Во благо ли спасение?

Глава 1

*Я не квалифицированный медик, поэтому строго не советую обрабатывать рану в точности как описывается в данной главе. Лучше обратитесь к специалистам!

— Госпожа врачеватель! Вы слышали последние новости?! — раздался громкий и уверенный басистый голос со стороны окна.

Я повернула голову в сторону шума и отметила, что голос принадлежал местному старосте. Встав из-за стола и подойдя к вышеупомянутому окну, я отворила ставни и сверху вниз посмотрела на мужичка. Он весь словно бы светился изнутри, значит новости хорошие.

— Что такое? Неужели наши войска вернулись с победой в столицу? — предположила я.

— Всё то вы знаете, госпожа врачеватель. Наконец-то после долгой борьбы с Йогакулой наши люди смогли вернуться в родные земли. Дьявольские потомки получили по заслугам. — сказал староста, демонстративно ударяя себя кулаком в грудь.

Я, с улыбкой на лице, опёрлась подбородком на кисть руки.

— Я очень рада это слышать. Все в деревне уже об этом знают?

— Конечно! Только вот вам осталось сообщить, и я как староста деревни, взял на себя роль вашего вестника, госпожа врачеватель.

— Спасибо, что так напряглись, не смотря на то в каком отдалении я живу. Кстати, — вспомнила я. — помнится мне, что многие сыны здешних супружеских пар, добровольно отправлялись на войну. Надеюсь они все вернуться в целости и сохранности.

— Эт да, — резко посерьёзнел крепкий мужичок и скрестил руки на груди, важно кивая, соглашаясь с моими словами. — Все ждут не дождутся возращение молодняка. Повестка о смерти мигом всё счастье от победы разрушит.

— Нам остаётся только молится об их благополучном возвращении. — также серьёзно произнесла я.

— Но с другой стороны, нашей деревушке повезло больше чем кому-либо другому. Госпожа врачеватель, вы ведь уже слышали о неконтролируемом пожаре на границах между Мильдани́ей и Йогакулой? Благодаря окружающему нас огромному и непроходимому лесу, пожар не смог навредить нам. — вернув бодрое расположение духа, словно бы похвастался староста.

Да, густой лес является нашей местной гордостью. Он окружает нашу небольшую и малочисленную деревушку с трёх сторон, что конечно же, затрудняет перемещение и общение с людьми из центра королевства, но также является просто прекрасной естественной защитой. Поэтому ужасы войны нас фактически не коснулись.

— Дайте угадаю. То были не пожары, а намеренные поджоги. — ляпнула я.

— Именно!!! — резко гаркнул мужичок. — Представляете, что сделали потомки дьяволов?! Эти отвергнувшие Бога нечеловеческие создания!!! Они, чтоб подавить боевой дух, начали поджигать близлежащие деревушки, стараясь нанести наибольший ущерб!!! Только думаю об этом, а уже кровь кипит, а кулаки так и чешутся всю дурь из них выбить!!! Слава Богу нашему, милостивому, что мы смогли победить. Королевская семья Йогакулы пала от такого же дьявольского меча, как и они сами.

В порыве чувств этот, пусть и не слишком молодой, но всё ещё крепкий мужчина ударил кулаком по брёвнам моего дома.

— Я понимаю ваши чувства, староста, но это не повод рушить мой дом. — раздался мой спокойный голос.

— Ой, извините госпожа врачеватель. Сами понимаете, чего я так разбушевался. Приношу свои извинения.

Я тяжело вздохнула, махнула рукой и староста, расценив этот жест как прощание ретировался обратно в центр деревушки, где находился его дом.

Почему жителей Йогакулы называют дьявольским отродьем? Всё просто, они самые настоящие потомки дьяволов. Все жители Мильдании их боятся, вернее боялись, ведь после окончания войны между нашими королевствами, дьяволы в человеческих обличиях вряд ли к нам сунуться. Надеюсь.

Пройдя вглубь дома, я снова тяжело вздохнула. Использование проклятого меча для умерщвления членов королевской семьи Йогакулы, слишком жестоко даже по меркам демонов. Но, в любом случае, это лишь мои мысли. В конце концов, я не воин, а врач. Врачам каждую букашку жалко.

Тем не менее, если я хочу продолжить заниматься лечением жителей своей деревни, то мне стоит сходить в лес и пополнить запасы лекарственных трав. Мои запасы начинают подходить к концу.

Перед зеркалом я расчесала и заплела в косу свои длинные тёмные волосы, а после на льняную нательную рубашку надела тёмно-зелёное наружное платье, расшитое на рукавах и подоле красивыми вышивками из нити, издали напоминающей серебряную. Хотя тёмно-зелёное не совсем подходящее слово, ведь от зелёного в этом платье осталось лишь слово. Это был скорее грязно серый цвет с каким-то отблеском зелёного, но большего для похода в лес и не надо. На ноги были натянуты грубые сапоги до колена, а после я быстрым движением руки накинула на себя тёмно-серую накидку с капюшоном. Капюшон я естественно натягивать на голову не стала. Дождя в ближайшее время не ожидалось. Плетеная корзина на руке, а в корзине травник на случай нахождения неизвестных трав и вот я готова к выходу.

В лесу было прохладно и я внутренне порадовалась, что была в накидке. Хотя эта прохлада не морозила до костей, в попытках убить незадачливых путников, а скорее приятно охлаждала и придавала сил. Все нужные мне травы как назло располагались в самой дальней части леса, почти на самой границе двух королевств: моего и дьявольского. Сама не знаю почему, но от этой мысли у меня возникает очень странное чувство. Надеюсь, ничего страшного не произойдёт.

Остановившись на протоптанной тропе, я сложила руки в молитвенном жесте и попросила Бога уберечь меня от несчастья. Напоследок, сжав в кулаке крестик, висящий на шее, я продолжила бродить по лесу.

Неожиданно краем уха я услышала какой-то шорох в кустах, на некотором отдалении от основной тропинки. Мурашки сразу пробежались по моему телу. Дикий зверь? А может выживший из Йогакулы? Прямо вижу, как этот кто-то вылетает из кустов и рвёт меня на части, оставляя лишь лужицу крови да бренные кости. Может быстро пройти мимо?

Только я уже решила трусливо сбежать, как снова услышала тихий шелест в кустах и стон. Погодите, стон?! После послышался глухой удар о землю. Я окончательно впала в ступор. Лёгкая волна паники нахлынула на меня. Вдруг там человеку плохо?! А я просто стою здесь?! На моей практике подобное впервые. Ладно, сначала посмотрю, что в кустах. Может мне просто послышалось и там ничего нет.

Какого же было моё удивление, когда в кустах я разглядела человеческий силуэт. Судя по телосложению, это был юноша и он лежал лицом на земле. Похоже, он потерял сознание. Неплохо было бы его перевернуть, чтоб провести первичный осмотр.

Надо сказать, что переворачивание его на спину, делом было очень сложным, так как моё телосложение весьма хрупкое. С горем пополам и побочкой в виде отдышки, я перевернула его на спину и только тогда поняла, что одно из моих предположений было верно. Этот юноша, судя по цвету кожи, был из Йогакулы. Смуглая кожа, напоминающая по цвету молочный шоколад (я никогда не видела его, но именно такой цвет у шоколада в моём представлении) и серебристые волосы. Внешность нетипичная даже для дьявольских потомков, хотя это лишь из-за волос. В общем и целом, он выглядел как человек из Йогакулы. Какова вероятность, что он выживший воин страны-врага?

Несколько секунд я просидела на коленях в нерешительности. Стоит ли мне спасать этого человека? Резко выдохнув, я приступала к своей работе врачевателя.

Юноша дышал, его сердце билось, что не могло не радовать. После проверки таких очевидных параметров я обратила внимание на пятно крови около живота. Моему взору предстала ужасная рваная рана, в некоторых частях которой кровь уже свернулась, в то время как в другой всё ещё продолжала идти. Во дела. Похоже на боевое ранение. Для начала неплохо было бы остановить кровь и обеззаразить рану. Вот только у меня нет никаких нужных материалов под рукой.

Немного поскрипев мозгами, я приняла решение порвать свою нижнюю льняную рубашку, на некое подобие бинтов. На первое время сгодится. Повезло что нижняя рубашка длинной доходила до самых щиколоток и оторванной ткани должно хватить на временную перевязку.

Раздался треск одежды и мне сразу стало как-то прохладнее от частичного удаления одного единственного слоя одежды. Но перед тем как перевязать рану, стоит обеззаразить. Сняв цепочку с крестиком и свесив серебряное распятие над юношей, я приготовилась читать заговор. Не знаю, как повлияет божественная сила на потомка дьявола, но попытка не пытка. Собравшись с мыслями, я зашептала:

— Земля к земле, вода к воде, огонь к огню, воздух к воздуху. Хворь заразная к жизни тянется, да всё никак не дотянется. Через меня, раба Божьего, от страдальца к древу перетекает да там и остаётся.

От моих слов крестик замерцал, заискрился и мягкий тёплый свет окутал раненного юношу. Через пару секунд свечение мягко потухло. Заговор сработал. Вытерев пот со лба тыльной стороной ладони, я надела крестик на шею и перевязала рану на животе.

Теперь осталось только решить, как его до дома дотащить. Жителей деревни позвать не могу. Они, как только увидят цвет его кожи разбираться не будут и поминай, как звали паренька. Сама же, я его не дотащу, но вот если юноша проснётся и сможет двигаться, то было бы легче. Вот только я не знаю в каком состоянии он был, когда падал в обморок. Явно на исходе сил.

Хотя, один вариант есть, но тут уже вопрос, хватит ли у меня сил. Но в виду отсутствия других вариантов иного выбора, кроме как сделать это, у меня нет. Вновь сняв с себя цепочку с крестиком, я вложила его в руку своего пациента и представила, как жизненная сила из меня, словно вода, вытекает и через крестик перемещается в юношу.

Как я захотела, так и произошло. Буквально через несколько мгновений, юноша встрепенулся, кашлянул и завертел головой, пытаясь понять, где находится. Тут же я заговорила:

— Нет времени объяснять. Моих сил надолго не хватит. Нам нужно успеть дойти до моего дома, а там спи себе спокойно.

Паренёк уставился на меня своими алыми глазами и лишь молча кивнул, пытаясь встать с холодной земли. Естественно, даже если я передаю ему свои жизненные силы, рана на животе очень мешает передвижению, хотя бы из-за боли, но раз уж этот юноша от границы Йогакулы забрался аж сюда, то до моего дома он дойдёт.

Подставив плечо и подхватив рукой за подмышкой, я стала некой опорой для, уже порядком уставшего, жителя Йогакулы. Вот в таком вот виде мы и добрались до моего деревянного домика, войдя в который я сразу же повела пациента в свою комнату на кровать. Как только его спина коснулась матраца, а голова подушки я перестала поставлять жизненную силу и через несколько секунд парень, издав страдальческий стон снова оказался в беспамятстве. Забрав у него крестик и повесив его себе на шею, я тяжело вздохнула и осела на пол. Слава Богу мне хватило сил, но как же это было тяжело.

Сделав буквально пятиминутный перерыв, чтобы хоть немного восстановить силы, я встала с пола и отправилась в своё хранилище: царство всех лекарственных трав и других приспособлений для лечения людей. Пусть комнатушка называлась хранилищем, по факту это была переделанное под него помещение без единого окошка. Хотя даже без света я спокойно ориентировалась и могла найти всё что мне нужно. А нужна мне была сейчас нить с иглой. Рана того молодого человека не могла срастись даже при помощи заговоров и лекарственных трав, по крайней мере в таком состоянии, в каком я его обнаружила. Поэтому мною было принято решение сшить края раны, дабы ускорить заживление, хотя сначала было бы неплохо смыть запёкшуюся кровь и поменять одежду на юноше.

Оставив нить с иглой в комнате спящего, я вышла на улицу с деревянным ведром, дабы набрать воды из реки, которая протекала рядом с моим домом и продолжала своё движение прямо в лес. Чистые бинты хранились прямо в моей комнате, на случай разных бытовых травм и впервые в жизни я так радовалась своей предусмотрительности.

Будучи уже в своей комнате и ещё раз мельком взглянув на пациента, я подошла к комоду у самой стены и открыла верхний ящик. Там лежала старая одежда моих родителей, которую я ещё не успела выкинуть за недостатком времени. Надеюсь этому, как я полагаю, воину подойдут вещи моего отца.

Присев рядом с кроватью, сняв повязки, наложенные в лесу я отмечаю, что кровотечение вновь началось. Похоже, стоит повторить заговор, проговоренный в лесу. Не успев даже подумать об этом, как я сразу выполняю это действие. Вот теперь можно смывать спёкшуюся бурую кровь.

Осторожными движениями, чтоб не задеть злосчастную рану, разрезаю ножом ткань на юноше. Снять одежду привычным способом не представляется возможным, да и не было необходимости из-за огромной дыры в области ранения. Моему взору предстала оголённая смуглая кожа, от которой исходило приятное тепло и можно было ощутить слабоватый запах пота вперемешку с железным запахом крови. Грудь пациента вздымалась и опускалась, явно указывая на живучесть вышеупомянутого. Моё предположение о том, что подобранный житель Йогакулы был воином, оказалось верным. Его достаточно развитые мышцы ног, рук и всего тела в целом, указывало на явное умение держать меч в руках.

Наконец, кровь была стёрта, а вода в ведре, как и тряпка, которой я работала окрасились в красный. Спокойно выдохнув, и вдев нитку в ушко иголки я принялась зашивать рваные края раны. Честно, это хорошо, что юноша в данный момент спал, потому что все, кому бы я не зашивала раны корчились от боли и кричали, словно бы я их калечу. В любом случае, страх перед подобной болью явно их подначивала более не получать таких серьёзных повреждений, что упрощало мне работу.

Через несколько мучительных часов рана была зашита, а на юноше красовалась нательная рубашка моего отца. Уткнув одеяло поплотнее, я вынесла из комнаты ведро с тряпкой, испачканную в крови ткань для первичной перевязки в лесу, нить и иглу. Всё из того же хранилища я вынесла маленький серебряный крестик, чтоб надеть на пациента. Сейчас его организм ослаблен и всякая нечистая сила может посметь позариться на его тело. Судя по заговору, божественная сила на потомков дьяволов действовала также как на обычных людей, так что можно было не переживать. По пути в спальню я произнесла заговор на крестик:

— О серебро, что от нечистых сил защищает и зло распугивает, помоги рабу Божьему очиститься, в себя прийти и здоровым быть. Душу защити, разум защити, тело защити, якоже мать дитятко своё защищает и избави нас от Окаянного.

Уже в самой комнате, я повесила заговоренное серебро на шею пострадавшему и с усталым вздохом осела на стул. Солнце за окном уже касалось своим боком горизонта, а значит за лечебными травами идти было уже поздно. Ну ничего, завтра схожу. Сейчас было главным о больном позаботиться. Его рана будет затягиваться около двух месяцев и всё это время мне нужно будет наблюдать за ним на случай всяких осложнений. Надеюсь, всё пройдёт хорошо.

Мысли о завтрашнем дне монотонно носились в моей голове, как стайка жужжащих пчёл и постепенно убаюкивали. Конечно, сегодня я затратила много сил и очень устала. В итоге, даже не заметив, я заснула прямо на стуле.

***

Тьма. Настолько непроглядная и тёмная, что даже ночь по сравнению с ней, казалась днём. В этой тьме не было видно ни единого лучика света, ни единой надежды на спасение. У меня не было ощущения земли под ногами, но я и не падала в неизвестность. Вместе с пониманием этого факта пришёл страх, хотя не сказать, что он появился только от этого. Даже вытянув руку перед собой, я её не видела.

Но всё вышеперечисленное не пугало меня так сильно, как преследующий повсюду взгляд. Я чувствовала: кто-то смотрит на меня, и я не вижу этого кого-то. Куда бы я не повернулась в этой тьме, глаз, так пристально наблюдающих за мной, словно хищник выжидает нужного момента для нападения, я не могла найти. Может никакой тьмы вокруг и нет вовсе? А я просто ослепла? Думаю, в таком случае, я бы испугалась меньше.

Не было слышно ни звука. Где же это я? И, что более важно, кто я?

Я проснулась. В момент, когда меня полностью поглотил самый настоящий животный страх, я проснулась. Я вспомнила, кем являюсь и сам факт этого знания, приносил спокойствие. Никогда бы не подумала, что такой простой факт может так радовать. Но, что же это был за сон?

Потирая лоб в раздумьях, я подняла взгляд и столкнулась со взглядом алых глаз. Юноша уже проснулся и с интересом смотрел на меня, опираясь на изголовье кровати. Вчерашние воспоминания вихрем закружились в голове и я, вскочив со стула, почти срываясь на крик, затараторила:

— Тебе не стоит так легко шевелится! А вдруг швы разойдутся? Если тебе не жаль себя, пожалей хотя бы мой труд!!!

В алых глазах смуглого паренька промелькнуло удивление, а брови дёрнулись вверх, но через секунду на его лице начало красоваться спокойное, и даже умиротворённое выражение. Не взирая на моё недавнее предупреждение, он тихо сказал:

— Вот уж не ожидал, что вы и вправду меня спасёте.

Напускная обеспокоенность, созданная в целях приведения пациента в чувство и налаживания подобия дружеских отношений, вмиг превратилась в спокойствие.

— Пусть я так и не выгляжу, но я всё же врачеватель, — опустилась я обратно на стул.

Похоже, он не ждал от меня спасения, когда в прошлый раз пришёл в сознание. Я что, выгляжу настолько ненадёжной?

— Я вас оскорбил? Прошу прощения. Я не так выразился, — посмеялся паренёк. — Спасибо вам, что спасли мою жизнь.

Я лишь вздохнула, разведя руки в стороны, мол, это моя работа, и вновь встала с бедного стула. Все мышцы затекли от того, что всю ночь я провела на этой разновидности мебели. Да ещё и переодеться вчера не успела. Но сначала, пациент.

— Как самочувствие? Рана не болит?

— Когда вы так сказали, — задумался юноша. — То действительно, побаливает немного, но терпимо.

Я осторожно положила руку на лоб пациента, чтобы понять, есть ли у того температура, хотя по нему и так было видно, что всё в порядке. Думаю, на завтрак стоит приготовить овсяную кашу. С такими мыслями я уже направилась к выходу из комнаты, как меня окликнул голос:

— Куда вы?

— Завтрак приготовить, да и домашними делами стоит заняться. В лес там сходить, на рынок, работой заняться, в конце концов. Кстати, — вспомнила я. — Как твоё имя?

Молодой человек, явно не ожидавший такого вопроса, ещё несколько секунд сидел неподвижно, а после, слабо улыбнувшись проговорил:

— Илиа. Моё имя Илиа. Могу я чем-нибудь помочь?

— Лежи больной, — добавила я строгость в голос. — Больным полагается лежать и отдыхать. Вот когда встанешь на ноги, тогда и поговорим о помощи.

С этими словами я вышла из комнаты. В течении часа я уже вовсю гремела на кухне посудой, пытаясь сготовить две порции овсянки. Переодетая, умытая, с заплетёнными в тугой хвост волосами я вовсю хлопотала у печи. Наконец, каша была готова и положив порцию Илии в чистую тарелку, я понесла её пациенту.

Он, вопреки моим словам, стоял прямо посреди комнаты, пытаясь ровно шагать. Мне захотелось ударить себя по лицу, от его упрямости, но руки были заняты.

— Это будут твои проблемы, если швы разойдутся. Будешь сам зашивать. — высказала я, как бы ненароком, мысли вслух.

Илиа лишь повернул ко мне голову со спокойной улыбкой на лице.

— Хорошо, госпожа Врачеватель.

Обычно после таких моих слов, пациенты сами ложились в кровать и отказывались вставать с неё даже после своего выздоровления. Не понимаю, что творится у него в голове.

— А где мы находимся, госпожа Врачеватель?

— В моём доме, — пояснила я. — Если уж ты встал, то пойдём к обеденному столу. Коли ты вот спокойно стоишь и даже можешь двигаться, то нечего в моей комнате сор разводить.

И вот так, уже вдвоём, мы вышли из комнаты. Стол, две тарелки, два прибора для еды, два куска хлеба и два стакана молока. Как же давно я в последний раз завтракала вместе с кем-то? Наверное, со времён смерти родителей ни разу. Илиа некоторое время с подозрением смотрел на тарелку с овсянкой и стакан молока, а после спросил:

— Неужели молоко в вашей деревне достаточно дешёвое, что его можно позволить себе на завтрак?

— Нет. Это только у меня так. Я однажды вылечила единственную дочку здешнего фермера. Она тогда очень серьёзно болела, и никто не мог её вылечить. Когда, после назначенного мною лечения, она поправилась, то этот фермер долгое время благодарил меня. У него уже тогда было несколько коров и многие близлежащие деревеньки могли получать молочные продукты только от него. Мне же он доставляет их бесплатно до сих пор.

Рассказывая эту историю, я невольно улыбнулась. Фермер до сих пор в ножки мне кланяется и не устаёт благодарить при каждой нашей встрече, несмотря на то что, случай с болезнью его дочери произошёл уже несколько лет назад.

— Надо же. Это весьма мило с его стороны. — оперся о кисть руки Илиа, переведя взгляд с овсянки на меня.

— Что правда, то правда. — согласилась я и отправила ложку горячей каши себе в рот.

Илиа, словно опомнившись от моего действия, также приступил к еде. Когда я уже перестала обращать на него внимание и полностью сосредоточилась на еде, неожиданно послышался его голос:

— Вы ни о чём не хотите меня расспросить?

Я оторвала взгляд от тарелки и посмотрела в алые глаза своего собеседника. Только сейчас, видя всю эту поистине адскую усталость в его глазах-рубинах я могла признать в нём раненого. Значит, ранее он лишь храбрился. Видимо, он мне не доверяет.

— А ты хочешь, чтоб я расспросила?

Отвечать вопросом на вопрос, конечно, не красиво, но это лучший ответ на данный момент. Только услышав эти мои слова, спокойствие вновь вернулось на лицо Илии, и он, слегка усмехнувшись, вновь приступил к еде. Пожав плечами, я последовала его примеру. Кажется, я только что получила пару очков доверия.

Глава 2

Прошло три с половиной недели с того самого дня, как я нашла юношу в лесу. Всё это время он отказывался соблюдать постельный режим и то и дело норовил помочь по хозяйству. В один из дней, проснувшись утром, я обнаружила его, готовящим на кухне. Моё удивление стоило тогда видеть. До сих пор немного стыдно перед ним. Вопреки всем моим прогнозам, он был в порядке, спокойно разгуливал по дому, выходил на улицу, делал зарядку по утрам. В конце концов, я бросила попытки уговорить его соблюдать постельный режим.

Сейчас я была на рынке прямо в центре деревни, в самом оживлённом её уголке. Множество знакомых лиц, которые, завидев меня, расплывались в приветственной улыбке и так и норовили перекинуться со мной парочкой слов. Я улыбалась и здоровалась со всеми в ответ. Сейчас мой путь лежит прямо домой.

Неожиданно, мои глаза зацепились за нечто красное, на одном прилавке. То были ярко-красные яблоки, напоминающие мне цвет глаз Илии.

— Извините. А можно мне ваших яблочек? — обратилась я к хозяину прилавка.

То был уже знакомый мне мужчина, который совсем недавно приходил с растяжением лодыжки. Увидев меня, мужчина улыбнулся и ответил:

— Для вас, госпожа врачеватель, всё что угодно. Спасибо что помогли мне в тот раз.

— Не стоит благодарностей. В конце концов, то была моя работа.

Мужчина громко рассмеялся, да так, что уши заложило. Положив фрукты в льняной мешочек, мужчина протянул его мне. Я с благодарностью, положила тот в корзину.

— Госпожа врачеватель, — резко перешёл продавец на серьёзный тон. — Я заметил, что в последнее время вы стали покупать куда больший объём еды. У вас появился сожитель?

Я, последовав примеру своего бывшего пациента, также приняла более серьёзное выражение лица.

— А это плохо?

Я и не собиралась скрывать подобный момент. В конце концов, жители деревни не посмеют войти в мой дом без моего разрешения, кто бы там не прятался.

— Конечно нет, госпожа врачеватель. Я просто хотел вам напомнить, что если ваш сожитель один из демонического отродья, то мне следует донести на вас страже.

С момента окончания войны, жители Йогакулы подвержены жёстким гонениям, а люди, которые укрывают их, расцениваются как преступники. Вот только Илиа совсем не похож на демоническое отродье. Он весел, мил и спокоен. С самой нашей первой встречи, он не проявил ничего демонического в своём характере. Поэтому, я не позволю казнить его. По крайней мере, пока он проживает в моём доме.

— Как я погляжу, вашей деревне больше не нужен врачеватель. — улыбнулась я.

Это была самая настоящая угроза. Я была единственным врачевателем на всю округу и именно я смогла спасти жизни тех, от кого отказалась даже церковь.

— Я всего лишь пошутил, госпожа врачеватель. Не надо говорить, что вы уйдёте. — рассмеялся мужчина. — Все мы на вашей стороне и не собираемся делать то, что может вам навредить. В конце концов, вы множество раз спасали наши жизни.

Внутренне я вздохнула с облегчением. Моя угроза, была лишь пустой фразой, ведь кроме этой деревни, мне некуда податься.

— Рада это слышать. — всё также серьёзно сказала я. — Спасибо за яблоки.

Расплатившись с продавцом, я уже собиралась уходить, как он вдруг окликнул меня:

— Госпожа врачеватель, если мои предположения о вашем сожители верны, то ни в коем случае не называйте ему своё настоящее имя. Жители Йогакулы владеют тёмной магией и могут, только зная имя человека, навести на того порчу. Будьте осторожны.

Навести порчу? Я не верю, что Илиа может быть способен на такое. Мы же об этом смуглом пареньке говорим, он и мухи-то не обидит. Я верю в это.

Уже дома, меня встретил паренёк, мысли о котором занимали меня даже во время прогулки по рынки и чьи глаза привиделись мне в алых яблоках. Было уже время обеда и он вышел встретить меня прямо из кухни. Похоже, он снова что-то готовит. Каждый раз, когда я куда-то ухожу или занята работой, Илиа берёт на себя все домашние обязанности. Я уже даже как-то привыкла к этому, хотя первое время я всё норовила уложить его обратно в кровать. Юноша уже потянулся рукой к корзине, явно намереваясь перехватить ту, но я оказалась быстрее:

— Тебе ещё нельзя таскать тяжести. Или напомнить, что у тебя на брюхе всё ещё швы красуются?

Дёрнув рукой, парень поднял свой взгляд на меня и рассмеялся.

— Что, всё ещё нельзя? Какая жалость.

За те три недели, что мы жили под одной крышей, у нас сформировались отношения, которые можно назвать дружескими. Илиа уже спокойно обращается ко мне за помощью, если рана начинает его беспокоить. Даже то, что он помогает мне по хозяйству, о многом говорит. Я безусловно рада этому.

В момент, когда я уже готова была пойти на кухню за своим пациентом, хотя язык уже не поворачивался звать его так, я заметила кое-что над дверным проходом.

— Подкова… — тихо пролепетала я.

— Что-то не так? — услышал меня Илиа.

Подкова, что была повёрнута вверх, когда я уходила, сейчас висела вниз. Более того, заговор, которые на ней был ещё с момента моего младенчества пропал, означая что защита этого дома пала. Что же произошло в моё отсутствие?

— Ничего, — ответила я Илии. — Сейчас подойду.

С этими словами, я сняла уже бесполезную железяку со входа и выбросила куда подальше, прямо в открытое окно и пошла на кухню.

На кухне пахло вкусной мясной похлёбкой и свежевыпеченным хлебом. Поставив корзину на стол, я стала выкладывать купленные продукты.

— Как дела в центре? — спросил Илиа, пробуя на вкус похлёбку.

— Всё оживлённо, весело, в общем, как обычно. — непринуждённо ответила я.

— Прямо-таки как обычно? — повернулся юноша ко мне и серьёзно посмотрел в глаза.

— Всем в городе уже известно, что у меня появился сожитель, — вздохнула я. — Но никто не собирается нас сдавать, памятую о том, скольких местных я спасла. Тебе не о чём волноваться. Лучше сиди и выздоравливай.

Илиа ещё несколько секунд тупо пялился на меня, словно бы не мог поверить в сказанное мною. Пожав плечами, я вновь развернулась к корзине с покупками, так и не дождавшись какой-либо реакции от юноши. Через несколько секунд за моей спиной послышался шорох и в поле зрения попал мой сожитель, спокойно подошедший к столу и развернувшись к предмету мебели опёрся кистями прямо на столешницу, переведя взгляд на меня.

— Не могу поверить в свою удачу, госпожа Врачеватель. Не знаю, что бы со мной приключилось в том лесу, если бы вы меня не нашли.

Я посмотрела на задумчивого юношу. Действительно, даже мне интересно что бы произошло в тот день, если бы я струсила и убежала из леса. Возможно, Илиа сейчас был бы мёртв.

Я резко мотнула головой, прогоняя грустные мысли и повернулась к Илии.

— Извини за то, что тебе приходиться сидеть дома, без возможности выйти к людям.

Приподнявшись на носочки, я положила свою руку Илии на голову и осторожно провела по мягким серебристым волосам. Удивление промелькнуло в его алых глазах, а в следующую секунду, когда я ненадолго убрала руку, его голова сама потянулась за теплом моей кисти. Мягко улыбнувшись, я снова погладила его по макушке.

— Вам не за что извиняться, госпожа Врачеватель. Вы ведь жизнь мне спасли. — улыбнулся и спокойно выдохнул Илиа.

— Хватит звать меня «госпожа Врачеватель». У меня вообще-то имя есть. — насупилась я.

— И как же мне величать своего спасителя? — рассмеялся паренёк.

— Эллен. Моё имя Эллен.

— Спасибо вам, госпожа Эллен, что спасли мою жизнь. — нарочито растягивая гласные, пролепетал он.

— Да ты издеваешься надо мной. — скрестила я руки на груди. — И давай уже на «ты» перейдём. Честное слово, три недели вместе живём, а ты всё ко мне на «вы».

Ещё несколько секунд Илиа стоял неподвижно, но потом, проведя рукой по волосам, кивнул в знак согласия. Только после этого я вновь улыбнулась и уже вместе мы разобрали бедную корзину.

— Как рана? — уже привычно спросила я, сидя за столом с тарелкой похлёбки.

— Кстати об этом, — необычайно серьёзно ответил парень. — Меня кое-что действительно беспокоит. Но давай поговорим об этом после того, как поедим.

Я серьёзно поглядела на юношу. Обычно, он отшучивался о своём состоянии, как бы я не упрашивала его вести себя серьёзнее в этом вопросе. И тут, он мне на полном серьёзе заявляет, что его что-то беспокоит, выглядя при этом как побитая собака. Значит дело серьёзное.

С необычайной для меня скоростью, я доела обед и дождавшись Илию, начала осмотр. Моему взору предстала всё та же рана. Только вот, она ни капли не изменилась, словно и не прошло тех трёх недель лечения.

— Как ты вообще всё ещё ходишь и не вываливаешь наружу свои внутренности? У тебя что, кожа из железа? — потрясённо посмотрела я на пациента.

Таких страшных ран мне ещё не доводилось лечить, но смею предположить, что хоть немного, но края должны были срастись. Может ли быть, что я ошиблась в лечении?

— Так это не нормально? — обеспокоенно переспросил юноша.

Он лежал на кровати в моей комнате, хотя теперь эту комнату можно по праву называть его, ведь я не могла позволить раненному человеку спать где-нибудь на полу.

— Ещё спрашиваешь. Любой другой нормальный человек на твоём месте, уже бы, наверное, инфекцию какую занёс и лежал бы при смерти, если бы вообще копыта не откинул. — поморщилась я.

Моему удивлению не было предела. Серьёзно, как он мог спокойно ходить и заниматься домашними делами в таком состоянии? Честно, впервые сталкиваюсь с подобным случаем и не совсем понимаю, что нужно делать. Может ли быть… Неожиданная догадка ударила в голову, и я сразу решила спросить:

— У тебя были враги, отчаянно желающие твоей смерти?

— Что? — непонимающе уставился на меня Илиа. — К чему это вопрос?

— К тому, что я возможно знаю причину такого твоего состояния, но мне нужно убедиться в правильности своей догадки.

— Если это так важно, то да. У меня были такие враги, которые готовы были опуститься до любой низости, чтоб убить меня. — посерьёзнел юноша. — К чему ты клонишь, Эллен?

Похоже, Илиа попал под действие проклятия. Да не простого, а необычайно сильного. Это проклятие и не даёт ему выздороветь. Но, насколько я знаю существует только одно подобное проклятие и методы его получения… Один из этих методов — проклятый меч, но я сомневаюсь, что это наш случай. Я хочу в это верить.

Я мотнула головой, чтобы прогнать тяжёлые мысли.

— Я знаю, что на тебя наложили проклятие и более того, я знаю, как его снять, однако… — продолжить я не решилась.

— Однако? — переспросил Илиа.

— Однако, чтобы его снять, нужно провести святой ритуал с использованием огромного количества святой силы. Я не знаю, как твоё тело отреагирует на неё.

В конце концов, он потомок демонов.

— Но ты же применяла на мне заговоры. Почему же сейчас переживаешь?

— Заговоры — это одно. — села я на стул у кровати. — А вот использование святой силы напрямую — другое.

— И другого способа снять проклятие не существует?

— Если бы существовал, я бы сказала.

Комната погрузилась в тишину. Я отчаянно пыталась найти ещё какой-нибудь способ решения проблемы, но каждый раз приходила к одному и тому же выводу — иного способа не существовало. Не знаю о чём думал в этот момент Илиа, но через несколько мгновений он положил свою руку на мою.

— Давай попробуем.

— Это может быть очень опасно! Я не хочу… подвергать тебя опасности… — совсем шёпотом произнесла я последний слова, опустив голову.

Похоже, я никудышный врач, раз подвергаю своих пациентов такой опасности.

Неожиданно, мой сожитель прокашлялся, заставляя меня поднять голову и обратить на него внимание. Он выглядел несколько смущённо, и я сразу поняла, что он расслышал мои последние слова, от чего я сама почувствовала некоторую смущённость.

— Не забывай, демоническая кровь есть во мне лишь в очень малом количестве. В остальном же я и все жители Йогакулы обычные люди. Так что, думаю, всё будет в порядке. — улыбнулся Илиа, слегка сжимая мою руку.

Ещё на несколько секунд комната погрузилась в тишину, а я старательно обдумывала слова парня. И я верю ему. Спокойно выдохнув, я кивнула:

— Хорошо. Тогда я всё подготовлю и уже завтра мы сможем провести ритуал. Будь готов.

С этими словами, я встала со стула и покинула комнату. Весь оставшийся день и всю ночь я потратила на подготовку.

***

На следующий день, когда на кухне во всю хлопотал Илиа, а по дому носились просто прекраснейшие запахи свежеприготовленной еды, я, вся помятая и уставшая, вышла из хранилища. С тяжелым стоном я осела на скамейку у обеденного стола и буквально хотела развалиться. Ненавижу бессонные ночи.

— Воу. Выглядишь не очень. Ты что, всю ночь не спала? — отпустил комментарий парнишка, во всю хлопоча у плиты.

— Ну спасибо за комплимент, — сузив глаза, уставилась я на пациента. — Я всю ночь воду заговаривала для сегодняшнего ритуала, а ты благодаришь меня подобным образом.

В ответ на мою реплику послышался лишь громкий смех юноши и моё плохое настроение сразу куда-то улетучилось.

— Как ты сам-то? Рана беспокоит?

— Ты же сама вчера говорила, что у меня железная кожа, — решил сначала отшутиться он, но заметив мою серьёзность, вздохнул. — В порядке. Я крепкий.

Я лишь тяжело вздохнула. Надеюсь, всё пройдёт хорошо. Перед моим носом на столе появилась тарелка с гречневой кашей с кусочками мяса. Я подняла взгляд на паренька и в благодарность кивнула.

Должна заметить, что готовит Илиа очень вкусно. С тех пор, как он поселился у меня, все домашние дела были практически полностью на его ответственности и получалось у него очень хорошо. Так как он проживал в моём доме, то никого из своих пациентов я уже не могла принимать и приходилось самостоятельно, ножками, ходить по домам больных. В это время парень оставался один дома, а когда я возвращалась, дома уже было всё убрано, а на столе лежала вкусная еда.

— Я действительно начинаю жалеть о том, что после выздоровления ты уйдёшь и я больше не смогу перекинуть на тебя заботу о доме.

Илиа уже спокойно устроился напротив меня и просто мирно смотрел как я ем. Услышав мои слова, он рассмеялся.

— Это ты мне так в любви призналась?

— А не слишком ли у тебя раздутое эго, раз решил, что такая красавица как я, решила тебе признаться? — по-хитрому улыбнулась я. — Или ты принимаешь желаемое за действительное?

Строго говоря, я и вправду могла назвать себя красавицей. Длинные чёрные как смоль волосы, зелёные, почти изумрудные глаза. Не косая, не кривая. В общем, я в себе уверена.

— Я между прочим, тоже хорош собой, — наигранно надувшись, сказал юноша. — А красивым людям стоит держаться вместе.

Я не сдержалась и рассмеялась. Сдерживая, выступившие от смеха слёзы я быстро бросила:

— Кто тут ещё кому признаётся?

Видя, насколько сильно я смеюсь Илиа и сам улыбнулся, от чего моё сердце пропустило удар. Говоря, что он красавец, он не делала из мухи слона. Ещё в первую нашу встречу я заметила его просто первоклассную внешность, но на меня подобные чары не действуют. Или действуют? В последнее время, я всё чаще ловлю себя на мысли об Илии, а также я всё больше и больше времени хочу проводить вместе с ним.

Поймав себя на подобной смущающей мысли, я почувствовала, как моё лицо нагревается и медленно краснеет.

— Ты говоришь, что красивым людям стоит держаться вместе, будто бы я всю жизнь должна провести рядом с тобой. — отвернувшись от парня, произнесла я.

Пусть я и уверена в себе, рядом с ним вся моя уверенность куда-то испаряется. Не знаю даже, с чем это может быть связано. Может я заболела? Моя последняя фраза как раз была направлена на эту мою исчезнувшую уверенность в себе. Словно бы поняв это, Илиа встал, обошёл стол и подошёл ко мне. Присев на одно колено, он взял мои руки в свои, заставляя обратить на себя внимание.

— Эллен, ты одна из самых прекраснейших девушек, что я встречал когда-либо, а встречал я очень многих, уж поверь, и никто даже близко не может быть рядом с тобой. Если бы я мог, я бы действительно провёл всю свою жизнь с тобой.

С этими словами, он поднёс тыльную сторону моей ладони к своим губам. Я, наверное, сидела уже красная как помидор. Из моей головы разом пропали все мысли, и я не знала, как реагировать на действия этого несносного болвана. Оторвав свои губы от моей руки, он поднял свой взгляд обратно на меня и на его лице красовалась милая улыбка.

— Т-т-ты вообще понимаешь, что говоришь?! — встрепенулась я и вырвала свои ладони из его рук. — И вообще, садись обратно за стол! Нечего на холодном полу сидеть! Застудишь себе чего-нибудь!

Я подняла его с пола, схватив за запястья рук, хотя не похоже, что он сопротивлялся. Толкая его в спину в сторону противоположной от меня скамейки, я всеми силами старалась скрыть своё покрасневшее лицо.

— А что такое? — неожиданно обернулся в мою сторону Илиа. — И вправду боишься, что я что-то застужу? Хочешь я просижу целый день на морозе, и ты лично проверишь не застудил ли я себе чего-нибудь?

— Я, пожалуй, воздержусь! — воскликнула я, под громкий и неудержимый смех юноши.

Пусть я и сказала, что воздержусь, моё воображение уже нарисовало не очень пристойные картинки этого эксперимента. И то что я уже видела этого идиота без одежды, пусть и не в самых приятных обстоятельствах, лишь подливало масла в огонь. Господи, с кем я живу.

Глава 3

Солнце висело уже высоко в небе, когда я закончила последние приготовления к ритуалу. Вода, всю ночь вбирала в себя свойства лекарственных трав, заговоры, которые я всю ночь шептала, придали защитную и исцеляющую силу. Последний ингредиент и всё будет готово. Открыв пузырёк со святой водой от местной церкви, я вылила его содержимое в вышеупомянутую воду. Илиа уже стоял на улице, прислонившись спиной к стене моего дома и молча наблюдал за моими действиями.

— Это всё выглядит очень подозрительно. — настороженно сказал он.

— Не недооценивай силу трав и заговоров. Святая вода — это тоже тебе не шутки. Пусть это и выглядит ненадёжно, но поверь мне, это очень действенная штука. — помешивала воду в кадке я.

— Откуда знаешь? Уже применяла это нечто? — подошёл парень поближе, вглядываясь в жидкость.

— Нет, не применяла. Применяли на мне. — ответила я, обрывая разговор.

Юноша осторожно посмотрел в мои глаза, возможно, пытаясь увидеть в них моё прошлое, но после просто вздохнул, принимая моё нежелание говорить об этом.

— Всё готово! — воскликнула я. — Садись вон туда, и мы приступим.

Я указала пальцем на землю от чего парень скривился.

— Мне прямо так и садиться?

— Если не нравится, можешь притащить сюда подушку и сесть на неё. — ответила я.

— И кто-то ведь говорил мне не сидеть на холодном… — пробурчал себе под нос пациент, но на землю всё-таки сел.

— А ещё сними верхнюю одежду. — указала я.

— А это ещё зачем?

— Нет, если после ритуала ты хочешь сидеть в мокрой одежде, то я промолчу.

С подозрением поглядев на меня, Илиа вздыхает и всё-таки решается последовать моему совету.

— Если что-то пойдёт не так — кричи. — строго наказала я.

— Я тебе доверяю, так что всё будет в порядке. — улыбнулся он.

Мне, конечно, приятно, что он так мне доверяет, но от этого всё становится только волнительнее. Мотнув головой, прогоняя весь страх, я приступила к ритуалу.

Илиа сидел на траве, я просто стояла, а между нами была кадка с заготовленной водой. Подняв обе руки над жидкостью, я начала читать заклинание:

— Матушка водица, что жизнь нам дала, от хворей и невзгод защищала, сын твой, агнец заблудший, раб Божий в беду попал, да выбраться не может. Защити сына своего, якоже при рождении защищала, утоли боль его, якоже при рождении утоляла, одари его здоровьем, якоже при рождении одарила. Всё худое с него пусть стечёт, все мучения с него пусть стекут, все взгляды злые с него пусть стекут. Який при рождении был, таким же снова станет.

Свет появился вокруг моего крестика, всё это время висящего на шее. Вода из кадки в воздух полилась и вокруг меня, словно змея, обмоталась, а после, соприкоснувшись с крестиком, направилась прямо к напряжённому Илии. Я боялась, что святая сила может усугубить его положение, но к моему счастью, даже после прямого соприкосновения с водой, наполненной святой силой он был в порядке. Можно начинать извлекать проклятие.

Сведя руки вместе и сцепив их в замок, я направила жидкость в место хранения проклятия, прямо в брюхо к юноше. Вода, повинуясь моим движениям мигом исчезла в вышеупомянутом месте и спустя секунду, когда я развела руки в исходное положение, жидкость вынырнула из живота удивлённого парня. Это была уже не заготовленная нами вода. То, что сейчас висело передо мной в воздухе было чёрным сгустком, как та тьма из моего сна, от которого у меня до сих пор идут мурашки.

Проведя правой рукой над парящей жидкостью, я отделила воду с проклятием, от ещё чистой жидкости. Тёмную, злую воду левой рукой я отправила в кадку, а правой рукой направила чистую жидкость обратно к юноше. Самое время рассказать, что это за вода такая. После зачтения заклинания, она стала исцеляющей и сейчас, залечить ранение на животе парня не представлялось чем-то сложным. Целебная вода, словно бы впиталась в рану, растворяя нити, которыми были сшиты края раны, и полностью убирая все следы страшного ранения. Даже шрама не осталось.

Илиа некоторое время удивлённо осматривал свой живот, потом немного пощупал и ещё больше расширил глаза от удивления. Тёмную воду в кадке я залила вторым пузырьком со святой водой и та, словно бы под действием огня, испарилась.

— Вот и всё. — устало произнесла я, стирая пот со лба и осев на землю.

Юноша, заметив моё состояние, закончил любоваться работой целебной воды и сразу подбежал ко мне, помогая встать.

— Ты в порядке?

— Ага. Только потратила больше сил, чем ожидала.

Паренёк, осторожно ведя меня под руку, завёл внутрь дома на кухню и дал стакан воды, который я сразу же залпом и выпила. Ещё один тяжёлый вздох вырвался из груди, и я посмотрела на своего бывшего пациента.

— Никаких побочных эффектов не ощущаешь?

— Я словно заново родился. Не беспокойся так сильно.

Как я могу не беспокоиться? Эта мысль пронеслась у меня в голове и когда я поймала себя на ней, я удивилась. Действительно, почему же я так переживаю за Илию?

— Иди оденься. А то простудишься. — напомнила ему я.

То, что он всё ещё не оделся явно не помогает моим мыслительным процессам, а наоборот, только отвлекает. Это весьма странно, учитывая мою работу, где мне чуть ли не каждый день приходится просить людей раздеться для осмотра.

Илиа выглядел слегка ошеломлённо от моих последних слов, словно бы только сейчас вспомнил об этом, и кивнув вышел на улицу забрать свои вещи и одеться. Только когда он вышел из комнаты, я смогла спокойно вдохнуть свежий воздух и расслабиться. Что же со мной происходит?

***

Прошла неделя с момента проведения того ритуала. В тот день Илиа вышел на улицу вернуть свои вещи, а вернувшись в дом, увидел лишь меня лежащую на полу без сознания. Похоже, в тот день я и вправду потратила слишком много сил. Удивительно, что я вообще в таком состоянии добралась до дома. Похоже, я намного крепче, чем предполагала.

Сейчас я подметала тропинку, ведущую к моему дому, готовясь к тому, что скоро снова буду принимать пациентов в своём доме. В конце концов Илиа уже поправился и причин и дальше находиться здесь у него нет. Не знаю почему, но от осознания этого, к глазам подступали слёзы, а сердце в груди рвалось на части. Хотя чисто физически это невозможно, но никаким другими словами я не могла описать эту боль в груди. Я слишком привыкла к компании смуглого паренька. Может, мне стоит уже задуматься о том, чтобы выйти замуж?

— Эллен, еда готова. Можно пойти есть. — сказал, возникший из ниоткуда юноша.

От неожиданности я даже подпрыгнула, так незаметно он ко мне подошёл. Должна заметить, что после своего выздоровления Илиа спокойно подходит ко мне и я даже не замечаю этого. Хотя и витать в своих мыслях в последнее время я стала чаще.

— Сейчас подойду. — вздохнула я. — Только домету и сразу приду.

Юноша кивнул и зашёл обратно в дом. Я, проводив его взглядом, быстро принялась орудовать метлой. Буквально за несколько минут, дело было доделано и отложив метлу в сторону, я уже развернулась обратно к дому, в попытке сделать шаг к нему, как нечто чёрное пробежало прямо перед моими ногами. Повернув голову в сторону этого объекта, я увидела чёрного кота. Он, заметив мой взгляд, быстро махнул хвостом и скрылся в чаще леса.

Пожав плечами, я спокойно прошла внутрь дома, прямиком к столу, на котором красовалось две тарелки тушёных овощей с мясом. Илиа уже сидел на скамейке и заметив меня, жестом предложил сесть. Только сев, я вновь вспомнила о том, о чём думала, подметая дорожку. Мне множество раз жители деревни и близлежащих сёл предлагали женитьбу, но я всякий раз отказывалась, ссылаясь на работу, но, когда Илиа покинет этот дом, мне будет слишком грустно снова жить в одиночестве. Благодаря этому парнишке я поняла, что могу совмещать свою работу и проживание с кем-то.

— О чём задумалась? — вырвал меня мужской голос из мыслей.

Как оказалось, Илиа всё это время спокойно смотрел на меня, оперевшись о свою руку. Я подняла взгляд на него и с улыбкой сказала:

— Знаешь, всё время до момента, как я нашла тебя в лесу, я жила одна. Мне было комфортно, но после твоего появления в моей жизни, я поняла, что мне будет невыносимо снова жить в пустом доме. Так что я раздумываю о том, чтобы после того как ты покинешь это место, выйти замуж и жить душа в душу с кем-нибудь. Думаю, так будет лучше.

Прямо во время моих слов, лицо моего временного сожителя из спокойного превратилось в угрюмое и даже немного злое. Только, увидев это, я подумала, что сказала что-то не так, однако это наваждение длилось лишь несколько мгновения. Илиа вновь выглядел всё также спокойно и мило улыбаясь сказал:

— Давай есть, пока не остыло.

Похоже, юноша обиделся на мои слова, но неужели я не права? Впервые за всё время нашего совместного проживания мы ели молча.

С самого утра у нас была запланирована генеральная уборка всего дома, поэтому после обеда мы сразу разбежались заниматься делами. И не было уже обычных перепалок, шуток и простых разговоров. Илиа даже не разу не взглянул на меня за всё время уборки. Я уже и вправду начинаю думать, что сделала что-то не так.

Вечерело. На улице я вылила грязную воду из ведра и вернулась обратно в дом. Юноша, прислонился спиной к стене и через плечо смотрел в окно, которое выходило прямо на лес. Я подошла поближе к пареньку и тот, заметив моё присутствие, повернул голову ко мне.

— Что-то случилось? — решилась спросить я.

— О чём ты? Ничего не случилось. — обыкновенным тоном ответил мне он и развернул лицо обратно к окну.

Пусть он и говорит как обычно, но в его голосе не было той жизни, что обычно слышалась. Словно бы и вправду обиделся.

— Ничего не случилось? Тогда почему на тебе лица нет? — опустила я голову.

Но мне никто не ответил. На секунду мне даже показалось, что я совершенно одна в доме, но подняв глаза, я всё также видела Илию. Это же не наваждение?

Не знаю зачем, наверное, чтобы проверить, существует ли он, я протянула руку к руке парня. Слёзы, по какой-то непонятной причине, застилали взор, и я не могла ничего разглядеть, поэтому мне, жизненно необходимо было коснуться юноши. Рука действительно коснулась чего-то теплого, а по лицу начали стекать слёзы.

— Эй, ты чего плачешь? — послышался взволнованный голос Илии.

Он вернулся. Вернулась та жизнь в его голос, которая пропала после обеда. Но слёзы не переставали литься из глаз, капая на пол. Свободной рукой я пыталась стереть их, но это, казалось, никак не помогает.

— Извини, сама не знаю, почему плачу. — попыталась выдавить улыбку я.

Я уже оторвала руку, от такого дорогого мне тепла, в попытках стереть солёные слёзы с лица, как вдруг нежное тепло окутало меня со всех сторон. Юноша обнял меня и осторожно поглаживал по голове. От этой, внезапно нахлынувшей нежности, слёзы снова потекли из глаз. Теперь, я частично понимаю, почему у меня в груди сердце разрывалось.

— Я не хочу, чтобы ты уходил. — тихо произнесла я, утыкаясь прямо в широкую грудь парня.

Пусть мои слова и прозвучали очень тихо, парень вздрогнул, словно бы услышав их. После нескольких мгновений тишины, я услышала голос:

— Я обязательно вернусь за тобой.

Горячее дыхание обожгло ухо и только после того, как я услышала эти слова, слёзы прекратили свой поток и сердце пропустило удар. В таком положении мы и простояли до момента, когда солнце полностью скрылось за горизонтом.

***

Только проснувшись утром, я осознала, как жалко, наверное, выглядела та ситуация. Ещё и разревелась не из-за чего. Когда мы с Илиа пересеклись во время завтрака, я чувствовала себя очень неловко, но он не сказал ничего по этому поводу, так что я расслабилась. После завтрака мы с ним и расстались. Мне нужно было сходить в церковь за святой водой, которую я растратила на ритуал. Теперь, когда я вспоминаю об этом, создание целебной воды невероятно дорогое удовольствие.

Вот я уже внутри здания, в котором испокон веков люди молятся Богу. Думаю, и мне стоит помолиться, раз уж я всё равно пришла сюда. Икона. Одна огромная икона, занимающая большую часть стены. Иконы всегда вызывали у меня какой-то внутренний трепет. Было странно осознавать, что на них изображается Бог наш. Уже только я собиралась сложить ладони в молитвенном жесте, как внезапно меня окликнул тихий женский голос:

— Госпожа врачеватель, рады приветствовать вас в нашей скромной церкви.

Развернувшись к обладателю голоса, я улыбнулась, узнав человека.

— Добрый день, Сестра Мария. Рада видеть вас в добром здравии. А кто этот человек рядом с вами? — уточнила я, уставившись на мужчину, облачённого в тёмную рясу.

— Госпожа врачеватель, это Святой Отец, посланный главной церковью столицы. Я рада, что мы сегодня встретились здесь, ведь как раз после экскурсии по церкви, мы собирались нанести вам визит. — сдержанно улыбнулась Сестра Мария.

— Рад с вами познакомится, госпожа врачеватель. Похоже, в ближайших к этой деревне окрестностях, нет человека более знаменитого чем вы. Слышал, вы вылечивали тех людей, с болезнями которых не могла справиться церковь. Приношу вам свою искреннюю благодарность. — слегка склонившись, произнёс мужчина.

— Я не сделала ничего такого. В конце концов, они поправились благодаря милости Бога, а я всего лишь помогла этой милости достигнуть людей. — склонила голову я.

Скромность и обесценивание своих заслуг, вот основа нашей религии. Не сказать, что мне это нравится, но смысл в этом есть.

— Госпожа врачеватель, зачем вы пожаловали в нашу обитель? — спросила Сестра.

— Я бы хотела взять святой воды. К сожалению, мои запасы подошли к концу, и я хотела взять здесь немного.

— Ох, конечно. Я вам сейчас всё принесу. Святой Отец, подождите пока что здесь. Я не могу отказать нашему врачевателю.

После того, как церковнослужитель кивнул, Сестра Мария скрылась с моего поля зрения.

— Знаете, я очень рад, что война не коснулась здешних территорий. — неожиданно подал голос Святой Отец. — Здесь очень спокойно и умиротворённо.

— Это всё благодаря нашей естественной защите, лесу. — повернула я голову к мужчине.

Зачем он завёл разговор?

— Не смотрите на меня с таким подозрением, госпожа врачеватель. — рассмеялся мужчина. — Вам, наверное, интересно, зачем я завёл разговор с вами? Буду честен. Я не просто так прибыл в эту отдалённую деревушку аж из столицы. Правительство, активно ищет выживших из Йогакулы. Хотя, вы это, наверное, уже знаете?

Я не видела смысла отвечать на его вопрос, поэтому просто промолчала. Но казалось, что если я не отвечу, то церковнослужитель так и не продолжит разговор, поэтому я бросила:

— К чему вы клоните, Святой Отец?

— Ох, я вас чем-то обидел? У вас такое грозное лицо. — подавил он тихий смешок. — Ещё раз извиняюсь. Я знаю, что вы приютили одного из жителей павшей страны. Не беспокойтесь, прежде чем посвятить меня в такие детали, с меня взяли клятву, никому не рассказывать об этом. И я не могу нарушить её. Похоже, все жители на вашей стороне. Что бы вы не сделали, они вас поддержат. Хорошие вы вещи делаете или плохие.

Неужели он только из-за этого завёл разговор со мной? Нет, что-то не так.

— Позвольте мне кое-что вам рассказать, госпожа врачеватель. Знаете ли вы, что на землях Йогакулы наша вера не была распространена? Мол, потомки демонов отказались от нашей религии. — заметив, что я кивнула, мужчина продолжил. — На самом деле всё совсем не так. Церковь сама отказалась от них. Знаете, почему?

— Потому что ни потомки дьяволов. — ляпнула я первую пришедшую в голову мысль.

— И это тоже. — рассмеялся церковнослужитель. — Знаете, госпожа врачеватель, им от демонов досталось намного больше, чем вы можете себе представить.

На этих словах, я непонимающе уставилась на своего собеседника. Что он пытается сказать?

— В частности, невероятная жестокость. — повернулся ко мне голову Святой Отец. — А ещё одержимость. Под одержимостью я имею в виду, что, когда они встречают интересного им человека, они сделают всё чтобы присвоить того себе, руша жизни не только того человека, но и его близких.

Последнюю фразу он бросил так, словно на своё собственном опыте прочувствовал эту одержимость. Но то, что описывает церковнослужитель о жителях Йогакулы, совершенно не походит на характер Илии. Илиа нежный, добрый, спокойный и милый. «Они сделают всё чтобы присвоить того себе» — эхом пронеслось в голове, и я кое-что вспомнила.

Например, странную тьму из сна. Когда я проснулась, я заметила, что Илиа смотрел на меня и я не знаю с какого момента он это делал. И ещё, порой, когда мы с ним разговаривали или находились в одной комнате, стоило мне повернуться к нему спиной, как я чувствовала странный взгляд на спине. Тот самый взгляд из сна. Я мотнула головой, прогоняя странные мысли.

— Госпожа врачеватель, вот святая вода, которую вы просили. — протянула мне несколько сосудов, вовремя пришедшая Сестра Мария.

— Спасибо. — кивнула я ей. — Тогда, меня больше здесь ничего не держит. До свидания.

Когда я уже повернулась спиной к двум служителям церкви, неожиданно услышала мужской голос за спиной:

— По столице ходит слух, что кто-то из королевской семьи Йогакулы выжил. Если вы что-то об этом узнаете, пожалуйста, доложите страже или мне.

Хотелось обернуться и расспросить поподробнее, но что-то помешало мне это сделать, и я молча покинула стены церкви.

Глава 4

Даже оказавшись дома, я не могла выкинуть слов Святого Отца из головы. Нет, Илиа же не такой. Он же совсем не похож на потомка дьявола, по крайней мере на того, кого описал мне церковнослужитель. Да, действительно, я всего лишь накручиваю себя. Мне не о чём волноваться, да и тот взгляд наверняка всего лишь игра воображения. Кивнув самой себе, я отнесла пузырьки со святой водой в хранилище. Но, кое-что было странным. Илии нигде не было.

Обойдя весь дом и напоследок войдя в свою комнату, с удивлением понимаю, что юноши нигде нет. Может он вышел куда-то? Подхожу к окну своей комнаты и действительно в некотором отдалении замечаю паренька. Хихикнув про себя, я решаюсь его напугать и скрываюсь за стеной. Пусть так я и не вижу происходящего за окном, но зато я смогу напугать Илию. Но неожиданно, до моих ушей доносится незнакомый мужской голос:

— Господин, войска готовы и ждут вашего приказа, чтобы напасть на Мильдани́ю.

Мои глаза расширились от удивления. Это же не слуховые галлюцинации? «По столице ходит слух, что кто-то из королевской семьи Йогакулы выжил» — эхом пронеслись в голове последние слова Святого Отца. Неужели Илиа…

— Прекрасно. — послышался холодный голос вышеупомянутого. — Скоро я тоже вернусь и поведу армию за собой.

Непривычно холодный голос. По крайней мере, я никогда его не слышала.

— Почему вы не можете сейчас вернуться вместе со мной, господин?

— Мне нужно попрощаться со своей спасительницей. — на последнем слове тон Илии смягчился. — Будет не очень красиво, если я уйду не попрощавшись.

Скажите мне, что это сон. Просто дурной сон, который развеется стоит только проснуться. Да, если я проснусь, всё будет как обычно. На кухне я встречу обычного доброго и милого Илию, от взгляда которого сердце норовило замереть в груди, и всё будет как обычно.

— Тогда я откланяюсь, господин.

Послышался шорох. Неизвестный скрылся, а я не могла заставить себя пошевелиться. Что мне делать? Точно, это же сон. Если я ущипну себя, то обязательно проснусь. Только я потянулась пальцами к своей руке, как из-за окна послышался знакомый голос:

— Понравилось подслушивать?

Я вздрогнула всем телом и повернула голову в сторону голоса. Там стоял Илиа. Просто стоял, оперевшись об окно и положив подбородок на сложенные руки. Его губы расплылись в уже привычной улыбке, а алые глаза источали воистину смертельный холод. Этот холод, привёл меня в чувство, и я дёрнулась в сторону, подальше от такого знакомого и незнакомого одновременно юноши. Тот, заметив мои движения, вздохнул и взобрался в комнату через открытое окно и в одно мгновение приблизился ко мне, припечатав к стенке.

— Мне казалось, я задал вопрос. Не собираешься на него ответить, Эллен? — произнёс он, растягивая моё имя.

— Скажи мне, что это просто неудавшаяся шутка. — с большим трудом выдавила из себя я.

Услышав мои слова, после недолгой паузы, Илиа рассмеялся, таким привычным смехом, что я на секунду поверила в истинность своего предположения. Но в следующую секунду, мою надежду растоптали.

— Прости, но нет. Хотя, если ты хочешь, то можешь продолжать себя обманывать. Правда от этого никуда не денется.

Меня как громом ударило. Если я правильно поняла то, что услышала то Илиа…

— О, я вижу, как ты догадалась кто я. Тебя всегда было легко понять. Ты словно открытая книга. Особенно всё стало очевидно после вчерашнего дня.

Проговаривая эти слова, юноша приблизил своё лицо к моему. Мне нужно бежать.

— Тогда ты, наверное, уже знаешь, что я пойду и расскажу страже о тебе, сразу же после твоего ухода. — произнесла я, надеясь, что смогу ненадолго выбить парня из колеи и сбежать.

В ответ, вновь послышался смех юноши. После того как он закончил смеяться, он приблизился к моему уху и прошептал:

— Ты не сможешь этого сделать. Я слишком дорог тебе.

Мои глаза вновь расширились от удивления. Нет, не правда. Это не правда. Я не привязалась к нему настолько сильно.

— О, да ладно тебе, Эллен. Неужели ты ничего ещё не поняла? Ты же очень умненькая, а свои чувства понять не в состоянии?

О чём это он? Хотя нет, я знала ответ на этот вопрос. Узнала уже вчера. Я действительно не хотела, чтобы Илиа покидал меня, но не только из-за одиночества. Я влюбилась в него. И похоже, зря. Нет. Мне надо избавиться от этого. Я должна рассказать обо всём страже, иначе нашей стране придёт конец. Мильдани́я всё ещё не оправилась от предыдущего сражения. Если на неё сейчас нападут, то мы однозначно проиграем.

— Какая ты упрямая. — вздохнул парень.

Запоздало я поняла, что он сделал. Лицо юноши стремительно приблизилось к моему, а горячее дыхание обожгло губы. В следующий момент нечто мягкое и тёплое накрыло мои губы. Илиа поцеловал меня. Его глаза были закрыты, в то время как я не понимала происходящее. Сердце бешено колотилось, норовя выпрыгнуть из груди, мозг отказывался выдавать хотя какие-то дельные мысли, а тело не слушалось. Как бы мне было неприятно это осознавать, я не могла оттолкнуть парня. И теперь я понимаю его уверенность в том, что я не донесу на него. После случившегося, я точно не смогу этого сделать.

После осознания такого простого факта, Илиа отстранился и привычно спокойно, по-доброму улыбнулся.

— Как я и обещал, я обязательно вернусь за тобой.

С этими словами, он отстранился, подошёл к окну и выпрыгнул из него. Послышался шорох, и я поняла: Илиа ушёл. От осознания этого, колени подкосились, и я упала на пол. Что же я наделала?

***

Прошло полтора месяца с того дня. Из столицы то и дело доносили тревожные вести о том, как мы стремительно начали терять территории, а армия Йогакулы становилась всё ближе и ближе к столице. Я же, сидела дома, терзаемая чувством вины. Я не могла донести на Илию страже, как он сам и сказал, поэтому единственное что мне оставалось, это лечить людей и молиться. Хотя, я уже не знаю за что мне молиться, ведь я та, кто спасла единственного выжившего королевской семьи Йогакулы. Я знала, народ знал, верхушка армии знала, все знали: Мильдани́я проиграет эту битву. В деревне давно стало тревожно, а веселье испарилось с улиц. Все заперлись в домах ведь понимали, что в этот раз армия потомков дьяволов доберётся и до нас. И даже лес не спасёт.

Проснувшись рано утром я заметила через окно большую тучу в небе. Пройдя на кухню, я осела на скамью у стола. Аппетита не было. Шестое чувство так и кричало о приближении чего-то неизвестного и страшного. По привычке, я хотела подержать крестик в руках, чтобы немного успокоиться, но стоило мне только взять его в руки, как тот разбился. Прямо в моих руках серебряное распятие раскололось надвое. Ошарашено посмотрев на него, я вспомнила про перевернувшуюся подкову и перебежавшую дорогу чёрную кошку. Так вот в чём дело. Это были предзнаменования, предупреждения, что мне стоит быть осторожнее. Как же я раньше этого не заметила?

Я вышла из дома и уже будучи на улице, я замахнулась и со всей силы бросила серебряный крестик. Теперь он бесполезен. Неожиданно мои глаза зацепились на странные фигуры впереди. Они двигались очень быстро и как только я смогла их рассмотреть то поняла, что война окончена. Раз уж армия Йогакулы добралась аж до сюда, то Мильдани́я пала.

***

Один смуглый рыцарь, в холодных тёмных доспехах куда-то вёл меня под руки. После того как меня схватили у дома, я некоторое время просидела в тёмном сыром помещении, окружённом солдатами. В том помещении были все знакомы лица: староста деревни, фермер, регулярно поставлявший мне молочные продукты, продавец с рынка, Сестра Мария и Святой Отец. Все были там. Я просидела в тёмном помещении со всеми не долго. Рыцарь, ведущий меня сейчас, подошёл к сторожившим солдатам, что-то сказал им и те пропустили его. Войдя в сырое помещение, он сразу нашёл меня взглядом, связал мои руки сзади и быстро выволок наружу, ничего не объясняя.

Вот, впереди показался большой шатёр, вверху которого красовался флаг Йогакулы. Сразу было понятно, что в этом шатре располагался главнокомандующий. Оказавшись внутри шатра и пройдя ещё немного, рыцарь бросил меня на пол так, что я сразу упала на колени, а после отчитался:

— Господин, я привёл её.

— Подними голову, врачеватель! Господин Иллиан Мило ги Хаммон желает взглянуть на тебя! — раздался сверху другой незнакомый голос.

Я последовала его словам и увидела уже знакомого человека, которого не ожидала встретить так рано. То был Илиа в богатых алых, как его глаза, одеждах. Передо мной, действительно сидел, единственный выживший член королевской семьи Йогакулы.

— Вот мы и встретились снова, Эллен.

От его слов, кровь застыла в жилах, и я окончательно осознала, кого спасла в тот день в лесу.