Жорж де Ла Тур. Гений из Лотарингии

Глава 1

Когда-то давно во многих журналах регулярно публиковались репродукции знаменитых картин. И вот однажды, будучи еще школьницей, я увидела репродукцию, которая сразу приковала мой взгляд. Это была «Гадалка» Жоржа де Ла Тура (Латура). Рядом с названием и именем художника стояла дата — 1635 год.

Я была поражена. Казалось бы — все очень просто, совсем не похоже на множество картин XVII века. Никто не заламывает руки. Не поднимает головы к небесам. Не бьет себя в грудь. Никакого пафоса. Но какое напряжение!

Молодой человек, который чувствует, что происходит что-то не то и даже несколько опасается окруживших его женщин, хотя три из них очень милы, но при этом не догадывается, что его уже обворовывают. И воровки — хоть и старомодно, но прилично одеты (правильно, если попадут под суд, то бедная одежда — это отягчающее обстоятельство, а вот хорошая и добротная — смягчает вину), и они даже не смотрят, что делают руки — видимо, опыт очень большой, зато внимательно отслеживают реакции молодого человека.

«Удивительно, — думала я, — всего-то косые взгляды, но какой эффект!»

Я запомнила имя художника, а потом увидела другую картину: «Шулер».

Хотя... здесь точно один шулер? Кажется, щеголя справа собирается обчистить не только игрок с картами за спиной. Шулер, дама в старомодном платье, служанка — здесь в сговоре все! И опять все очень просто — напряжение достигается за счет взглядов.

Потом я нашла информацию о художнике, хотя ее было совсем мало: «Художник из Лотарингии, — прочла я, — последователь Караваджо». И все. Хотя, наверное, все же искусствоведам стоило добавить, что Ла Тур был реалистом и очень тонким психологом.

Св. Иосиф плотник, далее — фрагменты

Или вот взгляните на кающуюся Магдалину. Невозможно перечислить, сколько в живописи разными художниками было создано Магдалин! Они театрально били себя в грудь, они воздевали глаза и руки к небесам, с отвращением отбрасывали украшения и наряды, а у Караваджо Магдалина так старательно каялась, что утомилась и заснула. Между прочим, все в том же красивом платье.

А вот у Ла Тура Магдалина просто думает о своей жизни — правильно ли живет.

Все очень просто. Она не возводит глаза к небесам — она смотрит на огонь. Вид огня очень способствует размышлениям.

И Латуру в его простоте веришь, как не веришь многим другим художникам барокко. У них — театр. У него сама жизнь.

Удивительно, но о Ла Туре очень мало известно. Он родился в 1593 году в Вик-сюр-Сейле в Лотарингии и был крещен 14 марта. Свидетельство о его крещении сохранилось. Его отец был булочником, мать тоже происходила из семьи булочников. В семье было семеро детей — Жорж был вторым.

Новорожденный

А дальше сплошные загадки. Мы не знаем, как художник выглядел. Мы не знаем, у кого он учился. И не знаем, откуда пошел его караваджизм.

«Может, он ездил в Италию и там познакомился с картинами Караваджо?» — предполагают одни.

А вот нет ни одного свидетельства, ни одного документа о такой поездке. Видимо, не ездил.

«С караваджизмом он мог познакомиться и в Нидерландах», — напоминают другие. С тем же результатом. Документы где?! Такое ощущение, что он вообще никуда не ездил. Сидел по большей части дома и творил.

А с другой стороны, а почему искусствоведы считают его последователем Караваджо? Вам не кажется, что есть в этом некоторая оторванность от жизни? Вот скажите, а какие способы в те времена были, чтобы осветить помещение? Свечи, масляные лампы, факелы, очаги... Может, дело было в том, что Ла Тур просто был реалистом и писал то, что видел?

Женщина, которая ловит блоху

Известно, что 2 июля 1617 года Жорж Ла Тур женился. Его жена принадлежала к одной из благородных семей Люневиля. В Люневиле располагалась главная резиденция герцога Лотарингского Генриха II. И вскоре началась карьера Ла Тура как придворного художника герцога. Его с семьей даже поселили в герцогском замке (до нашего времени этот барочный замок не дошел — он был сожжен и разрушен во время Тридцатилетней войны).

Но уж если спрашивать, где художник мог познакомиться с творчеством Караваджо — так что далеко ходить? При герцогском дворе и мог. Генрих де Лоррен был большим поклонником Караваджо.

Карьера Ла Тура была успешной, он разбогател, но это не изменило его пристрастий к простоте, искренности, тонкому психологизму и изображению игры света и тени.

И все было бы хорошо, но... в Лотарингию пришла Тридцатилетняя война. Кто только не опустошал несчастное герцогство огнем и мечом: шведы, французы, хорваты...

Люневиль был сожжен и полностью разрушен, и Ла Туру с семьей пришлось бежать в Нанси — столицу Лотарингии. Правда, там было не лучше — семья Ла Тура лишилась всего. А вот король Франции Людовик XIII желал собрать в Париже как можно больше художников покоренного герцогства — он сам был художником и желал слыть меценатом. Знаменитый лотарингский рисовальщик и гравер Жак Калло отказал королю в службе, не простив разорения родного герцогства, а Ла Тур согласился. Да и что ему оставалось делать? У него была семья — он должен был заботиться о ней.

Вот он и отправился с семьей в Париж и стал королевским художником. Его поселили в Лувре, хотя вряд ли это было большим удовольствием — как раз в это время Людовик решил перестроить Лувр, так что снес почти половину замка, а в оставшейся части разместил типографию. Но вот картину Ла Тура «Святая Ирина врачует раны святого Себастьяна» Людовик получил.

Святая Ирина врачует раны святого Себастьяна

И все же в 1641 году Ла Тур с семьей вернулся в Люневиль. Там он и умер во время эпидемии 30 января 1652 года. Ему наследовал сын Этьен — тоже художник, который позднее получил дворянство — и две дочери. Но вот ведь несправедливость! Жоржа де Ла Тура довольно быстро забыли.

Как такое могло случиться?

Возможно, это случилось потому, что Ла Тур вел тихую мирную жизнь и практически никуда не ездил. И хотя забыли его самого, это не значит, что забыли его картины. Кому только их не приписывали! В том числе Сурбарану, Мурильо, Веласкесу, Рембрандту и Вермееру...

Курильщик

Да, самого Жоржа де Ла Тура не помнили, но его картины упоминались в книгах Мериме и Стендаля. А уже в ХХ веке Жоржа де Ла Тура открыли заново.

Драка музыкантов

Первый раз это произошло в 1915 году, а уже окончательно — в 1940-м. Бывает и так.

А в 2003 году — лучше поздно, чем никогда — в родном городе Ла Тура Вик-сюр-Сейле был открыт посвященный ему музей. Там хранится его картина «Иоанн Креститель в пустыне» и многие картины XVII-XX веков, вдохновленные его творчеством.