Неизвестные письма Овидия

Глава 11-е другу.Когда судно ударило бортом о причал, я был уже мертв. И хриплый хохот скифских чаек издевательски бичевал не верящее смерти сердце. Он был единственным, что разгоняло стылый туман, погребальным дымом стоявший над свинцовыми волнами Понта.Сходни грохнули о причал, и эхо отозвалось из серой завеси. Ни привычной суеты благословенных южных портов, ни веселой ругани грузчиков - матросы, будто немые тени, молча спустились с корабля, и принялись за свою работу. Кормчий же - бородатый и страшный, остался на корме, полностью завернувшись в грубый плащ. Я подошел, чтобы поблагодарить его за наше спасение, но он, казалось, даже не заметил меня. Когда же я спросил его имя, граем кладбищенского ворона прозвучало:- Хару...И это было последним ударом заступа, закапывающего мою могилу. Не говори мне, что это был всего лишь этруск, и я услышал обычное для них имя. Ты не видел убивающего…