"Сердце к сердцу не приковано"

Вступление. "В этой жизни я немного видела..."

О жизни и творчестве Анны Ахматовой написано немало книг, статей, воспоминаний, которые открывают нам разные грани поэта (все мы помним, как не любила она, когда называли её поэтесса).

Действительно, Анна Ахматова — поэт сложной судьбы и удивительного дарования. Читая произведения, каждый раз удивляешься, насколько она может быть разной. Перед нами юная гимназистка — беззаботная, влюбчивая. Потом приходит пора взросления, и мы видим женщину, которая то стремится к идеалу и совершенству, то просто ищет счастья и тепла. В другое время — это мудрая женщина, в строках которой — реквием по тем, кто попал в страшный переплёт репрессий.

Прикасаясь к тайнам души Ахматовой, убеждаешься в искренности её чувств, видишь, насколько она беззащитна перед жизненными испытаниями. Но наступает момент, когда Анна Андреевна, желая защитить самое близкое и дорогое, проявляет мужество.

В этой жизни я немного видела,

Только пела и ждала.

Знаю: брата я не ненавидела

И сестры не предала.

Отчего же Бог меня наказывал

Каждый день и каждый час?

Или это ангел мне указывал

Свет, невидимый для нас?

Казалось бы, где берутся силы у неё, живущей в такое непростое время? Читая страницу за страницей, понимаешь, что постоянным источником её творческой энергии и вдохновения была любовь. Да, часто под мощную глубину её таланта и яркость женского обаяния попадали абсолютно разные люди: известные поэты, художники, композиторы, учёные. Каждый из них оставил свой след в ее судьбе и творчестве. Именно любовь вдохновляла, заставляла писать новые, удивительные стихи, которыми зачитываемся и по сей день.

Эта книга - попытка узнать, благодаря кому, каким событиям непростой жизни Анны Ахматовой появились такие разные по глубине, трогательности, нежности строки...

Показать бы тебе, насмешнице

И любимице всех друзей.

Царскосельской весёлой грешнице,

Что случилось с жизнью твоей...

Николай Гумилёв. "Он любил три вещи на свете..."

Отношения Анны Ахматовой и Николая Гумилева никогда не были простыми: ни в пору их юности, ни в период ухаживаний, ни в недолгие годы совместной жизни. Говорят же, что трудно ужиться двум талантливым людям. А как быть, когда они поэты — самобытные, страстно увлекающиеся литературой и не уступающие друг другу ни в чем? Оба очень независимые, одержимые творчеством и развитием собственного поэтического дарования. В рамках традиционного брака им было тесно. Но всё-таки они некоторое время были вместе.

Анна и Николай познакомились в 1903 году во время учебы в Царскосельской гимназии. Молодые, дерзкие, талантливые. Гумилеву исполнилось 17 лет, а Ахматовой — 14.

Он — юный поэт, восхищающийся творчеством Уайльда, живущий в своём сложном, не всегда совпадающим с реальностью мире. Многие его поступки не лишены излишней театральности и позёрства.

Она — статная, непокорная и свободолюбивая, совсем не похожая на своих сверстниц. Может, поэтому сразу покорила пламенное сердце Гумилева. Он влюбился в нее с первого взгляда. Анна ему взаимностью не ответила. Принимала его дружбу, но не любовь.

Гумилев не отступал. Всегда же интересно покорять практически неприступные крепости. Он посвящал Ахматовой стихи — образные, иногда слишком вычурные. Николай видел в Анне достойную спутницу, которая являлась к нему то в образе соблазнительной русалки, то далёкой, неземной богини, то несговорчивой музы. Но кем бы она не представлялась ему, Гумилев не оставлял надежды добиться ее любви. Анна, впрочем, не отталкивала его. Они много времени проводили вместе, хотя влюбчивое сердце юной поэтессы в это время было занято другим. Ахматова была известна своей непредсказуемостью и независимостью.

Несмотря ни на что Гумилев решился и сделал Ахматовой предложение, но услышал в ответ отказ. Сердце поэта было разбито. Николай тяжело переживал отказ возлюбленной. Разочарованный неудачей, он вернулся во Францию и продолжил обучение в Сорбонне.

Вспыльчивый, импульсивный, после отказа Анны он даже попытался покончить с собой: поехал топиться в курортный городок Турвиль. План самоубийства в многолюдном месте провалился: местные жители увидели весёлую картинку и сразу вызвали полицию. К счастью, попытка оказалась неудачной. Но на то она и попытка, чтобы и дальше испытывать судьбу.

После отъезда Гумилёва Анна вскоре почувствовала, что ей не хватает общения, обожания, стихов странного юноши. Она написала ему письмо, в котором рассказывала, как ей одиноко. Гумилев, увидев в письме надежду, сразу приехал к ней в Крым (Анна в это время там жила) и опять сделал предложение. Странно, но в ответ снова услышал категоричное «нет». На этот раз Ахматова отказала, как она объясняла, из-за дурного предзнаменования: во время их совместной прогулки по пляжу поэтесса, увидев выброшенных на берег двух мёртвых дельфинов, сочла это плохим знаком.

Очередная неудача не остановила Гумилёва. Вскоре настойчивый поэт написал Анне письмо, в котором снова позвал ее замуж. Но Ахматова была непреклонна — она сама тогда в очередной раз была безответно влюблена и очень страдала. Тогда он снова решил покончить с собой. На этот раз было выбрано красивое место — Булонский лес. И орудие самоубийства практически классическое - яд. Гумилёва, потерявшего сознание, нашли лесничие и откачали. Ох уж эта неразделённая любовь! И любовь ли только?

Сжала руки под темной вуалью…

«Отчего ты сегодня бледна?»

– Оттого, что я терпкой печалью

Напоила его допьяна.

Как забуду? Он вышел, шатаясь,

Искривился мучительно рот…

Я сбежала, перил не касаясь,

Я бежала за ним до ворот.

Задыхаясь, я крикнула: «Шутка

Все, что было. Уйдешь, я умру».

Улыбнулся спокойно и жутко

И сказал мне: «Не стой на ветру».

Восстанавливать душевное равновесие Николай Гумилев отправился в Африку, где надеялся забыть возлюбленную. На время ему это действительно удалось: он влюбился. Гумилев повстречал поэтессу Елизавету Дмитриеву, с которой у него начался роман. Но и тут его ждала неудача: Дмитриева была влюблена в М. Волошина.

Через год Гумилев вернулся на родину, стал часто видеться с Анной. На мой взгляд, оба порядком устали от краткосрочных удачных или совсем не удачных романов. К удивлению многих, знавших о странностях этого романа, они внезапно объявили о помолвке. Ахматова, кстати, до конца так и не была уверена в своих чувствах. Одной из подруг поэтесса писала, что не знает, любит ли она Гумилева. Её смятение, конечно, отразилось в стихотворениях, посвящённых поэту.

И когда друг друга проклинали

В страсти, раскаленной добела,

Оба мы еще не понимали,

Как земля для двух людей мала,

И что память яростная мучит,

Пытка сильных – огненный недуг!

И в ночи бездонной сердце учит

Спрашивать: о, где ушедший друг?

А когда, сквозь волны фимиама,

Хор гремит, ликуя и грозя,

Смотрят в душу строго и упрямо

Те же неизбежные глаза.

Гумилев делал Ахматовой предложение руки и сердца четыре раза и трижды получал отказ. И, наконец, 8 мая 1910 года в Николаевской церкви села Никольская Слободка под Киевом они обвенчались. Церемония была тихой и скромной. Родственники Ахматовой считали брак заведомо обреченным на неудачу, поэтому никто из них не пришел на венчание. Близкие Гумилёва тоже не были оптимистично настроены. В долговечность этого союза мало кто верил.

Из логова змиева,

Из города Киева,

Я взял не жену, а колдунью.

А думал забавницу,

Гадал – своенравницу,

Весёлую птицу-певунью.

Гумилев часто путешествовал, оставляя жену одну, и открыто ей изменял. О его романах говорили все. Впрочем, перед свадьбой молодые договорилась, что признаются друг другу в измене, если она случится. А она случалась не раз. Отношения супругов ухудшались. В одном из писем своей подруге Анна написала: "Хуже не бывает. Хочу смерти. Если бы я умела плакать".

Несчастливый брак, отношения с мужем не могли не отражаться в творчестве Ахматовой:

Он любил...

Он любил три вещи на свете:

За вечерней пенье, белых павлинов

И стертые карты Америки.

Не любил, когда плачут дети,

Не любил чая с малиной

И женской истерики.

А я была его женой.

Надо заметить, что и поэтесса не была верна своему супругу. Слишком влюбчивая, слишком непредсказуемая, она порой тоже уходила с головой в очередной роман.

Гумилёв и Ахматова прожили вместе 8 лет. Правда, значительную часть этого времени муж путешествовал, оставляя Анну одну. Через два года после свадьбы литератор, который потратил столько лет, чтобы добиться своей музы, влюбился в другую женщину. Для Ахматовой такой поступок был ударом, но семью они разрушать не стали: у них родился сын Лев. Печально, но его рождение не укрепило отношения.

Гумилев во время Первой мировой войны ушел на фронт. Видимо, военные события заставили пересмотреть собственную жизнь. Вернувшись домой, Николай надеялся восстановить отношения с супругой. Но Анна сообщила, что уходит от него к другому — ее избранником стал поэт и переводчик Владимир Шилейко.

Да, как мы видим, тихого семейного счастья у них не вышло: посвящая друг другу стихи, оба изменяли, мучились и страдали. Но именно этот странный союз стал для обоих священным — правда, поняли они это слишком поздно.

В 1918 году Ахматова и Гумилёв развелись. Позже тот признался, что слишком быстро Анна его разлюбила (если вообще любила), мучила и терзала его своей ревностью. А ему больше хотелось куража, веселья, радости. Как бы там ни было, они остались друзьями да и забота о сыне их объединяла.

В 1921 году Николая Гумилева арестовали, обвинив в контрреволюционной деятельности. И хотя подтверждения подобному обвинению не было, Николая Степановича расстреляли 26 августа 1921 года.

Не бывать тебе в живых,

Со снегу не встать.

Двадцать восемь штыковых,

Огнестрельных пять.

Горькую обновушку

Другу шила я.

Любит, любит кровушку

Русская земля.

Когда Ахматова узнала о гибели Гумилёва, сразу отправилась в Ленинград на панихиду. К бывшему мужу поэтесса после расставания всегда испытывала теплые чувства.

После трагической смерти Н. С. Гумилева Ахматова всеми силами старалась сохранить о нём память: издавала его произведения и сотрудничала с биографами поэта. Удивительно, но при жизни она терзала мужа, а после его смерти, будучи замужем за другим, стала для него идеальной супругой. Анна Андреевна до конца своей жизни называла себя его вдовой и посвящала ему стихи:

Что ты бродишь неприкаянный,

Что глядишь ты не дыша?

Верно, понял: крепко спаяна

На двоих одна душа.

Амедео Модильяни. "Опять Модильяни незаметно бродит за мной..."

Не нарушая устоявшихся традиций, в 1910 году молодожёны Гумилев и Ахматова отправились в свадебное путешествие. Они посетили Италию, а затем Францию. Анна и Николай остановились в Париже. Именно там Ахматова познакомилась с итальянским художником Амедео Модильяни, который сразу произвел на нее неизгладимое впечатление. Ещё бы! Худощавый, элегантный, он обладал безупречными манерами, но при этом имел довольно нелепый внешний вид, одевался иногда вызывающе. В первую встречу с Ахматовой он был одет в вельветовый костюм желтого цвета, что несколько удивило и вместе с тем (учитывая его светские манеры) заинтересовало Анну. Чудаковатый художник, его поведение и воспитанность просто покорили. Модильяни, будучи настоящим дамским угодником, никогда не отказывался себе в мимолетных романах. В своих дамах сердца и многочисленных возлюбленных художник часто черпал вдохновение. Они становились и музами, и натурщицами. Исключением не оказалась и Анна Андреевна.

Неужели эта встреча была предназначена? Ведь она приехала в Париж из России в свадебное путешествие, а он из Италии в поисках славы. Как же притягивала статная Анна талантливых людей! Познакомившись, они много гуляли ( частенько под дождем) и читали вслух Верлена. А ещё он её рисовал карандашные портреты Анны Андреевны. Эти встречи нашли отражение в стихотворениях Ахматовой 1910 и 1911 годов. Именно тогда появился её сероглазый лирический герой. Есть даже версия, что знаменитый Сероглазый король — не кто иной, как Модильяни.

Вскоре медовый месяц закончился, и супруги вернулись в Россию. Модильяни, не сумевший так быстро забыть русскую поэтессу, скучал. Через полгода после их встречи он написал Ахматовой письмо, в котором практически звучало признание в любви. Николая Гумилева тогда не было рядом с супругой. Возможно, это ещё одна из причин, что роман всё больше разгорался. Тем временем влюблённый Амедео продолжал отправлять Анне страстные письма.

Гумилёв, вернувшийся после вынужденной разлуки, узнал об этих странных отношениях. Конечно, уязвленный поэт не мог молчать и устроил по этому поводу скандал. Сгоряча было сказано немало резких слов. Обидевшись, Анна Андреевна собрала вещи и уехала в Париж. Таким образом, в 1911 году она вновь увидела итальянского художника.

На этот раз их любовь заиграла новыми красками. Они практически постоянно были вместе, хотя позже Ахматова отрицала близкие отношения с художником. Впрочем, не будем уточнять, какую именно степень близости Анна под этим словом подразумевала. А она, безусловно, была. Модильяни этих отношений хватило на серию рисунков (к сожалению, не все они сохранились). Ахматовой — на стихи (она утверждала, что специально для Моди ничего не писала, но исследователи находят в ее парижских строках настроения, явно указывающие на общение с художником).

Мне с тобою пьяным весело —

Смысла нет в твоих рассказах.

Осень ранняя развесила

Флаги жёлтые на вязах.

Оба мы в страну обманную

Забрели и горько каемся,

Но зачем улыбкой странною

И застывшей улыбаемся?

Мы хотели муки жалящей

Вместо счастья безмятежного…

Не покину я товарища

И беспутного и нежного.

Анна и Амедео продолжали тесно общаться. Свои отношения с художником она романтично называла «предысторией жизни».

Модильяни любил в Ахматовой не только яркую необычную внешность, но и способность угадывать его мысли и чувства. А она восхищалось необычным взглядом художника на окружающий мир. Действительно, Модильяни был необычным во всем. Кроме этого, их сплотило общее увлечение искусством: романтичные свидания часто проходили в Лувре среди мировых шедевров. Эти встречи сопровождались разговорами о культуре Египта, которую Амедео обожал, и, конечно, о поэзии, которой дышала Анна.

Отношения с Модильяни оставили глубокий след в жизни Анны Андреевны. В 1965 году она снова посетила Париж. Гуляя по любимым местам со своим близким другом Георгием Адамовичем, Ахматова рассказывала ему о том, как часто у нее дома бывал Модильяни. Он был слишком беден, не дарил ей дорогих подарков, не приглашал в пафосные ресторанчики. Зато он мог предложить совместные увлекательные прогулки по городу, которые так нравились Анне. А ведь она тогда ещё разглядела в малоизвестном, непризнанном, почти нищем художнике редкое дарование.

Бедный художник не дарил ей цветы. Зато Анна иногда сама приносила ему букеты роз. Однажды по привычке Ахматова принесла букет Модильяни, но дома его не оказалось. Ожидая его у квартиры, поэтесса начала срывать лепесток за лепестком. Красивая картина — площадка, усеянная розовым ковром — восхитила художника.

Короткий роман, продлившийся всего пару месяцев, закончился. Что осталось, кроме ярких воспоминаний? У Модильяни - 16 картин, на которых была изображена Анна. У Ахматовой - образ сероглазого короля.

Поэтессе нужно было возвращаться в Россию. Модильяни отдал ей портреты, попросив ее сохранить их. Однако часть картин сгорела во время пожара.

Шло время, стирая яркие картины и воспоминания встреч с Ахматовой. Модильяни постепенно вновь вернулся к разгульному образу жизни: менял женщин чаще, чем кисточки, перемещался с одной вечеринки на другую и постоянно пил.

В 1919 году Амедео Модильяни умер от туберкулезного менингита. Увы, только после смерти он стал знаменитым.

В последние годы самой большой любовью и музой художника (но не единственной!) была Жанна Эбютерн. Они не успели зарегистрировать свои отношения, хоть уже ждали второго ребенка. Она пережила его на один день. Попрощавшись с любимым и положив ему в гроб прядь своих волос, Жанна отправилась в родительский дом. Женщина не вынесла боли от потери любимого Амедео: будучи на девятом месяце беременности, она на рассвете выбросилась из окна.

Из заметки старого, случайно попавшегося в руки журнала, Ахматова узнала о кончине бывшего возлюбленного только спустя год после его смерти.

А за окном шелестят тополя:

«Нет на земле твоего короля…»

В 90-х годах была организована первая выставка картин Модильяни. Именно тогда мир увидел дюжину портретов Анны.

Всю жизнь Ахматова старалась скрывать роман с итальянским художником. И только на закате дней, вспоминая все, что с ней происходило, в «Поэме без героя» написала и об отношениях с Модильяни. Но эта строфа осталась лишь в черновиках, в окончательной версии ее нет:

В синеватом Париж тумане,

И наверно, опять Модильяни

Незаметно бродит за мной.

У него печальное свойство

Даже в сон мой вносить расстройство

И быть многих бедствий виной.

Владимир Шилейко. "Отнял душу вольную мою..."

С Ахматовой Владимир Шилейко был знаком еще с 1911 года. Влюбленный, он даже писал ей стихи. Но что значат косноязычные строки учёного, если рядом - знаменитый муж и признанный поэт - Гумилёв! Анна только в 1913 году вспомнила о стихах Шилейко и отозвалась на них:

Косноязычно славивший меня

Еще топтался на краю эстрады.

От дыма сизого и тусклого огня

Мы все уйти, конечно, были рады.

Но в путаных словах вопрос зажжен,

Зачем не стала я звездой любовной,

И стыдной болью был преображен

Над нами лик жестокий и бескровный.

Люби меня, припоминай и плачь!

Все плачущие не равны ль пред Богом?

Мне снится, что меня ведет палач

По голубым предутренним дорогам.

Прошло несколько лет. Холодным ноябрьским днём 1917 года случайно на улице Анна встретила Шилейко. В лёгком пальто, промокшую, полубольную Ахматову тот пригласил к себе в гости.

Но видишь ли! Ведь я пришла сама…

Декабрь рождался, ветры выли в поле...

В его "берлоге", как прозвали друзья квартиру Шилейко, было тепло и пахло кофе. После промозглой улицы то ли от выпитого вина, то ли от уютного тепла горячей печки, Анна осталась у него до утра.

Позже, вспоминая это время, Ахматова рассказывала, что чувствовала себя неважно и сама к нему пошла. Она думала, что после непростой жизни с Гумилевым найдёт в новых отношениях очищение. Но и жизнь с Шилейко оказалась очень тяжелой, и "очищения" не произошло, поэтому в декабре 1917 г. появились такие стихи:

Ты всегда таинственный и новый,

Я тебе послушней с каждым днем,

Но любовь твоя, о друг суровый,

Испытание железом и огнем.

Запрещаешь петь и улыбаться,

А молиться запретил давно.

Только б мне с тобою не расстаться,

Остальное все равно!

Так, земле и небесам чужая,

Я живу и больше не пою,

Словно ты у ада и у рая

Отнял душу вольную мою.

Шилейко мало было близкого общения с Анной: он потребовал развода с Гумилевым. К этому времени тот как раз вернулся из Европы. После трудного разговора Анна Андреевна сказала, что хочет с ним расстаться. Гумилёв, несмотря на их непрочную, приправленную обоюдными увлечениями и изменами семейную жизнь, не ожидал этого. Страшно побледнев, он немного помолчал и, словно взвешивая каждое слово, сказал, что Анна совершенно свободна в своих действиях. И ушёл. Навсегда...

Практически сразу после развода Анна Ахматова и Николай Гумилев вторично вступили в брак. Гумилев женился на Анне Энгельгард, дочери публициста и литературного критика Николая Александровича Энгельгарда. Ахматова стала женой Владимира Казимировича Шилейко, учёного -ассиролога, переводчика и поэта. А ещё — близкого друга Николая Гумилева.

Следует отметить, что женитьба Владимира Шилейко не разрушила его дружбу с Гумилевым. Они совместно успешно работали над переводом ассирийского эпоса «Гильгамеш». А ещё все втроем много общались, проводили вместе время. Николай Степанович часто приводил к супругам Левушку, который весной 1919 года жил с ним в квартире на Преображенской улице. В свою очередь, Шилейко поддерживал друга, вёл вместо Гумилева занятия в различных кружках и секциях, когда тому нужно было отлучиться из Петрограда.

Жизнь с новым мужем заиграла неожиданными красками. Владимир Казимирович оказался не только патологически ревнив, но и чудовищно деспотичен. Доходило до того, что он запирал Анну Андреевну на ключ, чтобы она не могла никуда уйти; заставлял сжигать, не распечатывая, все получаемые ею письма.

Я не хочу ни трепета, ни боли,

Мне муж – палач, а дом его – тюрьма.

Ахматова иногда часами занималась делами мужа, но не своими: живя с Шилейко, она почти перестала писать стихи.

Владимир Казимирович был фанатично предан науке и не замечал практически ничего вокруг. Супруги жили впроголодь, часто в доме не было никакой еды. Ахматова много помогала Шилейко, переписывала набело его рукописи, а он же почти не выпускал ее из дома, сжигал ее стихи.

Через много лет, вспоминая свое решение выйти замуж за Шилейко, Ахматова говорила, что ее привлекало быть полезной великому ученому. В принципе, он был неплохой человек — веселый, остроумный. Но, по словам самой Анны, как муж он был настоящей катастрофой в полном смысле этого слова.

Новый поэтический взлет Ахматовой пришёлся на 1921–1922 годы, когда она освободилась от своего Володи.

Тебе покорной? Ты сошел с ума!

Покорна я одной Господней воле...

В 1922 году В. Шилейко впервые арестовали, обвинив в контрреволюционном заговоре.

Брак Ахматовой и Шилейко продлился около пяти лет, до 1922 года, хотя официально был расторгнут решением народного суда Кропоткинского участка Хамовнического района Москвы 8 июня 1926 года. После развода отношения их остались вполне дружескими, они переписывались до самой смерти Шилейко и при случае всегда были готовы помочь друг другу протекцией, деньгами, знакомствами или чем-то еще в то трудное, голодное и суровое время.

С 1919 по 1929 год Шилейко преподавал в Петроградском университете. Затем перебрался в Москву.

В 1930 году Владимира Казимировича вновь арестовали. Но, не найдя доказательств в участии в заговоре и подготовке восстания, освободили. Шилейко снова заболел туберкулезом. Но если в юности он смог победить болезнь, то на этот раз она оказалась сильнее: 15 октября 1930 года Владимир Казимирович Шилейко умер, не дожив нескольких месяцев до своего сорокалетия.

И было так светло в твоей неволе,

А за окошком сторожила тьма...

Артур Лурье. "Больно душе любовное молчанье..."

Анна Ахматова и Артур Лурье познакомились в 1913 году на литературном собрании в зале Тенишевского училища. Лурье тогда входил в группу футуристов, дружил с Маяковским и Хлебниковым. Как многие футуристы, которые любили эпатаж, он носил широкую зеленую кофту с большими пуговицами. Ему - 21 год, она - уже "важная" двадцатичетырехлетняя дама. После собрания все поехали в любимую "Бродячую собаку". Так получилось, что Лурье и Ахматова оказались за одним столом, и, обменявшись несколькими фразами, проговорили всю ночь. Оба были талантливыми людьми и разделяли общие интересы. Не удивительно, что между ними сразу возникла непередаваемая духовная близость.

Да, я любила их, те сборища ночные, —

На маленьком столе стаканы ледяные,

Над черным кофеем пахучий, тонкий пар,

Камина красного тяжелый, зимний жар,

Веселость едкую литературной шутки

И друга первый взгляд, беспомощный и жуткий.

Под утро они поехали на острова. Эта ночь определила всю дальнейшую жизнь Лурье. К этому времени он был уже женат на поэтессе Ядвиге Цибульской. Позже он скажет, что Анна, словно коршун, разорила его гнездо, и многое разрушила в его молодой семейной жизни. Скорее всего, поэтому их отношения прервались, но в 1919 году опять возобновились. И оба снова были несвободны. Лурье жил с танцовщией Ольгой Глебовой-Судейкиной, Ахматова была замужем за Владимиром Шилейко, который держал жену в ежовых рукавицах.

Анна, для которой свобода в любом её проявлении была всегда важна, вскоре перебралась к Артуру и Ольге. Следует отметить, что к этому времени супругами они уже не были, а только разделяли общую жилплощадь. Ольга и Анна дружили, поэтому ничего странного в том, что жили они вместе, не было. Лурье в это время был комиссаром Музыкального отдела Наркомпроса, получал паёк и жалованье, что помогало женщинам выживать в то непростое время.

После революции Лурье эмигрировал, сначала в Берлин, а затем в Париж, где сблизился с Жаком Маритеном и Игорем Стравинским. Очень много занимался музыкой. Видимо, он не собирался возвращаться, поэтому, уезжая, умолял Ахматову приехать к нему.

1923 год Анна встречала без Лурье. В канун этога года она написала "Новогоднюю балладу", в которой - воспоминания не только о Гумилёве и ушедших друзьях, но и о двух изгнанниках - Борисе Анрепе и Артуре Лурье.

И месяц, скучая в облачной мгле,

Бросил в горницу тусклый взор.

Там шесть приборов стоят на столе,

И один только пуст прибор.

Это муж мой, и я, и друзья мои,

Мы Новый встречаем год,

Отчего мои пальцы словно в крови

И вино, как отрава, жжет?

В письмах, которыми Лурье забрасывал Анну, он приглашал её приехать. Она не отвечала. Лурье звал и Судейкину. Но вот Ольга действительно эмигрировала в 1924 г., но прежних отношений с Лурье уже не получилось.

В 1941 г., после оккупации Франции немцами, он эмигрировал в США, где долгое время жил в Нью-Йорке. Хотя Лурье и Ахматова находились немыслимо далеко друг от друга , всё равно их духовная, внутренняя связь не прекращалась никогда.

Лурье искал образ Анны, внешнее сходство с нею в других женщинах. А она посвящала ему свои стихи. Он, как истинный поклонник, был влюблен не только в поэтессу, но и в творчество и даже переводил её стихи на французский язык. Жизнь композитора за границей была непростой.

Шли годы разлуки с Артуром. Анна выплеснула свои чувства в стихотворении "Надпись на книге "Подорожник", написанном 18 января 1941 года.

Совсем не тот таинственный художник,

Избороздивший Гофмановы сны, –

Из той далекой и чужой весны

Мне чудится смиренный подорожник...

А бешеная кровь меня к тебе вела

Сужденной всем, единственной дорогой.

Артур Лурье был композитором, дирижером, пианистом, музыкальным критиком и переводчиком. У него были непростые отношения с Анной Ахматовой, но их соединяла взаимная любовь и творческий интерес.

А во сне мне казалось, что это

Я пишу для Артура либретто;

И отбоя от музыки нет...

Романтические отношения, сомнения, обиды – все это нашло отражение в поэзии Ахматовой и повлияло на ее лирику. Стихи, посвященные Лурье, отражают различные этапы их отношений: от начальной влюбленности до глубоких переживаний, связанных с расставанием.

Я улыбаться перестала,

Морозный ветер губы студит,

Одной надеждой меньше стало,

Одною песней больше будет.

И эту песню я невольно

Отдам на смех и поруганье,

Затем что нестерпимо больно

Душе любовное молчанье.

Артур Лурье умер в Принстоне 12 октября 1966 года.

Борис Анреп. "Ничем не мог ты мне помочь..."

"Семь дней любви и вечная разлука" , — так Анна Ахматова сказала о своих отношениях с художником Борисом Анрепом. Встреча двух ярких, талантливых людей оставила след не только в их личной жизни, но и в стихах Ахматовой, и в работах Анрепа.

Первое знакомство. Что привлекло Бориса в Анне? Он очарован её внешностью, отмечает острый ум, утонченность. И конечно же, его покоряют невероятные стихи. Ахматова и Анреп познакомились благодаря общим друзьям в 1914 году. Их отношения были страстными, но недолговечными. Встречи были легки и радостны, они с интересом открывали друг друга. Стихи, разговоры о живописи и поэзии, невероятное притяжение – все это захватило обоих настолько, что они почти забывали, что не свободны.

В 1916 году в Царском селе Анна и Борис снова встретились у общего друга Недоброво. Именно тогда Анна дарит ему свое кольцо. Черное кольцо назвал его Борис.

Словно ангел, возмутивший воду,

Ты взглянул тогда в моё лицо,

Возвратил и силу, и свободу,

И на память чуда взял кольцо.

Анреп уезжает. Лишь несколько дней они проводят вместе перед его отъездом в Англию. Анна подписывает ему сборник своих стихов с пророческими словами о том, что возвратиться ему будет не суждено...

Только в 1917 году у Бориса появляется возможность посетить Россию. Он думает только о встрече с Анной. По льду через Неву он идет к ней, на квартиру Срезневского, где она в то время жила. И снова встреча, долгие разговоры. Борис показывает ее кольцо, которое, не снимая, носит на цепочке, называя его святыней. Как и другие романтические союзы, их союз породил легенду о «черном кольце» — талисмане их любви. Тогда, в 1917 году, Борис Анреп предлагал ей эмигрировать вместе с ним, но Анна Андреевна, "русская душою", отказалась покидать Россию. Она была русским и только русским поэтом и не мыслила себя вне Родины.

Не хулил меня, не славил,

Как друзья и как враги,

Только душу мне оставил

И сказал: побереги...

В июле 1917 года Анреп возвратился в Англию. Наступили долгие годы разлуки. Казалось бы, вечной. Однажды цепочка, на которой он носил кольцо, оборвалась. Не знак ли это свыше? Анреп оставил кольцо в шкатулке и, хотя уже не носил его, Анну часто вспоминает. Но прошлое постепенно затмевает художественная работа: он много внимания уделяет мозаике. Надо отметить, что и личная жизнь Бориса была весьма бурной. Он часто окружён красивыми женщинами. Продолжая жить и работать в Лондоне, художник не теряет связь с Россией. Анреп читает публикации Анны, интересуется ее творчеством. Всё это создаёт иллюзию их тесного общения. Ахматова продолжает писать стихи, отражая в них свои чувства и размышления о прошлом. Они стали важной частью её творчества и отражали страсть, боль и разочарование, связанные с их отношениями.

Поэтесса посвятила Борису около 36 стихотворений, многие из которых написаны в период их отношений. Есть даже стихотворение, являющее собой единственный акростих Ахматовой. Первые буквы строк образуют имя — Борис Анреп.

Бывало, я с утра молчу

О том, что сон мне пел.

Румяной розе, и лучу,

И мне — один удел.

С покатых гор ползут снега,

А я белей, чем снег.

Но сладко снятся берега

Разливных мутных рек.

Еловой рощи свежий шум

Покойнее рассветных дум.

События Второй мировой войны развели их окончательно. В 1942 году в студию Анрепа попала бомба. Дорогое сердцу кольцо потерялось под завалами.

После войны Анреп работал в Англии, в Париже и в Ирландии. Мозаика требовала много напряжения и тяжёлого труда, но не заслоняла желания читать все, что писала Анна Ахматова в России и что было опубликовано за границей. Удивительно, но эти стихи волновали Анрепа так же сильно, как и раньше, а чувство вины от потери кольца несколько смягчилось. Время разделило их навсегда. Но...

Сорок восемь лет спустя, в 1965 году, судьба подарила им еще одну встречу. Анне Андреевне вручали мантию почетного доктора Оксфордского университета. Анреп не был на торжественном мероприятии. Он боялся этой встречи. Но она всё-таки состоялась: Анна позвонила Борису и предложила встретиться. Конечно, велико было волнение обоих перед этой встречей. Когда он поднялся на второй этаж гостиницы, увидел в кресле величественную полную даму. Анреп помнил ее "очаровательной, свежей, стройной и юной", а увидел Екатерину Великую.

Они вспоминали прошлое, общались, но беспощадное время отдалило их. Анреп, стараясь продолжить разговор, расспрашивал о литературе, поэтах-современниках, пока не услышал: "Борис Васильевич, что за глупые вопросы!" Ее душа ждала признания ее как женщины, как друга. Но теплоты в беседе не получилось. А ещё Анреп думал о том, спросит ли Анна о кольце. Что он скажет? Но она не спросила.

Рассказывая об этой встрече, Борис Анреп вспоминал, что говорили они о разном, но только не о личном. Ахматова рассказывала, как встретили её англичане, что сейчас занимаеся в основном переводами. Но Анреп, тяготясь этой встречей, допустил бестактность. Он сказал, что боится долгим разговором утомить Анну Андреевну. Величественная, она встала и, проводив до передней, попрощалась. Навсегда...

Совершенно понятно, что почти полувековая разлука сказывается не только на внешности людей, но и на их чувствах, переживаниях. Ахматова и Анреп в творчестве отразили свои отношения. Ведь любовь для творческого человека — это воздух. Поэтесса посвятила своему сердечному другу немало пронзительных стихотворений. Борис в мозаике увековечил образ Анны.

В ирландском городе Маллингар собор Христа-Владыки украшен мозаичной композицией, в центре которой Святая Анна. По мнению многих, у святой абсолютная схожесть с русской поэтессой Анной Ахматовой.

Через год после этой встречи, 5 марта 1966 года, Анна Ахматова умерла в Москве.

Всем обещаньям вопреки

И перстень сняв с моей руки,

Забыл меня на дне...

Ничем не мог ты мне помочь

Зачем же снова в эту ночь

Свой дух прислал ко мне?

Известие о смерти поэтессы ошеломило Бориса Анрепа. Он перечитывал ее стихи и узнавал в них себя, историю их любви. Борис Васильевич пережил Ахматову на три года.

Николай Пунин. "Прирученной и бескрылой я в дому твоём живу..."

Иногда удивляешься, как отношения Ахматовой с некоторыми её избранниками были возможны? Вот и сейчас думаю, как они вообще состоялись и долгие годы развивались (или не было никакого развития?) с искусствоведом Николаем Николаевичем Пуниным?

На историческом фоне 20-40-х годов начинается и странно продолжается их роман. Он — сторонник футуризма да ещё и при должности немалой, обласканный властью и получивший от неё же хорошую квартиру. Пунин в то время — настоящий комиссар, правда, Эрмитажа и Русского музея. Анна Ахматова к моменту их встречи — уже известная поэтесса, акмеистка.

Знакомство Николая Пунина и Анны Ахматовой произошло, скорее всего, в 1913 году в редакции журнала «Аполлон», где их познакомил поэт Михаил Лозинский. А вот в 1914 году в поезде по дороге в Царское Село они оказались вместе, нашли множество общих интересов и вдоволь наговорились. Да так, что Пунин об этой встрече даже сделал запись в своём дневнике, где назвал её "странной, стройной, бледной, бессмертной и мистической".

В августе 1922 года Николай Пунин получил четырёхкомнатную квартиру в Фонтанном Доме, в которой жили его первая жена Анна Аренс и дочь Ирина. Сейчас там музей поэтессы, в котором мы можем проследить летопись сложных лет её жизни. Ахматова впервые пришла к нему туда в гости 19 октября. А после постепенно эта "бессмертная и мистическая" женщина вошла в его жизнь. Вернее, сначала в квартиру, а потом...

Ахматова пришла в дом Пунина в 1922 году и стала его гражданской женой. Он всё ещё женат, она - не развелась с Владимиром Шилейко.

Ахматова пришла другом, а вскоре стала постоянным членом семьи. Спустя три месяца Пунин записал в дневнике, что счастлив "белым счастьем, что она появилась в его жизни. Но в качестве кого? Пунина устраивают такие отношения с Анной. Он не собирается разводиться с Аренс. Зачем? Она — обеспеченная женщина с востребованной профессией врача — стабильно получает приличную зарплату. Разве он готов от спокойной, благополучной жизни отказаться? Да и Анна Аренс тоже не желает развода, ведь у них растёт дочь Ирина.

А вот сын Ахматовой Лев Гумилёв давно жил вдали от неустроенной матери в провинции у родственников.Только в 1928 г. шестнадцатилетний Лев переехал к матери. Место для него нашлось на сундуке в неотапливаемом коридоре квартиры Пунина.

Перед нами — странный союз искусствоведа с двумя женами и двумя детьми, причем у второй жены и ее сына прав явно меньше. Пунин унижает Ахматову и в оценке ее стихов, и в бытовых мелочах. Как и с Шилейко, новый избранник довольно прохладно относится к её творчеству и "рекомендует" стихов не писать. А вот мужем, то бишь им, необходимо только восхищаться. В этом доме в распоряжении Анны были только диван и маленький столик. Если она и писала, то только в постели, обложившись тетрадями. Николай Николаевич ревновал Ахматову к поэзии, опасаясь, что выглядит на её фоне недостаточно значимым. Как-то в комнату, где она читала друзьям свои новые стихи, Пунин влетел с криком: "Анна Андреевна! Не забывайте! Вы поэт местного царскосельского значения". Что тут скажешь? И почему терпела?

Время жизни с Пуниным — одно из самых сложных в жизни Ахматовой. Время, когда она практически не писала стихов, жила на правах приживалки, но всё-таки искренне не желала порвать эту связь. Не могу понять: почему?! Неужели только потому, что в этот период Ахматову не печатали, своих денег у нее не было и нужно устраивать хоть как-то жизнь и свою, и сына? Забросив своё творчество, она помогала Пунину в литературных исследованиях, переводя с итальянского, французского, английского.

В январе 1923 года Николай Николаевич записал в своём дневнике, что больше всего боится причинить Анне боль и готов каждый раз восторгаться её обликом. "В моей любви, — писал он, —благословение". Такое ощущение, что жил с Ахматовой и писал дневники не один и тот же человек.

По дневниковым записям и письмам Пунина к Ахматовой 20-х годов можно проследить историю их отношений. То он видит в ней чудесную женщину, способную сохранить удивительный взгляд на мир, то сокрушаеся по утерянной любви, которая приносит одни страдания. В их отношениях вскоре появляется ощущение нарастающего внутреннего драматизма. Для него любовь с Анной —темная радость и сладкая гибель. И даже если она заканчивается, он всё равно готов мучиться, но не расставаться.

Читая об этих мучительных отношениях, я теперь понимаю многие строки Анны Ахматовой.

Последний тост

Я пью за разорённый дом,

За злую жизнь мою,

За одиночество вдвоём,

И за тебя я пью, —

За ложь меня предавших губ,

За мертвый холод глаз,

За то, что мир жесток и груб,

За то, что Бог не спас.

С Николаем Пуниным Ахматова прожила в гражданском браке пятнадцать лет, с 1923 по 1938 годы. Со стороны они выглядели счастливой парой. Но как-то нисколько не верится в это тихое семейное счастье. Ведь на самом деле их отношения сложились в мучительный банальный треугольник. И то, что поэт Ахматова перестала писать стихи, тому подтверждение. Кстати, Анна никогда не говорила Николаю, что любит его, и об этом он тоже оставил записи в своем дневнике.

В 1935 г. по доносу студента А.П. Борина, утверждавшего, что Пунин "является участником и вдохновителем контрреволюционной, террористической группы студентов", Николая арестовали. Тогда же был арестован Лев. Ахматова подняла все мыслимые и немыслимые связи, обратилась с личным письмом к Сталину, и через неделю близкие были освобождены.

В 1938 г. гражданский брак с Пуниным распался, однако они жили в одной коммунальной квартире. Более того, после смерти Пунина, находясь в Ленинграде, Ахматова продолжала жить с его семьёй.

В 1949 г. Пунина вновь арестовали и осудили на десять лет лагерей. На этот раз его обвинялся в буржуазной идеологии и пропаганде "декаданса, развращённого упаднического искусства Запада и таких его представителей, как Сезанн, Ван Гог и другие".

Николай Николаевич умер в лагере под Воркутой в 1953 г. Ахматова посвятила его памяти стихотворение:

И сердце то уже не отзовётся

На голос мой, ликуя и скорбя.

Всё кончено... И песнь моя несётся

В пустую ночь, где больше нет тебя.

Владимир Гаршин. "Нас несчастие не минует..."

Владимир Георгиевич Гаршин был человеком талантливым, писал стихи, эпиграммы. Видимо, сказывалось родство со знаменитым писателем Всеволодом Гаршиным, племянником которого он был. Кроме этого, сероглазый красавец был человеком тонким, отзывчивым и душевным.

В литературу он все-таки не пошёл. После окончания медицинского факультета Владимир весьма успешно работал на кафедре патологической анатомии в Первом Ленинградском медицинском институте, а также в Институте экспериментальной медицины.

Красивый, умный, он всегда очень нравился дамам, хотя считал свое семейное положение прочным и стабильным. Владимир Григорьевич был женат, имел двоих сыновей.

В феврале 1937 года в Мариинскую больницу на обследование попала Анна Ахматова. Узнав, что у коллеги-врача, что у них наблюдается знаменитая поэтесса, он попросил разрешения навестить ее. Так в больничной палате они встретились. Профессору Гаршину на это время было 49 лет, Ахматовой — 47. Поздняя встреча...

Трогательный в своей деликатности, он с нежной заботой относился к Анне Андреевне, навещал её и даже приносил домашнюю еду.

Наконец, этот умудрённый, опытный мужчина почти по-юношески признается Анне в любви. Владимиру казалось, что он любил её давно, всю жизнь. Что руководило им в этот момент — его поэтическся натура или всë-таки любовь?

Смущенная Анна Андреевна, улыбнувшись, напомнила пылкому влюбленному, что им обоим немало лет. Но тут же на смену женскому недоверию приходит Ахматова-поэт. И вот она уже, нисколько не сомневаясь в искренности его признания, верит, что Владимир Георгиевич будет любить её до самой смерти. Вроде бы цыганка ей так нагадала. Как тут не вспомнить Пушкина с его «Татьяна верила преданьям простонародной старины, И снам, и карточным гаданьям, И предсказаниям луны»? Поэтесса не сказала в ответ "люблю", зато признание Гаршина приняла как должное. Кстати, всем своим мужчинам Ахматова тоже не говорила этого слова. Об этом в своё время написал Николай Пунин, утверждавший, что Аня никогда не любила и даже не подозревала, что такое любовь.

Между Гаршиным и Ахматовой начался роман. Всё серьёзно, они словно переживают вторую молодость: Владимир Григорьевич оставляет семью, а Анна Андреевна уходит от Николая Пунина. Знакомые никогда не видели Ахматову такой счастливой, как в этот период. Веселые, беззаботные, счастливые, Гаршин и Ахматова гуляют по вечернему городу, много разговаривают, читают стихи.

Годовщину весёлую праздную -

Ты пойми, что сегодня точь в точь

Нашей первой зимы - той, алмазной,

Повторяется снежная ночь.

Пар валит из-под жёлтых конюшен,

Погружается Мойка во тьму,

Свет луны как нарочно притушен,

И куда мы идём - не пойму.

В грозных айсбергах Марсово поле,

И Лебяжья лежит в хрусталях...

Чья с моею сравняется доля,

Если в сердце веселье и страх...

Кто знает, как бы дальше сложились эти отношения, но началась Великая Отечественная война. Ахматова эвакуировалась в Ташкент. На память Гаршин (ко всему прочему, он ещё был известным коллекционером), подарил Анне старинную камею "Клеопатра".

В блокаду многие профессора уехали в эвакуацию, но Владимир Георгиевич отказался уезжать и стал главным патологоанатомом осажденного города. Кроме этого Гаршин преподавал студентам, проводил вскрытия, вел научную работу практически в нечеловеческих условиях. Даже в этом аду Владимир Георгиевич оставался человеком: помогал друзьям и знакомым пережить голод. Он, например, часть своего пайка мог отдать потерявшей карточки лаборантке, а потом сам сидел впроголодь.

Владимир Георгиевич проводил на фронт сыновей, пережил смерть жены. Он перенес тяжелую форму дистрофии, но при этом не забывал ежемесячно посылать деньги Ахматовой. Весной 1943 года в одном из писем Гаршин сделал Ахматовой письменное предложение руки и сердца и попросил ее принять его фамилию. Он уверяет её, что сделает всё возможное для счастья любимой женщины.

Вот оно, настояшее женское счастье! В своём письме-ответе Анна Андреевна дает согласие и с тех пор называет Владимира Георгиевича своим мужем. Наконец-то она станет законной женой профессора Гаршина, будет иметь собственную квартиру, определенный статус и общественное положение. Она даже готова была стать Анной Гаршиной. Перед нами не поэт Ахматова, а простая женщина, мечтающая о семье, доме, простом счастье. Она признаётся Лидии Чуковской, что с этим надёжным человеком хочет жить так, как тысячи других женщин, как до этого и не жила. Всем знакомым она радостно сообщила, что выходит замуж за профессора медицины Владимира Гаршина.

В мае 1944 года Анна Андреевна возвратилась из эвакуации. На Московском вокзале с букетом нежных ландышей её встретил Гаршин. Измученный, страшно похудевший, неспокойный. Анна же, наоборот, удивительно похорошела, даже чуть поправилась.

Владимир Георгиевич виновато сообщил, что квартира, которую Ахматова просила подготовить к ее приезду, еще ремонтируется. Сам Гаршин жил в крохотном ведомственном жилье при кафедре на улице Рентгена, но заблаговременно позаботился о жилье для Анны: она временно поселилась у друзей Владимира Георгиевича — Рыбаковых, которые выделили ей отдельную комнату. Гаршин ежедневно навещал ее и приносил продукты, полученные по продовольственным талонам. Вроде бы всё как раньше. Но воздух постепенно пропитывается молчанием и отчуждением. Как результат — внезапный и неожиданный разрыв отношений — болезненный, резкий...

Сколько просьб у любимой всегда!

У разлюбленной просьб не бывает...

Пожив вдали от Анны Андреевны, Гаршин понял, что она не та женщина, с которой он хотел бы связать свою жизнь. Истинные причины отказа Гаршина жениться известны были только ему.

Так или иначе, женская гордость Ахматовой была задета. Она попросила вернуть ее письма, которые сразу уничтожила. Больше Анна не спрошивала о нем ни разу. Позже Ахматова отзывалась о Гаршине как о психически больном: якобы ему приснился сон, в котором его покойная мать отговаривала Владимира Георгиевича от женитьбы на Ахматовой. Причем сон этот повторялся как навязчивая галлюцинация и в эти дни, с ее слов, Гаршин выглядел совсем больным. Правда ли это или выдумка обиженной женщины? Кто знает...

Новой избранницей Гаршина стала его давняя знакомая и коллега Капитолина Григорьевна Волкова, профессор медицины. Кстати, она была ровесницей Ахматовой. С Волковой Гаршина связывали давние отношения. Он приходил к ней во время блокады, после смерти жены, когда ему было очень одиноко. Они поддерживали друг друга как могли. В 1945 году Волкова и Гаршин поженились. Но до самой смерти Владимир Георгиевич интересовался жизнью Анны Андреевны.

В 1946 году, после известного Постановления ЦК партии о творчестве Зощенко и Ахматовой, когда от Анны Андреевны отрекались даже близкие, Владимир Георгиевич Гаршин на собрании в институте встал и в страшной, почти мёртвой тишине сказал, что был и всегда будет другом Ахматовой.

Знала ли она об этом? Однажды, открыв шкатулку с украшениями, Анна Андреевна обнаружила, что на подаренной Гаршиным камее появилась трещина. Знак? Через неделю она узнала: в тот день, 20 апреля 1956 года на 69-м году жизни умер Гаршин.

Ты не первый и не последний

Темный слушатель светлых бредней,

Мне какую готовишь месть?

Ты не выпьешь, только пригубишь

Эту горечь из самой глуби —

Это вечной разлуки весть...

Пусть теперь остановится время

На тобою данных часах.

Нас несчастие не минует,

И кукушка не закукует

В опаленных наших лесах...

Послесловие. "Ты выдумал меня. Такой на свете нет..."

А мы?

Не так же ль мы

Сошлись на краткий миг для переклички?

Закрыта последняя страница этой книги. Это всего лишь малая часть того, что известно об Анне Андреевне Ахматовой. Конечно, невозможно изложить на нескольких страницах историю ее непростой жизни. Рассматривая фотографии, читая стихотворения, мы можем выделить главное - женственность и величие поэтессы. Бесспорно одно - в каких бы невыносимых обстоятельствах не оказывалась Ахматова, она всегда оставалась величественной Женщиной.

Ты выдумал меня. Такой на свете нет,

Такой на свете быть не может.

Это величие не только ее облика, но и духа. Возможно, секрет обаяния ее личности именно в этом. А, может, это тайна, завесу которой иногда хочется приоткрыть...

Я к розам хочу, в тот единственный сад,

Где лучшая в мире стоит из оград,

Где статуи помнят меня молодой,

А я их под невскою помню водой.

В душистой тиши между царственных лип

Мне мачт корабельных мерещится скрип.

И лебедь, как прежде, плывет сквозь века,

Любуясь красой своего двойника.

И замертво спят сотни тысяч шагов

Врагов и друзей, друзей и врагов.

А шествию теней не видно конца

От вазы гранитной до двери дворца.

Там шепчутся белые ночи мои

О чьей-то высокой и тайной любви.

И все перламутром и яшмой горит,

Но света источник таинственно скрыт.