Шестая дева

Глава 1

— Рената Александровна, я бы на вашем месте заговорил, — капитан государственной безопасности Пётр Снежин многозначительно постучал по папке с досье. — Неужели вам так хочется попасть под пятьдесят восьмую?

— Воровство архивных записей музея не государственная измена. Вы должны передать моё дело милиции.

Женщина ответила спокойно и размеренно.

«Слишком спокойно».

— Не должен, — терпеливо пояснил он. — У вас поддельный паспорт, Рената Александровна, и британские корни. Я бы на вашем месте заговорил. Например о том, куда вы так торопились с лекции?

* * *

Час назад младший научный сотрудник Ленинградского института живописи Алексей Снежин выступал в лектории Эрмитажа с совершенно пристойной темой «Эльфы и магия: антинаучное искусство сквозь века».

— … и перейдём к интересному, — Алексей сделал небольшую паузу после долгой вступительной речи. — Итак. Как мы знаем, в 1837 году…

Он заговорил о пожаре, охватившем Зимний Дворец при Николае I.

— ...Не секрет, товарищи, что мы держим в запасниках также и экспонаты, не подлежащие опознанию или восстановлению. Некоторые из них хранятся с того памятного пожара. К проблемным экспонатам тридцать седьмого года относят пять обгоревших каменных статуй, предположительно из английской коллекции Лайд Брауна. Вы можете сказать мне: «Товарищ Снежин, в тридцать седьмом Брауна в Эрмитаже ещё не было, о чём вы говорите!». И будете правы. До сегодняшнего времени их лишь номинально связывали с коллекцией Брауна, ссылаясь на неполную купчую 1787 года. Но британские коллеги сделали нам и всему миру совершенно неожиданный подарок! — Алексей громко хлопнул в ладоши. — «Пять дев», настенная живопись, предположительно II век, — он попросил отдать в зал заготовленные репродукции. — Камень был установлен в семейном склепе Браунов, рисунки скрыты отделочным слоем. Обработкой оригинала занимаются, но уже сейчас вы можете видеть несомненное сходство с пятью безымянными статуями.

Алексей замолк, отреагировав на поднявшийся в зале гомон. Все они разглядывали сейчас идентичные позы, жесты, изгибы тел — статуи были полной копией рисунков на кельтском церемониальном камне. А он смотрел только на одну женщину, сидевшую в самом конце зала. Бледную, осунувшуюся и…

— И я хочу обратить внимание на заостренные уши девушек. Это несомненная отсылка к кельтским мифам о так называемых эльфах. К сожалению, статуи сохранились не так хорошо. Как вы видите, у большинства отбиты уши, носы и кисти рук, поверхность камня пострадала при пожаре. Впереди нас ждёт долгая совместная работа, но уже сейчас можно поздравить Эрмитаж с открытием доселе неизведанного культурного пласта. Браво, товарищи!

Алексей ударил в ладоши, и зал взорвался аплодисментами.

Стул, на котором ещё минуту назад сидела женщина в берете, был пуст.

* * *

— Да приписывайте, что хотите, — в её голосе не было эмоций. — Воровала, продавала за границу. Этого достаточно?

Пётр посмотрел на допрашиваемую внимательно. Всё в её облике было неправильным. Она наконец сняла берет, и теперь обрубки ушных раковин, словно кто-то срезал их концы тупым ножом, притягивали взгляд.

— Только если вы объясните, как делали это в 1842 году, через пять лет после пожара, — он начал выкладывать документы из папки. — В 1900, через год после прихода нового директора. В 1918, в 1920… тут вы зачастили, по два раза в год до 1930. И вот сейчас, — Пётр посмотрел с искренним интересом. — Неужели вы думали, что с такой характерной приметой вас не опознают по архивным записям?

— Пришлось задержаться, — в комнату без стука размашистым шагом зашел Алексей. — Прошу простить.

Снежин-старший поднялся, предлагая сыну занять своё место, и тот не стал мешкать.

— Мы оба знаем, что статуй было больше. Вы вынесли не все архивы, — Алексей начал отрывисто и резко, обращаясь вроде бы к задержанной, но смотря поверх её головы. — На камне Брауна скол, это не цельный массив. Скол с изображением шестой девы и шесть статуй были вывезены из Англии с основной коллекцией по ошибке. Их поместили в запасники Эрмитажа, ведь камень плохо сочетался с мрамором. А затем вспыхнул пожар, — Снежин-младший понял, что кончики пальцев онемели от напряжения. — Исчез каменный рисунок, исчезла одна каменная статуя. В архивных записях появились вы. С точно такими же, как у статуи, отломанными…

Он споткнулся.

— Вы понимаете, какими возродятся ваши… — Алексей замялся, подбирая слово, — сёстры, даже если мы достанем оригинал камня? Рената…

Он наконец-то посмотрел ей прямо в лицо.

От маски безразличия не осталось и следа. Рената Александровна беззвучно плакала.

Пётр отвернулся к окну. Что ж, он выполнил просьбу сына: задержал эльфа на входе из лектория, провел в рабочие кабинеты Алексея на третьем этаже и потянул время до прихода Снежина-младшего.

Всё же это первое дело его сына в особом отделе НКВД.

Ему и решать.

Пётр неслышно вышел из комнаты.