1916. Волчий кош
Пролог
Тимур Нигматуллин
1916. Волчий кош
© Т. Нигматуллин, 2023
© ТОО «Издательство «Фолиант», 2023
Сразу за густыми зарослями камыша на правом берегу Ишима лежал степной город. Осевшая за ночь пыль густо покрыла улицы и переулки серым налетом, и от этого город казался суфийским дервишем, свернувшимся в клубок под своим шерстяным плащом. Утром, когда грохот первых торговых повозок раздастся на базарной площади и зычный голос Махмута-муэдзина позовет на азан, дервиш проснется и в безумной пляске раскроет свой плащ. Закружатся в диком хороводе миллионы поднятых в небо пылинок, чтоб повиснуть над городом ржавой, глухой и душной пеленой.
Но пока тихо, дервиш спит. Спят, словно слепые разномастные кутята, сбившиеся у сиськи матери, и городские кварталы. Все как один, растянулись они по правому берегу реки, рядами выходя к Северному выгону.
Вот рыжая, как стог соломы, Рабочая слобода. Дома здесь, втыкаясь низкими саманными стенами в пологий бок Шубинской сопки, перекидывают плетеные огороды на репейные заросли бурьяна и плеши, идущие до Грязного булака[1]. От самана – глины, мазанной с камышом, – и цвет слободы: цвет выгоревшей под солнцем степи. До старой крепости застроилась слобода, подпирая будто специально подготовленными для поджога скирдами центральную, купеческую, часть города.
Если жухлая и худая слобода еле-еле дотягивается до сиськи, то развалившийся кудрявый увалень – Купеческий квартал – сполна получает свое. Тут и храм, и базарная площадь, и каменные и кирпичные дома в два этажа, и даже мостовая с фонарями и лавками имеется. Вдоль мостовой – женское училище, а при нем не так давно театральную труппу организовали, по воскресеньям спектакли показывают. В самом центре квартала – городская управа из красного кирпича. Вокруг управы ровными застройками стоят бакалеи, банки, питейные заведения, гостиницы да обменные по пушнине и шкурам. За ними, в сторону речки, мощными, на века вколоченными в степную землю фундаментами усажены купеческие особняки, а в самом их центре – кубринская усадьба с флигелем и садом, построенная на английский манер.
За Купеческим кварталом – Татарский городок. Дома тут двой ные, спаренные, с резными деревянными ставнями и наглухо закрытыми передними воротами. Низ домов – каменный, второй этаж – бревенчатый. Здесь на краску не скупились: одна улица – словно жар-птица крыльями машет, другая – как ящерица африканская переливается, и только третья, где дома вокруг мечети стоят, поспокойней будет – зеленая. Поболее, чем у соседей, настроено в Татарском городке лавок да торговых домов, и хоть небольшие, зато на каждой улице – мясные, мучные, хозяйственные. Что ни улица, то торг, мантышные да кумысные. Сам квартал, если окинуть взглядом, раза в три шире Купеческого, в два раза Рабочую слободу обгоняет, без мала в тиски забрал правого своего соседа – казаков.
У Казачьего стана выход на Северный выгон только через Чистый булак и остался. Казаки свои срубы на нем специально ставили, чтоб татары кольцом не сжали. Избы казачьи крепкие, с подворьями не чета слободским. И амбары, и для скотины сараи поставили. Бани круглый год дымом небо коптят. Вокруг церкви плотнее всего застроились, а сама церковь куполами своими над избами висит – вроде как оберегает. Казачий стан хоть и самый дальний сосед слободки, зато самый родственный: много кто в слободу на отставку переезжает, заново быт налаживает.
Между Ишимом и двумя булаками и разбил Шубин крепость. От той крепости одни осколки остались, станица в город выросла, а в Акмолинск теперь четыре главные степные дороги ведут и в нем же сходятся.
Глава 1. «Караван прибыл-с»
Уездный начальник Акмолинска полковник Андрей Иванович Тропицкий с утра был нездоров. Оно и понятно: всю ночь играли в карты. В общественном собрании, что проходило вечерами в доме купца Сипатова, уже неделю шла большая игра. Играли против англичанина в бридж. И надо признать, местные купцы летели в пух и прах. Горный инженер из Тоттенхема успел за короткое время выиграть чуть ли не у всей достопочтенной верхушки Акмолинска. Купец второй гильдии Калистрат Силин дважды залез в долг к сартовским[2] ростовщикам и все же не смог отыграться. Его партнер по скотопромышленному торгу, по совместительству думский гласный Иван Егоров и того круче попался – заложил векселя с правом недельного выкупа. Неделя заканчивалась, выиграть местные так и не смогли. Сам Тропицкий не устоял и то ли от азарта, то ли от обиды за своих влез в игру, о чем нынче сожалел, растирая коркой лимона гудевшие виски. Он посмотрел на массивные, обитые коваными вензелями часы. И вправду, лечись не лечись, а на работу пора, хоть бы и с несвежим дыханием.
Тропицкий аккуратно отодвинул тарелку с основательным завтраком – яичница с кровяной колбасой, приправленная тушеной капустой, – и нарочито громко крякнул.
– Не дам, и не просите, Андрей Иванович, – раздался из-за двери женский голос, – вы потом сами жалеть будете. В том месяце мне строжайше наказали не слушать вас по утрам. Не дам. Не просите.
– Смилуйтесь, матушка, – сказал Тропицкий, хмурясь от головной боли, – вам ли не знать, что сегодня за день… Ведь не смогу на людях стоять – задрожу.
Двери в обеденную залу, служившую в доме Тропицких одновременно и гостиной, открылись, и в комнату вошла женщина невообразимо больших размеров, напоминавшая фигурой самовар, готовый вот-вот лопнуть. В ее руках был зажат поднос с графином и хрустальным бокалом.
– Воля ваша, Андрей Иванович, но если вы опосля снова изволите умирать и просить меня кланяться этим противным бухарцам, знайте: не бывать тому!
Тропицкий молча вздохнул, перекрестился и, откупорив графин, наполнил бокал до краев.
– Фу… – выдохнул он и запрокинул наголо бритую голову, заливая в себя спасительный напиток.
– Была бы Матрена Пална жива, да разве бы такое позволила, – с сожалением проговорила женщина и, не дожидаясь, когда бокал вернется на поднос, развернулась на выход.
– Теперь можно и на работу.
Тропицкий отер пшеничные усы. Он и впрямь оживился. Помолодел. Вытянулся в струнку.
За долгую службу он не сгорбился, в полку, считай, самый высокий был, да и в руках сила осталась: когда не болел, то двухпудовую гирю по утрам с дюжину раз кидал. На вид и пяти десятков не дашь, а ведь уже шесть с гаком. В этом году на ярмарке, что по весне у брода разбивают, с приезжим борцом-башкиром состязание устроили. Борец не Хаджимукан, конечно, но тоже титулованный. По
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Татьяна Тронина
Чужая женщина
Лара подошла к окну.
Скоро середина марта – а во дворе, на газоне, все еще высились сугробы из плотного, ничуть не подтаявшего белого снега. Сейчас они казались фиолетовыми в лучах вечернего солнца…
Лара приподнялась на цыпочки, с надеждой оглядела заасфальтированную площадку перед газоном, где жильцы дома парковали свои машины. Синий «Шевроле», красная «Мазда», «Жигули» цвета морской волны… Но машины мужа, черной «Тойоты», пока не наблюдалось.
Лара замерла, прижавшись лбом к ледяному стеклу, – а вдруг именно сейчас, в это самое мгновение «Тойота» заедет во двор, освещая перед собой фарами черный асфальт?.. Из машины выскочит Саша и торопливо побежит к подъезду, на ходу запахивая полы расстегнутого пальто.
И кто придумал работать в выходные! Подумаешь, какие-то цифры в отчете не сошлись…
…Эта зима была неожиданно, не по-московски долгой, непривычно холодной. Как в старые добрые времена! Все ждали потепления – сначала хотя бы на Новый год, потом на мужской праздник 23 февраля, – но потепления так и не случилось. Поэтому жители столицы лишний раз на улицу старались не выходить. Из дома на работу, с работы – скорей домой, выходные – перед телевизором, на диване, в крайнем случае ехали за продуктами, толкались с тележками в проходах огромного гипермаркета, изнемогая от тяжести шуб и кофт, с трудом передвигая ноги в зимних, основательных, подбитых плотной цигейкой сапогах.
Каждый день этой зимы Лара ждала – а вдруг завтра отступит этот ледяной ветер из Арктики, и станет легче дышать, и можно будет накинуть на плечи легчайшую курточку на синтепоне, и в осенних сапожках (а прошлую-то зиму все в осенних бегала – ниже нуля температура ни разу не опускалась!) пройти по центру с Сашей, посидеть с ним в кафе, потом поехать в кино… Или одной, уже без мужа – сбегать к Светке, подруге, и распить на двоих бутылочку красного сухого… Но морозы так и не отступили.
Все дела откладывались на потом, на «когда потеплеет». Все как во сне. Так никуда Лара с мужем и не выбралась. Только к Светке несколько раз заглянула…
Оттого, наверное, эти три зимних месяца в постоянном ожидании погодных перемен и проскочили для Лары удивительно быстро. Она не заметила, как наступил март.
…Сумерки пронзили два луча света. «Саша?» – обрадовалась Лара, и зря – чей-то громоздкий внедорожник заполз в угол стоянки и замер, уткнувшись капотом в сугроб. Полная женщина в белых мехах важно поплыла к первому подъезду…
– Алехандро, Алехандро, где ты, Алехандро мой… Сколько можно задерживаться! – нетерпеливо произнесла вслух Лара.
Вот Ларе редко когда приходилось оставаться на работе в выходные. Потому что у них, на ликеро-водочном заводе, весь производственный процесс был налажен, авралов практически не случалось, оборудование новое, из Германии…
То, что Лара работала на ликеро-водочном, – всегда шокировало и удивляло людей новых, незнакомых. Обычно это известие вызывало улыбку, иногда даже не верили… «Как, вы правда – на ликеро-водочном?» – «Правда-правда. Честное слово!» – «И кем вы там?» – «Технологом. Я институт пищевой промышленности окончила, между прочим…» – «О-о-о!»
Свекровь, Елена Игоревна, так и не привыкла к профессии невестки. Последние лет семь, что Лара работала по специальности, после института, Елена Игоревна тонко намекала – не женское это дело… На что Лара всегда возражала, что неженское дело – это шпалы класть, а сидеть в лаборатории с пробирками в белом халате и отчеты писать – очень даже женское… «Но вы же там все пьете!» – «Кто сказал?! Я там работаю, а не пью!» – «Но дегустируете же иногда с сотрудниками свою продукцию?.. В рот – наливаете? Значит, пьете!»
Звонок в дверь. «Саша! Как же я его проглядела-то…» – Лара помчалась к входной двери. Заглянула в «глазок» – на лестничной площадке стояла свекровь. Легка на помине…
– Здравствуйте, Елена Игоревна! – Лара распахнула дверь.
– Извини, что я без предупреждения… Саша дома?
– Саша еще на работе. Позвонить ему? – живо спросила Лара, которой самой не терпелось позвонить мужу.
– Нет-нет, не отвлекай его! – испугалась свекровь. – Я потом зайду…
Елена Игоревна резво попятилась назад. Несмотря на возраст – 67 лет, – она отличалась стремительностью и подвижностью. Бывшая спортсменка, комсомолка… Ее даже пожилой нельзя было назвать – всегда подтянутая, стройная, румяная, с аккуратно собранными седыми волосами. Пожалуй, только волосы выдавали истинный возраст Елены Игоревны. Елена Игоревна до сих пор работала – смотрительницей в музее. А раньше, когда еще жила в Суздале, она водила экскурсии. Потом Саша купил ей квартиру и перевез мать в Москву.
– Куда же вы! – Лара все-таки успела ухватить свекровь за рукав пальто. – Ну хоть чаю-то попить… Погреться!
– Да я не хочу тебя отвлекать…
– Вы меня ничуть не отвлекаете! У меня никаких дел… Сижу, скучаю, в окно смотрю, – призналась Лара. – Елена Игоревна, оставайтесь! Саша, наверное, уже скоро…
С трудом, но Ларе все-таки удалось уговорить ее остаться. Если бы не уговорила, Елена Игоревна потом донесла бы Саше, какая Лара негостеприимная, даже чаю не предложила… Лара наизусть всю эту драматургию знала.
Не то что бы Елена Игоревна была злой свекровью, нет. Между ней и Ларой практически не случалось открытых стычек, да и жили они в разных домах, что сильно снижало накал страстей… Но все равно близкими и родными эти две женщины так и не стали. «Она неплохой человек, интеллигентный, тонкий даже…» – как-то попыталась Лара объяснить Свете, подруге, отношения со свекровью. «Но ты же сама говоришь, что она тобой вечно недовольна! – удивилась Света. – Критикует она тебя?» – «Критикует, – согласилась Лара. – Но она это делает не потому, что злая или специально навредить хочет… Нет! Просто она – мать. Она мечтала об идеальной жене для сына, а я – совсем не идеал». – «Идеальных людей нет! У всех свои недостатки…» – «Идеал не в смысле – правильная и хорошая, – оговорилась Лара. – Просто у Елены Игоревны есть определенный образ невестки, под который я не подхожу. Ее идеал».
Образ, мечта, идеал невестки у Елены Игоревны был таким: скромная, веселая, хозяйственная, добрая, приветливая, домашняя девушка. Скромно, со вкусом одетая во что-нибудь классическое, тоже скромных и веселых расцветок. С простой и милой прической, желательно – косой, подколотой на макушке, с трогательно открытой шейкой. С «приличной» профессией.
Этот образ Лара составила по высказываниям свекрови.
Самым интересным было то, что Лара полностью подпадала под эти критерии и в полной мере обладала всеми этими качествами.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 70
Спасибо за чтение
Вернуться к книге