Загадки Жанны д'Арк

Глава 1

Эту историю все знают со школьной скамьи — в ходе Столетней войны, когда дело Франции казалось проигранным и власть над ней навсегда будет отдана английским королям, в деревушке Домреми простая крестьянская девушка решила спасти свою «милую Францию» от захватчиков. Ей являлись святые, укрепили ее в вере и она отправилась в дофину Карлу, обещая освободить Францию и короновать Карла королем. Девушка Жанна сняла осаду с города Орлеана, одержала немало славных побед над англичанами и действительно короновала Карла в Реймсе — все как положено. А потом попала в плен, ее судили как еретичку и в 1431 году сожгли. Карл ее не спас. Девушке было всего 19 лет. Правда, Карл все же позаботился, чтобы в 1456 году Жанну реабилитировали — да и то сказать, мало радости осознавать, что тебя короновала еретичка. А уж посмертная судьба Жанны была и вовсе удивительной: в 1909 году ее признали блаженной, а в 1920 году — святой. Ну да, долго ждали, но лучше поздно, чем никогда.Но это присказка, а сказка будет впереди. Даже в детстве некоторые моменты этой истории вызывали вопросы. И нет — это не был вопрос, как лихие военачальники-рыцари подчинялись крестьянской девчонке. А как в других ситуациях короли следовали советам святых отшельников самого что ни на есть крестьянского происхождения? Но — святые ведь, что не помешало в более поздние времена королю Людовику XI дать деве Марии графский титул, а то как-то неловко молиться жене плотника! Кстати, Жанну он помнил и почитал всю жизнь. Вот и Жанна — не каждый же общается и даже обнимается со святыми! И нет, я не считаю ее обманщицей — просто менталитет человека позднего Средневековья способен заставить его увидеть хоть святых, хоть ангелов Господних, хоть самого Всевышнего.

Но вот что это за крестьянская фамилия такая — д'Арк?!

Конечно, в школе нам говорили, что в реальности Жанну так никто не называл. Действительно. Жанну называли «Жаннетой» и просто «Девушкой». И все же фамилия ее отца действительно была д'Арк.

И вот этот дом — здесь родилась Жанна — это точно крестьянский дом? Над входом там еще гербы.

Хотя уверяют, что гербы на доме появились уже после смерти Жанны, да и гербы встречаются не только у людей благородного происхождения, но факт есть факт — герб у отца Жанны действительно был. Его описание сохранилось:

На лазоревом поле золотой лук и три скрещенные стрелы с наконечниками, две из которых окованы золотом и снабжены серебряным опереньем, а третья – из серебра и с золотым опереньем, с серебряной главой, увенчанной червленым львом

Так что же — дворяне?

Возможно, вот только дворяне, утратившие свой статус. Что там было — разорение или что-то иное, но д'Арки утратили главную привилегию благородных — не платить подати. Хотя тот же Жак д'Арк жил в достатке, был старостой деревни и командовал местным ополчением и даже приобрел в аренду замок (!). И жена его Изабелла носила вполне дворянское имя де Вутон (по прозванию Роме, то есть Римлянка, так как совершила паломничество). Хотя, конечно, частица «де» встречалась не только у дворян, но все же... Если учесть занятия отца Жанны, понятно, откуда у нее были некоторые военные навыки.

И все же — если д'Арки были дворянами, то почему король в благодарность семье за подвиг Жанны даровал семье дворянство, а не подтвердил старое, не вернул прежние привилегии и положение? Д'Арки не могли доказать свое происхождение? Или король намекал, что новая фамилия дю Лис (Лилейные) выше прежней, так как принадлежит спасителям короля?

Мы этого не знаем, но вот интересный факт — Жанна утверждала, что отцу не нравилась ее идея отправиться освобождать Францию, мол, не дело это для девушки. Он хотел выдать Жанну замуж. И незадолго до ее отъезда появился молодой человек, который через суд требовал, чтобы Жанна вышла за него замуж, так как она это, якобы, ему обещала.

И что же?

Жанна самостоятельно отправилась в суд и доказала, что он лжет — не было никаких обещаний.

И хотя отец Жанны говорил своим сыновьям, что лучше сам утопит дочь, чем позволит ей уйти с солдатами (можете представить, что он воображал при этих словах), но спасать Францию Жанна отправилась вместе с братьями.

Да-да, они были с ней. Не было ситуации, когда юная девушка отправилась в путь одна-оденешенька — с ней были три крепких брата. И тоже хорошо ездили верхом и управлялись с оружием. Более того, позднее брат Жанны Пьер стал рыцарем Ордена Дикобраза, созданным герцогом Орлеанским. Вот лично Шарль Орлеанский его в рыцари и произвел. А по уставу стать рыцарем ордена мог только тот, чей род насчитывает не менее четырех поколений благородных предков. Но... возможно, для Пьера сделали исключение? Или исключений делать не понадобилось? Впрочем, с Пьером вообще все получилось очень интересно, особенно, если сравнивать его судьбу с судьбой сестры.

Итак, Жанна с братьями отправилась совершать подвиги, но в отличие от этой средневековой миниатюры, в дорогу она сразу отправилась в мужском наряде.

А встретившись с дофином, она смогла узнать его и воодушевить. В те времена Карл ничем не напоминал свой поздний портрет — сухонький брюзгливый мужчина, которого и не разглядишь за тяжелым бархатом. Он был молод и любезен — действительно «милый дофин».

Дофин Карл, будущий король Карл VII

Воодушевлять людей у Жанны получалось очень хорошо.

А что вы хотите? Она была уверена, что с ней говорили святые. Она была уверена, что Всевышний на стороне Франции. Она — простая девушка — умела ездить верхом и обращаться с оружием. И... при дворе Карла уже было немало пророчиц. В общем, положение было столь плохо, что Карл готов был ухватиться за соломинку.

«Женщина погубила Францию — говорили повсеместно, намекая на королеву Изабеллу Баварскую, — девушка Францию спасет».

Жанна действительно была девушкой (ее проверили знатные дамы!) — не солгала, так что ей верили.

А она смело шла в бой (вместе с братьями, кстати), была ранена, вернулась после ранения в бой — восторг французов был столь велик, что дела пошли на лад. А еще она изгнала из войск веселых девиц, что тоже свидетельствовало о ее святости. И короновала Карла!

А вот после этого все пошло на спад. Попытка штурма Парижа?

Неудача. Карл по большей части не давал ей действовать.

Жанна начала участвовать в боевых действиях без разрешения Карла и попала в плен. И вот вновь интересный момент — в плен Жанна попала вместе с братом Пьером. И Пьер... выкупился из плена!

А как же Жанна?

А что Жанна — ее никто не выкупал. Вот и у короля руки не дошли. То одно, то другое — некогда! Так что бургундцы, к которым она угодила в плен, продали ее англичанам, а те судили как еретичку (судить как ведьму не могли — Жанна была девственницей, но ничего, в следующем веке великий Шекспир клеймил ее в пьесе как распутницу и ведьму).

Ладно, с королем все понятно — мало ли было неблагодарных королей. С соратниками в общем тоже — хотя Жиль де Ре все же пытался спасти Жанну. Не получилось.

Но почему Жанну не пыталась выкупить семья? Та самая семья, которая благодаря ей получила дворянство и фамилию дю Лис?

Что — потратили все деньги на Пьера, а на Жанну не хватило? Но почему они не начали с Жанны — разве они не знали, что в плену девушки подвергаются гораздо большей опасности чем мужчины?

Вопросы, вопросы, вопросы...

Или семья не считала Жанну своей? И как объяснить странный ответ Жанны на вопрос о фамилии? Она сказала буквально следующее — что не знает своей фамилии, но отца зовут Жак д'Арк, а мать Изабеллой.

Собственно, этот ответ стал одним из аргументов тех, кто полагает, будто Жанна была незаконнорожденной дочерью королевы Франции Изабеллы Баварской и герцога Орлеанского и была отдана на воспитание в семейство д'Арк. Поэтому она помогала своему единоутробному брату, поэтому освобождала город своего единокровного брата, в общем — попала в большую и запутанную семейную распрю.

Правда, такой вывод не отвечает на вопрос — а что ж тогда все эти братья (включая коронованного) — ее не спасли? И даже не пытались спасти?

Кстати, вот подпись Жанны.

Написать ее она умела, хотя точнее, наверное, говорить — «нарисовать», а вот читать — нет, не умела, чем и воспользовались судьи на процессе, зачитав ей одну грамоту о покаянии, но получив подпись под другой. Жанна не поняла разницы.

В этой башне она томилась в заключении. И содержали ее вовсе не как принцессу и даже не как девушку благородного происхождения, какой она стала, получив дворянство. Пленных рыцарей содержали иначе.

Ее сожгли в городе Руане, когда ей было то ли 19, то ли 21 год.

Из ее собственных показаний на суде явствует, что ей все же был 21 год — три раза по семи лет. В наше время на этом месте установлен памятник, хотя до сих пор не все историки согласны с тем, что Жанна действительно была сожжена.

Не самая простая история, правда? Вопросов в ней до сих пор больше, чем ответов.

И все же — есть что-то, что мы знаем о Жанне совершенно точно?

Есть.

Мы знаем, что Жанна действительно пасла скот. Что она с другими девушками плясала вокруг дерева фей — это было сказано на процессе реабилитации. Что она была веселой и доброй девушкой. Что любила красивые и дорогие наряды — во многом и в плен она попала из-за этого, возможно, ей и удалось бы спастись, но один из бургундских солдат ухватил ее за роскошный плащ (богатый трофей!), а Жанна пожалела оставлять его в руках врага, и вместо того, чтобы расстегнуть, попыталась выдернуть из чужих рук. Мы знаем, что Жанна пыталась разоблачить при дворе одну из пророчиц, которую считала обманщицей, выслеживала ее, но ни разу не смогла удержаться и не заснуть ночью. Мы даже знаем, какой у нее был рост — 158 см (рост был высчитан по данным о закупке ткани ей на одежду). И не надо думать, будто Жанна была низкого роста — нет, по тем временам она была высокой и крепкой девушкой, что и говорили в показаниях. Знаем, что первоначально Жанна плакала над погибшими, но потом привыкла и плакать перестала. Что смеялась и считала суеверием просьбы жителей Орлеана прикоснуться к их кольцам на удачу. Что однажды пообещала Дюнуа, что повесит его, если он не выполнит ее приказ — Дюнуа умилился, но приказ выполнил.

А, может, главное не это? А то что была молоденькая девочка, которая взяла на себя ответственность за всех этих вояк и всю Францию, и эта девочка заложила основу спасения своей страны.

И потому ее помнят. Уже без малого 600 лет.