Спаситель на белом коне (исторические этюды)

Спаситель на белом коне или тайна Евфросиньи Полоцкой

Евфросинья Полоцкая без всякого преувеличения самая почитаемая святая в Беларуси. Всю свою жизнь она посвятила служению Господу, совершенно не интересуясь политикой и нисколько не заботясь о собственном благополучии. Она усердно переписывала святые писания, неустанно молилась и оставила своему народу великие святыни. К сожалению, знаменитый крест Ефросиньи Полоцкой, изготовленный полоцким мастером-ювелиром Лазарем Богшей, пропал во время Великой Отечественной Войны. Доподлинно известно, что вместе с другими сокровищами его вывезли в Могилёв, а дальше его след теряются. По одной версии, крест был вывезен в Москву, где его осматривал Берия. По другой, крест попал к немцам. По третьей, его похитил кто-то по дороге. Наиболее убедительной выглядит первая версия. Косвенно, она подтверждается тем, что древняя Библия, которую вывезли вместе с крестом, стараниями митрополита Филарета была возвращена из Москвы в Беларусь.

Будем надеяться, что крест рано или поздно найдётся. К счастью, главную святыню, оставленную нам преподобной Евфросиньей, украсть невозможно. Это церковь Спаса, воздвигнутая благодаря стараниям Ефросиньи Полоцкой в середине 12-го века. Из Византии пригласили мастеров, которые расписали стены фресками. Через несколько веков прямо по фрескам нанесли красками иконы и лики святых. А ещё через несколько десятилетий расписали стены ещё одним слоем красок. С одной стороны, великолепные фрески были закрыты двумя слоями красок, но это надежно сохранило их до наших дней. Только в 21-м веке учёными России и Беларуси был разработан уникальный способ перенесения двух верхних слоёв с помощью специального раствора на белоснежную основу. Этими произведениями можно полюбоваться в Полоцкой художественной галерее, которая находится рядом с храмом Софии. А в церкви Спаса, который входит в состав женского монастыря на окраине Полоцка, в первозданном виде перед нами предстали великолепно сохранившиеся фрески. Ни в одном храме мира древние фрески не сохранились в такой полноте и в таком объёме. Почти весь Новый Завет представлен здесь живописно. Всё выполнено по канонам, кроме одной росписи. Согласно Библии, Христос въезжает в Иерусалим на осле. А на фреске в церкви Спаса Иисус восседает на прекрасном белом коне. Вряд ли византийские живописцы сами пошли на такое нарушение. С другой стороны, хорошо известно, что преподобная Евфросинья внимательно следила за возведение храма и вникала во все детали. Поэтому добро на изображение Христа на белом коне могла дать только она. Но почему? Никаких письменных источников по этому вопросу пока не найдено. Эта тайна, которая Евфросинья оставила потомкам. Возможно, когда-то учёные смогут её разгадать. Не хочется строить догадки, но осмелюсь предложить поэтическую версию.

Сотни лет с тех пор прошли,

Травой буйной поросли

Предков древние курганы,

Городища, сёла, станы,

Но надёжно, словно встарь,

Смыв с себя времён всех гарь,

Монастырь стоит, как прежде,

И народ в святой надежде

Входит в церковь помолиться,

Евфросинье поклониться.

В церкви той стоит ковчег,

И нетленна, словно бег

Времени здесь остановлен,

И завет навек исполнен,

Евфросинья в нём лежит

И как будто мирно спит.

А со стен лики святых

Смотрят из времён былых

И Христос во всей красе

Выезжает на коне,

Ефросинья Его ждёт,

Как и весь честной народ.

Если будите в Полоцке, обязательно посетите монастырь и церковь Спаса.

Тут можно не только поклониться святой Ефросинье Полоцкой.

Перед вами предстанут потрясающие по простоте исполнения и глубине воздействия лики святых, Божьей Матери и Христа на белом коне.

Основание Москвы: кровавая свадьба

Основание Москвы: кровавая свадьба

Как известно, основателем Москвы был великий князь Юрий Долгорукий. В учебниках истории сообщается о посещении им в 1147году селения Красное, что тогда означало красивое и, по всей видимости, дало название Красной площади. Восхитившись местными видами, князь приказал основать город Москва по названию реки, которая тут и протекала.

Однако, мало кто пишет о причине посещения Долгоруким селения Красное, а именно в ней содержится корень трагедии, достойной пера Шекспира. К сожалению, классика, видимо, мало интересовала наша история. Поэтому попытаемся сами по мере сил описать ход событий, которая красочно приведена Татищевым, но почему-то упорно игнорируется нашими историками.

Итак, Красное, а по другим источникам, Кучково(возможно, было и то и другое) принадлежало многочисленному семейству Кучковичей во главе со Степаном Ивановичем Кучкой, местным боярином, служившего у Юрия Долгорукого тысяцким, то есть имевший в своём подчинении тысячу воинов. До прихода славян здесь проживали народности меря и голядь. Возможно, Кучки происходили от одного их этих племён. По долгу службы Степан Иванович жил в стольном граде Суздале вместе с красавицей женой. Любвеобильный князь не преминул закрутить с ней роман за спиной своего подданного. Всё тайное рано или поздно становится явным, и Пётр Кучка, узнав об измене, немедленно уехал из Суздаля в Красное вместе с женой и своим воинством.

Юрий Долгорукий не стал препятствовать отъезду. Видимо, чувствовал за собой какую-то вину, но когда собрался в поход на Великий Новгород, то, естественно, послал грамоту Кучке с приказом прибыть со своим войском в назначенное время в определённое место, которое было как раз недалеко от Красного. Ревность ревностью, а служба службой.

Оскорблённой Кучка приказ игнорировал. Юрий Долгорукий, оставив рать, вместе с малой дружиной и сыном Андреем нежданно нагрянул в Красное. Летопись умалчивает подробности сцены, разыгравшейся между великим князем и Степаном Ивановичем, но сообщает, что последний был обезглавлен Юрием Долгоруким в приступе ярости. По другим источникам, Кучку убил дружинник. Поостыв, великий князь пожалел о содеянном и решил тут же загладить свою вину женитьбой своего сына Андрея на дочери Кучки Улите. Точно неизвестно, состоялась ли свадьба одновременно с похоронами, но совершенно очевидно, что если разница во времени и была, то совершенно мизерная, так как надо было торопиться в поход на Великий Новгород. Войну никто не отменял. Поход, кстати закончился неудачей. Зато, с почестями похоронив Кучку и сыграв пышную свадьбу, Юрий Долгорукий повелел заложить город Москва с великом, как известно, будущим. Правда, заложен он был на удивительном переплетении смерти и жизни(свадьба), наложивших отпечаток, как мы видим, на всю дальнейшею историю Москвы. Сколько крови пролилось с тех пор на Красной площади! Сколько пышных коронаций и иных торжеств свершилось в Кремле! И становится понятным, почему они так часто совпадали во времени. Насколько символичным оказались эти события для всей истории Москвы и России!

Семейство Кучковичей после женитьбы сына Долгорукого на дочери Степана Ивановича резко усилило своё влияние в Суздальском княжестве и через много лет организовало против Андрея Боголюбского заговор, закончившийся очередной трагедией, но это уже другая история.

Заговор жены и наложницы или убийство Великого князя

Заговор жены и наложницы

Или

Убийство Великого князя

Вряд ли в истории найдётся много примеров, когда супруга и любовница объединялись против своего суженого. А в нашем случае эти женщины былине просто участниками, а вдохновителями, душою и основными исполнителями заговора. И особенно удивительно, что они вступили в сговор не против обычного человека, а великого князя. Несомненно, обе получали от него богатые подарки и, конечно, как сыр в масле катались. Чего им не хватало? Живи и радуйся. Ан, нет. Что же заставило их пренебречь личной неприязнью и пойти на столь рискованное мероприятие? Все могло закончиться по-другому, и тогда жестокая расправа была неминуема.

Видимо, причина крылась в самом Великом князе, вернее, в его качествах и поступках. Но об этом позже. А сейчас о том, как всё произошло. Сам ход событий подскажет нам мотивацию совершённого убийства.

Итак, заговор был направлен на Андрея Боголюбского, сына основателя Москвы Юрия Долгорукого, который и женил Андрея на дочери боярина Кучки Ульяне. Брак был, конечно, не по любви. Этой свадьбой Юрий Долгорукий пытался загладить свою вину за убийство отца Ульяны Степана Ивановича Кучки. Более подробно об этом рассказано в этюде «Основание Москвы, свадьба на крови». Это не помешало Ульяне нарожать кучу детей и приобрести вместе со своим многочисленным семейством значительное влияние в Суздале, где после смерти отца княжил Андрей Боголюбский. Прозвище Боголюбский Андрей получил за усердные молитвы и, видимо, ставший очень известным случай с иконой Пресвятой Богородицы. Это произошло в 1155 году, когда его отец Юрий Долгорукий во второй раз силой добился киевского стола. Летописец, не объясняя причины, отмечает, что Андрей тяготился жизнью в Киеве. Как известно, до монгольского нашествия в политической и общественной жизни Киева очень важную роль играли бояре и вече. Это тема отдельного разговора. Нам важно отметить, что нередки были случаи, когда вече решало, какого князя прогнать, а какого пригласить на княжение. Бояре могли тайно управлять вече, а могли и сами строить интриги против князя. Так, тот же Юрий Долгорукий был отравлен в Киеве на пиру у местного боярина в том же 1155г. Андрей Боголюбский был явно склонен к единоличной власти. Поэтому и тяготился киевской вольницей, но отец не хотел отпускать Андрея и посадил на княжение в Вышгороде, неподалёку от стольного града, верно полагая, что сына надо держать под рукой. Однако, Андрей проявил непокорность. Он забрал с местного монастыря знаменитую икону Пресвятой Богородицы, привезённой из Константинополя, и самовольно отправился в Суздальско-Ростовское княжество вместе со своей дружиной. Почему-то ни в Ростов, ни в Суздаль он не доехал. По преданию, кони, вёзшие икону, стали, как вкопанные, на левом берегу Клязьмы. Пришлось здесь заночевать, и Андрею было знамение от Божьей Матери, по которому на этом месте нужно было основать церковь. Так возникли крепость Боголюбово и Боголюбский монастырь. Однако, были и другие причины, о которых мы уже догадываемся: в Боголюбово не было ни вече, ни бояр, которых так не любил Андрей и которых было пруд пруди в Суздале и Ростове. Из Боголюбово Андрей правил самодержавно, не считаясь ни с кем. Историк Ключевский отмечает, что Боголюбский стал прототипом русского самодержавия. Достаточно вспомнить, что именно в 1169 году войска Андрея Боголюбского захватили, разграбили и сожгли Киев. Тем самым, Великий князь не только отомстил за отца, но и подорвал могущество Киева как столицы Древней Руси ещё задолго до нашествия орды. Центр Руси всё больше смещался в Суздальско-Ростовское княжество, и Боголюбский делал для этого всё возможное.

Если в управлении княжеством Боголюбский проявлял такие жестокие методы, то нетрудно представить, каким деспотом был он в семье. Поэтому ничего удивительного, что Великий князь в открытую жил с наложницей, а законная жена боялась и пикнуть. Наложницей была юная булгарская княжна. Она досталась Андрею как военный трофей после похода на волжских булгар, закончившимся захватом столицы этого народа. Вся царская семья была умерщвлена, а дочку или внучку царя Великий князь изнасиловал прилюдно на главной площади. Вера верой, а языческие обычаи никто не отменял. Дело в том, что в этом походе трагически погиб старший сын Великого князя Ростислав. Именно в память о нём была возведена жемчужина древнерусского зодчества церковь Покрова-на-Нерли.

В общем, так и жили. Великий князь оплакивал сына, не забывая регулярно тешиться булгарской княжной и, на всякий случай, хранить свой меч под периной. Хоть в Боголюбово не наблюдалось ненавистных бояр, но всё равно надо всегда быть начеку. Да, крепость защищена крутыми валами, рвом с водой, прочными стенами и верной дружиной, но враг хитёр и коварен: того и гляди проберётся прямо в спальню. Так оно и случилось. Такова участь многих тиранов. Когда Великий князь вдоволь насладился ласками наложницы и заснул, как убитый, юная княжна сумела достать меч из-под перины и отнести в его в погреб, где кучковичи для храбрости обильно накачивали себя вином. Неизвестно, как царская дочь, фаворитка Великого князя, сошлась с кучковичами, но факт остаётся фактом. Может, она сама, обуреваемая жаждой мести, предложила свои услуги кучковичам, а, возможно, Ульяна сумела убедить княжну принять участие в заговоре. Можно лишь догадываться, каково было царской дочери каждую ночь ублажать старца, разорившего её страну и погубившего всю её семью. Следует отметить, что Боголюбский слыл человеком необыкновенной силы, а меч его считался волшебным. Не случайно матерью Боголюбского была дочь половецкого хана. Когда Ульяна увидела княжну с принесённым мечом, то не смогла сдержать радостного крика и чуть ли не силой погнала своих родственников в спальню мужа. Что заставило Ульяну возглавить заговор? Если княжна мстила за свою семью, то Андрей, в общем-то, не был причастен к убийству отца Ульяны. Значит, говоря по-простому, муж довёл супругу до такого состояния, что она готова была на всё. Впрочем, это лишь версия, которая строится на том, что никаких других весомых причин для заговора не было. Ни Ульяна, ни другие кучковичи от этого ничего не выиграли, да и не могли выиграть, так как происхождение ни в коем случае не позволяло им княжить. А любые другие варианты были для них вряд ли приемлемы, так как грозили карой за убийство князя. А то, что Боголюбский был деспотом, мы уже хоть как-то обосновали. Однако, вернёмся к событиям той ночи.

Пьяные заговорщики ворвались в спальню и в темноте принялись наугад и беспорядочно наносить удары по постели. Великий князь был убит далеко не сразу. Обнаружив, что меча нет, он сумел вырвать оружие у одного из нападавших и нанести кому-то ранение, пока случайный удар меча не отрубил ему руку. Обливаясь кровью, Боголюбский рухнул на пол и потерял сознание. Кучковичи, посчитав Андрея мертвым, гурьбой вернулись в винный погреб и продолжили пиршество. Вдруг они услышали громкий стон. Все в ужасе застыли с поднятыми кубками. Лишь Ульяна смогла сохранить хладнокровие.

«Идите наверх! Вам нечего бояться! Меч Андрея у нас».

Она снова погнала заговорщиков в спальню. Войдя туда, они обнаружили её пустой, но по кровавому следу нашли обессиленного Великого князя в коридоре и зарубили мечами.

Так закончилась эта чисто русская трагедия, в которой трусость переплетается с храбростью, коварство с предательством, властолюбие с ханжеством, ненависть с местью, кровь с наслаждением. Нет только настоящей любви и истинной веры.

А главное, мы видим, как человек, стремящийся к власти, не гнушается ничем, начиная с божьего знамения и похищения иконы и заканчивая сожжением столицы своей державы. Если нет сил, способных его остановить, то власть очень быстро становится абсолютной, а сам правитель превращается в чудовище, невыносимое для окружающих. Тогда и наступает время тайных заговоров и дворцовых переворотов, как это часто и происходило на протяжении всей истории России.

Великий князь, ставший монахом

Великий князь, ставший монахом

В истории человечества можно по пальцам сосчитать правителей, добровольно отрёкшихся от власти. Да и то, эти редчайшие случаи подвергаются сомнению. Так, император Диоклетиан в 61 год отказался от трона, а когда ему предложили вернуться, заявил: «Ах, если бы вы видели, какую капусту я вырастил в Сплите, вы бы не спрашивали». Тем не менее, некоторые учёные утверждают, что Диоклетиан отказался от трона, так как опасался заговора. Так же по некоторым источникам, российский император Александр Первый добровольно и ушёл в монахи, хотя достоверных подтверждений этому пока нет. Зато абсолютно точно известно, что один из первых князей Великого княжества Литовского дважды слагал с себя княжеские полномочия. А всё началось с монголо-татарского нашествия на Киевскую Русь. Орда огненным потоком прокатилась по южной и восточной частям Древней Руси, но Полоцкое княжество пострадало значительно меньше, так как основные силы орды, согласно заповеди Чингисхана, двигались на запад к Атлантическому океану. Правда, монголами были предприняты два похода на территорию современной Беларуси. Они сожгли Городень (Гродно), Берестье(Брест) и ряд других городов. Местные племена смогли объединиться с литами и некоторыми другими балтийскими племенами, с которыми ранее воевали, чтобы противостоять нашествию. Первой столицей Великого литовского Княжества, образовавшегося примерно в 1235г., стал Новогрудок, а Миндовг – его первым Великим князем, который в двух битвах в 1241 и 1249г. наголову разбил два монгольских отряда во главе с темниками Койданом и Шейбаном. Оба темника были убиты, а два местечка до сих пор называются Шейбаны(под Лидой) и Койданово, которое уже в советское время было переименовано в Дзержинск, а железнодорожная станция до сих пор сохранила название Койданово. ВКЛ оказалось единственным княжеством бывшей Киевской Руси, не платившее дань орде. Поэтому сюда хлынули потоки беженцев со всей Руси. Княжество бурно и быстро развивалось. Вскоре Миндовг перенёс столицу в Вильнюс, оставив Новогрудок своему старшему сыну Войшелку. Войшелк княжил недолго. ВКЛ со всех сторон грозили соседи, но особенно опасным был поход Данилы Галицкого, который двинул с юга свои железные полки. С запада наступали рыцари, восстала жмудь. Не имея сил отбить всех сразу, Миндовг уступает Новогрудок Роману, сыну Данилы Галицкого, а Войшелка отдаёт в заложники в Холм, новый стольный град Галицко-Волынского княжества. По всей видимости, Войшелк лишился княжеского стола не по своей воле. В летописи говорится о его беспощадности в борьбе с врагами. Однако, несколько лет, проведённых в заложниках у Галицкого, полностью изменили старшего сына Миндовга. Из ярого язычника он превратился в смиренного христианина и, по некоторым источникам, принял постриг. Также есть данные, что в это время он активно общался со святым старцем Григорием Полонским и по его наставлениям отправился на Афон, но из-за вспыхнувшей в Болгарии войны вернулся, но не в Холм, а в Новогрудок. В летописях не говорится, сделал это он по своей воле или с разрешения Данилы, но к тому времени отношения между ВКЛ и Галицко-Волынским княжеством вновь накалились до предела. Роман, сын Галицкого, погибает при невыясненных обстоятельствах, и Миндовг возвращает себе Новогрудок. Данила при поддержке татарского войска вновь двинул свои полки на ВКЛ. Однако, битве не суждено было состояться. По некоторым сведениям, Войшелк вышел на поле брани с иконой Божьей Матери и примирил враждующие стороны, по другим, Миндовг применил военную хитрость, приказав каждому воину накануне сражения разжечь костёр, чтобы устрашить противника. Хан Бурундай, возглавлявший татарское войско, помня судьбу Койдана и Шейбака, ушёл восвояси, а Данила не рискнул вступить в сражение без татар. Дело кончилось миром. Наверняка, Миндовг предлагал сыну не один город в княжение, но Войшелк ушёл в Лаврушский монастырь, который сам основал на берегу Немана. Христианское имя Войшлка Лаврентий. Отсюда и название монастыря. Когда говорят об основании монастыря, упоминается также монах Елисей. По одним данным, это сподвижник Войшелка, а по другим – сам Войшелк. Не отсюда ли Пушкин дал имя одному из своих героев королевичу Елисею?

Через некоторое время Миндовга убивают трое его приближённых. Войшелк вынужден бежать в Пинск, где находит прибежище у местного князя Андрея. Из захватившего власть триумвирата двое погибают в междоусобице, а третий, князь Довмонт, еще раньше отправился с дружиной в Псков, где принял православие под именем Тимофей и блестяще правил до конца своих дней и выиграл все сражения. После кончины его причислили к лику святых. Почему-то в отечественной историографии это имя почти забыто, хотя заслуги его не меньше, чем Александра Невского, а в духовной сфере значительно превосходят.

Однако, вернёмся к Войшелку. Бояре и народ из Новогрудка несколько раз отправляли к нему посольство с просьбой сесть за стол Великого княжества Литовского. Скорее всего, это были делегации от вече, которые играли значительную роль в политической жизни Древней Руси. В конце концов, Войшелк согласился, но только на три года. За это время он успел усмирить разгоравшуюся смуту, значительно расширить земли княжества, установить мир. По истечении назначенного срока, как и обещал, передал княжение младшему сыну Данилы Галицкого Шварну, женатому на его сестре, а сам удалился в Лаврушский монастырь.

К сожалению, служение богу продолжалось недолго. Лев Галицкий, старший сын Данилы Галицкого, посчитав себя оскорблённым, что княжение досталось Шварну, обманом заманил Войшелка к себе в гости и самолично убил мечом. Так трагически завершился земной путь Великого князя Войшелка, в крещении Лаврентия. Пожалуй, не только отечественная, но и мировая история не знает такой судьбы, достойной пера Шекспира. По мере сил ваш покорный слуга постарался восполнить этот пробел в историческом романе «Княжеский посох».

А главный памятник Войшелку, Лаврушский монастырь, был разрушен, но в наши дни восстановлен на берегу Немана, недалеко от того места, где находился изначально. Обязательно посетите сей монастырь. Красота необыкновенная.

Царь-вольнодумец

Царь-вольнодумец

Как известно, Дмитрий I царствовал в России чуть меньше года: с 21 июля 1605 года по 17 мая 1606г., когда был убит боярами, поднявшими мятеж во главе с Василием Шуйским. Этот мятеж имел две очень важные особенности.

Во-первых, Шуйский уже пытался поднять мятеж против Дмитрия в самом начале его царствования. Однако, тогда народ выдал мятежного боярина, который был приговорён судом собора к смертной казни. Царь вначале заменил смертную казнь на ссылку, а чуть позже и вовсе простил Шуйского, вернув ему имения и звания. Последний учёл ошибки и второй раз поднял восстание под лозунгом: «Ляхи хотят убить царя». А когда народ поднялся на иноземцев, то бояре сделали всё возможное, чтобы прикончить Дмитрия и тут же объявить его самозванцем, хотя до этого признали его царём и присягнули на верность. Каких только «эпитетов» и ярлыков не навешали бедного Дмитрия: и самозванец, и оборванец Гришка Отрепьев, и польский лазутчик, и ставленник Сигизмунда III… Чем же так молодой царь (в 1606г. ему было примерно 25 лет) прогневил московскую знать? Народ, как мы уже поняли, относился к Дмитрию с большой любовью. Царь, прибывший с Великого княжества Литовского, обладал большими реформаторскими способностями и начал активно преобразовывать всю устаревшую систему власти. Боярская дума была преобразована в Сенат. Царь поручил своему помощнику Яну Бучинскому составить список сенаторов. Видимо, многие бояре не попали в этот список, что не могло не вызвать их недовольства. Было упразднено наследственное холопство, что было первым шагом к отмене крепостного права. Это еще больше настроило знать против царя. Дмитрий во многом способствовал тому, чтобы молодые люди могли получить образование в европейских странах. Была разрешена свободная торговля, в том числе и за границей, что очень быстро привело к резкому снижению цен и улучшению жизни бедных слоёв населения. Укреплялась армия за счёт увеличения жалования и введения новых должностей по польскому образцу. А финансы находились за счёт увеличения налогов на церковь и бояр. Во внешней политике он стремился создать союз европейских стран против Турции. Через сто лет Пётр I проведёт похожие реформы, преодолевая яростное сопротивление бояр и церкви. Очевидно, в начале 17-го века это сопротивление было более сильным и привело к свержению и убийству Дмитрия.

Да и вёл себя новый царь совершенно не так, как «подобает» царю. Он любил безо всякой охраны совершать прогулки по Москве, беседуя с простыми людьми как с равными. Для России того времени это было невиданным зрелищем. Даже в конце 20-го века, когда Михаил Горбачёв «выходил к народу» сбегалась толпа зевак поглазеть, будто небожитель спускался на землю.

Дмитрия зачастую обвиняли в том, что он был ставленником польского короля Сигизмунда III, с которым у него, действительно, была встреча, но за всё время правления молодого царя Речь Посполитая не получила не пяди русской земли и, вообще, не было никаких уступок. Зато несколько позже Россия лишилась Смоленской, Черниговской и Северской земель.

До сих пор ведутся яростные споры: был ли Дмитрий I сыном Ивана Грозного или самозванцем? Однако, важно не то, кем он был, а что делал. А это однозначно было смелая и активная попытка вывести Россию на европейский путь развития. Поэтому рука не поднимается писать Лжедмитрий. Царя признали и его мать Мария Нагая, и патриарх Игнатий и почти все бояре, которые затем и отреклись, хотя очевидно, что он был настоящим царём.

К сожалению, реформы Дмитрия I закончилась с его смертью, и страна вновь погрузилась в Смутное время.

Век цариц

После смерти Петра I на российский престол в 1725г. взошла его супруга Екатерина I. Царствовала она всего два года, но открыла целую плеяду женщин-императриц, правивших в России с небольшими перерывами до 1796г. Екатерину I, после недолгого царствования Петра II, сменила Анна Иоанновна, правление которой продолжалось десять лет. Следом двадцать лет правила Елизавета Петровна, дочь Петра Великого. Пётр III был убит всего через полгода после коронации и на престол воссела Екатерина II, правившая 34 года. Поэтому 18-й век в истории России можно смело назвать веком цариц. Ни до, ни после ни императриц, ни цариц, ни правительниц российская история не знает. Правда, в десятом веке в Киевской Руси княжила Ольга, но это было совсем иное государственное образование, очень далёкое по времени и устройству от российской империи.

Это уникальное явление особенно удивительно для России, где женщины в то время фактически не имели никаких прав. Почему же тогда они правили огромной страной в течение 66 лет? Можно сказать, что это случайность. Мол, так получилось, что не оказалось взрослых наследников мужского пола – вот женщинам и пришлось царствовать. Однако, не слишком ли много случайностей? Ряд случайностей, как известно, есть непонятая закономерность. Попробуем и мы увидеть эту закономерность. У каждой из четырёх императриц были могущественные фавориты, которые были не просто фаворитами.

Граф Меншиков, который способствовал воцарению Екатерины I, фактически был правителем России. Он обладал всеми высшими титулами, должностями и званиями, кроме царского, что не позволяло низкое происхождение. Однако, ни одно решение не принималось без одобрения Меншикова. Императрица лишь подписывала указы, которые готовил могущественный фаворит. Фактически она была игрушкой в его руках. Не имея возможности взойти на престол, Меншиков придумал и осуществил схему, благодаря которой управлял Россией, как своей вотчиной.

Также хорошо известно, что при Анне Иоанновне страной правил всемогущий Бирон.

А вот у Елизаветы Петровны фаворитов было несколько. Одному из них, Алексею Шубину, она даже посвятила стихи собственного сочинения:

«Я не в своей мочи огнь утушить.

Сердцем болею, а чем пособить,

Что всегда разлучно и без тебя скучно.

Лучше б тя не знати, нежель так страдати всегда по тебе»

Однако, её главным фаворитом, фактически руководившим страной, был Шувалов Иван Иванович. Только он мог входить с докладом к императрице, именно он доносил её волю Сенату и губернаторам.

А при Екатерине II не менее могущественным фаворитом являлся Григорий Потёмкин, о чём прекрасно рассказано в романе Валентина Пикуля «Фаворит».

В общем, пока императрицы предавались утехам и всевозможным развлечениям, фавориты не только всячески их ублажали и исполняли любые прихоти и капризы, но и неустанно укрепляли власть и влияние. Неплохо устроились. Всем руководишь и ни за что не отвечаешь. Формально решения принимала императрица, а фаворит лишь подсовывал ей бумаги. Главное при этом, сохранить своё влияние на царствующую особу и как как можно ближе быть к телу. Поэтому царствующих особ прославляли и возвеличивали всеми возможными способами, лишь бы угодить. Не потому ли Елизавету Петровну называли «весёлой царицей», а Екатерину II Великой? При этом почему-то никого не удивляет и не возмущает, что любовники этой немки, которая плохо говорила по-русски, убили её мужа, внука Петра Первого, чтобы возвести на трон чужеземку. Может, в этом и заключалось её величие?

Ясно одно: судьба России находилась в руках фаворитов. Когда это был Бирон, то наступала полоса бедствий. А когда просвещённый Иван Шувалов, то открывались академии, университеты и страна получала возможность нормального развития. Все, как всегда и было в России, зависело от того, кто стоял у руля не формально, а фактически.

Гонения гениев

В нашей отчизне гениев всегда подвергали гонениям. Радищева за знаменитое «Путешествие из Петербурга в Москву» сослали в Сибирь в Илимский острог. Пушкина и Лермонтова убили на дуэли. Достоевского подвергли гражданской казни и отправили на каторгу. Толстого предали анафеме. Есенина и Маяковского убили. Целый пароход выдающихся философов и других деятелей культуры выслали из советской России. Пастернака унизительно травили. Бродского посадили. Гумилёва расстреляли, Цветаеву довели до самоубийства. Солженицына выдворили из страны. Сахарова сослали в Нижний Новгород. Александра Меня, Михаила Круга и Бориса Немцова застрелили. Этот список можно продолжать до бесконечности. Это происходит независимо от времени. Это происходило в царское время и при советской власти. Это происходит и сейчас. Спрашивается, зачем? Кому это надо? Ну, не народу же. Наоборот, люди всегда с любовью, большой симпатией и сочувствием относились к светилам нашей культуры. Страна восторженно приняла поэмы Пушкина и Лермонтова, зачитывалась «Идиотом» и «Войной и миром», восхищалась лирикой Есенина и гражданской поэзией Маяковского. Люди отстаивали многочасовые очереди, чтобы попасть на концерты Высоцкого или Пугачёвой, ночами слушали Солженицына по «вражьему голосу», подпольно переписывали и перепечатывали рукописи запрещённых авторов. Люди тянулись к своим кумирам, в том числе и потому, что они говорили, писали и показывали правду. Гении на то и гении, чтобы лучше других понимать суть событий, суть происходящего и, вообще, суть всего. Поэтому они и были так популярны. Они были для народа авторитетами, ориентирами, путеводными звёздами, освещающими жизненный путь. Видимо, это не устраивало власть, которая сама хотела вести народ, но почему-то совсем в другую сторону. Безусловно, гении мешали власти. Не потому ли они и подвергались гонениям? Гении, да и любые талантливые люди, очень хорошо видят ошибки и недостатки любой власти, какой бы хорошей она ни была, и это видение так или иначе проявляется в их творчестве. Нет людей без греха, не бывает правителей без изъянов. Любых вождей всегда найдётся за что критиковать. Поэтому, когда поют дифирамбы действующей власти, это не только вызывает недоверие, но и отдаёт неприятным душком. Сразу возникает подозрение, что борзописец не прочь присосаться к государственной кормушке и готов не только на любые восхваления правителей, но и на нападки и тех, кто говорит правду. Поощряемые властью, они остервенело набрасываются на всех инакомыслящих, на всех, кто осмеливается сказать правду или хоть что-то, не совпадающее с мнением властных структур. Печальное зрелище. Если власть не прислушивается к гениям, к тем, кто её критикует, к иной точки зрения, то всё выйдет по библейской истине: «Слепой ведет слепого — и оба падают в яму».

Почему русские?

Почему русские?

Почему название нашего народа русские произошло от прилагательного? Учёные утверждают, что это уникальный случай. В мире больше не известно ни одного народа, название которого сформировалось таким образом. Есть множество теорий, объясняющих происхождение слова «Русь». Согласно одной, название произошло от реки Рось, протекавшей где-то в Украине; по другой версии, от названия острова то ли в Балтийском, то ли в Северном море; согласно третий, где-то на территории Хорватии обитало славянское племя с похожим названием и т. д. Можно с разной степенью доверия относится к этим гипотезам, но все они пытаются выяснить происхождение не слова «русские», а слова «Русь», подразумевая, что «русские» произошло от названия страны. Однако, в этом случае логично назвать народ русами или росами, как это, как правило и происходило. Жителей Англии называют англичанами, а не английскими, жителей Японии японцами, а не японскими, и т. д. Нельзя утверждать, что русские произошло от слова Русь. Поэтому все вышеприведенные теории не имеют к этому вопросу никакого отношения.

Попытаемся найти ответ, более внимательно всмотревшись в огромное государство, самое большое на то время в Европе, Киевскую Русь, раскинувшуюся от Балтики до Крыма и от Бреста (в то время Берестье) почти до Волги. В него входило множество племён и народностей: меря, голядь, печенеги, половцы, евреи, торки, берендеи, поморы и даже такое племя, как водка. Да, зачастую они воевали с друг другом и с великим князем, но все они в итоге так или иначе с разной степенью зависимости вошли в состав Киевской Руси. Я уже не говорю о славянских племенах полян, кривичей, вятичей и др. Как показали последние исследования, архетип этих племён очень сильно разнился. Одни были светлые и голубоглазые, другие смуглые и кареглазые; одни высокие и дородные, другие низкие и щуплые. Поэтому версия, что название «русские» произошло от слова русые также не выдерживает критики. Мы видим, что архетипы племён и народностей Киевской Руси представляют собой самую широкую палитру. Мы не разбираем здесь вопрос, почему такое множество народов вошло в состав киевского государства. Это тема отдельного исследования. Мы лишь констатируем это как факт, на котором основано наше предположение о происхождении название «русский». Видимо, изначально подданный великого киевского князя на вопрос: «Кто ты?» - отвечал: «Я русский берендей», или «Я русский вятич», или «Я русский помор».

«Русский» в этом ответе означало принадлежность человека к Киевской Руси в качестве её жителя или, как бы мы сейчас сказали, гражданина, а слова берендей, вятич или помор принадлежность человека к племени или народности. По мере всё большей ассимиляции племён и растворении их в огромном государстве, надобность говорить о своей принадлежности к тому или иному племени отпала. Поэтому осталось лишь одно слова «русский», указывающее на то, что человек является жителем Киевской Руси. Так и закрепилось название «русский». Подобным образом в Великом княжестве Литовском жители называли себя литвинами, хотя среди них были и кривичи, и древляне, и множество других племён и народов.

Сразу хочу оговориться, что это всего лишь догадка. У меня нет никаких научных доказательств, подтверждающих или опровергающих данную гипотезу. Поэтому буду весьма признателен за предоставление любых данных, подтверждающих или опровергающих эту версию.

В защиту данной догадки могу сказать лишь одно: других правдоподобных гипотез происхождения этого названия я не знаю.

Белая Русь

До монголо-татарского нашествия термин Белая Русь в письменных источниках не встречается. Современная территория Беларуси, в основном, совпадала с землями Полоцкого княжества, находившегося в относительной зависимости от Киева. После разорения Батыем Киевского государства, Полоцкое княжество сумело отстоять свою независимость по двум причинам. Во-первых, основное направление движения орды проходило южнее. Во-вторых, славянские и балтийские племена сумели объединиться и создать Великое литовское Княжество во главе с Миндовгом, под предводительством которого войско монгол было разбито под Лидой и в Крутогорье, соответственно, в 1242 и 1249 годах. Ещё одна попытку предпринял Бурундай вместе с войском Даниила Галицкого, однако перед самым началом сражения Бурундай покинул поле битвы, видимо, усомнившись в победе. В общем, новообразованное княжество сумело отстоять свою свободу и никогда не платило орде никакой дани. Возможно, поэтому эта земля стала называться Белой Русью, то есть чистой, свободной. В документах западных и восточных стран это название появилось лишь в 14-м веке, но, как известно, официальное название всегда запаздывает. В самом ВКЛ, видимо, также возникла потребность найти название славянским землям, вошедшим в состав Княжества. По мере укрепления и расширения ВКЛ вплоть до Чёрного и Балтийского морей, в состав Княжества вошло много и других славянских племён и земель, в том числе и Киев. Поэтому термин Белая Русь постепенно потерял актуальность. О нём вспомнили при Екатерине Второй, когда в результате трёх разделов Речи Посполитой вся территория современной Беларуси была присоединена к Российской империи. Тогда и вспомнили о названии Белая Русь, но уже в ином смысле или контексте. Тут уже главным было слово Русь, которое как бы указывало на то, что это исконные русские земли. Правда, справедливости ради надо сказать, что Екатерина не решилась сразу отменить вольности, которые были в Речи Посполитой, и жители Белой Руси долгое время имели значительно большие права и свободы, чем другие народы России.

От кухарки до императрицы или власть женщины

Мировая история знает совсем немного случаев, когда женщины из самых низших слоёв становились полновластными царицами и императрицами. Тем более удивительно, что это произошло в России в начале 18-го века, когда женщин не то чтобы во власть, а даже за один стол с мужьями не пускали. Правда, незадолго до этого страной управляла Софья, но, во-первых, она была старшей сестрой будущих царей Петра1 и Иоанна5, то есть царского рода, а во-вторых, управляла в качестве регентши, пока Петр1 не взял власть в свои руки и не сослал сестрицу в монастырь. Читатель наверняка догадался, что речь идёт о Марте Самуиловне Скавронской. Её происхождение довольно туманно. Вроде бы она была дочерью лифляндского крестьянина Самуила Скавронского, однако очень сомнительно, чтобы бедный латыш мог носить еврейское имя и панскую фамилию. По другим сведениям, то ли отцом, то ли мужем Марты были то ли Краузе, то ли Рабе, который то ли погиб на войне, то ли вскоре развёлся, то ли только подал на развод. Достоверно известно, что девочка воспитывалась в доме пастера Глюка, так как родители Марты умерли, когда она была совсем юной. В то время Россия воевала со Швецией, и войска под руководством фельдмаршала Бориса Шереметева в 1702г. осадили Мириенбург(сейчас это Алуксне в Латвии), жители которого упорно сопротивлялись и не хотели под власть Петра Великого. В отместку, когда город был взят, он подвергся полному разграблению и почти полному уничтожению. Везде, где ступал сапог русского солдата, слёзы и кровь лились рекой. Марту ждала незавидная участь быть изнасилованной и убитой или, в лучшем случае, попасть в русское рабство, то бишь в крепостные. Но ей повезло куда больше, чем остальным жителям города. Она приглянулась то ли самому Шереметеву, то ли вначале неизвестному офицеру из его войска. Каким образом обычной безграмотной падчерице удалось встретиться и соблазнить в пылающем городе высокородного аристократа, безраздельно владевшего тысячами крепостных душ, в том числе и девиц, остаётся загадкой. Тут можно лишь развести руками. То ли это её величество Фортуна, словно заботливая мать, вела неразумное дитя на вершину власти и славы, то ли это сама Марта сумела этого добиться благодаря своим личным качествам? Или это и то и другое? А может тут и вовсе некая мистика? Отложим ответ на этот вопрос, пока, хотя бы бегло, не окинем взором весь жизненный путь Марты Скавронской. Дальше и вовсе начинаются невероятные события. Наложница Шереметева случайно попадается на глаза всемогущему Александру Меньшикову, и тот, как и фельдмаршал, с первого взгляда влюбляется в юную красотку. Или она была столь очаровательна, или умела привораживать? Или, что скорее всего, красота сочеталась с умением влюблять в себя мужчин? Удивительно и то, что в неё влюблялись именно те мужи, которые ей и были нужны и именно в самый нужный для неё момент. Причем, прежние любовники совершенно безропотно уступали её более могущественным вельможам, как будто и не пылали к ней страстью. Да, они были бессильны перед властелинами, но могли, во-первых, и не хвалиться своим сокровищем, а, во-вторых, по всем законам военного времени, добыча принадлежала тому, кто её первый захватывал. Никто же никогда не претендовал на крепостных того или иного помещика. Поэтому, возможно, и тут не обошлось без участия нашей героини, которая каким-то таинственным образом могла повлиять на своих бывших любовников, чтобы те безропотно уступили её следующему. Хотя это всего лишь предположение. Мы можем лишь строить догадки, как всё происходило на самом деле. Хорошо известно лишь то, что и у Меньшикова Марта оставалась недолго, так как её случайно (не слишком ли много случайностей?) заметил сам царь Пётр Первый, и в тот же день она оказалась в его покоях. Выше некуда. Юная фаворитка приложила всё своё умение и направила все свои усилия на обольщение молодого царя. Безграмотная прачка смогла добиться того, что Пётр быстро охладел к своей бывшей пассии Анне Монс, прекрасно воспитанной, хорошо образованной и необычайно красивой немке. Правда, Анна и сама была виновата, так как обнаружились её любовные письма к саксонскому посланнику Кенигсеку после того, как тот утонул в Неве после очередного буйного пиршества, устроенного Петром по случаю спуска на воду новой яхты. Ещё одна какая-то невероятная роковая случайность, в череде которых явно улавливается закономерность. Хотя и сама Марта старалась не покладая рук. Она не только наравне с царём участвовала во всех попойках (Пётр даже шутил, что фамилия её не Скавронская, а Веселовская. Потом некоторые историки на этом основании выдвинут гипотезу, что её фамилия и была Веселовская), но чуть ли не сама покупала продукты для «Петруши», сама стряпала, прослыв знатной кухаркой. Общеизвестно, что только Марта могла успокоить царя, когда у него наступал приступ, зачастую переходивший в бешенство. Но самое выдающиеся достижение фаворитка совершила во время Прутского похода Петра против турок в 1711г. Русская армия вместе с самим Петром и его верной спутницей попала на правом берегу Прута в полное окружение. Положение было безвыходным. Пленение турками самого царя казалось неизбежным. Пётр, как это всегда с ним бывало в критических ситуациях, впал в панику. Точно неизвестно, случился ли с ним припадок, но Марта (к тому времени уже Екатерина Алексеевна) сумела не только успокоить Петра, но и убедить его принять правильное решение, а именно: снарядить к великому визирю Мехмеду посольство для переговоров и подкупа. Она сняла с себя все драгоценности и уговорила других женщин, находящихся в обозе, сделать тоже самое. Один из этих бриллиантов в 21-м веке был выставлен на аукцион потомками Мехмеда и оценивался более чем в 10 миллионов долларов. Правда, не продали, так как за него давали всего лишь восемь с половиной. Но вернёмся к Прутскому походу. Вполне можно предположить, что сама Екатерина Алексеевна участвовала в посольстве.Никаких данных нет, но об этом говорит сам ход событий. Взятка оценивалась по тому времени в 200 тысяч рублей. Хоть сумма и немаленькая, но не такая уж и большая. Так, только у Меньшикова после его свержения было изъято только наличными 13 миллионов. Вряд ли Мехмед ради 200 тысяч стал бы настолько сильно рисковать, чтобы выпустить русского царя и его армию из капкана. Ведь пленение царя означало полную победу в войне, как мат королю в шахматной партии. Зная о магической способности Скавронской воздействовать на мужчин, нельзя исключать версии, что она все-таки соблазнила и великого визиря. Как бы там ни было, русскую армии вместе с царём без единого выстрела выпустили из западни. Естественно, условия мира были унизительными, но зато удалось избежать полного разгрома. В честь столь чудесного спасения, которое случилось только благодаря его любовнице, Пётр вскоре официально женился на своей фаворитке, учредил орден Святой Екатерины и назвал в честь неё Екатеринбург. Более того, провозгласив себя императором в 1721 году, Петр удостоил свою жену звания императрицы. Более полного триумфа невозможно представить. За двадцать лет прачка и обозная девка, которой грозила реальная участь стать крепостной, теперь была полноценной и законной императрицей необъятной империи. Она и во сне об этом не могла мечтать. Так что же это: случай или судьба? Я не берусь судить. Пусть читатель решает сам. Можно лишь сказать, что императрица, на самом деле, не испытывала сильной любви к императору. По иронии судьбы она закрутила роман с Виллимом Монсом, родным братом бывшей фаворитке Петра. Екатерина устроила Вильяма Монса личным секретарём, который рассматривал многочисленные челобитные в адрес доброй и милосердной царицы. Она, действительно, была добра от природы и за многих заступалась. Народ быстро сообразил, что к чему и направлял просьбы не Петру, а Екатерине. Об измене супруги муж узнал, как обычно, чуть ли не последним. Гнев был страшен. Вильяму Монсу отрубили голову, а Екатерину… Её не тронули, хотя отношения с мужем испортились. Первую жену Петра Евдокию за измену с майором Степаном Глебовым били батогами и отправили в отдалённый монастырь, хотя Пётр сам её бросил и требовал постричься в монахини задолго до того, как Евдокия стала встречаться с майором. А Екатерине, как с гуся вода. Даже отношения начали налаживаться незадолго до смерти Петра. В общем, сплошная несправедливость. Хотя, кто и когда видел эту самую справедливость? Стоит отметить, что обе жены Петра и фаворитка Анна Монс, наиболее близкие Петру женщины, изменили ему. Не следствие ли это той распущенности и того разврата, что самодержец устроил при своём дворе и в обеих столицах? Так что далеко не все случайно. Есть и закономерности. Как говорится, за всё содеянное нас ждёт неминуемая расплата.

История одной купчей или последний подвиг Тадеуша Рейтана

Вначале августа 1780 года к родовому имению Рейтанов в деревне Грушевка Новогрудского воеводства подъехала карета. Из неё вышел генерал-майор Иван Иванович Михельсон. Похоже, кучер немного сбился с дороги и выехал к усадьбе со стороны парка. Иван Иванович после длительной поездки с наслаждением прогулялся по аллее в тени ветвистых лип и могучих вязов. Настроение у него было весьма приподнятое. Он чуть ли не гордился собой за решение, которое недавно принял. Дело в том, что после первого раздела Речи Посполитой между Австрией, Пруссией и Россией последней отошли 92 тысячи квадратных километров. Екатерина Вторая активно раздавала эти земли своим фаворитам и верным слугам. Согласно её указа конфисковались земли панов, которые ей не присягнули или не продали свои владения в течение полугода. Одно из таких имений в Невельском уезде, принадлежавшее роду Рейтанов, было подарено Михельсону самой Екатериной за подавление Пугачёвского бунта. Однако, как человек благородный и порядочный, Иван Иванович после долгих раздумий счёл необходимым выкупить это имение. Прохаживаясь по парку, он с улыбкой представлял, как обрадуются Рейтаны, когда узнают, что получат компенсацию за уже казалось бы безвозвратно потерянные земли.

- Пан, чем обязан?

Генерал-майор обернулся и увидел перед собой человека лет сорока, которого тотчас узнал по многочисленным описаниям, составленных очевидцами событий, происходивших в Варшаве в 1773г. В то время там собрался сейм, который призван был узаконить раздел Речи Посполитой. Для подкупа депутатов правители трёх империй даже создали специальный фонд в размере 145 тысяч рублей. Помимо этого, Екатерина направила в Варшаву целый обоз с золотом для той же цели. Удалось подкупить почти весь сейм. Это было несложно. Депутаты рассуждали примерно так: всё равно оккупированные земли уже не вернуть, а так хоть что-то за них получим. Однако, нашлось несколько человек из Великого княжества Литовского, которых подкупить не получилось. А так как сейм изначально быль вальным, то есть любой депутат обладал правом вето и мог отменить решение сейма, то противники раздела всячески срывали принятие решения. Душой этого движения был Тадеуш Рейтан, который и стоял перед Михельсоном. О его неподкупности слагались легенды. Когда депутаты во главе с маршалком(главой сейма) Адамом Понинским попытались перейти в другое помещение, чтобы там принять решение, Тадеуш разорвал на себе картуш, лёг у входа и воскликнул: «Режьте меня, но не режьте Отчизну!». Депутаты без зазрения совести переступили через коллегу, и, переименовав сейм в конфедеративный, что позволяло принять решение простым большинством, утвердили раздел. Рейтан после двух лет борьбы, побеждённый, но не сломленный и не покорённый, уехал в Грушевку. По всему миру слал он письма и писал манифесты, которые то ли потерялись, то ли до сих пор хранятся за семью печатями. И вот теперь с таким человеком Михельсон столкнулся лицом к лицу.

- Разрешите представиться, - расшаркался гость. – Я генерал-майор Михельсон Иван Иванович. – А вы, как я понимаю, Тадеуш Рейтан.

- Да.

- Матушка Екатерина облагодетельствовала меня деревней Березово, которое, как мне стало известно, принадлежало вашему роду, - продолжил генерал-майор. - Я счёл несправедливым и невозможным владеть этим имением, не заключив с вами купчую, а сумму, какую мы в неё внесём и которую я вам немедля выплачу, я и прибыл обговорить без предупреждения. Надеюсь, вы извините меня за эту бестактность.

Тадеуш терпеливо и даже учтиво дождался окончания длинной и несколько витиеватой речи Михельсона и произнёс спокойно, но твёрдо:

- Немедленно покиньте это имение.

- По всей видимости, вы меня не поняли, - несколько удивился генерал-майор. – Я предлагаю вам деньги, которые мог бы и не платить. Просто так.

- Я вас прекрасно понял и убедительно повторяю свою просьбу.

- Но почему?

- Разве я должен давать какие-то объяснения?

- Нет…

- Так в чём дело?

Бравый генерал-майор, прошедший огонь и воду, геройски проявивши себя во многих сражениях, подавивший бунт Пугачёва, стушевался и совершенно не знал, что сказать. Не дождавшись ответа, Тадеуш, не прощаясь, повернулся и ушёл. Михельсон остался стоять в полной растерянности, совершенно не понимая, как поступить. На его счастье, к нему подбежали братья Тадеуша: Михал, Иосиф, Антон и Станислав. При виде растерянного генерала с орденом Александра Невского на груди, они поспешили к нему.

- Что случилось, пан генерал?

- Вам помочь, пан генерал?

Переведя дух, Иван Иванович вкратце рассказал о том приёме, который ему оказал Тадеуш. Узнав в чём дело, братья ещё больше засуетились вокруг Михельсона.

- Простите, пан генерал.

- Это недоразумение, пан генерал.

- Мы всё исправим, пан генерал.

- Пожалуйте в дом, пан генерал.

Окружённым таким вниманием и заботой, пан генерал довольно быстро пришёл в себя, приосанился и даже позволил сопроводить себя в дом, по дороге полюбопытствовав:

- Что это с ним?

- Простите его, пан генерал.

- Он не в себе, пан генерал.

- Никак не может смириться, пан генерал.

- С чем?

- С решением сейма о разделе Речи, пан генерал.

- Но позвольте, с тех пор прошло уже… семь лет!

- Поэтому ему так тяжело, пан генерал.

- Семь лет страданий, пан генерал.

- Понимаю, понимаю, - участливо закивал головой Иван Иванович.

Вся компания вошла в зал и расположилась за круглым столом. Генерал-майор по-военному оперативно перешёл к делу. Он извлёк из кармана лист бумаги.

- Вот купчая. Я приготовил её заранее. Прошу ознакомиться, господа.

Пока братья вчитывались в текст, Михельсон осмотрелся и увидел стоящего у бокового входа Тадеуша. Он как будто не замечал присутствующих и внимательно смотрел на портреты своих предков, украшавших стены залы. Иван Иванович бодро подошёл к нему и, негромко кашлянув, примирительно произнёс:

- Пан Тадеуш, ещё раз прошу извинить меня за вторжение.

- Вот именно, вторжение, - резко повернувшись к нему, ответил Рейтан.

- Но я исключительно здесь по просьбе ваших братьев, и у меня самые добрые намерения.

- Вы оккупант и потому ваши намерения не имеют никакого значения. А что касается братьев…

Тадеуш повернулся к столу, за которым суетились его родственники, торопливо вскакивая, и вопросил, указывая рукой на Михельсона:

- Братья! Почему этот человек в нашем доме?

Первым к Тадеушу подскочил Михал:

- Брат, ты же понимаешь, что нехорошо обсуждать этот вопрос в присутствии гостя. Давай, пойдём в мурованку и там обо всём подробно поговорим.

Он дружески обнял Тадеуша за плечи и повёл в мурованку. Это было небольшое здание из красного кирпича, где в последние годы и жил Тадеуш, ведя дневники, которые, к сожалению, сгорели во время первой мировой войны. Они вошли в рабочий кабинет и сели напротив друг друга.

- Брат, ты же понимаешь, что эти деньги нам очень нужны, - начал как бы оправдываться Михал. – Мы должны, просто обязаны дать достойное образование сёстрам и вывести их в свет. На это нужны немалые средства, а их, как ты знаешь, почти нет. Всё, что было, ушло на помощь конфедератам. Слава Богу, что ты сам вернулся с баталий живой и здоровый.

Тадеуш, опустив голову, слушал увещевания брата, но в конце концов не сдержался:

- Я всё понимаю, но пойми и ты: не могу я брать деньги из его рук. На них кровь наших боевых братьев, с которыми я сражался плечом к плечу.

- Сочувствую, - вздохнул Михал, - но мы сделали все, что могли. А сейчас, главное, выжить, чтобы в будущем продолжить борьбу.

- Для этого совсем не обязательно иметь дела с оккупантами.

- Да, не обязательно, но лучше, чтобы эти деньги были у нас, чем у него. Они нам ещё пригодятся, - горячо возразил Михаил и, немного подумав, язвительно добавил:

- С паршивой овцы хоть шерсти клок.

Тадеуш встал и подошёл к окну. Он с тоской посмотрел на небо сквозь железную решётку:

- Ты вроде всё правильно говоришь, да только забыл самое главное: покорный никогда не станет свободным. Поэтому лучше быть бедным свободным, чем сытым рабом. Раб никогда не будет свободным. Ты же прекрасно знаешь, что победившие рабы лишь становились господами, а побеждённых господ превращали в рабов. Единожды покорившись, мы уже никогда не станем свободными. Просто не сможем, даже если и будет такая возможность.

- Сможем, потому что мы не рабы, а свободные люди. Мы родились свободными и дух свободы в нас неистребим. Надо лишь перетерпеть тяжёлое время.

- Очень легко стать рабом, но очень сложно обрести свободу, - заметил Тадеуш.

Михал, словно в молитве, возвёл руки к небу:

- Сам Христос призывал к терпению и покорности.

- К покорности перед Отцом, перед Богом, но не перед человеком. Нельзя служить двум господам. Если будешь служить мамоне, то не сможешь служить Богу. А что касается терпения, то я к нему и взываю. Неужели не проживём без этой подачки?

- Вижу, мне тебя не переубедить, - с грустью покачал Михал головой.

- Извини, брат, но я не смогу подписать эту купчую. Я не взял деньги у Панинского, когда он продал Польшу, не возьму и у Михельсона.

- А я не смогу отказаться от этих денег. Это просто глупо. Но выход есть.

- Какой?

- Признаем тебя душевно больным и сами подпишем купчую.

- Вы хотите объявить меня безумным? – удивился Тадеуш. – Нет, уж лучше умереть.

- Не волнуйся, никто об этом не узнает. Мы сохраним всё в тайне.

- Вот и ты превращаешься в раба, - с горечью произнёс Тадеуш. - Раб всегда скрывает правду в отличии от свободного.

Михал резко встал:

- Вынужден тебя оставить. Наш разговор всё равно ни к чему не приведёт.

С этими словами он вышел и закрыл за собой ключом дверь. Когда он проходил мимо окон, Тадеуш затряс решётку и закричал:

- Михал! Михал! Опомнись!

- Я сделаю это ради нашего блага, - ответил тот.

В тот же день Тадеуш вызвал ксендза, исповедался и умер, держа священника за руку.

Волшебные яйца Джека Лондона

Многие люди зачитывались и зачитываются знаменитым рассказ Джека Лондона «Чёртова дюжина», переживая за главного героя Дэвида Расмунсена, который в лютый мороз, преодолевая неимоверные препятствия, тащил яйца на Аляску, чтобы разбогатеть. В вихре приключений мало кто, в том числе и я, обратил внимание на одну небольшую деталь. Джек Лондон говорит почти о шестидесяти градусах мороза, в который Дэвид добирался до Доусона. Недавно я по рассеянности оставил десяток яиц на веранде. Мороз был не более десяти градусов, но утром я обнаружил, что несколько яиц треснуло. Оно и не удивительно. Жидкость, как хорошо известно, при замерзании резко увеличивается в объёме. Так, вода, превращаясь в трубопроводе в лёд, разрывает даже толстое железо. Что уж говорить о яичной скорлупе. И тут я вспомнил рассказ «Чёртова дюжина». Почему-то яйца при замерзании не потрескались, а превратились в ледышки, будто они какие-то волшебные и совершенно не подчиняются законам физики. Явный ляпсус Джека Лондона, но стал ли от этого его рассказ менее значимым и менее привлекательным? Конечно, нет. Безусловно, для поклонников реализма это покажется нонсенсом, но вообще-то любой художник создаёт собственные миры, которые далеко не всегда подчиняются законам физики.

- Но это же обман! – воскликнет обыватель. – В реальности такое невозможно!

А давайте подумаем, что такое реальность. Понятно, что это предметы и явления. Но только ли они. Разве наши мысли не являются реальностью? Ещё Декарт заметил: «Я мыслю, значит, существую». И он прав. Наше тело рано или поздно исчезнет или превратится в нечто иное, а вот мысли могут остаться в виде художественных произведений, научных трудов и т. д. О многих исторических деятелях мы знаем лишь благодаря тому, что о них кто-то написал. Да и осознанию самих себя мы во многом обязаны способности мыслить. Так что же более реально? По крайней мере, шедеврам невозможно отказать в реальности. Мы читаем книги, случаем музыку, лицезрим картины, которые возможно к природным предметам и явлениям (назовём так обыденную реальность) не имеют никакого отношения. Разве в природе возможно найти художественную литературу или седьмую симфонию Шестаковича. Но они же есть! Поэтому нет сомнения, что художественное произведение в любой области искусства есть реальность. Да, она вымышлена, но какое это имеет значение? А кто докажет, что наша обыденная реальность кем-то не придумана, не плод чьей-то фантазии? Мы зачастую сталкиваемся с удивительным парадоксом, когда восприятие шедевра вызывает у нас намного больше эмоций и мыслей, оказывает большее влияние, чем жизненные перипетии. При этом, не имеет никакого значения, как придуманный художником мир соотносится с физическими, химическими и иными законами. Не возмущаемся же мы тому, что в картинах Пикассо вообще трудно найти обыденную реальность. В них важно лишь то, что хочет сказать художник. Так, и в «Тысячи дюжин» значение имеет не то, что яйца должны были лопнуть на морозе, но почему-то даже не потрескались, а то, что они протухли. Именно это обстоятельство привело Расмуесена к трагедии, решившего разбогатеть с помощью этих самых тысячи дюжин яиц. Богатство, то есть нечто внешнее, стало для главного героя целью и смыслом жизни, а это неизбежно привело к краху, потому что истинным смыслом жизни может быть только внутренний мир самого человека, его духовность. В этом нас убеждают шедевры, созданные гениями, в том числе и «Тысяча дюжин» Джека Лондона.