Небо темное, с едва заметными звездами.

Глава 1

Небо темное, с едва заметными звездами.

1940 год. Франция.

Вдали от траншеи, в слишком высокой траве, воспользовавшись темной ночью, лез солдат Люсьен из ряда французского войска. До немецкого лагеря армии оставалось чуть-чуть: одно лишь зарево многочисленных никак не угасавших керосиновых ламп указывало на то, что француз совсем близко.

Вдруг послышался голос со стороны. Люсьен медленным движением руки скрыл от своего лица щекочущую темно-зеленую траву. По его телу пошли мурашки от холода, но это не помешало ему выследить незнакомца.

Солдат – точно подлый немец! – с лагеря. Высокий, стройный, с черными волосами армеец кого-то напоминал французу. Но только что он делал один, уйдя от лагеря без компании в глушь заросшей равнины? Пролетел сверху самолет, и когда звуки его минувших двигателей вовсе улетучились среди темного неба, с едва заметными звездами, Люсьен прополз дальше.

Нацист Третьего Рейха, соседа, пожирающего земли, ровно дышал и шел в неизвестность, осматриваясь по сторонам. Он сделал один шаг, другой. Француз прильнул головой к моросящей земле, только заприметив у него в руках автомат.

– Черт, где же они? Говорили-говорили, что французы рядом... - бормотал он себе под нос. Люсьен понимал немецкий язык, язык боша[1]: однажды, еще до начала Войны и вступления во французскую приграничную армию, он стал полиглотом – немецкий, английский, итальянский и испанский, китайский и иные азиатские говоры чудесно знал, за что его прозвали «мировым бедняком» из-за его знаний, но небогатого состояния.

Француз удержал свое оружие. Его рука будто не давала выстрелить во врага; Люсьен выглянул из-за земли, встряхнул головой и взглянул на уходящего нациста, который стоял спиной перед ним.

– Карлос, Карлос, - знакомое имя, произносимое из уст немца, удивило его. – Чего гулять тебе, Карлос? – он, словно упал с большого дерева, начинал говорить сам с собой. Впрочем, Люсьена это не удивило.

Его дядю Августом иногда называли Карлосом из-за давней ошибки: и французу так он запомнился, и всей его семье. Неужели рядом с ним стоял его дядя собственной персоной, переехавший в Германию двое десятков лет назад и получивший на руки там гражданство?

Люсьен подкрался еще ближе, перебирая руками траву.

«Дядя, что с тобой Гитлер-то сотворил из нормального человека в нациста проклятого?» - думал он, продвигаясь ближе к немцу.

– Карлос, черт меня побери.

Спереди прозвучали выстрелы. Над равниной пролетела пара-тройка самолетов, с жужжащими отзвуками, что у Люсьена заложило уши. Нет, это точно он. Его высокий рост, темные-темные волосы, в которых прослеживалась серебристая седина и, конечно же, имя.

Люсьен поднялся на одно колено, заранее опустив голову глазами вниз к траве, и сохранил равновесие на обеих ногах.

– Дядя, здравствуй.

Немец обернулся. На его лице застыло удивление.

– Я Люсьен. Август, здравствуй снова. Не ожидал тебе здесь увидеть. Чего от лагеря-то скрылся? Нечего делать? Так убивай народ, твори не добро, а... зло? Или что-то похуже. Француз поднял уголки губ чуть выше.

– Дядя, чего Германией Францию сменил, а?

Доброта запомнилась лишь в прошлом, которая осталась у дяди в те мгновения, когда Люсьен был совсем подростком. «Какая жалость! – думал он. – Зло никогда не доведет до добра!».

И только француз об этом подумал, он не заметил, как вокруг них сплотились немцы. Одни приехали на мотоциклах, другие прибежали сами. Люсьен видел не людей, а кучку зверей, которыми управлял один господин – диктатор.

– Раз увидел, так стреляй, Август! Нечего французов здешних держать живыми! –

выкрикнул один из толпы. Но Люсьен смотрел не ему глаза, а на всего Карлоса, его дядю: хорошего – в прошлом, плохого – в настоящем.

– Это мой племянник Люсьен. Я помню, как играл с ним, приезжая в Нормандию с самого Парижа – и начинал он рассказывать...

Пока не направил автомат в сторону бедного француза. Нет, он не пустил слезу – его лицо казалось отполированным камнем, – он лишь посмотрел на небо темное, с едва заметными звездами.

_______________

[1] Бош – презрительное название немцев французами во Франко-Прусской, Первой и Второй Мировой войнах.