Пятый элемент

Глава 1

– Опрометчиво. Ох, опрометчиво я назвал Солнце раскаленным камнем, тогда как эти дураки почитают его за бога Гелиоса, - размышлял Анаксагор, - И, главное, перед кем? Перед этим неотесанным сбродом! - он вздохнул, - Я стал не сдержан на язык. Язык без костей, однако кости перемалывает, так говорят.

Ему уже шепнули накануне, что его, безбожника, готовятся принародно побить и изгнать из города. Но есть, мол, один вариант, очень даже не плохой, как этого избежать.

Суть этого варианта сводилась к следующему: Богатая семья знатных и уважаемых людей наймет пройдоху учителем к своему отпрыску и пока он обучает застенчивого юнца красноречию и философии, обеспечит ему защиту от толпы и суда.

Анаксагор знал об этой почитаемой знатной семье с переплетениями славных родословных в нескольких поколениях.

Хозяин дома, Ксантипп, политик и военачальник, с одной стороны из древнего известного рода Бузигов, жрецов – изобретателей ярма, с другой – видных афинских политиков.

Жена его, Агариста, из нескольких древних ветвей тиранов Греции, дочь Гиппократа из Аттики и героев Трои.

Корни обоих родовых деревьев уходили во всевозможные царства и упирались в подножие Олимпа к героям и богам.

Идти в учителя свободному гражданину было последним делом. Быть педагогом - удел рабов. И Анаксагор поколебался выбирая между бегством в деревню и добровольным рабством. С одной стороны он - популярный афинский гражданин, выросший когда-то в роскоши и не лишенный гордыни. С другой стороны, разве не он сам отказался от наследства в силу убеждений, разве не он пропагандирует смирение и аскетизм?

В деревне человеку, нуждающемуся в равных собеседниках, делать нечего. Уж там-то его быстрее побьют, выскажись он про свою теорию зарождения космоса. Нет, нет, он должен удержаться в Афинах. И философ выбрал учительство.

– Но уж нянчиться я не буду, – заранее сам себя настраивает философ, и утром, еще засветло, идет в тот самый дом.

…

Дом, вернее дворец, роскошен. Целый город с внутренними садами, фантанчиками, бассейнами, портиком, алтарем Зевсу и коридорами, умощенными мозаичной плиткой. Множество строений, множество красивых молодых рабов и рабынь. Анаксагор чуть не потерялся.

Навстречу гостю вышла сама Агариста, звеня золотыми браслетами, и тепло приветствовала его, прощебетав соловьем песнь мудрости и наслышанному дару красноречия. Сразу озвучила сумму оплаты. На мужской половине дома показала отдельную большую комнату, выделенную для занятий, а рядом с ней – его отдельную спальню с простой мебелью из кровати, стола со стулом и пары полок для свитков и книг.

А потом его оставили в «гимнасие», комнате для занятий, и привели к нему того самого ученика.

Анаксагор ожидал увидеть маленького мальчика, а перед ним стоял юноша с него ростом.

Юнец, и правда, был очень застенчив. Он не сказал и двух слов при матери, а когда та ушла, и вовсе замолчал.

– Как тебя зовут, мальчик? – спросил первым делом Анаксагор, хотя мальчик был всего лет на десять моложе его.

– Перикл, - тихо-тихо ответил тот и покраснел.

– Периклеос, окруженный славой, – блеснул тут же эрудицией учитель, – Какое редкое имя.

– Значит тебя назвали в честь Периклемена, аргонавта, сына царя Нелея и внука бога Посейдона, погибшего в славном бою с Гераклом. Знаешь об этом?

Перикл пожал плечами, хотя прекрасно знал об этом. Дома ему все уши прожужжали о славных предках. Специально его назвали Периклом, чтобы лишний раз указать всем на божественные корни в их роду.

Беседа не клеилась. Анаксагор задавал вопросы, юноша кивал или отрицательно мотал головой, иногда же тихо отвечал. Юноше 15 лет, обучается вместе с другими детьми из аристократических семей в школе, но там над ним смеются и строят козни, поэтому друзей у него нет. Читать, писать умеет. Но вот с пением, чтением стихов и борьбой все из ряда вон плохо. Путем наводящих вопросов Анаксагору удалось понять, что все козни детей строились не на чем-нибудь, а на родительском наущении отпрысков не давать спуску «алкмеониду», потомку убийц и душегубов.

Настоящая травля. Те и сами, похоже, не понимали суть претензий, но при случае старались оскорбить, задеть за живое, унизить. Шесть лет Перикл находился между требовательным властным отцом, считающим, что все можно перетерпеть и из всего извлечь для себя науку, и жестокими школярами. Взрослея, Перикл все больше погружался в себя и наконец Агаристе удалось убедить Ксантиппа забрать Перикла из школы и нанять отдельных учителей. Ведь они могли себе это позволить, а мальчика уже нужно было просто спасать.

Всего было нанято три учителя. Во-первых, какой-то педотриб, тоесть учитель физкультуры, из отставных римских легионеров. Потом Дамон, прекрасно известный Анаксагору, учителем музыки, пения и стихосложения. Ну и непосредственно Анаксагор, учитель философии и ораторского искусства.

– Ну а сам ты чего хочешь, Перикл? – Анаксагору очень хотелось бы услышать ответ, но и тут юноша промолчал, накручивая край экзомиса на палец, – Хочешь ли быть политиком как отец, оратором, риториком, трибуном? – Перикл еле заметно кивнул, но потом словно боясь, что учитель не заметит этого кивка и откажется его обучать, вдруг сказал твердо:

– Хочу. Хочу быть полководцем.

…

Учиться одному Периклу, конечно, было легче. Прошло всего три недели, а он уже бойко отвечал на все риторические вопросы, пусть пока коряво, не стройно, но все же, не молчал как с остальными.

Анаксагору стал нравиться этот юноша за честность и пытливость ума.

И однажды сидя у фонтана во внутреннем дворике (а они теперь занимались не только в «гимнасие») они заговорили о первичной материи и зарождении мира, и Анаксагор спросил Перикла:

– Знаешь ли ты из чего состоит этот мир?

– Знаю, - поспешно ответил Перикл, - из пяти элементов. Воздух, огонь, вода, земля и эфир.

– Ну хорошо, - улыбнулся Анаксагор, - Огонь, вода и земля – это понятно. А чем отличаются воздух и эфир? Или из чего состоит человек?

Перикл задумался:

– Воздух – это чем дышим мы, а эфир – это небо и то, чем дышат боги.

Больше ничего вспомнить Перикл не смог. Анаксагор сам начертил стилусом на вощеной дощечке квадрат с вершинами и пересечениями из линий — символ солнца и поочередно стал тыкать в каждую, – Все во вселенной состоит из 5 основных или главных элементов. Это Земля, Вода, Огонь, Воздух и сверху - Эфир. Иными словами, все это теория, что материя существует в пяти формах или состояниях — твердом, жидком, огненном, газообразном и эфирном. Я и сам учился когда-то в такой же школе и помню как нас учили.

Перикл закивал. Верно, и его так учили.

– Каждый из этих элементов имеет свои свойства, определенное направление, форму, цвет, вкус, запах. Земля, цвет желтый, форма квадрат и прямоугольник, вкус сладкий, отвечает за обоняние. Вода, цвет белый, форма полукруг, вкус соленый, отвечает за вкус. Огонь, цвет красный, форма треугольник, вкус горячий, отвечает за зрение. Воздух, цвет голубой, форма круг, вкус кислый, отвечает за осязание. Эфир, отсутствует цвет, отсутствует форма, вкус горький, отвечает за слух. Все, что в мире есть, можно описать набором из этих элементов. Верно?

Перикл задумывается: Да, всё так.

– Но что из них первичнее? — Перикл не знает.

– Эта теория нас учит, что вначале был создан эфир — божественная мысль, звук, слово, откровение, которое словно бы растворено во всех стихиях. Потом возник огонь — активный творец. Начало, преображенное мыслью. Когда творческое горение исчезает, образуется форма, конкретные очертания — это стихия земли. Когда создан проявленный мир, тела начинают взаимодействовать между собой — это воздух. В результате взаимодействия происходит взаимопроникновение тел, они сливаются воедино. Потом тела разрушаются, и все возвращается к первичному источнику — воде. Затем цикл повторяется. Ты можешь это видеть в смене времен года, в жизни живого, в человеке.

– Как верно, — изумляется Перикл.

– Человек стоит своими ногами на земле, пьет воду, ест горячую пищу, греется у огня и поддерживает внутри себя внутренний огонь, дышит воздухом, выделяет и поглощает энергию, слышит и говорит, думает. Придет время и тело начнет разрушаться, распадаться и исчезнет в земле как вода. … Помимо этого с ним еще постоянно 5 элементов в виде 5 чувств: слуха, осязания, зрения, вкуса и обоняния. Ты с этим согласен?

Перикл согласен.

– Пока ты ел, пил, ходил, но не ощущал внутренней энергии, ты не ощущал себя полноценным человеком в полную силу. Ты начал слушать, думать и говорить, и твое тело стало восполнять недостаток эфира. Пятого элемента, которого тебе так не хватало.

– А ведь и вправду, учитель, — смеется Перикл.

– Но что если я тебе скажу, что любая материя состоит не из элементов, а из крошечных семян на подобии тех, что цепляются друг за друга в срезе листа, гомеомерий. Когда-то они находились в неподвижном состоянии первичной смеси, пока первородный Разум не придал ей мощное круговращательное движение. Вызванный Разумом вселенский вихрь вызвал разделение первичной смеси на отдельные тела. В центре космоса начали скапливаться твёрдые компоненты из которых образовалась Земля. С края земного диска могут отрываться камни, которые попадают в окружающий космос. Под воздействием эфирного жара они раскаляются и начинают светиться. Солнце — наибольшая из таких оторвавшихся от Земли глыб, звёзды — небольшие камни, которые удерживаются центробежной силой вращательного движения.

Перикл смотрит во все глаза на философа, шутит ли тот.

– Видишь, Перикл, все, что я тебе хочу сказать, это то, что нам еще так много предстоит обсудить и узнать, но самое главное про человека мы уже выяснили. Главное - это то, что нужно всегда в себе поддерживать энергию, быть этой энергией. Поглощать её и отдавать. Слышать, думать, говорить, действовать.

– Мой пятый элемент. Я запомню, - пообещал Перикл. И они пошли в сторону «гимнасия», не прерывая интересной беседы.

…

Отныне они почти всегда будут вместе. И помимо учебы. На долгие годы до конца своих жизней они останутся друзьями.

Анаксагор назовет счастливой удачей то утро, когда он войдет в дом родителей Перикла. Он останется с Периклом как друг и сподвижник на долгие годы его активной деятельности, которая будет названа историками «золотым пятидесятилетием» Эллады.

…

Более чем полвека спустя после той первой встречи Перикл, великий греческий политик, полководец, родоначальник афинской демократии, при которой у Греции начнется эпоха расцвета, будет назван современниками «красноречивым олимпийцем», а философом Платоном – «самым прекрасным оратором», на что Перикл скромно ответит: «Я всего лишь его ученик», указывая на Анаксагора.

И кто знает, может быть он достиг величия именно потому, что раз и навсегда запомнил, что в жизни самое главное. Хранить энергию, быть энергией. Принимать. Отдавать. Слышать. Думать. Говорить. Действовать. Жить.