Квашеная капуста

Глава 1

— Итак, расскажи ещё раз: что произошло? — в палатку к избитому, помятому и ободранному британскому солдату, лежавшему на койке, зашёл французский офицер в длинных ярко-красных штанах.

— Квашеная капуста, — хрипло ответил англичанин на корявом французском, и тут же из его горла вырвался влажный, отхаркивающий кашель. Несколько мелких капель крови осталось на губах солдата.

«Так… квашеную капусту очень любят немецкие бошки. Но причём тут это? Ничего не понимаю!» - француз обвёл глазами порванную в некоторых местах форму цвета хакки, прилипшую к коже британца, а потом перевёл взгляд на свои красные штаны и мрачно усмехнулся.

— Так расскажешь?

— Да, — прошептал солдат и медленно приподнялся на локте. — Давай с самого начала. Неважно, кто я… неважно, как мы все попали сюда. Факт в том, что каждый из нас теперь на войне. И, думаю, Вы понимаете, что это значит.

Перед тем, как взять их траншею, мы не ели два дня. Бой был долгим… Большинство этих ублюдков погибло. Всё поле было завалено трупами бывших врагов и друзей. Но выходить всё равно слишком опасно…

Наш пулемётчик попытался вытащить труп брата под покровом ночи, и даже тогда раздался выстрел. Мы так и не смогли вычислить снайпера. Но в отряде стало на одного человека меньше…

Правда… я был слишком голоден, чтобы мыслить трезво. Да, ничего больше не оставалось… Я нашёл закутанную в плащ квашеную капусту в бочке. Дело за малым – развернуть, отрезать немного штык-ножом… Думаю, этого хватило бы на весь наш отряд, но я молчал. Кое-как выпросил у капитана котелок. Я решил сварить…

— Квашеную капусту? — француз снова усмехнулся...

— Ну, не сырое же есть. Это было… непередаваемо. Я, пожалуй, никогда не испытывал такое наслаждение от еды. Нежная, мягкая, слегка рассыпчатая… таяла во рту. Война – это ужасно, — британец снова закашлялся и упал на подушку.

— Но несмотря ни на что, нужно оставаться человечным. И по отношению к друзьям, и по отношению к… врагам, — офицер всё равно не мог ничего понять. — И что же было дальше? Тебя пристыдили за то, что не поделился с сослуживцами чтоли? Или они настолько обиделись? Это как надо… чтобы избить, а потом бросить в траншее; в грязи, среди крыс и трупов…

Солдат печально рассмеялся, а уже через мгновение по его щекам поползли полупрозрачные слёзы. Он попытался что-то сказать, но слова, так и не вырвавшись из горла, переросли всё в тот же кашель. Пара капель крови попала на красные штаны француза.

— Это ужасно… ужасно… Война… Я… я должен был оставаться человеком, — до ушей офицера едва дополз хриплый шёпот англичанина. — Ты хочешь знать, что было дальше?!

— Да. Расскажи, — француз незаметно взялся за рукоятку пистолета. — А это страшная война… знал бы ты, что мне пришлось увидеть, прежде чем я получил повышение.

— И что же?

— Вся эта агония заключена в одном слове – война. Но времени мало. Каждую секунду в палатку может вбежать разведчик, сказав, что на горизонте появился враг. И всё же: почему ты здесь? Это, наверное, мой последний вопрос…

— Вам интересно, сэр? Интересно? — солдат наконец заметил, что офицер держится за свой пистолет.

— Знаешь, для любого слушателя каждая из историй – своего рода… иллюзия. Хорошая, плохая – неважно. Ведь они спасают… они помогают убежать от войны… — француз вдруг опустил глаза. Может быть, он что-то вспомнил?

— На самом деле пути отсюда нет, — британец в который раз громко кашлянул и положил покрытую ссадинами и глубокими царапинами ладонь себе на грудь. — Я должен был оставаться человеком и для врагов… но теперь уже поздно. Да, всё из-за квашеной капусты! Но у меня не было другого выбора… мы не ели два дня…

— Я не понимаю, зачем ты пытаешься оправдаться, — офицер вздохнул.

— Да, Вы ведь и вправду не понимаете! — в глазах англичанина что-то блеснуло, он снова кое-как приподнялся на локте, убрав руку с груди. — Квашеная капуста! Вы никогда не слышали, как это звучит на нашем языке? Это всё… я за чертой, всё! Я не смогу убежать! Я больше не человек!

Француз не перебивал. Офицер и правда где-то слышал, как будет «квашеная капуста» с британского… Вдруг он улыбнулся.

— Дело в том, — солдат тут же снова упал на подушку, закашлявшись. Казалось, лёгкие вот-вот разорвутся…

— Дело в том, что, — британец вытер лицо, размазав по нему слёзы, — мы называли так немцев… наших врагов… ты понимаешь?

Лицо офицера исказилось. Он тот же миг выхватил из-за пояса оружие, но не успел нажать на спусковой крючок. В палатку вдруг вбежал разведчик с биноклем наперевес.

— Сэр, — начал было тот…

— Заткнись! — рука француза, сжимавшая пистолет, вздрогнула. Он заглянул британцу, переставшему кашлять кровью, прямо в глаза и… опустил ствол.

— Но… почему? Почему ты не убил меня?

— Потому что даже на войне мы должны оставаться людьми, — офицер двинулся к выходу, — и для друзей, и для врагов. И для тех, кто не смог; кто отведал квашеной капусты…