понял к чему это, но впрочем, начало и стиль мне понравились.

Я смиренно потупился. Похвала старого рассказчика, мне — скромному поэту и певцу, была приятна.

— Так вот, — Хирон назидательно поднял палец — Поскольку все мы здесь так или иначе собрались, и, совершенно очевидно, что не случайно, а, по причине совершеннолетия вот этого юноши, — он повернулся к Ясону, — я, наконец-то, открою тебе, мой мальчик, великую тайну твоего происхождения…

— Но… дядя Хирон, ты эту тайну открывал мне уже сотню раз! — Ясон скривил лицо, словно откусил половину лимона. — Фактически, ты каждый год рассказывал мне эту историю с коварным Пелием, обманувшим моего отца, делая очередную зарубку вот на этом шесте.

— Всего лишь 19 раз! — невозмутимо возразил кентавр. — Впрочем, раз ты и так все знаешь, буду краток — ты вырос Ясон, возмужал и научился ловить рыбу — моя миссия выполнена. И не подумай, что это было легко.

— Но… — Ясон даже захлопал глазами от неожиданности. — Я… я очень плохо ловлю рыбу!!!

— Рыбу? Какую еще рыбу? Я сказал — рыбу? — Хирон округлил глаза и недоуменно посмотрел на меня. Я, еле сдерживая смех, молча развел руками и кивнул.

— Хм… Вероятно, я должен был сказать что-то вроде: «владеть копьем и мечом»? Я точно знаю это, я репетировал много раз! — Хирон топнул копытом, опрокинув корзину с рыбой и набычившись, недобро посмотрел на нас. Мы на всякий случай попятились.

Тот выдержал ужасающую паузу — так он это называл, потом лукаво взглянул из-под кустистых бровей и заржал. Ну натурально по-конски. В смысле, громко и протяжно. И так всегда, не поймешь когда он всерьез, а когда прикалывается.

— Ясон, — серьезно сказал кентавр и возложил руки на плечи юноше. — Шутки шутками, но час пробил. Ты отправишься в Фессалию, в славный Иолк — город твоего отца. Настало время тебе заявить о своих правах на этот город и эту страну. Ты готов. Я научил тебя владению копьем, и мечом, искусству врачевания и еще многому тому, что тебе не понадобится, потому что на мой взгляд, ты еще довольно юн и порядком бестолков. Но у нас был договор с твоим отцом, и он исполнен по достижению тобой 20 лет.

Договорив, он схватил нож, лежащий перед ним на столе с разложенной рыболовной сетью и с быстротой молнии метнул. Тот вонзился в шест ровно в том месте, где следовало провести черту. На палец от головы Ясона.

— Да, учитель. — Ясон не дрогнул и почтительно склонил голову, признавая мастерство и волю старого мастера. На его глазах блестели слезы.

— Орфей. — Старик повернул голову ко мне и испытующе посмотрел мне прямо в душу, отчего та затрепыхалась и чуть не выпала в промежность.- Составишь ему компанию.

— Да, учитель. — я перевел дух и тоже украдкой смахнул слезу.

— Вас ждут великие дела и славные подвиги, дети мои. Но и многие печали также не минуют вас. Держитесь друг друга. И помните — удача слепа, власть — переменчива, любовь коварна. Лишь дружба крепка. Ясон, Орфей, найдите себе верных товарищей — их сила умножит вашу.

— Да, учитель, — хором сказали мы, чуть не рыдая и бросились к нему обниматься. Что ни говори, а мы любили его.

Кентавр удовлетворенно кивнул и прикрыл глаза, погрузившись в свои мысли. Кажется даже заснул. Мы постояли некоторое время, потом повернулись, чтобы тихо уйти, когда Хирон окликнул:

— Да, Ясон! Я тут вспомнил… Ты должен явиться в Иолк в одной сандалии.

Мы с Ясоном переглянулись. Вот что сейчас было? Он снова прикалывается?

***

Я сидел в таверне у главной площади Иолка и потягивал вино, ожидая задержавшегося на переправе Ясона. Какая-то старушка пыталась перейти вброд бурные воды Анавра и мой друг вызвался ей помочь. Я же, отправился вперед, чтобы произвести разведку, узнать настроения в городе и часы приема Пелия — правителя Иолка — нам с ним было о чем потолковать. Но, по-видимому, одинокая женщина оказалась очень благодарна за неожиданную помощь, так как парня не было вторые сутки. Я уже начинал беспокойно поглядывать на большие солнечные часы, когда громкие крики, долетевшие с площади, привлекли мое внимание.

— Смотрите, смотрите! У парня одна сандалия!

— Но какой же он красавчик!

— Эй, юноша, где ты потерял вторую сандалию?

— Боги, как же он мил, вы только посмотрите!

— О-о-о!

Услышав про одну сандалию, я сразу вспомнил напутственный совет Хирона и понял, что наконец-то дождался явления нашего героя.

А вот и он сам. Вы только посмотрите! Высокий, стройный, красивый, в шкуре горного леопарда, перекинутой через плечо. С двумя копьями в руках, (ну, это я в спешке забыл свое на переправе), Ясон шел через площадь, высоко подняв голову с длинными золотистыми кудрями и олицетворяя собой, если не самого лучезарного Аполлона, то несомненно земную его копию. Прекрасный вид портило лишь отсутствие левой сандалии на его мускулистой ноге.

— Ах, как хорош! — часто задышала полноватая женщина средних лет, вся в золотых украшениях, что определенно выдавало в ней жену торговца ювелирной лавки.

— О-о-х, мамочка! — зарделась ее взрослая дочь, машинально теребя завязки короткого хитона.

— Мама, мама, хочу такого папу-у-у! — захлопало в ладоши ее белокурое чадо.

— Ох ты ж, золотко! — умилился и я.

Народ расступался перед идущим героем, как волны расходятся перед утесом, и вот Ясон оказался на середине площади.

Оглядев собравшуюся толпу, он набрал в грудь побольше воздуха и неожиданно высоким фальцетом выдал:

— Граждане благословенного Иолка! Ясон, сын Эсона, приветствует вас! Я пришел, чтобы заявить о своих законных правах на этот город и править вами мудро и справедливо! — Юноша, смотрел на горожан с высоты своего великолепия и был явно доволен собой.

Над площадью, да кажется над всем городом, повисла тишина. Все онемели, не зная как реагировать на столь неожиданную весть. Потом начали удивленно переглядываться. Затем раздались осторожные покашливания и смешки. И вот наконец вся площадь содрогнулась от гомерического хохота.

Улучив момент, я проскользнул к своему остолбеневшему собрату и пользуясь его замешательством, увлек за собой вглубь таверны.

— Так, план «Явление героя» провалился, переходим к плану «Пелий». — сказал я и подвинул ему кувшин с вином. Ясон одним махом опрокинул его содержимое. Затем удивленно заглянул внутрь, понюхал, покачал головой и буркнул:

— Какая-то хрень… А, что у нас был план?

— Ну, мне сначала показалось, что ты и вправду здорово придумал, вот так запросто явиться в одной сандалии на главную площадь города и провозгласить себя царем. И солнце за спиной еще так удачно тебя подсветило, будто сам Аполлон явился к людям в твоем лице. Мне понравилось. Кстати, я вот забыл, что Хирон говорил про сандалию, а ты, надо же, вспомнил…

— Да нет, я тоже забыл. А ее потерял в реке, когда старушку на плечах переносил. Потом вспомнил, конечно, но сандаль-то уплыла уже. Так и пришлось в одной шлепать.

— Ну ты б и вторую снял, босым тогда уж идти сподручнее. — я попробовал сопоставить слова Хирона с капризом судьбы, сорвавшим злополучную сандалию с ноги моего друга. Любопытно.

— Да я не подумал, что так можно было. Хромал поначалу, это да. Потом привык. Старуха еще эта, велела не снимать…

Казалось бы, при чем тут сандалия?

***

— Вот он! Вот он! — Шесть воинов личной охраны правителя Пелия, в золоченых доспехах, все как один атлеты-олимпийцы (других в телохранители и не брали), быстро вытеснили немногих оставшихся посетителей за двери таверны и молча взяли нас в кольцо. Собственно, копья были направлены только на моего друга, поэтому я, немного покачиваясь и изображая пьяного, что отчасти соответствовало истине, попробовал проскользнуть между ними. Но тут в таверну вошел Пелий.

Он был стар. Богатая одежда, золотой венец и тяжелые перстни на трясущихся руках, не могли скрыть немощь человека придавленного властью и явно задержавшегося в этом мире. Он, прихрамывая, приблизился к моему спутнику и уставился на его ноги. Ясон хотел было встать, но его попытка шевельнуться тут же была пресечена охраной. Копья уперлись ему в спину, грудь и бока.

Пелий повел бровями и парни чуть ослабили нажим.

— Кто ты, юноша? Почему у тебя… лишь одна сандалия? — хриплым, сдавленным голосом спросил он, указывая трясущейся рукой на правую ногу Ясона. Да что ж им всем далась эта сандалия???

— Перед тобой, незаконный правитель Иолка, Ясон. Сын Эсона. — спокойно и уверенно, нисколько не сомневаясь в своей правоте, низким баритоном прогудел Ясон. Румянец на щеках молодого человека вовсе не был признаком неловкости или страха. Я-то знал, что так мой друг выглядит, когда его охватывает боевой азарт. Ну и свежий воздух, здоровое питание, активный образ жизни. Но, вообще-то, мог бы и солгать! Нас же сейчас здесь и прикончат. С другой стороны… Послушали бы вы двадцать лет подряд великую тайну Хирона… Я прикинул — шестеро громил вокруг него, только рыпнись — наколят. Но на меня-то никто не смотрит… А значит может получиться…

Громко икнув, я пьяно качнулся в сторону и, схватившись руками за копье ближайшего ко мне воина, навалился на него всем своим весом, бормоча извинения и уперев наконечник в землю. Р-р-раз… (Вжух… Время замедлилось.)

Ясон, мгновенно все поняв, скользнул в образовавшийся разрыв оцепления, и, смахнув одно копье и уклонившись от удара другого, перекатом сбил с ног того, кто пытался загородить собой Пелия.

Два — считал я удары сердца. И вот Ясон уже за спиной старика, мгновенно беря его шею в удушающий захват.

Три — Вжух… и время потекло с нормальной скоростью. Зачет! Старый Хирон был бы доволен.

Телохранители растерянно взирали на Пелия которому Ясон уже что-то втирал:

— Я — Ясон. Сын. Эсона. Обманутого и изгнанного тобой. — цедил герой сквозь зубы. — Прямо сейчас. Я. Могу. Сломать. Твою тощую шею. И решить. Проблему. Престолонаследования. Быстрее, чем твоя охрана доберется до меня.

— Чего. ты. х-хочешь? — просипел старик, с ужасом в глазах умоляя охрану не двигаться.

— Я хочу, — веско продолжил юноша, — чтобы сейчас мы, вместе с тобой, вышли на площадь и ты, в присутствии всего народа, объявил что признаешь меня, Ясона, сыном моего отца, Эсона, твоего сводного брата, законным наследником престола. Ты останешься жить. Даже станешь почетным гражданином города, ибо то, что ты построил и приумножил за эти годы, все же достойно уважения. — Ясон чуть усилил захват. — Каков ответ?

— Я… я согла. сен… — выдохнул старик. Кажется его покидали последние силы.

— Вы слышали? — Ясон исподлобья посмотрел на телохранителей. Те опустили копья и отошли на шаг.

— Минутку! Один вопрос! — я поднял руку. — причем здесь одна сандалия?

— Оракул… — еле слышно просипел старик. — Дельфийский оракул… предсказал…

Я поднялся. Кажется мы победили?